Вторая волна межвоенной украинской политической эмиграции в Румынии (зима-весна 1920 г.) | Русин. 2014. № 2 (36). DOI: 10.17223/18572685/36/17

Вторая волна межвоенной украинской политической эмиграции в Румынии (зима-весна 1920 г.)

В статье на основе ранее неизвестных документов Центрального государственного архива высших органов власти и управления Украины, Государственного архива Российской Федерации и Национального архива Чешской Республики рассматривается вопрос формирования украинской политической эмиграции в Румынии в послереволюционный период. Основное внимание уделяется второй волне эмиграции зимой-весной 1920 г. Рассказывается о военно-политической ситуации на юге Украины и в Крыму, приведшей к эвакуации военных и гражданских лиц, об отношении румынских властей к эмигрантам. Рассматриваются также меры Чрезвычайной дипломатической миссии УНР в Румынии по оказанию помощи эмигрантам. Впервые в современной украинской историографии показаны социальные источники и потоки эмиграции. Делается вывод о том, что эмиграция второй волны была мобильной. Одна часть эмигрантов реэмигрировала в другие страны, другая возвратилась на родину, влившись в части Армии УНР и ВСЮР, третья осталась в Румынии. Эмиграция также пополнялась военнопленными, возвращавшимися на родину через Румынию.

The second wave Ukrainian interwar political emigration to Romania (winter-spring 1920).pdf Межвоенная украинская эмиграция как сложное общественно-политическое и социокультурное явление в последние годы привлекает внимание не только ученых, но и широкий круг читателей. Это связано, во-первых, с тем, что она исповедовала альтернативные советской формы правления, во-вторых - с адаптацией к иным обстоятельствам жизни около двухсот тысяч украинцев, которые в результате Первой мировой войны и революционных событий 1917-1921 гг. в России и на Украине вынуждены были покинуть родину. Наибольшее число эмигрантов оказалось в Европе, где образовались основные политические центры и периферийные ячейки эмиграции, выкристаллизовались ее политические течения, действовали политические партии, общественные организации, учебные заведения, научные и культурные институции, выходила украинская пресса. Однако если украинская эмиграция в Центральной и Западной Европе освещалась более-менее широко, то в юго-восточной части континента, в том числе в Румынии, - недостаточно. Отдельные сведения об украинской эмиграции в этой стране приводятся в монографиях по истории украинской политической эмиграции в Европе1, военнопленных и интернированных2, эмигрантской прессы3. Однако недостаточно исследованным остается вопрос появления в Румынии украинской политической эмиграции. Заметим, что, в отличие от Болгарии и Королевства сербов, хорватов и словенцев (КСХС, с 1929 г. - Югославия), где в исследуемый период местные власти не выделяли украинцев из общероссийской эмигрантской массы, в Румынии четко различали эмиграцию российскую и украинскую. В исторической литературе понятие «украинская политическая эмиграция» употребляется в двух смыслах. В широком смысле всю ее в период между двумя мировыми войнами считают политической, поскольку именно политические факторы сыграли главную роль в исходе с Украины. В данной работе мы употребляем это понятие в узком смысле. Речь идет о политически мотивированной, идеологически определившейся, организационно структурированной части эмиграции, которая исповедовала идею восстановления украинской государственности в различных ее формах. Автор статьи уже рассматривал отдельные волны украинской эмиграции в страны Юго-Восточной Европы, в частности в Болгарию4 и Румынию (или через Румынию)5. Поэтому он ставит перед собой цель показать продолжение процесса формирования межвоенной украинской политической эмиграции в Румынии, а именно вторую ее волну. Под волнами мы понимаем повторяемые массовые эмиграционные потоки. В межвоенный период можно выделить несколько меньших волн или этапов эмиграции. Главными критериями их определения являются характер эмиграционных потоков, причины приема эмигрантов странами-реципиентами и деятельность государственных и общественных институтов, которые занимались приемом и размещением беженцев. Первая волна охватывает период со второй половины 1918 до конца 1919 г., когда на Балканы после поражения войск Антанты в апреле 1919 г. прибыли отдельные представители зажиточных слоев населения, военные и гражданские лица (так называемая «французская» эвакуация Одессы). Вторая волна пришлась на зиму - весну 1920 г., когда вследствие ряда поражений армии Антона Деникина (1872-1947) из Одессы и Новороссийска были эвакуированы военные и гражданские. Третья и наиболее массовая волна наблюдалась осенью 1920 г. после эвакуации из Крыма Русской армии генерала Петра Врангеля (1878-1928) и перехода румынской границы отдельными частями армии Украинской Народной Республики (УНР). В 19211922 гг. ряды эмигрантов пополнили члены партизанско-повстанче-ских отрядов и гражданские лица, которые нелегально переходили румынскую границу. Кроме основных волн эмиграции, в результате которых и сформировалось это сложное социальное явление, можно выделить еще и локальные волны, например стихийный переход советско-румынской границы (через Днестр) нескольких тысяч беженцев во время голодомора 1932-1933 гг. на Украине, а также прибытие в Румынию беженцев из Закарпатья в марте 1939 г. Характерной чертой первой волны украинской эмиграции была ее мобильность. После недолгого пребывания в Румынии украинцы возвращались домой либо реэмигрировали в страны Центральной и Западной Европы. Вследствие этого в Румынии осталось лишь несколько десятков или чуть больше сотни человек. В этот период увеличился и поток военнопленных, которые через Румынию возвращались на родину. Одна часть из них оказалась на Украине благодаря Чрезвычайной дипломатической миссии (ЧДМ) УНР в Румынии и миссии Украинского общества Красного Креста (УОКК) на Балканах, вторая - в Новороссийске, где влилась в ряды Вооруженных сил Юга России (ВСЮР), третья осталась в лагерях для военнопленных. Немногочисленные эмигранты первой волны заложили основы межвоенной украинской политической эмиграции в этой балканской стране. В середине 1919 г. на Украине сложилась сложная военно-политическая ситуация. Общий поход армий УНР и ЗУНР, а также наступление Добровольческой армии генерала Деникина на большевиков привели к отступлению Красной армии. Однако победой воспользовалась Добровольческая армия, которая захватила Киев и контролировала большую часть Украины. В октябре 1919 г. Красная армия начала контрнаступление и стала стремительно продвигаться по территории Украины. Очутившись осенью 1919 г. в так называемом «треугольнике смерти» - между Красной и Добровольческой армиями и Польшей, украинская армия вынуждена была отступать. В ноябре в 1919 г. руководство Украинской Галицкой армии заключило перемирие и союзный договор с Добровольческой армией. Вместе с отступающими армиями УНР, ЗУНР и ВСЮР Украину покидали тысячи гражданских лиц. В конце 1919 г. командование Добровольческой армии начало переговоры с правительствами Болгарии и КСХС относительно приема ими больных, раненых и инвалидов, а в начале 1920 г. - с правительством Румынии относительно транспортировки через ее территорию беженцев. Наконец в январе-феврале 1920 г. Совет Министров Болгарии сначала согласился на прием 3 тыс. человек, а впоследствии - 8 тыс. беженцев6, правительство КСХС - 8 тыс. человек7. В конце 1919 - начале 1920 г. Красная армия одержала решающие победы на Украине и юге России. В начале января 1920 г. войска Южного фронта Красной армии захватили Ростов-на-Дону. Вследствие этого войска Киевской и Новороссийской областей оказались отрезаны от основных баз и центрального командования ВСЮР. В январе Красная армия захватила Мариуполь, Николаев, Херсон и продвигалась к Одессе. Остатки Добровольческой армии расположились в Крыму. Эвакуация ее частей и гражданских лиц из Одессы началась 25 января (7 февраля) 1920 г. Она происходила двумя путями: водным и сушей. Первый путь обеспечивали российские (Добровольческой армии), американские, английские, болгарские, французские военные, транспортные корабли и вспомогательные суда, которые перевозили беженцев в Болгарию, КСХС, Турцию, на острова в Средиземном море (Кипр, Лемнос, Мальта, Принцевы острова и др.), а также к английским базам в Египте. В целом эта эвакуация прошла более-менее удачно и без потерь. Планировалось вывезти около 30 тыс. человек, однако из-за нехватки кораблей многим военным и беженцам пришлось избрать сухопутное направление эвакуации через румынскую границу. Второй путь оказался опаснее. Переговоры генерала Александра Геруа (1870-1944) о приеме Румынией беженцев из-под Одессы ни к чему не привели8. Из района Одессы в сторону Румынии отправилась группа военнослужащих и беженцев в количестве 16 тыс. человек9. Вблизи Овидиополя она попыталась перейти границу, но путь ей преградили румынские пограничники. Беженцы несколько дней пытались самостоятельно перейти Днестровский лиман. 28 января (10 февраля) в районе Аккермана (Четатя-Албэ, ныне Белгород-Днестровский) румынские пограничники встретили беженцев пулеметным огнем. Перейти на румынскую территорию позволили лишь иностранцам. Группа военных, в состав которой входил и украинский партизанский отряд атамана Струка и беженцев общим числом 12 тыс. человек направилась в Тирасполь в надежде на встречу с частями генерал-лейтенанта Николая Бредова (1873 - после 1945). Однако около местечка Кандель и села Зельц (ныне оба населенных пункта находятся в пределах пгт Лиманское Раздельнянского района Одесской области) путь им перекрыли стрелковая дивизия и кавалерийская бригада Григория Котовского (1881-1925). 2 (15) февраля группа, в составе которой уже было около 6 тыс. лиц, вступила в бой с красноармейцами. Ночью на следующие сутки она попробовала перейти румынскую границу, но была обстреляна местными пограничниками. Таким образом, из 16 тыс. беженцев, которые в конце января 1920 г. вышли из Одессы, на территории Румынии оказались лишь 1,8 тыс. человек, в основном курсанты Киевского, Одесского и Полоцкого кадетских корпусов10. В апреле-мае 1920 г. через румынские города Плоешти, Дробета-Турну-Северин, Тимишоара они были переправлены до сербского города Панчево, а также в Болгарию11. В марте 1920 г. из Новороссийска была осуществлена эвакуация 35 тыс. военнослужащих Добровольческой армии, 10 тыс. казаков и большое количество беженцев, гражданских чиновников и служащих тыловых учреждений12. Большинство из них отправили в Крым, где формировалась главная база Белого движения во главе с Врангелем. Остальных эвакуировали в Болгарию, КСХС, Турцию, английские лагеря в Египте и на средиземноморские острова. Наибольшее число беженцев во время второй волны приняла Турция. Зимой - весной 1920 г. в Константинополь было перевезено около 25 тыс. человек, а на средиземноморские острова и в Египет - приблизительно 13 тыс. человек13. Среди них были и уроженцы Украины, которых Директория и правительство УНР рассматривали как потенциальный источник пополнения армии Украинской Народной Республики. Министр иностранных дел УНР Андрей Ников-ский (1885-1942) в письме к председателю ЧДМ УНР в Румынии профессору Константину Мацеевичу (1873-1942) от 4 августа 1920 г. сообщал, что на Принцевых островах находится достаточно много военных украинцев - как офицеров, так и солдат. Принимая во внимание необходимость пополнения армии УНР, главный атаман войск УНР Симон Петлюра (1879-1926) приказал принять меры, чтобы упомянутый элемент был как можно скорее переправлен на Украину. Речь шла о возвращении через Румынию14. Общее количество тех, кто очутился в Болгарии в конце весны 1920 г., превысило 8 тыс. человек15. Правительство УНР также рассматривало беженцев и военных, эвакуированных в Болгарию, как источник пополнения армии. Весной 1920 г. в Болгарии побывал полковник Николай Шаповал (1886-1948)16. По его данным, там находилось 1,5-1,6 тыс. украинцев, в том числе национально сознательных - 450-500 человек, т. е. тех, кто во времена Украинской Центральной Рады, гетмана Павла Скоропадского (1873-1945) и Директории УНР служил в украинских учреждениях и военных частях. Выразили желание вступить в ряды армии УНР генералы Николай Антонович, Владимир де Вейле, Игорь Новицкий, Тимковский, другие высокие военные чины, а также около 1 тыс. болгарских старшин и солдат и даже болгарский генерал от кавалерии Савов17. Переписка ЧДМ УНР в Румынии с МИД Украинской Народной Республики летом 1920 г. свидетельствует о том, что украинская сторона совершенно серьезно рассматривала вопрос о привлечении в армию УНР болгарских офицеров. Обсуждался вопрос приема их на территории Румынии с последующей отправкой отдельными группами на Украину18. Немало украинских воинов и гражданских лиц обращалось в Посольство Украинской Народной Республики в Болгарии за помощью в деле возвращения на родину. Руководитель посольства Василий Драгомирецкий сообщал председателю ЧДМ УНР в Румынии Маце-евичу о том, что в начале апреля в 1920 г. в Варне собралось около 400 украинцев, в том числе офицеры, казаки, бывшие чиновники, врачи, а также женщины и дети. Находясь в сложном положении, они выразили желание вернуться домой: гражданские лица - в родные места, а военные - в армию УНР, в которой раньше служили. Драгомирецкий просил помощи относительно упрощения дела пересечения ими румынской границы19. С другой стороны, румынская власть, не желая предоставлять убежище украинским беженцам на территории страны, посылала ЧДМ УНР запросы о согласии правительства Украинской Народной Республики принимать репатриантов. Например, в начале июля 1920 г. Генеральный штаб Румынии сообщил, что в Болгарии вблизи румынской границы находятся несколько сотен человек, которые желают вступить в ряды армии УНР. Среди них генерал Николай Антонович, Мария Антонович, полковник Иосиф Петров, инженер Леонид При-биловский. Если правительство Украинской Народной Республики согласится, то это будет основанием для оформления виз на въезд в Румынию20. Военнослужащие украинцы, которые обращались в Посольство УНР в Болгарии, несколько месяцев ожидали отправления в армию, зарабатывая на проживание тяжелым физическим трудом. Однако лишь в мае-июне 1920 г. через Румынию в Польшу выехало несколько сотен человек, остальные же вынуждены были согласиться на возвращение в Крым21. После запрета местной властью в 1919 г. въезда на территорию Румынии поток беженцев и военнослужащих из Украины, Крыма и юга России в первой половине 1920 г. почти прекратился. Абсолютное большинство тех, кто в 1919 г. хотел вернуться на родину, сделали это. Те, кому во время эвакуации из Одессы в январе-феврале в 1920 г. позволили пересечь румынскую границу, вскоре были отправлены в КСХС. По свидетельству русского дипломатического представителя в Румынии Станислава Поклевского-Козелла (18681939), в 1920 г. в Бухаресте проживало не больше 100 россиян. В основном это были сотрудники бывших российских миссий и организаций. Лишь в Ботошань (Botosani), Романе (Roman) и Яссах (Iasi) находились небольшие группы бывших русских военнослужащих, которые нашли себе работу или просто там проживали22. Чрезвычайная дипломатическая миссия УНР в Румынии осуществляла опеку над военнопленными украинцами и беженцами23. В течение нескольких месяцев Мацеевич вел переговоры с румынским военным командованием, послами Чехословакии и Италии о транспортировке в Румынию бригады Вариводы и 10 тыс. военнопленных из Италии24. На ноте председателя ЧДМ УНР Мацееви-ча румынскому правительству от 11 июня 1920 г. премьер-министр Румынии генерал Александр Авереску наложил такую резолюцию: «Допускается репатриация, возврат оружия и орудий; не может быть допущено формирование вооруженных единиц на нашей территории»25. Речь шла именно о возвращении украинских военнопленных (бригада во главе с полковником Евгением Коновальцем (1891-1938), сформированная из бывших воинов Украинской Га-лицкой армии) из Чехии и имущества Запорожского корпуса армии УНР. Разрешение на это и было получено от румынских военных26. Избрали кратчайший маршрут: Кошице - Чоп - Батево (Чехия) - Ке-решмезе (Ясиня, Румыния) - Вороненко - Коломыя - Непоколов-цы (Польша) - Черновцы - Новоселиця (Румыния)27. Однако это не было реализовано. В августе 1920 г. снова шла речь о транспортировке железной дорогой 10 тыс. военнопленных украинцев до Рени (Reni) и Галаца (GaLa^i). Оттуда морским путем их должны были отправить в Одессу или другие черноморские порты28. Однако вследствие изменения военно-политической ситуации в Восточной Европе, из-за споров между правительствами УНР и ЗУНР (в эмиграции), между украинскими военными этот план не был осуществлен. Кроме того, задержки в деле репатриации украинцев случались и из-за румынской власти. Так, в июле в 1920 г. около 200 казаков, готовых к отправлению в Украину, было задержано29. Несмотря на определенные преграды, ЧДМ Украинской Народной Республики в Румынии отправляла на Украину небольшими группами желавших воевать в составе армии УНР. Председатель военной секции ЧДМ Украинской Народной Республики генерал Сергей Дельвиг (1866-1944) докладывал военному министру УНР о том, что вблизи города Крайова (Craiova) на средства украинской стороны содержится лагерь Фокей, где находилось около 600 военнослужащих. Оттуда на Украину уже перевозились отдельные группы. В конце июля 1920 г. из этого лагеря в Могилев-Подольский отправился очередной курень, состоявший из 15 офицеров и 300 казаков. В то же время сообщалось, что румынская власть согласилась на транспортировку из Перемышля через территорию Румынии в Крым 6 тыс. военнослужащих из бригады генерала Бредова30. В середине августа того же года они достигли места назначения. В августе-сентябре 1920 г. задержек при отправлении военнопленных и беженцев в ту часть Украины, которая контролировалась польско-украинской властью, не было. После соответствующего разрешения румынских властей ЧДМ УНР ежемесячно организовывала для этого отдельные группы («партии»). Отправлялись на Украину лишь те лица, которые персонально обратились к миссии31. Кроме украинского дипломатического представительства в Румынии, помощь военнопленным оказывали и представители Объединения центральных украинских кооперативных союзов (ОЦУКС), которые периодически посещали балканские страны. Так, в январе 1920 г. один из организаторов ОЦУКС Андрей Сербиненко (?-1945) выделил на нужды военнопленных украинцев в Румынии 1,5 тыс. леев32. Важной стороной деятельности ЧДМ УНР в Румынии была консульская работа. Консульский отдел при миссии открылся в сентябре 1919 г. Интенсивность его труда постоянно увеличивалась. Так, в первом квартале 1920 г. для пребывания в Румынии было выдано 18 паспортов за плату и 19 - без платы, во втором квартале - соответственно 54 и 22, в третьем квартале - 54 и 25 паспортов. Такого вида паспорта выдавались сроком на 6 месяцев. По его завершении человек являлся в отдел для продления срока действия документа. Новый срок - 1 год. Отдел выдавал также паспорт на выезд из Румынии. Срок его действия - 1 год со следующим продлением на такой же период ежегодно. В первом и втором кварталах 1920 г. таких документов консульство не выдавало, а в третьем квартале выдало 275 паспортов за плату и 27 бесплатно. В первом квартале того же года отдел продлил срок действия паспорта 2 лицам за плату, во втором квартале - 16 лицам за плату, в третьем квартале - 15 лицам за плату и 1 лицу - бесплатно33. Румынская власть благосклонно относилась к украинским паспортам, беспрепятственно визируя как въезд, так и выезд из страны. На основе паспорта выдавался документ - «билет на право свободного пребывания в стране». Причем срок действия «билета» был таким же, как и у паспорта. Подтверждением благосклонного отношения к украинским паспортам со стороны румынской власти является такой случай. Весной 1920 г. для проведения конных скачек в Бухаресте из Одессы в Румынию перебралась группа владельцев беговых коней вместе с лошадьми и обслуживающим персоналом. Когда они обратились в Бюро контроля иностранцев для получения «билета», то им заявили, что такой документ выдадут лишь при условии замены русского паспорта на украинский, что и было сделано в консульском отделе ЧДМ УНР. Подобные случаи, когда румынская власть предлагала заменить русские паспорта украинскими, были нередки34. ЧДМ УНР выдавала украинские паспорта не всем желающим. Миссия считала, что паспорт для проживания в Румынии мог получить лишь тот гражданин, который не должен был исполнять никаких немедленных обязанностей на Украине, и лояльность которого не вызывала сомнения. Украинские граждане, которых ЧДМ считала врагами Украинской Народной Республики, в отдельных случаях могли быть высланы за пределы Румынии с помощью румынских властей35. Консульский отдел ЧДМ УНР выдавал также визы украинским гражданам на въезд на Украину. В этом деле миссия действовала достаточно осторожно, поскольку побаивалась въезда на территорию страны «вредного для украинского дела элемента». В первом квартале 1920 г. было выдано 10 бесплатных виз, во втором квартале - 7 платных и 15 бесплатных, в третьем квартале - 2 бесплатные визы. Такие визы получали сотрудники посольств и миссий за рубежом, дипломатические курьеры, представители заграничных филиалов экономических и общественных организаций, военнопленные, лица, которые направлялись на Украину для вступления в ряды армии УНР. Однако Мацеевич утверждал, что пограничники Украинской Народной Республики абсолютно не проверяли выезжающих, и бесконтрольный переход границы людьми, не имевшими на то права, не прекращался36. Вероятно, возвращение на Украину казаков и офицеров, которые хотели вступить ряды армии УНР, осуществлялось вне визового режима. Заметим, что граница между Украинской Народной Республики и Румынией до августа 1920 г. существовала не всегда, в отдельные периоды вместо нее были польско-румынская и советско-румынская границы. Консульский отдел ЧДМ УНР выдавал визы иностранцам для въезда на Украину. Это были журналисты заграничных СМИ, иностранные граждане, преимущественно американцы, ехавшие за своими родственниками, а также коммерсанты, которые были известны миссии или осуществляли по ее поручению коммерческие операции, например покупку-продажу украинского сахара для приобретения на вырученные средства оружия и медпрепаратов для армии УНР. В первом квартале 1920 г. было выдано 5 платных и 6 бесплатных виз, во втором квартале - соответственно 36 и 7, в третьем квартале - 7 платных и 4 бесплатные визы. Кроме того, консульский отдел выдавал украинским гражданам свидетельства (например, для получения виз) и заверял документы (например, об образовании). Однако такие операции были единичными. Общая сумма консульского сбора за разнообразные услуги в первом квартале 1920 г. составляла 278 леев (или 20 гривен), во втором квартале - 1 651,50 лея, в третьем квартале - 7 527,50 лея37. Таким образом, во время второй волны эмиграции из Украины, Крыма и юга России на Балканах и средиземноморских островах очутилось от 45 до 55 тыс. человек, в том числе в Румынии - около 2 тыс. человек. Эмиграция второй волны, как и первой, была мобильной. В то же время наблюдались разновекторные эмиграционные потоки - миграция внутри страны, реэмиграция, репатриация, реэвакуация военнослужащих Добровольческой армии в Крым, возвращение на родину беженцев и военнопленных - воинов бывших российской и австро-венгерской армий в УНР, УССР, РСФСР, Польшу (Восточная Галиция и Волынь). На Украину возвращались и желавшие воевать в рядах армии УНР. Посильную помощь украинским эмигрантам при этом предоставила Чрезвычайная дипломатическая миссия Украинской Народной Республики в Бухаресте. Те люди, которые остались в Румынии во время первой и второй волн миграции (несколько сотен человек), заложили основу для будущей русской и украинской эмиграции в эту страну. Наиболее массовой стала третья волна, которая в целом завершила процесс формирования украинской политической эмиграции в Румынии в межвоенный период.

Ключевые слова

the Extraordinary DipLomatic Mission of the Ukrainian PeopLe's RepubLic in Romania, refugee, Ukrainian PeopLe's RepubLic, war prisoners, emigration wave, re-emigration, Romania, Ukrainian emigration, Чрезвычайная дипломатическая миссия, Украинская Народная Республика, военнопленные, беженцы, реэмиграция, волна эмиграции, Румыния, украинская эмиграция

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Власенко Валерий НиколаевичСумской государственный университеткандидат исторических наук, доцент кафедры истории юридического факультетаv_m_vLas@ukr.net
Всего: 1

Ссылки

Павленко В. Дипломатична місія Української Народної Республіки (1918-1920 рр.) // Український істо- ричний журнал. К., 1992. № 12. С. 27
Симон Петлюра та його родина. До 70-річчя його трагічної загибелі: Документи і матеріали. К., 1996. С. 29
Центральный государственный архив высших органов власти и управления Украины (ЦГАВО). Ф. 3696. Оп. 2. Д. 352. Л. 12
Петлюра С. Статті. Листи. Документи. К., 1999. Т. 3. С. 228-229
Кьосева Ц. България и руската емиграция 20-те - 50-те години на ХХ в. София, 2002. С. 49
Русская военная эмиграция 20-40-х годов. Документы и материалы. Т. 1: Так начиналось изгнанье: 1920-1922 гг. Кн. 1: Исход. М., 1998. С. 62
Бочарова З.С. Российское зарубежье 1920-1930-х гг. как феномен отечественной истории. М., 2011. С. 50
Варнек П. У берегов Кавказа в 1920 году // Флот в Белой борьбе. М., 2002. С. 189
Йованович М. Обзор переселения русских беженцев на Балканы // Русский исход. СПб., 2004. С. 170-171
Јовановић М . Досељавање руских избеглица у Краљевину СХС 1919- 1924. Београд, 1996. С. 113-114
Варнек П. Эвакуация Одессы Добровольческой армией в 1920 году // Флот в Белой борьбе. М., 2002. С. 122
Штейнман Ф. Отступление от Одессы (январь 1920 г.) // Архив русской революции. Берлин, 1921. Т. 2. С. 97
Богуславський О.В. Преса міжвоєн- ної політичної еміграції і боротьба за незалежність України: історичний шлях, досвід, дискусії. Запорожжя, 2008
Спасов Л. България и южнорусские правителства на Деникин и Врангел // Исторически преглед. София, 1990. Кн.2. С. 9-10
Кьосева Ц. България и руската емиграция 20-те - 50-те години на ХХ в. София, 2002. С. 46-48
Јовановић М. Досељавање руских избеглица у Краљевину СХС 1919- 1924. Београд, 1996. С. 109
Власенко В. Формирование украинской политической эмиграции в Румынии в межвоенный период (первая волна) // Русин. Международ- ный исторический журнал / Отв. ред. С.Г. Суляк. Кишинев, 2014. № 1 (35). С. 105-120
Колісник Д.В. Гетьманський рух і преса української політичної еміграції (1920-1930-ті рр.). Дніпропе- тровськ, 2008
Власенко В. Перша хвиля міжвоєнної української політичної еміграції до Болгарії // Българска украинистика. София, 2012. Брой 3. С. 172-184
Власенко В.М. Локальна хвиля міжвоєнної української політичної еміг- рації в Південно-Східній Європі // Історико-краєзнавчі дослідження: традиції та іновації: матеріали міжнародної науково-практичної конференції, Суми, 29-30 листопада 2013 р.). Ч. І. Суми: СумДПУ ім. А.С. Макаренка, 2013. С. 75-78
Трощинський В.П. Міжвоєнна українська еміграція в Європі як істо- ричне і соціально-політичне явище. К., 1994
Наріжний С. Українська еміграція: Культурна праця української еміграції 1919-1939 (матеріали, зібрані С. Наріжним до частини другої). К., 1999
Політична історія Украї- ни. ХХ століття: у 6 т. Т. 5: Українці за межами УРСР (1918-1940). К., 2003
Піскун В. Політичний вибір української еміграції (20-ті роки ХХ століття). К., 2006
Срібняк І. Обеззброєна, але нескорена: Інтернована Армія УНРута- борах Польщі й Румунії (1921-1924 рр.). К., 1997
Павленко М. Українсь- кі військовополонені й інтерновані у таборах Польщі, Чехословаччини та Румунії: ставлення влади і умови перебування (1919-1924 рр.). К., 1999
Сидоренко Н.М. Національно-духовне самоствердження: у 3 ч. Ч. 2: Преса інтернованих українці та цивільної еміграції (Чехія. Польща, Ру- мунія, Єгипет, 1919-1924 рр.). К., 2000
Срібняк І. В. Українці на чужині. Полонені та інтерновані вояки-українці в країнах Центральної та Південно-Східної Європи: становище, організація, культурно-просвітницька діяльність (1919-1924 рр.). К., 2000
 Вторая волна межвоенной украинской политической эмиграции в Румынии (зима-весна 1920 г.) | Русин. 2014. № 2 (36). DOI: 10.17223/18572685/36/17

Вторая волна межвоенной украинской политической эмиграции в Румынии (зима-весна 1920 г.) | Русин. 2014. № 2 (36). DOI: 10.17223/18572685/36/17