Музыкальное значение как многоуровневая интерпретация в рамках культурной коммуникации | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2020. № 54. DOI: 10.17223/1998863X/54/9

Музыкальное значение как многоуровневая интерпретация в рамках культурной коммуникации

В статье рассматриваются этапы конституирования музыкального значения с точки зрения трех семиотических традиций: логико-философской, лингвоцентристской и информационной. На основе этих этапов для исследования музыкального значения как многоуровневой интерпретации тематезированы принципы анализа музыкальных произведений. С помощью данной условной аналитической схемы возможно достичь более четкого понимания процесса музыкального смыслообразования.

Musical Meaning as a Multilevel Interpretation Within Cultural Communication.pdf Процесс понимания музыкального произведения можно рассматривать и изучать с многих сторон. Музыкальный смысл является продуктом многоуровневой интерпретации, и для его полноценного исследования необходимо определить основные ступени построения значения в этом виде искусства. Музыка является системой коммуникации, которая имеет структуру, но не обладает смыслообразующими свойствами, характерными для вербального языка. А в коммуникации процессы понимания и конституирования значения неотъемлемо связаны между собой. Целью данной статьи является поэтапное воссоздание процесса музыкального означивания, начиная с уровня единичных звуков и заканчивая культурными кодами. Выделены три семиотические традиции исследования значения: логико-философская, лингвоцентристская и информационная. Используя средства, которые предлагают для исследования музыкального означивания эти традиции, можно проследить процесс музыкального смыслооб-разования и уровни, на которых осуществляется интерпретация в этом виде искусства. Каждый уровень имеет свои особенности и инструменты, с помощью которых происходит воссоздание механизмов музыкального означивания. Это поможет более ясно представлять, из чего складывается музыкальное значение как интерпретация, а также проводить многосторонний анализ музыкальных произведений. Инструменты и средства, исполняющие смыслообразующие функции в музыке можно классифицировать в соответствии с уровнями семиотического исследования для более четкого понимания их роли. Логико-философская семиотическая традиция исследует значение на уровне единичного знака с точки зрения субъектно-объектных отношений, основой этой традиции являются концепции Ч. Пирса [1] и Ч.У. Морриса [2]. Ключевыми моментами здесь являются связь человеческого сознания с внешним миром, восприятие реальности с помощью комплекса сигналов, воздействующих на чувства и вызывающих определенные реакции. Представители логико-философской семиотической традиции рассматривают более широкий спектр средств, выполняющих смыслообразующие функции и создающих сложные модели реальности в сознании субъекта. Согласно конепции когнитивных уровней М. Мерло-Понти [3] и теории искусства Р.Дж. Колллингвуда [4] именно на уровне единичного знака можно исследовать первичную связь музыкальных звуков как сигнально-индексальных средств с человеческой телесностью и образование базовых синестетических ассоциативных реакций. Эти реакции позволяют создавать изначальный общий психоэмоциональный фон музыкальной композиции, на который наслаиваются более сложные ассоциации, зависящие от конкретного человека и имеющихся социокультурных условий. Анализ музыкальных выразительных средств и их акустических свойств в заданных обстоятельствах прослушивания произведения поможет раскрыть первичные телесные реакции и возникающие сине-стетические ассоциации, которые являются частью музыкального смыслообра-зования. С этой точки зрения, важно рассмотреть саму наличную ситуацию, в которой субъект воспринимает музыкальную композицию, а также акустические параметры звуков, входящих в структуру произведения (громкость, длительность, частота ритма, высота, диапазон, тональность и др.). Анализ всех этих обстоятельств и параметров даст ключ к пониманию общих первичных ассоциаций и телесных образов, которые становятся фундаментом для более сложных ассоциативных связей, возникающих в сознании человека при прослушивании музыкальной композиции. Важными пунктами анализа музыкальной композиции, с точки зрения логико-философской семиотической традиции, можно назвать: 1) акустические характеристики звуков, связанные с пространственным восприятием (модуляции громкости, длительность, звуковысотные и частотные параметры), а также присутствие прямых звукоподражаний объектам и явлениям из окружающей реальности (звуки живой и неживой природы, голоса животных, сигналы техногенного происхождения и т.д.); 2) акустические параметры звуков, связанные с человеческой телесностью и эмоциональным фоном (ритм, темп, количество и вид инструментов, тональность, тембр, присутствие вокала). Могут быть напрямую связаны с пространственным восприятием звуков. Представители лингвоцентристской семиотической традиции, основанной на теории Ф. Соссюра [5], рассматривают образование знака и значения как части конкретной языковой структуры. Смыслообразование, с точки зрения этой традиции, происходит в процессе соединения знаков в конструкции, имеющие определенные синтаксические формы и закономерности. Значение приобретается во взаимосвязи и взаимообусловленности устойчивых конвенциональных синтаксических единиц, выстроенных в необходимом порядке, предписанном структурными законами в данной языковой системе. Наборы устойчивых значащих единиц порождаются в процессе коммуникации между субъектами и являются результатом конвенций внутри группы, использующей язык. Эти дискретные частицы могут находиться в парадигматических и синтагматических отношениях, т.е. объединяться в группы взаимозаменяемых единиц, и создавать единовременные линейные последовательные конструкции. Исследование музыкального языка, с точки зрения лингвоцентристской семиотической традиции, в трудах М.Г. Арановского [6], М.Ш. Бонфельда [7] и Б.В. Асафьева [8] основываются на изучении структуры и закономерностей ее построения. Анализ музыкального синтаксиса, сопряженный с анализом первичных синестетических звуковых ассоциаций, позволит дополнить представление о музыкальном смыслообразовании и создании художественных образов в музыкальном искусстве. Этот анализ может осуществляться как в рамках отдельного произведения, так и в рамках определенного жанра, которому соответствуют те или иные устоявшиеся конвенциональные структурные формы. Лингвоцентристская семиотическая традиция, взятая обособленно в отрыве от логико-философской и информационной традиций, не будет иметь достаточно инструментов для полноценного раскрытия механизмов музыкального смыслообразования, поскольку за фундаментальную основу любой языковой деятельности берется только система вербального языка. Структурный анализ музыкальных произведений и музыкальных форм будет являться частью комплексного исследования музыкального искусства как способа конструирования значений. Он также позволит выявить роль музыкальной терминологии, основанной на синтаксисе, для образования в человеческом сознании музыкальных образов. Основными пунктами анализа, с точки зрения лингвоцентристской семиотической традиции, можно обозначить: 1) отношение музыкальной композиции к устоявшейся конвенциональной форме и соответствующему жанру, состав исполнителей; 2) синтагматические отношения между звуками и отдельными частями музыкальной композиции (движение мелодической и метроритмической линии, паузы, акцентированные ноты, повторяемость, гармонические последовательности, следование частей композиции в определенном порядке); 3) прагматические отношения между музыкальными звуками (диапазон, аккорды, мажорная-минорная тональность и т.д.). Информационная семиотическая традиция, имеющая в основе концепцию кодов У. Эко [9], предлагает большой арсенал средств для комплексного анализа музыкального смыслообразования. Музыкальное искусство как способ культурной коммуникации рассматривают О. Салгар [10], Ф. Тагг [11] и Л.Ф. Чертов [12]. Образование значения в рамках этой традиции переходит от единичного знака и отдельно взятой языковой системы в поле коммуникативного акта, в котором происходит обмен информацией. Основополагающим понятием становится код как схема интерпретации сообщения, и формируется она в зависимости от социальных и культурных условий, в которых живет и развивается отправляющий или воспринимающий субъект. Кодов может быть множество, они способны быть многоступенчатыми и заключают в себе способы расшифровки сообщений на разных когнитивных уровнях. Залогом успешной коммуникации является наличие у адресата и адресанта максимально схожего набора культурных кодов. Это увеличивает шансы того, что получатель сообщения интерпретирует его с помощью именно тех схем, которые использовал отправитель, и верно поймет воспринятую информацию. Коды формируются в социокультурной среде, которая является контекстом для осуществления коммуникативных актов. В качестве этого контекста можно рассматривать как непосредственно близкую окружающую реальность субъектов, так и всю совокупность общих культурных условий, в которых происходит обмен сообщениями. Классификация кодов будет зависеть от того, что принять за ее основу, способ восприятия, временные и исторические рамки, пространственные и географические параметры, принадлежность к определенной социальной группе или этносу и т.д. Информационная семиотическая традиция может предложить ряд инструментов для комплексного анализа музыкального смыслообразования как в рамках отдельных композиций, так и целых жанров. С точки зрения этой традиции, можно определить следующие компоненты образования значений в музыкальном произведении: 1) присутствие дополнительных немузыкальных кодов и выразительных средств (визуальные эффекты, танец, текст и др.), а также комментариев автора или исполнителя; 2) исторический и географический контекст исполнения схожих по форме и инструментовке музыкальных композиций (жанры, стили исполнения и их сочетания внутри одного произведения, отношение различных социальных групп к жанру и способу исполнения, связь композиции, ее части или жанра с конкретными историческими и политическими событиями и обстоятельствами); 3) наличные обстоятельства прослушивания и исполнения композиции (время суток, помещение, обстановка, подготовленность и мотивация слушателя, практическое предназначение композиции, обстоятельства первичного прослушивания композиции в прошлом); 4) слушательская практика воспринимающего субъекта (опыт прослушивания музыкальных композиций, наличие музыкального слуха, навыки пения или игры на музыкальных инструментах, теоретические знания о музыкальном искусстве); 5) принадлежность слушателя и композитора к определенным малым и большим социальным группам (возраст, пол, образование, этническая принадлежность, географическое место проживания и воспитания и др.). Совмещение инструментов трех рассмотренных семиотических традиций для исследования музыкального смыслообразования позволит провести более полный и многосторонний анализ отдельных композиций и произведений, а также жанровых и стилевых образований. С помощью последовательного изучения, начиная с базовой мотивированности музыкальных звуков и заканчивая историческим и социокультурным дискурсом, можно достовернее определить механизмы образования музыкальных значений и их роль в пространстве культурной коммуникации. Такой способ анализа может применяться как для программных академических произведений, так и для композиций, относящихся к другим видам музыкального искусства, например, популярной музыки. Последовательность частей анализа или их список можно варьировать в зависимости от композиции. Разбор композиций начинать стоит с помощью инструментов лингвоцен-тристской семиотической традиции, которые позволят описать синтаксические характеристики построения произведения, структурное положение, в котором находятся звуки и звукосочетания относительно друг друга. Вторым этапом анализа становится рассмотрение базовой мотивации звуков и звукосочетаний, входящих в структуру произведения, с точки зрения логико-философской семиотической традиции. Это дает возможность разобрать и выделить, какое воздействие на слушателя могут оказать акустические характеристики композиции на уровне телесных и психоэмоциональных ассоциаций, создавая синестетические образы, ограничивающие круг интерпретаций. На третьем этапе анализа с помощью средств информационной семиотической традиции необходимо изучить культурный и исторический дискурс, в котором была создана музыкальная композиция, а также контекст ее прослушивания и культурный дискурс, в котором находится слушатель. Это позволит отследить те значения музыкальной композиции, которые привносят культурные обстоятельства сочинения и прослушивания, увидеть исторически закрепленные ассоциации и интерпретации произведения, связь структурной формы со смысловым содержанием. Анализ музыкальных композиций с помощью средств лингвоцентрист-кой семиотической традиции носит исключительно описательный характер и фиксирует структурные свойства произведения. В этом пункте о музыкальном значении можно говорить, только имея в виду положение звуков и звукосочетаний в системе относительно друг друга. А инструменты логико-философской и информационной традиций позволяют исследовать музыкальное значение как многоуровневую и многокомпонентную интерпретацию субъектом при сочинении, исполнении и прослушивании композиции. И на уровне базовой мотивации звуков и звукосочетаний, и на уровне культурных кодов могут наблюдаться различия в интерпретациях музыкального произведения у разных субъектов. Это порождает множественность значений и толкований, приписываемых тем или иным композициям в зависимости от кодов, которыми обладают композитор, исполнитель и слушатель. На уровне базовой мотивации звуков, их акустических свойств, связанных с человеческой телесностью, первичные синестетические коды могут носить характер общей доязыковой музыкальной коммуникации. С помощью акустических характеристик звуков, например, ритма, темпа, высоты и громкости, образуются синестетические коды, которые создают в сознании воспринимающего субъекта исходные образы. На эти образы наслаиваются культурные коды, присутствующие в сознании композитора, исполнителя и слушателя, делая приписываемое музыкальное значение более сложным и уточняя ассоциативную область, ограничивающую круг интерпретаций. Композитор в соответствии со своими внутренними представлениями и имеющимися кодами производит отбор музыкальных выразительных средств, которые объединяются в организованную структуру. Со временем различные музыкальные структурные формы начинают ассоциироваться с определенными историческими условиями и сами становятся наборами культурных кодов. Слушатель в процессе восприятия музыкального произведения использует для интерпретации те синестетические и культурные коды, которыми обладает, и приписывает композиции соответствующие значения. Разница в имеющихся у композитора и разных слушателей наборах кодов порождает множество интерпретаций музыкальных композиций. Степень «понимания» музыкального произведения и приписываемые ему значения будут зависеть от уровня личной осведомленности воспринимающего субъекта о тех культурно-исторических условиях, в которых композитор создавал свое сочинение, а также от существующих в обществе конвенций и наличных обстоятельств прослушивания. В разных культурных сообществах один и тот же базовый синестетический образ, создаваемый акустическими свойствами музыкальных звуков, может по-разному интерпретироваться. Это может быть обусловлено отличиями в устройстве мировосприятия, социальной организации и прочих культурных обстоятельств, которые отражаются в искусстве. Например, у человека, выросшего в европейской культуре и имеющего соответствующие коды и слушательскую практику европейской музыки, возникнут проблемы с пониманием китайских традиционных музыкальных композиций, поскольку восточная музыка имеет иную мелодическую и метроритмическую организацию. Музыкальное искусство является специфическим способом культурной коммуникации, поэтому исследовать музыкальное значение необходимо не как некую имманентную субстанцию, принадлежащую той или иной форме, а как многоуровневую интерпретацию, которая конструируется воспринимающими субъектами в процессе информационного обмена.

Ключевые слова

музыкальное значение, язык, интерпретация, культурный код, musical meaning, language, interpretation, cultural code

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Силинская Анна СергеевнаТомский государственный университетмагистр философии, соискатель ученой степени кандидата философских наук на кафедре истории философии и логики, философского факультета; бухгалтер ИП Федоренко С.В.gella5@yandex.ru
Эннс Ирина АндреевнаТомский государственный университеткандидат философских наук, доцент кафедры истории философии и логики философского факультетаirnns609@yandex.ru
Всего: 2

Ссылки

Пирс Ч. Логические основания теории знаков. СПб. : Алетейя, 2000. Т. 2. 349 с.
Моррис Ч.У. Основания теории знаков // Семиотика : сб. переводов / под ред. Ю.С. Степанова. М. : Радуга, 1982.
Мерло-Понти М. Феноменология восприятия / пер. с фр. И.С. Вдовиной, С.Л. Фокина. СПб. : Наука; Ювента; Gallimard, 1999. 605 с.
Коллингвуд Р.Дж. Принципы искусства / пер. с англ. А.Г. Ракина; под ред. Е.И. Стафье-вой. М. : Языки русской культуры, 1999. 328 с.
Соссюр Ф. Курс общей лингвистики. М. : Логос, 1999. 235 с.
Арановский М.Г. Тезисы о музыкальной семантике. М. : Композитор, 1998. URL: http://www.opentextnn.ru/music/Perception/?id=1148 (дата обращения: 04.11.2018).
Бонфельд М. Музыка: Язык. Речь. Мышление. Вологда : Вологод. обл. универ. науч. б-ка, 1999. URL: http://www.booksite.ru/fulltext/bon/fel/bonfeld/01.htm (дата обращения: 04.11.2018).
Асафьев Б.В. Музыкальная форма как процесс. Л. : Музыка, 1971. 375 с.
Эко У. Отсутствующая структура. Введение в семиологию / пер. с итал. В.Г. Резника и А.Г. Погоняйло. СПб. : Симпозиум, 2006. 544 с.
Salgar O.H. Musical Semiotics as a Tool for the Social Study of Music // Translated by Brenda M. Romero. Ethnomusicology Translations. 2016. № 2. URL: https://scholar-works.iu.edu/journals/index.php/emt/article/view/22335 (дата обращения: 04.11.2018).
Tagg Ph. Music's Meanings: a modern musicology for non-musos. New York & Hudders-field : The Mass Media Music Scholars' Press, Inc., 2013. 710 p. URL: http://tagg.org/bookx-trax/NonMuso/NonMusoAll.pdf (дата обращения: 04.11.2018).
Чертов Л.Ф. Знаковость: опыт теоретического синтеза идей о знаковом способе информационной связи. СПб. : Изд-во СПб. ун-та, 1993. 388 с.
 Музыкальное значение как многоуровневая интерпретация в рамках культурной коммуникации | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2020. № 54. DOI: 10.17223/1998863X/54/9

Музыкальное значение как многоуровневая интерпретация в рамках культурной коммуникации | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2020. № 54. DOI: 10.17223/1998863X/54/9