Проблемы познания в радикальном конструктивизме. Когнитивнаянейробиология | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2010. № 2 (10).

Проблемы познания в радикальном конструктивизме. Когнитивнаянейробиология

Радикальный конструктивизм является формой натуралистического исследования познания. Он связан с эволюционной эпистемологией К. Лоренца и когнитивной нейробиологией. Он имеет ряд теоретических источников, включающий генетическую эпистемологию, биологию познания У. Матураны и Ф. Варелы. Радикальный конструктивизм - это попытка по-новому рассмотреть традиционные проблемы познания на основе достижений современной науки. Его ключевой идеей является понимание познания в качестве конструктивной деятельности субъекта как живой системы, а знания - как конструкта.

The problems of the knowledge in the radical constructivism.pdf УДК 165.6И.Г. РебещенковаПРОБЛЕМЫ ПОЗНАНИЯ В РАДИКАЛЬНОМ КОНСТРУКТИВИЗМЕ. КОГНИТИВНАЯ НЕЙРОБИОЛОГИЯРадикальный конструктивизм является формой натуралистического исследования познания. Он связан с эволюционной эпистемологией К. Лоренца и когнитивной нейробиологией. Он имеет ряд теоретических источников, включающий генетическую эпистемологию, биологию познания У. Матураны и Ф. Варелы. Радикальный конструктивизм - это попытка по-новому рассмотреть традиционные проблемы познания на основе достижений современной науки. Его ключевой идеей является понимание познания в качестве конструктивной деятельности субъекта как живой системы, а знания - как конструкта.Ключевые слова: познание, теория познания, радикальный конструктивизм, эволюционная эпистемология, аутопоэз, когнитивная нейробиология.Радикальный конструктивизм - одна из форм натуралистического под-хода к познанию - представлен американскими исследователями австрий-ского происхождения П. Ватцлавиком, Х. фон Фёрстером, Э. фон Глазерс-фельдом, немецкими исследователями Г. Ротом, З. Шмидтом [1-6].Принципиальную и главную причину возникновения радикального кон-структивизма указывают сами его представители. Согласно Г. Роту, его воз-никновение является неизбежным следствием реального факта - конструк-тивной специфики человеческого мозга. Эта специфика проявляется в том, что мозг принципиально не в состоянии отражать мир. Он должен быть кон-структивным, причем как в силу своей функциональной организации, так и в силу своего назначения, а именно - порождать поведение, благодаря кото-рому организм мог бы выжить в окружающей среде [7].Теоретические истоки радикального конструктивизма в теории познания можно проследить вплоть до античного периода. Прочтение Платоном древ-него мифа о пещере привело к тому, что в метафоре пещеры он представил идею недостаточности непосредственного чувственного опыта для достиже-ния истинного знания и необходимости для этого некоторой когнитивной активности [8]. Значительно более близкими философскими предшественни-ками конструктивизма являются Дж. Вико и И. Кант, именно - кантовская трактовка математического знания и его объектов. В конце XIX - начале XX в. эта трактовка воспроизводилась в связи с интуитивистской интерпре-тацией конструктивных элементов научного познания.Существенной причиной возникновения и формирования современного радикального конструктивизма, коренящейся в тенденциях развития фило-софии, выступает дискредитация фундаменталистской парадигмы классиче-ской теории познания [9]. Эта дискредитация вела к выведению из центра философско-исследовательского внимания проблемы обоснования, повлек-шему за собой отказ от выработки нормативных образцов знания.Проблемы познания в радикальном конструктивизме55В связи с усилением позиций конструктивизма возникает задача по-новому рассмотреть проблему истины, адекватности знания, соразмерности когнитивного прообраза онтологическому бытию артефакта [10].Решение этой задачи ориентирует эпистемологию на дескрипцию позна-ния как совокупности взаимосвязанных биологических, нейрофизиологиче-ских и психологических процессов и механизмов создания когнитивных конструкций.Переход от поиска оснований истинности, достоверности знания к опи-санию реальных когнитивных механизмов его получения характерен не только для радикального конструктивизма, но и для эволюционной и генети-ческой разновидностей эпистемологии.Влиятельным предшественником радикального конструктивизма, его теоретическим источником явилась концепция Ж. Пиаже, радикальный раз-рыв с эпистемологическими традициями западной философии которого и его установку на биологическое объяснение познания высоко оценил один из создателей радикального конструктивизма Э. фон Глазерсфельд [11].Существенно то, что Ж. Пиаже перешел от неисторической трактовки разума как явления, оторванного от порождающей его системы, к его трак-товке как функции органической структуры, к его анализу как биологиче-ского явления.Можно сказать, что генетическая эпистемология Ж. Пиаже, основанная на «биологический точке зрения», именно как влиятельная форма эпистемо-логического натурализма в значительной мере предопределила сущность радикального конструктивизма.Поскольк у знание определяется конст руктивистами в качестве высшей формы адаптации, то для них значимой стала содержащаяся в концепции Ж. Пиаже обновленная трактовка биологического понятия адаптации. Спе-цифика адаптивности когнитивных феноменов и процессов, в отличие от адаптаций органических систем на морфологическом и физиологическом уровнях, усматривалась в том, что она существует в форме концептуального равновесия. Связь биологической адаптации с понятийными структурами, с когнитивной системой в целом опосредована процессами саморегулирова-ния. Они нацелены в концептуальном плане на формирование связной и не-противоречивой системы понятий, в биологическом плане - на выработку жизнеспособности и на выживание.Роль Ж. Пиаже в подготовке радикального конструктивизма, таким обра-зом, заключалась в новой трактовке адаптации, противоположной традици-онному для биологии пониманию. Если обычно считается, что естественный отбор модифицирует строение организма в соответствии с изменениями сре-ды и налагаемыми при этом ограничениями, то новое понимание заключа-лось в том, что восприятие модифицирует (адаптирует) воспринимаемый материал таким образом, чтобы он соответствовал концептуальным структу-рам, имеющимся у организма.Э. фон Глазерсфельд под влиянием Ж. Пиаже сформулировал существен-ное для радикального конструктивизма положение: адаптация вовсе не подра-зумевает какой-либо адекватности внешнему миру «вещей-в-себе», а лишьИ.Г. Ребещенкова 56ведет к улучшению состояния равновесия данного органи зма. Важным для последнего является то, как он укладывается в рамки собственного опыта.Э. фон Глазерсфельда как радикального конструктивиста привлекла ос-новная идея генетической эпистемологии Ж. Пиаже: знание является резуль-татом активной, целенаправленной деятельности субъекта, результатом включения его познавательной активности в «деятельную схему». Предло-женное в генетической эпистемологии понимание знания справедливо уже для начального этапа конструирования реальности - детского познания, за-кладывающего основы для последующих этапов конструкционистской дея-тельности субъекта как когнитивной системы.Введение конструктивного аспекта в механизмы познания ведет к прин-ципиальному переосмыслению сущности последнего. Переосмысление за-ключалось в отказе от его сведения только лишь к процессам репрезентации, которое было характерно для классических вариантов теории познания, и в переходе к его определению как инструмента адаптации, направленного на последовательное конструирование одного за другим слоев жизнеспособных концептуальных структур.Знание, определенное Ж. Пиаже в инструмен та ли стском ключе, пред-стает, таким образом, в качестве совокупности конструктов.Радикальное переосмысление сущности познания и знания, произведен-ное Ж. Пиаже и ценное для конструктивистского подхода, заключается в том, что все когнитивные структуры - деятельные схемы, концепты, прави-ла, теории и законы - оцениваются по их успешности - способности орга-низма достигать, удерживать и расширять свое внутреннее равновесие в от-вет на постоянно возникающие внешние возмущения.Э. фон Глазерсфельд, анализируя аспекты когнитивной модели Ж. Пиа-же (механизм и стадии когнитивного развития индивидов, процессы конст-руирования опытной действительности, ассимиляции, аккомодации и равно-весия, научения, деятельную схему) под углом зрения их значения для раз-работки радикального конструктивизма, отмечал ее недостатки и противоре-чия. В их числе: недостаточное внимание к социальным аспектам познания, преувеличенное внимание к его натуральным граням; использование в гене-тической эпистемологии терминов и понятий классической эпистемологии, которую Пиаже стремился преодолеть.Итак, в радикальном конструктивизме была воспринята принципиальная критика Ж. Пиаже понимания функции когнитивной способности как репре-зентации (отображения) онтологической реальности. Эта способность стала трактоваться как инструмент приспособления к воспринимаемому миру, а ее реализация - как конструирование, как выстраивание подходящих и содей-ствующих выживанию способов действия и мышления [12].Непосредственной основой радикального конструктивизма выступила «биология познания» - научная концепция с философскими аспектами аме-риканских биологов чилийского происхождения У. Матураны и Ф. Варелы, разработанная ими с применением как современных парадигм системности, эволюционизма и самоорганизации (саморегулирования) живых систем.Проблемы познания в радикальном конструктивизме57У. Матурана в своей ранней работе конца 50-х годов, посвященной ней-рофизиологии зрения, сформулировал перспективные для эволюционной эпистемологии идеи о взаимоотношении между познанием и нейрофизиоло-гией [13]. Но для развития этих идей требовались пересмотр существующих теорий познания и разработка новой феноменологии познания и теории жиз-ни, феноменологии живых систем [14].Поскольку кредо У. Матураны заключалось в том, что познание является биологическим феноменом, биологической функцией человека как целост-ного организма; что любой эпистемологической точке зрения на познание должно предшествовать его биологическое понимание; что живые системы -это когнитивные системы, а жизнь - это процесс познания, постольку его концепцию можно считать модификацией эволюционно-натуралистического подхода к познанию.Заслуга У. Матураны в разработке методологии эпистемологии заклю-чается в том, что он предлагал преодолеть на современной научной основе статичный подход к познанию как к представлению мира «в готовом виде», выделяя его творческую сущность, и ставил задачу рассмотрения познания как процесса сотворения мира через процесс самой жизни.В качестве отп равного пункта У. Матураной было использовано утвер-ждение о том, что познание является фундаментальной биологической функцией, т.е. функцией определенным образом организованных живых сис-тем, в том числе и организма человека. Это означает ориентацию на биоло-гические сведения, служащие, по мнению этого исследователя, ключом к пониманию феномена познания.Трактовка субъекта познания определила суть «биологии познания» У. Матураны. Человек рассматривался как наблюдатель, включенный в по-знавательный процесс. Наблюдатель, по его определению, - это живая сис-тема, поэтому чтобы понять познание как биологическое явление, необхо-димо принять в расчет наблюдателя и его роль в познании и дать им объяс-нение. При рассмотрении субъекта необходимо учесть также и ту часть ок-ружения наблюдателя, с которой он (как живая система) взаимодействует, -его нишу - область взаимодействий живой системы, которую она определяет посредством возможностей своей организации. В эти взаимодействия она может вступать, не разрушая себя и не теряя своей идентичности.Любая живая система является замкнутым каузальным круговым про-цессом, эволюционирующим для поддержания своего существования, - са-мореферентной системой. Ниша живой системы, способной благодаря своей организации предполагать, предсказывать классы своих взаимодействий со своим окружением, - это ее «когнитивная область», «когнитивная реаль-ность».Характерно, что У. Матурана не разграничивает эпистемологические и биологические понятия. С его точки зрения, все формы и процессы жизни -познавательные явления. Живые системы - это когнитивные системы, это субъекты познания, а жизнь - это сам процесс познания.Вместе с жизнью и познанием переосмысливалась и эволюция живых систем с учетом роли в ней среды и наблюдателя. Она рассматривалась какИ.Г. Ребещенкова 58эволюция когнитивных областей (как изменений среды, представляющих собой единство взаимодействий субъекта) и как эволюция наблюдателя с целью сохранения его самоидентичности.Особое место в эволюционном процессе У. Матурана отвел нервной сис-теме, которая, по его мнению, сама по себе «познания не создает». С ее по-мощью поддерживается самореферентный характер процессов в живой структуре и расширяется ее когнитивная область. Существенным расшире-нием этой сферы является включение в нее взаимодействий живой системы со своим внутренним состоянием - основой абстрактного (концептуального) мышления, языка и самосознания. При помощи такой логики У. Матурана намеревался решить ряд теоретико-познавательных парадоксов. Главный из них - это возникновение самопознания (когда предметом познания стано-вится сам наблюдатель) как новой области взаимодействий. Второй пара-докс - парадокс объективности познания в тех случаях, когда у организма возникают репрезентации собственных взаимодействий. Парадокс возникает тогда, когда субъект (организм) относит объекты, с которыми взаимодейст-вовал, к независимым от собственной активности областям. Эти объекты выступают продуктами взаимодействий с ними организма. Для разрешения парадокса объективности познания необходимо учитывать указанное об-стоятельство.Живые системы являются историческими системами, поскольку адапти-рованность их поведения к среде детерминирована процессами, протекав-шими в прошлом. Возникновение нового в эволюции и порождение мира как области взаимодействий являются результатом того, что организация на-блюдателя по своей природе исторична. Историчность наблюдателя опреде-ляет и преемственность, и обновление в развитии. Эта важная особенность наблюдателя проявляется и в культуре, которая, по самой своей сути, носит также творческий характер. Для понимания антропного познания, вклю-чающего, в отличие от животного, самосознание, важно знание становления морфологической эволюции мозга в филогенезе, на стадии млекопитающих, и особенно - в антропогенезе. Это познание связано с новой корой мозга, с усилением зависимости организма от состояний нервной активности. Кроме морфологической специфики, когнитивный процесс у людей, в отличие от когнитивных процессов у других организмов, отличается видами их взаимо-действий со средой, важнейшим среди которых является языковое взаимо-действие. Язык - средство создания особой - консенсуальной - области по-ведения и взаимодействия между субъектами как системами.Та схема, которую У. Матурана использовал для разработки своей кон-цепции познания, включает в себя не только анализ субъекта, но и соответ-ствующую трактовку объекта.Вопрос об объекте познания (под влиянием Дж. Беркли) он считал бес-смысленным: никакого объекта познания нет. Такая позиция противостоит представлениям об объекте познания как абсолютном, завершенном внеш-нем образовании - неком субстрате.Отрицание объекта познания переходит в утверждение в прагматистско-этологическом смысле: знать - значит уметь вести себя адекватным образомПроблемы познания в радикальном конструктивизме59в различных ситуациях. Адекватное поведение возможно в результате изо-морфизма «логики описания» и «логики описывающей системы».В книге «Древо познания» У. Матураны был сохранен общий смысл по-нимания познания как эффективного действия, которое позволяет живому существу продолжать свое существование в определенной окружающей сре-де. Познание - это такое действие, которое коренится в образе жизни по-знающего как живого существа, в его организации как единого целого (а не только в нервной системе). Наконец, рассмотренная биологическая концеп-ция познания выводила к переосмыслению мира и человека, включая его мораль. Жизнь человека - это динамичная система его взаимодействий с из-меняющейся средой. Константой является идентичность субъекта в его взаимодействиях. Основанием истины являются успешные взаимодействия, прямо или косвенно служащие поддержанию живой организации.Нельзя не учитывать того, что в примененных У. Матураной для объяс-нения познания принципах системного подхода, разработанных Л. Берта-ланфи, содержится затруднение в объяснении того, как организация нервной системы человека порождает высшие функции: абстрактное мышление, опи-сание, самоописание, как живая организация осуществляет познание вообще и самопознание в частности.Раскрывая подход к познанию У. Матураны и Ф. Варелы и его роль в соз-дании концепции радикального конструктивизма, необходимо рассмотреть хотя бы кратко концепцию аутопоэза, разработанную ими в 1970-1973 гг. [15, 16]. Эволюция взглядов Ф. Варелы рассмотрена Е.Н. Князевой [17].У. Матурана и Ф. Варела полагали, что живые существа отличаются от неживых тем, что их организация носит аутопоэзный характер. Суть заклю-чается в том, что живые существа как самовоспроизводящиеся существа об-ладают механизмом, превращающим их в автономные системы. Этот меха-низм был назван аутопоэзом [18].Методологический смысл этой кибернетической трактовки организмов и их функционирования заключается в том, что она была представлена как претензия на средний путь между философским солипсизмом и концепцией отражения.Позитивный смысл идеи аутопоэза заключается в признании универ-сального значения общих механизмов взаимодействий любой системы (в том числе и живого организма) как целостности с окружающей средой - их «структурной сопряженности». В понятии аутопоэза особо выделяется ас-пект автономности механизма биологической феноменологии - автономно-сти живых систем. В совокупности существующих систем были выделены системы первого, второго и третьего и четвертого порядков. Для эпистемо-логии существенную роль играют системы третьего порядка - социальные системы, в которых продуцируются новые явления - разум, сознание.Натурализованная феноменология или нейрофеноменология человеческого сознания, согласно Ф. Вареле, касается мозговых процессов, именно процес-сов интеграции нейронов, обеспечивающих когнитивную активность [19, 20].Современный радикальный конструктивизм не является единой научно-философской школой. Это осознают и сами его представители. Их объеди-И.Г. Ребещенкова 60няет существенный критицизм, основанный на скептическом положении о том, что ко всему, что рассматривается через аппарат познания, посредством чего создается картина мира, нет иного пути как тот же самый аппарат по-знания. Это означает то, что не существует возможности сравнить создан-ную субъектом картину мира с переживаемой им реальностью, что у субъек-та нет прямого доступа к объективной реальности, к реальности «самой по себе».Исходя из принципов конструктивизма, неправомерны традиционное понимание познания и знания как процесса и результата репрезентации (от-ражения) мира и утверждение о какой-либо степени приближения к ней, по-скольку не существует критерия для измерения «расстояния» между знанием о реальности и самой реальностью. При этом возникает опасность сведения знаний к фикциям. Радикальные конструктивисты настаивают на таком по-нимании знаний, полагая, что только при осознании их конструктивности можно предотвратить самонадеянность людей, не всегда обоснованную уве-ренность в адекватности представлений о мире, в канонизации этих пред-ставлений.С точки зрения радикального конструктивизма ничто не стоит на пути выдвижения фикции онтологической реальности, выведенной из мира пере-живаний. Мир греческих богов, космологии наших религий и науки, а также все метафизические системы, в частности, по мнению Э. фон Глазерсфельда, являются фикциями, которые иногда содействовали, иногда мешали нашим представлениям о мире переживаний и нашим действиям в нем. Причем фикция онтической реальности сама по себе безобидна - но до тех пор, пока она не будет представлена как истинное познание.Для интеграционных процессов в теории познания натуралистической направленности существенна фиксация характеристик радикального конст-руктивизма. К их числу относятся: познание - активный процесс конструк-тивной деятельности, а знание - конструкция (а не репрезентация) действи-тельности (причем процесс существенным образом определяет результат); познание имеет адаптивное значение и нацелено на приспособление и выжи-вание; познание служит организации внутреннего мира субъекта, а не опи-сывает объективную онтологическую реальность, а знание является конст-руктивно-понятийным образованием; научное познание, в конечном счете, должно служить практическим целям (А.В. Кезин).Попытка самоопределения конструктивистов привела их к выводу о том, что их устремления близки к позиции В. Куайна, в которой разработка нату-рализованной эпистемологии связана с необходимостью переосмысления онтологии, т.е. с идеями относительности онтологии и необходимости «он-тологического согласия». Но конструктивисты радикальнее В. Куайна, по-скольку, в отличие от него, признающего онтологию пусть и релятивной, они отказываются вовсе от внешнего мира, независимого от субъекта (на-блюдателя).Базисные положения радикальных конструктивистов соотносятся с уста-новками других представителей релятивизма и конвенционализма. Они на-ходят некоторое сходство своих взглядов с «критическим реализмом»Проблемы познания в радикальном конструктивизме61К. Поппера, с «эволюционной эпистемологией», идущей от К. Лоренца и Д. Кэмпбелла, с «реалистическим конструктивизмом», «конструктивным реа-лизмом», которых они упрекают в уклонении от радикальности, от признания того, что онтический мир является и должен оставаться непознаваемым.Э. фон Глазерсфельд отметил пункт, в котором конструктивисты не со-гласны с представителями эволюционной эпистемологии, а именно в при-знании того, что из успешных форм действия и мышления хорошо приспо-собленного существа можно вывести не зависимую от него реальность.Концепция радикального конструктивизма содержит, как и эволюцион-ная эпистемология, взаимосвязанные между собой естественнонаучный (нейрофизиологический) и философский аспекты исследования познания. В соответствии с этими аспектами для понимания специфики этого направле-ния дифференцируются уровень каузально-биологической реконструкции чувственного познания и метауровень теории познания, содержащий фило-софские выводы.Для прояснения отношения современных форм натурализма в эпистемо-логии и радикального конструктивизма важны методологические идеи пред-ставителей последнего. Так, Г. Рот выделяет в этом направлении две части. Первую часть составляют имеющие непосредственное отношение к теории познания философские утверждения о замкнутости когнитивной системы и невозможности объективного, надежного знания. Вторую часть составляют эмпирические данные когнитивно-психологических и нейробиологических наук о принципиальной конструктивности восприятия. Рот отметил то об-стоятельство, что теория познания конструктивизма возникла в значитель-ной мере независимо от эмпирических данных [21]. Но и данные нейроана-томии и нейрофизиологии существовали и существуют относительно авто-номно от конструктивизма. Источником эмпирического материала для него являются работы Д. Хьюбела, посвященные работе мозга и зрительному вос-приятию [22].Г. Рот, исследуя работу мозга в плане осуществления когнитивных функций, с неизбежностью выходил на философский (теоретико-познавательный) уровень, формулируя в качестве основной проблемы опре-деление того, что означает нейронное возбуждение мозга по отношению к окружающему миру, телу и собственным состояниям. Чувствуя опасность крайнего релятивизма и тупик солипсизма, немецкий исследователь признал то, что, несмотря на явно выраженную конструктивную деятельность мозга, для успешного выживания должна существовать надежная связь между внешним миром и этой деятельностью, в частности работой рецепторов.Трудность заключается в том, что мозг, будучи конструктивистской структурой, осуществляя конструктивную деятельность, должен проверять действительность продуктов собственной деятельности при помощи тех же самых процессов и механизмов, которые используются в познании внешнего мира.Для исследования познания, его сущности и эволюции важно то, что ме-жду нейробиологией и радикальным конструктивизмом существует взаим-ная связь: не только наука дает материал для конструктивистской интерпре-И.Г. Ребещенкова 62тации, но и теоретико-познавательные выводы этого направления имеют ме-тодологическое значение для когнитивной науки. Их переплетение способ-ствовало возникновению нового научно-философского направления - «ког-нитивной нейробиологии».Радикальный конструктивизм можно считать модификацией эволюцион-ной эпистемологии, поскольку они включают в себя сходные уровни. Но если учитывать подчеркнуто антиреалистическую установку его представи-телей, заключающуюся в отказе от утверждений об объективном мире и в признании познания только лишь функцией конструктивной деятельности нейрофизиологических структур, то надо отметить резкое отличие данного направления от этой эпистемологии, в том числе и лоренцевской ее версии.К. Лоренц относил себя явно к гипотетическим реалистам [23]. Вслед за ним этой же позиции придерживаются ученики и последователи К. Лоренца, участники австро-германской школы исследования эволюции познания: Г. Фоллмер, Р. Ридль, Э.М. Энгельс, Ф. Вукетич. В отличие от присущей им позиции гипотетического реализма, А.В. Кезин к числу важнейших особен-ностей радикального конструктивизма отнес его антиреалистическую пози-цию [24]. В этом отношении радикальный конструктивизм и эволюционная теория познания являются оппонентами.Радикальный конструктивизм перспективен в плане внутренней интегра-ции и в плане интеграции с иными формами эпистемологического натура-лизма.Принципиальным для понимания радикального конструктивизма являет-ся эксплицитная заявка его представителей на построение теории знания без «онтологических притязаний», т.е. без предпосылки реальности, не зависи-мой от познающего субъекта. Они стремятся установить, каким образом на основе нашего собственного опыта конструируются вещи, которые впослед-ствии рассматриваются как знание.Радикальный конструктивизм, несмотря на ряд позитивных итогов, уяз-вим для критики. В нем неоправданно смешиваются естественнонаучный и философский уровни анализа, отрицается объективная онтология, доступ к внешнему миру, аппарат познания ограничивается внутренним миром и от-рицается тождество феноменального и действительного миров.В посылках и положениях радикальных конструктивистов отчетливо просматривается кантианское и неокантианское влияние. Так, в ключевом положении о знании как конструкте гипертрофируется идея активности субъекта в познании, деятельностный аспект последнего. Это ведет к уже имевшему место в истории философии и подвергнувшемуся многократной критике отрыву познания от бытия и как следствию этого - отрыву гносео-логии от онтологии, а также к скептицизму и агностицизму.Литература1..Die erfundene Wirklichkeit / P. Watzlavick (Hrsg.). München, 1981.2..Förster H.V. Wissen und Gewissen. Versuch einer Brücke. Fr. am M., 1993.3.Glasersfeld E. Wissen, Sprache und Wirklichkeit. Braunschweig; Wiesbaden, 1987.4.Glasersfeld E. Radikaler Konstruktivismus. Ideen, Ergebnisse, Probleme. Fr. am M., 1996.

Ключевые слова

познание, теория познания, радикальный конструктивизм, эволюционная эпистемология, аутопоэз, когнитивная нейробиология, the knowledge, the theory of the knowledge, the radical constructivism, evolutionary epistemology, autopoesis, the cognitive neurobiology

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Ребещенкова Ирина ГригорьевнаСанкт-Петербургский государственный горный институт им. Г.В. Плехановадоктор философских наук, профессор, доцент кафедры философииirinagrr@rambler.ru
Всего: 1

Ссылки

Die erfundene Wirklichkeit / P. Watzlavick (Hrsg.). München, 1981.
Förster H.V. Wissen und Gewissen. Versuch einer Brücke. Fr. am M., 1993.
Glasersfeld E. Wissen, Sprache und Wirklichkeit. Braunschweig; Wiesbaden, 1987.
Glasersfeld E. Radikaler Konstruktivismus. Ideen, Ergebnisse, Probleme. Fr. am M., 1996.
Roth G. Die Konstruktivitat des Gehirns: der Kenntnisstand der Gehirnforschung // Die Wirklichkeit des Konstruktivismus: zur Auseinandersetzung um ein neues Paradigma / Fischer H.R. (Hrsg.). Heidelberg, 1995.
Der Diskurs des Radikalen Konstruktivismus / Schmidt S.J. (Hrsg.). Fr. am M., 1987.
Roth G. Das Gehirn und seine Wirklichkeit. Kognitive Neuribiologie und ihre Philosophischen Konsequenzen. Fr. am M., 1997. S. 23.
Кезин А.В. Радикальный конструктивизм: познание в «пещере» // А.В. Кезин, Г. Фоллмер. Современная эпистемология: натуралистический поворот. Севастополь, 2004. С. 282-283.
Ребещенкова И.Г. Обоснованность как атрибут знания // Обоснование и культура. Уфа: Изд-во Башк. ун-та, 1995. С. 101-112.
Режабек Е.Я. Как возможно познание внешнего мира? (К критике философского конструктивизма) // Философия и будущее цивилизации. Матер. докл. и выступлений IV Рос. филос. конгресса: В 5 т. М., 2005. Т. 1. С. 147-148.
Глазерсфельд Э. фон. Конструктивистская эпистемология Ж. Пиаже // А.В. Кезин, Г. Фоллмер. Современная эпистемология: натуралистический поворот. Севастополь, 2004. С. 239-240.
Глазерсфельд Э. фо н. Корни «радикальности» в констр уктивизме // А.В. Кезин, Г. Фоллмер. Современная эпистемология: натуралистический поворот. Севастополь, 2004. С. 308.
Lettvin J., Maturana H.R., McCullock V.C., Pits W.H. What the Frog′s eye tell the Frog′s Brain // Proceedings of the Institute of radio engieneers. N.Y., 1959. Vol. 47.
Maturana H.R. Biology of Cognition // Biological Computer Laboratory Report, 1970. № 90. (В рус. пер.: У. Матурана. Биология познания // Язык и интеллект: Сб. пер. М., 1995. С. 95-142).
Maturana H.R., Varela F.I. Autopoesis and cognition: the realization of the Living. Boston Studies in the philosophy of science. Vol. 42. Boston, 1980.
Varela F.I., Maturana H.R., Uribe R.B. Autopoesis: The organisation of living systems, its characterization and a model // Biosystems. N.Y., 1974. № 4. P. 187-196.
Князева Е.Н. Творческий путь Франсиско Варелы: от теории автопоэзиса до новой концепции в когнитивной науке // Вопросы философии. 2005. № 8. С. 91-104.
Матурана У. Древо познания. Биологические корни человеческого понимания. М., 2001.
Varela F. Neurophenomenology: a methodological remedy for a hard problem // Journal of consciouness studies. 1996. № 3. P. 330-350.
Varela F. A neurophenomenology of the time consciousness // Naturalizing phenomenology: Issues in contemporary phenomenology and cognitive science / J. Petitot, F.J. Varela, B.Pachoud, J.-M. Roy (Eds.). Stanford, CA, 1999.
Рот Г. Конструктивность мозга: результаты научных исследований мозга // А.В. Кезин, Г. Фоллмер. Современная эпистемология: натуралистический поворот. Севастополь, 2004. C.315.
Хьюбел Д. Глаз, мозг, зрение. М., 1990.
Лоренц К. Оборотная сторона зеркала // К. Лоренц. Так называемое зло. М., 2008. С. 316-325.
Кезин А.В. Радикальный конструктивизм в аналитическом ракурсе // Философия и будущее цивилизации: Матер. докл. и выступлений IV Рос. филос. конгресса: В 5 т. М., 2005. Т. 1. С. 102-103. .
 Проблемы познания в радикальном конструктивизме. Когнитивнаянейробиология | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2010. № 2 (10).

Проблемы познания в радикальном конструктивизме. Когнитивнаянейробиология | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2010. № 2 (10).

Полнотекстовая версия