Политика эффективной занятости трудовых мигрантов | Вестн. Том. гос. ун-та. Экономика. 2015. № 3(31).

Политика эффективной занятости трудовых мигрантов

Трудовая миграция представляет собой носящий объективный характер сложный, противоречивый и значительно интенсифицировавшийся в XXI в. процесс. Всеобъемлющий анализ миграционных процессов достижим посредством объединения экономической теории и методологии экономической социологии. Применение полученного синтетического экономико-социологического подхода к результатам социологических исследований российского рынка труда мигрантов позволит разработать основные направления эффективной политики занятости трудовых мигрантов.

Effective employment policy for migrant labor.pdf Одним из главных трендов развития мировой экономики на рубеже XX-XXI вв. стало обусловленное снижением транспортных издержек и достаточно условным в эпоху глобализации характером межгосударственных границ усиление миграционных процессов. Данные ООН подтверждают беспрецедентное увеличение миграционных потоков. Если в 1990 г. численность международных мигрантов составляла 154 млн чел., то к 2013 г. она достигла 232 млн чел., что составило 3,2% мирового населения [1]. Наиболее привлекательной для международных мигрантов страной традиционно являются США, принявшие в течение 1990-2013 гг. около 23 млн мигрантов. По численности ежегодно прибывающих в страну мигрантов также лидируют США, на втором месте находится Российская Федерация, на третьем - Германия [1, 2]. Нахождение Российской Федерации среди лидеров по численности въезжающих в страну международных мигрантов невозможно объяснить случайным стечением обстоятельств. С каждым годом статус России как одного из мировых центров притяжения миграционных потоков все более укрепляется. Так, в 2013 г. по численности проживающих в стране международных мигрантов Российская Федерация с 11 млн проживающих на ее территории мигрантов уступила только США, где проживало 45,8 млн мигрантов [1]. Значительную, если не ключевую, роль в направляющихся в Российскую Федерацию обширных миграционных потоках играет их трудовая составляющая. За первое десятилетие XXI в. численность мигрантов, приехавших с целью осуществления в Российской Федерации трудовой деятельности, испытала восьмикратный рост, достигнув к 2010 г. 1,64 млн чел. [3]. Как показали проведенные исследователями из Центра социально-политического мониторинга Института прикладных экономических исследований Российской академии народного хозяйства и государственного управления (РАНХиГС) при президенте РФ в 2007-2013 гг. опросы, большинство россиян реагируют на значительно интенсифицировавшиеся внешние миграционные потоки без энтузиазма, считая, что воздействие миграции на отечественную экономику является негативным [4]. В качестве основных отрицательных для российской экономики последствий трудовой миграции респонденты отметили снижение уровня оплаты труда местных жителей, обострение проблем безработицы и конкуренции за рабочие места, рост числа экономических правонарушений, давление мигрантов на социальную, жилищную и транспортную сферы [4]. С другой стороны, начиная с 2006 г. ускорилась естественная убыль трудоспособного населения Российской Федерации, составляющая теперь около 1 млн чел. в год [5]. Кроме того, в 2005 г. каждое пятое рабочее место в промышленности Российской Федерации было свободно, а в период 2007-2010 гг. количество вакансий в промышленности возросло в 3-5 раз [5]. Несмотря на дефицит рабочей силы, испытываемый отечественными промышленными предприятиями, тип занятости, сформировавшийся в России, по-прежнему можно охарактеризовать как сверхиндустриальный (рис. 1). Между тем становление в стране экономики инновационного типа, являющееся одной из первостепенных целей реформирования российской экономики, требует дополнительного привлечения трудовых ресурсов в сферу услуг и информационного обслуживания [6-8]. □Постиндустриальная сфера з анят о стн (3 4.5 %) ■Индустриальная сфера з анят о стн (б 5 5 %) Рис. 1. Структура занятости россиян в 2011 г. (рассчитано автором по материалам источника [9] Не являются благоприятными и социально-демографические прогнозы относительно дальнейшего развития страны. Согласно оценке Росстата, в течение 2006-2015 гг. трудоспособное население Российской Федерации сократится на 10 млн чел., а к 2025 г. трудоресурсный потенциал уменьшится на 14 млн чел. [5]. Проанализированные автором данные (рис. 2, 3) свидетельствуют о возможностях восполнения сокращающегося трудоспособного населения и стабилизации демографического развития Российской Федерации благодаря привлечению иностранных работников. Рис. 2. Естественный и миграционный прирост в Российской Федерации (2000-2013 гг.) (рассчитано автором по материалам источника [10]) 2008 2009 2010 2011 2012 Годы Рис. 3. Находящиеся в трудоспособном возрасте население Российской Федерации и мигранты (2000-2012 гг.) (рассчитано автором по материалам источников [9, 11-15]) Итак, трудодефицитный характер экономики Российской Федерации и ускорившиеся процессы сокращения вносящего наибольший вклад в производство общественного продукта населения трудоспособного возраста обусловливают неизбежность импорта в страну рабочей силы. Прогнозируемая экспертами потребность российской экономики в мигрантах, составляющая 35-70 млн в течение 50 лет, служит красноречивым подтверждением данного тезиса [5]. Более того, хотя отношение россиян к трудовым мигрантам является скорее отрицательным, в 2013 г. услугами трудовых мигрантов пользовались более 30% жителей России, в то время как в 2007 г. аналогичный показатель не достиг и 20% [4]. Вышерассмотренные социально-экономические и демографические тенденции развития Российской Федерации позволяют сделать вывод не только о неизбежном и объективном характере внешней трудовой миграции в страну, но и о необходимости импорта трудовых ресурсов для стабилизации демографической ситуации, для решения проблем занятости и дефицита рабочей силы, для обеспечения вертикальной мобильности местного населения, для повышения уровня и качества жизни местного населения, для развития сферы услуг и, наконец, для обеспечения устойчивого экономического роста. В начале 1990-х гг. Российской Федерации впервые довелось столкнуться с масштабной внешней трудовой миграцией. После распада СССР в страну хлынули потоки высокообразованных, профессионально состоявшихся русскоговорящих граждан из бывших советских республик. Однако отсутствие централизованной, четко сформулированной и детально проработанной миграционной политики не позволило России в полной мере воспользоваться поступившим в ее распоряжение потенциалом высококвалифицированных мигрантов [16, 17]. Именно поэтому максимизация выгод, получаемых Российской Федерацией от привлечения трудовых мигрантов, и нивелирование возможных отрицательных эффектов импорта иностранной рабочей силы в страну возможны лишь при надлежащем регулировании процессов трудовой миграции со стороны страны-реципиента. Немаловажным является и тот факт, что сбалансированное и взвешенное регулирование миграционных процессов поможет Российской Федерации укрепить свои позиции на глобальном рынке, конкуренция за привлечение иностранной рабочей силы на котором обостряется год от года. Процессы трудовой миграции должны, таким образом, быть управляемыми. Достигаемое посредством регулирования миграционных процессов решение проблем не имеющих стабильной и достойной работы трудовых мигрантов будет, в свою очередь, способствовать экономическому росту в стране. Следовательно, центральное место в миграционной политике Российской Федерации должно быть отведено разработке мероприятий эффективной занятости трудовых мигрантов. Проанализировав дефиниции концепта «эффективная занятость», данные различными авторами [18-27], эффективную занятость определим как качественную категорию, представляющую собой единство социальной и экономической составляющих, которая посредством обеспечения достойных условий труда и жизни работников, непрерывного образования и повышения квалификации создает предпосылки для достижения максимального экономического роста. Очевидно, что содержание, вкладываемое работниками, работодателями и государством в понятие «эффективная занятость», не может быть одинаковым. Для работников занятость будет эффективной при условии достойной оплаты труда и при наличии возможностей реализовать свой потенциал. Обеспечивающая высокую производительность труда, максимизирующая прибыль и минимизирующая издержки занятость будет эффективна, по мнению работодателей. Прямыми следствиями эффективной занятости, с точки зрения государства, станут рациональное распределение рабочих мест между работниками и экономический рост [6, 20, 28]. Несмотря на качественное содержание концепта, эффективную занятость оценивают с применением таких количественных показателей, как заработная плата, уровень занятости трудоспособного населения в общественном хозяйстве, структура распределения работников по отраслям и секторам экономики, профессионально-квалификационная структура работников, охрана и производительность труда, норма безработицы и ее соотношение с естественным уровнем безработицы; период, в течение которого индивид был безработным; уровень поддержки безработных, охват социально-трудовых отношений коллективными договорами, количество выявленных в сфере трудовых отношений правонарушений, удельный вес работников со средним (начальным профессиональным и т.д.) образованием, прирост занятых за счет мигрантов и др. [19, 22, 25, 29, 30]. Вопросами регулирования занятости трудовых мигрантов в Российской Федерации занимаются Федеральная миграционная служба, Министерство труда и социальной защиты и Федеральная государственная служба занятости населения в рамках подпрограммы «Внешняя трудовая миграция» государственной программы «Содействие занятости населения» [28, 31]. Оценивая мероприятия, направленные на обеспечение занятости трудовых мигрантов в России, можно прийти к выводу, что при их создании были использованы преимущественно экономико-трудовой, социально-демографический и юридическо-правовой подходы, в рамках которых трудовые мигранты рассматривались как экономически мотивированные, рациональные, независимые, эгоистичные и информированные homo economicus. Указанные подходы к разработке мероприятий эффективной занятости, безусловно, обладают рядом сильных сторон, позволяющих соотносить стратегии поведения и действий трудовых мигрантов в стране приема с уже разработанными в экономической теории конкретными моделями и подкреплять теоретический материал статистическими данными и строгими математическими выкладками. Однако и экономико-трудовой, и социально-демографический, и юриди-ческо-правовой подходы оказываются не в силах учесть субъективную составляющую трудовой миграции, которую невозможно выявить, обращаясь лишь к данным официальной статистики. Принять во внимание контекст конкретной ситуации, не пытаясь в то же время вписать данную ситуацию в жесткие границы определенной модели, позволяет экономическая социология. Всеобъемлющий же анализ трудовой миграции станет возможен при применении экономико-социологического подхода, представляющего собой синтез экономической социологии и экономической теории. Наиболее существенной чертой экономико-социологического подхода является замена модели homo economicus моделью волевого, способного поступать вопреки, гибкого, рефлексирующего и социально-дифференцированного homo socio-logicus [32-35]. Использование методологии экономической социологии позволяет выделить на российском рынке труда мигрантов три миграционные «волны», причем третья волна будет состоять из двух качественно и количественно неоднородных сегментов. Более подробная характеристика миграционных «волн» была составлена на основании социологических исследований, касающихся трудовой миграции населения из являющихся основными поставщиками трудовых ресурсов в Российскую Федерацию стран СНГ и Китая (табл. 1) [4, 16, 17, 36-49]. Таблица 1. Миграционные «волны» на российском рынке труда Название, период Характеристика трудовых мигрантов «Первая волна» (1990-2005 гг.) Высокообразованные, состоявшиеся профессионально, свободно говорящие по-русски homo sociologicus. Работа должна соответствовать субъективным потребностям в самореализации, получении новых знаний, уважении коллег и руководства и т.д. Нередко начинают трудовой путь на вторичном рынке труда, но обладают потенциальными возможностями вырваться за пределы «зарезервированных» для мигрантов рабочих мест. Связывают свое будущее, будущее своих детей с жизнью в России «Вторая волна» (2006-2012 гг.) Экономически мотивированные, обладающие низким образовательным и профессиональным уровнем, плохо говорящие по-русски homo economicus. Трудоустраиваются посредством обращения к неформальным мигрантским сетям (родственники, друзья, диаспоры), реже приезжают на заранее известное место работы («по звонку» работодателя). Занимают характеризующиеся вредными и опасными условиями труда, трудом «на износ», длинным рабочим днем и наличием различных форм дискриминации «мигрантские» ниши на рынке труда. Удовлетворения субъективных ожиданий не ждут; ни свое будущее, ни будущее детей с жизнью в России не связывают «Третья волна» (2006-н.в.) Первый сегмент - модифицированные homo economicus, более активные, деятельные и адаптивные, нежели представители классической модели. Основной стратегией трудоустройства является приезд на заранее известное место работы. Второй сегмент - высококвалифицированные иностранные специалисты, привлекаемые в страну целенаправленными усилиями российского Правительства. Более экономически мотивированы, нежели представители «первой волны», но менее активны и гибки в силу приезда в страну «по приглашению» Правительства. Могут быть отнесены к модифицированным homo economicus Приезжая в Российскую Федерацию, трудовые мигранты, относимые к каждой из трех миграционных «волн», сталкиваются со значительным числом проблем, снижающих степень эффективности их занятости. Среди основных трудностей можно назвать экономические, правовые, культурно-коммуникативные проблемы, социальную конкуренцию; проблемы в отношениях с местными жителями и связанные со спецификой российского климата и национальной кухни проблемы физиологического характера [50]. Помощь в решении указанных проблем трудовые мигранты могут получить как от государственных структур, так и от работодателей и негосударственных структур (диаспоры, национально-культурные автономии). Синтезируя изложенное выше, можно заключить, что эффективная занятость трудовых мигрантов должна представлять собой комплекс мероприятий, дифференцированный в зависимости от конкретной миграционной «волны» и от субъекта, на который возложено выполнение данных мероприятий. Учитывая, что прибывающие в настоящее время в Российскую Федерацию трудовые мигранты являются представителями «третьей волны», а также принимая во внимание интегративный характер данной «волны», объединяющей несколько модифицированные модели первых двух «волн», наиболее целесообразным представляется рассмотрение эффективной занятости мигрантов применительно к «третьей волне». По предположению автора, в критериях эффективной занятости в стране-реципиенте, выдвигаемых представителями первого и второго сегментов «третьей волны», будут наблюдаться различия (табл. 2). Таблица 2. Основные критерии эффективной занятости, с точки зрения работающих в России трудовых мигрантов «третьей волны» «Третья волна» Критерии эффективной занятости Первый сегмент 1) Позволяющая оказывать материальную помощь близким, оставшимся на Родине, заработная плата. 2) Наличие жилья 3) Отсутствие эксплуатации, дискриминации и неправомерных действий со стороны работодателей и полиции. 4) Упрощенное трудоустройство. 5) Минимум сверхинтенсивной работы. 6) Обеспечение соблюдения техники безопасности Второй сегмент 1) Соответствие работы субъективным ожиданиям (творческая занятость, престиж, уважение, участие в принятии решений и т.д.) 2) Соответствие заработной платы статусу высококвалифицированного специалиста, соответствие должности и профессионально-квалификационного уровня 3) Безопасные и эргономичные условия труда 4) Социальная защита мигранта и его семьи 5) Отвечающие высоким стандартам жилищные условия 6) Повышение социального статуса, уровня и качества жизни по сравнению с аналогичными показателями в стране исхода 7) Возможности для повышения образования и квалификации 8) Перспективы карьерного роста 9) Возможность получения гражданства страны-реципиента В указанных в табл. 2 критериях эффективной занятости внимание на официальном или неофициальном статусе занятости трудовых мигрантов акцентировано не было. Представляется вполне очевидным, что трудоустройство высококвалифицированных иностранных специалистов носит официальный характер, а трудовые мигранты первого сегмента «третьей волны» стремятся найти любую работу вне зависимости от того, будет трудоустройство официальным или нет. Сравнивая критерии эффективной занятости в стране-реципиенте, нетрудно заметить, что список требований к работе, предъявляемый трудовыми мигрантами второго сегмента «третьей волны», является более обширным, нежели аналогичный список мигрантов первого сегмента. Также стоит отметить взаимосвязь и взаимозависимость между всеми элементами эффективной занятости - изменение размера заработной платы повлечет за собой изменение жилищных условий, повышение образовательного уровня сделает возможным продвижение по карьерной лестнице и т.д. Принимая во внимание наличие между составляющими эффективной занятости взаимосвязи и взаимозависимости, а также учитывая наличие сходных требований к эффективной занятости у трудовых мигрантов обоих сегментов «третьей волны», представляется логичным разработать своего рода базовый уровень эффективной занятости, включающий общие для всех мигрантов мероприятия. На взгляд автора, базовый уровень эффективной занятости трудовых мигрантов может состоять из двух блоков. I. Минимальные национальные условия труда, включающие: 1) безопасные условия труда мигрантов (соответствие условий труда технике безопасности и санитарно-гигиеническим правилам и нормам; инструктаж по технике безопасности; предоставление спецодежды, средств труда и средств по технике безопасности; возмещение ущерба от полученных травм, увечий); 2) отсутствие принуждения к труду, эксплуатации и дискриминации; 3) установление минимального размера оплаты труда; 4) законодательное закрепление продолжительности рабочего дня и рабочей недели; 5) оплата сверхурочной работы; 6) предоставление отпуска (очередного, по болезни, по уходу за ребенком); 7) свобода ассоциаций (профессиональных объединений); 8) интеграция и адаптация легальных трудовых мигрантов в стране-реципиенте; 9) противодействие незаконным формам занятости. II. Минимальный национальный уровень социальной защиты, содержащий: 1) социальные стандарты предоставления услуг содействия занятости; 2) охрану труда; 3) доступное здравоохранение и образование, в том числе для детей мигрантов; 4) социальное обслуживание и предоставление социальных услуг; 5) пенсионное обеспечение; 6) социальную поддержку наиболее уязвимых категорий мигрантов (многодетных и малоимущих семей, инвалидов и др.). Дифференцированы мероприятия эффективной занятости трудовых мигрантов будут по следующим направлениям: 1. Работа и образование. Зафиксировать предъявляемые трудовыми мигрантами «третьей волны» критерии к работе предлагается благодаря осуществлению контроля за соблюдением трудового законодательства и трудовых договоров. При проведении исследования автор пришла к выводу, что трудовые мигранты первого сегмента «третьей волны» главным образом ожидают от своей работы получения заработной платы, размер которой позволит помогать оставшимся в стране исхода близким. Поэтому в целях обеспечения эффективной занятости стоит приблизить долю заработной платы в структуре затрат на рабочую силу мигрантов к аналогичному показателю россиян. Эффективная занятость трудовых мигрантов второго сегмента «третьей волны» помимо гарантированных и для мигрантов первого сегмента минимальных национальных условий труда и социальной защиты должна учитывать необходимость обеспечения высококвалифицированных иностранных специалистов рабочими местами, отвечающими требованиям эргономики. Кроме того, важной составляющей эффективной занятости высококвалифицированных иностранных специалистов должно стать их моральное мотивирование посредством обеспечения участия и высокой степени свободы в принятии организационных и управленческих решений, поддержки непрерывного образования и повышения квалификации, гарантий уважения со стороны коллег и руководства; обеспечения благоприятного микроклимата в коллективе, социализации, творческой занятости и самореализации. Повышающее производительность труда рациональное распределение трудовых мигрантов по рабочим местам представляет собой одно из ключевых условий обеспечения эффективной занятости. Именно поэтому для трудовых мигрантов первого сегмента «третьей волны» повышение образования и квалификации обязательно должно входить в список мероприятий эффективной занятости. Несмотря на отсутствие у мигрантов первого сегмента желания повышать свой профессиональный уровень, можно предположить, что представители первого сегмента, при необходимости с легкостью осваивающие новые профессии, не воспротивятся повышению своего образовательно-профессионального уровня, особенно если это, как в ряде развитых стран, будет происходить за счет работодателей, а сами мигранты получат по окончании обучения денежные гранты [28]. В случае с трудовыми мигрантами второго сегмента «третьей волны» расхождения между императивами обеспечения эффективной занятости и стремлением высококвалифицированных специалистов к непрерывному образованию и повышению квалификации наблюдаться не будет. 2. Трудоустройство и оплата труда. В первую очередь при реализации мероприятий эффективной политики занятости необходимо обеспечение государственного контроля за официальным трудоустройством мигрантов в России и обязательное лицензирование посреднических агентств на рынке труда. В качестве одного из элементов эффективной занятости трудоустройство по специальности позволяет не растратить поступающий в распоряжение России потенциал иностранных трудовых ресурсов впустую. Трудоустройство в соответствии с полученными трудовыми мигрантами специальностями предлагается обеспечивать, проверяя наличие у них сертификатов об образовании. Перспективным, по мнению автора, является создание методики сопоставления зарубежных и российских образовательных документов, а также методики выявления среди трудовых мигрантов квалифицированных специалистов. При реализации мероприятий эффективной занятости оплата труда мигрантов будет регулироваться посредством исполнения минимальных национальных условий труда. Тем не менее для обеспечения эффективной занятости трудовых мигрантов одного лишь соблюдения минимальных национальных условий труда будет недостаточно. В настоящее время в России образование и квалификация мигрантов первого сегмента мало влияют на оплату их труда, более подверженную региональной дифференциации [38, 51]. Законодательное закрепление зависимости заработной платы трудовых мигрантов от уровня их образования или квалификации может стать решением данной проблемы. Согласно ст. 13.2 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» минимальный размер заработной платы высококвалифицированных иностранных специалистов должен составлять от 700 тыс. до 2 млн руб. в год [52]. Учитывая «элитарный» статус трудовых мигрантов второго сегмента «третьей волны» и заинтересованность Правительства РФ в их привлечении, логичной будет являться дополнительная мотивация высококвалифицированных иностранных специалистов в виде выплачиваемых бонусов. 3. Уровень и качество жизни. Достичь соответствия субъективных желаний трудовых мигрантов первого сегмента «третьей волны», касающихся уровня и качества жизни, возможно, соблюдая вышеупомянутые трудовое законодательство, минимальные национальные условия труда и социальной защиты. Трудовые мигранты второго сегмента «третьей волны» предъявляют к уровню и качеству их жизни в Российской Федерации куда более строгие требования, максимальное выполнение которых предполагает обеспечение лучших, чем были в стране-доноре, уровня и качества жизни. Дабы претворить подобные ожидания в жизнь, потребуется не только соблюдение трудового законодательства, минимальных национальных условий труда и социальной защиты, но и поддержание высоких жилищных стандартов и моральное мотивирование. На основе вышепроанализированного материала можно сделать вывод, что максимизации вкладов трудовых мигрантов в российскую экономику можно достичь при разделении мероприятий эффективной занятости трудовых мигрантов «третьей волны» на две соответствующие сегментам данной «волны» части: 1) интегративные и натурализационные мероприятия для трудовых мигрантов второго сегмента «третьей волны», за счет которых будут решаться проблемы сокращения естественной убыли населения России; 2) адаптационные мероприятия сезонного характера для трудовых мигрантов первого сегмента «третьей волны», за счет которых будет происходить временное восполнение трудовых ресурсов. Итак, трудовая миграция представляет собой сложный социально-экономический процесс, с противоречивыми последствиями которого в конце XX - начале XXI в. столкнулась и Российская Федерация. Однако в конце прошлого века страна в силу отсутствия детально разработанной миграционной политики оказалась не готова воспользоваться поступившими в ее распоряжение высококвалифицированными ресурсами. Следствием подобного негативного опыта тем не менее стало понимание необходимости разработки регулирующих внешние миграционные процессы мероприятий, ключевыми из которых должны стать мероприятия эффективной занятости трудовых мигрантов. Кроме того, при создании комплекса мероприятий эффективной занятости трудовых мигрантов стоит принять во внимание не только присущие традиционным экономико-трудовому, социально-демографическому и юридиче-ско-правовому подходам достоинства, но и имеющиеся у данных подходов ограничения. В частности, упомянутые подходы, обладая внушительным набором теоретических наработок, не позволяют учесть нерегистрируемые в официальной статистике данные, которые очень важны при разработке не абстрактных программ эффективной занятости, но программ занятости, эффективных с точки зрения трудовых мигрантов. Выявлению неучтенных в официальной статистике данных, касающихся трудовой миграции, и исследованию трудовых мигрантов как «людей социо-логизированных», чьи поступки не всегда рациональны и эгоистичны, способствует экономическая социология. Всеобъемлющий анализ трудовой миграции и трудовых мигрантов станет, таким образом, возможен при осуществлении синтеза экономико-трудового подхода и методологии экономической социологии. Получаемый в результате экономико-социологический подход позволит проанализировать контекст конкретных ситуаций, связанных с трудовой миграцией; сделает возможным исследование формальных и неформальных правил и норм, присущих мигрантам при осуществлении трудовой деятельности, а также позволит учесть влияние на трудовых мигрантов и их деятельность в стране-реципиенте таких современных тенденций развития общества и экономики, как неустойчивый характер занятости, рост безработицы и внутри- и меж-странового экономического неравенства, повышение роли интеллектуального капитала и виртуальной экономики и др. Приняв за основу экономико-социологический подход, можно создать детализированный комплекс мероприятий эффективной занятости для находящихся в Российской Федерации трудовых мигрантов. Причем комплекс мероприятий эффективной занятости трудовых мигрантов можно дифференцировать и детализировать не только в зависимости от принадлежности мигрантов к конкретной «волне», но и в зависимости от субъекта, реализующего мероприятия эффективной занятости (государство, работодатели, негосударственные структуры). По мнению автора, применение при разработке мероприятий эффективной занятости трудовых мигрантов экономико-социологического подхода позволит Российской Федерации, во-первых, укрепить и усилить свои позиции одного из мировых центров притяжения иностранной рабочей силы. Во-вторых, экономико-социологический подход сделает объемы миграционных потоков управляемыми. Появится возможность изменять объемы привлечения трудовых мигрантов первого и второго сегментов «третьей волны» в зависимости от потребностей российской экономики. И, наконец, вышеуказанные следствия применения экономико-социологического подхода при разработке мероприятий эффективной занятости трудовых мигрантов станут катализатором улучшения уровня и качества жизни россиян, а также придадут росту российской экономики устойчивый характер.

Ключевые слова

Interdisciplinary studies, Homo sociologicus, Homo economicus, Effective employment, Economic sociology, Waves of migration, Labor migration, междисциплинарные исследования, homo economicus, homo sociologicus, эффективная занятость, экономическая социология, миграционные волны, трудовая миграция

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Соловьева Наталья НиколаевнаТомский государственный университетаспирант кафедры системного менеджмента и экономики предпринимательстваthe_catcher_in_the_rye@sibmail.com
Всего: 1

Ссылки

Федеральный закон от 25 июля 2002 г. № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» (в ред. от 01.12.2014). Доступ из справочно-правовой системы «КонсультантПлюс».
Нуралиев Н.Н. Проблемы трудовой миграции из Таджикистана в Россию // Социологические исследования. 2005. № 8. С. 68-72.
Кашпур В.В., Поправко И.Г. Социокультурная адаптация мигрантов: проблемы и стратегии (томский кейс) // Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 354. С. 88-93.
Шурупова А.С. Адаптация и приживаемость мигрантов // Социологические исследования. 2006. № 6. С. 87-89.
Предотвращение и противодействие распространению рабства и торговли людьми в Российской Федерации: итоговый доклад по исследовательской части проекта Европейского союза, реализуемого Бюро Международной организации по миграции (МОМ) в РФ «Предотвращение торговли людьми в Российской Федерации». М.: Импала, 2008. 140 с.
Ларин А.Г. Китайские мигранты: их представления о работе, учебе и условиях жизни в России // Проблемы прогнозирования. 2009. № 3. С. 140-160.
Волох В. Миграция и Россия: динамика, риски и перспективы // Власть. 2012. № 6. С. 10-16.
Потапова Ю. Трудная доля // Российская газета - Экономика Сибири. 2013. 10 окт. (№ 227 (6203)). С. 16.
Борисов Е.А., Охлопкова Н.В. Динамика международной трудовой миграции в России // Проблемы современной экономики. 2012. № 4 (44). С. 73-76.
Калугина З.И. Технический прогресс или трудовая миграция? // ЭКО. Всероссийский экономический журнал. 2013. № 1. C. 99-116.
Веденеева В.Т. Мигранты на российском рынке труда // Россия и современный мир. 2009. № 3. С. 45-61.
Гриценко Г.Д., Кобзева Н.В., Маслова Т.Ф. Черты к портрету трудового мигранта // Социологические исследования. 2007. № 8. C. 125-127.
Лепяхова С.В., Янжинов С.А. Этнокультурная правовая политика в контексте миграционных процессов // Юристь-Правоведь. 2007. № 4. С. 69-75.
Кресова Н.С. Основные характеристики трудовой миграции населения в современной России // Теория и практика общественного развития. 2007. № 1. С. 22-30.
Козина И.М., Карелина М.В., Металина Т.А. Трудовые практики иностранных рабочих в России // Социологические исследования. 2005. № 3. С. 44-52.
Прибыткова И.М. Трудовая миграция населения Украины в условиях трансформации экономических и общественных отношении // Трудовая миграция в СНГ: социальные и экономические аспекты / отв. ред. Ж.А. Зайончковская. М., 2003. С. 25-68.
Щербаков В. Проблемы трудовой миграции в странах СНГ. Трудовая миграция в странах СНГ и защита прав трудящихся-мигрантов // Общество и экономика. 2004. № 11. С. 5-19.
Методология и методы изучения миграционных процессов: междисциплинарное учеб. пособие / под ред. Ж.А. Зайончковской, И.Н. Молодиковой, В.И. Мукомеля. М.: Центр миграционных исследований, 2007. 370 с.
Радаев В.В. Еще раз о предмете экономической социологии // Экономическая социология. 2002. Т. 3, № 3. С. 21-35.
Грановеттер М. Экономическое действие и социальная структура: проблема укорененности // Экономическая социология. 2002. Т. 3, № 3. С. 44-59.
Грановеттер М. Экономические институты как социальные конструкты: рамки анализа // Журнал социологии и социальной антропологии. 2004. Т. 7, №1. С. 76-89.
Постановление Правительства РФ от 15.04.2014 № 298 «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Содействие занятости населения». Доступ из спра-вочно-правовой системы «КонсультантПлюс».
Кузьмин С.А. Эффективная занятость населения. М.: Экономика, 1990. 144 с.
Карпушкина А.В. Институциональная среда социально-трудовых отношений (региональный аспект). Челябинск: Изд. центр ЮУрГУ, 2011. 234 с.
Глобализация рынков труда: Динамика, проблемы, перспективы: сб. обзоров. М., 2010. 250 с.
Экономика труда / под ред. Ю.П. Кокина, П.Э. Шлендера. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Магистр, 2010. 686 с.
Садовая Е.С., Сауткина В.А. Качество жизни населения мира: измерение, тенденции, институты. М.: ИМЭМО РАН, 2012. 208 с.
Иванова-Швец Л.Н. Управление трудовыми ресурсами: учебно-методический комплекс. М.: Изд. центр ЕАОИ, 2009. 160 с.
РофеА.И. Экономика труда: учеб. М.: КНОРУС, 2010. 400 с.
Нехода Е.В. Социализация трудовых отношений. Генезис, институты, модели и концепция развития в современной России. Germany: Изд-во LAP LAMBERT Academic Publishing GmbH & Co, 2010. 415 с.
Красноженова Г.Ф., Симонин П.В. Управление трудовыми ресурсами: учеб. пособие. М.: ИНФРА-М, 2010. 159 с.
Инновационная экономика: занятость, трудовая мотивация, эффективность труда / Л.С. Чижова [и др.]; под ред. Л.С. Чижовой. М.: Экономика, 2011. 430 с.
Галкина Е.Н. Эффективная занятость специалистов на современном этапе развития экономики: дис.. канд. экон. наук. М., 2004. 160 с.
Экономика и социология труда (социально-трудовые отношения): учеб. пособие / под ред. В.А. Гаги. Томск: Том. гос. ун-т, 2009. 520 с.
Узяков М.Н., Узякова Е.С. Занятость и эффективная занятость в российской экономике // Проблемы прогнозирования. 2011. № 6. С. 89-101.
Леденева Л.И., Тюрюканова Е.В. Ориентации детей мигрантов на получение высшего образования // Социологические исследования. 2005. № 4.С. 94-100.
Леденева Л.И., Тюрюканова Е.В. Молодые мигранты на рынке образовательных услуг // Свободная мысль - XXI. 2005. № 4. С. 181-191.
Численность и миграция населения Российской Федерации в 2011 году: стат. бюл. М., 2012. 146 с.
Численность и миграция населения Российской Федерации в 2012 году: стат. бюл. М., 2013. 146 с.
Численность и миграция населения Российской Федерации в 2008 году: стат. бюл. М., 2009. 180 с.
Численность и миграция населения Российской Федерации в 2009 году: стат. бюл. М., 2010. 180 с.
Численность и миграция населения Российской Федерации в 2010 году: стат. бюл. М., 2011. 172 с.
Демография. URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ ru/statistics/ population/demography/# (дата обращения: 25.12.2014).
Труд и занятость в России. 2013: стат.сб. M., 2013. 638 c.
Рынок труда: реакция на кризис (по материалам зарубежных стран) / под ред. Ф.Э. Бурджалова, Е.Ш. Гонтмахера. М.: ИМЭМО РАН, 2011. 185 с.
Президент утвердил Концепцию государственной миграционной политики Российской Федерации на период до 2025 года. URL: http://www. kremlin.ru/acts/15635 (дата обращения: 25.12.2014).
Казначеева Н.Л., Строганова Д.П. Формирование системы эффективной занятости как важнейший элемент социальной политики // Вестн. Том. гос. ун-та. Экономика. 2011. № 4 (16). С. 97-104.
Безбородова Т.М. К вопросу о социально-экономической природе миграции трудовых ресурсов в Россию из стран ближнего зарубежья // Вестн. Омск. ун-та. Сер. «Экономика». 2010. № 1. С. 76-80.
Добрынина Е. Когда работают, любим, а так - нет // Российская газета. 2013. 18 окт. (№235 (6211)). С. 11.
Труд и занятость в России. 2011: стат. сб. M., 2011. 637 c.
Пресс-релиз ООН. URL: http://www.un.org/ru/ga/68/ meetings/migration/pdf/ international-migrantsworldwide_totals2013.pdf (дата обращения: 25.12.2014).
Мкртчян Н.В. Демографическая ситуация и межэтнические процессы в России как базисные условия формирования перспективной иммиграционной политики // Научные труды Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН / гл. ред. А.Г. Коровкин. М.: МАКС Пресс, 2005. С. 418-439.
 Политика эффективной занятости трудовых мигрантов | Вестн. Том. гос. ун-та. Экономика. 2015. № 3(31).

Политика эффективной занятости трудовых мигрантов | Вестн. Том. гос. ун-та. Экономика. 2015. № 3(31).