Берестяная грамота № 206 мальчика Онфима. История интерпретации | Сибирские исторические исследования. 2018. № 4. DOI: 10.17223/2312461X/22/7

Берестяная грамота № 206 мальчика Онфима. История интерпретации

Статья посвящена истории трактовки берестяной грамоты № 206, найденной при раскопках Новгорода в 1956 г. Эта грамота входит в комплекс грамот мальчика Онфима с ученическими упражнениями. В ней кроме слогов в первой строке находится запись из четырех букв (БЧСА) с титлами, которая была интерпретирована как искаженная дата. Споры о ней продолжались вплоть до 2013 г., когда было предложено новое прочтение спорной записи.

Interpreting the birch bark manuscript no. 206 written by the Novgorod boy Onfim.pdf Находка грамот Онфима В 1956 г. на Неревском раскопе в Новгороде в течение двух дней было найдено 17 различного рода обрывков бересты с записями (№ 199-208, 210) и разнообразными рисунками, автором которых был мальчик Онфим. Впоследствии к ним добавилась грамота № 331, найденная на соседнем участке. На листах бересты Онфим записывал азбуку, грамматические упражнения в виде слогов, отрывки из деловых записок (№ 202) и фрагменты текстов из псалтыри (№ 207, 331), которая была основным пособием при обучении грамоте на Руси. Часть рисунков размещалась рядом с упражнениями, часть - на отдельных листах. Грамоты Онфима стали ярким свидетельством обучения маленьких новгородцев грамоте, поэтому А.В. Арциховский, не дожидаясь очередного тома академического издания грамот, опубликовал их в статье уже на следующий после находки год (Арциховский 1957). Грамоты Онфима были найдены в слое, относящемся к 15-му ярусу, который датировался рубежом XII-XIII вв.1 Среди грамот мальчика Онфима имеется грамота (№ 206), интерпретация которой вызвала острейшую дискуссию, продолжавшуюся почти 60 лет. В верхней части листа бересты № 206 содержатся написанные рукой Онфима две строчки текста. Внизу изображены человечки с протянутыми друг к другу руками (рис. 1, а, б). Первая строка начинается со слов ИЖЕВОБЧСАНАСО2, далее следуют слоги, которые продолжаются и на второй строке, причем в отличие от других упражнений здесь Онфим допустил ошибки. Начало грамоты было разделено на слова следующим образом: ИЖЕ ВО S4CA НАСО. При этом над третьим словом находились титла, отдельное над S и общее над ЧСА, что, без всякого сомнения, давало основание считать эти буквы обозначением года. Арциховский, комментируя эту запись, отметил, что в грамоте № 206 после слов ИЖЕ ВО под титлами «стоит сильно искаженное обозначение года», определить который невозможно, поскольку знак сотен стоит после десятков: 8ЧСА, где S - 6 (6000), Ч- 90, С - 200, А - 1. [тггтрттттттттутттттттуггггртт^^ О И lz 1э Id Is le Iz le le MO 111 Г2 ПЗ I14 206 а aВ оЪОЩКAGQ&5 7КТЖЯ7+- L 0 CM. б Рис. 1. а - фото берестяной грамоты № 206; б - прорись грамоты № 206 Дискуссия о дате в грамоте и о новгородской хронологии Начало дискуссии. 1959 г. Публикация грамот Онфима заинтересовала Б.А. Рыбакова, который готовил в то время статью «Просвещение на Руси в XIII-XV вв.» для задуманного издания «История русской культуры» (1970)3. Особое внимание он обратил на грамоту № 206, где в записи под титлом увидел, в отличие от Арциховского, не «бессвязный набор букв», а конкретную дату, допустив, что в грамоте стоит не Ч, а J (пси), а вместо С - О, в результате чего получилась дата SJOA = 6771: (S - 6 (6000), J (пси) - 700, О - 70, А - 1), по новому летоисчислению - 1263 г. (Рыбаков 1959: 99). Поскольку эта дата более чем на полвека не совпадала с датировкой 15-го яруса, где были найдены грамоты Онфима, Рыбаков вплотную занялся новгородской хронологией, которую ранее, по его словам, считал убедительной. Он проштудировал труды А.В. Арциховского и Б.А. Колчина, в которых содержалась аргументация даты ярусов, внимательно изучил методику датирования и подверг ее критике, во многом небезосновательной. Тем самым Рыбаков инициировал пересмотр новгородской хронологии. В феврале и марте 1959 г. состоялись заседания сектора славяно-русской археологии Института археологии АН СССР с обсуждением доклада Б.А. Рыбакова «О хронологии новгородских древностей». Между Рыбаковым и Арциховским развернулась острая дискуссия. Этот же доклад Рыбакова прозвучал 8 апреля того же года на заседании славяно-русской секции пленума ИА АН СССР. По следам этой дискуссии в четвертом номере журнала «Советская археология» за 1959 г. были опубликованы статьи Б.А. Рыбакова и А. В. Арциховского, в которых авторы изложили свои аргументы и возражения против аргументов оппонента. В данной статье не место подробно излагать перипетии этой научной дискуссии, истории которой посвящена статья П.Г. Гайдукова (2010). Поскольку здесь пойдет речь об интерпретации записи даты, обращу внимание лишь на систему доказательств обоих авторов в связи с трактовкой грамоты № 206. Аргументация Б.А. Рыбакова (1959)4. Б.А. Рыбаков, обратившись к анализу новгородской хронологии, отметил, что для ее уточнения «особый интерес представляет грамота № 206, написанная Онфимом», а именно запись даты, которую Арциховский считал искаженной. Он подробно описал графику грамоты и утверждал, что на фото 1956 г. в середине буквы Ч (90) видна черта, которая превращает эту букву в J (пси) - 700. Рыбаков выразил сожаление, что Арциховский не дал микрофотографии этой записи и не проверил прорись грамоты по ее фотографии. «Трудно сказать, - писал Рыбаков, - проведена ли черта "писалом" Онфима или здесь оказался дефект коры, пришедшийся как раз на середину чашечки. Решить этот вопрос уже нельзя, так как недостаточная консервация грамоты привела к ее порче5 и в настоящее время именно в этом спорном месте образовалась трещина» (Рыбаков 1959: 99). Буква О, по мнению Рыбакова, «написана так, что ее можно принять и за С, и за необычно написанное О». Далее он замечает, что такие «дефектные» О есть и в других записях Онфима. Рыбаков считал, что в данном случае «нужно решать по смыслу», поскольку буква С (цифра 200) здесь, действительно, бессмысленна, так как стоит на месте десятков, в то время как О (70) хорошо подходит для этого места. Исследователь не допускал, что Онфим, «писавший, - по мнению Б.А. Рыбакова, - не хуже любого новгородского грамотея», мог сделать две грубых ошибки в написании цифр. Точно так же он исключал возможность простой перестановки знаков, т.е. написание Онфимом S4CA вместо SC4A, что совершенно неприемлемо, так как при этом получалась бы дата 6291 г. (783 г.). Резюмируя свои рассуждения, Рыбаков написал, что «остается допустить», что Онфим написал все на своих местах, только немного иначе изобразил нужные обозначения цифр, т.е. буквы J и О. И в этом допущении автор не видел ничего исключительного, поскольку на букву Ч похожа только «пси», а на С - О. Таким образом он получал дату 6771, т.е. 1263 г., которая, по его мнению, «полностью согласуется с палеографией грамот Онфима». Со ссылкой на авторитет известного палеографа М.В. Щепкиной Рыбаков утверждал, что по палеографическим признакам грамоты Онфима датируются XIII в., однако никаких примеров и сопоставлений с палеографией XIII в. не привел. Возражения А.В. Арциховского (1959). В ответной статье А.В. Ар-циховский изложил результат своего палеографического анализа грамот Онфима, который позволил ему прийти к выводу, что признаков XIII в. в них нет, по палеографии грамоты можно датировать XII в. Однако стратиграфически грамоты Онфима датируются рубежом XII-XIII вв. По поводу грамоты № 206 и якобы возникшей после консервации трещины, скрывшей черту от буквы «пси», Арциховский написал, что эта трещина видна и на фотографии 1956 г. и отметил, что она резко отличается от всех начертаний, сделанных рукой человека (см. рис. 1, 2). Что касается записи даты, то буква Ч имеет точно такую же бокаловидную форму (рис. 2), как и в других грамматических упражнениях Онфима. Книжной буквы «пси» нет ни в грамоте № 206, ни в онфимов-ской азбуке. По поводу сходства С и О Арциховский написал, что в связи с возникшей дискуссией были сделаны микрофотографии всех О и С из грамот Онфима6. По ним хорошо видна разница в написании и форме этих букв, которые нельзя перепутать. Все О у Онфима имеют овальную или круглую форму и они сомкнуты за единственным исключением. Буква С во всех случаях имеет обязательное отчеркивание сверху и снизу, что совсем не характерно для О (рис. 3, 4). В отличие от Рыбакова, не допускавшего ошибок в текстах Онфима, Арциховский считал, что Онфим был маленьким мальчиком и едва ли знал цифры больше десяти, поэтому и «дал при попытке написать дату случайный набор букв» (Арциховский 1959: 126). Рис. 3. Микрофотографии букв из грамот Онфима (по А.В. Арциховскому) 1961 год. Продолжение дискуссии. Спустя два года Б.А. Рыбаков (1961) опубликовал ответ на статью Арциховского, в котором изложил причину своего обращения к грамотам Онфима и к новгородской хронологии. По поводу грамоты № 206 он еще раз посетовал, что она не сохранилась в первоначальном виде: «Я в своем чтении опирался на фотографию С. Бочарова, сделанную в 1956 г. сразу после извлечения грамоты из земли. Когда же после начала дискуссии в 1959 г. я обратился к подлиннику, то оказалось, что на самом спорном месте уже возникла глубокая трещина, превратившая букву "пси" в букву "червь" и сделавшая запись Онфима теперь, действительно, бессмысленным набором цифр» (Рыбаков 1961: 142). В этой статье, в отличие от предыдущей, Рыбаков посвятил целый раздел палеографическому анализу грамот Онфима и некоторых других, найденных в ярусе 15. Он считал, что палеографическая оценка всего комплекса грамот яруса 15 чрезвычайно важна независимо от того, есть ли дата в грамоте № 206 или нет. Рассмотрев подробно палеографические признаки разных букв, он утвердился во мнении, что все они относятся к XIII в., с чем согласилась Л.П. Жуковская, автор единственного в то время палеографического обзора берестяных грамот (1955; 1959). Итогом проделанного Рыбаковым палеографического анализа грамот 15-го яруса стало его твердое убеждение, что «ученик Онфим, знавший и коммерческую корреспонденцию, и молитвы, расставил цифровые знаки в четырехзначном числе именно так, как его этому учили...», т.е. написал SJ0A, что равно 6771 (1263). В том же году Арциховский откликнулся на критику своего оппонента развернутым палеографическим обзором онфимовских грамот и аналогий к ним из письменных источников (1961). О палеографии. Палеографические признаки берестяных грамот стали предметом острых разногласий между Арциховским и Рыбаковым. Оба оппонента в палеографических обзорах стремились подтвердить свою датировку яруса 15 и, следовательно, онфимовских грамот, трактуя каждый по-своему особенности начертаний тех или иных букв. Однако они пользовались существующей в то время палеографией рукописей, которая существенно отличается от графики берестяных грамот. Не случайно Арциховский, ссылаясь при издании грамот на их палеографические особенности, не раз подчеркивал, что палеография берестяных грамот еще не разработана. Книжная палеография дает лишь общую усредненную датировку для берестяных грамот. Палеография берестяных грамот была разработана А.А. Зализняком, который создал палеографические таблицы всех букв алфавита, выстроив их в хронологические ряды (2000а: 134-274). Он подтвердил существенное отличие палеографии берестяных грамот от пергаменных рукописей. В связи с этим «палеографическая битва» между Арциховским и Рыбаковым была безосновательной. Завершение дискуссии. 1962-1963 гг. После острой дискуссии, состоявшейся в 1959 г., новгородская хронология была пересмотрена. Летом того же года на Неревском раскопе были заложены четыре шурфа вблизи мостовых, с которых были взяты дендрохронологические спилы. Кроме того, такие же спилы были получены с различных сооружений. В 1960 г. работы по сбору дендрологических образцов были продолжены. Все спилы подвергнулись дендрохронологическому анализу, в результате чего каждый ярус мостовой и отдельные сооружения получили надежные четкие даты (Колчин 1962: 135-137). По сравнению с прежней новгородской хронологией датировка многих ярусов была уточнена. В частности, ярус 15, где были найдены грамоты Онфима, стал датироваться 20-30 годами XIII в. В 1963 г. был издан очередной том берестяных грамот с полной публикацией находок 1956-1957 гг. (Арциховский, Борковский 1963). Во введении к тому была приведена новая датировка ярусов, основанная на дендрохронологии. При описании грамоты № 206 Арциховский вновь рассматривает «доказательства» Рыбакова и указывает на его ошибки в интерпретации букв Ч и С, повторяя написанное в своей статье 1959 г. Он еще раз указывает на существенную разницу в написании С и О, которая хорошо видна на микрофотографиях. В дальнейшем оба оппонента больше не возвращались к проблемам прошедшей дискуссии. По поводу грамоты № 206 каждый из них остался при своем мнении. Арциховский, приняв новую дату 15-го яруса, продолжал считать, что Онфим написал искаженную дату. Тем более что микрофотографии текстов Онфима подтвердили объективность его суждения. Книжные буквы «кси» и «пси» Онфим вообще не употреблял ни в одном грамматическом упражнении. Возможно, и не знал даже, как они пишутся. Рыбаков же считал, что «нужно решать по смыслу» (1959: 99), на что Арциховский возражал: «Решать по смыслу, значит решать по своему предвзятому суждению» (1959: 126). Дата в грамоте № 206 продолжала оставаться спорной, поскольку после приведенных Арциховским убедительных макрофотографий было очевидно, что в записи даты нет предполагаемых Рыбаковым «пси» и О, а есть надежно читаемые Ч и С. На протяжении последующих десятилетий исследователи не раз обращались к интерпретации грамоты № 206 и пытались определить написанную в ней дату. Интерпретация грамоты № 206 в 1965-2013 гг. В.Л. Янин. 1965 г. В 1965 г. вышла в свет научно-популярная книга В.Л. Янина, в которой он посвятил целую главу грамотам Онфима, назвав ее «Устами младенца» (1965: 43-60). О грамоте № 206 было сказано, что она содержит в начале первой строки бессмысленный набор букв, означающий, возможно, попытку изобразить дату. Однако, как отмечал автор, эта попытка была явно неудачной, что и неудивительно, поскольку Онфим не мог даже правильно сосчитать пальцы на руке (1965: 54). Действительно, на всех его рисунках с изображением людей число пальцев на руках колеблется от трех до пяти, в одном случае их изображено даже семь. Судя по ученическим упражнениям Онфима, арифметике он еще не обучался. Мнение Л.В. Черепнина. 1969 г В 1969 г. крупнейший историк-медиевист Л.В. Черепнин, анализируя тексты на бересте как исторический источник, обратил внимание и на спорную грамоту № 206 (1969: 395-396). Исследователь не согласился ни с одним из существующих мнений. Догадка Рыбакова казалась ему остроумной, но она противоречила дендрохронологической дате яруса 15 (1224-1238 гг.), которая к тому времени была уже общепризнана. Мнение Арциховского о бессмысленном наборе цифр представлялось Черепнину также неубедительным. Однако дата была написана и требовала объяснения. Историк высказал предположение, что Онфим, еще не умея обозначать даты, перепутал буквы, поставив десятки впереди сотен, и написал 8ЧСА вместо 8СЧА, почему в итоге и получился 6291 год (783 г. по новому стилю). Однако эта версия не нашла сторонников. Трактовка А.В. Кузы и А.А. Медынцевой. 1974 г. Спустя пять лет после выхода книги Л. В. Черепнина к берестяным грамотам обратились археологи А.Н. Куза и А.А. Медынцева, которые уточняли в своей работе чтение ряда грамот, в основном связанных с рыболовством (1974). Не обошли вниманием они и грамоту № 206, трактовка которой продолжала оставаться спорной. Авторы, прежде всего, изложили взгляды своих предшественников, обратив особое внимание на мнение Череп-нина, которое считали необоснованным и нелогичным. В отношении записи даты они выразили полную поддержку Б. А. Рыбакову, предложение которого читать ее как 6771 г. (1263 г.) казалось им «наиболее правомерно». Эта дата, писали исследователи, идеально совпадает с датировкой яруса 14 (1238-1268 гг.), тем самым ее отклонение от даты яруса 15 (1224-1238 гг.), к которому относятся грамоты Онфима, не так велико. Куза и Медынцева подтвердили гипотезу Рыбакова и дополнительным аргументом. Они отметили, что буква Ч для обозначения цифры 90 стала использоваться в древнерусских памятниках только с XIV в. В частности, как отметили авторы, именно к этому времени относится берестяная грамота № 342 (1313-1340 гг.), которая содержит полную запись всех цифр от единиц до тысяч и в которой цифра 90 обозначена буквой Ч. В XII-XIII вв. эта цифра обозначалась копой q (коппа), о чем свидетельствуют эпиграфические памятники того времени. Исходя из этого факта, следовало признать, что в записи даты SЧСА Онфим допустил две грубейшие ошибки. Он не только поменял в дате места сотен и десятков, но и использовал в ней букву, которая в то время не имела цифрового обозначения. По мнению, Кузы и Медынцевой, это маловероятно, а значит Рыбаков прав. Авторы не ограничились обсуждением только даты, они считали, что начало первой строки написано вполне логично и читали запись иже во 8чса насо как иже во лето 8чса насо. При этом авторы вставили отсутствующее в записи Онфима слово лето и допустили, что насо можно принять за наше. В результате, по их мнению, начало грамоты звучало так: «Иже в лето 6671, наше (или нонешнее)». Интерпретация А.А. Зализняка. 2000 г. Прошла еще четверть века, прежде чем грамотой № 206 заинтересовался выдающийся лингвист А. А. Зализняк (2000б: 91-92). Берестяные грамоты вошли в круг его научных интересов в начале 80-х гг. прошлого века. Зализняк подверг все грамоты тщательному лингвистическому анализу, что привело к уточнению чтения многих грамот и их воспроизведения в прорисях. Комментарий к грамоте № 206 Зализняк начал с краткого изложения интерпретаций предшественников, отметив в них самое существенное. Микрофотографии убедили его в правоте Арциховского, утверждавшего отсутствие в записи даты букв J и О. Исследователь отметил как «важнейшее обстоятельство» и указание Кузы и Медынцевой на то, что буква Ч в XIII в. не употреблялась в качестве цифры. Также, как и все предыдущие интерпретаторы, Зализняк считал, что в записи SЧСА Онфим «явно хотел изобразить некоторую дату», однако в отличие от остальных сомневался, что Онфим пробовал самостоятельно написать дату. Вероятнее всего, писал Зализняк, Онфим «пытался просто воспроизвести по памяти некую числовую запись, которую ему доводилось видеть в исполнении учителя (или чьем-то еще). Например, он еще не знал, что цифры тысяч надо выделять особым знаком: он написал просто S с титлом, а не со специальным знаком» (Зализняк 2000: 91). Далее путем рассуждений и допущений Зализняк пришел к тому же выводу, что и Рыбаков: «Итак в онфимовской записи SЧСА знак Ч равносилен "пси", а знак С - это скорее всего ошибка вместо О. Иначе говоря, интерпретация 6771, т.е. 1263 год, оказывается самой вероятной» (2000: 92). Что касалось перевода Кузой и Медынцевой начала первой строки как «иже в лето 6771 наше», Зализняк назвал его «чистой фантазией с лингвистической точки зрения». По его мнению, данный отрезок вообще может быть не отдельной фразой, а набором слов. В качестве примера он привел грамоту Онфима № 207 (рис. 4), текст которой состоит, казалось бы, из бессмысленного набора слов церковной лексики:

Ключевые слова

Новгород, Неревский раскоп, грамоты Онфима, новгородская хронология, дата, дискуссия, палеография, Novgorod, Nerevskiy excavation site, Onfim's birch bark manuscripts, Novgorod

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Рыбина Елена АлександровнаМосковский государственный университет им. М. В. Ломоносовадоктор исторических наук, профессорear42@list.ru
Всего: 1

Ссылки

Арциховский А.В. Берестяные грамоты мальчика Онфима // Советская археология (далее - СА). 1957. № 3. С. 215-223
Арциховский А.В. О новгородской хронологии // СА. 1959. № 4. С. 106-127
Арциховский А.В. Ответ Б.А. Рыбакову // СА. 1961. № 3. С.122-136
Арциховский А.В., Борковский В.И. Новгородские грамоты на бересте (из раскопок 1956-1957 гг.). М.: Изд-во АН СССР, 1963. С. 26-28
Гайдуков П.Г. К 50-летию начала дискуссии «О новгородской хронологии» (Б.А. Рыбаков - А.В. Арциховский и Б.А. Колчин) // Новгород и Новгородская земля. История и археология. Великий Новгород, 2010. Вып. 24. С. 101-111
Гиппиус А.А., Залиняк А.А. Поправки и замечания к чтению ранее опубликованных берестяных грамот // Янин В. Л., Зализняк А.А., Гиппиус А.А. Новгородские грамоты на бересте (из раскопок 2001-2014 гг.). М.: Языки славянской культуры, 2015. Т. XII. С. 212
Жуковская Л.П. Палеография // Палеографический и лингвистический анализ новгородских берестяных грамот. М.: Изд-во АН СССР, 1955. С. 13-78
Жуковская Л.П. Новгородские берестяные грамоты. М.: Учпедгиз, 1959
Зализняк А.А. Палеография берестяных грамот // Янин В.Л., Зализняк А.А. НГБ X (из раскопок 1990-1996 гг.). М.: Русские словари, 2000а. С. 134-274
Зализняк А.А. Поправки и замечания к чтению ранее опубликованных берестяных грамот // Янин В.Л., Зализняк А.А. НГБ X (из раскопок 1990-1996 гг.). М.: Русские словари, 2000б. С. 82-122
Зализняк А.А. Древненовгородский диалект. М.: Языки славянской культуры, 2004
Зализняк А.А. Письмо В.Л. Янину и Е.А. Рыбиной от 27.05.2013 г. // Личный архив В. Л. Янина и Е. А. Рыбиной
Колчин Б.А. Хронология новгородских древностей» // СА. 1958. № 2. С. 92-111
Колчин Б.А. Дендрохронология Новгорода // СА. 1962. № 1. С. 113-139
Куза А.В., Медынцева А.А. Заметки о берестяных грамотах // Нумизматика и эпиграфика. XI. М., 1974. С. 229-230
Мещерский Н.Н. К изучению языка и стиля новгородских берестяных грамот // Уч. зап. Карел. пед. ин-та. Петрозаводск, 1962. Т. 12. С. 84-115
Рыбаков Б.А. К вопросу о методике определения хронологии новгородских древностей // СА. 1959. № 4. С. 82-106
Рыбаков Б.А. Что нового вносит в науку статья А.В. Арциховского «О новгородской археологии»? // СА. 1961. № 2. С. 141-163
Черепнин Л.В. Новгородские берестяные грамоты как исторический источник. М.: Наука, 1969
Янин В.Л. Я послал тебе бересту... М.: Изд-во Московского университета, 1965
 Берестяная грамота № 206 мальчика Онфима. История интерпретации | Сибирские исторические исследования. 2018. № 4. DOI: 10.17223/2312461X/22/7

Берестяная грамота № 206 мальчика Онфима. История интерпретации | Сибирские исторические исследования. 2018. № 4. DOI: 10.17223/2312461X/22/7