Модальные модели социального поведения потребителей медицинской помощи в российском обществе | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2017. № 40. DOI: 10.17223/1998863Х/40/22

Модальные модели социального поведения потребителей медицинской помощи в российском обществе

Предлагается новый методологический конструкт социологического исследования альтернативных и гибридных моделей социального поведения, базирующийся на принципе конструктивного реализма. В рамках этого конструкта модальная модель социального поведения - это когнитивный аналог практик социального поведения как ответной реакции потребителя медицинской помощи на социальную ситуацию в виде определенных социальных действий, обусловленных рефлексивными структурами ментальной программы.

Modal social behavior patterns of the medical care consumers in Russian society.pdf Введение Социальные проблемы здравоохранения являются одним из основных стратегических направлений в развитии современной социологии. Актуальность этого направления обусловлена тем, что в современном российском обществе сложились избыточные социальные неравенства прежде всего в этой сфере. Изучение социального поведения потребителей медицинской помощи позволяет определить степень ее доступности в нашей стране и в конечном счете понять сложившуюся ситуацию в сфере здравоохранения в условиях нарастающих кризисных явлений [1-3]. В таких условиях усиливается значение социологии как публичной науки для общества, связанной с изучением наиболее актуальных вопросов социального развития. Публичность социологии проявляется в доступности социологических данных и возможности их использования на всех уровнях организации и жизнедеятельности общества [4]. Однако социальная диагностика проблем, существующих в системе менеджмента, показывает, что лишь незначительная часть предложений и рекомендаций со стороны ученых и экспертов внедряется лицами, принимающими непосредственные управленческие решения в российском здравоохранении. Вместе с тем невозможность практической апробации рекомендаций ученых «здесь и сейчас» ещё не означает, что социологические исследования в области здравоохранения бесперспективны. По крайней мере, руководители системы здравоохранения располагают вариантами решения различных проблем и понимают, как эксперты оценивают эти варианты. Методологические основы социологического исследования модальных моделей социального поведения потребителей медицинской помощи Специалисты в области социологии медицины и здравоохранения отмечают, что при изучении поведения потребителей медицинской помощи в настоящее время доминирует локальный, личностный подход. В рамках этого подхода в первую очередь стремятся выяснить, что происходит с потенциальным пациентом, о чем он думает и что чувствует, как поступает в определенных социальных ситуациях [5]. Это происходит потому, что более ранние микросоциологические теории, к примеру концепция стигматизации И. Гофмана [6], объясняли только факт социальной реакции на отклонение (болезнь), но глубинных причин поведения, обусловленных социальнодемографическими характеристиками больного и социальной структурой общества, не вскрывали. Поэтому некоторые исследователи считают, что мотивационные факторы, а не условия системы здравоохранения играют решающую роль в формировании модели социального поведения [7]. В современной научной литературе немалое внимание уделяется также рассмотрению критериев качества и доступности медицинской помощи [8- 11], а также анализу социально-экономических, культурных и организационных барьеров ее потребления [12]. Не вызывает сомнений значимость разработки комплексного подхода к оценке использования медицинской помощи, принимая в расчет как индивидуальные потребности, так и материальные, и социальные условия жизни различных групп в обществе [13]. Однако проблематика, связанная с изучением социального поведения потребителей медицинской помощи в российском обществе и конструированием его модальных моделей еще не стала предметом специальных социологических исследований как на уровне эмпирических научно-исследовательских практик, так и на уровне теоретической рефлексии. В настоящее время в изучении социального поведения наметилась тенденция преодоления познавательной односторонности личностного и ситуационного, диспозиционного и культурного подходов [14-20]. В русле этой тенденции социальное поведение человека в сфере здравоохранения рассматривается не просто как результат давления социальной ситуации или проявления индивидуальных черт его характера, социальных ценностей, установок или культурной предрасположенности, а как ответная реакция человека на ситуацию заболевания (недомогания) в виде репертуара определенных социальных действий, которые могут носить осознанный (модальный) либо неосознанный (нормативный) характер [21]. При этом социальное поведение потенциального пациента зависит от субъективной интерпретации им своего состояния и «приписывания» своему состоянию соответствующих значений и смыслов, которые определяются, в свою очередь, культурными особенностями окружающей человека социальной среды (на микро- и макроуровне) и его жизненным опытом. В современной науке модели социального поведения иногда рассматриваются как короткие поведенческие сценарии или образцы социальных действий [22]. В этом плане модель социального поведения - это когнитивный (познавательный) аналог практик социального поведения как ответной реакции человека на социальную ситуацию в виде определенных социальных действий, обусловленных нерефлексивными и рефлексивными структурами ментальной программы. Поясним, что ментальная программа - это совокупность рефлексивных (осознанных) и нерефлексивных (неосознанных) представлений, ценностей и установок, комбинация которых определяет тот или иной тип (модель) поведения человека [23]. Социальное поведение как совокупность неосознанных действий можно отнести к традиционному или нормативному (зависящему от общепринятых ценностей и норм) типу, а социальное поведение как совокупность осознанных действий - к целерациональному или ценностно-рациональному типам (согласно теории социального действия М. Вебера). Благодаря ментальным программам люди, попадая в одну и ту же социальную ситуацию, продуцируют различные поведенческие практики. При этом нерефлексивные структуры ментальной программы определяют нормативную модель социального поведения, а рефлексивные структуры - модальные модели социального поведения, статистически наиболее распространенные в обществе [23. С. 32-52]. Модальная модель социального поведения - это модель осознанного, «отрефлексированного» индивидом социального поведения, характеризующаяся гибкостью и подвижностью, изменчивостью и гибридным (смешанным) характером. В силу этого модальные модели проще поддаются социологическому измерению количественными методами. Однако модели социального поведения - это идеально-типические конструкции (по М. Веберу), существующие не в реальной жизни, а только «на бумаге» и в сознании ученых. Теоретическое моделирование поведения людей в сфере здравоохранения позволяет свести конгломерат реальных индивидуальных практик к типическим паттернам медицинской активности для лучшего понимания стратегий адаптации россиян к динамично меняющимся социально-экономическим условиям. В рамках неоклассической модели социологического исследования, базирующейся на принципе конструктивного реализма [24], парадигмальными основаниями изучения социального поведения потребителей медицинской помощи выступают теория габитуса П. Бурдье [25] и теория структурации Э. Гидденса [26]. Теория габитуса П. Бурдье, направленная на преодоление дихотомии нормативного и деятельностного, позволяет объяснить воспроизводство практик потребления медицинской помощи агентами, располагающими сходными позициями в социальном пространстве. Теория структурации Э. Гидденса, направленная на преодоление дихотомии объективного и субъективного, показывает, что социальная структура не просто налагает ограничения на потребительское поведение, оказывая внешнее принудительное воздействие, но и сама является результатом воспроизводимых в пространственно-временном континууме ситуативных практик потребления медицинской помощи. Таким образом, модальные (рефлексируемые) модели поведения потребителей медицинской помощи можно рассматривать в качестве паттернов удовлетворения потребности в сохранении и упрочении здоровья как индивидуальной для каждого человека психофизиологической «нормы» и базовой жизненной ценности, формирующихся в результате интернализации институционально заданных формальных и неформальных норм, базовых элементов культуры российского общества в контексте трансформации института здравоохранения [27]. Выделение различных моделей социального поведения потребителей медицинской помощи возможно на основе концептуальной интерпретации вторичной эмпирической информации, полученной в результате репрезентативных социологических исследований, реализованных ведущими социологическими центрами России. Во-первых, это социологический опрос российских граждан РФ «Новая услуга: платная скорая помощь», проведенный Фондом «Общественное мнение» 30 июня 2013 г. в 43 субъектах Российской Федерации, 100 населенных пунктах (N = 1500 респондентов, метод сбора данных -интервью по местожительству, статистическая погрешность не превышает 3,6 %) [28]. Во-вторых, опрос Всероссийского центра изучения общественного мнения «Доходы и сбережения: на что копят россияне?», проведенный 1213 апреля 2014 г. в 130 населенных пунктах в 42 областях, краях и республиках России. (N = 1600 чел., статистическая погрешность не превышает 3,4 %) [29]. В-третьих, российский мониторинг экономического положения и здоровья населения НИУ ВШЭ (RLMS-HSE)», проводимый Национальным исследовательским университетом «Высшая школа экономики» и ЗАО «Демо-скоп» при участии Центра народонаселения Университета Северной Каролины в Чапел Хилле и Института социологии РАН (Способ отбора респондентов - вероятностная стратифицированная многоступенчатая территориальная выборка (N = 8 440 домохозяйств) [30]. Консервативные и либеральные модели социального поведения потребителей медицинской помощи в современном российском обществе Л. С. Шилова отмечает, что за годы доступной бесплатной медицины у нескольких поколений советских людей атрофировалась индивидуальная ответственность за свое здоровье и укрепились представления о том, что забота о здоровье населения лежит на Министерстве здравоохранения [31]. Этим, по мнению социолога, обусловлен разрыв между декларируемой ценностью здоровья и реальным поведением личности в отношении здоровья (например, эксплуатация своего здоровья ради большого заработка). В 2014 г. только 22,9 % населения областных и республиканских столиц России посетили медицинское учреждение для профилактического осмотра, а не из-за недомогания [30]. С одной стороны, профилактическую неактивность населения можно объяснить привычкой думать о здоровье только в случае манифестации заболевания, с другой стороны,П внешними (организационными и экономическими) факторами, ограничивающими доступность профилактической медицинской помощи. В российском обществе по критерию направленности социальных ожиданий потребителей и степени их готовности нести бремя персональной ответственности за свое здоровье можно выделить консервативную, либеральную и гибридные модели социального поведения, в ментальных программах которых присутствуют когнитивные, аксиологические и конативные структуры как либерального, так и консервативного характера [32]. Для наглядности представим в виде таблицы сравнительный анализ ментальных программ консервативной и либеральной моделей социального поведения в сфере здравоохранения по нескольким позициям (таблица). Таблица. Ментальные программы консервативной и либеральной моделей социального поведения в сфере здравоохранения Ментальная программа консервативной модели поведения Ментальная программа либеральной модели поведения Представления Медицинская помощь -общественное благо; ответственность государства за здоровье человека и доступность медицинской помощи Рынок медицинских услуг - главный регулятор отношений в сфере здравоохранения Ценности Справедливость, равенство, порядок в сфере оказания медицинской помощи Свобода как возможность индивидуального выбора стратегии поведения в ситуации заболевания; право выбора медицинской организации, страховой медицинской организации и врача Установки Потребление медицинской помощи в рамках программы государственных гарантий; ориентация на авторитет врача; конформизм Мобилизация всех видов капитала и их конвертация в доступ к медицинской помощи; готовность в установленном законом порядке отстаивать свои интересы как пациента; нонконформизм Сторонники консервативной модели поведения ориентированы на получение бесплатной медицинской помощи в рамках программ государственных гарантий, считая, что государство должно заботиться о здоровье своих подданных - налогоплательщиках. Подобная модель, как правило, характеризуется инерционной линией поведения и предполагает конформистский стиль социальной адаптации к условиям внешней среды и полное принятие формальных правил игры. Отличительным признаком консервативной модели поведения потребителей медицинской помощи является экстернальный локус-контроль в восприятии агентов, несущих ответственность за здоровье человека и доступность медицинской помощи, патерналистские ожидания, а также вера в безоговорочный авторитет медицинского персонала. Эффекты консервативной модели поведения многообразны по диапазону. В одном случае при возникновении симптомов заболевания, потребитель по привычке идет к врачу, потому что «так надо», «так положено», «лучше довериться специалистам». В другом случае наблюдается привычное терпение физического или психического дискомфорта с последующим обращением за профессиональной помощью в результате острой манифестации симптомов заболевания. Кроме того, консервативная модель может предполагать «автоматический отказ» от профессиональной медицинской помощи, например, обращение за советом к «более опытному и осведомленному окружению», не имеющему медицинского образования, самолечение и иные суррогатные формы околомедицинского вмешательства. Сложно сказать определенно, какова доля российских потребителей медицинской помощи, понимающих рыночно-страховые инновации в системе российского здравоохранения и организационные принципы этой системы. Однако доля россиян, готовых нести прямые расходы на медицинскую помощь, весьма существенна. Показательными в этом плане являются результаты опроса, проведенного Фондом «Общественное мнение» на тему: «Новая услуга: платная скорая помощь». В 2013 г. в некоторых городах России наряду с бесплатными появились платные государственные бригады скорой помощи с машинами повышенного комфорта и врачами, готовыми оказывать дополнительные услуги, которые не оказывают стандартные бригады. Только 12 % опрошенных знали об этом проекте, 26 % - что-то слышали, 60 % - узнали впервые от социологов, 1 % - затруднились ответить [28]. Вместе с тем нельзя не принимать во внимание социальные группы, имеющие или желающие иметь достаточно средств для оплаты медицинской помощи, готовые единолично нести ответственность за свое здоровье и благополучие. Согласно данным Всероссийского центра изучения общественного мнения, за получение медицинской помощи более высокого качества в той или иной степени готовы доплатить, в том числе не исключают для себя такой возможности, примерно половина опрошенных (52 %). «В среднем речь идет о сумме в 1400 руб. в месяц на одного человека. Максимальная планка такой доплаты -5 тыс. руб. в месяц на человека», - говорят аналитики [33]. Либеральная модель поведения потребителей медицинской помощи предполагает принятие личностью рыночных правил игры в сфере здравоохранения. Но в действительности модели социального поведения в сфере здравоохранения носят гибридный (смешанный) характер, поскольку в ментальной программе этих моделей присутствуют элементы как консервативных (государственнических), так и либеральных представлений, ценностей и установок. В зависимости от доминирующих в той или иной ментальной программе представлений, ценностей и установок, консервативные и либеральные модальные модели социального поведения в сфере здравоохранения могут трансформироваться в государственническо-либеральную (неоконсервативную) и либерально-государственническую (неолиберальную) модели соответственно. Для современного российского общества в контексте трансформации здравоохранения более характерна неоконсервативная модель поведения [34]. По результатам опроса Всероссийского центра изучения общественного мнения, по приоритетности целей сбережений лечение стоит на четвертом месте из пятнадцати позиций (21 %) после накоплений на «черный день» (27 %), на покупку квартиры или дома (26 %) и просто «про запас» (24 %). Затем с некоторым отрывом располагаются иные статьи накоплений: отдых, развлечения, путешествия (16 %), образование (12 %), покупка автомобиля (10 %). Отсюда следует, что население страны, особенно люди старше 60 лет (из них 35 % сберегают деньги на лечение), осознают необходимость создания «подушки безопасности» на случай заболевания, так как не уверены, что государство о них позаботится [29]. По данным Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения НИУ ВШЭ (RLMS-HSE), 93,8 % россиян не имеют полиса добровольного медицинского страхования [30]. Действительно, если у человека нет средств, то он не будет приобретать полис добровольного медицинского страхования, но если человек платежеспособен, то зачем ему делать вклад в «банк здравоохранения» до востребования, когда можно просто оплатить медицинскую помощь при необходимости. Согласно данным этого мониторинга, большинство россиян (89 %) обращалось за амбулаторной нестоматологической помощью только в учреждения, предоставляющие медицинские услуги в рамках обязательного медицинского страхования, т. е. в городские, районные или ведомственные сельские поликлиники, амбулаторные отделения городских, районных или ведомственных сельских больниц, а также в фельдшерские пункты. Исключительно платными медицинскими услугами пользовались всего 5 % россиян [35. С. 136]. По результатам опроса «Доступность и качество российского здравоохранения: оценки пациентов», проведенного ВЦИОМ 15-16 июля 2015 г. в 130 населенных пунктах в 46 областях, краях и республиках России (N = 1600 чел.), в случае заболевания большинство россиян (60 %) прежде всего идут в государственные поликлиники, 25 % - лечатся самостоятельно, 8 % - обращаются в платную поликлинику, больницу, 4 % - ничего не делают, все пускают «на самотек» и только 1 % опрошенных обращается к народным целителям и нетрадиционной медицине [36]. При этом, по оценкам специалистов ФОМ, в 2015 г. (N = 1500 чел. в 53 субъектах РФ, 104 населенных пунктах) 53 % опрошенных россиян приходилось в течение года в той или иной форме платить за какие-либо медицинские услуги в лечебных учреждениях [37]. Резюме Моделирование социального поведения потребителей медицинской помощи необходимо для типизации множества поведенческих практик, поскольку социология как наука изучает не уникальные события и процессы, а повседневность общества в различных ее проявлениях. Следовательно, любая модель - это когнитивный (познавательный) аналог социальной реальности, т. е. идеальный тип, существующий в сознании исследователей. Целесообразно различать модальные и нормативные модели социального поведения. Модальные модели являются результатом актуализации осознанных структур ментальной программы общества, а нормативные - неосознанных. Поскольку поведение людей в сфере потребления медицинской помощи, как правило, рефлексируется акторами, имеет определенную логику и последовательность, является по своей природе гибким и ситуативным, то имеет смысл социологически исследовать именно модальные модели социального поведения в сфере здравоохранения. Интерпретация вторичной эмпирической информации, полученной в результате репрезентативных социологических исследований, позволяет выделить две альтернативные (консервативную и либеральную) и две гибридные (консервативно-либеральную и либерально-консервативную) модели социального поведения потребителей медицинской помощи в современном российском обществе. Наличие этих моделей объясняется, прежде всего, сложностями перехода в России от бюджетной системы здравоохранения к бюджетно-страховой, которые обусловлены не только дефицитом финансовых ресурсов в фондах обязательного медицинского страхования и медицинских организациях, бюрократизацией системы управления здравоохранением в России, но и спецификой ментальных программ потребителей медицинской помощи, не особенно восприимчивых к рыночным инновациям в этой сфере. В современном российском обществе существенна и гетерогенна по составу численность сторонников именно гибридной модели, представители которой признают неизбежность интервенции рыночных регуляторов в сферу здравоохранения, однако полагают, что должен существовать пакет гарантированной бесплатной помощи и что государство должно также нести бремя финансовых расходов и ответственности за качество и доступность медицинской помощи. В зависимости от того, в какую сторону качнется маятник социальных ожиданий и запросов потребителей медицинской помощи, гибридная модель социального поведения может проявляться как неоконсервативная (консервативно-либеральная) или как неолиберальная (либеральноконсервативная), соединяя элементы альтернативных консервативной и либеральной моделей. При этом важно исследовать модели социального поведения потребителей медицинской помощи в контексте трансформации социального, экономического, политического и правового уклада российского общества, поскольку негативные тенденции в сфере здравоохранения возникают не локально, а являются следствием более фундаментальных преобразований в социальной структуре общества.

Ключевые слова

conservative model of social behavior, liberal model of social behavior, modal behavior model, social behavior of the medical care consumers, mental programs, medical care accessibility, consumers of medical care, либеральная модель социального поведения, консервативная модель социального поведения, модальные модели поведения, социальное поведение потребителей медицинской помощи, доступность медицинской помощи, ментальные программы, потребители медицинской помощи

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Вялых Никита АндреевичЮжный федеральный университеткандидат социологических наук, докторант, старший преподаватель кафедры теоретической социологии и методологии региональных исследований Института социологии и регионоведенияwolfarch@yandex.ru
Всего: 1

Ссылки

Доминанты. Поле мнений. Социологический бюллетень. Здравоохранение // «ФОМ-нибус», 2015. URL: http://bd.fom.ru/pdf/d28zd15.pdf.
Доступность и качество российского здравоохранения: оценки пациентов // Всероссийский центр изучения общественного мнения. Пресс-выпуск № 2919 от 02.09.2015. URL: https://wciom.ru/index.php?id=236&uid=115370.
Краснова Л.С. Состояние здоровья как фактор спроса на платные медицинские услуги // Вестник Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения НИУ ВШЭ (RLMS HSE). М.: Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики», 2015. Вып. 5.
Башкатова А. Отечественная медицина огорчает большинство россиян // Независимая газета. 11.12.2013. [Электронный ресурс]. URL: http://www.ng.ru/economics/2013-12-11/4_medicine.html.
Вялых Н.А. Модели социального поведения в российском обществе в сфере здравоохранения // Социально-гуманитарные знания. 2016. № 7. С. 83-91.
Lubsky A.V., Lubsky R.A., Chernobrovkina N.I. Mental Programs and Models of Economic Behavior in the Russian Society // Journal of Applied Economic Sciences. 2016. Vol. XI, Iss. 7(45). P. 1405-1412.
Шилова Л.С. Российские пациенты в условиях модернизации здравоохранения. Стратегии поведения. Saarbruken: LAMBERT Academic Publishing, 2012.
Российский мониторинг экономического положения и здоровья населения НИУ ВШЭ (RLMS-HSE)», проводимый Национальным исследовательским университетом «Высшая школа экономики» и ЗАО «Демоскоп» при участии Центра народонаселения Университета Северной Каролины в Чапел Хилле и Института социологии РАН // RLMS-HSE. [Электронный ресурс]. URL: http://www.cpc.unc.edu/projects/rlms и http://www.hse.ru/rlms), 2014.
Новая услуга: платная скорая помощь: «ФОМнибус» // Официальный сайт Фонда «Общественное мнение», 2013. [Электронный ресурс]. URL: http://fom.ru/obshchestvo.
Доходы и сбережения: на что копят россияне?: Пресс-выпуск № 2586 // Официальный сайт Всероссийского центра изучения общественного мнения, 2014. [Электронный ресурс]. URL: http://wciom.ru/index.php?id=459&uid=114832.
Giddens A. The constitution of society: outline of the theory of structuration. Berkeley: University of California Press. 1986.
Вялых Н.А. Факторы воспроизводства социального неравенства в сфере потребления медицинских услуг // Социологические исследования. 2015. № 11. С. 126-132.
Bourdieu P. Structures, habitus, practices // The Logic of Practice. Stanford: Stanford University Press, 1990. P. 52-65.
Ментальные программы и модели социального поведения в российском обществе / отв. ред. А.В. Лубский. Ростов н/Д: Фонд науки и образования, 2016.
Лубский А.В. Неоклассическая модель социологического исследования // Социальногуманитарные знания. 2012. № 7. С. 112-120.
Павленко О.Б. Взаимосвязь ценностей культуры и моделей социального поведения // Альманах современной науки и образования. Тамбов: Грамота, 2010. № 10 (41). C. 116-124.
Lubsky A.V., Kolesnykova E.Y, Lubsky R.A. Mental Programs and Social Behavior Patterns in Russian Society // International Journal of Environmental and Science Education. 2016. Vol. 11, No. 16. P. 9549-9559.
Trafimow D., Sheeran P., Lombardo B., Finlay K.A., Brown J., Armitage C.J. Affective and cognitive control of persons and behaviors // British Journal of Social Psychology. 2004. Vol. 43. P. 207-224.
Armitage C.J, Christian J. From attitudes to behaviour: Basic and applied research on the theory of planned behaviour // Current Psychology. 2003. Vol. 22. P. 187-195.
Triandis H.C. Culture and Social Behavior. New York: McGraw-Hill, 1994.
Ядов В.А. О социологической составляющей диспозиций // Саморегуляция и прогнозирование социального поведения личности: Диспозиционная концепция. 2-е изд. М.: Центр социального прогнозирования и маркетинга, 2013.
Chaiclin H. Attitudes, Behavior, and Social Practice // The Journal of Sociology & Social Welfare. 2011. Vol. 38, Is. 1. P. 31-54.
Ross L., Nisbett R.E. The Person and the Situation: Perspectives of Social Psychology. New York: McGraw-Hill, 1991.
Grishina N.V. Problems of the perception of situations // Journal of Russian and East European Psychology. 2010. Vol. 48 (3). P. 7-16.
Dixon-Woods M, Cavers D, Agarwal S. Conducting a critical interpretive synthesis of the literature on access to healthcare by vulnerable groups // BMC Medical Research Methodology. 2006. № 6 (35). [Электронный ресурс]. URL: http://www.biomedcentral.com/1471-2288/6/35.
Решетников А.В. Экономика здравоохранения. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2007.
Andersen R., Davidson P. Improving Access to Care in America : Individual and Contextual indicators // Changing the U.S. Health Care System : Key Issues in Health Services Policy and Management / Ronald Anderson, Thomas Rice, Gerald Kominski. San Francisco : Jossey-Bass, 2007. P. 3-31.
Graves A. A model for assessment of potential geographical accessibility : A Case For GIS // Online Journal of Rural Nursing and Health Care. 2009. Vol. 9, № 1. P. 46-55.
Gulliford M. Modernizing concepts of access and equity // Health Economics, Policy and Law. Cambridge University Press, 2009. Vol. 4 (02). P. 223-230.
Русинова Н.Л., Панова Л.В. Доступ к услугам здравоохранения: методологические подходы и методы измерения // Журнал социологии и социальной антропологии. 2002. № 4. С. 147-163.
Young J.T. Illness behaviour: A selective review and synthesis // Sociology of Health & Illness. 2004. Vol. 26, No. 1. P. 1-31.
Goffman I. Stigma: notes on the management of spoiled identity, N.Y.: Simon and Shuster, 1963.
Rose U., Zimmermann L., Pfeifer R., Unterbrink T., Bauer J. Intention as an indicator for subjective need: A new pathway in need assessment // Journal of Occupational Medicine and Toxicology. 2010. No. 5:20 [Электронный ресурс]. URL: http://www.occupmed.com/content/5/1/20.
Лубский А.В. Общественная роль социологии и социологический диагноз общества (О книге М.К. Горшкова «Российское общество как оно есть: (опыт социологической диагностики») // Социологические исследования. 2017. № 3. С. 157-162.
Горшков М.К. Российское общество как оно есть: (опыт социологической диагностики): в 2 т. Изд. 2-е, перераб. и доп. М.: Новый хронограф, 2016. Т. 2.
Русинова Н.Л., Сафронов В.В. Состояние здоровья в Европе и России: общественный контекст и социальные неравенства // Социологический журнал. 2014. № 4. С. 19-43.
Еремченко О.А., Алиев В. О. Сравнительный анализ исследовательских стратегий социальных наук России и мира // Экономика науки. 2015. № 1(1). С. 48-61.
 Модальные модели социального поведения потребителей медицинской помощи в российском обществе | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2017. № 40. DOI:  10.17223/1998863Х/40/22

Модальные модели социального поведения потребителей медицинской помощи в российском обществе | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2017. № 40. DOI: 10.17223/1998863Х/40/22