Галицкая Русь в российских непериодических изданиях начального периода Первой мировой войны | Русин. 2016. № 3 (45). DOI: 10.17223/18572685/45/14

Галицкая Русь в российских непериодических изданиях начального периода Первой мировой войны

В годы Великой войны в Российской империи вышло немало публикаций, посвященных истории и современному положению Галичины, Буковины, Угорской Руси и коренному населению этих земель - русинам. Выпуск книг, брошюр, выход статей в газетах и журналах были вызваны усиливавшимся интересом общественности и военных кругов к этим регионам, где велись боевые действия. В свое время эти территории были в составе Древней Руси, и там проживало население, в массе своей считавшее себя русским. Значительная часть публикаций носила пропагандист-ско-просветительский характер, и их целью было информирование общественности и военных кругов об истории, современном положении и политических движениях в Подъяремной Руси - исконно русских землях, находившихся под владычеством Австро-Венгрии. Речь шла о Восточной Галиции, Буковине и Угорской (Подкарпат-ской) Руси. В статье использованы некоторые работы, посвященные Восточной Галиции. Две из них увидели свет в 1914 г., остальные - в 1915 г. В большинстве из них материалы подаются с общерусских позиций, и местное русинское население называется русским либо малорусским. Две работы написаны авторами украинофильской ориентации. В данных книгах и брошюрах не только содержится немало полезных сведений по истории, культуре, экономики, демографии, национальному составу Восточной Галичины, но и дается характеристика русского и украинофильского (мазепинского) движений. В некоторых приводятся интересные аналитические выкладки.

Galician rus in russian non-periodicals during the early stages of WWI.pdf Нами было проанализировано содержание ряда непериодических изданий, вышедших в начальный период Великой войны (19141915 гг.), описывающих Восточную Галичину. Выход данных работ был обусловлен началом боевых действий и последующим занятием русской армией Восточной Галиции, что вызвало интерес к данному региону со стороны российской общественности и необходимость информирования его, а также офицеров и солдат об истории, населении края и степени его лояльности к России. В одном из наших материалов была приведена численность населения Австро-Венгрии в разрезе национального состава и вероисповедания (Суляк 2016). В Галиции1, по данным переписи 1910 г., как указал в своей книге «Галиция накануне Великой войны 1914 года» профессор Н.В. Ястребов, проживало 8 022 126 чел. За 10 лет (1900-1910 гг.) население увеличилось на 709 736 чел. (на 9,7 %). Естественный прирост достиг за десятилетие 1 198 152 чел. (15 %). Однако в этот период по экономическим причинам эмигрировало (в основном в Америку) 448 416 чел. (6,67 %). Причем из Западной (польской) Галиции в США уехало в 1,7 раза больше населения, чем из Восточной (русской) в Америку и Канаду. 80 % населения Галиции проживало в 6 075 сельских общинах (гминах) и 5 390 имениях, 20 % -в 171 городе и местечке (Ястребов 1915: 17). Границей между сплошными поселениями поляков и русинов (Н. Ястребов предпочитал использовать термин малороссы2. - С.С.) была река Сан (популярное выражение галичан: «Знай, ляше, по Сан - наше») (Ястребов 1915: 21). Исследователь отмечал сложность определения национального состава Галиции: австрийская статистика не признавала термин «материнский язык» и использовала «обиходный язык» (разговорный язык - Umgangssprache. - С.С.). Кроме того, евреев считали по вероисповеданию, по «обиходному» же языку они записывали себе язык другой национальности. В переписи 1910 г. по разговорному языку было 4 675 612 поляков (58,6 % населения), куда вошли и евреи, которые причислили себя к ним, 3 208 092 малоросса (40,2 %) «вместе с причисляющими к ним немногими евреями», 90 416 немцев (1,1 %) «с включением считающих себя немцами евреев». По сравнению с переписью 1900 г. количество поляков увеличилось на 693 579 чел. (на 17,14 %). В 1900 г. их было 3 982 033 чел. (54,7 % населения). Немцы потеряли 122 011 чел. (их количество уменьшилось на 57,44 %). В 1900 г. их насчитывалось 212 427 чел. (2,9 %). Количество малороссов увеличилось всего на 127 649 чел. (на 4,35 %). В 1900 г. их было 3 080 443 чел. (42,3 %). Н. Ястребов считал, что такое изменение произошло за счет еврейского населения, которое «отпадает» от малороссов и немцев. В 1900 г. из 811 183 евреев поляками записалось 638 183 чел., немцами - 138 тыс. и 35 тыс. - малороссами. Также около 200 тыс. малороссов, в основном католиков, записалось поляками (Ястребов 1915: 18-19). Н. Ястребов для более объективной картины сравнил данные переписей по обиходному языку и вероисповеданию исходя из того, что большинство поляков были католиками (среди них было незначительное количество русинов, а также немцев и чехов), русинов - униатами, евреев - иудеями; протестантами были, главным образом, немцы (эти данные мы свели в таблицу). По мнению ученого, «число действительных поляков (без примыкающих к ним евреев и малороссов) не столь превышает число действительных малороссов, сколь можно было бы определить на основании "обиходного языка"». Он также считал, что «процесс ополячивания малороссов, в общем несомненный, не так силен, как можно было бы заключить на основании данных об "обиходном языке"». Отмечено было и то, что численность евреев, которые ополячиваются, растет медленнее численности поляков и малороссов, а «настоящие немцы идут по пути исчезновения из Галиции» (Ястребов 1915: 20). Население Галиции по разговорному языку и вероисповеданию (по результатам переписей 1900 и 1910 гг.) Показатель Результаты переписи населения 1900 г. Результаты переписи населения 1910 г. Изменение численности чел. % чел. % чел. % по разговорному языку польский 3 982 033 54,7 4 675 612 58,6 693 579 17,14 рутенский 3 080 443 42,3 3 208 092 40,2 127 649 4,35 немецкий 212 427 2,9 90 416 1,1 -122 011 -57,44 по вероисповеданию католики 3 350 512 45,7 3 731 569 46,52 381 057 11,64 униаты 3 068 974 42,5 3 338451 42,8 269 447 8,67 иудеи 811 183 11,1 872 975 10,81 61 792 7,62 протестанты 45 812 0,6 37 219 0,46 -8 593 -18,8 Источник: Ястребов Н.В., проф. Галиция накануне Великой войны 1914 года. С картой Галиции и Буковины с Угорской Русью. Пг.: Типография А.Э. Коллинс, 1915. С. 18-20. К западу от р. Сан в 1910 г. жило 2 730 342 поляка (составлявшие здесь 94,3 % населения). Так как из них только 2 521 186 были католиками (86,2 %), то к числу поляков относится и 233 486 евреев (7,9 %). Русинов в Западной Галиции насчитывалось 132 624 чел. (4,5 %). Их компактные группы проживают в основном в уездах Новый Сонч, Кросно, Грибов и Горлицы. В Восточной Галиции поляков было 1 944 270 чел. (38,1 % ее населения), католиков - 1 210 383 (23,7 %). Поляками по языку записалось 638 409 евреев (12,5 %). Здесь находилось более 76 % евреев всей Галиции. Поляки вместе с евреями в основном проживали в городах, местечках и крупных имениях. Русинов (по терминологии Н. Ястребова - малороссов. - С.С.) обитало 3 075 468 чел. (60,4 %). Униатов же было 3 221 167 (61,1 %) (Ястребов 1915: 21). Основными регионами расселения русинов были поветы (уезды), где они составляли свыше 90 %, - Турка, Долина, Богородчаны, Надворна, Печенежин, Косов, Снятын и Яворов (между Перемышлем и Городком), около 75 % - Сокаль, Рава, Жолков (все северная группа), Бобрика, Рогатин, Толмач, Жидачев, Дорогобыч, Калуш (центральная группа), Коломыя, Городенка, Залещики, Боршов (юго-восточная группа), Добромил, Леско, Стрый, Старый Самбор (на так называемом Подгорье), около 60 % в 22 поветах от р. Сана к восточной границе - Львов, Сянок, Те-ребовля, Перемышль, Скалат, Збраж, Мостика, Городок, Тернополь и т. д. Считавшие себя поляками в Восточной Галиции (и католики) составляли почти 2/5 населения Восточной Галиции, русины (и униаты) -более 3/5. Н. Ястребов отметил факт роста польского населения. С 1900 по 1910 г. он составил 33,6 %, а католиков - 20 %. Количество же русинов возросло за этот период на 4,3 %, униатов - на 9,2 %. Причинами этого были эмиграция русинов из-за тяжелых экономических условий, переселение польских колонистов из Западной Галиции, присоединение к носителям разговорного польского языка евреев, ополячивание самих русинов посредством браков с католичками, польской школы, католической церкви, польской власти и польского капитала (Ястребов 1915: 21-23). Касаясь расслоения русинов на «общекультурной почве» на русофилов3 (москвофилов, москалефилов - от пренебрежительного польского прозвища русских - москали. - С.С.) и украинофилов, Н. Ястребов подчеркивает, что вначале оба движения боролись против «польской исключительности». Однако позже часть народовцев, руководимых в том числе и украинцами, выходцами из России, объявила «угоду» с поляками на сейме 1890 г. («новая эра»). Она продлилась 3-4 года. Поляки за это время пошли на ряд мелких уступок малороссам. В официальных изданиях, служебной переписке и школах было введено малорусское правописание, «внешне отделившее культуру галицких малороссов от культуры России». Под влиянием старорусов (русофилов) и радикалов вскоре союз с поляками был разорван. Касаясь финансирования двух движений, автор отмечает, что старорусы слабо поддерживались Россией (только несколькими организациями, в частности Галиц-ко-русским обществом), народовцы (украинцы) получали значительную материальную и моральную поддержку из украинских кругов России. В конце 1890 - начале 1900 г. народовцы объединились с частью радикалов и создали Национально-демократическую партию. Ее возглавил Ю. Романчук, парламентским лидером стал К. Левицкий, а теоретиком - М. Грушевский. Своей целью партия провозгласила объединение всего «украинского» народа в одно государство, отдельное от России. Австрийское центральное правительство и местные органы власти стали поддерживать партию (Ястребов 1915: 129-135). В 1900 г. старорусы создали Русскую народную партию (ее руководящий орган - Русская Рада). В 1909 г. партия разделилась на старокурсников и новокурсников.У последних были более выражены общерусизм, независимость от правительства. Новокурсники подвергались политическим преследованиям, особенно в 1912-1914 гг., во время обострения отношений с Россией: «В согласии с желанием центрального правительства, при приветствиях со стороны украинцев, местные польские власти закрывали ученические общежития -"бурсы", воспрещали изучение русского языка, чтение русских классиков, преследовали движение к православию и оскорбляли святыни его (храмы и т. д.), устраивали - при участии украинцев - процессы против старорусов по обвинению их в государственной измене (дело оправданных присяжными - поляками же и евреями - свящ. Сандовича и Гудимы, гг. Бендасюка и Колдры в 1912-1914 гг.) и т. д.» (Ястребов 1915: 136-137). В очерке профессора Харьковского университета А.Л. Погодина «Зарубежная Русь» представлены история, статистические, этнографические и экономические сведения о зарубежной Руси (Галиции, Буковины, Угорской Руси), ее культурной жизни и национальном пробуждении, дается обзор русского и украинского движения. А. Погодин писал, что русское население Австро-Венгрии в политическом плане разъединено (Галиция, Буковина - в составе Австрии, ряд комитатов - в составе Венгрии) и «представляет одну географическую полосу, которая непосредственно примыкает на востоке к Холмской, Волынской и Бессарабской губернии (к самой северной части последней» (Погодин 1915: 4). В Галиции, по переписи 1910 г., уточнял автор, жило 3 208 тыс. русских, из которых на Восточную Галицию приходилось 2 994 тыс. В этой области русские составляли около 63 %, поляки - свыше 32,5 %. Исследователь считал, что австро-венгерская статистика не дает точного представления об этих двух основных группах населения, так как «при перечислении официально признанных народностей евреи отдельно не упоминаются. Они распределяются по рубрикам среди говорящих на немецком, польском или русском (русинском, официально - ruthenisch (рутен-ском. - С.С.)) языках» (Погодин 1915: 4). Однако в статистике религий представителей иудейского вероисповедания в Галиции было 10,86 %. Галицийские евреи, как писал А. Погодин, «вынужденные указывать своим родным языком один из признаваемых в империи, обычно признают за таковой польский или немецкий, но не русский, так что численность русского населения Галиции, определяемая официальной статистикой, не может быть преувеличена сколько-нибудь значительно» (Погодин 1915: 4). По приводимым данным галицко-русского статистика В. Охра-мовича, евреев, записавшихся в рубрику поляков, было 450 тыс., а записавшихся в рубрику русских - 39 тыс. Количество русских по уездам в среднем колеблется между 50 и 70 % (максимальный - не выше 86 %). Большинство галицких русских - униаты, «к униатскому вероисповеданию принадлежат и русские Венгрии, численность которых, согласно не всегда достоверным данным венгерской официальной статистики, равнялась в 1910 г. 472 587 чел., тогда как русское население Буковины, присоединенной к Австрии не от Польши, но от Турции, осталось православным, как и румыны. В Буковине русских более 305 тыс. (38,38 %), а румын 273 тыс. (34,38 %)». Ученый выводит численность всей зарубежной Руси в Австрии (Буковине и Галиции) и в Венгрии в 1910 г. в 3 985 780 чел. (Погодин 1915: 5). Описывая рост национального самосознания населения, А. Погодин указывает, что «тот язык, на котором писали люди старого поколения, стремившегося к литературному единению с Россией, оказывался настолько безобразным, настолько чуждым и русскому языку, и местным народным говорам, что это "язычие" внушало к себе только насмешки». Новое поколение, образовавшееся в начале XX в., «правильно писало и говорило по-русски, поддерживало оживленные связи с Россией и т. д.». Однако «общий путь развития галицко-русской интеллигенции пошел иным путем, мимо России и даже более того: враждебно России, от которой украинцы стремились возможно обособиться». Исследователь считает, что, скорее всего, этот процесс «не имеет того всеобщего характера, какой стремились придать ему главные деятели движения», полагая, что начало войны застало «процесс образования обособленного украинского национального самосознания в Восточной Галиции не завершившимся». На это «указывают и неустойчивость литературного украинского языка, и то влияние, какое имеют в движении отдельные лица, собственно главари "кружков", и переходы людей из одного (москалефильского) лагеря в другой (украинский)» (Погодин 1915: 19-20). Этот печальный факт разрыва общерусского культурного единства, по словам ученого, объясняется как сочувствием австрийской власти такому разрыву, так и стремлениями политических вождей Галицкой Руси обосновать свою борьбу за политические права народа в Австрии связью с народными массами. Он упоминает, что украинцы «заставили польское большинство Галицийского сейма принять в 1913 году новый избирательный закон, обеспечивающий русскому населению страны более справедливое и более широкое представительство», «добились обещания устроить в Галиции отдельный русский университет» (Погодин 1915: 20-21). В течение последних 15 лет вялая деятельность галицко-русских политических партий (под ними А. Погодин понимает и украинские, и москвофильские партии. - С.С.) приняла чрезвычайно энергичное и бурное течение. Несколько радикальных украинских борются между собой из-за первенства, со всеми ними в свою очередь - «москале-фильство», «сумевшее в лице своих молодых представителей найти путь к достижению своего идеала, литературного, религиозного и политического объединения Галицкой Руси с Россией». Народная масса же в Галицкой Руси осталась почти так же бедна и темна, как и в прошлые годы, и так же эмигрирует в Америку в поисках лучшей доли (Погодин 1915: 22). В аналитической записке «Современная Галичина. Этнографическое и культурно-политическое состояние ее, в связи с национально-общественными настроениями» (далее записка. - С.С.), составленной при Военно-цензурном отделе Управления генерал-квартирмейстера штаба главнокомандующего армиями Юго-Западного фронта, приво- ПриложеШе кя „Прикарпатской Руси" Л8 7. ТИНСИШ А ИИ Карта русскихъ областей Австро-Венгр1и. (Русь Галицкая, Буковинская и Угорская). Рис. 1. Карта русских областей Австро-Венгрии (Прикарпатская Русь 1914). дится немало интересных сведений о национальном, политическом и экономическом положении в крае. Брошюра датируется июлем 1914 г., некоторые помещенные в ней материалы (в частности, информация о созданном 29 июля (11 августа по новому стилю) 1914 г. в Киеве «Карпато-русского освободительном комитете» и выпущенном им воззвании) позволяют сделать вывод о том, что данная записка появилась после начала боевых действий (19 июля (1 августа по новому стилю) 1914 г. Германия объявила войну Российской империи. - С.С.), вероятно, в первых числах августа по старому стилю (по новому - в середине августа. - С.С.). Записка помечена под грифом «Доверительно. Для широкого ознакомления господ офицеров действующей армии». В первой главе «Национальности в Галичине и их распределение (русский элемент, польский элемент, евреи и немцы)» дан анализ этнического состава Галиции, во второй - распределение «культурной, политической и экономической силы в Галичине». Русский элемент (под ним подразумевались русины. - С.С.), по сведениям авторов, густо населяет всю восточную часть Галичины (от русской восточной и северо-восточной границы до линии Розва-дов - Пржеворек - Дынов и линии, идущей на запад, параллельно Карпатам по Новый Сонч). Отмечалось, что «русское население (более 3 У4 милл., не считая Буковины) в своей массе крестьянское. Интеллигенцию и полуинтеллигенцию (несколько тысяч) составляют: униатское духовенство (главная масса интеллигенции) и сельские учителя (по деревням); в городах и местечках, кроме духовенства и учителей, интеллигенцию составляют адвокаты, врачи и чиновники. Русских помещиков почти нет». Вся экономика края (торговля и промышленность) находится «в чужих, преимущественно в еврейских руках. Имеется среди русских крестьянская кооперация, но в слабом, зачаточном развитии. Зато кредитное дело поставлено у русских довольно солидно: его обслуживает густая сеть кредитных кооперативов» (Современная Галичина 1914: 3). Говоря об ареале расселения русских в Галичине, исследователи отмечали, что в Карпатах и в Подгорской части (отроги Карпат до железнодорожной линии Станиславов (с 1962 г. Ивано-Франковск. -С.С.). - Долина - Стрый - Самбор) русских 90-100 %. На северо-востоке и севере (уезды Броды, Радсков, Каменка, Жолков, Рава Русская, Сокаль, Яворов и др.), до реки Сан, русских 80-90 %. В черноземной полосе - Тарнопольский округ (дистрикт) (уезды Гусятин, Скалат, Бу-чач, Залещики, Барежаны, Теребовля, Тарнополь), а также в полосе, перерезываемой железнодорожной линией Тарнополь (после 1944 г. -Тернополь. - С.С.) - Золочев - Львов - Перемышль - Ярослав, русских 65-90 %. Польский элемент населяет остальную часть края (Западную Галицию), где pуccких совсем нет4 (Современная Галичина 1914: 3-4). Галицко-русский общественный деятель Д.Н. Вергун в своей брошюре «Что такое Галиция?» указывает западную границу расселения русского племени: от Холмской губернии, по реке Сан, ее притоку Вислоке до истоков Дунайца, затем через Карпатские горы по реке Попрад и водоразделу притока Дуная реки Ваг и западных притоков реки Тисы по реке Шайо (Слана). Южная граница - верховья Тисы до города Токая, восточная - истоки реки Вишеу (Вышевой), притока Тисы. На этом пространстве от указанных границ до пределов губерний Российской империи - Холмской, Волынской, Подольской и части Бессарабской - живет около 6 млн русского населения. «Несмотря на шестивековое отторжение его от русского корня, оно не утратило своей принадлежности к русскому миру5» (Вергун 1915: 13). В то же время «русский элемент страдает во всех отношениях от культурного и политического засилия поляков, а также от экономического засилия евреев. Благодаря этому, эмансипационная борьба, которую ведут русские, безуспешна» (Современная Галичина 1914: 5). Само русское население называет себя в Галичине русинами (в записке - русынами - С.С.), руснаками. Женщины говорят ^[(Ш IUMW.COM AjukoU &Ъ ^ftAHtUlt».- Рис. 2. Карта распределения обиходного русского идольского языков в Галичине. 1914 г. (АВПРИ: 57). о себе: «Я русска». Свою веру, язык и т. д. они называют русскими. Поляки называют русское население русины, руски - в отличие от русских в России, которых они называют росиане, москале, росийски, москевски (Современная Галичина 1914: 16). Д. Вергун перечисляет «названия наших горных племен»: верховинцы (как он считал, от румынского «гуцулы»), бойки, лемки (от слова «лем» - «лишь»), сотаки (от со вместо шо-то) и т. д. (Вергун 1915: 57). Д. Вергун описал «критерии для определения русской национальности в Прикарпатской Руси»: вероисповедание православное (в Буковине и отдельных общинах Галиции и Венгрии) либо восточный обряд греко-католической церкви (Галиция и Угорская Русь), обиходное местное русское наречие среди населения, официально приписанного к римско-католической церкви, осознание своей принадлежности к «старой вере» среди омадьяренного населения Северо-Восточной Венгрии и название orosz (русский) (Вергун 1915: 11). Интеллигенция, как отмечалось в записке, делится на два национальных лагеря: русский, который украинцы называют «кацапским», а крестьяне - «твердыми русынами», и украинский, который крестьяне называют «мягкими русынами» (Современная Галичина 1914: 16). Авторы записки указывают, что главной из общественно-политических организаций местного русского населения является «Галицкий народный совет». Он представляет ту часть галицко-русского населения (приводится цитата из газеты «Прикарпатская Русь». 1912. № 771), которая «исповедует исторические русские начала и остается верной русской национальности». Исполнительным органом является Русская Рада, учрежденная в 1848 г. В состав совета входят 20 членов, избираемых ежегодно на народном съезде во Львове делегатами от уездов, члены правления Русской Рады, представители центральных культурных и экономических учреждений Галицкой Руси, организаций «Народный дом», «Ставропигион»6, «Общество Качковского», «Защита земли», а также галицко-русские депутаты галицкого сейма и венского парламента и редакторы газет «Прикарпатская Русь» и «Голос народа». В брошюре перечисляются все члены народного совета на 1914 г. (Современная Галичина 1914: 6-9). В главе «Настроения в Галичине (Национально-общественные и политические группы)» сообщается, что русский лагерь представляет партия Русская народная организация, которую также называют Русской народной партией. Органы партии - ежедневная газета «Прикарпатская Русь» (1 500 подписчиков), издававшаяся во Львове, и еженедельники: «Голос народа» (8 тыс. подписчиков), выходившая во Львове; «Русская земля» (4 тыс. подписчиков), издававшаяся в Перемышле; «Русская Рада» (около 2 тыс. подписчиков), выходившая в Коломые (выпуск временно прекращен из-за смерти издателя); «Народная воля» (около 2 тыс. подписчиков), издававшаяся в Черновцах. Также «Просветительское общество имени Михаила Качковского» (12 тыс. членов) выпускало ежемесячно популярные книжки. Существовали также русские дружины - пожарно-гимнастические организации, объединявшие свыше 20 000 членов по деревням. Русская народная партия на парламентских выборах, несмотря на противодействие правительства и террористическую агитацию враждебных групп, собрала не менее одной трети всех голосов, отданных русским населением. Национальные песни Русской народной партии: «Пора, пора за Русь святую», «Мир вам, братья» и другие на тему единства Руси от Карпат до Камчатки. Национальная лента - бело-сине-красная. Основные сторонники Русской народной партии проживали на северо-востоке (поветы Броды, Скалат, Зборов, Золочев (польск. Зло-чув), Каменка Струмиловая, Радехов, Сокаль, Рава Русская, Жолков), а также в значительной мере в поветах Львов, Городок Ягеллонский и Яворов, в центре края (поветы Перемышляны, Жидачев, Дрогобыч, Добромил, в значительной мере Стрый, Перемышль, Рудки, Ярослав, Станиславов, Толмач и Бучач), в Подкарпатской области и Карпатах (поветы Коломыя, Печенежин, Калуш, Долина, Сколье, Турка, Сянок, Леско, Березов (польск. Бржозов), Ясло, Горлицы, Новый Сонч (крайний запад русской Галичины). Были отдельные села и в других поветах. Внешние признаки принадлежности селения к Русской народной организации: существование в нем читальни имени Михаила Качковского, Русской дружины (пожарно-гимнастической организации), наличие подписчиков и читателей газет «Голос народа», «Прикарпатская Русь», «Русская земля» и др. (Современная Галичина 1914: 16-18). В записке упоминается об образовании русскими галичанами, оказавшимися в России, Карпато-русского освободительного комитета, учредительное собрание которого состоялось 29 июля 1914 г. в Киеве. Его целями были информирование общества и армии об истории и современном положении Галичины, забота о военных беженцах и пленных русских галичанах. В воззвании «Многострадальный русский народ Галицкой земли!» от 29 июля он призывал местное население «встречать православное русское воинство, которое несет тебе не только широкий простор земли и хлеб для утоления голода телесного, но несет тебе также твое незапятнанное имя Руси; несет тебе православную веру твоих предков, несет тебе волю и свободу русского человека на своей родной Русской земле», а тех, кого «жестокая судьба заставила в рядах вражеской армии с оружием в руках выступити против своих братьев, несущих нашему народу искупление, осени себе крестным знамением, благослови ту хвилю, в которой совершается освобождение родной земли. Кидай оружие и отдавайся православному воинству, которое приймет тебе не як военного пленника, а як родного брата, вертаючого с неволи под стреху родной хаты. Кидай оружие, щобы в велику хвилю освобождения Галицкой Руси не лилась кровь брата от руки брата» (Современная Галичина 1914: 9-15). Авторы записки отмечают «своеобразное течение русской национальной жизни в Галичине, известное под названием украино-фильства и получившее кличку мазепинства (за измену исконным русским началам), возникло в 60-х гг. XIX в.». До 1890-х гг. оно играло положительную роль и работало вместе с русским движением Гали-чины. Однако из-за политики австро-венгерских властей, которые оценили значение украинства, с 1890-х гг. галицкая украинская партия вступила на путь оппортунизма и в угоду правящему польскому элементу провозгласила на Галицком сейме идею национального обособления малороссов от великороссов. В 1900-х гг. возникла идея самостийной Украины. Рис. 3. Вероисповедная карта Галичины. 1914 г. (АВПРИ: 58). Составители считали, что «таким образом, нелепая интеллигентская затея и мертворожденная, в сущности, идея искусственно подогревалась польской администрацией, проводившей взгляды Австро-Венгерского правительства, открыто указывавшего на это "пугало" для России». В 1907 г. высказывается мысль о создании Украины под скипетром Габсбургов, для чего Малороссию нужно было отторгнуть от России. Эта идея нашла отклик у Вены и Берлина. Среди тех, кто подогревал враждебность к России, отмечено униатское духовенство во главе с митрополитом графом А. Шептицким. Оно усиленно поддерживало ненависть к схизме (православию). При рассмотрении украинского лагеря с двух точек зрения - политической и народной - делается вывод, что «политическое значение его до войны - дутая ценность, которой курс поддерживали венская печать и венское правительство ради соображений, связанных с наступлением на Россию». Причем антирусская «проповедь» с 1907 г. захватила только часть интеллигенции, главным образом «часть пылкой молодежи». Народные массы она почти не затронула. Военные организации галицких украинцев - «детская забава», «что подтверждает недавний смотр, состоявшийся во Львове в день убийства эрц-герцога Франца-Фердинанда. Крестьянство приняло в нем участие в виде экскурсии во Львов, издержки которой (путевые и на харчи) уплатили устроители съезда». Несмотря на пропаганду, «массы крестьянства, состоящие под влиянием украинцев», к России относятся с симпатией, «как к государству, в котором "тверда русская вера" и "мужицкий царь", в котором земли много и налоги меньше». Причем «о присоединении к России мечтает и значительная часть украинской интеллигенции, та часть, которая не развращена еще вконец политикой своих вождей». При оккупации края, рекомендовали авторы, достаточно закрыть украинские издания7 и установить надзор за украинцами во Львове и в таких провинциальных центрах, как Стрый, Перемышль, Тарнополь, Станиславов, Коломыя. По деревням же надзор в большинстве случаев поведет само крестьянство (сельские старосты и сельская полиция). Считалось, что активно выступать против российской власти украинцы не будут, а их видные деятели уйдут с отступавшими австрийскими войсками. Хотя «возможно, что австрийское правительство во время мобилизации раздало оружие украинским организациям в некоторых крупных городах. Возможно также, что оружием снабжены видные представители так называемого украинского лагеря». Правда, серьезной силы такие организации не представляют, но «в случае вооружения их придется считаться, как это ни печально для нас, русских» (Современная Галичина 1914: 19-22). В свою очередь, отмечается в записке, крестьянство, состоявшее в Русской, а затем в Украинской радикальной партии, не следует слепо за своими вождями, борется с униатством и сочувствует православию. Среди крестьянства были лидеры, которые вели борьбу с «интеллигентными вожаками партии». Крестьянство, находившееся «под опекой Национально-демократической партии», было более деморализовано (Современная Галичина 1914: 22). Территории, где проживали сторонники Украинской радикальной партии, - южные уезды Восточной Галичины (в Карпатах и на их склонах): Снятин, Куты, Коссов, Солотвина, Надворна, отчасти Коломыя и Печенежин (Современная Галичина 1914: 23). Песни украинского лагеря: «Ще не вмерла Украша» (в противовес им «русские» пели «Ще не вмерла Русь Святая»), «Не пора, не пора, не пора москалеви й ляхови служить!» (стихотворение И. Франко из цикла «Украина», созданного в 1880 г., стало вторым гимном украинцев. - С.С.). Партийная лента - сине-желтая, взятая с общей национальной галицкой кокарды (Современная Галичина 1914: 23). Были указаны следующие внешние признаки принадлежности к украинским партиям: в помещениях украинских редакций и общественных организаций часто находились портреты Мазепы и других гетманов, боровшихся вместе с поляками против Москвы; в селениях мазепенской организации были читальни «Просвiты», пожарно-гимна-стические организации «Оч» и «Союл». Среди интеллигентов отличить украинофила от русского можно было по библиотеке и выписываемым газетам. Первые читают свои местные издания и выписывают киевский «Лггературно-науковий вктник», «написанный на жаргоне, искусственно и уродливо созданном интеллигенцией» (крестьяне "литературного украинского" языка не понимали)» (Современная Галичина 1914: 23-24). Рекомендовалось относиться к украинофилам-крестьянам, «пока нет активных выступлений, снисходительно и даже предупредительно. Они были грубо обманываемы своей властолюбивой интеллигенцией и не могли разобраться в этом, так как не знали великорусской и малорусской исторической и бытовой правды». К интеллигенции следовало относиться выжидательно: «Быть может, своим поведением и сознанием настоящего положения вещей она, невзирая на свое властолюбие, заставит нас забыть старое, и нам не придется прибегать к применению суровых законов военного времени» (Современная Галичина 1914: 24). В Восточной Галичине «польский элемент встречается: в крупных городах (от 25 000 населения) - в значительной мере; в уездных городах и местечках - главным образом среди чиновников; среди помещиков и крупных землевладельцев (в настоящее время 30 % крупного землевладения - в руках евреев); в черноземной полосе и по железнодорожной линии Львов - Перемышль часто попадаются колонии польских крестьян (мазуров)» (Современная Галичина 1914: 4). Поляки доминировали в органах государственной власти (чиновники), в экономической жизни в качестве землевладельцев (Современная Галичина 1914: 5). Основная часть польского населения была сосредоточена в крупных городах (Львов, Перемышль, Тарнополь, Станиславов, Самбор), в мелких городах и местечках: поляки - в основном чиновники, учителя и ремесленники (Современная Галичина 1914: 24). Польское сельское население в Восточной Галичине проживало в уездах Галицкой «По-долии»: Бучаче, Гусятине, Тарнополе, Гримолове, Золочеве, Львове и Городке Ягеллонском. Большинство крестьян жило на хуторах, часть -компактно в деревнях, окруженных русским населением (Современная Галичина 1914: 25-26). Отмечалось, что на настроения польского населения Восточной Галиции влияли два политических направления: народная демократия (всеполяки) и императорско-королевское (неподлеглощвовцы). Первое движение - антинемецкое, и оно искало «примирения с Россией». При вступлении русских войск представители этого движения, скорее всего, повели себя корректно, «даже благожелательно». Эта партия могла бы взять на себя ответственность за польское население в городах и селах Галичины. Второе движение было проникнуто антирусским духом, имело военно-добровольческие дружины, обучавшиеся под руководством австрийских офицеров (Современная Галичина 1914: 25). Разбросанность поляков ослабляла их организованность. Вооруженное столкновение с ними было проблематичным, считают авторы записки, но можно предполагать наличие у них австрийского оружия (Современная Галичина 1914: 25-26). Евреи населяли «довольно густо города, местечки, в которых иногда их абсолютное большинство; по деревням можно встретить от 5 до 15 и более семейств» (Современная Галичина 1914: 4). В политической жизни еврейский элемент был лоялен правительству (следовательно, полякам). В области культуры «он усиливает отчасти польские ряды, отчасти предается идее сионизма. Разговорный и печатный язык у евреев Галичины - так называемый жаргон. В экономическом отношении евреи всесильны» (Современная Галичина 1914: 5). Касательно политических взглядов еврейского населения было отмечено, что, «примыкая обыкновенно к сильнейшей партии, в данное время к полякам, евреи на самостоятельное активное выступление не решатся, особенно если почувствуют, что это бьет их по карману». Его беднейшая часть, учитывая, что в России налоги меньше, к переходу в российское подданство относилась положительно (Современная Галичина 1914: 29). Немецкие колонии времен Иосифа II, указывалось в записке, немногочисленны, а «немцы как национальный фактор в крае никакой роли не играют» (Современная Галичина 1914: 5). Немцы в Галичине ни в культурном, ни в политическом, ни в экономическом отношении силы не имели. Немецкая политика, т. е. политика Австро-Венгрии, «имеет своим проводником польский элемент с евреями, а в последнее время к ним подслуживается т. н. украинофильствующая часть населения, которая совершенно определенно дает понять австрийскому правительству, что с помощью украинофильской партии может быть отторгнута от России Украина для присоединения к Галиции» (Современная Галичина 1914: 5-6). В заключение авторы записки констатируют, что «победа русского оружия была бы встречена почти всеми общественными кругами Галичины в общем сочувственно, тем более что враждебные нам слои населения убеждены в том, что Австрия при столкновении с Россией потерпит поражение». Показателем этого, по мнению аналитиков, служил процесс «о государственной измене» (дело Бендасюка): «вынесенный польскими присяжными заседателями оправдательный вердикт можно считать, до известной степени, показателем некоторой "чуткости" польского общества» в условиях подготовки Австрии к войне с Россией (Современная Галичина 1914: 29-30). Брошюра «Современная Галиция», к сожалению, сыграла роковую роль в разгроме русского движения Галичины. Первоначально она должна была служить русскому командному составу справочником о политических партиях Галиции и их отношении к России. Однако вскоре она попала в руки австро-венгерской разведки. Как вспоминал М. Ронге, в то время заместитель начальника военной разведки императорского и королевского Генерального штаба Австро-Венгрии, «первый экземпляр этой брошюры 11 октября доставил наш агент из штаба 24-го корпуса. Почти в то же время германский Генштаб добыл другой экземпляр из полевой канцелярии 23-го корпуса; один экземпляр был добыт в районе Сана, два экземпляра доставила армейская группа фон Кэвесса, а три экземпляра -главный разведывательный пункт во Львове, переведенный к тому времени в Мункач. Но уже впервые вторжения русских в Галицию раскрыли нам глаза на положение дела. Русофилы, вплоть до бургомистров городов, скомпрометировали себя изменой и грабежом. Мы очутились перед враждебностью, которая не снилась даже пессимистам. Пришлось прибегнуть к таким же мероприятиям, как и в Боснии, - брать заложников, главным образом, волостных старост и православных священников (автор не разделяет униатских и православных священников. В Восточной Галичине в основном были униатские священники, на Буковине - православные. - С.С.). О настроениях последних весьма показательны следующие цифры: до начала 1916 г. с отступавшими русскими войсками ушли 71 священник, 125 священников были интернированы, 128 расстреляны и 25 подверглись судебным преследованиям. Таким образом, больше, чем одна седьмая часть всех священников Львовского, Перемышль-ского и Станиславского округов, были скомпрометированы. Вышеуказанная брошюра стала роковой для многих русофилов. Она стала также главной уликой против их вождя, члена рейхсрата Маркова, который был арестован 4 августа одним из первых и отправлен в Вену. Другие вожаки еще до мобилизации скрылись в Россию» (Ронге 1939: 75). Профессор П.Е. Казанский (российский правовед, специалист по международному и государственному праву. - С.С.) в работе «Присоединение Галичины, Буковины и Угорской Руси» пишет о том, что «Галичина около 600 лет, Буковина - 500 лет, а Угорская Русь -900 лет утратили непосредственную государственную связь с остальными частями русского народа; под австрийским владычеством Галичина и Буковина находятся 140 лет, а Угорская Русь вдвое больше». Однако «сознание национального единства со всей Русью никогда не умирало в этих областях, и культурные, в особенности духовно-религиозные связи постоянно и сознательно поддерживались» (Казанский 1914: 9). Он упоминает, что «особенно в последние годы перед войной из среды червоннорусов выдвинулся целый ряд героев и мучеников русской идеи. Это священн

Ключевые слова

Галиция, Австро-Венгрия, Россия, русины, русские, малороссы, русское движение, украинофильство, поляки, евреи, немцы, Первая мировая война, Galicia, Austro-Hungary, Russia, Rusins, Russians, Little Russians, Russian Movement, Ukrainophilism, Poles, Jews, Germans, WWI

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Суляк Сергей ГеоргиевичТомский государственный университет; Общественная ассоциация «Русь»кандидат исторических наук, доцент, старший научный сотрудник лаборатории междисциплинарных исследований; президентsergei_suleak@rambler.ru
Всего: 1

Ссылки

Архив внешней политики Российской империи. Ф. Особый политический отдел. Оп. 474. Д. 152.
Баладыженко К. Иллюстрированная история Галичины в кратких очерках. С 60 рисунками. Пг.: Тип. Бр. В. и И. Линник, 1915. 102 с.
Баладыженко К. Краткая история Галицкого княжества. Пг.: Тип. Бр. В. и И. Линник, 1915. 32 с.
Баладыженко К. Буковина («Зелена Русь») и ее прошлое. Пг.: Тип. Бр. В. и И. Линник, 1915. 50 с.
Бердник М.А. Пешки в чужой игре. Тайная история украинского национализма. М.: Алгоритм, 2014. 400 с.
Безкровний Ю. Журнал «Украинская жизнь» i цензура (1912-1917) // Етшчна irrc^ народiв £вропи. 2015. Вип. 46. С. 86-92.
Вергун Д. Что такое Галиция? 2-е изд., испр. и доп. Пг.: Лукоморье, 1915. 65 с.
Верещагин В.А. Старый Львов. Пг.: Тип. «Сириус», 1915. 112 с.
Галичина, Буковина, Угорская Русь / Сост. сотрудниками журнала «Украинская жизнь». М.: Задруга, 1915. 231 с.
Галичина, Буковина, Угорская Русь / Сост. сотрудниками журнала «Украинская жизнь». 2-е изд., доп. М.: Задруга, 1915. 281 с.
Енциклопедiя укра'шознавства. Словникова частина. [в 11 т.]. Наукове товариство iменi Шевченка / Гол. ред. проф., д-р В. Кубшович. Париж; Нью-Йорк: Молоде життя, 1976. Ч. 8. С. 2805-3200.
Казанский П.Е. Присоединение Галичины, Буковины и Угорской Руси. Речь в публ. собр. Одес. отд-я Галицко-рус. благотвор. общ-ва, 5 окт. 1914 г. проф. П.Е. Казанского. Изд. 2-е, без перемен. Одесса: Тип. Епарх. дома, 1914. 16 с.
Мамадалиев А.М. Пропаганда и агитация в войсках специального назначения Третьего рейха в период Второй мировой войны // Propaganda in the World and Local Conflicts. Vol. 3. Is. 1. Pp. 14-25. DOI: 10.13187/pwlc.2015.3.14
Милюков П.Н. История второй русской революции. Т. 1, вып. 1. Противоречия революции. София: Российско-болгарское книгоиздательство, 1921. 248 с.
Пашаева Н.М. Очерки истории русского движения в Га-личине XIX-XX вв. М.: Имперская традиция, 2007. 192 с.
Погодин А.Л. Зарубежная Русь Пг.: П.П. Сойкин, 1915. 32 с., 3 л. ил., карт.
Прикарпатская Русь. Издание Карпато-русского освободительного комитета [Киев]. № 1. 10 августа 1914 г. Приложение к «Прикарпатской Руси» № 1.
Ронге М. Разведка и контрразведка. 2-е изд. / Пер. с нем. М.: Воениздат НКО СССР, 1939. 244 с.
Современная Галичина: этнографическое и культурно-политическое состояние ее, в связи с национально-общественными настроениями. Записка составлена при Военно-цензурном отделе Управления генерал-квартирмейстера штаба главнокомандующего армиями Юго-Западного фронта (июль 1914 г.). [Б. м.]: Походная тип. штаба главнокомандующего армиями, 1914. 30 с.
Суляк С.Г. Русины в воспоминаниях участников Великой войны. Русин. 2016. № 2 (44). С. 73-92. DOI: 10.17223/18572685/44/6
Тернопiльський Ю.Л. Укра'шська преса з перспективи 150-лптя. Джерзi ситк Видавництво М.П. Коць, 1974. 175 с.
Ястребов Н.В., проф. Галиция накануне Великой Войны 1914 года. С картой Галиции и Буковины с Угорской Русью. Пг.: Типография А.Э. Коллинс, 1915. 147 с.
 Галицкая Русь в российских непериодических изданиях начального периода Первой мировой войны | Русин. 2016. № 3 (45). DOI: 10.17223/18572685/45/14

Галицкая Русь в российских непериодических изданиях начального периода Первой мировой войны | Русин. 2016. № 3 (45). DOI: 10.17223/18572685/45/14