Славянские анклавы в Китае: этническое и языковое сохранение | Русин. 2018. № 2 (52). DOI: 10.17223/18572685/52/6

Славянские анклавы в Китае: этническое и языковое сохранение

Статья посвящена изучению славянских этнических групп, которые компактно проживали в разных провинциях Китая, где в настоящее время живут их потомки. Целью исследования является анализ языкового существования и этнического самосознания славянских групп на территории Китая в ХХ - начале XXI в. Материал был собран во время научных экспедиций в провинции Хэйлунцзян, Нэй Мэнгу (Внутренняя Монголия), Синьцзян-Уйгурский автономный округ в период с 2000 по 2017 г., а также по данным научных источников и изучался с помощью различных лингвистических и исторических методов: социолингвистического, лингвоперсоно-логического, метода моделирования языковых ситуаций и языковых компетенций языковых личностей, статистического, описательно-повествовательного. Совокупность примененных методов и опыт эмпирического наблюдения позволили выявить следующие славянские анклавы в Китае в XX - начале XXI в.: харбинский, приамурский, трехреченский и синьцзянский, которые характеризуют «островное» существование внутри другого, неславянского государства, в среде генетически и типологически неродственного языка и в отрыве от основного славянского этноса.

The Slavic enclaves in China: ethnic and language preservation.pdf Вопросы территориального размещения славян как на исторических славянских территориях, так и за их пределами, проблемы их этнического самосознания и языкового существования не перестают волновать историков, этнографов, лингвистов. В современных работах по славянской проблематике исследуются идеи славянской идентичности (Дубнинский, Меркулов 2017: 61-72), особенности формирования славянских диаспор (Акимов, Минкова 2016: 128-144), положение славян в неславянском окружении по данным дипломатических документов различных исторических периодов (Суляк 2016: 95-119), вопросы школьного образования славян в неславянских государствах (Фоминых, Степанов 2016: 159-176), языковые права славянских меньшинств (Катунин 2015: 55-66), многонациональное население стран, включая славян, в сложных геополитических условиях (Грек, Руссев 2018: 15-16) и т. д. Межэтническое взаимодействие славян в этноконтактных зонах выступает темой научных форумов. Так, в 2017 г. в городе Тараклия (Республика Молдова) на Международной научно-практической конференции, посвященной названной проблематике, были рассмотрены проблемы межэтнических отношений, этнического самосознания, демографических процессов на полиэтничных Карпато-Днестровских землях, а также проблемы диалога культур, межэтнического взаимодействия в зонах контактов и этническая идентичность (Суляк 2018: 10). Традиционными стали конференции по славянской проблематике в Национальном исследовательском Томском государственном университете «Славянский мир в условиях современных вызовов» и «Славянские языки в условиях современных вызовов» (Томск 2015, 2016, 2017, 2018), на которых, среди прочих, поднимаются вопросы истории и языка славян в неславянском окружении. Славянское присутствие в Китае в ХХ в. также выступало объектом изучения в ряде исторических и лингвистических работ: исследованы состав славянских этнических групп, особенности их языкового бытия в Харбине - центре русской восточной эмиграции, многообразные сферы использования и формы бытования русского языка - наиболее распространенного среди славянских языков в Китае, обнаружена высокая степень его сохранности, установлен факт функционирования там других славянских языков - украинского, польского, белорусского, чешского, болгарского, выявлены сферы их использования (Диао Шаохуа 2001: 208-209; Оглезнева 2009: 37-43; Оглезнева 2016а: 90-106; Оглезнева 2016b; Оглезнева 2017: 300-318 и др.). В данной статье в поле исследовательского внимания оказались славянские этнические группы, компактно проживавшие в разных провинциях Китая в ХХ в. Цель работы - проанализировать языковое существование и этническое самосознание представителей славянских групп, живших на территории Китая в ХХ - начале ХХ! в. колониями или анклавами, возникновение которых обусловлено историческими обстоятельствами. Материал для исследования был собран во время научных экспедиций в период с 2000 по 2017 г. в различные провинции Китая -Хэйлунцзян, Нэй Мэнгу (Внутренняя Монголия), Синьцзян-Уйгурский автономный округ, а также по научным историческим источникам. При сборе и анализе материала использовались различные методы научного исследования: полевой, при котором осуществлялись запись речи носителей славянских языков и изучение языковых ситуацией с участием этих языков в Китае; социолингвистический -для выявления взаимообусловленности языковых фактов и социальных факторов; лингвоперсонологический - для анализа языковых особенностей носителей славянских языков в Китае и их языковой компетенции, а также ее динамики; метод моделирования языковых ситуаций и языковых компетенций языковых личностей; элементы статистического метода, а также один из ключевых методов исторической науки - описательно-повествовательный, показывающий своеобразие явлений, их динамику и связь с другими. Совокупность примененных методов и опыт эмпирического наблюдения позволили выявить несколько компактно существующих славянских сообществ, или анклавов, на территории Китая в ХХ - начале XXI в., которые условно можно обозначить по их географическому расположению: харбинский, приамурский, трехреченский и синьцзянский. Определять эти сообщества как анклавы целесообразно по причине их «островного» существования внутри государства, не являющегося для них исторической родиной, - неславянского, инокультурного и чужеземного, в среде генетически и типологически неродственного языка, в отрыве от материнских этнических корней и славянской культуры. Кратко охарактеризуем славянские анклавы в Китае по следующим дифференциальным признакам: территория (ареал) распространения; время существования; история возникновения; состав славянских этнических групп. Харбинский анклав. Территория распространения - Северо-Восточный Китай с центром в городе Харбине и по линии Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД). Существовал с конца Х!Х до начала ХХ! в., массовое славянское присутствие там пришлось на начало и середину ХХ в. История возникновения связана со строительством КВЖД - совместного российско-китайского проекта 1898 г., имевшего целью транспортное и индустриальное развитие региона. Проект предполагал активное участие российских граждан в строительстве железной дороги и создании сопутствующей строительству экономической и социальной инфраструктуры по линии КВЖД. Возведение железной дороги делало северо-восток Китая желанным ресурсом и рынком для более развитых западных стран, а потому привлекло в регион иностранный капитал и, соответственно, представителей разных стран и национальностей, включая славянские. Все это обусловило полиэтничность Северо-Восточного Китая, формируемую в значительной степени пришлым иностранным населением. Славянскую составляющую в полиэтничности региона усилила Октябрьская революция в России, следствием которой стала эмиграция части российского населения, несогласного с новой властью или гонимого ею на восток, в Китай. Славянские этнические группы харбинского анклава - русские, поляки, украинцы, белорусы, чехи, болгары. В настоящее время остались потомки от смешанных браков, которые проживают, в частности, в Харбине. Приамурский анклав. Существовал с начала ХХ в. и продолжился в потомках в начале ХХ! в. на территории китайского Приамурья - на приграничных с Россией землях на правом берегу Амура, в провинции Хэйлунцзян. Как отмечают исследователи, «с конца 20-х - начала 1930-х и в 1940-е гг. на правом берегу Амура, в приграничных селах провинции Хэйлунцзян, появились вынужденные переселенцы из России. Причины их бегства: тяжелые условия жизни на родине, голод, потеря кормильца (гибель русского мужа в Великую Отечественную войну)» (Гордеева 2015: 14). Славянская этническая группа представлена русскими и украинцами, в настоящее время - их потомками от смешанных браков с китайцами, всего - 2 521 чел., которые компактно проживают в провинции Хэйлунцзян в так называемых русских селах и относятся к одному из национальных меньшинств Китая (Гордеева 2015: 3, 14). Трехреченский анклав. Территория распространения - район Нэй Мэнгу - Внутренняя Монголия, расположенный в долине рек Ган, Дербул и Хаул, напротив российского Забайкалья (Сундуева 2015: 85). Время возникновения - начало ХХ в.: после Октябрьской революции в России в соседний Китай из российского Забайкалья бежали зажиточные крестьяне и казаки в собственные заимки, которыми они владели на китайской территории при отсутствии закрытой границы с Китаем до 30-х гг. ХХ в., и на месте этих заимок впоследствии образовались русские села (Шахматов 2014: 43-44). Эти села отличались крепким укладом и представляли собой «живой осколок кондовой казачьей Руси» (Рубеж 1941). Всего было более 20 русских поселений в Трехречье (Аблова 2004: 224), общее население которых в 1945 г. составляло 20-25 тыс. чел. (Соломеина 2013: 224). Русские села Трехречья существуют до сих пор и входят в состав административной единицы - Русской национальной волости. В настоящее время в волости проживают, наряду с китайцами, потомки, рожденные в смешанных браках с коренным населением: всего 2 486 чел. (Соломеина 2013: 226; Абросимова 2014: 33). Синьцзянский анклав. Расположен на территории Синьцзян-Уй-гурского автономного округа, напротив Алтая и Казахстана - это территория т. н. мусульманского Китая. Славянское население, представленное русскими, появилось впервые в середине XIX в.: это было связано с установлением в 1851 г. дипломатических отношений и открытием торгового представительства, что сопровождалось образованием русской колонии в городе Кульдже: это было «население, живущее за пределами родины в силу служебных, торговых и других причин». Следующая волна, поддержавшая русскую колонию в Синьцзяне, пришлась на послереволюционное время и годы коллективизации в России - 30-е гг. XX в. (Лашутина 2014: 66-67), когда в Северо-Западный Китай уходили несогласные с новой властью и новой политикой граждане России, тем самым вплетая славянскую нить в этническое многообразие региона. В настоящее время славянское население Синьцзян-Уйгурского автономного округа составляет 9 337 чел. (Лашутина 2014: 66), и представлено оно главным образом потомками от смешанных браков с представителями других национальностей, проживающими в Китае. Продемонстрируем положение одной их славянских этнических групп, а также качественные и количественные признаки языковой ситуации с участием славянского языка в одном из регионов Китая, исторические судьбы которого оказались переплетены с историческими судьбами славян, внесшими свой вклад в его становление и развитие, дополнив его элементами славянской культуры и оказав влияние на его этнический облик. Харбинский славянский анклав был самым крупным среди других славянских сообществ Китая в начале XX в.: так, численный состав русской колонии в Xарбине в разные периоды своего существования колебался от 40 тыс. чел. в 1917 г. до 165 тыс. чел. в 1921 г. (Оглезнева 2009: 23). По своему составу он был «многославянским» - гетерогенным, неоднородным: в нем проживали представители разных славянских народов: русские, украинцы, поляки, белорусы, чехи, болгары. Охарактеризуем кратко лишь один славянский сегмент харбинского славянского анклава - польский - в проекции на язык польской колонии в Xарбине, по сферам использования которого можно составить представление об особенностях жизнедеятельности поляков в Китае в начале и середине XX в. Поляки появились в Xарбине в связи со строительством КВЖД в основном это были железнодорожники и члены их семей. Прибыли они из Королевства Польского в поисках лучших, чем на родине, условий жизни. К 1903 г. число поляков доходило до 7 тыс. чел. (Петрасяк 2014: 104). Среди поляков были те, кто занимал важные административные должности в управлении КВЖД, банках, судах, крупные предприниматели и владельцы лесных и горнодобывающих концессий. Центром культурной польской жизни было общество «Господа Польска», которое существовало с 1907 г.: оно занималось издательской деятельностью - выпускало журналы, организовывало спектакли на польском языке, проводило курсы польского (Хисамутдинов 2002: 192-193; Петрасяк 2014: 105). Действовали польские молодежные и детские организации - Кружок польской молодежи, Польская дружина скаутов. Их задачей были «сохранение национальной самобытности, самообразование и взаимопомощь» (Петрасяк 2014: 106). Польская колония имела свои школы. Это гимназия им. Генрика Сенкевича, начальная школа при обществе «Господа Польска» и всеобщая школа при приходе Св. Станислава (Аблова 2004: 129; Петрасяк 2014: 106). Во время существования польской колонии в Харбине выходило более 20 (!) периодических изданий на польском языке: «Тыгодник польски», «Далеки Всход», «Листы Харбинске», «Листы Полске с Далекего Всходу», «Неподлеглость», «Ojczyzna» (Хисамутдинов 2002: 193; Аблова 2004: 129; Петрасяк 2014: 107). Известно, что в Харбине существовало и польское консульство. Поляки в большинстве своем покинули Харбин после создания в 30-е гг. ХХ в. марионеточного государства Маньчжоу-го, а окончательный исход их из Харбина состоялся после провозглашения Китайской Народной Республики (Петрасяк 2014: 108). Факт активного функционирования польского языка в Харбине был подтвержден нами в 2002 г. в беседе с бывшей харбинкой Викторией Стаценко, проживающей в настоящее время в Сиднее (Австралия). Виктория родилась в 1943 г. в Харбине и представляет третье поколение первой переселенческой волны в Китай: ее деды прибыли туда на строительство Китайско-Восточной железной дороги, а родители так же, как и Виктория, родились в Харбине. Виктория знает три языка: русский, английский и польский. В последние годы активно пользуется английским в Австралии, куда в 60-е гг. эмигрировала из Китая, но своим основным языком считает русский: для нее это язык семейной коммуникации по сей день, на русском она общается в семье и с бывшими русскими харбинцами, проживающими в Австралии. Помнит и польский язык, который выучила в семье: ее дед по отцу - поляк, выходец из Литвы, до 1939 г. относившейся к Польше. До пяти лет могла свободно изъясняться по-польски, в настоящее время хорошо понимает польский язык, но активно не использует его (Оглезнева 2009: 277-278). Представленная информация о польской колонии в Харбине свидетельствует о значительном месте этой славянской группы в многонациональном харбинском конгломерате, а многочисленные сферы использования польского языка - дипломатия, журналистика, образование, быт и некоторые другие - демонстрируют многообразный объем его функций, поддерживающих национальную самоидентификацию. Форма существования польского языка в Харбине - литературная в обработанной и разговорной своих разновидностях. Коммуникативная мощность польского языка составляет 0,45 при максимальном показателе 1 (Оглезнева 2009: 55), что является довольно высоким показателем, если учитывать, что он функционировал в отрыве от метрополии и не являлся языком непосредственно взаимодействующих государств (России и Китая). Его использование не поддерживалось в государственных целях, но и не запрещалось. Следовательно, сохранение и поддержание языка осуществлялись главным образом за счет субъективных факторов, а именно желания сохранить свою национальную идентичность, понимания ее самоценности. Славянские анклавы в Китае имеют разную историю и разную судьбу. Наблюдения показывают, что их представителям удается полностью сохранить свою славянскую идентичность лишь в случае возвращения на исконные славянские территории - на родину, как это произошло, например, с представителями польской этнической группы. Нахождение же внутри чужого этноса ведет к неизбежному объективному растворению в нем, как этническому, так и языковому, несмотря на такой весьма сильный фактор субъективного характера, как внутреннее сопротивление представителей этноса. Признаки национальной идентичности в таких условиях постепенно становятся все более призрачными.

Ключевые слова

славянские этнические группы, славянские языки, Китай, этническое самосознание, социолингвистика, сферы использования языка, Slavic ethnic groups, Slavic languages, China, ethnic self-consciousness, sociolinguistics, language using spheres

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Оглезнева Елена АлександровнаТомский политехнический университет; Томский государственный архитектурно-строительный университетдоктор филологических наук, профессор Отделения русского языка; директор Института международных связей и интернационализации образованияeoglezneva@yandex.ru
Всего: 1

Ссылки

Аблова Н.Е. КВЖД и российская эмиграция в Китае: Международные и политические аспекты истории (первая половина ХХ в.). М.: Русская панорама, 2004. 432 с
Абросимова О.Л. К вопросу о существовании русского языка и русских культурных традиций в китайском Трехречье // Язык в различных сферах коммуникации: материалы международной научной конференции / Под ред. Т.Ю. Игнатович. Чита: ЗабГУ, 2014. С. 132-134
Акимов Ю.Г., Минкова К.В. Особенности формирования русинской диаспоры в США в конце XIX в. // Русин. 2016. № 1 (43). С. 128-144
Гордеева С.В. Русский язык в приграничном Китае (на материале речи переселенцев в Китай 20-40-х гг. XX в. и их потомков): автореф. дис. ... канд. филол. наук. Томск, 2015. 26 с
Грек И.Ф., Руссев Н.Д. Многонациональное население Бессарабии в исследованиях И.А. Анцупова и актуальные задачи изучения этнокультурных общностей Молдовы // Русин. 2018. № 1 (51). С. 15-29
Диао Шаохуа. Краткий обзор истории русской печати в Харбине // Литература русского зарубежья в Китае (в г. Харбине и Шанхае): Библиография (Список книг и публикаций в периодических изданиях) / сост. Диао Шаохуа. Харбин: Изд-во Бейфан Вени, 2001. С. 175-214
Дубнинский И.А., Меркулов С.А. Анализ идеи славянской идентичности в работе В.М. Флоринского «Первобытные славяне по памятникам их доисторической жизни» // Русин. 2017. № 4 (50). С. 61-72
Катунин Д.А. Языковые права русинов, украинцев и других национальных меньшинств в законодательстве Боснии и Герцеговины // Русин. 2015. № 3 (41). С. 55-66
Лашутина Е.Н. История появления русского населения в Синьцзяне и попытки сохранения русской идентичности на современном этапе // Россия и Китай: история и перспективы сотрудничества: материалы III международной научно-практической конференции / Отв. ред. Д.В. Буяров. Благовещенск: Изд-во БГПУ, 2014. С. 66-68
Оглезнева Е.А. Русский язык в восточном зарубежье (на материале русской речи в Харбине). Благовещенск: Амур. гос. ун-т, 2009. 352 с
Оглезнева Е.А. Славянское языковое присутствие в Китае первой половины ХХ в. (на материале Харбина - центра русского восточного зарубежья) // Русин. 2016. № 3 (45). С. 90-106
Оглезнева Е.А. Языковая история семьи: Забайкалье -Трехречье - Харбин (на материале записей речи потомков забайкальских переселенцев в Китай) // Регион в приграничном пространстве: материалы международной научной конференции. Чита: ЗабГУ, 2016b. Ч. 2. С. 122-125
Оглезнева Е.А. Русские говоры в Китае в ХХ в. // Труды Института русского языка им. В.В. Виноградова. Вып. 12: Диалектология. М., 2017. С. 300-318
Петрасяк М. Польская колония в Харбине // Россия и Китай: история и перспективы сотрудничества: материалы IV международной научно-практической конференции / Отв. ред. Д.В. Буяров, Д.В. Кузнецов. Благовещенск: Изд-во БГПУ, 2014. Вып. 4. С. 104-109
Рубеж. Харбин, 1941. № 4
Соломеина Ю.Н. Трехречье - русская национальная волость в приграничном Китае // Общество и государство в Китае. М.: Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт востоковедения Российской академии наук (ИВ РАН), 2013. Т. ХLIII, ч. 2. С. 223-227
Суляк С.Г. Русины Карпато-Днестровских земель в молдавской средневековой дипломатике (общий обзор) // Русин. 2016. № 1 (43). С. 95-119
Суляк С.Г. Страница редактора // Русин. 2018. № 1(51). С. 9-14
Сундуева Д.Б. Забайкальское трансграничье как социолингвистический феномен // Языковая культура Восточного Забайкалья. Чита: ЗабГУ, 2015. С. 85-139
Фоминых С.Ф.,Степанов А.О. Народное школьное образование у славян в неславянских государствах в конце ХIХ - начале ХХ в. (на материале журнала «Славянский век») // Русин. 2016. № 1 (43). С. 159-176
Хисамутдинов А.А. Российская эмиграция в Китае: опыт энциклопедии. Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2002. 360 с
Шахматов П.Трехречье. Воспоминания. Томск: Красное знамя, 2014. 344 с
 Славянские анклавы в Китае: этническое и языковое сохранение | Русин. 2018. № 2 (52). DOI:  10.17223/18572685/52/6

Славянские анклавы в Китае: этническое и языковое сохранение | Русин. 2018. № 2 (52). DOI: 10.17223/18572685/52/6