Совершенствование налогообложения прибыли в странах ОЭСР и Р | Вестн. Том. гос. ун-та. Экономика. 2018. № 43. DOI: 10.17223/19988648/43/9

Совершенствование налогообложения прибыли в странах ОЭСР и Р

Сопоставлены доля доходов от корпоративного подоходного налога в общих налоговых поступлениях и доля налога на прибыль организаций в ВВП стран ОЭСР и РФ. Проанализированы основные тенденции налоговых новаций в странах ОЭСР и РФ в следующих областях налогообложения прибыли: ставки корпоративного подоходного налога (стандартная и для малого бизнеса); налоговые льготы в области НИОКР; амортизационные отчисления; экологические налоговые льготы; налоговые льготы, связанные с малым бизнесом; перенос убытков на будущее; концепция борьбы с уклонением от налогообложения. На основе проведенного анализа сформулированы предложения по совершенствованию законодательного регулирования в РФ налогообложения прибыли организаций.

Improvement of profit taxation in OECD and Russia.pdf Реформирование налогообложения во всех странах происходит постоянно. При этом каждому государству, с одной стороны, необходимо ориентироваться на имеющийся опыт других юрисдикций. С другой стороны, следует учитывать национальную специфику менталитета и сакральности и т.п. Поэтому ни грамотно оценить проводимые налоговые реформы, ни предложить обоснованные и правильные направления дальнейшего реформирования налоговой системы России невозможно без исследования мировых тенденций совершенствования того или иного аспекта налогообложения, но с учетом российских особенностей и реалий настоящего момента. Рассмотрим, как в последнее время происходит реформирование налогообложения прибыли юридических лиц в странах ОЭСР и странах-партнерах данной организации, взяв за основу прежде всего информацию из изданий ОЭСР: Tax Policy Reforms in the OECD 2016; Tax Policy Reforms 2017: OECD and Selected Partner Economies; Bert Brys, Sarah Perret, Alastair Thomas, Pierce O'Reilly «Tax Design for Inclusive Economic Growth» [1-3]. Сразу же поясним, что аналог российского на прибыль организаций в различных странах может называться по-разному: налог на прибыль, налог на доход, корпоративный налог, корпоративный подоходный налог и т. д. Поэтому вне зависимости от используемых понятий в данной статье речь идет именно об аналогах отечественного налога на прибыль. Исходя из информации, содержащейся в перечисленных источниках, следует сделать несколько замечаний. Во-первых, большинство статистических данных доступно только за 2014 г., иногда за 2015 г., а данных за более поздние годы в настоящее время нет. На сайте Росстата [4] также содержится в большинстве своем информация, заканчивающаяся 2015 г. При этом необходимо отметить, что на сайте Росстата информация по налоговой тематике используется по данным ФНС РФ [5]. Поэтому в статье будут приводиться сопоставимые расчеты за период до 2015 г. Во-вторых, не все страны, информация о которых содержится в названных публикациях ОЭСР, можно считать примером для РФ. Вследствие этого необходима определенная избирательность в выборе материала из этих публикаций. В-третьих, для обеспечения сопоставимости расчетов тех или иных показателей на основе статистических данных потребуются пояснения и уточнения, которые автор будет давать по мере необходимости. В странах ОЭСР доходы от корпоративного подоходного налога в 2015 г. составляли в среднем около 8,8% от общих налоговых поступлений. Это значительно меньшая доля по сравнению с другими источниками доходов бюджета, такими как НДФЛ (24%), социальные отчисления (26,2%) и НДС (20,1%). Необходимо заметить, что страны имеют различные значения налоговых поступлений от корпоративного подоходного: в 2015 г. доля корпоративного подоходного налога в общем объеме налоговых поступлений колебалась от 4,0% в Словении до 23,7% в Чили. В России за 2015 г., если включить в расчет поступления налогов, сборов и иных обязательных платежей в консолидированный бюджет РФ (раздел 1 формы 1-НМ [5]), данные по страховым взносам, имеющиеся на сайте Минфина РФ [6], то получится следующая структура поступления налогов, сборов и страховых взносов по состоянию на 01.01.2016 г., рассчитанная автором: страховые взносы, включающие отчисления в ПФР, ФФОМС и ФСС (25,9%); НДФЛ (15,1%); налог на прибыль организаций (14,1%); НДС (13,0%). При этом налоги, сборы и регулярные платежи за пользование природными ресурсами составляли 17,3% от исследуемых поступлений. Так как подобные налоги не для всех стран характерны, то в случае исключения их из расчетов получится более достоверная картина структуры поступления фискальных платежей: страховые взносы (31,4%); НДФЛ (18,3%); налог на прибыль организаций (17,0%); НДС (15,7%). Таким образом, поступления налога на прибыль организаций в РФ за 2015 г. были существенно меньше поступлений от налогообложения труда (о проблемах налогообложения труда авторы неоднократно писали [7-9]), но значительно больше среднего значения доходов от корпоративного подоходного налога по странам ОЭСР и странам-партнерам. Доходы от корпоративного подоходного налога, как правило, более взаимосвязаны с бизнес-циклом, чем доходы от других налогов. Средние доходы корпоративного подоходного налога в ОЭСР выросли примерно до 3,6% ВВП в 2007 г., незадолго до начала экономического кризиса. Впоследствии средний показатель снизился до 2,6% в 2009 г., а затем несколько восстановился в последующие годы, достигнув 2,9% ВВП в 2015 г., что ниже докризисного уровня, но близко к среднему коэффициенту (CIF стоимость, страхование, фрахт: стандартное условие внешнеторгового контракта, означающее, что экспортер несет расходы по доставке товара в порт отгрузки, страхованию товара, погрузке и фрахту до порта назначения) к ВВП в начале 2000-х гг. Выходя за рамки среднего показателя, данные показывают, что доходы от корпоративных подоходных налогов в виде доли от ВВП упали во всех странах, кроме пяти (Эстония, Греция, Люксембург, Мексика и Турция) в 2008 и 2009 гг., но большинство из стран зафиксировало средний рост доходов от корпоративных подоходных налогов на 0,6 процентного пункта относительно ВВП в 2010-2015 гг. Норвегия, Люксембург и Южная Африка были странами, где произошло значительное снижение доходов [10]. Доля налога на прибыль организаций в российском ВВП представлена в составленной автором на основе данных Росстата РФ и ФНС РФ [4, 5] (табл. 1). Таблица 1. Доля налога на прибыль организаций в ВВП России Год 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 ВВП, трлн руб. в текущих ценах 33,2 41,3 38,8 46,3 59,7 66,9 71,0 78,0 80,8 Поступления налога на прибыль, трлн руб. 2,1 2,5 1,2 1,8 2,3 2,4 2,1 2,5 2,6 Доля налога на прибыль организаций в ВВП России, % 6,3 6,1 5,4 3,9 3,9 3,6 3,0 3,2 3,2 Анализ данных табл. 1 показывает, что в России доля поступлений налога на прибыль организаций соразмерна со средним значением по ОЭСР в 2015 г., даже на 0,3% его превышает. Однако следует указать, что темпы роста ВВП за весь рассматриваемый период существенно превышают темпы роста поступлений налога на прибыль, это свидетельствует о недостаточно активном участии в формировании ВВП бизнеса, так как ему предоставлены существенные преференции. Именно с этих позиций и следует анализировать тенденции в реформировании налога на прибыль организаций в странах ОЭСР и странах-партнерах, раскрытые в «Tax Policy Reforms 2017: OECD and Selected Partner Economies» [2], излагаемые далее, и предлагать варианты дальнейшего совершенствования налогообложения прибыли в РФ. Проанализируем сначала тенденции в области изменения ставок корпоративного подоходного налога в странах ОЭСР и странах-партнерах. Отметим, что проблемы ставок и других элементов налога на прибыль организаций более чем в 100 зарубежных странах автором подробно рассмотрены в учебнике «Налоговое планирование» [11. С. 114-128; 12. С. 421-423]. Тенденция к снижению ставок корпоративного подоходного налога, которая замедлилась после экономического кризиса, в настоящее время набирает обороты. В 2015 г. снижение ставки корпоративного подоходного налога осуществила Эстония; Япония, Испания, Норвегия и Израиль приняли законы о снижении ставок корпоративного подоходного налога, которые вступили в силу в 2016 г. Кроме того, ставки корпоративного подоходного налога, предназначенные для малых и средних предприятий (МСП), были сокращены в нескольких странах, а некоторые страны ввели льготные режимы для доходов, связанных с интеллектуальной собственностью. Снижение ставок корпоративного подоходного налога сопровождалось развитием смешанной базы корпоративного налогообложения. С одной стороны, страны сообщили о сокращении налоговых баз, в частности за счет налоговых льгот на НИОКР и ускоренной амортизации в целях стимулирования инноваций и увеличения инвестиций. С другой стороны, многие страны расширили свою корпоративную налоговую базу за счет принятия мер, направленных на сдерживание международного уклонения от уплаты налогов. Девять стран (Венгрия, Люксембург, Великобритания, Словакия, Израиль, Япония, Норвегия, Италия, Испания) ввели снижение стандартных ставок корпоративного подоходного налога в среднем до 23%, которые вступили в силу в 2017 г., а три объявили о снижении названных ставок и в будущем (Великобритания, Япония, Израиль). Кроме того, 7 стран приняли законы или объявили снижение ставок корпоративного подоходного налога для малых и средних предприятий, вступившие в силу в 2017 г. или позже, что отражено в табл. 2. Таблица 2. Изменения ставок корпоративного подоходного налога, введенные в 2016 г. в странах ОЭСР и странах-партнерах Ставка увеличена Ставка уменьшена Вступление в действие 2016 г. 2017 г. или позднее 2016 г. 2017 г. или позднее Ставка стандартного корпоративного подоходного налога Республика Чили Словения Испания, Израиль, Япония, Норвегия Австралия, Эстония, Франция, Великобритания, Венгрия, Израиль, Италия, Япония, Люксембург, Словакия Ставка налога на прибыль предприятий малого и среднего бизнеса Австралия, Канада Австралия, Франция, Венгрия, Люксембург, Нидерданды, Польша, Португалия Интересно также и то, что многие страны, осуществившие снижение ставки корпоративного подоходного налога, сделали это путем постепенного или многолетнего снижения. Есть несколько стран, в первую очередь Венгрия, которые ввели или объявили очень значительное и внезапное снижение ставки корпоративного подоходного налога. Только две страны (Словения и Чили) повысили свои ставки корпоративного подоходного налога. Эта возобновившаяся конкуренция в области корпоративного подоходного налога отчасти может рассматриваться в качестве реакции на слабые инвестиции во многих странах. В настоящее время также происходит усиление налоговой конкуренции за счет новых или усиленных стимулов, в частности в области льготного налогообложения в отношении НИОКР и связанных с IT видов деятельности. С другой стороны, проведение реформ, направленных на расширение базы, как правило, связано с продолжением усилий по устранению международного уклонения от уплаты налогов за счет прогресса в осуществлении пакета рекомендаций и ограничений. Ставки корпоративного подоходного налога во многих странах ниже, чем десять лет назад. Происходит непрерывное снижение средней стандартной ставки корпоративного подоходного налога в странах ОЭСР с 32,2% в 2000 г. до 24,7% в 2016 г. В 2016 г. Соединенные Штаты остаются страной с самым высоким уровнем в 2016 г., за которой следуют Франция и Бельгия. Япония имела столь же высокий показатель в 2008 г., равный 39,5%, однако она стала одной из стран, которые применили наибольшее снижение за последние 8 лет: около 10 процентных пунктов. В то время как Великобритания была единственной страной с сопоставимым снижением ставки корпоративного подоходного налога - с 28% в 2000 г. до 20% в 2016 г.; Финляндия, Испания, Словения и Швеция снизили свои ставки примерно на 5-6 процентных пунктов. По сравнению с 2008 г. Чили, Греция и Португалия были единственными странами, у которых наблюдался значительный рост ставок корпоративного подоходного налога [13]. В целом число стран с установленной законом ставкой выше 30% уменьшилось с 21 в 2000 г. до 7 в 2008 г. и до 5 в 2016 г. Интересно заметить, что это постоянное снижение ставок корпоративного подоходного налога не отразилось на уменьшении доходов по корпоративному подоходному налогу. Этот парадокс между более низкими ставками корпоративного подоходного налога и относительно стабильными доходами объясняется, в частности, увеличением прибыли корпораций как доли национального дохода, но для детального понимания происходящего необходима дальнейшая работа, выходящая далеко за рамки данной статьи. В нескольких странах было реализовано многолетнее сокращение ставок корпоративного подоходного налога, которое началось или уже вступило в силу в 2016 г. В Испании ставка корпоративного подоходного налога была снижена с 30 до 28% в 2015 г. и до 25% в 2016 г. В Норвегии в 2016 г. наблюдалось снижение ставки корпоративного подоходного налога на 2 процентных пункта, в целях дальнейшего сокращения разрыва с установленной ставкой налога в других странах было принято дополнительное снижение ставки корпоративного подоходного налога с 25 до 24%, вступившее в силу в январе 2017 г. Япония взяла на себя обязательство разработать комплексный пакет реформ в области корпоративного налогообложения, направленный на то, чтобы сделать корпоративную налоговую систему более благоприятной для экономического роста. В 2015 и 2016 гг. были введены в действие последовательные сокращения ставок корпоративного подоходного налога, а дальнейшие сокращения вступят в силу в 2018 г. В совокупности эти изменения сводятся к уменьшению ставки корпоративного подоходного налога с 25,5% в 2014 г. до 23,4% в 2016 г. и 23,2% в 2018 г.; в соответствии с этими изменениями ставки местных налогов на доходы предприятий также снизились с 7,2% в 2014 г. до 3,6% в 2016 г. Наконец, Израиль продолжил постепенное снижение ставки корпоративного подоходного налога. После снижения ставки корпоративного подоходного налога с 26,5 до 25% в 2016 г. и с учетом положительного развития налоговых поступлений ставка корпоративного подоходного налога была дополнительно снижена до 24% в 2017 г. и будет сокращена до 23% в 2018 г. Постепенное сокращение ставок корпоративного подоходного налога будет продолжено и далее. В рамках реформ Люксембург ввел снижение ставки корпоративного подоходного налога с 21 до 19% в 2017 г. и планирует достигнуть 18% в 2018 г. Кроме того, сниженная структура ставок для фирм ниже определенных пороговых показателей оборота была скорректирована с целью уменьшения налоговой нагрузки на малые предприятия. Словацкая Республика снизила ставку корпоративного подоходного налога с 22 до 21% по состоянию на январь 2017 г. В Великобритании в летний бюджет на 2015 г. было включено снижение ставки корпоративного подоходного налога с 20 до 19% с апреля 2017 г., а затем до 18% с апреля 2020 г. В бюджете 2016 г. было объявлено, что ставка корпоративного подоходного налога будет снижена до 17%, а не до 18% с апреля 2020 г. Во Франции законопроект «О финансировании», принятый в декабре 2016 г., предусматривает постепенное снижение стандартной ставки корпоративного подоходного налога с 33,3 до 28%. С января 2017 г. новая ставка 28% применяется только к МСП на первые 75 000 евро налогооблагаемого дохода. Австралия в своем бюджете на 2016-2017 гг. объявила о постепенном снижении ставки налога на прибыль корпораций с 30 до 25%, начиная со снижения ставки налога на малый бизнес с 28,5 до 27,5% за 2016-2017 гг. Порог оборота, необходимый для более низкой ставки, начнется с 10 млн австралийских долларов и будет постепенно расти до тех пор, пока ставка 27,5% не будет применяться ко всем юридическим лицам, на которые распространяется стандартная ставка корпоративного подоходного налога в 2023-2024 гг. Другие страны применяют менее постепенный подход, вводя или объявляя о значительном снижении ставок в сравнительно короткие сроки. Наиболее значительные изменения произошли в Венгрии, где в январе 2017 г. вступило в силу снижение ставки корпоративного подоходного налога с 19 до 9%. Эта политика направлена на повышение привлекательности Венгрии в качестве места назначения для иностранных инвестиций и сочетается с набором соответствующих налоговых мер. Среди прочих мер пакет реформ включает изменение ставок для МСП. В Венгрии малые предприятия могут, при определенных обстоятельствах, отказаться от корпоративного подоходного налога и взносов социального страхования работодателя, предпочитая вместо этого налог на малый бизнес, который взимается c суммы дивидендных выплат, валовых зарплат и суммы изменения капитала. Параллельно со снижением ставки корпоративного подоходного налога и ставки социальных взносов ставка налога на малый бизнес была снижена с 16 до 14% в 2017 г. В 2016 г. венгерский парламент принял ряд налоговых реформ, направленных на упрощение налоговой системы, усиление справедливости и равенства, стимулирование экономического роста и поддержку инвестиций. Большинство мер вступило в силу с 1 января 2017 г. Основные положения включали главным образом: - снижение ставки корпоративного подоходного налога до 9%, что является существенным изменением по сравнению с предыдущей прогрессивной системой налогообложения, в соответствии с которой первые 500 млн форинтов (1 доллар равен примерно 300 форинтам) налогооблагаемого дохода облагались налогом в размере 10%, а превышение - в размере 19%; - снижение ставки налога на доходы физических лиц для индивидуальных предпринимателей; - снижение ставки налога на малый бизнес с 16 до 14% на 2017 г. и до 11% с 2018 г.; - увеличение годового лимита доходов с 6 до 12 млн форинтов с 2017 г. для единовременного налога на малые предприятия; - внедрение новых налоговых льгот для инвестиций, повышающих энергоэффективность; - ликвидацию подоходного налога на финансово-кредитные институты; - снижение ставки взносов работодателя на социальное обеспечение с 27 до 22% в 2017 г., которое дополнительно снижено до 20% в 2018 г.; дальнейшие сокращения - в общей сложности на 8,5 процентного пункта -запланированы на последующие годы (2019-2022) в зависимости от темпов роста заработной платы; - сокращение числа взносов на медицинское обслуживание с 5 до 2 и снижение максимальной ставки с 27 до 22% в 2017 г., которая в 2018 г. еще сокращена до 20%; - снижение ставки НДС на различные товары и услуги (например, птицу, яйца, свежее молоко, питание в ресторанах) и увеличение порога освобождения от уплаты НДС. Как зафиксировано в Законе о бюджете Италии за 2016 г., налог на прибыль корпораций был снижен с 27,5 до 24% по состоянию на 1 января 2017 г. Наконец, было объявлено о значительном снижении ставки корпоративного подоходного налога в Эстонии, где корпоративный доход облагается налогом только при распределении, в то время как прибыль, удерживаемая в компании, не облагается налогом. После снижения ставки на один процентный пункт в 2015 г. правительство объявило еще одно снижение ставки налога с 20 до 14%. Хотя эта реформа будет представлять собой существенное снижение ставок, ожидается, что эффект от поступлений будет более чем компенсирован одновременным изменением базы корпоративного налогообложения. Одна из двух стран, которая повысила свои ставки корпоративного подоходного налога, - это Чили. Чили продолжала постепенно повышать ставку корпоративного подоходного налога в рамках комплексной налоговой реформы, которая была законодательно принята в 2014 г. Словения скорректировала ставку корпоративного подоходного налога с 17 до 19% в январе 2017 г., чтобы нейтрализовать убытки в результате изменения подоходного налога с населения и добиться финансовой консолидации. Другие повышения ставок были ориентированы на конкретные налоговые базы, такие как доходы от нефти в Норвегии и доходы от игр в Греции; аналогичным образом Бельгия ввела новый налог на доходы, полученные в алмазном секторе, который вступил в силу в 2016 г. В то время как снижение ставок корпоративного подоходного налога связано со значительными отрицательными эффектами дохода, ожидается, что темпы роста ставок незначительно повлияют на государственные бюджеты. Таким образом, наиболее значимыми реформами, направленными на повышение доходов, были те, которые направлены на повышение ставки корпоративного подоходного налога, а также введение некоторых новых налогов. Это включает, в частности, новый налог, взимаемый с финансовой деятельности в Норвегии, который призван уравновесить освобождение от НДС для сектора финансовых услуг. Реформа влечет за собой 5% -ный налог на вознаграждение сотрудников, занимающихся финансовой деятельностью, и исключает фирмы финансового сектора из общего снижения ставки корпоративного подоходного налога, что означает, что ставка останется на уровне 25% (5%-ный налог на заработную плату будет вычтен из базы корпоративного подоходного налога). В России стандартная ставка налога на прибыль организаций еще Федеральным законом от 26.11.2008 № 224-ФЗ была снижена с 24 до 20%, сделав ее сопоставимой с применяемыми в настоящее время ставками корпоративного подоходного налога в большинстве стран ОЭСР, даже с учетом произошедших в последние годы понижений, рассмотренных выше. При этом достаточно часто (5 раз за период с 2009 г. по настоящее время) в п. 1 ст. 284 НК РФ вносились коррективы, которые предусматривали пониженные ставки для все новых категорий налогоплательщиков, вплоть до применения нулевой ставки. Из рассмотренных выше стран только в Великобритании, Венгрии, Люксембурге и Эстонии ставки налога на прибыль ниже, чем в РФ. Из проанализированных автором в учебнике «Налоговое планирование» стран ставка налога на прибыль менее 20% (т.е. ниже, чем в России) установлена в следующих странах: Албания, Багамы, Бахрейн, Бермудские острова, Британские Виргинские острова, Ботсвана, Гонконг, Грузия, Ирак, Каймановы острова, Катар, Кипр, Корея, Кувейт, Латвия, Ливан, Литва, Маврикий, Макао, Македония, Молдова, остров Мэн, ОАЭ, Палестинская автономия, Парагвай, Польша, Румыния, Сербия, Сингапур, Узбекистан [11. C. 114]. Полагаем, что к решению вопроса о снижении стандартной ставки в России следует подходить очень взвешенно, особенно с учетом данных, которые приведены выше, в том числе в табл. 1 и характеризуют в числе прочего высокую степень лояльности отечественного законодательства по отношению к налогообложению прибыли бизнеса. Вопрос о повышении в среднесрочной перспективе стандартной ставки налога на прибыль организаций в РФ также при определенных условиях может быть обоснованно поднят при соответствующей подготовке общественного мнения. Реформирование ставок налогообложения малого бизнеса в РФ в целом соответствует мировым тенденциям. Подробно этот аспект будет рассмотрен далее, когда пойдет разговор о реформировании налоговой базы для субъектов малого предпринимательства. Теперь рассмотрим тенденции изменения в налоговой базе по корпоративному подоходному налогу в странах ОЭСР и странах-партнерах. В своем учебнике «Налоговое планирование» автор системно рассмотрела вопросы определения налоговой базы по налогу на прибыль более чем в 100 странах [11. C. 115-128]. Многие страны активизировали свои налоговые льготы для бизнеса, в частности по НИОКР и инновациям. В настоящее время существенные налоговые льготы для исследований и разработок, высоких технологий предоставлены в таких странах, как Австралия, Австрия, Барбадос, Бельгия, Великобритания, Греция, Индия, Ирландия, Испания, Камбоджа, Канада, Люксембург, Макао, Малайзия, Мальта, Нидерланды, Панама, Пуэрто-Рико, Сингапур, Тайвань, Уругвай, Филиппины, Франция, Шри-Ланка, Япония. В 2016 г. во многих странах были введены дополнительные или новые налоговые льготы для предприятий, обусловленные стимулом роста и целями налоговой конкуренции. Ключевой стратегической целью является поощрение инвестиций. Многие страны сообщили о принятии реформ сужения базы, которые в основном направлены на увеличение инвестиций в предпринимательскую деятельность, либо посредством общих налоговых стимулов, доступных для всех видов инвестиций и бизнеса, либо посредством налоговых стимулов, ориентированных конкретно на инвестиции в НИОКР или проекты, связанные с окружающей средой (см. обобщающую информацию в табл. 3). Некоторые страны расширили общие налоговые льготы по инвестициям. Люксембург увеличил свои инвестиционные налоговые кредиты. Страна предлагает два типа общих инвестиционных налоговых кредитов: глобальный налоговый кредит для материальных амортизируемых активов и дополнительный налоговый кредит. Основной налоговый кредит поднимают с 7 до 8%, а дополнительный - с 12 до 13%. Но за инвестиции выше 150 000 налоговый кредит остается в размере 2%, как и раньше. В рамках своего нового промышленного плана Италия расширила свою схему суперамортизации и внедрила новую схему гиперамортизации для некоторых высокотехнологичных активов. Бюджетный закон 2017 г. продлил дополнительный 40%-ный амортизационный вычет (т. е. общий износ на сумму до 140% от стоимости) по материальным активам, ставка амортизации которых для целей налогообложения превышает 6,5%. Кроме того, Закон о бюджете вводит дополнительную 150%-ную амортизацию (т.е. общую амортизацию в сумме до 250% от стоимости) для некоторых высокотехнологичных активов. Турция объявила о введении «модели суперналоговых стимулов», которая позволит правительству предоставлять комплексные налоговые льготы для конкретных инвестиций на проектной основе. Хотя виды инвестиций, которые будут поддерживаться, пока не определены, к возможным преимуществам относятся налоговые льготы на срок до 10 лет, а также различные формы прямой государственной поддержки. В дополнение к этому общему стимулу Турция ввела 50%-ное налоговое пособие для определения расходов на НИОКР и произвела расходы, связанные с проектной деятельностью и персоналом, имеющим право на такой же налоговый стимул. В дополнение к этому общему стимулу Турция ввела специальную 50%-ную налоговую льготу на квалифицированные расходы на НИОКР. Ряд стран ввел новые или расширенные положения, касающиеся НИОКР или деятельности, связанной с ИС (интеллектуальной собственностью). Государственная поддержка НИОКР в области предпринимательства направлена на поощрение фирм к инвестированию в знания, которые могут привести к инновациям, преобразующим рынки, и приносящим пользу обществу. Общественная поддержка оправдана из-за сбоев рынка, обычно связанных с бизнес-исследованиями и разработками, в частности с трудностями, с которыми сталкиваются фирмы, не способные полностью обеспечить возврат своих инвестиций, и трудностями, связанными с получением финансирования для рискованных проектов, особенно для небольших начинающих компаний. Налоговые льготы для предприятий на НИОКР могут быть предоставлены либо в форме отнесения к расходам на НИОКР (резервы на основе расходов), либо в форме преференциального режима доходов от лицензирования или выбытия активов, относящихся к НИОКР или патентам (резервы на основе доходов). Резервы, основанные на доходах, были менее распространенными, чем резервы, основанные на расходах, но в последние годы привлекли повышенный интерес. По состоянию на январь 2016 г. Австрия увеличила налоговый кредит на НИОКР с 10 до 12%. Мексика ввела новый дополнительный налоговый кредит на НИОКР в размере 30%, который вступил в силу в январе 2017 г. Норвегия увеличила верхние пределы расходов на НИОКР в рамках существующей системы налогового стимулирования. Польша улучшила схему поддержки НИОКР с помощью ряда мер, включая вычет расходов, понесенных для получения патентов, увеличение доли вычитаемых квалифицируемых расходов для МСП и крупных предприятий, продление срока, в течение которого могут быть вычтены расходы на НИОКР. В Италии налоговый кредит на НИОКР был продлен до 2020 г. и увеличился до 50% (ранее 25 или 50% в зависимости от типа затрат) от годовых расходов на НИОКР, превышающих средние расходы на 2012, 2013 и 2014 финансовые годы. Годовой лимит также был увеличен с 5 до 20 млн евро. Бельгия, Ирландия и Израиль ввели новые льготные ставки подоходного налога для деятельности, связанной с ИС. Принимая во внимание взаимосвязанный подход в рамках «Action 5» BEPS, который позволяет извлекать выгоду из специального налогового режима для интеллектуальной собственности (IP regime) только в той мере, когда квалифицированные расходы на НИОКР привели к получению дохода от интеллектуальной собственности, Ирландия ввела новый преференциальный режим, который вступил в силу в январе 2016 г. Налоговые преимущества доступны только при реальной разработке интеллектуальной собственности в стране регистрации компании, т. е. для реального местного бизнеса, а не для искусственно созданного международного. Ирландская шкала развития предлагает эффективную ставку корпоративного подоходного налога в размере 6,25% от прибыли, получаемой от определенных активов ИС, которые являются результатом квалифицированных НИОКР, осуществляемых в Ирландии. В Бельгии режим «удержания патентных доходов» был отменен в июле 2016 г., с «дедушкиной оговоркой» в течение пяти лет и заменен на новый «Учет инновационных доходов». В Израиле новый режим ИС предусматривает снижение ставки корпоративного подоходного налога в размере 6% в отношении доходов, основанных на ИС, и прироста капитала от будущих продаж ИС. Ставка 6% применяется к израильским компаниям, входящим в группу с общим консолидированным доходом более 10 млрд шекелей (2,5 млрд долларов США). Другие законодательно определенные компании с общим консолидированным доходом ниже 10 млрд шекелей облагаются налоговой ставкой в 12%. Кроме того, дивиденды, выплачиваемые квалифицированными компаниями, облагаются пониженным налогом на прибыль в размере 4%. Израиль также расширил существующие налоговые стимулы для «привилегированных предприятий» и «специальных привилегированных предприятий» и ввел снижение подоходного налога для крупных предприятий, отвечающих определенным инвестиционным требованиям. Наряду со снижением ставки корпоративного подоходного налога, описанной выше, эти налоговые стимулы направлены на повышение привлекательности Израиля для инвестиций в ИС. Наконец, Венгрия ввела налоговую льготу для компаний, инвестирующих в зарегистрированные стартапы. Новое законодательство вступило в силу в январе 2017 г. и позволяет инвестиционным компаниям/инвесторам удерживать в 3 раза больше инвестиций на протяжении последующих 3 лет. Также компании могут переносить свои потери на 5 лет вперед. Ограничение только одно: не более 50% от налогооблагаемого дохода за текущий год. Из налогооблагаемой суммы позволяется вычитать все расходы, связанные непосредственно с получением прибыли (наравне с потерями за прошлые года). Даже от дохода с роялти можно вычесть до 50% при определенных условиях. Значимое реформирование налогообложения НИОКР в РФ не производилось уже давно. Автор совместно с Н.Н. Покровской в публикациях 2016 и 2017 гг. предметно рассмотрели опыт налогового стимулирования НИОКР в США и Великобритании [15]; наметили пути совершенствования регулирования НИОКР частного бизнеса со стороны государства для целей инновационного роста [16] и сформулировали направления реформирования налогообложения прибыли организаций в части стимулирования НИОКР [17], развивая предложения автора, высказанные ею еще в 2015 г. [18], и разработки других исследователей [19-21]. На основе расчетов зависимости затрат на те или другие инновации от патентной активности отечественных компаний в настоящее время есть настоятельная потребность поиска новых путей реформирования модели налогового стимулирования НИОКР в рамках налогообложения прибыли экономических субъектов. Необходима дифференциация подходов к налоговому стимулированию НИОКР (путем введения коэффициентов, отличных от 1,5) при налогообложении прибыли компаний по следующим основным критериям: отраслевая принадлежность и вид деятельности, объем и глубина НИОКР, стадия инновационного процесса, уровень вовлечения в инновационные процессы высококвалифицированных работников, территориальный признак и кластеризация, наличие или отсутствие положительного результата. Необходимо внесение изменений в ст. 284 НК РФ в части установления пониженной ставки налога на прибыль на срок до 5 лет для организаций, использующих интеллектуальную собственность. Считаем, что востребовано внесение изменений в ст. 264 НК РФ, дополнив прочие расходы затратами по финансированию обучения и повышения квалификации работников, с применением повышенного коэффициента, что призвано выступить не компенсирующей, а именно стимулирующей мерой налогового администрирования. Предложенные новеллы российского налогового законодательства в части стимулирования НИОКР призваны способствовать достижению стабильного экономического роста; лидерству в межстрановой налоговой конкуренции за инвестиционные и прочие ресурсы, которые необходимы для успешного позиционирования России как передовой высокотехнологичной державы. В системе дополнительных мер по расширению внутренней базы значимое место отводится изменениям в части амортизационных отчислений. Япония упростила систему налоговой амортизации в рамках своей всеобъемлющей реформы корпоративного налогообложения в 2016 г., но Норвегия была до сих пор единственной страной, которая расширила свою корпоративную налоговую базу за счет сокращения ускоренной амортизации в 2017 г. В частности, с января 2017 г. было отменено дополнительное пособие на первый год для капиталовложений в станки и механизмы, что, как ожидается, приведет к значительному увеличению государственных доходов и может частично компенсировать убытки от снижения ставки корпоративного подоходного налога. Помимо возможных соображений о доходах, реформа призвана привести налоговую амортизацию в соответствие с экономической амортизацией, тем самым повысив нейтральность корпоративной налоговой системы. В Италии ставка для расчета условной доходности к капиталу надбавки к режиму корпоративного долевого участия (ACE) (термин относится к корпоративной системе налогообложения, в которой процентные платежи и доходность капитала могут быть вычтены из базы корпоративного подоходного налога (налогооблагаемая прибыль)) была сначала снижена с 4,75 до 2,3% в 2017 г., а затем вновь увеличена до 2,7% в 2018 г., что нацелено на расширение базы корпоративного подоходного налога. В своем учебнике «Налоговое планирование» автор рассмотрела специфику амортизационной политики для целей налогообложения, существующую в разных странах [11. C. 116-119]. В дополнение к вышеприведенной информации о последних изменениях налоговой базы по налогу на прибыль в части начисленной амортизации в зарубежных странах приведем также информацию о специфике налогового учета амортизационных отчислений в различных юрисдикциях. Различается количество групп, в которые для целей начисления амортизации объединяются основные средства с разными сроками полезного использования: от 3 групп в Бразилии, Ирландии, Доминиканской Республике, КНР, Колумбии, Чили, Уругвае до 21 группы в Свазиленде. Наиболее близко к установленному в России (10 групп) количество групп амортизируемого имущества в США, Замбии, Португалии - 9 групп; Лихтенштейне, Швейцарии - 12 групп. Существуют и многочисленные особенности амортизационной политики по отдельным странам, которые далее систематизированы автором. В Австрии, Бельгии, Эквадоре и ряде других стран возможен исключительно линейный метод начисления амортизации. В Лихтенштейне по основным средствам нельзя переходить с линейного на нелинейный метод начисления амортизации. В Норвегии нефтяным компаниям разрешено использовать для бурильных установок со сроком полезного использования свыше 6 лет только линейный метод амортизации. В Великобритании производятся амортизационные отчисления на НИОКР в размере 100% в момент их начала. В Индии, кроме этого, есть льготы для строительства домов, гостиниц и т.д. В Канаде фирмы, добывающие руду, нефть и газ, по затратам на исследовательскую деятельность могут производить 100%-ные амортизационные отчисления. В Венгрии немедленно амортизируются новые машины в предпринимательских зонах. В Сингапуре 100%-ные амортизационные отчисления применяются по компьютерам, роботам, резервным генераторам, очистительным и энергосберегающим приборам, некоторым транспортным средствам на дизельном топливе. В Австралии, Аргентине, Ботсване, Кении, США есть специфика начисления амортизации по автомобилям. В Ботсване, Бразилии, Дании, Замбии, Мексике, Панаме, Сенегале, Танзании, Финляндии есть специфика амортизации для добывающих отраслей, по геологоразведке, шахтному оборудованию и т.п. В Австрии осуществляются амортизационные отчисления на землю. Возможно применение ускоренной амортизации в Бельгии, Греции (для вновь созданных компаний), Зимбабве, Израиле (на строительство определенных объектов), Ирландии (для зданий в областях городского обновления установлены максимальные ставки ускоренной амортизации, что не применяется для компаний в зоне Шэннона и в таможенных доках); Конго и Малави (в сельском хозяйстве); Малайзии (по отечественному оборудованию); Мальте (вновь приобретенное оборудование); Нигерии (сельхозтехника и автомашины); острове Мэн (в туристической сфере); Сенегале (новое машиностроительное оборудование); Тайване; Уганде (отдельные районы); Фиджи (капитальные затраты на здания, используемые в целях сельского хозяйства, коммерции и промышленности). В Венесуэле не начисляется амортизация на недвижимое имущество, сдаваемое в аренду. К амортизации могут добавлять

Ключевые слова

налог, налогообложение, прибыль, убыток, ставка налога, НИОКР, налоговые льготы, амортизационные отчисления, уклонение от налогообложения, tax, taxation, profit, loss, tax rate, R & D, tax benefits, depreciation, tax evasion

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Вылкова Елена СергеевнаСеверо-западный институт управления РАНХиГСдоктор экономических наук, профессор кафедры экономикиvylkovaelena@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

OECD (2016). Tax Policy Reforms in the OECD. Paris : OECD Publishing, 2016. URL: http://dx.doi.org/10.1787/9789264260399-en
OECD (2017). Tax Policy Reforms 2017: OECD and Selected Partner Economies. Paris : OECD Publishing, 2017. URL: http://dx.doi.org/10.1787/9789264279919-en
Brys, B. Sarah Perret, Alastair Thomas, Pierce O 'Reilly (2016). Tax Design for Inclusive Economic Growth // OECD Taxation Working Papers. № 26. Paris : OECD Publishing. URL: http://dx.doi.org/10.1787/5jlv74ggk0g7-en
Сайт Росстата. URL: http://www.gks.ru
Сайт ФНС РФ. URL: https://www.nalog.ru
Сайт Минфина России. URL: https://www.minfin.ru
Вылкова Е.С., Тарасевич А.Л. Концептуальные основы реформирования налога на доходы физических лиц в России. СПб. : Изд-во СПбГУЭФ, 2010. 182 с.
Вылкова Е.С. Реформирование налогообложения труда // Вестник УрФУ. Сер. «Экономика и управление». 2011. № 5. С. 160-169.
Вылкова Е.С., Тарасевич А.Л. Совершенствование налогообложения доходов и имущества физических лиц в России на основе справедливо-действенного подхода // Проблемы современной экономики. 2017. № 3. С. 38-42.
База данных ОЭСР по региональным доходам. URL: www.oecd.org/tax/tax-policy/revenue-statistics-comparable-tax-revenue-data.html
Вылкова Е.С. Налоговое планирование : в 2 т. : учеб. для вузов. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Юрайт, 2016. Т. 1. 222 с.
Вылкова Е.С. Налоговое планирование : в 2 т. : учеб. для вузов. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Юрайт, 2016. Т. 2. 440 с.
База данных ОЭСР по налогам. URL: www.oecd.org/tax/tax-policy/tax-database.html
OECD Annual Tax Policy Reform Questionnaire. URL: http://www.oecd.org/tax/tax-policy/tax-policy-reforms-in-the-oecd-key-insights.pdf
Вылкова Е.С., Покровская Н.Н. Опыт налогового стимулирования НИОКР в развитых странах англо-саксонской модели (США, Великобритания) // Налоги и финансовое право. 2016. № 7. С. 111-120.
Вылкова Е.С., Покровская Н.Н. Совершенствование государственного регулирования НИОКР частного бизнеса в целях инновационного роста // Известия УрГЭУ. 2016. № 6 (68). С. 75-88.
Вылкова Е.С., Покровская Н.Н. Совершенствование налогового стимулирования НИОКР при налогообложении прибыли организаций // Экономика. Налоги. Право. 2017. № 1. С. 126-139.
Вылкова Е.С. Совершенствование налогового стимулирования НИОКР и инноваций в РФ // Налоги и финансовое право. 2015. № 10. С. 128-134.
Ермакова Е.А., Ларионов Н.А. Налоговые кредиты в системе стимулирования инновационной активности // Управленец. 2015. № 2 (54). С. 4-10.
Троянская М.А., Тюрина Ю.Г. Оценка мер налогового регулирования отдельных видов инвестиций // Экономика. Налоги. Право. 2013. № 3. С. 80-88.
Викторова Н.Г. Инновационная деятельность в сфере высоких технологий: налогово-правовой аспект // Инновации. 2012. № 10 (168). С. 43-47.
Быков С.С. Классификация налоговых льгот как условие и этап оценки их эффективности // Известия Иркутской государственной экономической академии. 2013. № 5. С. 20-26.
Основные направления налоговой политики Российской Федерации на 2016 год и плановый период 2017 и 2018 годов.
Буров В.Ю. Малое предпринимательство в пространственном развитии региона // Вестник Бурятского государственного университета. 2015. № 2. С. 78-83.
Иксанов И.М., Ермакова Е.А. Противоречивая политика государства в области регулирования деятельности малого и среднего бизнеса // Факторы успеха. 2016. № 1 (6). С. 15-20.
Слепнева Л.Р. Уменьшение налоговых и других обязательных платежей в сфере малого бизнеса: проблемы и решения // Вестник Бурятского государственного университета. Сер. «Экономика. Право». 2014. Вып. 2. С. 98-101.
Быков С.С. Роль противодействия уклонению от уплаты налогов в системе российского налогового права // Налоги и финансовое право. 2012. № 9. С. 124-130.
Киреенко А.П., КлимоваМ.О. Развитие налогообложения индивидуальных предпринимателей и борьба с уклонением от уплаты налогов // Регион: Экономика и Социология. 2012. № 1 (73). С. 142-159.
Тюпакова Н.Н., Бочарова О.Ф. Особенности функционирования налогового механизма в транзитивной экономике // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. 2011. № 66. С. 222-234.
Рощупкина В.В. Актуализация налогового законодательства как основное условие развития фискальной системы государства (на примере налога на прибыль организаций) // Вестник СКФУ. 2016. № 2 (53). С. 70-75.
Троянская М.А., Ермакова Е.А. Мониторинг мирового опыта налогового регулирования // Вестник Саратовского государственного социально-экономического университета. 2014. № 3 (52). С. 91-95.
 Совершенствование налогообложения прибыли в странах ОЭСР и Р | Вестн. Том. гос. ун-та. Экономика. 2018. № 43. DOI: 10.17223/19988648/43/9

Совершенствование налогообложения прибыли в странах ОЭСР и Р | Вестн. Том. гос. ун-та. Экономика. 2018. № 43. DOI: 10.17223/19988648/43/9