Напутствие юбилярам | Вестн. Том. гос. ун-та. Культурология и искусствоведение . 2015. № 1(17).

Напутствие юбилярам

Рассматриваются вопросы выбора профессии, педагогического и научного призвания, служения науке и преемственности в ееразвитии. Представлен кругучителей и коллег именитого автора, составляющих славную когорту корифеев отечественной библиотечной науки. Показан гуманистический характер преподавательского, исследовательского и практического труда в области библиотечно-информационной деятельности.

Words of encouragement to institution whose anniversary is celebrated.pdf Дорогие коллеги! Поздравляю вас с десятилетием кафедры и хочу сказать несколько напутственных слов на будущее - так сказать, передать эстафету от своего поколения вашему. Мне в жизни чрезвычайно повезло в том отношении, что я стал почти тем, кем хотел быть в детстве. Когда меня, как и всех малышей, взрослые спрашивали, кем я хочу быть, когда вырасту, я, не задумываясь, гордо выпаливал: «Читателем!». Читателем в конечном счёте я и стал, ежедневно прочитывая десятки страниц рукописей, статей, диссертаций, студенческих работ и т.д. Но предшествовало этому поступление в Библиотечный институт, о котором я узнал случайно, стоя в очереди абитуриентов, желающих сдавать документы на астрономическое отделение физико-математического факультета МГУ. Может быть, я подал бы документы и в другой институт, но, приехав из села, я знал о существовании только Московского университета им. Ломоносова. На какой факультет поступать, если везде конкурс 12-15 человек на место? Я решил всех перехитрить: ну кому придёт в голову поступать на астрономический - только таким же немногим чудакам, как я. А работа ожидает и лёгкая, и интересная: смотри себе в телескоп на звёзды да подсчитывай их. Но только и на это отделение стоял длинный хвост желающих, а в очереди я услышал разговор: «Конечно, в МГУ, да хоть на любой факультет, простому смертному не попасть. Это же тебе не Библиотечный институт, куда никого калачом не заманишь». Услышав таковые слова, я, ещё ушам своим не веря, утёк из этой очереди и в ближайшем справочном бюро, не пожалев четыре копейки, - а отдал бы и больше! - получил и адрес, и маршрут Библиотечного института. Всё ещё самому себе не веря, приехал на левый берег канала Москва -Волга и ... попал в ещё более длинную очередь! Но тут мне уже всё было ясно, и конкурс в пятнадцать человек на место меня не испугал. Да хоть пятьдесят, хоть сто! Я всё равно хочу учиться только здесь! Вот и вам первое напутствие: любите свою работу, иначе скучно вам будет жить на этом свете, господа, как сказал мой любимый Гоголь. И неважно, каким путём вы пришли к своей профессии. Если не будете любить её вы, её тем более не будут любить ваши студенты. Мне всю жизнь приходилось большую часть сил и времени отдавать не тому, к чему лежала душа. Но и на административной стезе, и на выполнении многих отрывающих от настоящего дела общественных поручений я не отлынивал, а всю жизнь работал и продолжаю трудиться по принципу «Взялся за гуж, не говори, что не дюж». Мне сильно повезло и с преподавателями. Многие из тех, кого вы знаете только по книгам, статьям, учебникам, были для меня учителями, наставниками, а впоследствии и друзьями. Назову некоторых из них, и если вы мне позавидуете, то я только обрадуюсь. Из всех них выделю Богдана Степановича Боднарского, который преподавал тогда на кафедре библиографии. Кафедрой библиотековедения заведовал Оган Степанович Чубарьян, автор первого в стране учебника по общему библиотековедению (когда я слушал его лекции, учебника в СССР ещё не было). У О С. Чубарьяна я был в студенческом научном кружке [1]. «Библиотечные каталоги» нам преподавал Захарий Николаевич Амбарцумян, он был тогда в зените творческого подъёма и всесоюзной известности. Преподавали нам и такие в то время знаменитые личности, как Исидор Маркович Фрумин, Леонид Васильевич Беляков (потом-то он был для меня просто Лёня, и я частенько хаживал к нему домой на обед, благо жил он рядом), Екатерина Модестовна Нагловская, Лев Абрамович Левин, Александр Да-выдович Эйхенгольц. Мог бы назвать и ещё многих, да только сомневаюсь, что их имена известны даже современному поколению преподавателей. Просто знайте, что практически все наши легендарные личности, о которых выходят сборники воспоминаний, - всё это очень близкие мне люди, с которыми много проведено времени вместе, будь то кафедра, библиотека или министерский кабинет. В последние годы я ближе других общался с Олегом Павловичем Коршуновым - классиком нашего библио-графоведения. Сейчас среди моих самых близких друзей Руджеро Сергеевич Гиляревский - легенда отечественной и мировой информатики, Аркадий Васильевич Соколов, Владимир Семёнович Крейденко, Анатолий Николаевич Ванеев, которому только что исполнилось 90, и дай ему Бог здоровья жить и творить дальше. Всех и не перечислишь, и не в том суть. Будьте яркими, творческими натурами сами, и вас будут окружать такие же бескорыстные и преданные науке и преподаванию люди. Но больше всего мне повезло в жизни с моим научным руководителем -единственным в ту пору на весь Советский Союз профессором библиотековедения Юрием Владимировичем Григорьевым. Он меня нещадно школил, только что не порол! А уж как ехидничал над моими аспирантскими опусами - у меня уши пылали от позора! А теперь я передаю его уроки новым и новым поколениям докторантов (их под моим руководством на сей момент защитилось семеро, на выходе ещё двое) и аспирантов (имею около 40 учеников - вот где моё богатство и гордость! Многие стали директорами крупнейших библиотек, проректорами по научной работе, заведующими кафедрами). Один из его заветов (хотите знать подробнее - читайте мою книгу о нём) передаю и вам: тот не преподаватель, кто не умеет донести до студентов ясно и убедительно результаты своих научных разработок [2]. Но ещё больше не преподаватель тот, кто лишь транслирует достижения других авторов, не имея за душой ничего своего. В преподавателе должны органично сочетаться знания и свои, и приобретённые; он должен уметь и исследовать, и быть оратором, а иначе это не профессионал высшей школы. А где ваши публикации в центральной печати, я вас спрашиваю? Я состою членом редколлегий восьми наших главных журналов. На днях уступил просьбам войти в редколлегию «Вестника Харьковской государственной академии культуры», а ведь это, на минуточку, Украина! И отношения у наших стран, хоть и не по нашей вине, сами знаете какие. Это я к тому, что как-то не густо, по моему ощущению, с публикациями ваших педагогов. Начните с того, что шире расскажите о своём вузе, своих студентах и преподавателях, пусть о вас знает вся страна. О том, как вы развиваете идеи и жизненное кредо Петра Ивановича Макушина -у вас же такие животворные и благородные традиции! Почему о нём доложен писать я, а не вы?! Присылайте наиболее содержательные статьи и выступления с Макушинских чтений, расскажите, в каком состоянии сегодня макушинские библиотеки, уцелело ли хоть сколько-нибудь из шести сотен, есть ли в ваших краях макушинские книги. И последнее: любите студентов, стремитесь понять их, даже самых нерадивых и недисциплинированных. Меня недавно повстречал в Российской государственной библиотеке один седовласый дедушка, кинулся на грудь и так обрадовался, что я сильно опешил. Как, говорит, неужели вы меня не помните и не узнаёте?! Да нет, говорю я смущённо, - мы разве знакомы? Да как же, говорит, вы могли меня забыть, ведь 45 лет назад я у вас учился и за всякие неблаговидные проделки, за отлынивание от работы на уборке картошки (тогда все студенты в сентябре ездили на уборку урожая, а потом навёрстывали упущенные знания) меня хотели отчислить из института. И хотя больше всех досаждал я именно вам как командиру студенческого отряда, вы пришли на заседание комитета комсомола, где решался вопрос о моём исключении из комсомола, а следом и из института (нельзя же выгнать из института комсомольца! Это же кладёт чёрное пятно на весь наш славный Ленинский комсомол! Все комсомольцы у нас передовые, а кто нерадивый, тому в комсомоле не место, - вот логика тех времён), и я решил, что вы пришли добить меня наверняка и окончательно, потому что грозили это сделать... «И что же дальше?» - спросил я уже заинтересованно, потому что напрочь забыл этот случай (и до сих пор не вспомнил). Уж не отомстить ли вы мне теперь решили? «Какое отомстить, как вы могли такое подумать?! Вы встали на мою защиту и отстояли мою честь и репутацию. Я вам обязан на всю жизнь». «А чем же вы занимаетесь теперь, как сложилась ваша судьба после института?» «О, это очень долго рассказывать. Но теперь я доктор искусствоведения, работаю в научно-исследовательском институте Российской академии наук. И если бы не вы, я, наверное, давно бы сгнил где-нибудь под забором. Вы совесть во мне пробудили, и я после того случая, можно сказать, переродился». Вот такие эпизоды запоминаются и греют душу всю жизнь. Хороших вам учеников, больших творческих успехов и доброго здоровья! Ваш заочный друг и коллега Ю.Н. Столяров

Ключевые слова

библиотечная профессия, Московский библиотечный институт, критерии профессионализма преподавателя высшей школы, наставничество, library profession, Moscow Library institute, criteria of professionalism of the higher school teacher, mentoring

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Столяров Юрий НиколаевичМосковский государственный институт культуры; НПО «Издательство Наука» Российской академии наукдоктор педагогических наук, профессор; главный научный сотрудник Научного центра исследований истории книжной культуры; заслуженный работник высшей школы Российской Федерации.yn100@narod.ru
Всего: 1

Ссылки

Чубарьян О.С. Общее библиотековедение. М.: Книга, 1968. 296 с.
Столяров Ю.Н. Ю.В. Григорьев (1899-1973). М.: Кн. палата, 1989. 224 с.
 Напутствие юбилярам | Вестн. Том. гос. ун-та. Культурология и искусствоведение . 2015. № 1(17).

Напутствие юбилярам | Вестн. Том. гос. ун-та. Культурология и искусствоведение . 2015. № 1(17).