Русины в молдавском летописании | Русин. 2017. № 4 (50). DOI: 10.17223/18572685/50/2

Русины в молдавском летописании

Представлен обзор молдавских средневековых летописей, которые являются важным источником по истории русинов Карпато-Днестровских земель. Сам этноним русин в них не употреблялся, летописцы называли данное население русским (рус), во множественном числе - русскими (рушь). Впервые полностью сделан перевод на русский язык древней легенды об основании Молдавского княжества в изложении интерполятора летописи Г. Уреке С. Даскэла, летописцев М. Костина и Н. Костина. В ней рассказывается, что страна была заселена волохами (молдаванами) под предводительством Драгоша и русинами из Покутья во главе с Яцко. Это сказание дает представление об основном этническом составе населения княжества и регионах его компактного расселения. Сведения летописей подтверждаются многочисленными источниками и данными топонимики. В летописях содержатся и другие сведения по истории русинов - русинские топонимы и антропонимы, которые также позволяют сделать вывод о существенной численности данного населения в Карпато-Днестровских землях, т. е. на территории средневековой Молдавии. Имена и прозвища представителей феодальной элиты княжества, упоминаемые в летописях, свидетельствуют о ее смешанном, славяно (русинско)-волошском (молдавском) составе, а количество среди нее людей с русинскими именами и прозвищами говорит о большом удельном весе русинов в правящих кругах княжества.

Rusins in the Moldavian Chronicles.pdf Молдавское летописание зародилось во второй половине XV в. Первые молдавские летописи были написаны кириллицей на славянском языке. Молдавское летописание XV-XVI вв. получило название славяно-молдавского. Начало его относится ко времени правления господаря Стефана III Великого (1457-1504). Первая летопись, условно названная «Анналы двора Стефана Великого», была написана при дворе этого господаря анонимным летописцем. Ее первоначальный вариант был утерян. Сохранились «Анонимная летопись Молдавии», посвященная событиям с 1359 по 1507 г., и два списка Путнянской летописи, описывающей события с 1359 по 1526 г. и с 1359 по 1518 г. Известны также молдавско-немецкая хроника (1457-1499) на немецком языке, «Сказание вкратце о молдавских государях отколе начинается молдавская земля» (1359-1504), включенное в Воскресенскую летопись и молдавско-польская летопись (1359-1564), написанная на польском языке. Также сохранились три летописи XVI в., написанные духовными лицами: «Летопись Макария» (1504-1551), «Летопись Евфимия» (1551-1554), «Летопись Азария» (1551-1574) (История 2015: 101-102; Стати 2016: 252, 258). Несмотря на устойчивую точку зрения, согласно которой молдавские славянские летописи написаны по подобию сербской, созданной, в свою очередь, по образцу болгарской, некоторые исследователи склонны считать, что литературной моделью послужили русские летописи (Руссев 1982: 36). Славяно-молдавские летописи являются важным источником не только по истории Молдавии и молдаван, но и по истории русинов Карпато-Днестровских земель. В них перечисляются топонимы, среди которых немало и русинских; встречающиеся наряду с каноническими христианскими и молдавскими славянские имена позволяют сделать вывод о значительном присутствии русинов в правящем классе государства и его смешанном славянско-волошском составе. Например, Стефан III назначает пыркалабами (посадниками) г. Крачун (Кецо) Вылчу (болгарское имя) и Иванка (болгарское или русинское имя), пыркылабами г. Килия были Ивашко (русинское имя) и Максим (каноническое) (Славяно-молдавские летописи 1976: 30, 72). В «Анонимной летописи» (Быстрицкой летописи) употребляются такие выражения, как «господжа княгиня Еудокия от Киева, сестра Семена царя» (Славяно-молдавские летописи 1976: 26), в разделе «Молдавские цари» перечисляются «цари», начиная с Александра I Доброго и заканчивая Стефаном III (Славяно-молдавские летописи 1976: 24). Интересен эпизод встречи жителями Сучавы Стефана после разгрома им турок у Васлуя (1475), где народ чествовал его криками: «Да здравствует царь!»: «И възвратисл Стефан воевода съ въслми вои своими, яко побЪдоносец вь настолний свой град Сучавски. И възидошл ему на сретение митрополит и иереие, носищи свитое еуангелие въ ржках и слу//жаще и хваллще бога о бывшем даровании от вышнЪго, и благословЪще царЪ: "Да живет царь!". И бысть тогда веселие въ людех и въслм околним господам и православним въслм христилном, яко побЪди господь поганскыл языки ржкож раба своего Иоанна Стефана воевода» (Славяно-молдавские летописи 1976: 28). Сама фраза «настолний свой град Сучавский» встречается в летописи четыре раза (Славяно-молдавские летописи 1976: 26, 27, 28, 30), «Сучава град» - два раза (Славяно-молдавские летописи 1976: 31, 32), один раз - «град Сучавский» (Славяно-молдавские летописи 1976: 32). «Град Сучавский» («Сочавский град» (Славяно-молдавские летописи 1976: 66)) встречается в Путнянской I летописи (Славяно-молдавские летописи 1976: 63), Путнянской II летописи (Славяно-молдавские летописи 1976: 69, 71, 73), «Сучавский прЪславний град» (Славяномолдавские летописи 1976: 77), «царскый Сучавскый град» (Славяномолдавские летописи 1976: 89), «к прЪславному граду Сучавскому» (Славяно-молдавские летописи 1976: 92) - в «Славяно-молдавской летописи Макария». В «Молдавско-немецкой летописи» (1457-1499) современник описывает военную кампанию Мухи. В советские времена в соответствии с классовым подходом его выступление называлось «восстанием крестьян под предводительством Мухи». Началось оно на севере Молдавии в районах компактного проживания русинов и быстро перекинулось на сопредельное польское Покутье. Восставшие «крестьяне», вместо того чтобы бороться со своими феодалами, отправляются это делать в землях Воеводства Русского Польского королевства (т. е. в землях бывшего Галицкого княжества): «Через два года послал воевода Стефан одного боярина в Землю русинов и [он] занял ее вплоть до Галича, а на четвертый год пришел пан Николай Галицкий и разбил его войско у Рогатина, а тот самый боярин бежал в Белгород; это узнал воевода и тайно послал за ним погоню, и его схватили под Белгородом с его 36 конными слугами. И доставили в Сучаву; там он просидел целый год плененным, а когда год прошел, господарь его выпустил и послал его опять в Землю русинов, и он опять занял эту землю вплоть до Галича. И случилось раз в воскресенье, [что] он стоял в одной деревне у Коломыи, когда поляки напали на него и схватили его вместе с пятью соратниками. Тогда доставили в Коц его великого дворника по имени Ребдже, военачальника, и отсекли ему голову, боярина же с другими сбросили живыми [со стены] замка Коц» (Славяно-молдавские летописи 1976: 53). Еще в 1955 г. Б.Т. Рубцов поднял вопрос об участии в данном «восстании» гуситов, которые ранее нашли прибежище в Молдавии (Рубцов 1955: 302-303). Буковинские исследователи А.В. Федорук и И.М. Кубай, проанализировав источники, сделали вывод о высоком уровне военной организации и военной подготовки «повстанцев», наличии у них орудий для штурма укреплений (что требовало наличия квалифицированных пушкарей), использовании ими тактики гуситов (Федорук, Кубай 2013: 267-269). В свое время в гуситских войнах принимали участия русины Галицкой и Угорской Руси. В XVII в. на смену официальному славянско-молдавскому летописанию приходит боярское летописание на молдавском языке (кириллицей). Наиболее известными молдавскими летописцами были Еустратие Логофет (?-1646) (его основной труд - «Молдавская летопись» - был утерян, но на него ссылались последующие летописцы, в том числе и Г. Уреке), Григоре Уреке, Мирон Костин, Николай Костин, Аксинтий Урикарул (помимо переписывания и дополнения летописи Г. Уреке написавший «Де а доуа домние а луй Николае Александру Маврокордат» («О втором правлении Николае Александру Маврокордата»)), Ион Некулче. Их труды довольно обширны: они отражают историю Молдавского княжества до середины XVIII в. и содержат краткие сведения о соседних странах. Летописцы того времени, будучи выходцами из боярского сословия, некоторое время учились или жили в Польском королевстве и призывали к ограничению господарской власти (История 2015: 103-104). Григоре Уреке (нач. 90-х гг. XIV в. - 1647) оставил в черновиках единственный труд - «Летопись страны Молдавской, отколь образовалось государство, о течении годов и жизни господарей от Дра-гоша-воеводы до Арона-воеводы» (1359-1594), написанный около 1635 г. Летопись дошла до нас в интерполяциях М. Кэлугэра, С. Даскэ-ла, А. Урикарула (Стати 2016: 263). Симион Даскэл (судя по прозвищу, домашний учитель) не только скопировал текст, но и дополнил его некоторыми сведениями. Михаил Кэлугэр дописал в летопись Уреке ценные сведения о полномочиях должностных лиц Молдавского княжества в начале XV в. (Руссев 1982: 93-94). Аксинтий Урикарул, переписывая летопись Г. Уреке, дважды цитирует летопись монаха Азария (Грекул 1976: 172-173). Интересны сведения о русинах, приведенные С. Даскэлом: «Предисловие к молдавской летописи, в котором говорится, что страна создана из [носителей] двух языков - румын (имеются в виду восточные романцы, так как о начале формирования единого румынского этноса можно говорить только после объединения Молдавии и Валахии в единое государство. - С.С.) и русских (в румынской публикации - rumini si rusi. - С.С.), из чего понятно, что по сей день она состоит наполовину из русских и наполовину из румын Это предание не отмечено Уреке-ворником, но я не хотел оставлять его без упоминания, считая, что, поскольку я напомнил о других, то и его не могу не коснуться. В молдавской летописи, в предисловии, говорится, что, когда охотники убили зубра, на обратном пути они, увидев радующие душу места, повернули к той местности, где сейчас расположена Сучавская ярмарка. Почуяв запах дыма и находясь около воды в небольшом лесу, они пошли на этот запах и спустились к тому месту, где сейчас находится монастырь Ецканы. Там неподалеку они нашли пасеку с ульями и старика-пасечника, который по происхождению был русским (в румынской публикации: rus. - С.С.), звали его Ецко. Когда охотники его спросили, кто он и из какой страны, тот ответил, что он русский (в румынской публикации: rus. - С.С.) из Страны ляхов. Они спросили его также и об этой местности - чья она и какому владетелю подчиняется? Ецко сказал, что места эти пустынные и хозяина у них нет - здесь властвуют лишь звери и птицы; они простираются вниз до Дуная и вверх до Днестра, где граничат со Страной ляхов (имеется в виду Галицкая Русь. - С.С); эти земли дают хорошее пропитание. Поняв его слова, охотники поспешили в Марамуреш, откуда вывели своих людей в эти места и других к этому побудили. Сначала они обосновались у гор и распространились по Молдове вниз. А Яцко-пасечник, узнав о поселении марамурешцев, тут же ушел в Страну ляхов и привел множество русских (в румынской публикации: rusi. - С.С.), и поселил их вверх по Сучаве и по Сирету к Ботошанам. И так расселились румыны в нижней части, а русские (в румынской публикации: rusii. - С.С.) в верхней» (Letopisetul 1990: 28). Свою «Историю в польских стихах о Молдове и Валашском княжестве» Мирон Костин (1633-1691) написал летом 1684 г. в Дашеве и посвятил польскому королю Яну III Собескому. В ее III главе, носящей название «О втором основании Молдовы и Мунтении после изгнания татар» (на русском языке полностью приводится в приложении 1. -С.С.), он более подробно излагает древнее молдавское предание о заселении страны: «Драгош назначил место каждому и обследовал все окрестности, пока не увидел серый дым, подымающийся утром на рассвете, как колонна, до облаков. Они удивились: кто живет в таком безлюдье? Без огня нет дыма даже в пещерах, поэтому они бесстрашно направились туда. Направляясь в сторону дыма, они обнаружили вторую реку и на ее берегу увидели веселую кудрявую рощу. Одни окружили рощу, из которой шел дым от угольков; а другие, войдя в нее, обнаружили старика, работавшего на пасеке. Он накрывал ульи и бродил вокруг них, чтобы что-то поправить, посмотреть, не увела ли какая-то матка своих пчел, или выпрямить соты, взять воск, похожий на янтарь, и побудить пчел к более прилежному труду, пока они не закричали: "Бинец, человече!" (Binet - bene tibi, вместо "Помоги тебе Бог". - С.С.). Старик кивнул. Ему начали задавать вопросы; он: "Я не понимаю, ради Бога!" (в оригинале: "Neznaiu, bohme" (Костин Мирон 1989: 252). - С.С.). Они еще пытались объясниться с ним знаками, но он, смущенный такими гостями, совершенно неизвестными ему с тех пор, как он жил здесь, не знал, что сказать. Они привели его к своему вождю, и он спросил его через переводчика: с каких пор он живет здесь и откуда он? Он отвечает: "Я Яцко из Снятина, живу здесь несколько лет, и у меня есть маленькая пасека. Кроме вас, я никого не видел". Драгош рассказал ему об основании новой страны, которому теперь не препятствуют татары. Если у него есть люди, если он хочет привести своих родственников, то он наделяет его в то же время правом наследовать все земли во всех окрестных местах. Старик благодарит его за доброжелательные слова и обещает привести сюда всех своих родственников. И он сдержал свое слово: весь свой род из Снятина в Покутье привел в эту страну, в новые поселения. От них осталось второе самое древнее поселение после Боурень, село Яцкань, которое названо в честь их предка Яцко. И сегодня это название сохраняется, хотя село слилось с городом Сучава. Судьба не хотела, чтобы город носил самое старое название. Несколько скорняков пришли из Венгрии и поселились там (скорняк по-венгерски называется "соч"), и, таким образом, получилось так, что город и река называются Сучава. Однако имя Яцкань не погибло, сохранившись за частью города» (Costin Miron 1958: 232). И далее: «Драгош, полный рвения, расселил румын на полях, саксонских ремесленников и русинов (в оригинале: Rus (Костин Мирон 1989: 254). - С.С.) поселил рядом с горами, своих слуг - на равнины внизу. Поселил и крестьян-русинов (в оригинале: Rus (Костин Мирон 1989: 254). - С.С.) из Покутья и Подолии; они заселили Черновцы, Хотин и всю область Днестра, уезды Оргеевский, Сорокский и вдоль Прута половину Ясского уезда, а также половину Сучавского уезда» (Costin Miron 1958: 233). Сын Мирона Костина Николай Костин (1660-1712) в главе XVI «Второе заселение Земли Молдавской, в какие годы это произошло» «Летописи земли Молдавии от сотворения мира и до 1601 года» (на русском языке полностью приводится в приложении 2) тоже описал легендарную встречу охотников из Марамуреша под предводительством Драгоша с русином Яцко и заселение страны: «Зайдя глубже в степь, эти охотники оказались в том месте, где сейчас находится монастырь Ецканы, и там была пасека с ульями, а при ульях - русский (в румынской публикации: rus. - С.С.) по имени Яцко; они его спросили, кто он и почему живет в столь пустынном месте, а также о том, кто владеет этими землями. Он ответил, что он русский из Земли Ляшской, и, как он слышал от стариков, эти земли простираются до Дуная и до моря, и по Днестру вверх до того места, где начинается Страна ляхов. И по имени Яцко это место было названо Ецканы, а реке, в которой, как упоминалось выше, они убили зверя, дали название Молдова, по имени одной гончей - Молды, которая после погони, добежав до реки, где убили зверя, утонула в ее водах, очень прозрачных» (Costin Nicolae 1990: 98). Летописец также описывает регион компактного расселения русинов: «Увидев, что пришел Драгош-воевода со своими людьми из Земли Венгерской и что осели они тут, также и Яцко отправился в Землю Ляшскую и позвал своих русских (в румынской публикации: rusi. - С.С.), и пришли они, и расселились вверх по реке Сучава; и со временем собралось их множество, и они заполнили эту местность: румыны с саксами внизу, до Дуная, а русские (в румынской публикации: rusii.- С.С.) вверху, до границы Земли Ляшской, от гор до Днестра, и внизу до Белгорода и Килии, по старым границам Дакии и земель, на которых обосновался в свою очередь Траян, как упоминалось выше» (Costin Nicolae 1990: 99). Значительная численность и регионы компактного проживания русинов подтверждаются и другими данными. В турецких документах средневековая Молдавия именовалась Богдания, в русских - Волош-ская земля, иногда Малая Валахия, в церковных - Русовлахия (Росо-влахия, Молдославия, Молдовлахия) (Мохов 1978: 88). В 1395 г., при правлении господаря Штефана I Мушата (1394-1399), и в 1401 г., при Александре Добром (1400-1432), в актах константинопольской патриаршей канцелярии в качестве названия страны употребляется PaoofiXaxia (Fontes Historiae 1982: 244-249, 266-267). Ряд исследователей полагают, что название Росовлахия свидетельствует о том, что территория Карпато-Днестровских земель канонически подчинялась Галицкой митрополии и ее назвали так, чтобы избежать путаницы с Валахией (Угровлахией - OvyypofiXaxia) (Spinei 1982: 42). Как считал П. Панаитеску, Валахия в актах ее господарской канцелярии, написанных на славянском языке, называлась Угровлахия (иногда Влашка Земля) после образования 1359 г. новой митрополии в Арджеше. Константинопольская патриархия знала другую Влахию - на Балканском полуострове. Поэтому новую епархию назвали Угровлахия, т. е. «Влахия в стороне (составе) Венгрии». Когда была создана митрополия в Сучаве, то обозначили ее Росовлахия (Русовлахия),то есть «Влахия в стороне (составе) русских» (Panaitescu 1994: 77). В церковном плане территория Молдавского княжества вначале канонически относилась к Галицкой митрополии и граничила с Галицкой Русью, которая к тому времени стала частью Польского королевства. В составе княжества оказалась часть галицкого Понизья. Выявлено не только большое количество восточнославянских топонимов и гидронимов, но и их повторяемость на территории не только исторической Молдавии, но и в других частях бывшего Галицкого княжества. На это в свое время обратил внимание молдавский историк А. Городенко: «Ушица (в уезде Ботошань и в Черновицкой области), Бакота (в той же области) и Бохотин (в уезде Яссы), Теребне - Теребовль и др.» (Городенко 2005: 88-89). Сюда же можно добавить и гидронимы: реки Сирет (Серет) - левый приток Дуная (протекает по территориям Украины и Румынии), Серет (протекает по Львовской и Тернопольской областям), Малый Сирет (Серет) - правый приток Сирета (протекает по территориям Сторожинецкого и Глыбокского районов Черновицкой области) и Серет Правый (протекает по Зборовскому району Тернопольской области и Бродовскому Львовской области Украины). Венгерский король, называя в 1360 г. Молдавию «страной нашей молдавской», не внес дополнения в свой титул (венгерские короли с 1205 г. именовались и титулом «король Галиции и Лодомерии» (лат. Rex Galiciae et Lodomeriae). - С.С.). Хотя самого Галицкого княжества к тому времени уже не существовало, под Галицией подразумевалась северо-западная часть Карпато-Днестровских земель, ядро Молдавского княжества (Городенко 2005: 89). Скорее всего, название Росовлахия указывало на существование к концу XIV в. в Карпато-Днестровских землях двух стран: Росовлахии (Цара де Сус / Tara de Sus) на русинском севере и Мавровлахии (Мол-довлахии) на юге (Цара де Жос / Tara de Jos) (Gorodenco 2008: 86). Позже в иерархии думных бояр ворники (правители) Нижней и Верхней Молдавии занимали место после великого логофета (главы господарской канцелярии и хранителя государственной печати, исполнявшего функции господаря в его отсутствие). Ворники, по словам Д. Кантемира, вершили при княжеском дворе все дела, касавшиеся своих областей (Кантемир 2011: 229). Ряд районов, населенных русинами,долгое время обладал автономией. Говоря о русском Долгополье (Кымпулунг Русинский в Сучавском уезде), Д. Кантемир упоминает, что жители пятнадцати сел пользовались своими законами и судами. «Порой они даже допускают двух ворников (представителей уездной администрации. - С.С.), присланных господарем, нередко же, когда те оскорбляют чувства поселян, опираясь на свои природные убеждения, они изгоняют их». Они платили налоги, которые обещали прежним господарям, и через своих представителей возобновляли эти соглашения с новыми правителями. «Если же господарь надумает быть строже и возложить на них новое обременение, они не теряют на переговоры и дня, но вовсе отказываются платить и скрываются в самые неприступные горы; поэтому господари никогда и не требовали от них больше положенного. Подчас, подстрекаемые иными мятежниками, они изменяли господарям и искали поддержки поляков: проявление такого покровительства дало повод некоторым польским историкам утверждать, что Молдавия платила дань Польше» (Кантемир 2011: 262-263). Долгое время автономной была Шипинская земля (в ее состав входили Северная Буковина и Хотинщина) (Жуковський 1991: 30-31). Русскому (русинскому) населению княжества посвящен еще один летописный эпизод. Он, как, впрочем, и некоторые из приведенных выше, никогда полностью не переводился на русский язык. В то же время часто цитируемые вне контекста фрагменты (отдельные фразы или предложения) летописей не только совершенно искажают первоначальный смысл, но и свидетельствуют о слабом знании истории Молдавии. Вот перевод отрывка «Летописи страны Молдавской, отколь образовалось государство, о течении годов и жизни господарей от Драго-ша-воеводы до Арона-воеводы» Г. Уреке в изложении А. Урикарула: «Как опустошил Штефан-воевода Страну ляхов в 7006 (1498) году, за 22 дня июня В том же году Штефан-воевода, желая возместить себе ущерб, нанесенный ляхами, собрал войско и вошел в Подолию и к русским (в румынской публикации: rusi. - С.С.), прошел и через Львов, город Канцуг, реку Вислоку, подвергая все села опустошению и оставляя после себя пожарища. Поджег города Премишлия (Перемышль. - С.С.), Радумня, Преворска, Канцуг и крепость Терябул и много добра взял оттуда, и многих жоймиров (наемных солдат. - С.С.) вывел и зарубил, а еще больше сжег крепости. И крепость Бучач много бед претерпела, и Подхаец тоже был предан огню. И много людей - мужчин, женщин, детей - было угнано в рабство, больше 100 000, многие из которых осели в стране Штефана-воеводы, и до сих пор жив русский язык (в румынской публикации: limba rusasca. - С.С.) в Молдове, прежде всего там, где они обосновались, так что треть говорила по-русски (в румынской публикации: graiescu ruseste. - С.С.). А Штефан-воево-да, предав страну огню и опустошив ее, вернулся назад с большой военной добычей, без всякого ущерба перешел Днестр в этой части Галиции, опустошив и ее. И так он вернулся на свой трон, в Сучаву, с великой радостью и победой» (Letopisetul 1990: 55). Об этом же пишет Н. Костин: «А Штефан-воевода, желая отплатить за несправедливость ляхов и возместить убытки своей страны, на второй год, весной, вторгся в Землю Ляшскую, имея в своем войске татар и турок, разорив Подо-лию и [вошел] в Землю Русскую, до местечка под названием Камчуга, выше Львова, и до реки Вислока, разоряя все вдоль и поперек. И много ужаса и страха нагнал на все Ляшское королевство, так что никого не было, кто бы осмелился пойти против Штефана-воеводы; все были готовы к бегству, не только по городам и крепостям, но и в горы, и в кодры сбегали, и взял Штефан-воевода много рабов: мужчин, женщин и детей, сколько их, пустившихся в бегство, оказывалось на дорогах. Многих взяли татары и турки в рабство. Но и Штефан-воевода около 100 000 рабов привел и поселил их в стране. Много отар овец и стада другого скота привел он из Земли Ляшской. Сжег тогда Штефан-воевода Перемышль, Радомну, Ярослав, Преворский и Бучеч, и много бед имел и Подхаец, и многие более малые местечки и села без числа были разорены и сожжены. Только одно сделали ляхи себе на пользу и на страх Штефана-воеводы: укрепили они Краков к югу бастионами и стенами, и рвами и пустили по рвам вокруг крепости реку Рудаву, добавив много места для убежища около стен. Штефан-воевода же с миром вернулся на свой трон, в Сучаву, и с радостью от победы. Альбрехт (так в тексте. - С.С), король ляшский, увидев разорение и уничтожение своей земли, причиненное Штефаном-воеводой, не пожелал сдаваться, а собрал войско и вторгся в страну и разорил ее до Ботэшень. Штефан-воевода, тоже собрав войско и выйдя против ляхов, вступил с ними в сражение у местечка Ботэшень и разгромил ляхов. Так пишется в летописи страны, а ляшские составители хроник об этом не упоминают» (Costin Nicolae 1990: 165). За 136 лет до похода Стефана Подолье было освобождено от «от-чичей и дедичей» Подольской земли - татарских «князей» Хачибея, Кутлубуги и Дмитрия в битве на Синей воде (1362), которую выиграл великий князь литовский Ольгерд. Подольская земля не была освоена татарским князьями, там отсутствовали «города» (крепости). В то же время существовала сельская администрация - атаманы (как и на территории Карпато-Днестровских земель до основания Молдавского княжества и в первое время его существования). После победы великого литовского князя Кориатовичи идут с санкции Ольгерда в Подольскую землю, заканчивают освобождение Подолья от татар и по соглашению с атаманами начинают здесь княжить и осваивать территорию, строя «города» (Полехов 2014: 49-50). Федор Кориатович, князь Подолии, земли которой не так давно были освобождены от татар, поссорившись с великим литовским князем Витовтом, ушел в 1393 г., после поражения, вместе с 40 тыс. подольских селян и множеством православных священников в Угорскую Русь. Он получил от венгерского короля в управление город Мукачев с окрестностями (Павленко 1999: 96; Данюлюк 1997: 26-27). В достоверности этих данных усомнился закарпатский историк М.М. Лучкай (настоящая фамилия Поп (1789-1843)). Витовт не позволил бы побежденному им Федору Кориатовичу обезлюдить Подолье. А якобы основанные им 300 поселений в Угорской Руси существовали до его прихода (Поп 2006: 224). В 1498 г. еще 100 000 чел. из Подолья вывел Штефан Великий. Для сравнения: Л.Л. Полевой установил, что в середине XIV в. в Молдавии проживали ок. 53 000 чел., в первой трети XV в. - ок. 154 000 чел., в конце XV в. - ок. 218 тыс. чел. (Полевой 1979: 116). То есть, если верить летописцам, население страны выросло на треть (!), что явно неправдоподобно. Вряд ли такую массу населения, если такое множество людей и проживало на данной территории, можно было бы оперативно привести в княжество. А их расселение на его территории стало бы еще одной проблемой. Интересно, что ранние источники, к примеру «Анонимная летопись» (Славяно-молдавские летописи 1976: 33-34), «Молдавско-польская летопись» («привел в свою землю также людей немало») (Славяно-молдавские летописи 1976: 120), которые писали современники этого события, о численности выведенных из Подолья жителей не упоминают. Дмитрий Кантемир писал что «переселенцы из Польши в Центральную Молдавию, утратив за долгое время язык отечества, восприняли молдавский; обитающие же на границе с Подолией говорят еще на русинском (Ruthenis (Кантемир 2011: CCCXVI). - С.С.) и польском» (Кантемир 2011: 261). Населенные пункты с русинскими названиями упоминаются с момента основания молдавского государства. Еще в 70-е гг. XX в. молдавский историк-медиевист Л.Л. Полевой на основе анализа названий сельских населенных пунктов средневековой Молдавии пришел к выводу, что в XIV-XV вв. 73,8% названий было восточнороманского происхождения, а 24,5% - славянского (в основном русинского). Наиболее распростанены названия с русинскими суффиксами -овцы/-евцы, -инцы/-енцы. Они составляли 12,5% (Полевой 1979: 103). Эти названия упоминаются с конца XIV в., например Чюрсачевцы, Владимировцы, Букуровцы, Мары-шевцы, Добриновцы в грамоте Романа Воеводы от 30 марта 1392 г. В этой грамоте говорится о принадлежности Пруто-Днестровского междуречья Молдавскому княжеству: господарь Роман I называет себя владетелем всей Земли Молдавской «от планины (горные пастбища в Карпатах) до моря» (DRHA: 3). Ко второй половине XV в. древнерусский суффикс -овцы эволюционировал в русинский -оуцы. Позже часть названий изменят суффикс на производный от него молдавский -эуць (Раевский 1988: 244). В свое время молдавский исследователь А.И. Еремия насчитал в Молдавской ССР 55 населенных пунктов с русинскими суффиксами -эуць (-еуць) (Еремия 1967: 180). Сегодня их в Молдове насчитывается 56 (Закон). Изучение молдавских летописей имеет важное значение для разработки истории русинов Карпато-Днестровского региона. Хотя в них этноним русин не употребляется, летописцы называли русинское население рус в единственном числе и рушь во множественном, что является важным показателем этнической идентичности этого населения. Древняя молдавская легенда передает сведения об основном этническом составе Молдавского княжества и регионах его компактного расселения. Эта информация подкрепляется упомянутыми в летописях топографическими и антропологическими данными. Также летописи дают представление о этническом составе феодальной верхушки княжества, которая была смешанной - славяно-волошской (молдавской), и русины играли в ней важную роль. По различным оценкам, в средние века русины составляли от четверти (Руссев 2005: 99) до двух третей (Однороженко 2011: 178-179) молдавской знати.

Ключевые слова

русины, молдаване, славяне, Молдавское княжество, молдавские летописи, легенда об основании Молдавского княжества, Яцко, Драгош, Rusins, Moldovans, Slavs, Moldavian principality, Moldavian chronicles, legend of the founding of the principality of Moldavia, Yatsko, Dragosh

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Суляк Сергей ГеоргиевичСанкт-Петербургский государственный университеткандидат исторических наук, доцент кафедры истории народов стран СНГ Института историиsergei_suleak@rambler.ru
Всего: 1

Ссылки

Городенко А. Галицко-волошские связи в XIII-XIV веках // Русин. 2005. № 2 (2). С. 88-89
Грекул Ф.А. Историография славяно-молдавского летописания XV-XVI вв. // Летописи и хроники. М.Н. Тихомиров и летописеведение. М.: Наука, 1976. С. 172-188
Данилюк Д.Д. 1стс^я Закарпаття в бiографiях i портретах (з давшх чаав до початку ХХ ст. Ужгород: Патент, 1997. 287 с
Еремия А.И. Топониме славе ку суфиксул -эуць, (-еуць) // Восточнославяно-молдавские языковые взаимоотношения. Кишинев, 1967. II. С. 180-189
Жуковський А. 1стс^я Буковини. Чepнiвцi, 1991. Частина перша до 1774 р. 120 с
Об административно-территориальном устройстве Республики Молдова: Закон № 764 от 27.12.2001 // Monitorul Oficial. 2002. № 16. 29.01. Ст. № 53
История Республики Молдова: с древнейших времен до наших дней / В.Е. Андрущак, П.А. Бойко, П.П. Бырня и др.; Ассоциация ученых Молдовы им. Н. Милеску Спэтару. 3-е изд., уточн. и доп. Кишинэу: Tipografia Centrala, 2015. 384 с
Кантемир Дмитрий. Описание Молдавии. Факсимиле, латинский текст и русский перевод Стурдзовского списка / Сост. и общ. ред. Н.Л. Сухачева; предисл. А. Ешану и П. Балмуша. СПб., 2011. 434, + VI с. CD
Костин Мирон. Опере / Селекц., постфацэ, ноте ши комент. П. Балмуш, С. Королевски; Кувынт ынаинте де В. Бешлягэ; През. граф. де И. Кырму. Кишинэу: Литература артистикэ, 1989. 432 с
Мохов Н.А. Очерки истории формирования молдавского народа. Кишинев: Картя молдовеняскэ, 1978. 132 с
Однороженко О.А. Укра'шська (руська) ел^а доби средньовiччя i раннього модерну: структура та влада. Кшв, 2011. 422 с
Павленко Г.В. Дiячi 1сторп, науки i культури Закарпаття. Малий енциклопедичний словник. 270 бю^блюгр. Ужгород: [б.в.], 1999. 196 с
Полевой Л.Л. Очерки исторической географии Молдавии XIII-XV вв. Кишинев: Штиинца, 1979. 204 с.
Полехов С.В. Летописная «Повесть от Подолье» (окончание) // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2014. № 2 (56). С. 49-62
Поп И. Энциклопедия Подкарпатской Руси. Ужгород: П.П. «Повч Р.М.», 2006. 412 с
Раевский Н.Д. Контактеле романичилор рэсэритень ку славий: Пе базэ де дате лингвистиче. Кишинэу: Штиинца, 1988. 288 р
Рубцов Б.Т. Гуситские войны (Великая крестьянская война XV века в Чехии). М.: Политиздат, 1955. 323 с
Руссев Е.М. Молдавское летописание - памятник феодальной идеологии. Кишинев: Штиинца, 1982. 372 с
Руссев Н.Д. Волохи, русские и татары в социальной истории средневековой Молдавии // Русин. 2005. № 2 (2). С. 93-105
Славяно-молдавские летописи XV-XVI вв. / Сост. Ф.А. Грекул; отв. ред. В.И. Буганов. М.: Наука, 1976. 152 с
Стати В.Н. Культурные достижения XV-XVI веков - фактор утверждения Молдовы и молдаван в истории // История Молдовы. Кишинев: Tipografia Centrala, 2015. Т. 1: Страна Молдова в эпоху средневековья (XI-XVII века). С. 228-267
Федорук А.В., Кубай И.М. Гуситы и военное дело Молдавии в XV в. // Stratum plus. 2013. № 6. С. 255-273
Costin Miron. Opere: Letopisetul Tarii Moldovei de la Aron Voda incoace; Cronica polona; Poema polona; De neamul moldovenilor / Ed. P.P. Panaitescu. Bucure§ti: Editura de Stat pentru Literatura §i Arta, 1958. 531 p
Costin Nicolae. Scrieri: In 2 vol. Vol. 1: Letopisetul Tarii Moldovei de la zidirea lumii si pina la 1601. Letopisetul Tarii Moldovei (17091711) / Ed. Ingrij. de S. Korolevschi; prez. graf. de I. Carmu. Chisinau: Hyperion, 1990. 480 p
Documenta Romaniae Historica: A. Moldova. Bucuregti: Editura Academiei Republicii Socialiste Romane, 1975. Vol. 1 (1384-1448). 605 p., il
Fontes Historiae Daco-Romaniae. Scriptores et acta Imperii Byzantini saeculorum IV-XV = Scriitori §i acte bizantine secolele IV-XV. Bucure§ti: Editura Academiei Republicii Socialiste Romania, 1982. Vol. IV. 598 p
GorodencoА. Moldova de sud in a doua jumatate a secolului XIV // Tyragetia [Chisinau]. 2008. Vol. II (XVII), № 2. Р. 83-88
Letopisetul Tarii Moldovei. Grigore Ureche. Miron Costin. Ion Neculce. Chisinau: Hyperion, 1990. 638 p
Panaitescu P.P. Numele neamului §i al tarii noastre // Interpretari romine§ti. Studii de istorie economica §i sociala. Ed. a 2-a. Bucure§ti: Editura Enciclopedica, 1994. P. 65-82
Spinei V. Moldova in secolele XI-XIV. Bucure§ti: Editura stiintifica si enciclopedica, 1982. 384 p
 Русины в молдавском летописании | Русин. 2017. № 4 (50). DOI: 10.17223/18572685/50/2

Русины в молдавском летописании | Русин. 2017. № 4 (50). DOI: 10.17223/18572685/50/2