О регулятивной роли имен собственных в воплощении ключевого образа регионального медиатекста: образ города-сада в газете «Кузнецкий рабочий» (Новокузнецк) | Сибирский филологический журнал. 2015. № 4.

О регулятивной роли имен собственных в воплощении ключевого образа регионального медиатекста: образ города-сада в газете «Кузнецкий рабочий» (Новокузнецк)

Рассматриваются семантико-стилистические особенности воплощения образа город сад , ключевого для городской газеты «Кузнецкий рабочий». Охарактеризована регулятивная роль онимов на этапах восприятия, понимания и интерпретации текста. Уделено внимание концептуальной (являющейся основной) и экспрессивной функциям имен собственных в региональном медиатексте. Обосновывается обусловленность регулятивной роли различных имен собственных (антропонимов, топонимов, эргонимов, идеонимов, мифонимов) как внутритекстовыми, так и межтекстовыми связями: регулятивная роль онима в контексте актуализируется с помощью сопровождающих его апеллятивов и смысловых лексических парадигм, в которые он включен, и раскрывается благодаря комплексу стилистических средств и приемов; на регулятивный потенциал имен собственных в региональном издании влияет межтекстовое пространство, связанное с важной ролью краеведческой тематики.

On the regulative role of proper names in realizing the key image of a regional media text: the image of a garden city i.pdf Тема города в городской газете имеет статус гипертемы. Ф. Данеш называет гипертемой «основную тему текста (фрагмента текста)», которая «может быть эксплицитно названа говорящим, но также может быть сформулирована на основе частных описаний» (см. об этом.: [Филиппов, 2003, с. 163]). В городской газете гипертема города является основной не только для отдельного текста, но и для издания в целом. В старейшей газете Новокузнецка «Кузнецкий рабочий» в воплощении темы города ключевую роль играет образ город-сад. В статье рас сматривается регулятивная роль онимов в семантико-стилистическом воплощении ключевого образа, т. е. их способность «“управлять” интерпретационной деятельностью адресата в соответствии с интенцией автора» [Болотнова, 2008, с. 165]. Внимание уделено такому аспекту воплощения ключевого образа городсад, как его истоки, осмысленные журналистами, историками, краеведами, читателями. Проанализированы 92 текста (1980-2014), в которых содержатся имя существительное город, сопровождаемое приложением-эпитетом сад, или упоминание соответствующих строчек из стихотворения В. В. Маяковского «Рассказ Хреновао Кузнецкстрое ио людях Кузнеца» (1929). Стилистическое исследование имен собственных в отечественной лингвистике восходит к изучению роли онимов в художественном произведении ([Виноградов, 1981, с. 51; Бондалетов 1983, с. 63]), которая продолжает рассматриваться в современных исследованиях по филологическому анализу текста ([Фонякова, 1990; Лукин, 1999; Васильева, 2009] и др.), в том числе в рамках новых научных направлений стилистики. Так, оним стал объектом внимания и для коммуникативной стилистики текста. Например, И. И. Бабенко исследует коммуникативный потенциал некоторых имен собственных в лирике М. Цветаевой [Бабенко, 2001, с. 19-20]. Актуальным представляется исследование функционирования онимов в различных типах дискурса, в частности в медиадискурсе. Исследователи газетной лексики отмечают «большой процент собственных имен: топонимов, антропонимов, названий учреждений и организаций и т. д.» [Арнольд, 2009, с. 344]. Т. В. Матвеева, характеризуя тематическую цепочку публицистического текста, называет имя собственное «базовой номинацией» («если предмет речи характеризуется его наличием») [Матвеева, 1990, с. 85]. В современной стилистике имена собственные в газетно-публицистическом тексте рассматриваются как «полифункциональные знаки», которые «являются связующим элементом содержательно-смыслового пространства и формальной организации текста» [Батурина, 2004], актуализируется когнитивно-дискурсивный подход к функционированию онимов в современных СМИ [Нахимова, 2011]. Безусловно, употребление имен собственных в газетном тексте отражает специфику взаимодействия его коммуникативных программ - объективно-логической, оценочной и прагматической (см. о них: [Матвеева, 1990, с. 84]). Т. В. Матвеева характеризует оценочную программу газетно-публицистического текста как ведущую: «Тот или иной факт интересует журналиста не сам по себе, а в аспекте социальных оценок. Во многих жанрах эти оценки даются как личностные авторские оценки, включающие в себя эмоциональную окрашенность» [Там же]. Социальная оценочность в современной стилистике осмыслена как «одна из главных особенностей языка газеты (публицистики), нуждающейся не только в номинации явлений, фактов, событий, но и в их социальной оценке, интерпретации» [Солганик, 2003, с. 313]. Характер выражения социальной оценки определяет информативно-прагматическоесвоеобразие медиатекста. Новизна данного исследования связана с обращением к изучению функционирования имен собственных в медиатексте с позиций коммуникативной стилистики текста, а именно в русле теории регулятивности (см. о ней: [Болотнова, 2008, с. 163-169]). Впервые в данном аспекте исследуется региональный медиатекст, причем охватывается такой насыщенный изменениями в языке и стиле газеты период, как конец XX (1980-2000 гг.) - начало XXI в. Функции имени собственного в языке (см. о них: [Суперанская, 1973, с. 266- 273]) находят своеобразное преломление в тексте. В рамках филологического анализа текста формируется круг методологических проблем, связанных с изучением функционирования онима в тексте. Рассмотрим факторы, определяющие особую роль онима в медиадискурсе на этапах восприятия, понимания и интерпретации текста. Регулятивная роль онимов на этапе восприятия, первом в декодировании, предопределена уже их особым графическим обликом. И. В. Арнольд отмечает стилистическую роль слов, написанных в тексте с заглавной буквы [Арнольд, 2009, с. 308]. Поскольку имена собственные выделены в тексте уже благодаря орфографическойнорме, читателюлегче заметить их среди слов, написанных со строчных букв: графический облик онимов активизирует непроизвольное внимание ад-ресата. Регулятивная роль онима, воспринимаемого адресатом, зависит от характера референтной отсылки, определяющей специфику «отбора» текстом адресата: имена собственные позволяют тексту найти своего читателя, которому важна обозначенная онимом отсылка к референту. В. А. Лукин отмечает, что в художественном произведении «в начале текста, при первом употреблении, имя собственное - индексальный знак, подобный неопределенному артиклю» [Лукин, 1999, с. 30]. При начальном восприятии газетно-публицистического текста возможны два случая: 1) имя собственное - индексальный знак, указывающий на референт, «который получатель воспринимает как некоторый Х» [Там же], но, в отличие от Х художественного текста, этот Х мыслится как реально существующий объект (за исключением отдельных случаев, например онимы художественной публицистики, онимы, отражающие сферу «мир искусства»); 2) имя собственное «становится вербальным признаком описываемого объекта» [Мурзин, Штерн, 1991, с. 51], в той или иной степени знакомого адресату. Имя собственное как индексальный знак может привлечь внимание адресата только своей интересной формой, его референция осуществляется на этапах понимания и интерпретации, т. е. при погружении в мир текста. Оним как вербальный знак описываемого объекта обладает «мысленным досье» [Булыгина, Шмелев, 1997, с. 497]. При формировании «мысленного досье» онима важна такая таксономическая процедура, как определение разновидности имени собственного по характеру обозначаемого объекта (см. о многообразии имен собственных: [Подольская, 1988]). Имя собственное привлечет к дальнейшему общению с текстом того адресата, который, обладая определенным «мысленным досье», захочет получить информацию обобозначенномреференте. На этапах понимания и интерпретации имя собственное погружается адресатом (и помогает погрузить его) в мир текста. Н. В. Васильева разграничивает три стадии такого погружения: «введение имени в текст», «“продвижение” имени в тексте», «имя на выходе из текста» [Васильева, 2009, с. 6]. На этапах понимания и интерпретации текста не только актуализируются определенные участки фоновых знаний читателя, связанных с именем собственным, но и вводится новая информация, оним становится компонентом смысловой структуры текста. Введение имени в текст управляет процессом понимания и со стилистической точки зрения интересно позиционной характеристикой имени собственного в тексте (расположение в сильных позициях или на других участках текстового развертывания), выбором формы имени и «апеллятивным конвоем» [Там же, с. 35], функции которого неограничиваются информативно-идентификационной. В соответствии с моделью Н. В. Васильевой этап понимания имени собст-венного связан прежде всего с его «продвижением» в тексте [Там же, с. 6]. Вхождение в смысловую структуру текста на этапе понимания проявляется во включенности онимов в контексты, насыщенные концептуально и эмоционально-экспрессивно, в смысловые лексические парадигмы. Так создается «индуцирующий эффект контекста» [Там же, с. 70]. Особую текстовую парадигму представляет «номинационная цепочка», в которую входит имя собственное (см. о ней: [Матвеева, 1990, с. 85-88]). Согласно определению Н. С. Болотновой, текстовая парадигма - это «совокупность лексических единиц (словных и сверхсловных элементов), объединенных концептуально на основе какого-либо общего элемента: внешнего (экстралингвистического) и/или внутреннего (лингвистического)» [Болотнова, 1994, с. 40]. Семантическая основа соотнесенности компонентов лексической парадигмы на основе повтора и контраста соответствует характеристике таких типов связи в лексических полевых структурах, как связь-вхождение и связь-расхождение [Попова, Стернин, 1990]. В основе смысловых лексических парадигм (далее - СЛП), реализующих в тексте связь-вхождение [Там же, с. 34-35], лежит явление изотопии, описанное А. Греймасом (1966). «Согласно А. Греймасу, изотопия присутствует там, где имеется “семная рекурренция”, т. е. семный повтор. Другими словами, в разных частях текста (фрагмента текста) повторяются лексемы, несущие в себе одинаковые семы, в результате возникают изотопические цепочки, пронизывающие всю структуру текста (фрагмента текста)» - «изотопическая сеть» (Isotopienetz) [Филиппов, 2003, с. 260]. В процессе настоящего исследования выявлялись текстовые и межтекстовые СЛП, основанные на семной рекуррен-ции, - изотопические цепочки, актуализированные благодаря такому типу выдвижения, как повтор. Было уделено внимание и СЛП, основанным на связирасхождении [Попова, Стернин, 1990, с. 38-39], создающим такой тип выдвижения, как контраст. Безусловно, СЛП в газетной публицистике во многом определяют то, что имя собственное «светит отраженным светом развернутого текста» [Мурзин, Штерн, 1991, с. 53], позволяют соотнести употребление онимов с авторской концепцией и характерными для нее акцентами. Этап интерпретации места имени собственного в мире текста связан с открытым характером информационного пространства текста и в модели Н. В. Васильевой отражен как «имя на выходе из текста» [Васильева, 2009, с. 6]. В материалах городской газеты об истоках образа города-сада разных лет онимы играют ключевую роль. С их помощью перед читателем предстают три версии истории образа город-сад: первая связана со стихотворением В. Маяковского, вторая - с идеей городов-садов, разработанной социалистами-утопистами, и историей ее практического воплощения, третья - с концепцией и деятельностью М. И. Курако. Эти версии не исключают друг друга и представлены авторами газетных публикаций как сосуществующие. Самая многочисленная группа онимов представляет наиболее разработанную в медиатекстах версию происхождения образа, связывающую его со стихотворением В. Маяковского. Регулятивная роль онимов на этапе понимания текста связана с реализацией концептуальной и экспрессивной функций. Благодаря онимам, как повторяющимся, так и не обладающим частотностью, обогащается содержательно-фактуальная и содержательно-концептуальная информация текста (о видах информации см.: [Гальперин, 2014, с. 27-50]), актуализируются референтные и когнитивные ассоциации читателя (см. об этих видах ассоциаций: [Болотнова, 1994, с. 25-39]). Так, в изложении второйверсии истории образа город-сад, связанной с утопическими идеями городов-садов, рядом с именем Э. Хоуарда в газете появляются другие антропонимы и библионимы, просвещающие читателя: В России в 1913 году вышла книга В. Дадонова «Социализм без политики. Города-сады будущего в настоящем», в которой пропагандировалась утопическая идея городов-садов как ячеек справедливого общества, достижимого без классовой борьбы и революции; Победитель конкурса, томский инженер П. А. Парамонов, представил проект, основанный на концепции Хоуарда (Ю. Иванов, 08.07.1980) 1; …(впрочем, идею он [Э. Говард] почерпнул у эконо 1 В статье использован иллюстративный материал из газеты «Кузнецкий рабочий» (г. Новокузнецк) суказаниемавтора газетногоматериала и даты выхода номера. миста Альфреда Маршалла, еще в 1884 году заявившего о необходимости деконцентрации промышленности)… (С. Михайлов, 17.06.2010). Концептуальная функция онимов проявляется в их участии в выражении ключевых мыслей автора текста (авторов нескольких публикаций). С помощью каких стилистических средств и приемов в мире текста реализуется регулятивная роль имени собственного, связанная с выражением ключевыхмыслей? Во-первых, признаком особой концептуальной нагрузки является повторяемость онима (внутритекстовые и межтекстовые повторы). Так, среди антропонимов, эксплицирующих образ город-сад, выделяются ключевые имена собственные, имеющие межтекстовый статус. В соответствии со спецификой каждой версии происхождения образа город-сад ключевую роль играют антропонимы Маяковский, Хренов (данное имя употребляется и как поэтоним; в газетных материалах есть варианты написания имени Хренова: Ян Петрович и Ульян Петрович), Э. Хоуард (в других публикациях встречаем вариант Эбенизер Говард). Третья версия была рассмотрена на материале единственной публикации, в которой ключевую роль играет имя М. К. Курако. Среди эргонимов, значимых в воплощении образа город-сад, отметим роль названия группы предприятий КОПИКУЗ (КопиКуз). Данный эргоним употребляется в нескольких газетных материалах, внимание к информации, связанной с ним, сохраняется в публикациях XXI в.: Еще в 1912 году возникло акционерное общество кузнецких каменноугольных копей (КОПИКУЗ). Это была крупнейшая в Западной Сибири капиталистическая корпорация, которая планировала большое промышленное и транспортное строительство в Кузбассе. В частности, намечалось в районе Шушталепа построить металлургический завод, а вблизи Кузнецка, который тогда насчитывал менее четырех тысяч жителей, - машиностроительный завод и крупный железнодорожный узел. …Рабочие поселки при основных предприятиях КОПИКУЗа проектировали по типу городов-садов. …На территории, отведенной под город-сад, возник поселок, названный по этой причине Сад-городом (Ю. Иванов, 08.07.1980); …в 1912 году, когда Николай II утвердил Устав акционерного общества КопиКуз, получившего монопольное право на угледобычу, добычу и обработку железных руд в Кузнецком крае сроком на 60 лет (вплоть до 1972 года) (С. Михайлов, 17.06.2010). Во-вторых, отметим значимость «апеллятивного конвоя» (Н. В. Васильева). Идентификаторы онима Маяковский достаточно стереотипны: поэт, большой поэт. Творческое осмысление образа Маяковского мы наблюдаем в материалах начала XXI в. Например, В. Немиров поднимает вопрос о памятниках города как метах своего времени: Маяковский, понятно дело, представлен «трибуном и горлопаном», написавшим со слов некоего Хренова, что «здесь будет городСад» и что-что, а уж Сибирь-то мы «воспламеним» - как пить дать (В. Немиров, 02.11.2002). В контексте синонимическая СЛП «“трибун и горлопан” - идеологически выдержанный Маяковский» противопоставляется характеристике Маяковского, который смог бы сыграть ноктюрн «на флейте водосточных труб», наступив «на горло собственной песне». В приведенной интерпретации также использовано интересное определение онима Хренов, который в других публикациях сопровождается идентификаторами герой стихотворения, пропагандист (Ю. Иванов, 08.07.1980), знакомый Маяковского, участник строительства Кузнецкого металлургического комбината (В. Кунгурцев, 17.07.1993); Э. Хоуард, автор идеи городов-садов, охарактеризован как английский социолог (Ю. Иванов, 08.07.1980); Ю. Мустафин использует при введении онима оценочное местоимение: сам Михаил Константинович Курако (Ю. Мустафин, 12.10.1991). В-третьих, концептуальная функция онимов актуализируется СЛП. Так, партитивные ряды топонимов Европа - Россия - Сибирь - Щегловск (ныне Кемерово), Европа - Россия - Сибирь - Западная Сибирь - Кузбасс - Южный Кузбасс - Кузнецк - Сад-город в статье историка Ю. Иванова (08.07.1980) отражают распространение идеи города-сада и вводят региональное пространство в контекст мирового. Особое место в размышлениях историка, представленных в городской газете, занимает Южный Кузбасс. Хоронимы Западная Сибирь и Южный Кузбасс вступают в партитивные отношения с ойконимами Шушталеп, Кузнецк, Садгород. В-четвертых, для выявления концептуальной роли онима важна его соотнесенность с ключевыми темами и идеями издания. Ключевая тема публикаций, раскрывающих историю образа город-сад, - тема прекрасной мечты, контрастно соотнесенная с темой реальности, что определяет, например, концептуальную функцию библионима Мечта и ее осуществление - название статьи И. П. Бардина (В. Кунгурцев, 17.07.1993). В городской газете ключевым статусом обладают краеведческие темы. Региональная специфика издания определяет важную роль «кузнецких» антропонимов. В контекстах, эксплицирующих образ города-сада (в изложении как первой, так и второй версии), неоднократно звучит имя Ивана Петрович Бардина. Авторы рассказывают о его делах, включают его воспоминания, фрагменты работ. Употребление этого имени, безусловно, концептуально значимо в региональном медиадискурсе. Антропоним сопровождается номенклатурными и экспрессивными характеристиками: технический руководитель строительства Кузнецкого металлургического комбината, будущий вице-президент Академии наук СССР, академик (В. Кунгурцев, 17.07.1993), человек-загадка (А. Шпрингер, 13.11.2008), легендарный Иван Бардин (Т. Эмих, 11.07.2009). Используются также многочисленные антропонимы, не обладающие широкой известностью, и это концептуально значимо, поскольку каждое упомянутое имя помогает воплотиться идее исторической памяти, передать мысль о тесной связи истории города и судеб многих людей. Так в медиадискурсе, особенно в материалах начала XXI в., реализуется своего рода антропоцентрический подход к истории. Судьбы новокузнечан, тесно связанные с судьбой города-сада, занимают особое место в газетных материалах начала XXI в.: А ведь еще до этого произошло немало судьбоносных и горьких “случайностей”, которые привели в свое время репрессированных родителей Володи [В. Е. Лобанова] и семерых их детей в Сталинск - жить в палатке на Верхне-Островской и строить город-сад… (И. Ким, 22.01.2009); …в 1958-м бабушка [Т. М. Квасницкая] с дедушкой Евгением Алексеевичем, рассказывает Дарья, переехали в Новокузнецк по предложению дедушки: “перспективный, развивающийся город, город-сад” (С. Михайлов, 15.12.2013). Рассказы о судьбах новокузнечан коннотативно богаты. Основная тональность - непринужденная, доверительная. Используется даже шутливоироничное изложение, например: …будучи по жизни человеком активным, новоявленный спецпереселенец [отец Н. В. Трушина] вскоре добился перевода на строительство Кузнецкого металлургического комбината, где вскоре должен был расцвести город-сад. А коль так, неплохо было бы и всей семье застолбить место в будущем оазисе, решил он, вызывая в Новокузнецк все свое семейство (очерк В. Часовских об основателе династии кузнецких металлургов Н. В. Трушине, 01.03.2007). Концептуальная функция в материалах начала XXI в., актуализирующих ключевую роль темы исторической памяти, связана с такими урбанонимами, как названия памятников: Доменную печь № 1 КМК в 1974 году постановлением Совета министров РСФСР внесли в Реестр памятников истории республиканского значения. Как свидетельство трудового героизма первостроителей КМК, она, конечно, должна была быть сохранена в память о славном времени, когда люди верили, что строят грядущее счастье, город будущего - город-сад (Т. Петрова, 12.07.2007). Приведем пример реализации концептуально-экспрессивнойфункции использования образов памятников, когда, в соответствии со стилистическими изменениями в языке СМИ конца XX - начала XXI в., мы встречаем «антипафосное» представление празднования Дня города: «Оживавшие» друг за другом памятники скидывали с себя каменные доспехи и превращались в изображения настоящих, видимо, заранее записанных, а теперь спроецированных на арену людей. Владимир Маяковский (правда, лицо актера на поэта оказалось совсем не похоже) исполнил пафосное «...Через четыре года здесь будет город-сад!» Неизвестный солдат поведал о подвиге народа в Великой Отечественной войне, в которой «Кузбасс играл далеко не последнюю роль». Последними выступили «незримые участники горьких поражений и побед» в этой нелегкой войне - два кузнецких металлурга, те самые, что встречают новокузнечан у входа в Сад металлургов (А. Денисов и др., 03.07.2012). На наш взгляд, авторы репортажа передают мысль о невозможности сохранения традиций с помощью насаждения штампов, о живом начале исторической памяти. Экспрессивная функция имен собственных позволяет им быть акцентуаторами (термин И. И. Сущинского), т. е. являться «средствами смыслового выделения важных, по мнению автора, моментов содержания текста, привлечения к ним читательского внимания» [Иванова, 2003, с. 15]. Назовем стилистические средства и приемы ее воплощения в мире текста, подчеркнув, что экспрессивная функция в медиадискурсе выступает в синкретизме с концептуальной, поскольку для автора медиатекста характерна ориентация на выражение содержательно-концеп-туальной информации, обусловленная доминирующей ролью социальной оценки в газетно-публицистическом тексте. Во-первых, в экспрессивном насыщении текста важны СЛП, создающие эффект усиления или контраста. Например, А. Астанина выстраивает изотопические цепочки, соотносящие образ города-садас мифонимами и через них с идей вечной человеческой мечты о земном рае: В легендах и мифах различных народов встречаются собственные интерпретации земли-рая: в греческой мифологии это острова Блаженных и Елисейские поля, в христианстве - Эдем и Новый Иерусалим, в кельтской мифологии - Авалон, в славянской - Китеж (А. Астанина, 04.12.2008). Во-вторых, функцию актуализации успешно выполняют антропонимы, называющие известных личностей. Эффект воздействия на адресата усиливается, если в контекст включены яркие высказывания этих людей. Так, в изложении третьей версии истории образа город-сад акцентуатором является имя И. Эренбурга: В заключение мне хочется привести слова И. Г. Эренбурга: «Строительство Кузнецка я вспоминаю с трепетом и восхищением: все там было невыносимо и прекрасно… Люди строили завод в неслыханно трудных условиях, кажется, никто нигде так не строил, да и не будет строить». Эренбург прав, так строить город больше не будут. И спасибо тысячам известных и безвестных кузнечан, которые его все-таки построили (Ю. Мустафин, 12.10.1991). Концептуально значимые слова И. Эренбурга и благодарность автора статьи кузнечанам создают возвышенную окраску финальной части статьи. Торжественный настрой и экспрессия подчеркнуты амфитезами невыносимо - прекрасно, известные - безвестные. В-третьих, экспрессивная функция топонимов обусловлена их образным потенциалом, связанным со способностью конкретизировать значимый для восприятия каждого текста образ пространства. Кроме того, актуализируя значимые пространственные образы, автор усиливает коннотативную нагрузку топонимов благодаря контексту. В региональном медиатексте включение топонимов создает отсылку чаще всего к известным референтам или же неизвестные референты соотносятся с известными. До начала 90-х гг. газетные материалы нередко создают экспрессивную актуализацию темы преодоления неимоверных трудностей, выпавших на долю кузнецкстроевцев. В очерке филолога Б. Челышева о Я. П. Хренове (14.07.1983), где изложена первая версия истории образа город-сад, антитезы Москва - Сибирь, Москва - старый острожный городок Кузнецк помогают автору создать образ фантастически-грандиозного строительства города мечты. Уютное и цивилизованное московское пространство, связанное с образом дружеской встречи за обеденным столом, конкретизированное с помощью урбанонима-годонима Гендриков переулок, соотнесенное с изотопической цепочкой антропонимов, именующих известных людей (Ян Петрович Хренов - Брики - Владимир Маяковский), контрастно соотносится с экспрессивно представленным далеким сибирским пространством: В ноябре 1929 года в Москву из Сибири приехал Ян Петрович Хренов. За обеденным столом в Гендриковом переулке, у Бриков, он рассказал Владимиру Маяковскому и его друзьям о том фантастическиграндиозном строительстве, которое началось вблизи старого острожного городка Кузнецка. Хренов вспомнил о тех трудностях, лишениях, которые выпали на долю рабочих, о мокром хлебе, о сырых землянках, продуваемых всеми ветрами бараках. Он рассказал, как в проливные дожди рабочие-грабари укрывались под старыми телегами или толпились в тепляках у железных времянок, как арматурщики обмораживали руки, плетя каркасы первых цехов. Он поведал и о том, во что выльется через четыре года пятилетки труд многих тысяч людей: здесь будет заложен новый город - город-сад. Многочисленные детали, создающие образ грандиозной стройки, контрастно соотносят темы непосильных лишений и их героического преодоления во имя мечты. Образ города-сада в очерке Б. Челышева, акцентированный с помощью пояснительной конструкции, появляется как метафорическоевоплощение идеи города-мечты. Топонимы конкретизируют пространственный образ, коннотативное насыщение которого создается контекстом. В городской газете они помогают создать колорит города, соотнести его прошлое и настоящее: Со всех окрестных деревень стекались на редаковскую землю строители завода. Это о них, строителях КМК, писал Маяковский [далее цитируется стихотворение]. Росли, будто грибы после дождя, домики, удлинялись улицы. Жители ходили на гору, собирали дары природы. Добывали дичь. На месте теперешних улиц - Донецкой, Чуйской, Тобольской, Самарской, Овражной - были реки. Они тоже кормили новоселов (Э. Полякова, 23.10.2004); Взяли землю для посадки картошки на горе Соколухе. Приходилось не раз и не два карабкаться туда. Уставали, конечно, но зато, когда мы возвращались, то садились на край горы и любовались панорамой города на фоне КМК. Мы находили свой дом, улицу Энтузиастов, проспект Молотова (Металлургов), улицу Кирова. Напротив строился новый универмаг. Смотрели мы на наш город, на огромный завод и думали, что сбываются пророческие слова В. Маяковского: «Через четыре года здесь будет город-сад» (М. И. Зайкова-Го-ловина, 20.05.2010). Экспрессивный потенциал топонимов раскрывается и в контекстах с образованными от них апеллятивами. Так, масштаб Кузнецкстроя передает гиперогипонимическая изотопическая цепочка, в которой гипероним кузнецкстроевцы конкретизируется по географическому признаку: Может быть, разговор именно этих алтайских крестьян, ставших кузнецкстроевцами, и слышал Хренов, рассказавший о нем Маяковскому. А возможно, это были не алтайцы, а томичи или иркутяне, калужене или туляки. Ведь город, как и завод, строила вся страна, и все кузнецкстроевцы хотели, чтобы он стал городомсадом (Ю. Иванов, 08.07.1980). В-четвертых, экспрессивная функция имен собственных подчеркивается с помощью метаязыковых включений, в которых автор публикации размышляет о характере названия. Например, в статье краеведа Ю. Мустафина (12.10.1991) знаками силы духа первостроителей стали элементы юмора в зарисовках о тяжелой жизни кузнецкстроевцев: Некоторые земляночные городки имели громкие озорные названия: Нахаловка, Марс, Юпитер, Новая Америка, Шанхай; Рабо-чие ежедневно, добираясь до работы, показывали чудеса эквилибристики. Таким образом, в изложении городской газетой истории образа город-сад ярко проявляется регулятивная роль имен собственных (антропонимов, топонимов, эргонимов, идеонимов, мифонимов), выполняющих концептуальную и экспрессивную функции. Регулятивная роль онимов на таких этапах деятельности адресата, как понимание и интерпретация, связана с вхождением имени собственного в мир текста с помощью повтора, «апеллятивного конвоя», смысловых лексических парадигм и актуализируется благодаря разнообразным стилистическим средствам и приемам. При этом «индуцирующий эффект контекста» определен не только внутритекстовыми связями, но и влиянием межтекстового пространства, значимого в газетной публицистике. В региональном издании межтекстовое пространство связано с важной ролью краеведческой тематики, что влияет на регулятивный потенциал имен собственных.

Ключевые слова

гипертема, медиатекст, регулятивность, имя собственное (оним), смысловая лексическая парадигма, изотопическая цепочка, hypertheme, media text, regulativity, proper name, semantic lexical paradigm, isotopic chain

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Пушкарева Ирина АлексеевнаТомский государственный педагогический университетрia11@yandex.ru
Всего: 1

Ссылки

Фонякова О. И. Имя собственное в художественном тексте: Учеб. пособие. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1990. 103 с.
Филиппов К. В. Лингвистика текста: Курс лекций. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2003. 336 с.
Суперанская А. В. Общая теория имени собственного: Моногр. / Отв. ред. А. А. Реформатский. М.: Наука, 1973. 368 с.
Солганик Г. Я. Публицистический стиль // Стилистический энциклопедический словарь / Под ред. М. Н. Кожиной. М.: Флинта: Наука, 2003. С. 312-315.
Попова З. Д., Стернин И. А. и др. Полевые структуры в системе языка. Воронеж: ВГУ, 1990. 198 с.
Подольская Н. В. Словарь русской ономастической терминологии / Отв. ред. А. В. Суперанская. М.: Наука, 1988. 192 с.
Нахимова Е. А. Теория и методика когнитивно-дискурсивного исследования прецедентных онимов в современной российской массовой коммуникации: Автореф. … д-ра филол. наук. Екатеринбург: Урал. гос. пед. ун-т, 2011. 44 с.
Мурзин Л. Н., Штерн А. С. Текст и его восприятие. Свердловск: Изд-во Урал. ун-та, 1991. 172 с.
Лукин В. А. Художественный текст: основы лингвистической теории и элементы анализа: Учеб. М.: Ось-89, 1999. 192 с.
Матвеева Т. В. Функциональные стили в аспекте текстовых категорий: Синхронно-сопоставительный очерк. Свердловск, 1990. 172 с.
Иванова Т. Б. Акцентуаторы // Стилистический энциклопедический словарь / Подред. М. Н. Кожиной. М.: Флинта: Наука, 2003. С. 15.
Виноградов В. В. Проблемы русской стилистики. М.: Высш. шк., 1981. 320 с.
Гальперин И. Р. Текст как объект лингвистического исследования / Отв. ред. Г. В. Степанов. М.: Кн. дом «Либроком», 2014. 144 с.
Васильева Н. В. Собственное имя в мире текста: Моногр. / Отв. ред. Н. К. Рябцева. М.: Кн. дом «Либроком», 2009. 224 с.
Булыгина Т. В., Шмелев А. Д. Языковая концептуализация мира (на материале русской грамматики). М.: Языки славянской культуры, 1997. 576 с.
Бондалетов В. Д. Русская ономастика: Учеб. пособие. М.: Просвещение, 1983. 224 с.
Болотнова Н. С. Коммуникативная стилистика текста: Словарь-тезаурус. Томск: Изд-во ТГПУ, 2008. 384 с.
Болотнова Н. С. Лексическая структура художественного текста в ассоциативном аспекте. Томск: ТГПИ, 1994. 212 с.
Батурина Л. А. Семантико-стилистический анализ ономастических единиц в газетно-публицистическом тексте (на материале прессы конца XX - начала XXI века): Автореф. дис. … канд. филол. наук. Волгоград: Перемена, 2004. 24 с.
Бабенко И. И. Коммуникативный потенциал слова и его отражение в лирике М. И. Цветаевой: Автореф. дис. … канд. филол. наук. Томск: ТГПУ, 2001. 25 с.
Арнольд И. В. Стилистика. Современный английский язык: Учеб. для вузов. М.: Флинта: Наука, 2009. 384 с.
 О регулятивной роли имен собственных в воплощении ключевого образа регионального медиатекста: образ города-сада в газете «Кузнецкий рабочий» (Новокузнецк) | Сибирский филологический журнал. 2015. № 4.

О регулятивной роли имен собственных в воплощении ключевого образа регионального медиатекста: образ города-сада в газете «Кузнецкий рабочий» (Новокузнецк) | Сибирский филологический журнал. 2015. № 4.