Гомеровская тема в переводах М.Н. Муравьева | Язык и культура. 2018. № 43. DOI: 10.17223/19996195/43/4

Гомеровская тема в переводах М.Н. Муравьева

Выявляется своеобразие поэтики перевода М.Н. Муравьева отрывков из поэмы Гомера «Илиада» (I, 1-5; XX, 56-65; XVII, 645-647) в аспекте традиций классицизма и новых веяний сентиментализма. Обозначено значение творчества Гомера для М.Н. Муравьева, проанализированы семантические, стилистические, ритмико-метрические параметры перевода М.Н. Муравьева отрывков из поэмы Гомера «Илиада». В статье используются филологические методы интерпретации текста с привлечением историко-философского, литературно-эстетического контекстов и с помощью методики сравнительно-сопоставительного анализа. Поэт по имени Гомер является автором двух величайших творений древности, поэм «Илиада» и «Одиссея». Поэмы Гомера в Античности -хранилище мудрости, основа школьного образования, достояние всего народа, символ единства эллинов. М.Н. Муравьев хорошо знал латинский и древнегреческий языки и всю жизнь изучал античное наследие по первоисточникам. На первое место среди античных авторов он ставил Гомера. Влияние Гомера на формирование литературных вкусов М.Н. Муравьева огромно. Творчество великого эллина осваивалось русским автором через чтение и осмысление произведений Гомера, через использование сюжетов поэм в дидактических целях, а также через переводы. М.Н. Муравьеву принадлежит первый русский перевод Гомера (1778 г.) в гекзаметре («Илиада» I, 1-5), в котором сохранены все ключевые образы, лексические, синтаксические и художественные средства Гомера: перевод начинается с обращения к богине, затем говорится о последствиях гнева Ахилла: это многочисленные смерти ахейцев, свершившиеся по воле Зевса. В 1790 г. М.Н. Муравьев во второй раз обращается к переводам из Гомера, включив отрывки из XX и XVII песен «Илиады» в свое прозаическое произведение «Эмилиевы письма». Эти переводы почти дословны, они демонстрируют почтительное и бережное отношение к первоисточнику: все смысловые акценты расставлены, синтаксические и художественные средства также эквивалентны или очень близки оригиналу. В редких случаях, опуская или изменяя образные средства Гомера, М.Н. Муравьев использует собственные средства выразительности, поэтому общее впечатление от художественности произведения не меняется. Ритм греческого гекзаметра также удачно передан М.Н. Муравьевым, кроме этого величественность и торжественность переводу придают часто применяемые (как и у Гомера) анжамбеманы. Для всех трех переводов характерно активное использование старославянизмов, что в принципе присуще классицизму, в рамках традиций которого М.Н. Муравьев, несомненно, еще находится. Однако старославянизмы и старославянские грамматические формы придают стихам еще больший пафос и торжественность, архаическую окраску, что соответствует семантике зачина и всего эпоса Гомера, который повествует о событиях героического прошлого народа. М.Н. Муравьева восхищает в Гомере не только талант сказителя и поэта, но и умение ярко и правдиво показать личность человека во всей его сложности и противоречивости, что близко склонному к сентиментализму писателю.В целом можно говорить об особом месте гомеровской темы в жизни и творчестве М.Н. Муравьева, который приблизил античного автора к русскому читателю.

Homer's theme in the translation of M.N. Muravyov.pdf Введение Поэт по имени Гомер является автором двух величайших творений древности, поэм «Илиада» и «Одиссея». Однако уже древние ничего определенного не знали о личности поэта. Самые ранние из дошедших жизнеописаний поэта относятся к VI в. до н.э. и не имеют исторической ценности. В Античности точно не знали, когда и где родился поэт, так как на этот счет сохранились самые разноречивые сведения. Популярное двустишие, начинавшееся словами 'Епто. nozeig SispiZouoiv nepi piZav 'Op.'qpou Zpnpva, Xiog, KoZocpojvAaZapig, 'Pooog, ApYog, AOfjvai Семь городов, пререкаясь, зовутся отчизной Гомера Смирна, Хиос, Колофон, Саламин, РоДос, 'Аргос, Афины, имело несколько вариантов второй строчки, среди мест рождения назывались Итака, Пилос, Иос, и поэтому городов оказывалось гораздо больше 7, приблизительно 11. Это обстоятельство и наличие противоречий в поэмах: сюжетных, стилевых, языковых, религиозно-мифологических, социальноисторических (например, в «Одиссее» Афина и Телемах являются в Пилос, где происходит жертвоприношение при большом собрании народа, а потом оказывается, что это лишь семья Нестора, в «Илиаде» Диомед ранит Афродиту и Ареса, а позже говорит «сражаться с богом я не стану», второстепенный герой погибает, а потом оказывается живым, оружие героев сделано из бронзы, но автор знает и железо «железное сердце» и т.д.), породило споры об авторстве поэм и обширную литературу в связи с этим - «гомеровский вопрос». Весь античный мир верил в реальность личности гениального поэта. Платон считал, что «Гомер воспитал всю Грецию». Аристотель в своей «Поэтике» указывал на органичное единство поэм. Историк Геродот сообщает, что Гомер жил за 400 лет до него. Поэмы Гомера в Античности - хранилище мудрости, основа школьного образования, достояние всего народа, символ единства эллинов. Лишь некоторые александрийские ученые обратили внимание на существование различий между «Илиадой» и «Одиссеей» и высказали предположение о принадлежности их разным поэтам. Но в противовес этой точке зрения была выдвинута гипотеза о том, что «Илиаду» поэт создал в юности, а «Одиссею» - в старости. В 1664 г. французский аббат д'Обиньяк впервые высказал мысль о том, что человека с именем Гомер никогда не существовало, Орпро? в одном из эолийских диалектов означает «слепец», и «Илиада» является сборником песен разных певцов. Диссертация д'Обиньяка, опубликованная через несколько десятилетий после его смерти (1715 г.), прошла незамеченной. Начало научной дискуссии по поводу поэм Гомера было положено книгой Фридриха-Августа Вольфа «Предисловие к Гомеру», вышедшей в 1795 г. Вольф считает, что каждая из поэм - соединение песен, созданных разными поэтами, самым известным из которых был Гомер. Аргументация сводилась в основном к следующим двум положениям: 1) в гомеровские времена отсутствовала письменность (развитие письменности у греков относили к VII-VI вв. до н.э., а создание гомеровских поэм - к X-IX вв.), но появление больших поэм в бесписьменные времена является невозможным; 2) в поэмах имеются противоречия. Дальнейшее развитие науки показало, что в VIII в. до н. э. и гораздо раньше письменность грекам была хорошо известна; кроме того, выяснилось, что бесписьменные народы могут создавать большие произведения. Таким образом, первый довод Вольфа потерял силу, но второй остается в силе и в настоящее время. Книга Вольфа оказала большое влияние на дальнейшее развитие науки. Исследователи Гомера разделились на два лагеря: «аналитики», считающие, что отдельные части поэм сочинены разными авторами, и «унитарии», полагающие, что автором поэм «Илиада» и «Одиссея» является один поэт по имени Гомер. Позже у многочисленных последователей Вольфа возникли теории, которые пытались как-то примирить аналитиков и унитариев, например теория первоначального ядра Г. Германна (1832 г.). Он считал, что в основе поэм лежат два небольших произведения «Пра-Илиада» и «Пра-Одиссея», которые включали в себя основной сюжет гомеровских поэм. Позднейшие поэты вводили новый материал, поэмы дополнялись: единство поэм было обеспечено наличием основного ядра, а противоречия возникли в процессе «расширения» поэм. Унитарии же подчеркивают единство и художественную целостность поэм, противоречия в поэмах обычно объясняют позднейшими вставками и устным характером творчества поэта, допускающим различные варианты. У Гомера противоречия не нарушают художественного впечатления, к тому же у писателей, создавших большие произведения, встречаются противоречия, как показали филологические исследования. Перелом в сторону унитарной точки зрения произошел после появления книги Шадевальдта (W. Schadewaldt. Iliasstudien. Leipzig, 1938 г.), который через анализ композиции «Илиады» показал, что самые отдаленные друг от друга места поэмы органически взаимосвязаны между собой. Современные исследователи придерживаются в основном унитарной теории. В композиции «Илиады» выявлен принцип, в основе которого намерение автора, развивая тему гнева Ахилла от его начала до конца, путем усиления мотивов показать ход всей троянской войны. Например, в начале поэмы похищение женщины как причина гнева Ахилла вызывает ассоциацию с событиями Троянской войны, причиной которой также была женщина [1], и т.д. Проблема происхождения гомеровского эпоса обычно сводится к вопросу соотношения личного и коллективного начала в творчестве. Глубокий подход к данной проблеме находим у В.Г. Белинского, который считал, что при оценке таких произведений, как «Илиада», нельзя противопоставлять народное и личное. «“Илиада” была столь же непосредственным созданием целого народа, сколько и преднамеренным, сознательном произведением Гомера. Мы считаем несправедливым мнение, будто “Илиада” есть не что иное, как свод народных рапсодов, этому слишком противоречит ее строгое единство и художественная выдержанность. Но в то же время нельзя сомневаться, чтобы Гомер не воспользовался более или менее готовыми материалами, чтобы воздвигнуть из них вековечный памятник эллинской жизни и эллинскому искусству. Его художественный гений был плавильной печью, через которую грубая руда народных преданий и поэтических песен и отрывков вышла чистым золотом» [2. С. 404]. Индивидуальное творчество гениального поэта Гомера и коллективная устная традиция образовали уникальное единство. В России первым переводил Гомера М.В. Ломоносов, используя отрывки из «Илиады» в качестве примеров красноречия. Он включил отрывки из речи Одиссея в ставке Ахилла и обращение Зевса к богам в текст «Риторики» (1748 г.). Позже обе поэмы в прозе были переведены К.А. Кондратовичем (1758-1760 гг.) и П.Е. Екимовым (1776-1778 гг.). В 1778 г. поэт и переводчик Е.И. Костров осуществил стихотворный перевод 1-6-й песен «Илиады». Таким образом, до М.Н. Муравьева в русской литературе существовал определенный опыт переводов Гомера, однако все они были или прозаическими, или силлабо-тоническими. М.Н. Муравьев (1757-1807), один из самобытнейших представителей русского Просвещения, литератор, историк, философ, общественный и государственный деятель, ставший предвестником русского сентиментализма, первым представил вариант русского гекзаметра для перевода Гомера. Целью данной статьи является выявление своеобразия поэтики перевода М.Н. Муравьева отрывков из поэмы Гомера «Илиада» в аспекте традиций классицизма и новых веяний сентиментализма. В соответствии с поставленной целью определены следующие задачи: 1) обозначить значение творчества Гомера для М.Н. Муравьева; 2) проанализировать семантические, стилистические, ритмикометрические параметры перевода М.Н. Муравьева отрывков из поэмы Гомера «Илиада»; 3) выявить художественное своеобразие перевода М.Н. Муравьева из Гомера. Методология исследования Методологическую основу исследования составляют труды по проблемам компаративистики, переводоведения и диалога культур М.М. Бахтина, Ю.Д. Левина, Ю.М. Лотмана, А.Н. Егунова, А.В. Михайлова, В.Н. Топорова, работы по творчеству М.Н. Муравьева и по истории русской литературы XVIII в. Г.А. Гуковского, Л.И. Кулаковой, Н.Д. Кочетковой, О.Б. Лебедевой, П.А. Орлова, труды по античной литературе М.Л. Гаспарова, Т.Г. Мальчуковой, А.А. Тахо-Годи, И.М. Тронского, В.Н. Ярхо и др. В статье используются филологические методы интерпретации текста с привлечением историко-философского, литературно-эстетического контекстов и с помощью методики сравнительносопоставительного анализа. Сравнительно-сопоставительный анализ первоисточника и перевода является главным методом исследования в лингвистике перевода. В процессе этого анализа раскрывается поэтика перевода, выявляются тождественные единицы, а также выясняются изменения, происходящие при замене каких-либо единиц оригинала на эквивалентные им единицы перевода. Также сравнительно-сопоставительный анализ дает возможность выяснить, как преодолеваются типовые трудности перевода, связанные со спецификой каждого из языков, и какие элементы оригинала остаются не переданными в переводе. М.Н. Муравьев и Гомер «...мало сказать, что истоки литературных, культурных, исторических, философских взглядов М.Н. Муравьева - в античности, поскольку М.Н. Муравьев “жил” античностью, дышал ее воздухом, в ней находил основы для формирования своего общественного, национального и личностного, духовного идеала» [3. С. 4-5]. М. Н. Муравьев хорошо знал латинский и древнегреческий языки и всю жизнь изучал античное наследие по первоисточникам. На первое место среди античных авторов он ставил Гомера, оценки которому даны в статьях, стихотворных и прозаических произведениях. Так, в «Тетради для сочинений», написанной для великих князей Александра и Константина, чьим воспитателем был М.Н. Муравьев, он пишет: «Читайте Гомера, юноши! читайте Гомера, воины!» [4. C. 176]. Такой призыв обусловлен тем, что М.Н. Муравьев «рассматривал античность как совершенную модель, на которой следует учить общечеловеческим идеалам подрастающее поколение» [5. C. 227]. Сюжеты гомеровских поэм М.Н. Муравьев использовал в воспитательных целях как примеры правильного или, напротив, ошибочного поведения людей в определенных жизненных ситуациях. Названия глав из «Тетрадей для сочинений» подтверждают этот факт: «Благоразумие, соединенное с мужеством, превозмогает, рано или поздно, величайшие препятствия», «Несогласие вождей - пагуба народов». Кроме этого, эпопея, по мнению М.Н. Муравьева, является высшим из искусств, а поэмы Гомера навсегда стали недосягаемым образцом в этом жанре: «Гомер первый явился на эпическом поприще и далеко за собой оставил всех своих последователей. “Илиада” и “Одиссея”, прославляя начало греческой славы, остались навсегда неподражаемыми образцами эпической поэмы» [6. C. 247]. Обращается к Гомеру М.Н. Муравьев и в своем литературном творчестве: в стихотворении «Видение» (1770-е гг.), представляющем из себя вымышленное путешествие в места успокоения великих поэтов и писателей, он с восторгом описывает Гомера: Божественный певец Ахеев и Троян, Мелесов сын, Гомер, сияющ красотою, Не связан взор его телесной слепотою. Как пламень, сильный дар и слово, как река [4. C. 5]. К гомеровской теме обращается М.Н. Муравьев в своем прозаическом произведении «Эмилиевы письма» (1790 г.), написанном в форме писем другу из местечка Берново. Показательным является в нем письмо от 8 июня, в котором М.Н. Муравьев обращается к «Илиаде»: «Прошедшие восемь дней проводил я не столько в Берневе, как под священными стенами Илиона. Никем не видим, под тенью дерева, читал я своего Гомера» [Там же. C. 126]. М.Н. Муравьева восхищает талант Гомера, сумевшего красочно изобразить не только героические времена и храбрость воинов в сражениях, но и показать чувства своих героев, затронуть души читателей (что, несомненно, важно для ориентированного на сентиментализм писателя): «...не позабывает он трогать сердца другими страстями, более любви достойными. Какою глубокою чувствительностью наполнена картина, в которой Приам уничтожен, на коленях, лобзая руку свирепого неприятеля, испрашивает у Ахиллеса тело несчастного и добродетельного сына своего, Гектора! Какое сладостное и тихое красноречие истекает из уст Нестора! Что может быть умилительнее прощаний Гектора и Андромахи!» [4. C. 128]. Погружение в творчество Гомера настолько глубоко, что гроза в окрестностях Берново (письмо от 17 июня) вызывает у М.Н. Муравьева ассоциации с богами перед сражением в «Илиаде»: «Я старался овладеть естественным страхом, чтоб удивляться величеству природы и последовать за постепенными переменами картины Тотчас картины Гомеровы невольным образом наполнили воображение мое. Я повторял громко сии стихи, в которых он описывает богов, исходящих на сражение... Тьма, глубокая тьма легла на землю, такая же, какая покрыла внезапу воинства греческое и троянское, когда раздраженный Аякс произнес сие дерзновенное моление к Зевесу» [Там же. C. 130]. Анализ переводов Первый перевод из Гомера был сделан М.Н. Муравьевым в 1778 г. и остался в его рукописях. В этом опыте « Гомер впервые “явился” в русских гекзаметрах сам автор, в ту пору еще очень юный, не придавал значения своей попытке и удаче» [6. C. 108-109]. Это первые 5 стихов «Илиады», в них поэт обращается к богине с призывом воспеть гнев Ахилла, последствия которого стали губительными для ахейцев: Текст Гомера Подстрочный перевод 1 Lifjviv asiSs 9sa IЬрлраЗею AxiXfjo; 2w.Li;'',vnv. i] Liupf A'/_aioi; aA/s’ ебпке, 3noA.a; З’ upOuiou; '|лг/_а; AtSi npoiap/sv 4^prorov, a»Tov; Ss sXropia Tsfr/_s kwsggiv 5(Ж')уМ те notoi, Aid; З’ stsMsto [AuA'p [7] 1 Гнев воспой, богиня, Пелида Ахилла 2Губительный, который многочисленные Ахейцам страдания причинил. 3 А многие доблестные души в Аид сбросил 4Героев, самих же добычей делал для собак 5 И для птиц угощением. Зевса ведь исполнялась воля. (Перевод Л.Т. Леуши-ной) Перевод М.Н. Муравьева 1 Гнев, богиня, воспой Пелеева сына Ахилла 2Пагубный, иже бесчисленны грекам содеял болезни, 3 Многие души великие в ров ниспустил преисподний 4Витязей, их же самих добычею псов сотворил есть. 5 Также пернатых всех. Убо Диев совет совершался... [8. C. 249] М.Н. Муравьев практически дословно перевел начальные строки «Илиады», сохранив все ключевые образы, лексические, синтаксические и художественные средства Гомера: так же, как и античный поэт, М.Н. Муравьев начинает с обращения к богине, затем говорится о последствиях гнева Ахилла: это многочисленные смерти ахейцев, свершившиеся по воле Зевса. Точно переведен первый стих: pifjviv aside 0ea ПлХл^Зеш А/Сллод - Гнев, богиня, воспой Пелеева сына Ахилла. У Гомера pifjviv «гнев» далее получает эпитет oulopevnv «губительный», что переводится М. Н. Муравьевым семантически близким прилагательным с оценочной коннотацией Пагубный. Также близкими можно считать определения цир(’ «многочисленные» первоисточника и бесчисленны перевода по отношению к бедам ахейцев (второй стих). Правда, aXye’ «страдания» Гомера заменены на более семантически узкое болезни, что обусловлено, по-видимому, соображениями ритма и не противоречит общему смыслу стиха. В третьем стихе М.Н. Муравьев сохранил уихад «души» первоисточника, заменив определение к ним на синонимичное и применив инверсию, отсутствующую у Гомера, что придает строкам еще большую торжественность (фОСцоид фихад «доблестные души» в первоисточнике - души великие у М.Н. Муравьева). Далее у Гомера говорится о том, что эти души героев гнев Ахилла At3i npo'i'aysv «в Аид сбросил». М.Н. Муравьев, сохранив семантическую сторону третьей строфы, русифицирует текст, заменив характерное для античной мифологии At3i «Аид» Гомера на связанное с христианской традицией, более привычное для русского читателя и от этого зримое и яркое ров... преиспоДний, усилив выразительность этих строк античного автора. Русифицирует М.Н. Муравьев и нейтральное лрал.»' «героев» Гомера, переводя их как витязей. Окончание 4-го стиха и 5-й стих первоисточника и перевода практически тождественны и семантически, и лексически: в обоих источниках говорится о том, что многие герои стали добычей собак и птиц и все это свершилось по воле Зевса. Кроме этого, для всего перевода характерно активное использование старославянизмов, что характерно в принципе для классицизма, в рамках традиций которого М. Н. Муравьев, несомненно, еще находится. Однако старославянизмы (иже, убо) и старославянские грамматические формы (воспой, содеял, ниспустил, сотворил) придают стихам еще больший пафос и торжественность, архаическую окраску, что соответствует семантике зачина и всего эпоса Гомера, который повествует о событиях героического прошлого народа. Что касается синтаксического ряда 1-5-го стихов, то несомненным достоинством перевода стало сохранение анжамбемана, активно используемого Гомером в этом отрывке: 1-2-й и 3-4-й стихи («гнев... губительный», «души. героев»). Ритмически же перевод М.Н. Муравьева, сделанный русским гекзаметром, максимально соответствует ритму древнегреческого греческого гекзаметра. Кроме этого не стоит забыть, что это первый в России опыт (и удачный!) стихотворного гекзаметра начала «Илиады». По-видимому, М.Н. Муравьев не совсем серьезно относился к своим литературным опытам и хотя очень любил Гомера, не всегда находил время для чтения и переводов из античного автора: «Гомерова Илиада лежит у меня более месяца на столе, и едва ли успел я два раза раскрыть ее все это время, и то принуждая сам себя» [6. C. 355]. Однако гомеровская тема постоянно присутствует в его заметках, письмах, и в 1790 г. он во второй раз обращается к переводам из Гомера, включив отрывок из XX песни «Илиады» в «Эмилиевы письма». М.Н. Муравьев настолько «пропитан» Гомером, что гроза в окрестностях Берново напоминает ему о сборах богов на сражение, поэтому поэт цитирует Гомера в собственном переводе: Текст Гомера 56Seivov Ss epovTnos патг|р avSprov Te Serov те 57i)\|/60ev: avTap vepSe noaeiSarov exiva^e 58'/aiav aneipeaiqv operov t’ aineiva Kapnva. 59navTe; S’ eaaeiovio n6Se; no/.unfSaKo; dSn; 60xai Kopucpax Tprorov Te n6Xi; Kai vfje; Axairov. 61 eSeiaev S’ SnevepSev

Ключевые слова

древнегреческий эпос, Гомер, М.Н. Муравьев, перевод, классицизм, сентиментализм, ancient Greek epic, Homer, M.N. Muravyov, translation, classicism, sentimentalism

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Леушина Лилия Трофимовна Томский государственный университет кандидат филологических наук, профессор филологического факультетаleushina@vtomske.ru
Прокопьева Лилиана Борисовна Томский государственный университет кандидат филологических наук, доцент факультета иностранных языковlilianaprokopeva@sibmail.com
Всего: 2

Ссылки

Гордезиани Р.В. Проблемы гомеровского эпоса. Тбилиси, 1978.
Белинский В.Г. Полн. собр. соч. : в 13 т. М., 1953-1959. Т. 7.
Прокопьева Л.Б. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук «М.Н. Муравьев и античность (Гораций и Вергилий в переводах и творчестве писателя)». Томск, 2010.
Сочинения Муравьева : в 2 т. СПб. : Изд. А. Смирдина, 1847.
Прокопьева Л.Б. Греческая архаическая поэзия в творчестве М.Н. Муравьева // Влияние эллинизма на науку, культуру и образование современности / науч. ред. Т.П. Минченко. Томск, 2016.
Егунов А.Н. Гомер в русских переводах XVIII-XIX веков. М. ; Л., 1964.
http://www.perseus.tufts.edu/hopper/text?doc=Perseus%3Atext%3A1999.01.0133%3Aboo k%3D1%3Acard%3D1
Муравьев М.Н. Стихотворения. Л., 1967.
http://www.perseus.tufts.edu/hopper/text?doc=Perseus%3Atext%3A1999.01.0133%3Aboo k%3D20%3Acard%3D54
Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. СПб. ; М., 1882. Т. 3.
Ломоносов М.В. Предисловие о пользе книг церковных в российском языке // Русская литература XVIII века. М., 1979.
http://www.perseus.tufts.edu/hopper/text?doc=Perseus%3Atext%3A1999.01.0133%3Abo ok%3D17%3Acard%3D626
 Гомеровская тема в переводах М.Н. Муравьева | Язык и культура. 2018. № 43. DOI:  10.17223/19996195/43/4

Гомеровская тема в переводах М.Н. Муравьева | Язык и культура. 2018. № 43. DOI: 10.17223/19996195/43/4