Онтологические допущения в темпоральном описании изменяющихся объектов | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2011. № 2 (14).

Онтологические допущения в темпоральном описании изменяющихся объектов

Анализируются онтологические допущения в темпоральных исчислениях. Рассматривается критерий Куайна о существовании объектов, предполагаемых в универсуметой или иной теории. Проводится различие между готовым результатом (логический язык с его синтаксисом и семантикой) и онтологическими предпосылками.

Ontological assumptions in temporal description changing objects.pdf Отметим сразу, что обозначенная тема статьи не относится к такому тра-диционному разделу философии, как онтология. Онтология как раздел фило-софии изучает различные аспекты бытия. Но следует иметь в виду, что в ис-тории философии - от античности до наших дней - ни сам объем понятиябытия, ни содержание ключевых категорий, посредством которых изучаетсябытие, не отличались ясностью, допускали взаимоисключающие их понима-ния, вплоть до отрицания онтологии как учения о бытии.Сначала проведем подготовительную работу, в результате которой полу-чим необходимый набор понятий и разработанных в литературе исследова-тельских точек зрения, нужных для обсуждения онтологических допущенийв темпоральном описании изменяющихся объектов.В нашем случае онтологические проблемы прямо связываются с языком,обсуждается связь, корреляция между структурой языка и онтологией. Непо-средственным предшественником такого подхода к онтологии явился дли-тельный спор об онтологическом статусе универсалий. В статье прежде всегоречь будет вестись об онтологическом статусе универсалий, используемых влогическом описании изменений с учетом параметра времени. Заметим, чтотакое описание изменения требует четкого представления о языке, на кото-ром идет описание изменения.Стандартными примерами универсалий являются свойства, отношения,числа, функции, классы, суждения. Иногда универсалии также называют аб-страктными объектами [1. С. 298-320]. Хорошо также известно, что в средне-вековой философии оформились три варианта ответов на вопрос об онтоло-гическом статусе универсалий: реализм [2], концептуализм [3], номинализм[4]. В истории философии они имели различные модификации.Реализм, фактически сформулированный Платоном, приписывает уни-версалиям самостоятельное существование вне единичных вещей. Универ-салии независимы от ума человека, ум их не создает, но он может их от-крыть, обнаружить как объекты, существующие в каком-то особом мире, от-личном от привычного нам физического мира. В XX в. вместо термина «реа-лизм» стали использовать термин «платонизм».Концептуализм полагает, что универсалии существуют в человеческомуме, так как создаются умом, и отрицает их существование вне ума.Номинализм отрицает существование универсалий и в уме, и вне ума, по-лагает, что в мире существуют только единичные вещи.Современное и весьма ясное изложение проблем универсалий даноУ. Куайном [5]. Современный взгляд на онтологическую проблему универса-лий в основном связан с развитием символической логики, начало которомуположил Г. Фреге, и кризисом в основаниях математики. Известны три кон-цепции обоснования математики: логицизм (Г. Фреге, Б. Рассел, А. Черч),интуиционизм (Ф.Л. Брауэр, Г. Вейль) и формализм (Д. Гильберт) [6]. Так какв математике фигурируют универсалии типа класс, множество, функция,число и др., то, естественно, в упомянутых концепциях обоснования матема-тики использовались те или иные онтологические допущения. Для нас важноотметить следующее обстоятельство.Современный взгляд на онтологический статус универсалий имеет дело сформализованными языками. Относительно формализованных языков Куайнсформулировал критерий существования объектов, предполагаемых в уни-версуме той или иной теории: «существовать - значит быть значением кван-тифицируемой переменной».Прокомментируем критерий Куайна. Этот критерий говорит о том, чтоесли у нас имеется язык, в котором используются кванторы (квантор сущест-вования), или выражения языка, эквивалентные квантору существования, тоязык вынуждает нас принять те объекты, которые сопоставляются квантифи-цируемым переменным.Приведем пример из естественного языка.(1) «Существуют люди», более точно (1.1) «существуют такие объекты,которые являются людьми», или с указанием квантора и переменной (1.2)«существует х (х есть человек)». В случае (1.2) явно указана переменная, ко-торая связана квантором. Если (1.2) истинно, то в универсуме (в области ин-терпретации) этого предложения имеется, по меньшей мере, один такой объ-ект, как человек.(2) «Желтизна есть цвет», (2.1) «существует х (х есть цвет)». Можно ви-деть, что в (2.1) значение переменной пробегает по свойствам (цветовым).Таким образом, в (1.2) связанной переменной сопоставляются конкретныеобъекты (предметы), т.е. тот или иной конкретный человек, имеющий то илииное имя. Но в (2.1) связанной переменной сопоставляются не предметы, асвойства. В первом случае выражается позиция номинализма, во втором -платонизма. Конечно, предполагается, что мы можем символизировать ука-занные примеры посредством языка логики предикатов.Отметим, что в формализованных языках концептуализм рассматриваетсякак умеренная версия платонизма (конструктивный платонизм). В статье нерассматривается спор (в XX в.) между номиналистами и платонистами.Неквантифицируемые переменные («х есть человек», «х есть цвет») невынуждают к каким-либо онтологическим допущениям. Это логические фор-мы (пропозициональные формы), которые не являются ни истинными, ниложными. Важно иметь в виду, что выражение со связанными (посредствомкванторов) переменными являются предложениями. Стало быть, они являют-ся истинными или ложными предложениями, и чтобы проверить это, мы вы-нуждены обращаться к тем предметам, которые находятся в области интер-претации таких предложений.В предикатных языках, т.е. в языках фреге-расселовского типа, кванти-фицируются либо индивидные (предметные - другое название), либо преди-катные переменные. В первом случае, когда квантифицируются индивидныепеременные, предикатный язык (первопорядковый) называется номиналисти-ческим; во втором случае, когда квантифицируются предикатные переменные,предикатный язык называется платонистическим. В универсуме первых пред-полагается множество индивидов (предметов, вещей), в универсуме вторых -множество абстрактных предметов типа свойств, отношений, классов, функцийи др. Обоснование номиналистической и платонистической природы языков, атакже сложности такого обоснования достаточно хорошо описаны как с фило-софской, так и с логико-семантической точек зрения [7, 8].Критерий Куайна признают как номиналисты, так и платонисты, но онприменим не ко всем формализованным языкам. Примером такого языка яв-ляется исчисление имен (онтология С. Лесневского) [8]. В этом языке ис-пользуется квантор существования, но он не имеет онтологической нагрузкив указанном смысле: связанным переменным сопоставляются имена.С одной стороны, очевидно, что критерий Куайна также не применим кпропозициональным языкам, так как они не имеют кванторов. Но, с другойстороны, нам надо объяснить, почему мы вынуждены использовать специ-альным образом устроенные логические языки (например, Т-исчисленияГ.Ф. Вригта) [7], чтобы дать логическое описание изменения, в котором реа-лизуются те или иные философские или научные представления об измене-нии. Можно, пытаясь ответить на вопрос о выборе (и создании) того или ино-го логического языка в описании изменений, сказать, что здесь нет никакихонтологических вопросов и этот выбор не детерминирован никакими ни на-учными, ни философскими, ни обыденными представлениями об окружаю-щем мире. Чтобы прояснить этот вопрос, обратимся к Р. Карнапу.Карнап различал два вида вопросов о существовании: «…первый - во-прос о существовании определенных объектов нового вида в данном каркасе;мы называем их внутренними вопросами; и второй - вопросы, касающиесясуществования или реальности системы объектов в целом, называемые внеш-ними вопросами» [1. С. 300]. Под каркасом (языковым) имеется в виду тотили иной язык с его синтаксическими и семантическими характеристиками.Иногда вместо термина «языковой каркас» Карнап использовал термин «язы-ковая форма».Карнап поясняет разделение вопросов о существовании (внутреннем ивнешнем), в частности, на примере «вещнего языка» как фрагмента нашегоповседневного языка. Пусть в таком языке сформулировано предложение«На моем столе лежит клочок белой бумаги». Тогда вопрос о существованииможно задать в виде вопроса «Есть ли на столе клочок белой бумаги?» Натакой вопрос «…нужно отвечать эмпирическими исследованиями. Результа-ты наблюдения оцениваются по определенным правилам как свидетельства,подтверждающие или не подтверждающие основания возможных ответов.Эта оценка обычно производится, конечно, скорее, по привычке, чем как об-думанная рациональная процедура… Понятие реальности, встречающееся вэтих внутренних вопросах, является эмпирическим, научным, неметафизиче-ским… Быть реальным в научном смысле значит быть элементом систе-мы…» [1. С. 300-301]. С этим надо согласиться. Действительно, если в науч-ном языке древних греков не было, например, термина «позитрон», то они немогли сформулировать ни одного утверждения с этим термином, не моглипоставить и вопрос о существовании позитронов.Внешний вопрос о существовании - это вопрос «…о реальности самогомира вещей… этот вопрос поднимается не рядовым человеком и не ученым, атолько философом» [1. С. 301]. Карнап ввиду его позитивистских позицийотрицал правомерность таких вопросов как не имеющих никакого познава-тельного значения. Вопрос о реальности той или иной части мира вещей (ре-альности системы новых объектов относительно старого языкового каркаса),по мнению Карнапа, имеет практическое, прагматическое значение. Это во-прос о целесообразности принятия нового языкового каркаса, в который надовписать новую систему объектов. Он выражал несогласие со следующей по-зицией: «Многие философы рассматривают вопрос такого рода как онтоло-гический вопрос, который должен быть поставлен, и ответ, на который дол-жен быть получен до введения новых языковых форм» [1. С. 310].Не вдаваясь в детали аргументации, отметим, что в позиции Карнапа овнешнем существовании объектов относительно старого языкового каркасаесть часть, с которой следует согласиться («какие критерии успешного при-нятия нового языкового каркаса?»), и есть часть, с которой нельзя согласить-ся (отрицание им онтологических предпосылок принятия нового языковогокаркаса).Ясно, что на основании карнаповского выделения двух видов существо-вания критерий Куайна относится к вопросу о внутреннем существовании.Что касается критерия принятия нового языкового каркаса (а вместе с ним инового типа объектов), то это вопрос адекватности языкового каркаса (в ча-стности, логической системы) тем объектам, которые описываются новымязыком.Термин «адекватность языкового каркаса» весьма расплывчат. Но в со-держании этого термина надо учитывать, по меньшей мере, следующие чер-ты. Объекты, с которыми мы имеем дело при конструировании языковогокаркаса (вещи, события, ситуации, процессы); свойства объектов, которые мыжелаем при этом изучить (что синтаксически представляется в виде некото-рого класса высказываний, который принимается в создаваемом языковомкаркасе); условия истинности для принятого класса высказываний. Если нас,например, интересуют динамические свойства объектов, то вполне возможно,что нам потребуются высказывания, предполагающие темпоральную рефе-ренцию.Допустим, что мы уже построили новый язык (языковой каркас) для но-вого типа объектов. В каком случае мы можем сказать, что наш языковойкаркас адекватен этим новым объектам?А. Черч предлагает критерий онтологических обязательств языка (логи-ческого языка): «…онтологические обязательства некоторого языка связаны сего «аналитическими» предложениями, т.е. с теми предложениями, истин-ность которых логически следует из семантики языка, которые выводимы изаксиом этого языка с помощью его семантических правил» [8. С. 165]. Дру-гими словами, семантика языка должна быть сформулирована так, чтобы мымогли обнаружить логически истинные предложения на основании принятыхусловий истинности. Обсуждение онтологических обязательств языка под-робно рассмотрено в работе В.А. Смирнова [9. С. 140-152].Вообще-то сам переход от понятия, сформулированного на философском,научном или обыденном языке, к понятию, как оно представлено внутри язы-кового каркаса той или иной логики, весьма смутен и проблематичен дляточного описания. Мы рассмотрим роль понятия времени в описании изме-нения.Для того чтобы использовать время для описания изменения в логическихязыках, нужны определенные предпосылки теоретического характера. Вкрат-це продемонстрируем эту мысль на известном историко-философском мате-риале.Впервые общую характеристику изменения, независимо от видов измене-ния, дал Аристотель в «Физике»: «…всякое изменение происходит из чего-нибудь во что-нибудь (это показывает и название, так как оно указывает не-что после другого и, с одной стороны, предшествующее, с другой - после-дующее)…» [13. С. 162]. Однако само «предшествующее - последующее»понимается Аристотелем в 4 значениях, что наиболее отчетливо отмечено в«Метафизике» (например, книга 5, глава 11): по месту, по времени, в отно-шении движения, в отношении порядка. Но отсутствует указание на какие-либо общие свойства каждого из этих отношений. Просто приводятся раз-личные примеры, призванные провести различия между различными значе-ниями пары «предшествующее - последующее», например, «по времени»означает дальше или ближе в прошлое или будущее относительно настояще-го, «в отношении порядка» означает то, что можно расположить согласнонекоторому счету. Собственно Аристотель еще не имел достаточных теоре-тических инструментов, чтобы использовать время для описания изменения.Не было для этих целей ни базового онтологического понятия (состояниеобъекта), ни современных математических понятий типа транзитивности,асимметричности и др., посредством которых задают различные виды поряд-ков на том или ином множестве объектов.В Новое время, например, Локк для описания изменения неявно исполь-зует понятие состояние объекта: оно есть выделенное свойство объекта вфиксированный момент времени [13].Это позволило сформулировать тезис (утверждение) об изменяющемсяобъекте (вещи): объект изменяется относительно свойства тогда и толькотогда, когда имеется два различных момента времени таких, что в один изних вещь обладает свойством, а во второй не обладает или наоборот. Здесь вявном виде используется «время» для определения изменяющегося объекта.Можно также и другим способом указать на необходимость использова-ния понятия времени для описания изменения. Это, так сказать, внутрилоги-ческое понимание важности понятия времени для описания изменения.Что нас вынуждает принять время как условие описания изменений? Мо-жем ли мы описать изменение вне времени? С точки зрения классическойлогики описание изменений без учета параметров времени ведет к формальнологическому противоречию. Это обстоятельство в философии четко сформу-лировано И. Кантом [14. С. 137]. Например, пара высказываний «Теэтет си-дит» и «Теэтет не сидит» противоречивы относительно одного и того же мо-мента времени, но относительно двух моментов времени эти два высказыва-ния могут быть использованы для описания изменения, если их включить,например, в такую синтаксическую конструкцию: «…и затем…», с логиче-ской точки зрения это асимметричная конъюнкция. Таким образом, классиче-ский закон запрета противоречия вынуждает признать, что время - неизбеж-ный спутник описания изменений. Можно видеть, что при этом способеобоснования необходимости использования времени для описания измененийиспользуется также понятие «состояние объекта».Г.Ф. Вригт фактически строил Т-исчисление [10, 11] на онтологическойинтерпретации запрета, накладываемого законом непротиворечия. Онтологи-ческими сущностями, достаточными для описания изменений, являются парысостояний объектов, упорядоченных различными моментами времени. Со-стояние объекта, как выше отмечалось, есть выделенное свойство объекта вфиксированную единицу времени. Весь спектр допустимых модификацийлогики изменения, как бы последние ни назывались, развиваемых в духеТ-исчисления, зависит от комбинации двух идей: условий на порядок состоя-ний объектов и «природы временной субстанции» (момент, интервал). Отме-тим, что Т-оператор - это асимметричная конъюнкция. Примерами этойконъюнкции в естественном языке являются выражения типа «…и затем…»,«…и завтра…», «…и следующий…» и другие сходные выражения.Теперь все подготовлено, чтобы обсудить онтологические допущения втемпоральном описании изменяющихся объектов.Констатируем, что в определение понятия «состояние объекта» использу-ется понятие времени (момент времени). С одной стороны, это онтологиче-ская сущность, выраженная в философском языкеветвящийся, так и линейный порядок моментов времени. Имеются и другиевозможности понимания Т-оператора. Ограничимся пропозициональнымязыком. Различные смыслы Т-оператора оформляются в Т-исчислениях по-средством различных аксиом (синтаксис) и условий истинности (семантика).И так как в объектном пропозициональном языке нет кванторов, то, как ужеотмечалось, мы не можем использовать критерий Куайна. Но в метаязыкепри формулировке условий истинности мы используем кванторы, тем самымонтологическая проблематика смещается на уровень метаязыка.

Ключевые слова

Т-исчисления, время, онтологические допущения, критерий Куайна, внутреннее и внешнее существование, T-calculations, time, ontological assumptions, Quine's criterion, internal and external existence

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Стешенко Николай ИвановичЮжный федеральный университеткандидат философских наук, доцент, факультет философии и культурологииsteshenko@list.ru
Всего: 1

Ссылки

Карнап Р. Эмпиризм, семантика и онтология // Карнап Р. Значение и необходимость. М.: Иностранная литература, 1959. С. 298-320.
Концептуализм // Философская энциклопедия: В 5 т. М.: Советская энциклопедия, 1964. Т. 3. С. 57-58.
Номинализм // Философская энциклопедия: В 5 т. М.: Советская энциклопедия, 1967. Т. 4. С. 90-92.
Реализм // Философская энциклопедия: В 5 т. М.: Советская энциклопедия, 1967. Т. 4. С. 474-476.
Куайн У. В. О. О том, что есть // Куайн У. В. О. С точки зрения логики. М.: Канон, 2010. С. 21-44.
Френкель А., Бар-Хиллел И. Основания теории множеств. М.: Мир, 1968.
Ледников Е.Е. Критический анализ номиналистических и платонистических тенденций в современной логике. Киев: Наукова думка, 1973.
Кюнг Гвидо. Онтология и логический анализ языка. М.: Дом интеллектуальной книги, 1999. С. 180-186.
Смирнов В.А. Логические методы научного знания. М.: УРСС, 2002.
Wright G.H. «And next»// Acta philosophica fennnica. 1965. Vol. 18. P. 293-304.
Wright G.H. «And then»// Commentationes physico-mathematicae societas scientiarum fennica. 1966. Vol. 32, №7. Р. 1-11.
Аристотель. Сочинения: В 4 т. М., 1981.
Стешенко Н.И. Причинная концепция изменения Дж. Локка // Известия вузов. Общественные науки. 2002. № 6. С. 3-6.
Кант И. Критика чистого разума // Кант И. Соч.: В 6 т. Т. 3. М.: Мысль, 1964.
 Онтологические допущения в темпоральном описании изменяющихся объектов | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2011. № 2 (14).

Онтологические допущения в темпоральном описании изменяющихся объектов | Вестн. Том. гос. ун-та. Философия. Социология. Политология. 2011. № 2 (14).

Полнотекстовая версия