Казна и крестьянство Западной Сибири в борьбе за аренду сельских ярмарочных площадей в условиях рыночной модернизации на рубеже XIX - XX вв. | Вестн. Том. гос. ун-та. История. 2018. № 55. DOI: 10.17223/19988613/55/11

Казна и крестьянство Западной Сибири в борьбе за аренду сельских ярмарочных площадей в условиях рыночной модернизации на рубеже XIX - XX вв.

Целью статьи является анализ казенного ярмарочного арендно-оброчного хозяйства в контексте модернизации на рубеже XIX -XX вв., этапов его развития, путей и способов получения доходов от ярмарочных площадей, их места в общих поступлениях. Xарактеризуются система зачисления ярмарочных площадей в оклад, проведения торгов по сдаче ярмарочных площадей в аренду, проблемы с обустройством и содержанием ярмарочных площадей. Описывается складывающееся вокруг арендных ярмарочных доходов противостояние региональной власти с крестьянскими обществами и церковью, с центральной властью. На примере ярмарочных площадей показано влияние казенного арендно-оброчного хозяйства Западной Сибири на развитие материальной базы региональных рынков и сельское торговое предпринимательство.

Treasury and peasantry of the Western Siberia in competition for the lease of village fair areas in the context of marke.pdf Одной из обсуждаемых проблем формирования рыночной экономики является развитие торговой инфраструктуры по продвижению производимого продукта и ее технико-экономическое оснащение. Решение этой проблемы сопряжено с необходимостью изучения производственной базы торговли, ее способности поддержать промышленное и сельскохозяйственное предпринимательство в меняющихся материально-технических условиях производства и транспортировки. В России ее состояние было обусловлено нерешенностью вопросов земельной собственности и значительной ролью казенного сектора в экономике и народном хозяйстве, в Сибири -государственной (казенной) собственностью на землю, наличием казенно-оброчного хозяйства, кресть-янско-общинным землепользованием и массовым землеустройством на рубеже XIX-XX столетий. Ярмарочные площади являлись частью производственной базы торговли, занимали центральные территории и имели постоянные торгово-производственные помещения, которые приносили доход, как правило, лишь в период проведения торговли на ярмарке, но требовали содержания в течение всего года. В Западной Сибири ярмарочные площади с середины XIX в. вошли самостоятельными статьями в казенно-оброчное хозяйство с доходом в казну Главного управления Западной Сибири. Однако в сибирской историографии при сформировавшемся устойчивом внимании исследователей к развитию ярмарок второй половины XIX в. и меньшем внимании к началу XX в. вопросами развития материальной базы ярмарок не занимались вообще. Невнимание историков к этой проблеме при тенденциях роста численности ярмарок и их торговых оборотов на территории Сибири в период утверждения рыночной экономики [1-2] негативно влияет на решение ключевой проблемы этого периода - определение темпов и уровня экономической модернизации России. В статье автором предпринимается попытка проанализировать переустройство хозяйственной жизни Сибири под влиянием рыночной экономики через призму состояния ярмарочного арендно-оброчного хозяйства. Для этого, с одной стороны, ставится задача определить степень влияния на развитие ярмарочной производственной базы вопросов землепользования, землеустройства, развития казенного арендно-оброчного хозяйства, с другой стороны, выявить влияние производственной базы ярмарок на развитие торгового предпринимательства и втягивание крестьян в рыночно-предпринима-тельскую деятельность. Анализируется способность самого ярмарочного хозяйства адаптироваться к новым социально-экономическим требованиям. Также ставится задача определить место ярмарочных арендно-оброчных статей в развитии казенного и предпринимательского хозяйства в условиях рыночной модернизации. В проведенном исследовании автором используются документы региональных архивов Западной Сибири -Омска (Казенное учреждение Омской области «Исторический архив Омской области» (БУ ИсА), Тобольска (Государственное учреждение Тюменской области «Государственный архив в г. Тобольске» (ГБУТО «ГА в г. Тобольске»)), и центрального Российского государственного исторического архива (РГИА). Первую группу документов составляют нормативно-распорядительные указы и циркуляры о формировании казенного хозяйства, его арендно-оброчных статей, условиях их сдачи в аренду. Во вторую группу входят историко-статистические сведения о казенных арендных статьях, материалы ревизий арендных ярмарочных площадей и др. Третью группу выявленных в архивах источников представляют делопроизводственные документы, содержащие описания производственных помещений ярмарочных площадей, переписку государственных учреждений и крестьянских обществ вокруг вопросов о принадлежности и содержании ярмарочных площадей и производственных помещений и т.д. Хронологически основное внимание автора сосредоточенно на конце XIX - начале XX в. Но в связи с тем, что истоки формирования ярмарочного хозяйства относятся к середине XIX в., автор проводит решение поставленных в статье задач через выделение этапов взаимоотношений государства и крестьян вокруг вопросов обустройства и пользования ярмарочными площадями. Начало первого этапа, который охватывает несколько десятилетий, относится к середине XIX в. На этом этапе комиссией по ревизии государственных имуществ при Главном управлении Западной Сибири были разработаны основные положения казенно-оброчного хозяйства Западной Сибири, а для управления казенно-оброчным хозяйством в 1849 г. было создано IV отделение по государственным имуществам [3]. В него наряду с земельными статьями и рыбными ловлями были включены ярмарочные площади и устраиваемые на казенный счет во время ярмарок в селениях государственных крестьян лавки и балаганы. За основу сдачи в аренду казенных площадей Сибири были взяты «кондиции на отдачу в содержание ярмарочных площадей», разработанные в 1840-е гг. Тобольской казенной палатой. Первая ревизия казенных ярмарочных площадей 1850-х гг. показала, что строительство и содержание торговых помещений требует значительных расходов от казны, поэтому при «огромных издержках» «ожидаемые выгоды от этой меры весьма сомнительны». Для оптимизации расходов постановлением генерал-губернатора Западной Сибири от 27 сентября 1863 г. было признано более выгодным отдавать в оброчное содержание только сами ярмарочные площади, предоставляя право устраивать лавки и балаганы арендаторам площадей. Новый Устав о казенных оброчных податях (1867 г.) закрепил право государства на учреждение ярмарок и сдачу их площадей в аренду, отрегулировал вопросы их обустройства, содержания, эксплуатации и уплаты оброчных денег. В этих условиях Главным управлением Западной Сибири была инициирована работа по составлению планов ярмарочных площадей и зачислению их в оклад казенно-оброчных статей. Отводом земли занимались губернские землемеры. В 1868 г. были проведены первые торги по сдаче площадей в аренду в Томской и Тобольской губерниях [4. Л. 2.]. Уже на первом этапе при включении ярмарочных площадей в казенно-оброчное хозяйство губернские власти столкнулась с нерешенностью земельного вопроса и отсутствием информации о принадлежности производственных помещений на ярмарочных площадях, так как в предыдущие годы обустройством ярмарочных площадей занимались и казна, и крестьяне. Многие ярмарочные площади располагались на центральных площадях сельских поселений при церквях, и торгово-производственные помещения были выстроены на средства крестьянского общества или церковного прихода. В таких случаях часто доходы от ярмарочных площадей передавались сельскими обществами церквям на строительство, ремонт или содержание соборов, церковноприходских школ, духовных училищ и т.д. По мнению и крестьян, и церкви, они имели полное право на доходы от сдаваемых на время ярмарки торговых помещений. В результате многие выигравшие первые торги арендаторы стали жаловаться на отказы церкви или сельского общества отдать им торговые помещения на ярмарочных площадях. По требованию генерал-губернатора Западной Сибири в 1871 г. была проведена очередная ревизия в казенных селениях с определением принадлежности торгово-производственных помещений в пользу Главного управления. После этого началась переторжка ярмарочных площадей. Так, по торгам 20 сентября 1871 г. Ялуторовским полицейским окружным управлением были сданы в аренду 25 казенных площадей на 12 лет на сумму 2 642 руб. 95 коп. [5. Л. 4.]. Переторжки в условиях нерешенности земельных вопросов и разграничений землепользования спровоцировали борьбу крестьян и церковных причтов против региональных администраций. Это не остановило работу по изъятию ярмарочных площадей в «оброчное состояние» вплоть до 1882 г. На этом этапе в соответствии с Уставом о казенных оброчных статьях (ст. 16 и 43) практиковалось два пути получения доходов от ярмарочных статей на казенных площадях. Приносящие доход ярмарочные площади отдавались в аренду в «срочное» содержание (на срок) целиком, что предполагало ремонт и содержание помещений и производственных объектов (весы, скотобойни и др.) на площади арендаторами круглогодично, а не только во время проведения ярмарки. В случаях отсутствия на торгах желающих взять в аренду ярмарочная площадь сдавалась в «хозяйственное управление», при котором затраты по круглогодичному содержанию ярмарочных площадей, ремонту, строительству, охране осуществлялись на казенный счет, а на время ярмарки отдавалась крестьянскому обществу с уплатой краткосрочной аренды. Для казны это было невыгодно, так как доходы не всегда оправдывали расходы на содержание, что подрывало саму идею казенного арендно-оброчного хозяйства. Но в этот период господства ярмарок в ввозно-вывозной торговле сибирских регионов единичные случаи не влияли на общую картину поступлений от ярмарочной торговли. На этом этапе был создан региональный механизм контроля над арендно-оброчными статьями, предусматривавший смешанное государственно-общественное иерархическое распределение обязанностей: от волостного правления до Главного управления Западной Сибири, которое непосредственно подчинялось в вопросах ярмарочного арендно-оброчного хозяйства МВД. В губерниях за арендно-оброчные статьи перед Главным управлением отвечали губернские казенные палаты (в соответствии со ст. 4 Устава о казенных оброчных статьях (изд. 1876 г.)). Проведение ярмарочно-аренд-ных процедур было возложено на Третье отделение казенных палат, сведения о содержании ярмарочных площадей, штрафы и пени поступали в Хозяйственное отделение. Казенные палаты ежемесячно уведомляли Контрольную палату Западной Сибири (Омск) при Главном управлении Западной Сибири [5-9]. Ответственными исполнителями по производству торгов на местах и заключению контрактов являлись окружные исправники, которые как чины полиции подчинялись казенным палатам. Сборщиками оброка с отданных в аренду ярмарочных площадей являлись уездные казначейства. Они ведали документами на аренду ярмарочных площадей (контракты, условия, квитанции). За отдаваемые в хозяйственное распоряжение площади отвечали волостные правления. Торги по сдаче ярмарочных площадей в аренду проводились, как правило, под контролем уездных администраций. Условия предусматривали участие всех желающих; выигрывал тот, кто предлагал наибольшую сумму. Арендная оплата вносилась в уездное казначейство 2 раза в год (по полугодиям) за полгода вперед. Для экономии казенных средств по сдаче площадей в аренду выставлялись сразу несколько площадей. В 1871 г. ялуторовский окружной полицейский на проводимых торгах выставил сразу 25 площадей [5. Л. 7.]. Стоит отметить, что на этом этапе, во второй половине XIX в., государственная политика сохраняла своими узаконениями привлекательность и жизнедеятельность ярмарочных торгов, идущих от указов, в частности о беспошлинной торговле на ярмарках 1817 г. [10]. Это проявлялось, например, в том, что арендаторов ограничивали в ценах на сдаваемые на ярмарочных площадях торговые места. Оброчная ярмарочная политика предусматривала деление торговых помещений на 1-й и 2-й разряды в зависимости от расположения лавок на площади. Лавки 1 -го разряда располагались на более бойких торговых местах, 2-го разряда - на периферии. Арендатор обязан был к началу ярмарки распечатать ценники с указанием платы за лавки, балаганы, возы; развесить их в нескольких местах площади для общего обозрения. Самовольное повышение цен было возможно только по веской причине и с согласия губернской казенной палаты. Наблюдение за ценами и сбором денег вели сельские и городские органы самоуправления. В результате усилий региональных администраций ярмарочное оброчное хозяйство и доходы от него на протяжении всего первого этапа росли. По ревизии 1871-1872 гг. в Тобольской губернии числилось 50 оброчных статей, по ревизии 1880 г. - 93 ярмарочных площади с платой в 7,8 тыс. руб. 8 коп. Это было всего лишь в 2 раза меньше платы по земельным статьям, которая составляла 14,4 тыс. руб. А относительно платы за арендные рыболовные статьи (1,8 тыс. руб.) - в 4 раза больше. К концу XIX в. в казне числилось уже 102 ярмарочные площади с доходом 13 483 руб. [11. Л. 22.], что составляло до трети всех казенных арендно-оброч-ных поступлений. Меньше ярмарочные доходы казны были в Томской губернии, так как на ее территории в казенный оброк были отнесены только ярмарки на государственных землях. Доходы с ярмарочных площадей на кабинетских землях обширного Алтайского округа шли в казну Кабинета е.и.в. Второй этап начинается на рубеже XIX-XX вв. Существенное влияние в условиях капитализации производства, роста экономической состоятельности предпринимательства, внедрения рыночных принципов в развитие торгово-производственной инфраструктуры оказала корректировка ярмарочного законодательства России. Среди нововведений, неоднозначно повлиявших на ярмарочное оброчное хозяйство, стала отмена беспошлинной торговли на ярмарках I-IV разрядов для профессиональных торговцев и введение в 1880-е гг. торговых свидетельств и патентных билетов. В Сибири последствия такого поворота смягчило сохранение беспошлинной торговли для всех, в том числе купцов на самых массовых сельских ярмарках V разряда с торговлей не более недели, и для крестьян на ярмарках I-IV разрядов (за исключением Нижегородской) [10]. На состояние ярмарочной сферы рынка повлияли и кар-диальные изменения в процедуре учреждения ярмарок, увеличившие полномочия регионов: если в XIX в. вопросы открытия или закрытия ярмарок, изменения сроков торговли на них решались через МВД, то в начале XX в. они были переданы региональным властям (губернским управлениям). Это повышало их ответственность за арендное ярмарочное хозяйство и доходы в казну. В совокупности все эти факторы для Сибири, где быстрый рост ярмарок шел за счет сельских недельных торгов с вовлечением в торговлю сельскохозяйственного производителя, привели к обострению вопросов об использовании ярмарочных площадей в крестьянских селениях. На борьбу казны и крестьян в начале XX в. влияли условия и факторы формирующегося рыночного производства, требующего иной организации производственной базы торговли. В этот период обозначилась проблема старения материальной базы сельских ярмарок, созданной во второй половине XIX в. Сельские ярмарочные площади, в отличие от городских ярмарочных площадей, втянутых в начале XX в. в техническую модернизацию, не обновлялись. На развитие городской производственной базы благоприятное влияние оказывали реформы в области управления и самоуправления территорий [12.]. Среди них - введение на городских и крупных сборно-распределительных ярмарках I-II разрядов самоуправления в лице выборных ярмарочных комитетов, которым передавались вопросы содержания ярмарочных площадей и получения доходов в пользу города с уплатой государству оброчных податей. Государство, таким образом, делегировало выросшим на ярмарочной торговле предпринимателям обязанности по финансовому и производственному обеспечению жизнедеятельности ярмарок. Для сельских ярмарок новыми факторами развития производственной базы ярмарочных площадей стали реформы в области землепользования, противоречиво отражавшиеся на ярмарочном хозяйстве. На первый взгляд на новом этапе больших изменений в казенно-оброчном хозяйстве не произошло. По данным 1912 г., общая сумма доходов от ярмарочных статей увеличилась в Тобольской губернии до 33 тыс. руб. (с 7 тыс. в 1880-е гг.). Это составляло пятую часть от всех поступлений в 178 тыс. руб. (табл. 1, 2). Однако при уменьшении доли в общих доходах казенно-оброчного хозяйства сдача в аренду ярмарочных площадей не потеряла своей привлекательности, так как по сравнению с другими статьями она имела очень высокий коэффициент доходности на единицу используемой земли. Средний доход с одной десятины ярмарочной площади составлял 168 руб., а с земельной статьи - всего 0,11 руб., с рыбных ловель - также 0,11 руб. Этот фактор способствовал укреплению решения центральных властей сохранять ярмарочные площади в казенном арендно-оброчном хозяйстве. Таблица 1 Доходность оброчных статей Тобольской губернии в 1912 г. Уезды Земельные статьи Рыбные ловли Ярмарочные площади Итого по уездам Территория, дес. Доход, руб. Территория, дес. Доход, руб. Территория, дес. Доход, руб. Территория, дес. Доход, руб. Валовый Чистый Валовый Чистый Валовый Чистый Валовый Чистый Туринский 1 829 116 116 427 167 167 1 20 20 4 298 310 310 Ялуторовский 33 530 4 772 4 572 16 011 1 194 1 194 4 165 165 17 844 1 475 1 475 Тюменский 33 373 2 354 2 354 - - - 41 11 786 11 186 33 571 16 558 15 758 Курганский 81 787 25 660 25 180 600 371 371 16 328 328 93 989 3 053 3 053 Тарский 136 606 10 089 9 789 - - - 33 7 562 7 562 81 820 33 222 32 742 Ишимский 369 981 35 181 34 701 415 195 195 22 2 606 2 606 137 043 12 890 12 590 Тюкалинский 638 995 68 314 66 694 - - - 54 8 602 8 602 370 035 43 783 43 303 Тобольский 3 870 123 123 - - - 25 2 463 2 463 639 020 70 777 69 157 Итого 1 299 971 146 609 143 529 17 453 1 927 1 927 196 33 532 32 932 1 317620 182 068 178388 Сост. по: ТФ ГА ТюмО. Ф. 417. Оп. 1. Д. 266. Таблица 2 Изменения в казенных оброчных статьях за 1903-1910 гг. Статьи 1903 1911 1910 1905 Кол-во | Руб. Кол-во | Руб. Кол-во | Руб. Кол-во Переоброчено Земельные статьи 718 18 978 372 525 - Ярмарочные площади 68 64 950 - Рыбные ловли 5 4 51 - Исключено из оклада Земельные статьи - 113,90 - - - - 46 Ярмарочные площади 7 74 - - 2 38 6 Рыбные ловли - - - - - - - Образовано вновь Земельные статьи 121 4 089,30 51 - - - 134 Ярмарочные площади - - 2 - - - 1 Рыбные ловли 1 12 - - - - Сост. по: Обзор Тобольской губернии за 1903, 1910, 1911. Тобольск, 1904, 1912, 1914. Позиция же региональных властей была не так однозначна. Это было обусловлено как накопившимися проблемами в производственной базе ярмарок, так и новыми обстоятельствами, связанными с землеустроительными работами, изменениями в структуре регионального товарного рынка и местом ярмарок в нем. Это показали очередные ревизии казенного арендно-оброч-ного хозяйства. Они выявили как доходные ярмарочные площади, так и те, арендные доходы от которых были меньше расходов на их содержание. В отчетах с мест писалось, что торговые помещения на площадях большинства сельских ярмарок обветшали, ремонт ярмарочных сооружений производился в крайних случаях и некачественно. Это отпугивало торговцев от взятия в аренду площадей или лавок и приводило к потерям казны. Примером является описание казенной ярмарочной площади в селе Слободчиковском. На ней после наводнения 1911 г. было отремонтировано всего несколько балаганов на сумму 225 руб., остальные балаганы остались «пустопорожними местами с частью уцелевших столбов». Согласно отчету это привело к уменьшению приезда торговцев. [13. Л. 50]. Высокие арендные доходы оставались в некоторых городах (Ишим, Тюмень, Курган) и в крупных торговых селах, расположенных в зонах развитого товарного сельского хозяйства и на транспортных артериях. Исходя из разной доходности ярмарочных площадей, Управление государственным имуществом Западной Сибири предложило сохранить в казне сельские ярмарочные площади с высокими арендными доходами, а убыточные ярмарочные площади исключить из казны и передать крестьянским обществам на выгодных для казны условиях. К этому подталкивала и накапливаемая задолженность Управления государственных иму-ществ по содержанию ярмарочных площадей. Как правило, деньги для ремонта их производственной базы брались губернскими казенными палатами в местных казначействах на условиях кредита. Но официального ответа на запрос в МВД не было. В результате на данном этапе региональные власти встали перед выбором - сохранить ярмарочную арендную статью в казенных доходах или отказаться. В связи с неупорядоченностью ярмарочного хозяйства вопросы о судьбе ярмарочных площадей стали решаться индивидуально. Часто толчком к рассмотрению судьбы ярмарочной площади служило ходатайство самих сельских обществ о передаче им ярмарочных площадей. В них крестьяне основанием указывали «плохое состояние производственной базы казенного имущества». Управление государственным имуществом, вынужденное ориентироваться на позицию центральных властей, отказывало, ссылаясь на декларативное заявление об исключительном земельном праве казны со ссылками на указы Департамента государственных имуществ МВД от 22 ноября 1852 и 4 октября 1890 г. В условиях землеустроительных работ и формирования наделов сельских обществ это послужило основанием к противостоянию казны и крестьянских обществ. Факторами, обострявшими борьбу вокруг ярмарочного хозяйства, стали выявляемые в ходе землеустроительных работ нарушения крестьянскими обществами межевых границ казенных ярмарочных площадей. Происходило этов том числе и по объективным причинам, главной из которых стал рост крестьянского населения и разрастание жилого и производственного сектора населенных пунктов. В выявленных ревизиями случаях указывалось, что расположенные в центре казенные ярмарочные площади застраивались крестьянскими усадьбами, на них выносились ограды, хозяйственные и жилые постройки. Об этом в жалобах указывали и арендаторы ярмарочных площадей, по мнению которых, стеснение площадей становилось «препятствием для расширения торговли в ярмарочные дни». Так, курганский мещанин Ив. Меньщиков, взявший в аренду Лебяжьев-скую ярмарочную площадь на срок с 1912 до 1918 г. по цене 1 301 руб., писал, что не может пользоваться ярмарочной площадью в показанных на планах границах, поскольку около десятины казенного места было занято крестьянскими усадебными постройками. Более того, крестьяне, проживавшие по границе площади, в период ярмарочной торговли сдавали в аренду усадебные места, а торговые помещения на площади оставались пустующими [13. Л. 79]. Чтобы сохранить интерес купцов к аренде казенных ярмарочных площадей, Управление пыталось запретить торговлю во время ярмарок из других мест, выстроенных вне казенных площадей на общественной земле, в том числе из стационарных производственных помещений, в которых в селе велась торговля в течение года. Запрещалась во время ярмарки также торговля из домов и дворов села, где она проходила. Было запрещено производить какие-либо торговые операции на усадебной земле, находящейся в непосредственной близости с казенной ярмарочной площадью. Наконец, всем крестьянам, проживающим в поселении, где функционировала ярмарка, запрещалась сдача помещений под торговлю вне ярмарочной площади или на местах усадьбы около нее, не входящих в состав ярмарочной площади. Управление в соответствии с Уставом о казенных оброчных статьях (изд. 1908 г.) разработало систему мер борьбы с самовольной застройкой площади и организацией любых торгово-производственных действий вне ее границ. Одним из способов борьбы с нарушителями стало снесение своевольной застройки. Это было поручено лесничим, под патронажем которых проходили землеустроительные работы. В 1913 г. Лебяжьев-ский лесничий возбудил вопрос о снесении лавки курганского купца Ивана Кропанина, построенной вблизи ярмарочной площади, «бок о бок с казенными торговыми помещениями». Это, по мнению лесничего, «существенно нарушает интересы арендатора и делает для него невыгодной уплату аренды за Лебяжьевскую ярмарочную площадь в сумме 1 300 руб.» Лесничий выразил опасение, что примеру купца Кропанина последуют другие торговцы, «ярмарочная площадь совершенно обесценится» и «потеряет арендатора. Тем самым будет нанесен урон казне». [Там же. Л. 113]. Вторым способом борьбы с нарушителями указов стало изъятие самовольной постройки в казну на основании того, что она эксплуатировалась без уплаты в казну. Это, например, произошло с построенной торговцем Москвичевым лавки на казенной Абатской ярмарочной площади. Показательным примером стало дело о ярмарочной площади в с. Армизонском 1914 г. История своими корнями уходила в 1902 г., когда крестьянин села Армизонского У.У. Привалов выстроил на Армизонской ярмарочной площади лавку и использовал ее под торговлю во время ярмарки. Арендатор площади в период с 1 января 1900 по 1 января 1906 г. шад-ринский мещанин А. Колмогоров ничего не смог сделать. Последующие арендаторы также не справились с крестьянином. Это смогло сделать в 1914 г. Тобольское земельное управление. Оно, ссылаясь на ст. 116 Устава о казенных оброчных статьях (изд. 1908 г.), в соответствии с которой все строения, возведенные и не убранные при наступлении срока аренды, переходят в пользу казны, обратило в казну лавку, разрешив торговать только с уплатой ярмарочного сбора. Все протесты и аргументы У.У. Привалова в расчет не были приняты, даже тот, что лавка перед передачей ее в казну была отремонтирована им за 250 руб. Еще одним способом борьбы с самовольной застройкой стала легализация своевольной застройки с превращением ее в источник дохода. Более того, желающим было разрешено за свой счет строить лавки на ярмарочной площади с годичной уплатой аренды в казну. Привлекательность данного решения для торговцев и особенно крестьян состояла в том, что построенные на ярмарочной площади сооружения могли использоваться не только на время открытия торговли на ярмарке, но круглогодично между ярмарочными мероприятиями. Этим мотивировал свое намерение крестьянин Д.П. Реутов, которому разрешили в 1912 г. на ярмарочной площади крупного торгового села Мок-роусовское построить лавку, заняв землю по 35 коп. за аршин, с уплатой за строение на казенной площади 30 руб. в год. Но уплотнение застройки ярмарочных площадей и наступающая теснота негативно отражались на арендной привлекательности. Поэтому на этом этапе в начале XX в. одним из выходов стал перенос ярмарочных площадей из центра населенного пункта на окраину. Для торговли за селом в таком случае использовались места выгона или чистое поле. Подобный подход не являлся чем-то новым в ярмарочной практике. Производственная база ярмарок включала не только торговые сооружения центральной площади, но и оборудованные места за границей жилой зоны. На центральной площади велась торговля промышленным товаром, съестными товарами, а за селом - сырыми и необработанными, в том числе скотоводческими товарами, сеном, живым скотом и др. Однако опыт переноса всей торговли на окраину или за грань села как средство борьбы с уплотнением оказался негативным. Торгующие с неохотой меняли оборудованные места и продолжали торговлю на старом месте, что приносило убытки арендаторам, у которых обустроенные торговые места на новом месте пустовали. Администрации усмотрела в этом скрытую форму бойкота крестьянами аренды оставшихся в казне ярмарочных площадей. В архивах отложилось много документов от лесничих с описанием конкретных ситуаций споров крестьянских обществ с арендаторами ярмарочных площадей. Примером может служить шестилетняя история, с 1908 по 1914 г., вокруг ярмарочной площади в селе Голышмановское Ишимского уезда. В 1908 г. из-за близости торговых строений к церкви и жилым постройкам Управление государственных имуществ с согласия крестьян перенесло ярмарочную площадь вместе со всеми постройками за село. Но никто из торгующих не перенес саму торговлю на новое место. Основная торговля прошла на старой торговой площади с использованием помещений и мест, предоставляемых крестьянами в выходящих на площадь усадьбах. Ишимский лесничий расценил это как уловку сельского общества обманом завладеть доходами с ярмарки. Он сообщал, что объездчику приходилось «водворять всех торгующих в базарные дни в с. Голышмановское на казенную площадь, для чего обращаться за содействием к Голыш-мановскому становому приставу» [13. Л. 20, 169]. В последующие годы ему приходилось привлекать полицию и с ее помощью отправлять торговцев на новое место. Хотя сам он признавал, что торговля за селом объективно неудобна для жителей из-за ее отдаленности, о чем и писал в своих отчетах. В такой ситуации Управление предложило сельскому обществу выкупить площадь в собственность, но расположенную не в центре, а на окраине. Однако сельское общество отказалось и в очередной раз организовало торговлю на старом месте в центре села. Такая же история произошла с ярмарочной площадью в слободе Туринской. Скученность и изношенность торговых помещений, их непрезентабельный вид в начале XX в. были характерны для многих ярмарочных площадей, находящихся «в казне». Учитывая опыт, Главное управление Западной Сибири стало требовать при учреждении новых ярмарок заранее проектировать застройку центральной части населенных пунктов с выделением достаточной земли под ярмарочную площадь. В крупном торговом селе Абатском такая возможность представилась после пожара 23 мая 1902 г., когда выгорела центральная часть села, включая площадь и 130 жилых домов. Губернский землемер Овешков, выполняя требование Главного управления, произвел новую планировку жилых усадеб с выделением специального места под ярмарочную площадь. Однако уже в 1913 г. крестьянский начальник констатировал, что новая площадь беспорядочно и без всякой системы застраивалась новыми балаганами, которые от ярмарки к ярмарке стояли пустыми. За короткое время на отведенной площади вновь создались «скученность возведенных на ней ярмарочных построек, близость жилых домов, нахождение на ней двух церквей, пожарного депо и почтово-те-леграфного отделения» [Там же. Л. 136]. Таким образом, в отличие от происходившего в начале XX в. переоборудования городских ярмарочных площадей, большинство ярмарочных строений на принадлежащих казне сельских площадях приходили в негодность. Производственная база ярмарок нуждалась в круглогодичном уходе, торговые и производственные помещения требовали капитального ремонта и финансовых вложений. Исходя из этого, лесничие в своих докладных Главному управлению Западной Сибири стали предлагать продать или даже передать ярмарочные площади крестьянским обществам. В 1912 г. лебяжен-ский лесничий обосновал свое предложение о продаже торгово-производственных строений Верхне-Глубо-ковской ярмарки тем, что «казенные постройки на ярмарочной площади пришли в совершенную ветхость: крыши сгнили, а также частью и стены, так что постройки эти совершенно не удовлетворяют назначения и торговцы отказываются занимать их». Им были подготовлены торги с установлением начальной цены в 15 руб. Однако Тобольское губернское управление отказало ему на основании того, что с 1907 по 1912 г. площадь при сдаче ее хозяйственным способом давала доход от 200 до 403 руб. в год. Лесничему было предложило отремонтировать здания и сдавать их в аренду [Там же. Л. 30, 33]. В результате, губернские правления в решении вопросов аренды и / или продажи ярмарочных площадей оказались между двумя позициями. С одной стороны, администрация Западно-Сибирского генерал-губернаторства в лице Омской контрольной палаты и Управления государственными имуществами, реализуя позицию МВД, требовали увеличивать доходы от казенных ярмарочных площадей. С другой стороны, региональные учреждения в лице губернских землеустроительных учреждений и лесничих, исходя из реального положения вещей, предлагали пересмотреть вопросы аренды ярмарочных площадей, мотивируя тем, что в отличие от земельных статей ярмарочные площади требовали значительных расходов на свое содержание. Губернские администрации первоначально, защищая интересы государства, также вынуждены были рассматривать передачу ярмарочных площадей как посягательство на казенные доходы. Например, это проявилось в жестких оценках поведения крестьян во время спора за Омутинскую ярмарочную площадь, когда претензии местных крестьян и церкви к новым границам, проведенным поземельно-устроительной партией, вылились в общественный протест. Губернское правление сочло, что этот «поднимаемый гвалт ввиду того, что местные кулаки, пользуясь поземельным устройством», является ничем иным, как «желанием вышеозначенную площадь отнять у казны». А «в помощь этим кулакам, -по мнению чиновников, - впряглось, судя по всему, и духовенство» [13. Л. 43]. Но и не реагировать на участившиеся споры и настойчивость лесничих и землеустроителей региональные власти не могли. Это привело в 1914 г. к неожиданному повороту в обострившейся борьбе крестьянского общества и западносибирской администрации, после того как к разрешению проблемы подключились губернаторы Тобольской и Томской губерний. Они затребовали копии указов 1852 и 1890-х гг. о праве казны сдавать ярмарочные площади в аренду, на которые ссылалось Главное управление Западной Сибири и на которые они опирались в своей практике с середины XIX в. Запрос губернаторов привел к парадоксальному результату. Оказалось, что в Управлении госимуществом Западной Сибири, так же как и в Департаменте государственных земельных имуществ МВД, копии текстов этих указов отсутствовали. Само по себе это событие не являлось чем-то исключительным. Несмотря на проведенную кодификацию 1830-х гг. и издание полного собрания законов Российской империи (ПСЗРИ), в государственной юридической практике сохранялась неразбериха. Начались поиски оригиналов в сенатском архиве, которые выявили, что под номером № 7174 от 4 октября 1890 г., на который ссылались региональные власти, числится указ по делу чиновника Ярославского губернского правления Догаева. Получалось, что на протяжении нескольких десятилетий основанием для обоснования собственности казны на ярмарочные площади служили указы, тексты которых не сохранились и не вошли ни в одно опубликованное издание актов, имеющих законную силу. Этой ситуацией и воспользовались региональные власти, что послужило отправной точкой формирования новой ситуации в ярмарочно-арендном хозяйстве, позволяющей говорить о новом качественном этапе в ярмарочном арендно-оброчном хозяйстве. Тобольское губернское управление в 1914 г. уведомило Управление земельных и государственных имуществ Западной Сибири, что не будет выполнять указ от 31 декабря 1912 г. о запрещении крестьянским обществам взимать сборы за торговлю на ярмарочных площадях, поступивших в их надел, на основании того, что «высочайшее повеление от 22 ноября 1852 г. и разъяснение Правительствующего Сената от 4 октября 1890 г., на которых основано означенное выше требование как не вошедшее при кодификации в своде действующих законов, обязательной силы ныне не имеют, тем более что узаконений этих не оказалось в Полном собрании законов Российской империи и даже в самом Управлении Земледелия» [13. Л. 144]. Но ни западносибирская администрация, ни МВД не согласились на передачу крестьянским обществам доходов с ярмарочных площадей. После переписки заинтересованных сторон было принято временное компромиссное решение. Сельским обществам разрешили получать доход с казенно-оброчных ярмарочных статей на тех площадях, которые поступили в их надел с утверждения Министерства внутренних дел после землеустройства. Но если заключенные ранее казной контракты с торговцами по срокам сдачи в аренду не закончились, ярмарочная площадь оставалась в оброке у казны. Передача ярмарочных площадей разрешалась только по завершению контракта. Однако на деле переход ярмарочных площадей в руки сельских обществ сдерживало главное условие передачи ярмарочной площади крестьянам - обязанность сельских обществ выкупить все строения, имеющиеся на площади. На этом этапе обострение споров казны и сельских обществ совпало с кардинальными переменами в хозяйственной жизни Сибири. Происходили значительные изменения в инфраструктуре торговой сети. Развитие стационарной торговли способствовало формированию обустроенных помещений, эксплуатируемых ежедневно и оснащенных производственно-торговым оборудованием в соответствии с требованиями производства (например, холодильниками). Это не могло не отразиться и на отношении к ярмаркам сибирских администраций, которые опасались падения ярмарочной торговли. Но оказалось, что в отличие от других регионов европейской России эти изменения не носили тотального характера, поскольку были обусловлены особенностью развития транспортной инфраструктуры Сибири, например ограниченными возможностями Транссибирской железной дороги, протянувшейся с запада на восток. Изменения торговой инфраструктуры коснулись территорий, непосредственно оказавшихся в зоне влияния железнодорожного транспорта. На обширных территориях к северу и югу от Транссибирской магистрали их влияние на торговлю и ее инфраструктуру носило опосредованный характер, что проявилось в развитии видового многообразия форм торговли, в том числе способствовало и дальнейшему развитию ярмарочной торговли [14]. Этот фактор поддерживал решимость центральных и западносибирских администраций сохранить ярмарочные площади в качестве источников дохода в казне. Обременительность содержания ярмарочных п

Ключевые слова

Тобольская губерния, Томская губерния, государство, казенное хозяйство, ярмарочные площади, аренда, сельское общество, торговое предпринимательство, тенденции, Tobolsk governorate, Tomsk governorate, state, state-owned enterprise, fair areas, lease, rural community, commercial business, tendencies

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Щеглова Татьяна КирилловнаАлтайский государственный педагогический университет доктор исторических наук, профессор, заведующая кафедрой отечественной историиtk_altai@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Щеглова Т.К. Динамика развития ярмарочной торговли Западной Сибири в условиях капиталистической модернизации начала XX в. : к вопросу о ее темпах в центре и на окраинах // Исторический опыт хозяйственного и культурного освоения Западной Сибири : тез. докл. и сообщ. Четвертых науч. чтений памяти проф. А.П. Бородавкина (1919-1996) / АлтГУ; отв. ред. В.А. Моисеев, Ю.М. Гончаров. Барнаул, 2003. Кн. II. С. 245-253.
Щеглова Т.К. Территориальное развитие торговой инфраструктуры Западной Сибири и Степного края в период капиталистической модернизации : традиции и новации в размещении ярмарок в начале XX века // Сибирское общество в контексте модернизации XVIII-ХХ вв. : сб. материалов конф. Новосибирск, 2003. С. 218-232.
Осипов В.П. Из истории создания управления государственными имуществами в Западной Сибири в 40-50-е гг. // Проблемы истории Сибири XIX-XX вв. Омск, 1995. С. 25-39.
Казенное учреждение Омской области «Исторический архив Омской области» (БУ ИсА). Ф. 3. Оп. 9. Д. 14105.
БУ ИсА. Ф. 3. Оп. 7. Д. 11122.
БУ ИсА. Ф. 3. Оп. 7. Д. 11118.
БУ ИсА. Ф. 3. Оп. 7. Д. 11126.
БУ ИсА. Ф. 3. Оп. 7. Д. 11129.
БУ ИсА. Ф. 3. Оп. 8. Д. 12272.
Щеглова Т.К. Правовые условия развития сибирско-азиатской ярмарочной торговли во второй половине XIX в. (Западная Сибирь и Степные области) // Россия и международные отношения в Центральной Азии : (регион. аспект) : сб. науч. ст. / АГУ, Ист. фак., Алт. центр востоковед. исслед.; отв. ред. В.А. Моисеев. Барнаул, 2001. С. 67-82.
Российский государственный исторический архив. Ф. 1287. Оп. 7. Д. 2122.
Щеглова Т.К. Торговые сообщества и власть: инициатива и государственное регулирование в условиях развития рыночного хозяйства в XIX - начале XX // Россия и Сибирь: проблемы взаимодействия в региональной политике в исторической ретроспективе : материалы междунар. науч.-практ. конф., посвящ. 180-летию сиб. реформ М.М. Сперанского, Иркутск, 25-26 февр. 2003 г. Иркутск, 2004. Ч. II-III: Работа секций. С. 20-29.
Государственное учреждение Тюменской области «Государственный архив в г. Тобольске» (ГБУТО «ГА в г. Тобольске»). Ф. 185. Оп. 1. Д. 334.
Щеглова Т.К. Сельское предпринимательство и его влияние на материальную культуру алтайской деревни (села) в условиях модернизации (начало XX века) // Современное историческое сибиреведение XVII - начала XX вв. : [сб. науч. тр.] / АлтГУ ; отв. ред. Ю.М. Гончаров. Барнаул, 2005. С. 206-225.
ГБУТО «ГА в г. Тобольске». Ф. 185. Оп. 1. Д. 336.
Щеглова Т.К. Мокроусовские ярмарки // Энциклопедический словарь по истории купечества и коммерции Сибири : в. 2 т. / отв. ред. Д.Я. Резун. Новосибирск : Акад. изд-во «Гео». С. 58.
ГБУТО «ГА в г. Тобольске». Ф. 185. Оп. 1. Д. 23.
Тобольский филиал Государственного архива Тюменской области (ТФ ГА ТюмО). Ф. 185. Оп. 1. Д. 336.
 Казна и крестьянство Западной Сибири в борьбе за аренду сельских ярмарочных площадей в условиях рыночной модернизации на рубеже XIX - XX вв. | Вестн. Том. гос. ун-та. История. 2018. № 55. DOI:  10.17223/19988613/55/11

Казна и крестьянство Западной Сибири в борьбе за аренду сельских ярмарочных площадей в условиях рыночной модернизации на рубеже XIX - XX вв. | Вестн. Том. гос. ун-та. История. 2018. № 55. DOI: 10.17223/19988613/55/11