Как мыслит Бог Спинозы? | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2016. № 4(36). DOI: 10.17223/1998863X/36/26

Как мыслит Бог Спинозы?

Рассмотрено содержание понятий natura naturata и res в онтологии Спинозы. Предложено решение проблемы «мыслящей» субстанции-бога как субъекта мышления. Показано, что: 1) понятие res, употребляемое Спинозой по отношению к бесконечным и конечным модусам атрибутов субстанции, имеет различное содержание; 2) соотношение бесконечных модусов - движения/покоя и интеллекта, а также специфика идеи бога объясняют характер и природу «мышления» бога.

As Spinoza's God thinks? (To the problem of the notion res in natura naturata).pdf Субстанция как natura naturata есть у Спинозы природа, или порожденное бытие, мир, вселенная. «Под natura naturata я понимаю все то, что вытекает из необходимости природы бога, иными словами - каждого из его атрибутов, т.е. все модусы атрибутов бога, поскольку они рассматриваются как вещи (res) (курсив наш. - С.Т.), которые существуют в боге и без бога не могут ни существовать, ни быть представляемы» [1. С. 388]. При этом natura здесь можно понимать двояко: 1) как первичную сущность (или - атрибуты), но уже в состоянии ее модификаций и 2) как всего лишь совокупность конечных «вещей», в целом составляющих мир, вселенную, природу. Во втором случае мир представляется оторванным от производящей причины, что недопустимо для Спинозы, поскольку эта причина является имманентной порожденным и порождаемым модусам. Спиноза призывает понимать порожденную природу в первом случае, неоднократно утверждая, что без бога ничто не может быть познано66. Поэтому natura naturata есть сама субстанция в ее конкретизированном как совокупность ее конечных модусов виде. Важно отметить, что naturata обычно переводят как «порожденная», что указывает на уже свершившийся акт. Такой перевод правомерен только по отношению к бесконечным вечным модусам, которые суть «от вечности сотворенное богом и навеки остающееся неизменным» [1. С. 108]. Naturata следует переводить как «порождаемая» по отношению к конечным модусам, поскольку они вечно порождаются субстанцией. Так, Спиноза называет порождением первого рода бесконечные вечные модусы, порождением «второго же рода - облик всей вселенной (facies totius universi), который, хотя и видоизменяется бесконечными способами, тем не менее остается всегда одним итемже» [2. С. 604]. Рассмотрим употребление понятия res по отношению к natura naturata. Каждый бесконечный порожденный модус есть особое состояние субстанции, которое по-разному выражается в каждом из ее атрибутов. По Спинозе, первые (непосредственные) модусы - движение и покой в атрибуте протяжения и бесконечный разум (интеллект) в атрибуте мышления - есть одна и та же res67. Поэтому законы и порядок образования бесконечных и конечных модусов в атрибуте протяжения, которые мы рассмотрим далее, соответствуют таким же законам и порядку образования модусов в атрибуте мышления. 1. Движение и покой как res по отношению к natura naturans и natura naturata У Спинозы существует отличие в понимании модусов движения и покоя как особых (вечных) состояний атрибута протяжения и как временных состояний конечных вещей. Покой воспринимается таковым с точки зрения человека, в природе же (в субстанции) покоя не существует, он есть лишь мера движения, точнее - мера деятельности субстанции. Такая деятельность есть сохранение данного состояния конечной вещи, то, что Спиноза называет стремлением вещи к самосохранению: «Каждая вещь имеет в себе стремление сохранить себя в своем состоянии» [1. С. 100]. Поэтому субстанция и признается Спинозой вечно деятельной: конечные вещи, пребывающие в покое относительно движущихся тел, тем самым пребывают в состоянии сохранения как этого их положения, так и существования. Любое тело остается в покое относительно самого себя и, хотя подвергается многочисленным изменениям под влиянием внешних конечных модусов, все же сохраняет свою природу. По отношению к природе порожденной движение понимается Спинозой как перемещение тела или внешних тел относительного покоящегося тела, поэтому эти бесконечные модусы (движение и покой) характеризуют то состояние, в котором находится какое-либо тело, и являются причиной изменения состояний других тел. Поскольку тела по отношению к субстанции понимаются Спинозой как модусы атрибута протяжения субстанции (modus - мера или способ действия) в их непрерывном изменении, постольку можно сказать, что в этом атрибуте субстанции есть лишь непрерывные изменения состояний (модусов) пространства-материи, в чем и проявляется ее вечная деятельность. Поэтому модусы движения и покоя воспринимаются в природе порожденной (порождаемой) как две различные res только с точки зрения человека как конечного модуса, содержащего в себе самом эти же модусы. Однако в субстанции движение и его мера - одна и та же порожденная res: в протяжении «не одно движение, а движение и покой вместе.. .так как в протяжении нет части» [1. С. 88]. Вопрос, на который Спиноза не дает ответа, состоит в том, как образуется этот первый модус - покой, или мера движения, и почему движение не может составлять сущность атрибута протяжения, а является лишь его порожденным модусом? Само слово движение подразумевает действие относительно чего-то покоящегося (находящегося в иной пропорции движения). То есть в порожденной природе движение как таковое без покоя не существует; в порождаемой же природе атрибут протяжения представляет собой чистое бесконечное движение материи-пространства, понимаемое как вечная деятельность атрибута самого по себе, без ограничений, без пропорций соотношения движения и покоя)68. Деятельность атрибута протяжения заключается в самой его сущности, поскольку «в материи нет ничего, кроме механических соединений и операций» [1. С. 294]. При этом важно, что в бесконечно делимом по своей природе пространстве его части различаются только модально, поскольку «материя повсюду одна и та же» [1. С. 376], а пустоты и атомов не существует [1. С. 227-228]. Модус движения понимается Спинозой тоже механистически - как перемещение, соединение и разделение модальных «частей» материи. То есть движение и покой характеризуют мир, поскольку этот последний есть совокупность модусов атрибута протяжения. Таким образом, с одной стороны, движение и покой вечны, поскольку имеют непосредственное отношение к вечной деятельности (субстанции), с другой стороны, они все же мера деятельности, относящаяся к конечным вещам. Можно лишь предположить, что атрибут протяжения как сам по себе деятельный, делимый до бесконечности, сам в себе порождает разные пропорции движения69, благодаря которым происходит образование конечных состояний материи, которые и формируют natura naturata - природный мир. «Могущество бога, в силу которого существуют и действуют все вещи и он сам (курсив наш. - С.Т), есть сама его сущность» [1. С. 394]. Здесь мы видим и различное понимание материи у Спинозы: в natura naturans он отождествляет ее с пространством и в качестве атрибута наделяет ее вечной деятельностью, в natura naturata - понимает как субстрат, из которого посредством движения и покоя формируются вещи. В атрибуте протяжения потенциально присутствуют все возможные результаты деления протяжения - модусы, т.е., деление материи на конечные (временные) индивидуальные (разнородные) состояния: «сущность материи, как мы показали, состоит в протяжении, или в постоянно (курсив наш. - С.Т.) делимом пространстве» [1. С. 233]. Время же появляется вместе с образованием natura naturata (т.е. движения/покоя и интеллекта): «Время и длительность начались (курсив наш. - С.Т.) вместе с вещами, ибо время есть мера длительности или же, скорее, только модус мышления»70 [1. С. 303]. Мера длительности существования вещи определяется пропорцией движения и покоя в ней или, с другой стороны, время существования идеи вещи определяется пропорцией деятельности бесконечного модуса интеллекта. То есть «из того, что бог вечен, не следует, что его действия (а именно - порождение) также могли существовать отвечности» [1. С. 305]. 2. Разум и идея бога как res по отношению к natura naturans и naturata Как уже отмечалось выше, Спиноза понимает интеллект (разум) в атрибуте мышления и движение и покой в атрибуте протяжения как один и тот же модус, рассматриваемый с разных сторон, т.е. «воля и ум (у Спинозы это то же, что и интеллект, разум. - С.Т.) относятся к природе бога точно так же, как движение и покой» [1. С. 389]. Правда, А.Г. Гаджикурбанов предлагает различать понятия «разум» и «воля»: «Спиноза понимает под разумом Бога объективное содержание Его бесконечного мышления, то есть идеи вещей... под волей Бога он подразумевает формальное бытие тех же идей» [3. С. 59]. На наш взгляд, посредством разума формируются идеи в их объективном бытии, и в этом необходимом действии проявляется воля бога. Бесконечные модусы - интеллект и движение/покой - мы предлагаем понимать как единый инструмент, по-разному представленный в атрибутах мышления и протяжения, с помощью которого бог непрерывно порождает мир. То есть интеллект сам по себе не может содержать в себе идеи, но только непрерывно порождать их. В свою очередь, он присущ идеям, как и движение присуще вещам. Как посредством движения и покоя происходит разделение, соединение и т.п. образование и изменение вещей, так и посредством разума происходит то же самое разделение, соединение и т.п. образование и изменение идей. Поэтому бесконечный ум бога есть такое же основание или причина (res) бесконечного образования и изменения идей, как и движение в отношении вещей. Если движение и покой в атрибуте протяжения образуют множество вещей, то интеллект (или разум бога) в атрибуте мышления «познает» (или «различает») как бесконечные атрибуты, так и модусы субстанции [1. С. 405]. Прежде чем рассматривать природу мышления бога, рассмотрим следующее. Помимо интеллекта как первого бесконечного модуса мышления Спиноза говорит еще об одном бесконечном res - об идее бога: «В боге необходимо существует идея как его сущности, так и всего того, что необходимо вытекает из его сущности» [1. С. 404]. Как такая идея соотносится с божественным интеллектом? Например, Ж. Делез, учитывая, что бесконечный модус, рассматриваемый под атрибутом протяжения, - движение и покой, а под атрибутом мышления - интеллект (ум, разум бога), утверждает, что «идея Бога - это идея в ее объективном бытии, а бесконечный ум - это та же самая идея, взятая в ее формальном бытии» [4. С. 414]. Но в таком случае получается, по Делезу, что идея бога в атрибуте мышления - тот же самый модус, что и интеллект, или та же res, что и движение/покой в атрибуте протяжения, согласно порядку и связи вещей [1. С. 407]. Это, конечно, не так. Для Спинозы идея бога и его разум не тождественны. Во-первых, идея бога есть то, что бог «представляет» о себе самом в целом, она вытекает непосредственно из атрибута мышления [1. С. 382], а из нее уже посредством интеллекта вытекает множество идей: «Непосредствен-нейшая модификация атрибута, называемого нами мышлением, объективно заключает в себе формальную сущность всех вещей [1. С. 168]. Помимо этого, «идея бога, из которой вытекает бесконечно многое бесконечно многими способами, может быть только одна» [1. С. 405], и, наоборот, «бытием (какой-либо конечной. - С.Т.) идеи называется то, что содержится объективно в идее бога» [1. С. 272]. То есть интеллект есть лишь инструмент71 для порождения множества идей (как движение и покой - средство для порождения вещей), а идея бога представляет собой их единство или субстрат. Следовательно, идея бога - первый непосредственный порожденный модус, образованный прежде модусов интеллекта и движения/покоя. Natura naturans изначально имела идею о себе самой: «Бог. имеет идею о себе самом, каковая.. .всегда существовала одновременно с богом» [1. С. 297]. Во-вторых, сама по себе «идея бога, благодаря которой он называется всеведущим, единственная и простейшая» [1. С. 297], в ней не различимы множества (модусы), которые образуются при помощи интеллекта. Точно так же и материя в природе порождающей представляется единой, а в природе порожденной предстает в виде множества вещей, которые образуются посредством движения и покоя. Если атрибут мышления соотносится с атрибутом протяжения, а интеллект - с модусами движения и покоя, то идея бога не может быть соотнесена с чем-либо в атрибуте протяжения72. Эта идея есть, с одной стороны, самопознание бога [1. С. 405], или - первая идея атрибута мышления, изначально содержащая в себе в объективной форме только атрибуты, без модусов. Спиноза пишет, что атрибут мышления без идеи бога не мог бы существовать [1. С. 382]. С другой стороны, согласно этой идее, присущей человеку, Спиноза «определяет бога как существо, состоящее из бесконечных атрибутов, из которых каждый бесконечно совершенен в своем роде» [1. С. 69], и ничего более. Эта идея есть необходимое условие для познания человеком любой вещи (адекватное познание, по Спинозе, всегда осуществляется через идею бога). Таким образом, идея бога и интеллект бога - две различные res: идея бога вытекает из атрибута мышления до интеллекта и, следовательно, изначально сама по себе не содержит идей. Порожденный субстанцией бесконечный интеллект как инструмент их образования также не содержит в себе идей, они лишь формируются посредством него в атрибуте мышления (или в идее бога). Поэтому нельзя сказать, что бог или субстанция по своей природе что-либо «мыслит», подобно человеку. Скорее, в атрибуте мышления имеет место выражение всего того бесконечного разнообразия событий, которые непрерывно происходят в атрибуте протяжения. То есть в субстанции непрерывно порождается (или модифицируется) бесконечное количество идей при модификациях их объектов (вещей). Бесконечный интеллект бога формирует только истинные идеи, в отличие от несовершенного интеллекта человека, формирующего в основном идеи неадекватные, согласно несовершенной природе человека как конечного модуса. В абсолютном «познании» всего существующего выражается как простота бога, так и то положение Спинозы, что интеллект бога не имеет ничего общего с интеллектом человека: «Знание бога так же мало похоже на знание человека, как созвездие Пса на лающее животное» [1. С. 309]. С одной стороны, интеллект и движение/покой как res могут рассматриваться как порожденные состояния субстанции, с другой стороны, как основания и причины для порождаемых конечных модусов (состояний). 3. Вещи и идеи как res по отношению к natura naturata Конечные модусы субстанции представляют собой отдельные изменяющиеся res, вечно порождаемые субстанцией посредством бесконечных модусов: «Отдельные вещи составляют не что иное, как состояния или модусы атрибутов бога» [1. С. 385]. Причем между современными западными исследователями существует полемика по вопросу о сущности модуса (под последним понимают не только «вещь», но и предикат, объект, явление, факт, состояние, свойство ит. д. (см. [5, 6, 7, 8]). Res рассматривается нами по отношению к телам и идеям как общее понятие в значениях: единичная сущность, вещь (только по отношению к телу), собственное состояние а также основание и причина для существования или изменения другой конечной res той же природы. Вместе с тем мы не исключаем и определения авторов, приведенные выше. Образование конечных модусов происходит следующим образом: «Всякая отдельная вещь, начинающая действительно существовать, становится такой через движение и покой, и таковы суть все модусы в субстанциальном протяжении, которые мы называем телами» [1. С. 110]. Поскольку каждая вещь может быть представлена под разными атрибутами, постольку и процесс формирования какой-либо конечной сущности (res) может рассматриваться под любым атрибутом. Непрерывное преобразование каждой существующей вещи соответствует непрерывному преобразованию ее идеи. В этом смысле каждая единичная идея должна обладать такой же длительностью существования, как и ее материальный объект73. У Спинозы никакая конечная res не уничтожается, но преобразуется, вступая в новые связи, иначе -приобретает новое состояние. Таким образом, natura naturata, понимаемая как природа порожденная и природа порождаемая, есть совокупность бесконечных и конечных состояний субстанции, каждое из которых может быть рассмотрено как res в указанных значениях. Когда Спиноза говорит, что бог есть Природа (Deus sive Natura), он понимает под Natura наивысшую форму - единое целое, в котором представлены три взаимно имманентные сущности - порождающая, порожденная и порождаемая \ С точки зрения человека, порождающая природа, хотя и имманентна, все же нетождественна порождаемой, а потому в достаточной степени непознаваема. Бесконечное количество неизвестных нам атрибутов и сама бесконечная порождающая природа в ее многообразии хотя и имманентна, но такая имманентность находится за пределами человеческого восприятия и обыденного познания, и в этом смысле она имеет трансцендентный по отношению к человеку характер: «Конечный ум не может понять бесконечного» 74 [1. С. 79]. Более того, «существует бесконечно многое, чего мы не можем воспринимать ... этого мы не можем достичь ни в каком мышлении, а следовательно, и никакой способностью воли» [1. С. 450]. II Когда Спиноза говорит, что «бог есть res cogitans», он указывает либо на атрибут мышления субстанции (поскольку Спинозой используется термин res, а не natura), либо на ее бесконечный модус - интеллект, посредством которого формируются идеи, но не на бога как субъекта мышления. «Мышление» субстанции не имеет ничего общего с мышлением человека. Когда Спиноза говорит, что «бог мыслит бесконечно многое», то подразумевает под этим наличие и преобразование бесконечно многих модусов (идей) в атрибуте мышления. «Если разум имеет место в божественной природе, то он не может, как наш, следовать по природе за постигаемыми вещами или существовать одновременно с ними» [1. С. 379]. Такое «мышление» в субстанции есть появление, видоизменение и уничтожение (преобразование) бесконечного количества идей, в соответствии с теми разнообразными процессами (изменениями), которые происходят в других атрибутах, в частности в атрибуте протяжения: «Все, что вытекает из бесконечной природы бога формально, все это в том же самом порядке и той же самой связи проистекает в боге из его идеи объективно» [1. С. 407]. Это «следование» вещей и идей друг за другом и есть так называемое действие и «мышление» субстанции. Бесконечное познание богом самого себя есть бесконечное формирование идей в атрибуте мышления. А формальная взаимосвязь и единство всех идей (как атрибутов, так и модусов) предстают в атрибуте мышления всецело как идея бога о самом себе, утверждающая как его сущность, так и существование. Когда Спиноза говорит о том, что сущность субстанции заключается в утверждении своего бытия, он имеет в виду, что бог посредством идей утверждает («познает») бытие вещей в атрибуте протяжения: «Истина (истинная идея. - С.Т.) есть утверждение.о вещи, совпадающее с самой вещью» [1. С. 135]. Таким образом, если движение и покой в протяжении есть способность порождать и сохранять бытие, то «интеллект» бога - это способность утверждать порождаемое и сохраняемое. Более того, сам атрибут мышления представляет собой «абсолютное утверждение существования какой-либо природы» [1. С. 365]. Поэтому мы понимаем «мышление» субстанции не только как образование и смену идей в атрибуте мышления, но и как непрерывное утверждение субстанцией существования чего-либо в ней самой (собственного бытия). Это действие бог производит посредством разума человека. Спиноза считает, что человек в процессе познания не может сам по своей воле выбирать - утверждать ему что-либо или нет. Познание - это не действие субъекта, а утверждение идеи 75 в душе: «Мы сами никогда не утверждаем и не отрицаем ничего о вещи, но сама вещь утверждает или отрицает в нас нечто о себе» [1. С. 139]. Или «познание - это самоутверждение идеи» [3. С. 392]. В отличие от человеческого, абсолютное познание богом всего - это наличие в атрибуте мышления постоянно преобразующихся идей всех актуальных модусов и атрибутов, поэтому «богу приписывается не такое мышление, как наше, т. е. страдательное, ограниченное природой предметов, но такое, которое представляет чистую деятельность» [1. С. 304]. Человек же может более-менее адекватно познавать субстанцию (или предмет) только через каждое отдельно рассматриваемое состояние (res или modus), поскольку его разум не способен познавать адекватно (т.е. ясно и отчетливо, в истинном порядке и связи вещей) несколько состояний одновременно. Под бесконечной познавательной «любовью» субстанции самой к себе понимается адекватное познание человеком (модусом) вещей и самого себя: «Познавательная любовь души к богу есть сама любовь бога, которой бог любит самого себя .поскольку он может выражаться в сущности человеческой души» [1. С. 612]. Однако под познавательной любовью человека Спиноза понимает удовольствие, вызванное внешней причиной: «Ясным же познанием мы называем то, что происходит.из чувства и наслаждения самими вещами, и это познание далеко превосходит другие» [1. С. 114]. Такое чувство - пассивный аффект, который преодолевается взглядом на вещи с точки зрения вечности: «Любовь к богу возникает, «поскольку мы познаем, что бог (присущий нам и вещам. - С.Т.) вечен; а это и есть то, что я называю познавательной любовью к богу» [1. С. 610], в отличие от субстанциальной «любви» как простого утверждения (так называемого познания) всего многообразия бытия. Одна из причин непонимания человеком специфики «мышления» субстанции, на наш взгляд, состоит в том, что, как конечный модус, человек по природе своей конечности рассматривает какую-либо вещь субъективно, отделяя ее от себя, воспринимая как внешний объект, неадекватно. «Если мы рассматриваем какую-либо из этих сущностей абстрактно, отдельно от других и от производящей их субстанции, то мы схватываем ее как ограниченную, внешнюю по отношению к другим» [1. С. 361]. «Мышление» же бога не может «воспринимать» бесконечную материю и ее конечные модусы как объекты познания, поскольку субстанция - одно неделимое целое. Материальные объекты идей (т.е. вещи), о которых пишет Спиноза, существуют таковыми лишь для человека. А в атрибуте мышления такими «объектами» идей могут быть только другие идеи, поскольку каждый атрибут действует только сам в себе. Это соответствует положениям: 1) «бог мыслит бесконечно многое» (все, что входит в содержание атрибута мышления, поскольку каждый атрибут познается сам через себя) и 2) «любит себя бесконечной познавательной любовью». Таким образом, субстанция, или бог, или природа не может быть неким субъектом, познающим свои творения или познающим сам себя (по аналогии с человеком), поскольку атрибуты и модусы субстанции не являются объектами ее познания по причине отсутствия в субстанции чего-либо внешнего, что могло быть объектом: субстанция присуща вещам, как и вещи присущи субстанции. Любая res в субстанции может выражаться бесконечным количеством атрибутов и потому не может быть объектом. Спиноза употребляет понятие objectum или ideatum только в отношении познания мира человеком и специфики его мышления. Помимо этого, в атрибуте мышления самом по себе (в сущности его) нет ни идей, ни интеллекта (разума), но только вечное единообразное состояние, утверждающее в себе самом бытие остальных бесконечных атрибутов. То есть бог сам по себе как порождающая природа не мыслит, в нем нет никакого мышления как процесса, потому что нет времени и объектов мышления. О специфическом «мышлении» субстанции можно говорить только на уровне представления бога как порожденной природы. Мы определяем «познание» или «мышление» субстанции как бессубъектное формирование, преобразование и смену «идей» в атрибуте мышления, утверждающих все многообразие бесконечных состояний, происходящих как в атрибуте мышления, так и в остальных атрибутах.

Ключевые слова

thinking, intelligence, God, the idea of God, res, natura naturata, modes, attributes, substance, ontology, покой, движение, интеллект, мышление, бог, идея бога, res, natura naturata, модусы, атрибуты, субстанция, motion, rest

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Седыченко Татьяна ЮрьевнаИнститут философии и права Сибирского отделения Российской академии наукаспирантsedychenko-82@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

CurleyEdwin. Spinoza's Metaphysics. Cambridge, MA: Harvard UP, 1960.
Van Cleve James. Problems from Kant. Oxford: Oxford UP, 2001.
Bennett Jonathan. A Study of Spinoza's Ethics. Cambridge: Cambridge University Press, 1984. P. 147.
Lin Martin. Substance, Attribute, and Mode in Spinoza // Philosophy Compass 1/2 (2006). P. 144-153.
Делез Ж. Эмпиризм и субъективность: опыт о человеческой природе по Юму. Критическая философия Канта: учение о способностях. Бергсонизм. Спиноза / пер. с фр. М.: ПЕР СЭ, 2001.
Спиноза Б. Избранные произведения: в 2 т. М., 1957. Т. 1. 631 с.
Спиноза Б. Избранные произведения: в 2 т. М., 1957. Т. 2. 727 с.
Гаджикурбаное А.Г. Этика Спинозы как метафизика морали. М.; СПб.: Центр гуманитарных инициатив; Университетская книга, 2014. 320 с.
 Как мыслит Бог Спинозы? | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2016. № 4(36). DOI: 10.17223/1998863X/36/26

Как мыслит Бог Спинозы? | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2016. № 4(36). DOI: 10.17223/1998863X/36/26