Формирование пояса развития в Синьцзян-Уйгурском автономном районе КНР в начале 2010-х гг. | Вестн. Том. гос. ун-та. История. 2018. № 55. DOI: 10.17223/19988613/55/14

Формирование пояса развития в Синьцзян-Уйгурском автономном районе КНР в начале 2010-х гг.

Рассматриваются основные механизмы формирования новой геополитической и геоэкономической структуры на Западе КНР (Синьцзян-Уйгурский автономный район), а также региональные варианты трансграничного сотрудничества. Прагматизм китайского руководства в данном проекте успешно сочетался с набором идеологических штампов. Основное внимание уделяется рассмотрению механизмов практической реализации стратегии развития Синьцзяна на современном этапе.

Xinjiang economic development belt in the early 2010s.pdf Одной из задач национального развития Китая на современном этапе стало повышение инвестиционной привлекательности регионов. И если для Гуанчжоу, Шанхая и Пекина она воспринимается как данность, то для пограничных, относительно слабо развитых регионов проблема по-прежнему остается острой. В этой связи китайское правительство занимает активную позицию по формированию информационной, инновационной и торговой сети на границах КНР, что выражается как в перераспределении финансовых и инвестиционных ресурсов внутри страны (преференции, льготы, создание специальных экономических зон), так и в продолжении политики и практики «выхода вовне» при доминирующей роли экспорта в торговле и поиске ресурсов за пределами государства. Таким образом, в развитии пограничных регионов, к которым относится, в частности, и Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая (СУАР КНР), важнейшую роль играет внешний фактор. Хотя в национальном рейтинге конкурентоспособности регионов (шэн цюй фачжань шуйпин цзин-чжэнли) Синьцзян занимает последние 30-31 места [1. С. 39], государство вкладывает огромные средства в его развитие, в том числе в так называемую «трансграничную модель развития [2]. В китайской научно-исследовательской литературе также можно встретить понятие «пояс развития» (фачжань дай), например в сочетании «приморский пояс развития» (яньхай фачжань дай), для восточной части достаточно часто используются словосочетания «экономический круг» (цинцзи цзюань) или «круг развития» (фачжань цзюань). Последней по времени появления следует считать инициативу «Один пояс, один путь», которая теперь чаще называется «Пояс и путь» (и дай и лу). В целом все вышеперечисленные понятия описывают модель развития, ее форму (формат) и уже показали свою эффективность на примере национальных стратегий развития. Тот факт, что большинство информационных и пропагандистских сообщений по поисковым запросам «Синьцзян», «Урумчи», «СУАР» начинается с предложения: «Синьцзян является важнейшими воротами на Северо-Западе КНР, транспортным мостом и западной частью второй Траснсъевразийской магистрали» [3], говорит о позиционировании региона и его ориентации на внешний рынок. Что касается самого Синьцзяна, то он обладает особой региональной спецификой и выделяется среди остальных административно-территориальных образований в составе КНР. С точки зрения географии и экономики регион разделен на две части - Северный Синьцзян и Южный. Экономически более развитой является северная часть с центром в г. Урумчи, здесь сосредоточено 70-90% производственных и финансовых структур, находятся органы управления автономным районом. Фактически отдельной экономической и политической частью СУАР является Синьцзянский производственно-строительный корпус (СПСК), который в высокой степени интегрирован в национальную экономику. Со своей стороны, государство вкладывает огромные ресурсы и в развитие Южного Синьцзяна, что объясняется комплексом причин политического, экономического и социального характера. Была поставлена задача ликвидации разрыва между Синьцзяном и развитыми регионами КНР, и выбранной моделью стала «модель трансграничного роста и развития» [2]. В этой связи можно отметить создание в Кашгаре специальной экономической зоны (СЭЗ), являющейся одной из шести самых крупных СЭЗ в КНР [4. С. 40]. Полное название данной структуры - Кашгарская зона экономического развития (Каши цзинцзи кайфацюй), и ее резиденты пользуются практически всеми льготами и привилегиями, доступными в других СЭЗ Китая [5]. Важность такого рода механизма регионального развития и сотрудничества неоднократно подчеркивалась на уровне партии и правительства, а начальный период создания и оформления пришелся на 2010 г. Для реализации проекта «экономического пояса» государство выбрало еще один город в северной части Синьцзяна, на границе с Республикой Казахстан, имеющий хороший потенциал развития - им стал проект развития г. Хоргос, который с китайской стороны стал называться Зона экономического развития Хоргос, с казахстанской при поддержке Китая был открыт Международный центр приграничного сотрудничества Хоргос (Хоргос гоцзи бяньцзин хэцзо чжунсинь). Данные территории и проекты, которые на них осуществлялись, формировали своеобразный пояс развития. В частности, в 2018 г. была введена в эксплуатацию высокоскоростная железнодорожная магистраль Урумчи-Хоргос. В информационном поле КНР она уже названа «центральной частью начинающегося в Китае Нового Великого Шелкового пути» и «стратегической железной дорогой для всех приграничных государств» [6]. В документе «Некоторые мнения Госсовета КНР о поддержке создания экономических районов развития в Хоргосе и Кашгаре», принятом Госсоветом КНР в 2011 г., отмечались их важная роль в развитии Китая и СУАР, стратегическое расположение, в том числе возможности выхода на сопредельные территории стран Центральной, Южной и Западной Азии, а также транзитом - на страны Европы и Ближнего Востока [7]. Логистические преимущества позволяли осуществлять и наращивать как приграничную торговлю, так и транзитный потенциал и СЭЗ, и всего региона в целом. Представленная для развития формула отразила некоторые внешнеполитические и внутриполитические установки, появившиеся в КНР к началу 2000-х гг., и являлась развитием процесса «выхода вовне» (цзоу чу цюй) для китайских предприятий. Теоретическая составляющая «реформ открытости и развития» в Китае также постоянно развивалась и совершенствовалась, в начале 2000-х годов оформившись в стратегию «Большого освоения Запада КНР» (Сибу да кайфа). Традиционно считается, что лозунг впервые озвучил в 1999 г. в Сиане тогдашний Председатель КНР Цзян Цзэминь [8. С. 7]. Западные провинции Китая получали помощь в размере около 30 млрд юаней, которую предполагалось потратить в том числе на создание передовой инфраструктуры для развития приграничного сотрудничества [9. С. 19]. Наибольшее внимание к Синьцзяну начинает проявлять уже следующий Председатель КНР Ху Цзиньтао. В рамках проводимого им внешнеполитического курса была создана и начала реализовываться формула «стабильная граница - процветающая граница, богатый народ - процветание вокруг нее» (вэньцзян синцзян, фу-мин синбянь). Она отразила основные политические и экономические задачи: при стабильном развитии экономики страны развивать внешнеэкономические связи с приграничными государствами. Региональное развитие трактовалось как повышение уровня жизни населения в пределах административной единицы, а оценивалось с помощью набора основных макроэкономических показателей. К середине 2000-х гг. в стратегию развития открытости экономики на западном участке границы были внесены дополнения, что отразилось и в новых лозунгах. В частности, появляется следующий: «подтягивать внутреннее, поддерживать связь с внешним, приходить с Востока и двигаться на Запад» (вайин нэйлянь, дунлянь сичу, силай дунцюй) [10. С. 387]. Он отразил желание центрального правительства реализовать конкурентные преимущества отдельных частей КНР. Транзитный потенциал западной части должен был использоваться для расширения доступа китайских товаров из восточной части страны на рынки Центральной Азии, России и Европы. Кроме того, данная формулировка отражала растущую заинтересованность Китая в ресурсном обеспечении со стороны стран-соседей. Создание зон развития, ориентированных на Северный (Хоргос) и Южный Синьцзян (Кашгар) позволяло решить проблему доступа китайского капитала в регион, а также его последующее размещение в необходимых отраслях и проектах сопредельных стран. Развитие инфраструктуры позволяло расширить транзитный потенциал территорий. При этом Хоргос ориентировался на соседний Казахстан, а также регионы, в которые проходил железнодорожный маршрут через его территорию (Россия, страны Европы), а Кашгар - преимущественно на развитие торговли с Афганистаном, Пакистаном, Кыргызстаном и Таджикистаном. Важным условием для развития СЭЗ в СУАР являлось формирование и дальнейшее развитие транспортных магистралей и сервисов для торговли и инвестиций. Данный проект стартовал в Китае с начала 2000-х гг. и привел к существенному росту количества и качества всех видов транспорта в СУАР - авиа, железнодорожного и автомобильного. Кроме того, инфраструктурные проекты, реализуемые с соседними странами Центральной Азии, дополнили имеющиеся преимущества региона - были построены нефтепровод из Казахстана, газопровод «Центральная Азия-Китай», модернизированы авто- и железнодорожные магистрали, ведущие к границе. Отдельно обустраивались пункты пропуска через границу, где применялись сервисы, характерные для восточных территорий Китая и хорошо себя зарекомендовавшие. Более развитые восточные провинции направляли в Синьцзян как финансовые средства, так и технологические комплексы, помогали с реализацией проектов [11]. К моменту реализации проектов СЭЗ были созданы необходимые условия для регионального развития. Власти подчеркивали, что «при реализации новой модели трансграничного развития Синьцзяна были приняты необходимые документы, отработаны варианты специальной экономической политики, механизмы привлечения капиталов как китайского, так и иностранного происхождения, собраны материально-технические и людские ресурсы, что было подкреплено изменением производственной структуры СУАР, трансфером технологий, ускорением урбанизации и другими необходимыми для этого процессами» [7]. Стратегическое развитие региона было связано с форсированием идеологического обеспечения как присутствия КНР в регионе, которое было сложно оспорить, так и расширения всех видов связей с соседними государствами. Оно нашло отражение в формулировании проекта «нового Великого Шелкового пути», который в дальнейшем стал называться «Один пояс, один путь» и не всегда соотносился с маршрутами прошлого. Итоговый проект, представленный новым Председателем КНР Си Цзиньпином в 2013 г., подкреплял лидерские амбиции Китая в Центральной, Южной и Западной Азии и основывался на экономической мощи восточного Китая, транспортных коммуникациях, созданных в западной части. Все сопредельные государства так или иначе принимали участие в китайской инициативе, а собственно китайская территория была связана как сетью аэропортов гражданского назначения, так и высокоскоростными магистралями. К этому периоду в двух приграничных частях Синьцзяна проводилось строительство и монтаж инфраструктуры, создавалась основа для трансграничного взаимодействия и развития. Наибольшую выгоду от СЭЗ получали муниципальные и региональные власти, а именно города (городские округа) Кашгар и Хоргос. На них была возложена задача сбора статистики, они же публиковали ежегодные отчеты о развитии как собственно городских территорий, так и функционирующих на них специальных образований. Так, по итогам 2016 г. общий объем инвестиций в г. Хоргос составил 3,21 млрд юаней, по сравнению с 2015 г. рост составил 26,2% [12]. Несмотря на то, что в основном это были инвестиции в сферы строительства и инфраструктуры (учитывались в том числе сданные объекты), цифры для регионального бюджета значительные. Однако при этом в 2016 г. сократились внешнеторговые операции, достигнув пика в 2014 г. (с 14 до 9,3 млрд долл.) [Там же]. Это было связано преимущественно с конъюнктурными причинами (в том числе падением платежеспособного спроса в России, Казахстане и Кыргызстане). В этот же период начинается формирование собственного формата для СЭЗ Хоргос, в региональных программных документах она стала называться «Один район, четыре парка» (ицюй, сыюань) [Там же]. «Четыре парка» объединяли технологические и научные парки Хоргос, Инин, отдельный район Синьцзянского производственно-строительного корпуса (СПСК) и Циншуйхэ. Инвестиционная привлекательность парков была различной: если в рассматриваемый период Хоргос смог привлечь только в основной капитал 2,8 млрд юаней инвестиций, то Инин - 336 млн, район СПСК -460 млн, производственный парк Циншуйхэ - 270 млн. При этом по объему выпущенной продукции лидировали Инин и отдельный район СПСК. Объяснить это можно ориентацией преимущественно на сферу услуг у Хоргоса, а парк Циншуйхэ был просто небольшим по размерам. Что касается южного Синьцзяна, то муниципалитет Кашгара отчитывался следующими цифрами. В 2015 г. общий объем инвестиций составил 80,7 млрд юаней, а рост составил 15% по сравнению с предшествующим годом [13]. Для регионального развития рост инвестиционных потоков обеспечивался в основном перераспределением внутренних инвестиций, при этом между 2010 и 2015 гг. он составил почти 2,2 раза [Там же]. Наибольшее количество инвестиций и проектов приходилось на сферу недвижимости (около 1/3), второй важной областью инвестирования оставалось производство. Внешнеторговые операции также немного ушли в минус, составив 1,15 млрд долл. (сокращение составило 4,3%), однако при ведущей роли экспорта (1,14 млрд) сокращение показателя по импорту практически не изменило общей суммы [Там же]. По-прежнему важным источником для регионального развития Кашгара оставалась помощь других регионов КНР. Так, в 2015 г. четыре восточные провинции принимали участие в 346 проектах на территории региона, а общая капитализация проектов составила 4,8 млрд юаней. Всего же за пять лет (2010-2015 гг.) в Кашгар было вложено более 9,2 млрд юаней от регионов-спонсоров [11]. Непосредственно по СЭЗ Кашгар статистика сообщала о 8,8 млрд юаней инвестиций, что составило около 10% от всех инвестиций в регионе [14]. Инвестиции направлялись преимущественно в капитальное строительство и производственную сферу. Одним из крупнейших региональных проектов в формате СЭЗ стало создание Международного логистического центра при участии инвесторов из Шэньчжэня и Гуанчжоу. Осуществлялось проектирование и строительство новых транспортных магистралей и развязок, призванных обеспечить доступность территории, в том числе и для иностранных инвесторов. В соответствии с заявленными целями государство продолжило работу над проектом развития специальных зон на границах Синьцзяна уже в рамках долгосрочных проектов. Основные задачи для Кашгара были поставлены в документе «Общий план развития Кашгар-ской зоны экономического развития на 2011-2020 гг.» [15]. Аналогичный документ был принят и для СЭЗ Хоргос. Документу предшествовал ряд других, в частности «Предложения ЦК КПК и Госсовета КНР по стимулированию программ и моделей долгосрочного трансграничного роста и безопасности Синьцзяна» [2], принятые в 2010 г. Одной из проблем была признана нехватка инвестиций и низкая инвестиционная активность, что привело к появлению в 2012 г. документа «Предложения по финансовой поддержке строительства СЭЗ Кашгар и Хоргос» [16]. В нем, в частности, предусматривались меры по облегчению механизмов инвестирования, совершенствованию системы платежей и кредитования, созданию и продвижению финансовых инноваций, повышению уровня финансового обслуживания, страхования и ряд других [17]. Особое внимание уделялось развитию трансграничных операций в китайских юанях, реализации межгосударственных соглашений по валютному контролю, надзору в сфере финансовых операций. Активизация государственной власти в сфере развития внешнеэкономических связей произошла также не случайно. Для подготовки к реализации столь масштабного проекта, как «Один пояс, один путь», правительство Китая вело разработку и других планов развития. Так, в официально опубликованном документе «Постановление Народного правительства о некоторых важных вопросах, касающихся всестороннего углубления реформы», принятом 15 ноября 2013 г. народным правительством Китая, отмечалось, что необходимы «развитие приграничной открытости, создание ключевых пунктов на границе, в приграничных городах, системы районов сотрудничества, которые бы включали во взаимные обмены большое количество людей. а также ускорение логистики, развитие туризма. и другие специальные мероприятия как комплексная практика» [17]. Особое внимание уделялось созданию финансовых структур, которые бы обеспечивали развитие, в том числе банковских учреждений, способных выдавать кредиты под проекты. Так как параллельно с созданием СЭЗ в СУАР развивается система спонсорской помощи более развитых провинций менее развитым, Кашгар и Хоргос начинают получать так называемую адресную помощь, а в регионе создаются филиалы банковских структур восточной части страны. Для сопредельных государств также предусматривались вложения в инфраструктурные проекты, которые могли осуществляться как в самом Китае, так и в пограничных с ним государствах. Все эти мероприятия обеспечивали цель создания новой многосторонней и многоуровневой структуры открытости. В нее включались проекты экономического пояса Нового Великого Шелкового пути, а также Морского Шелкового пути [Там же]. Включение в проект «Один пояс, один путь» территорий Кашгара и Хоргоса не потребовало дополнительных обоснований, они достаточно органично были включены в процесс. Так, в некоторых китайских работах встречается отсылка к тому, что именно Кашгар являлся когда-то одним из отправных пунктов Великого Шелкового пути, а в настоящее время может стать «мостом для открытости на Западе КНР» [18, 19]. В данном случае формулировка скорее идеологическая, так как и сам Синьцзян, и более общий «китайский Запад» часто назывались «мостом открытости» [20]. Представляется, что основные итоги деятельности новых точек развития и пояса развития в Синьцзяне в целом будут подведены в 2020 г., так как именно в этот период КНР будет пересматривать целый ряд завершившихся к тому моменту проектов. Существующие как в Северном, так и в Южном Синьцзяне механизмы регионального развития многообразны, однако призваны в первую очередь обеспечить рост национальной экономики. Их привлекательность для иностранных инвесторов и бизнесменов пока могут оценить только китайские компании, а также ограниченное количество предприятий, обслуживающих приграничную торговлю. Для крупных иностранных инвесторов Синьцзян по-прежнему остается малопривлекательным, в том числе из-за причин политического плана. Система СЭЗ, двух- и многосторонние межгосударственные соглашения будут способствовать расширению торговли, однако это не приведет к существенному росту. В том числе это связано с низкой потребительской активностью и платежеспособностью пограничных стран. Инвестиции в СЭЗ в основном представлены перераспределением имеющихся ресурсов центральными властями и в основном вкладываются в инфраструктуру и недвижимость; приоритет производственной сферы не всегда и не везде соблюдается. Некоторые «бонусы» от приграничного статуса уже получила Республика Казахстан, построив при участии Китая Международный центр приграничного сотрудничества Хоргос. Он дополняет имеющуюся инфраструктуру на территории КНР и позволяет существенно улучшить логистику. Данные проекты являются экспериментальными, в ближайшей перспективе здесь возможно изменение территориальных рамок (расширение проекта на соседние территории). Подводя итоги, следует отметить, что к настоящему моменту Китай накопил большой опыт создания и использования различных экономических механизмов для перераспределения ресурсов, что можно отметить на примере региональной политики в отдельных частях страны. Кроме того, именно приграничное сотрудничество Синьцзяна отличается большим разнообразием проектов и может быть использовано для поиска партнеров и развития трансграничного сотрудничества.

Ключевые слова

КНР, Синьцзян-Уйгурский автономный район (СУАР), приграничное сотрудничество, Центральная Азия, China, Xinjiang, Cross-border cooperation, Central Asia

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Ван Чаолинь Томский государственный университет аспирант кафедры востоковедения факультета исторических и политических наукwcl19910218nn@163.com
Савкович Евгений Владимирович Томский государственный университет доктор исторических наук, профессор кафедры востоковедения факультета исторических и политических наукsavkovic@sibmail.com
Всего: 2

Ссылки

Чжунго шэн цюй цзинцзи цзунхэ цзинчжэн ли фачжань баогао, 2014-2015 нянь (Доклад о развитии и конкурентоспособности административ ных единиц КНР: комплексные оценки). Пекин : Шэхуэй кэсюэ вэньсянь чубаньшэ, 2016.
Вэй туйцзинь Синьцзян куаюэ ши фачжань хэ чанчжи цзюань дяньдин сысянь цзичу (Основные идеологические императивы для стимулиро вания развития трансграничной модели в СУАР и долгосрочной политической стабильности) // Жэньминь жибаован. 2010. 18. нояб. URL: http://theory.people.com.cn/GB/13246292.html
Улумуци ши гайкуан (Общая характеристика г. Урумчи) // Официальный сайт народного правительства г. Урумчи. 2017. 20 авг. URL: http://www.urumqi.gov.cn/zjsf2/sfgk/48.htm
Ван Чао, Полоник С.С. Современная экономика Китая. Минск : Право и экономика, 2016.
Гуаньюй цзиньжун чжичши Каши Хоргос цзинцзи кайфацюй цзяньшэдэ ицзянь (Льготы и преференции определены специальным документом правительства КНР «Предложения по финансовой поддержке экономических районов развития в Хоргосе и Кашгаре») // Чжунго жэньминь ван. 2012. 07 нояб. URL: http://finance.people.com.cn/money/n/2012/1107/c218900-19518946.html
Синьцзян чжэсе дифан юван тун гаоте, Улумуци чжи Инин Сань сяоши даода! (Новые возможности высокоскоростных железных дорог в Синьцзяне: от Урумчи до Инина за три часа!) // Инин шэнхо ван. 2016. 14 марта. URL: https://read01.com/n6xyLm.html#.W2ASrdUzbDc
Гоуюань гуаньюй чжичши Каши Хоргос цзинцзи кайфацюй цзяньшэдэ жогань цзянь и (Некоторые мнения Госсовета КНР о поддержке со здания экономических районов развития в Хоргосе и Кашгаре). 2011. № 33 // Чжунхуа жэньминь гун хэ го Чжуньян жэньминь чжэнфу (Официальный сайт Народного правительства Китайской Народной Республики). URL: http://www.gov.cn/zwgk/2011-10/08/content_1963929.htm
Кондрашова Л.И. Китайская программа освоения западных регионов страны // Стратегия развития западных регионов КНР : экспресс-инфор мация. М., 2001. № 9.
Синьцзян вэйуэр цзычжицюй гомин цзинцзи хэ шэхуэй фачжань ди ши у унянь цзихуа ганяо (Основные положения 10-го пятилетнего плана экономического и социального развития для народной экономики СУАР) // Чжунхуа жэньминь гун хэ го гоцзя фачжань хэ гайгэ вэйюаньхуэй (Государственный комитет по делам реформы и развития КНР, официальный сайт). URL: http://www.sdpc.gov.cn/fzgh/ghwb/dfgh/ W020050614802779946348.pdf
ЧжунъЯ уго юй Чжунго сибу дакайфа (Пять государств Центральной Азии и стратегия большого освоения запада КНР) / под ред. Чжао Чанцин. Пекин, 2004.
Савкович Е.В. Программа адресной помощи СУАР КНР и ее влияние на отношения КНР с государствами Центральной Азии // Вестник Забайкальского государственного университета. 2013. № 6 (97),
Хоргос цюй (ши) 2016 нянь гоминцзинцзи хэ шэхуэй фачжань тунцзи гунбао (Публичный статистический отчет о социальном и экономиче ском развитии района (города) Хоргос в 2016 году) // Официальный сайт правительства г. Хоргос. URL: http://www.xjhegs.gov.cn/info/1822/9607.htm
Каши дицюй 2015 нянь гомин цзинцзи хэ шэхуэй фачжань тунцщи гунбао (Публичный статистический отчет о социально-экономическом развитии региона Кашгар в 2015 году) // Официальный сайт правительства Кашгара. 2016. 21 марта. URL: http://kashi.gov.cn/Item/32010.aspx
Каши цзинцзи кайфа цюй: Сычоу «тэцюй» гучэн синьчуан (Кашгарская зона экономического развития: особый район Шелкового пути, старый город, новые традиции) // Цзиньжун цзе. 2015. 25 авг. URL: http://finance.jrj.com.cn/2015/08/25132219706093.shtml
Каши цзинцзи кайфа цюй цзунти фачжань гуйхуа. 2011-2020 нянь (Общий план развития Кашгарской зоны экономического развития на 2011-2020 гг.) // Каши цзинцзи кайфа цюй (Официальный сайт Кашгарской зоны экономического развития). URL: http://www.kstq.gov.cn/XXGK/XXGK/201309/00001336.html
Сыбу вэй фавэнь чжичши Каши, Хоргос цзинцзи кайфа цюй цзяньшэ (Четыре министерства опубликовали документ по поддержке зон экономического развития Кашгар и Хоргос) // Жэньминь ван. 2012. 07 нояб. URL: http://finance.people.com.cn/n/2012/1107/c1004-19518581.html
Чжунгун чжунъян гуаньюй цюаньмянь шэньхуа гайгэ жогань вэньти дэ цзюэдин (Постановление Народного правительства о некоторых важных вопросах, касающихся всестороннего углубления реформы) // Чжунхуа жэньминь гунн хэ го Чжунъян жэньминь чжэнфу (Официальный сайт Народного правительства Китайской Народной Республики). 2013. 15 нояб. URL: http://www.gov.cn/jrzg/2013-11/15/content_2528179.htm
Каши цзай «И дай и лу» куанцзяся дэ чжаньлюэ дивэй (Стратегическое положение Кашгара в рамках проекта «Один пояс, один путь») // Официальный сайт народного правительства Кашгара. 2015. 21 июля. URL: http://www.kashi.gov.cn/Item/27051.aspx
«И дай и лу» шандэ Синьцзян. Каши линькун цзинцзи кайфа цзяньшэ тису (Синьцзян в проекте «Один пояс, один путь», в Кашгаре ускоряется экономическое развитие) // Sohu.com. 2017. 29 мая. URL: http://www.sohu.com/aZ144530861_697224
Сяньдай сычоу чжилу. Синь далу цяо (Современный Шелковый путь. Новый материковый мост). Пекин, 1991.
 Формирование пояса развития в Синьцзян-Уйгурском автономном районе КНР в начале 2010-х гг. | Вестн. Том. гос. ун-та. История. 2018. № 55. DOI:  10.17223/19988613/55/14

Формирование пояса развития в Синьцзян-Уйгурском автономном районе КНР в начале 2010-х гг. | Вестн. Том. гос. ун-та. История. 2018. № 55. DOI: 10.17223/19988613/55/14