Крестоносцы в Прикарпатье. К вопросу о восточной экспансии Венгерского королевства в начале XIII в. | Русин. 2018. № 1 (51). DOI: 10.17223/18572685/51/6

Крестоносцы в Прикарпатье. К вопросу о восточной экспансии Венгерского королевства в начале XIII в.

В данной статье рассматривается период пребывания братьев Тевтонского ордена в Прикарпатских землях в 1211-1225 гг.: причины, по которым орден был приглашен венгерским королем, а затем изгнан даже несмотря на заступничество Святого престола. Автор подвергает сомнению точку зрения, согласно которой военно-духовная организация была приглашена по причине участившихся набегов половцев. Данные сведения содержатся только в официальной переписке венгерской епископской и королевской, а также папской канцелярий и не находят дополнительных подтверждений в иных источниках. Настоящей же причиной видится не защита границ, а наоборот, экспансия королевства на восток, в сторону территорий, некогда зависевших от Галицкого княжества, переживавшего тяжелый период борьбы за наследство князя Романа Мстиславовича. Со своей задачей крестоносцы блестяще справились, распространив влияние Венгрии за «снежные горы». Но к началу 1220-х гг., в ходе успешной дипломатической деятельности Великого магистра, орден становится серьезной политической силой в Европе. С одной стороны, король Венгрии осознает опасное военное и политическое соседство, с другой - изменяется политика королевства в регионе: в освоении территорий происходит переход «от меча к кресту», вылившийся в итоге в активную прозелитическую деятельность в среде кочевников и основание Куманской епархии. Все это стало причинами окончательного изгнания братьев в 1225 г. из дарованных им короной земель.

Crusaders in Subcarpathia. On the Eastern expansion of the Hungarian Kingdom in the early 13th century.pdf Столкновение Руси с Тевтонским военно-монашеским орденом в XIII в. на северо-востоке Европы, в землях Прибалтики - один из известнейших эпизодов средневековой русской истории, в первую очередь благодаря широкому отклику в искусстве и культуре: от первой редакции «Повести о житии Александра Невского» XIII в. (историография и особенности «Повести...»: Охотникова 1987; Дорофеева 2014) до знаменитого кинематографического творения С. Эйзенштейна (см. подробнее: Кривошеев, Соколов 2012). Он неизменно привлекает внимание отечественных и зарубежных историков (из последних работ см.: Urban 1994; Матузова, Назарова 2002; Хрусталев 2009; Christiansen 2009; Selart 2015). Впрочем, этот регион не был единственной ареной конфликтов между русскими княжествами и крестоносцами. На западе Руси во второй трети XIII в. Даниил Романович Галицкий принимал активное участие в европейской политике. Претензии князя, игравшего активную роль в борьбе за австрийское наследство (Майоров 2011а; Майоров 2011b: 654-673), находили отражение не только в военных действиях, но и даже в дипломатическом церемониале (Maiorov 2014). Известны и военные столкновения Даниила с крестоносцами: в первой половине 1240-х гг. князь в борьбе с тамплиерами «приаста град» Дрогочин, свою «отчину» (Jusupovic 2006; Майоров 2014). Но еще ранее, в период Даниилова малолетства и борьбы за наследство Романа Мстиславовича, крестоносцы проникли на запад Половецкой степи - в земли, граничившие с русскими княжествами и Венгерским королевством, территории постоянных межэтнических контактов кочевых и оседлых народов - от тюркоязычных половцев до саксонских колонистов и русских поселенцев. В публикуемой статье предлагается резюмировать и дополнить на основании недавно введенных в научный оборот латиноязычных источников существующие в традиционной историографии точки зрения на два важнейших вопроса, связанных с пребыванием тевтонских рыцарей в Трансильвании: причины, по которым орденские братья были приглашены на восточную границу Венгерского королевства, и обстоятельства их окончательного изгнания из Прикарпатских земель всего через 14 лет. «В год от воплощения Господня 1211...» король Венгрии Андрей II пригласил крестоносцев госпиталя Св. Марии в Иерусалиме в землю «...под названием Бырса, располагающуюся за лесами, в сторону куманов, хоть безлюдную и необитаемую, они могут безмятежно заселить ее и навеки иметь в неограниченном владении; дабы через их деятельность расширилось и королевство» (здесь и далее латинские источники, касающиеся пребывания Тевтонского ордена в Трансильвании, приводятся по изданию Хаутала 2015: № 29-50). Эпизод пребывания рыцарей Тевтонского ордена в Трансильвании неоднократно вызывал интерес ученых, обращавшихся к истории как самого ордена, так и Венгерского королевства (обзор новейшей историографии см.: Hunyadi 2008: 158 - 159; Zimmermann 2011: 23 - 60). В основном исследователи единодушны во мнении, что причина, по которой рыцари были приглашены Андреем II, заключается в участившихся набегах половцев-куманов на юго-восточное пограничье королевства (EngeL 2001: 90; Hunyadi 2008: 157-158; HautaLa 2015). На самом деле именно такие формулировки содержат почти все документы как королевской и епископской, так и папской канцелярий, касающиеся пребывания крестоносцев в землях Бь'|рсы (нем. BurzanLand): «[братья] с риском для жизни обуздывали натиск язычников...». Наиболее красноречиво свидетельство папы Григория IX в грамоте наследнику королевского престола принцу Беле от 26 апреля 1231 г.: «[до прихода тевтонцев] куманы неоднократно вторгались в королевство Венгрия, приводя его в большое смятение». Однако данная фраза, интерпретируемая исследователями как доказательство участившихся набегов кочевников (Hunyadi 2008: 157; Хаутала 2015: 25), сказана не только два десятилетия спустя, но и в совершенно определенном контексте. Указанной грамотой понтифик увещевает вернуть «...возлюбленным сыновьям, магистру и братьям Тевтонского дома госпиталя Св. Марии... их землю», которую «беззаконно» захватил король Андрей II и продолжал удерживать его сын - адресат послания папы. Вполне естественно, что здесь превозносятся заслуги братьев, потративших «большие суммы денег» на укрепление территории, под контролем которых Бырса стала процветающей. Однако стоит обратить внимание на то, что, кроме указанного корпуса документов, нет иных свидетельств об участившихся набегах куманов к 1211 г. Нам известно только об участии трех «куманских князей» в столкновениях с венгерским военным отрядом ишпана Себена, подавлявшего мятеж против болгарского узурпатора Борила в городе Видин (около 1210-1211 гг.) (Vasari 2005: 59 - 60; Войтович 2010: 7). Но и здесь не очевидно, были ли это кочующие группы мародеров или отряд наемников, специально нанятый для обороны Видина (Vasari 2005: 59 - 60). Подобным же образом во всем корпусе документов, касающихся орденского пребывания в Венгрии, гиперболизируется пустынность отданной земли - «pacifice inhabitandam», что полностью опровергается археологическими изысканиями на местах орденских замков. Так, только на месте крепости Мариенбург (совр. Фельдиоара) найдено довольно значительное захоронение (более сотни могил) второй половины XII в. (Hunyadi 2008: 158 - 159; Cronica cercetariLor). С нашей точки зрения, стоит обратить внимание на политическую ситуацию в спорной, этнически неоднородной зоне. В середине XII в. галицкий князь Ярослав Осмомысл в ходе междоусобной войны занял области междуречья Днестра и Серета, Нижнее Подунавье -своеобразные «ворота» из степей Северного Причерноморья на Балканы (Литаврин 1999: 505-506; Войтович 2011: 17, 21-22). Существование русских городов на Пруте, Нижнем Днестре, устье Дуная зафиксировано в Списке городов русских дальних и ближних (ПСРЛ 1856: 240). Вполне вероятно, что во второй половине XII в. в связи с политическим усилением Галича на этих землях, традиционно муль-тиэтнических, - территории постоянного контакта кочевых культур с оседлыми государствами Восточной Европы - увеличивается и доля русского элемента, появляется немало переселенцев из районов Среднего Поднепровья (Майоров 2011b: 247-248). О присутствии на «землях бродников» православного русского населения на рубеже XII-XIII вв. свидетельствует и богатый археологический материал, в частности находимые на этих территориях предметы, характерные для русского быта (Spinei 2009: 142-143). Но в 1205 г. гибнет Роман Мстиславович, первый галицко-волынский князь, после чего начинается затяжная война за его наследство. В том же году Андрей II затевает агрессивную политику против Галицко-Волынского княжества, вылившуюся в серию военных кампаний на восток между 1205 и 1213 гг. В 1206 г. король принимает титул Galitia Lodomirieque rex (король Галиции и Лодомерии (Волыни)), резко характеризующий притязания венгерской короны на северо-восточные области за Карпатами. Но стоит заметить, по справедливому замечанию В. Спинея и Л. Войтовича, что притязания венгерского монарха распространялись и на юго-восток, на территорию Нижнего Подунавья, так называемые земли бродников и земли куманов (Spinei 2009: 142-143; Войтович 2010: 7-8). И в таком случае ключевой фразой в грамоте венгерского короля Тевтонскому ордену является следующая: «etregnumper conversationem eorumpropagatam dilatetur» («дабы через их деятельность расширилось и наше королевство»). Таким образом, защита государства от набегов язычников-куманов была только предлогом пригласить на юго-восточное пограничье молодую, но набиравшую силу и политический вес духовно-рыцарскую организацию, основной же целью являлась экспансия Венгерского королевства на восток в удобное для этого время. При этом само по себе дарение военному ордену спорных земель, находящихся на пограничье разных культур, не было событием из ряда вон выходящим для мира средневековой Европы. Подобным же образом, для обороны границ Испанского королевства от мавров, в крепости Калатрава с возможностью расширения на юг укрепился рыцарский орден Калатравы (1150 г.), на пограничье Кастилии и Леона - орден Св. Сантьяго (1151 г.) (Ayalo Martinez 1994: 283-284). В то время, когда король Андрей пригласил тевтонцев в Трансильванию, сам Великий магистр ордена посетил киликийскую Армению, где братья были пожалованы королем Левоном II пограничными землями на северо-востоке и замком Амуда (Amuda) для защиты государства от мусульман (Houben 2008: 150; Lotan 2010: 188). Стоит отметить, что Тевтонский орден был не единственной военно-монашеской организацией, имевшей владения в государстве Арпадов. Старейшие и более крупные на начало XIII в. ордена тамплиеров и госпитальеров уже с XII в. имели базы в Венгрии. Первое упоминание храмовников на территории королевства относится еще к середине 1160-х гг.: «Status hierarchique» называет Венгрию среди уже существующих провинций. К 1169 г. присутствие рыцарей засвидетельствовано в Вране на Далматинском побережье (Hunyadi 2011: 184). Что касается ордена госпитальеров, то, по-видимому, значительную роль в появлении их в королевстве сыграла жена Гезы II королева Ефросинья, дочь великого киевского князя Мстислава Владимировича. Именно она, согласно Хартии 1193 г. (Idem Bela fundationem Hospitalariorum S. Stephani de Alba roborat et auget), завершила постройку начатого архиепископом Мартирием Эстергомским монастыря в Секешфехерваре и подарила его ордену (Codex diplomaticus 1829: 283). Почти в то же время, не позднее 1172 г., сначала церковь Св. Георга, а потом и весь город Сень были дарованы ордену тамплиеров (Hunyadi 2014: 150-151). Возникает закономерный вопрос: почему в таком случае Андрей II не обратился к мощным военным организациям, которые присутствовали в королевстве уже не один десяток лет? Причины видятся, с одной стороны, в хороших отношениях между Великим магистром ордена Германом фон Зальца и Германом I, ландграфом Тюрингии, сын которого Людвиг в том же 1211 г. обвенчался с дочерью Андрея II Елизаветой (будущей католической святой Елизаветой Венгерской). С другой - в том, что восточные земли Трансильвании исторически являлись мультикультурной территорией, часть населения которой составляли немецкие переселенцы. С санкции венгерских королей, даровавших иммигрантам многие привилегии, искусные в горном деле саксы особенно активно колонизировали эти земли с середины XII в., хотя некоторые поселения появились здесь и ранее (Sedlar 1994: 99). Особенности похоронного обряда, в частности форма погребения, отмечаемые археологами на данной территории в XII в. на местах будущих орденских замков, также красноречиво свидетельствуют о пребывании в Восточной Трансильвании переселенцев с территории Германии (Hunyadi 2008: 157-158). Родственные связи, наличие немецких колонистов и, возможно, отсутствие в начале XIII в. у Тевтонского ордена того опасного политического веса, которым обладали храмовники и госпитальеры, подготовили почву для принятия соответствующего решения Андреем II. Это совпало и со стремлениями влиятельного и амбициозного Великого магистра не просто упрочнить положение ордена, но и обеспечить военную, политическую и экономическую базу для создания орденского государства (Lotan 2010: 186). Тевтонский орден вполне оправдал надежды короля. Получив многочисленные привилегии, включавшие добычу серебра и золота, будь оно найдено на территориях, дарованных ордену, освобождение от обязанности устраивать на постой королевских воевод, беспошлинную торговлю, собственный суд, таможенные льготы (Грамота короля Андрея II о предоставлении тевтонским рыцарям земли Бырса в Трансильвании 1211 г.; Хаутала 2015: № 29), право обмена денег (Грамота короля Андрея II о предоставлении тевтонским рыцарям дополнительных привилегий 1212 г.; Хаутала 2015: № 30), сбор на орденской территории церковной десятины в пользу братьев (исключая сбор десятины с венгерских и секейских переселенцев), возможность рукополагать своих священников (Постановление Вильгельма, епископа Трансильванского, 1213 г., подтверждено папой Гонорием III в 1218 г.; Хаутала 2015: № 31, 33), орден, согласно папским грамотам 1223 г., способствовал увеличению населения Бырсы (Послания папы Гонория III епископу Эгера, епископу Трансильвании и архиепископу Эстергома 1223 г.; Хаутала 2015: № 36-38). Спустя всего несколько лет он начал экспансию за Карпаты, о чем свидетельствует грамота венгерского короля 1215 г. о даровании крепости Кройцбург «с лугами, к ней прилегающими» (Грамота Андрея II о предоставлении тевтонским рыцарям права на вечное владение крепостью Кройцбург 1215 г.; Хаутала 2015: № 32). О захвате территорий «за снежными горами» говорит также грамота Андрея II 1222 г., где указывается положение этих земель и их дарование ордену: «до пределов бродников» и «до Дуная» (Spinei 2009: 146). Кроме Кройцбурга, упоминаются еще четыре каменных замка, местоположение одного из которых не вызывает сомнений у археологов. Это упомянутый выше замок Мариенбург - по всей видимости, важнейшая крепость и опорный пункт для рыцарей в этом регионе: само название цитадели подчеркнуто связано с названием ордена (Hunyadi, Laszlovszky 2001: 329). Именно восточная башня Мариенбурга более всего схожа по строительной технике с теми укреплениями, которые рыцари возводили на Святой Земле (Hunyadi, Laszlovszky 2001: 330). Оставшиеся три крепости - Шварцбург, Розенау и Кронштадт. При этом есть известное противоречие в королевских документах, где первоначально указано только строительство орденом деревянных крепостей: «castra lignea et urbes ligneas construere eos permisimus» (Хаутала 2015: № 29). Но вызвано это было не боязнью усиления влияния ордена в регионе (Хаутала 2015: 82), а, скорее, местной традицией возводить укрепления из простейшего в обработке и бывшего в избытке материала (Lotan 2010: 190-191). Указание на строительство деревянных фортов не содержало запрета на строительство каменных. Каменное строительство было органичным для пришедших из Палестины рыцарей не только из-за привычного материала, но и из-за условий местности. Стоит отметить, что, как указывает Юзеф Лажловски, место расположения Мариенбурга, базы ордена в Трансильвании, сейсмо-опасное, а характер конструкции основания каменной восточной башни замка позволяет ей быть устойчивой при землетрясениях (Hunyadi, Laszlovszky 2001: 330). Именно опытом создания таких построек обладали братья, пришедшие с Ближнего Востока, этот же опыт они реализовали здесь, в Карпатском регионе, учитывая свои знания и характер местности. Тем более что в последующей грамоте от 1222 г., которая была издана после первого конфликта короля с орденом, явно указано, что король разрешал строить каменные крепости и города: «...castra et urbes lapideas construere eos permisimus» (Хаутала 2015: № 34). Вероятно, осознавая, что подобный тип защиты перевалов намного эффективнее так назывемой indagines, линии укреплений, состоявшей из засек и рвов, применявшейся на северо-востоке Карпат (Magocsi 2011: 56), король Андрей II оставил рыцарям право на каменное строительство. Таким образом, к середине 1220-х гг. орден расширил границы королевства на юго-восток и укрепил их; кроме того, после первого столкновения с монголами на Калке в 1223 г. снизилась агрессивность половецких орд, теперь более искавших союза с оседлыми народами для отражения повторной угрозы нашествия. Между тем во время Пятого крестового похода, при сражениях за Дамиетту, Герман фон Зальца проявил себя в качестве талантливого военного советника будущего императора, тогда короля Сицилии. При посредничестве Великого магистра Фридрих II был коронован императором. В итоге в 1217 г. от Фридриха II орден получил широкие торговые привилегии на Сицилии, а в 1221 г. император взял братьев и полубратьев (нем. Bruder und Halbbruder) под свою личную защиту. Проявил себя магистр и в качестве тонкого дипломата при папской курии, главой которой стал Гонорий III. 9 января 1221 г. специальной грамотой Апостольский престол даровал ордену церковные права и привилегии, поставившие тевтонцев на одну ступень со старейшими и крупнейшими духовно-рыцарскими организациями - тамплиерам и госпитальерам (Posan 2014: 24-27). Одновременно, во второй половине 1210-х - начале 1220-х гг., орден получил значительные владения не только на Ближнем Востоке, но и в Центральной Европе. Коман-дорства тевтонцев появляются и развиваются в Эльзасе, Тюрингии, Богемии, Лотарингии, провинциях Вестфалии и Кобленца, Больцано, Киликийской Армении, Сицилии, Апулии, Греции, Ломбардии, королевствах Испании и Франции (Lotan 2010: 192-195; Posan 2014: 27). Более того, Герман фон Зальца добивается постоянного присутствия двух орденских братьев при императорском дворе. Становятся очевидны планы Великого магистра по созданию мощной материально-политической базы в Европе - и для поддержки орденских начинаний в Палестине, и для создания автономной орденской территории в Прикарпатье (Posan 2014: 28). В этом смысле весьма симптоматичны послания 1223 г. понтифика епископу Трансильвании и епископу Эгера, где указывается, что земли ордена подчиняются юрисдикции только Святого престола, а также грамоты от 30 апреля 1224 г. о принятии, по просьбе Великого магистра, завоеванных орденом земель в особое владение Апостольского престола, «apostolice sedis esse speciali dictione subiectam», с дубликатами послания епископату королевства, народу Бырсы и архипресвитеру Бырсы (Хаутала 2015: № 39-41). Таким образом, с одной стороны, орден выполнил возложенные на него венгерским королем задачи, с другой - появился формальный повод для изгнания рыцарей, отношения с которыми у Андрея II начали портиться еще с начала Пятого крестового похода (Posan 2014: 24). В письмах папы Андрею II 1225 г. отчетливо проявляется причина изгнания - посягательство ордена на владения венгерской короны (Hautala 2015: 85). При этом первой территорией, которую отнял у ордена король, была именно территория за горным хребтом: «Кроме того, ты насильно захватил одну крепость, которую они построили за Карпатами многими усилиями и затратами, и изгнал из нее братьев» (Хаутала 2015: № 43). Не спасло братьев даже то, что понтифик во множестве писем вступался за рыцарей: «Уже едва ли можем вспомнить количество писем, которые мы адресовали вновь и вновь твоей светлости в защиту любимых сыновей, братьев из дома Святой Марии тевтонцев, умоляя, чтобы ты миролюбиво вернул им землю Бырса и за Карпатами, которую ты даровал им королевской щедростью» (Хаутала 2015: № 44). Вопрос с присутствием в Трансильвании и за Карпатами тевтонцев был решен весной 1225 г. с помощью военной силы (KostoLnik 1996: 94). И здесь дело не только в том, что к этому времени второй сын короля Коломан был коронован в 1214 г. в результате Спишского договора правителем Галиции и Ладомерии, «.в состав которой входило Понизье» (Войтович 2010: 8), а значит, Андрей II уже не нуждался в помощи крестоносцев в подчинении этой спорной территории. Причину и следствие при таком подходе разделяет слишком большой промежуток времени. С нашей точки зрения, необходимо учитывать тот факт, что изменилась сама политика венгерской короны по освоению региона. Основанные крестоносцами каменные твердыни дали дополнительную возможность заняться прозелитической деятельностью среди местного населения, перейти от меча к кресту (Hunyadi 2008: 162; HautaLa 2015: 86), тем более что и сам орден заложил основы миссионерской работы среди язычников-куманов (KostoLnik 1996: 93-94). Уже в 1221 г. начала деятельность первая миссия Доминиканского ордена в Кумании, а наследник и соправитель Андрея II принц Бела, наделенный титулом герцога Трансильванского, продолжил восточную экспансию уже мирным путем. Это имело дипломатические успехи: в 1227 г. был крещен один из половецких вождей Бортц, а к 1228 г. учреждена Куманская епархия (Vasari 2005: 63; Хаутала 2015: 35 - 37). Вполне возможно, что именно отряд крещеных куманов участвовал в военной экспедиции Белы в 1229 г. в Галицкое княжество. Дальнейшему закреплению земель во владении короны помешал Великий западный поход армий Батыя. Показал Западный поход и эффективность тевтонских крепостей: отряды Бучека обошли Карпаты с юга через Валахию и Южную Молдавию, Кадан прорвался через перевал Руданы (Родно), севернее, хотя и колонизованный также немецкими поселенцами, но не принадлежавший ордену; в отсутствие каменных укреплений поселение было легко взято монголами (Gesta Hungarorum 2010: 166-167). Братья же госпиталя Св. Марии в Иерусалиме обосновались много севернее, на этот раз по приглашению Конрада I, князя Мазовецкого, для борьбы с прусскими язычниками на другой границе католического мира XIII в.

Ключевые слова

Тевтонский орден, Прикарпатье, дельта Дуная, Венгерское королевство, Половецкая степь, Галицко-Волынское княжество, Teutonic order, Subcarpathia, Danube lands, Kingdom of Hungary, Cuman steppe, Galician Principality

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Веселов Федор НикитовичСанкт-Петербургский государственный университетстарший преподаватель Института историиveseLovfedor@gmaiL.com
Всего: 1

Ссылки

Войтович Л.В. Тевтонский орден в политике Галицко-Волынского княжества // Studia SLavica et BaLcanica PetropoLitana. 2010. № 2 (8). С. 3-16
Войтович Л.В. Границы Галицко-Волынского государства // Русин. 2011. № 3 (25). С. 5-41
Дорофеева Л.Г. Человек смиренный в агиографии Древней Руси // Герменевтика древнерусской литературы. Сборник 16-17. М., 2014. С. 259-262
Кривошеев Ю.В., Соколов Р.А. «Александр Невский»: создание киношедевра. СПб., 2012. 400 с
Литаврин Г.Г. Византия и славяне. СПб., 1999. 608 с
Майоров А.В. Даниил Галицкий и Фридрих Воинственный: русско-австрийские отношения в середине XIII в. // Вопросы истории. 2011. № 7. С. 32-52
Майоров А.В. Русь, Византия и Западная Европа: Из истории внешнеполитических и культурных связей XII-XIII вв. СПб., 2011. 798 с
Майоров А.В. Данил Галицкий и тамплиеры // Русин. 2014. № 1 (35). С. 36-51
Матузова В.И. Крестоносцы и Русь. Конец XII в. - 1270 г. Тексты, перевод, комментарий / В.И. Матузова, Е.Л. Назарова. М., 2002. 488 с
Охотникова В.И. Повесть о житии Александра Невского // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Л., 1987. Вып. 1. С. 354-363
Полное собрание русских летописей. Т. 7: Летопись по Воскресенскому списку. СПб., 1856. 346 с
Хаутала Р. От «Давида, царя Индий» до «ненавистного плебса сатаны». Антология ранних латинских сведений о татаро-монголах. Казань, 2015. 496 с
Хрусталев Д.Г. Северные крестоносцы. Русь в борьбе за сферы влияния в Восточной Прибалтике XII-XIII вв. СПб., 2009. Т. 1-2
Ayala Martinez C. de. Las Ordenes militares Hispanicas en la Edad Media (siglo XII-XV). Madrid, 2003. 865 p
Christiansen E. The Northern crusades. New York, 2009. 287 p
Codex diplomaticus Hungariae ecclesiasticus ac civilis. Studio et opera Georgii Feher. Buda, 1829
Cronica cercetarilor arheologice din Romania. URL: http://cronica.cimec. ro/detail.asp?k=3655&d=Feldioara-Brasov-Biserica-evanghelica-sector-B-2006 (дата обращения: 11.10.2017)
Engel P. The Realm of St. Stephen. A history of Medieval Hungary, 895-1526. London; New York, 2001. 452 p
Gesta Hungarorum / Anonymi Bele Regis Notarii / translated and annotated by Janos M. Bak and Martyn Rady. Budapest; New York, 2010. 286 p
Hautala R. The Teutonic Knights' Military Confrontation with the Cumans during Their Stay in Transylvania (1211-1225) in Golden Horde Civilization. 2015. № 8. P. 80-89
Houben H. Intercultural Communication: The Teutonic Knights in Palestine, Armenia, and Cyprus in Diplomatics in the Eastern Mediterranean. 1000-1500. Leiden, 2008. Vol. 74. P. 139-158
HunyadiZ. The Teutonic order in Burzanland (1211-1225): recent reconsiderations. L'Ordine Teutonico tra Mediterraneo e Baltico. Incontri a scontri tra religion, popoli e culture. Galatina, 2008. P. 151-162
Hunyadi Z. The formation of the territorial structure of the Templars and Hospitallers in the medieval Kingdom of Hungary. Die geistlichen Ritterorden in Mitteleuropa: Mittelalter. Brno, 2011. Is. 1. P. 183-197
Hunyadi Z. Military-religious Orders and Medieval Hungarian Towns (c. 1150 - c. 1350). Les ordres religieux militaires dans la ville medievale (1100-1350). Clermont-Ferrand, 2014. S. 139-158
Hunyadi Z, Laszlovszky J. The Crusades and the Military orders: expanding the orders of Medieval Latin Christianity. Budapest, 2001. 606 p
Jusupovic A. «Domus quondam dobrinensis». Przyczynek do dziejw templariuszy na ziemiach Konrada Mazowieckiego in Zapiski historyczne. 2006. Vol. LXXI, № 1. P. 7-18
Kostolnik Z. Hungary in the Thirteenth century. New York, 1996. 510 p
Lotan Sh. Between the Latin Kingdom of Jerusalem and Burzenland in Medieval Hungary - The Theutonic Military Order in the poles of Christianity in Mirabilia. 2010. № 10. P. 184-195
Magocsi P.R. With their backs to the mountains. A history of Carpathian Rus' and Carpato-Rusyns. Budapest. N.Y., 2015. 544 p
Maiorov A.V. The imperial purple of the Galician-Volynian princes // Rusin. 2014. № 2 (36). P. 147-161
Posan L. Der Deutsche Ritterorden in der europaischen Politik im ersten Drittel des 13. Jahrhunderts (1211-1230). Torteneti tanulmanyok. 2014. Vol. XXII. Р. 22-37
Selart A. Livonia, Rus and the Baltic crusades in the Thirteenth century. Leiden, 2015. 385 p
Sedlar J.W. Eastern Central Europe in the Middle Ages, 10001500. Seattle; London, 1994. 556 p
Spinei V. The Romanians and the Turkic Nomads North of the Danube Delta from the Tenth to the Mid-Thirteenth Century. Leiden, 2009
Urban W. The Baltic crusade. Chicago, 1994. 366 p
Vasari I. Cumans and Tatars Oriental military in the Pre-Ottoman Balkans 1185-1365. Cambridge, 2005. 230 p
Zimmermann H. Der Deutsche Orden in SiebenbUrgen: eine diplomatische Untersuchung. Koln, 2011. 246 p
 Крестоносцы в Прикарпатье. К вопросу о восточной экспансии Венгерского королевства в начале XIII в. | Русин. 2018. № 1 (51). DOI: 10.17223/18572685/51/6

Крестоносцы в Прикарпатье. К вопросу о восточной экспансии Венгерского королевства в начале XIII в. | Русин. 2018. № 1 (51). DOI: 10.17223/18572685/51/6