«Азбука богословская солнца и луны»: об истории рукописи, ее реставрации и экспонировании | Вестн. Том. гос. ун-та. Культурология и искусствоведение . 2018. № 29. DOI: 10.17223/22220836/29/18

«Азбука богословская солнца и луны»: об истории рукописи, ее реставрации и экспонировании

Слабая изученность истории сибирского старообрядческого переплета вызвана не только фактом разрозненности источников по теме, но и тем фактом, что ряд данных о конструкции конкретного переплета, а также об истории рукописи, которая в нем заключена, может быть получен только при реставрации. Статья посвящена рассмотрению этого вопроса на примере одной из рукописей, хранящихся в отделе рукописей и книжных памятников Научной библиотеки Томского государственного университета («Азбука богословская солнца и луны»). В статье показана связь рукописи с алтайскими старообрядцами-поморцами, описан процесс ее реставрации, выдвинуты и обоснованы предложения по ее экспонированию.

“Theological alphabet of Sun and Moon”: about the history of the manuscript, its restoration and exposure.pdf История сибирского старообрядческого переплета до настоящего времени изучена недостаточно; причина заключается в том, что источники по теме разрознены, не обобщены и находятся в разных хранилищах как в Сибири, так и за ее пределами. Еще одна причина слабой изученности темы состоит в том, что целый ряд данных о конструкции конкретного переплета, а также об истории рукописи, которая в нем заключена, может быть получен только при реставрации. Настоящая статья посвящена рассмотрению одного из примеров такого рода. Недавно в Региональный центр консервации документов Научной библиотеки Томского государственного университета (НБ ТГУ) поступила на реставрацию старообрядческая рукопись 1846 г. «Азбука рук» [1]. Это сборник календарных таблиц, помогающих вычислять дату празднования Пасхи и других подвижных праздников годичного круга. Подобные таблицы нередко оформлялись в виде раскрытой ладони для лучшего запоминания (например, известная «Рука Дамаскина»), отсюда - название рукописи. Об истории рукописи можно было с уверенностью сказать, что она поступила в НБ вместе с библиотекой Томской духовной семинарии: на ряде листов имеются оттиски соответствующей печати. Однако писцовые и владельческие записи были сильно затерты и прочитать их не представлялось возможным; единственное, что удалось разобрать, - даты 1851 и 1853 под двумя из четырех затертых записей. Основанием для реставрации послужили механические повреждения памятника, листы рукописи были загрязнены, также имелись утраты и заломы углов. На реставрационном совете была составлена программа проведения 206 реставрационных работ, которая включала в себя фотофиксацию памятника до реставрации, проверку пагинации листов, механическую очистку и удаление грязевых пятен на листах. Также предполагались подбор реставрационной бумаги для восполнения утрат, реставрация рукописных листов, изготовление контейнера для хранения из нейтрального картона и фотофиксация памятника после реставрации. Так как шитье хорошо сохранилось и имеет необычную схему, было решено не расшивать листы и все работы проводить в блоке. В 2017 г. начались реставрационные работы. После проверки пагинации листы были очищены резиновой крошкой, имеющиеся на листах затеки были локально обработаны водой с помощью тампонирования и оттяжки на фильтровальную бумагу. Далее была подобрана реставрационная бумага, по толщине и тону соответствующая оригиналу, для укрепления краев применялась японская бумага. После подбора бумаги на рукописных листах были восполнены утраты и укреплены разрывы и заломы с применением клея из пшеничного крахмала [2. С. 3]. После проведенных мероприятий памятник приобрел прочность, долговечность и экспозиционный вид. Для последующего хранения был изготовлен контейнер, в котором рекомендуется хранить памятник в книгохранилище при температуре (18 ± 2) °С и относительной влажности (55 ± 5) % без их циклических изменений. После реставрации памятник был передан на хранение в отдел рукописей и книжных памятников НБ ТГУ (ОРКП НБ ТГУ). В ходе подготовки к реставрации оказалось, что обложка рукописи склеена из двух листов; это довольно распространенная практика, при которой за неимением картона владелец или писец создавал самодельный картон, склеивая его из нескольких бумажных листов. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что под верхним листом имеется еще какой-то текст, поэтому было решено его снять. Снятый с обложки лист был очищен от клея, отреставрирован и отпрессован в сукнах [3. С. 33]. После снятия листа стал виден изначальный верхний лист обложки: на нем рукой того же писца было написано заглавие рукописи. Видимо, оно чем-то не устроило писца и он решил заклеить его сверху и написать заново. На обороте листа, который использовался для проклейки, также обнаружился текст, написанный все той же рукой. Разобрать его полностью также пока не получилось, однако удалось прочесть отдельные слова, проливающие свет на место и обстоятельства создания рукописи. В тексте, который представляет собой черновик делопроизводственного документа, упоминаются деревня Выдриха, крестьяне Егор, Платон и Федот Петровы, Сухоруковы, некий Фирсов. Также упоминается о занятиях скотоводством, пчеловодством и хлебопашеством, указано количество лошадей (11) и коров (4). Деревня Выдриха Змеиногорского уезда Томской губернии находилась на р. Убе (ныне это территория Шемонаихинского района ВосточноКазахстанской обл., Казахстан) и являлась местом традиционного поселения старообрядцев поморского согласия. В Выдрихе проживал второй старообрядческий епископ Сибирский Мефодий (крестьянин Михаил Михайлович Екимов), преемник епископа Савватия [4. С. 288-298; 5. С. 2-7, 38; 6. Л. 2]. Вот как описывал крестьян Выдрихи Г.Д. Гребенщиков: «В шести верстах от засека Овчинниковского есть старая очень типичная деревня Выдриха, в которой еще лучше сохранилась старина средневековой Руси. Особые представители крестьянской патриархальности могли бы служить материалом не только для литератора, но и для художника. Это не просто крестьяне, это богатые, умные и умеющие сохранять свое достоинство бояре... Таковы - местный крестьянин А.П. Фирсов, Степ. Ст. Солдатов, Сухоруковы, Санаровы и много других... Когда он (Фирсов. - В.Е., Е.Л.) был старшиною, то часто составлял бумаги на имя высшего начальства, к которому, кстати сказать, относится и до сих пор очень почтительно и оно всегда находит в его обширном доме радушный и умелый прием» [7. С. 23-24]. Известно, что дела «о распространении раскола в деревне Выдриха» неоднократно рассматривались Томской духовной консисторией: в 1867, 1868, 1873 гг. и позже [8-17 и др.]. Скорее всего, в рамках «борьбы с расколом» рукопись была изъята и помещена в так называемую «раскольничью» библиотеку семинарии [4. С. 209-212], а оттуда переместилась в Научную библиотеку ТГУ. Некоторые из записей, читающихся на последних листах рукописи, позволяют реконструировать отношение владельца к «Азбуке солнца и луны». Так, на л. 47 и 47 об. содержатся записи хозяйственного характера; почерк записей типологически близок почерку описанного выше черновика делопроизводственного документа. На л. 47 имеются карандашные записи, которые практически стерты и прочитать их затруднительно; видно, что это записи хозяйственного характера, так как в них упоминаются некоторые суммы денег, а также слова «ячмень» и «пшеница». На л. 47 об. имеются две записи от 1851 и 1853 гг., вторая из них озаглавлена «Выпись». Из нее явствует, что 29 августа 1853 г. в работники был нанят киргизец Малдубай Садыков. Он должен был отработать до Прокопьева дня (21 декабря по старому стилю, 3 января - по новому); в этот день чтилась память Прокопия Вятского. За весь период работы Малдубай должен был получить 60 рублей. Далее следуют отметки с указанием даты и выплаченной суммы. Может показаться, что владелец не ценил имевшуюся у него рукопись, поэтому и заполнял свободные от основного текста места записями хозяйственного характера, не имевшими отношения к содержанию рукописи. Однако это не совсем так; интересную гипотезу выдвинул по похожему поводу английский исследователь Дж. Найт. Он исследовал европейские рукописи и издания периода Возрождения и пришел к выводу, что, напротив, владельцы часто записывали на форзацах и свободных от текста местах важные для них сведения: в отличие от небольших записок, которые легко было потерять, объемистая книга вряд ли пропала бы, а это являлось гарантией сохранности существенной информации [18]. Поскольку в процессе реставрационных работ был выявлен ряд фактов об истории памятника, а также в силу наличия нехарактерного шитья, которое еще предстоит исследовать, было принято решение об экспонировании рукописи «Азбука солнца и луны» в рамках временной выставки [19. С. 6] в НБ ТГУ. Традиционные методы экспонирования книжных памятников [19. С. 811] предполагают помещение книги в витрину, при этом можно увидеть только переплет или листы (разворот). Поэтому выставку данной рукописи было решено провести в рамках рубрики «Истории книжных раритетов» [20], 208 которая предполагает размещение экспоната в специальной витрине в НБ ТГУ [21. С. 264]. При этом дополнительная информация, раскрывающая историю памятника, и фотогалерея будут представлены на сайте библиотеки. С помощью фотоматериалов на сайте можно показать процесс реставрации: фотографии памятника до реставрации, фотографии в процессе реставрации, особенности шитья и памятник после реставрации. Также в фотогалерее предполагается показать в большом увеличении снятый с переплета лист с черновиком делопроизводственного документа. Таким образом, использование комбинированного метода экспонирования позволит показать дополнительные материалы, раскрывающие историю рукописи и процесс ее реставрации. Итак, рукопись «Азбука рук», или, как еще назвал ее составитель, «Азбука богословская солнца и луны», своим происхождением связана с алтайскими старообрядцами-поморцами. Не исключено, что составителем ее был Фирсов - ведь одним и тем же почерком написан и текст рукописи, и заглавие, и черновик делопроизводственного документа, который был наклеен на обложку. При этом в документе упоминается фамилия Фирсова, и мы знаем, что он «часто составлял бумаги на имя высшего начальства». Восстановить эти факты из истории конкретного памятника удалось лишь в процессе реставрационных работ. Полученные результаты требуют в силу их специфики также особых подходов в экспонировании. Все сказанное подтверждает высказанную ранее мысль о том, что целый ряд ценных данных об истории и конструкции конкретного книжного памятника можно получить лишь в процессе его реставрации.

Ключевые слова

история переплета, рукописная книжность, старообрядчество, Сибирь, history of bookbinding, handwriting, Old Believers, Siberia

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Есипова Валерия Анатольевна Томский государственный университет доктор исторических наук, зав. сектором отдела рукописей и книжных памятников Научной библиотекиesipova-val@mail.ru
Логунова Екатерина Александровна Томский государственный университет аспирант кафедры музеологии, культурного и природного наследия Института искусств и культурыlogunova-kate@mail.ru
Всего: 2

Ссылки

ОРКП НБ ТГУ. В-5891. Азбука рук. Рукопись 1846 г. 46 л.
Вихров А. Переплетное мастерство: практическое руководство для переплетения брошюр и книг. М., 1915. 32 с.
Симонов Л.Н. Переплетное мастерство и искусство украшения переплета. Художественные стили, чистка, исправления и хранение книг. СПб.: Тип. Е. Евдокимова, 1897. 504 с.
Книжная культура Томска (XIX - начало XX в.). Томск: Изд-во Том. ун-та, 2014. 416 с.
Беликов Д.Н. Старообрядческий раскол в Томской губернии (по судебным данным). Томск: Тип. П.И. Макушина, 1894. 39 с.
Государственный архив Томской области (ГАТО). Ф. 170. Оп. 2. Д. 143.
Алтайский сборник. Т. 11. Барнаул : Алтайский подотдел Западно-Сибирского отделения Русского географического общества, 1912. С. 1-80. URL: https://www.prlib.ru/item/316886 (дата обращения: 31.10.2017).
ГАТО. Ф. 170. Оп. 2. Д. 143.
ГАТО. Ф. 170. Оп. 2. Д. 196.
ГАТО. Ф. 170. Оп. 2. Д. 531.
ГАТО. Ф. 170. Оп. 2. Д. 577.
ГАТО. Ф. 170. Оп. 2. Д. 2409.
ГАТО. Ф. 170. Оп. 2. Д. 2883.
ГАТО. Ф. 170. Оп. 2. Д. 2917.
ГАТО. Ф. 170. Оп. 2. Д. 3151.
ГАТО. Ф. 170. Оп. 2. Д. 3195.
ГАТО. Ф. 170. Оп. 5. Д. 537.
Knight J.T. «Furnished» for Action: Renaissance Book as Furniture // Book History. 2009. Vol. 12. P. 37-73.
Галкина Т.В. Музееведение: основы создания экспозиции: учебно-методическое пособие для студентов исторических факультетов по специализации «Историческое краеведение и музееведение». Томск: Изд-во Том. гос. пед. ун-та, 2004. 56 с.
Истории книжных раритетов (архив выпусков) // Научная библиотека Томского государственного университета. 2016-2017. URL: http://www.lib.tsu.ru/ru/arhiv-rubriki-istoriiknizhnyh-raritetov (дата обращения: 31.10.2017).
Музейная экспозиция // Основы музееведения: учеб. пособие / отв. ред. Э.А. Шулепова. М.: Едиториал УРСС, 2005. 501 с.
 «Азбука богословская солнца и луны»: об истории рукописи, ее реставрации и экспонировании | Вестн. Том. гос. ун-та. Культурология и искусствоведение . 2018. № 29. DOI:  10.17223/22220836/29/18

«Азбука богословская солнца и луны»: об истории рукописи, ее реставрации и экспонировании | Вестн. Том. гос. ун-та. Культурология и искусствоведение . 2018. № 29. DOI: 10.17223/22220836/29/18