Преодоление виртуальности. Опыт компаративного анализа социальных значений локальных сообществ в Томске и Нижнем Новгороде | Вестн. Том. гос. ун-та. 2014. № 388. DOI: 10.17223/15617793/388/17

Преодоление виртуальности. Опыт компаративного анализа социальных значений локальных сообществ в Томске и Нижнем Новгороде

Проводится сравнительный анализ социальных сообществ Томска и Нижнего Новгорода и особенностей поведения в них людей. Одним из существенных признаков этого поведения является попытка создать новую этику социального взаимодействия с опорой на принципы виртуальной коммуникации.

Overcoming of virtuality. Experience of comparative analysis of the social values of local communities in Tomsk and Nizh.pdf Современная культура насквозь пронизана различными цифровыми и информационными технологиями. Это обусловливает формы социального бытия и способы коммуникации между людьми. На фоне тотального погружения в сети, в качестве противостояния глобальной оцифровке общества, появляются точечные проекты, направленные на организацию коммуникации между людьми в реальном мире по различным профессиональным или социальным про-блематикам. Сегодня слово «коммуникация» наиболее часто употребляется в связи с обозначением технического обеспечения доставки информации. Исследователи подчеркивают «операциональный характер коммуникации, в котором явно выраженные технологические принципы зарождения - протекания - угасания соседствуют с динамически обусловленными экспрессивными категориями» [1. С. 30]. Благодаря тотальной компьютеризации и быстрому развитию технологий мы можем все делать в сети, не выходя из дома: работать, покупать, общаться, развлекаться и т.д. В исследованиях коммуникации подчеркивается, что «актуальными и все более важными аспектами современных информационных контактов человека являются его связи с вымышленными, виртуальными, фиктивными, манипулятивно обусловленными видами "новых" реальностей» [Там же. С. 33]. В данной статье под коммуникациями понимается информационное взаимодействие между людьми, вне зависимости от того, каким образом оно происходит. В последние два-три десятилетия коммуникации становятся предметом научных исследований многих западных ученых, в том числе Ю. Хабермаса, М. Ка-стельса, Н. Лумана, а также ряда отечественных ученых. Согласно Н. Луману [2], коммуникация устанавливается через синтез трех элементов: информации, сообщения, понимания. В данном случае, если отсутствует один из элементов, в частности «понимание», то не происходит коммуникации, а только лишь трансляция некоторой информации. Коммуникация же предполагает взаимодействие, обратную связь. Ю. Хабермас [3] предлагает социальную концепцию «теории коммуникативного действия», которая заключается в том, что развитие общества как социокультурной системы происходит посредством разрешения противоречий с помощью «коммуникативной рациональности» и «коммуникативного действия». В этом смысле коммуникация выступает основным социальным механизмом. Социальное пространство, которое по сути является местом для коммуникации, практически полностью мигрирует в виртуальную реальность. Таким образом, изменяются способы межличностной коммуникации, но также происходит и обратное влияние на способ функционирования самого виртуального пространства. Коммуникация в виртуальном пространстве оказывает и воздействие на изменение субъекта коммуникации, поскольку среда провоцирует формирование новой идентичности, которая характеризуется условностью, лабильностью и при этом отсутствием ответственности за производимый информационный контент. Еще один критерий виртуальной коммуникации - это массовость. Субъекты коммуникации постоянно меняются. Это приводит к тому, что коммуникация в виртуальном пространстве больше нацелена на представление информации, самопрезентацию и, соответственно, используется максимально в данном направлении. Одним из актуальных форматов виртуальной коммуникации можно назвать «новые медиа», основными аспектами которых являются идея свободной информации, интерактивность, доступность как в отношении потребления, так и в отношении создания продукта новых медиа. Главным субъектом новых медиа является человек - пользователь интерактивных сервисов. Впрочем, к нему еще добавляется коллективный субъект, растворенный в облачных сервисах, контенте, базах данных, сформированных как на основе индивидуальных инициатив, так и на основе объединения информационных ресурсов. Отсюда -априорная амбивалентность, в том числе этическая, коммуникативного поведения пользователя мобильных сервисов. «Предоставленность самому себе» с одновременной опорой на культурный багаж человечества приводит к фетишизации технократических критериев истины, правды, красоты и пр., которые предстают в качестве "единственно надежных". К новым медиа относят все, что имеет коммуникативный потенциал, действует в информационно-сетевом поле и функционирует посредством цифровых технологий. Образ идеальной коммуникативной системы новых медиа ("информационной супермагистрали"), в которой происходит интеграция звука, видео- и текстовых данных с возможностью хранения в гигантских библиотека»» [4]. Итак, новые медиа дают большие возможности для организации виртуальной коммуникации. С одной стороны, это позволяет развиваться новым проектам и способствует самореализации современного человека. С другой стороны, слишком большое количество информации провоцирует безразличное или негативное отношение и превращает ее в информационный шум, который воспринимается не более чем фон повседневной жизни. Такой формат является недостаточным для полного удовлетворения людей в общении, в эмпатии, в ощущении полноты своего социального существования. В связи с этим все более актуальными становятся форматы социальной коммуникации, создающие условия для очного общения. Например, появляются такие места, как тайм-кафе, антикафе, располагающие к общению даже незнакомых между собой людей. Проводятся различного рода неформальные конференции (TED, pecha-kucha, slam), которые предоставляют возможность обратиться к аудитории и получить обратную связь по различным тематикам. Сегодня повсеместно отмечается тенденция «выхода из сети». В частности, Томск можно рассматривать как некоторую экспериментальную площадку для подобного рода форматов. Уникальность этого города в том, что наличие большого количества вузов обеспечивает постоянный приток молодежи, которая является наиболее активной частью городского населения. Благодаря этому в городе периодически появляются проекты, направленные на формирование сообществ. Например, Томский клуб блогеров, который был инициирован в 2011 г. молодыми журналистами. Сам факт приглашения блогеров к разговору оффлайн был воспринят как некий креативный ход. Тематика встреч сформулирована как «Горожанин. Гражданин. Блогер». Открытые встречи проводились в местном вполне демократичном баре, что можно также отметить как специфику самого факта выхода офф-лайн - это погружение себя в удобное, комфортное пространство. На встречах поднимались вопросы о том, каким образом блогер может влиять на город и изменять его «под себя», как он может решать проблемы своего города. В качестве другого примера можно привести проект «Территория творческого эксперимента», который направлен на создание разного рода творческих проектов людьми, желающими реализовать творческие амбиции и попробовать себя в качестве арт-менеджеров. Этим объединением организовывались выставки в различных форматах, а также дискуссионные площадки, посвященные проблемам молодежных творческих проектов, созданию кино в провинциальном городе, а также современному искусству. Интересно, что проекты, реализованные данным объединением, зарождались в социальных сетях, где их начинали обсуждать, формировать команду и после создавать. Одним из самых привлекательных для томской активной молодежи стал проект «Томск 3.0». Своей проблематикой он попадал в мейнстрим и некоторое время поддерживался администрацией города. Первая встреча проходила с участием идеолога этого проекта Сергея Градировского и называлась «Мы сваливаем. Иммиграция в Томск 3.0». Взгляд на город человека извне был очень по-разному воспринят общественностью, но главным эффектом этого проекта стало то, что молодежь и часть университетского сообщества стали думать про город. Активизировалась коммуникация между представителями разных сфер администрации, университетов, студенческой молодежи и, более того, частично реализовались некоторые молодежные инициативы, которые в итоге перенесли эту коммуникацию в город. В профессиональной, в частности научной, среде также создаются интересные проекты, направленные на организацию коммуникации между специалистами в определенной сфере и обычными людьми. Например, «Научный слэм», организованный для популяризации науки, имел более масштабный эффект, поскольку послужил коммуникативной площадкой для молодых ученых. Была реализована потребность поделиться своими результатами, получить обратную связь, увидеть и почувствовать отношение к своей работе и удостовериться в важности собственных научных исследований и изобретений. В городе появляются неформальные пространства для креативного сообщества, которые существуют в форматах антикафе, тайм-кафе и коворкингов (КПД, Пространство М15, Точка сборки, Вместе и другие). Создатели таких пространств позиционируют свои проекты как коммуникативные площадки для творческого развития, а также для создания и апробации бизнеса. В целом на основе томского опыта можно вывести следующую закономерность. По мере распространения дигитализации в обществе, в том числе в виртуальном сообществе, начинают формироваться потребности к действию, которые могут быть реализованы при условии организации коммуникации с единомышленниками. По мере развития ситуации наступает момент, когда коммуникация в сети становится недостаточной, так как необходимо быстро принимать решения и предпринимать какие-либо действия. Таким образом, происходит формирование офф-лайн сообществ. Если опыт коммуникации оказывается успешным, то это сообщество в последствии институционализируется, превращается в определенного типа организацию, становится некоммерческой организацией, общественным движением или бизнес-проектом. Однако главным объединительным признаком социальных сообществ является объективная локализация коммуникативного взаимодействия. Это означает, в частности, что реальное поведение людей в отношениях друг с другом уже не может не учитывать социальные реалии, сформированные за счет воздействия «этики» социальных сетей. Один из важнейших дефицитов этого взаимодействия - дефицит доверия, которое уже не является «рамочными условиями» в социальных отношениях, а должно создаваться сызнова, «глаза в глаза». Локальные «клубы по интересам» чаще всего подразумевают отношения людей, поддерживающих контакты в сети, и именно эти контакты являются скрепами, каркасами, которые подразумевают «человеческое наполнение» уже не удовлетворяющей людей технологизированной коммуникации. Подобные противоречия особенно отчетливо проявляются в подчеркнуто неформальных, андеграунд-ных или даже оппозиционных «клубах», и это заметно в жизни сообществ Нижнего Новгорода. Здесь так же, как и в Томске, существуют декларативно-реальные объединения социально активных людей. Например, клуб «внеклассного чтения», где собираются непрофессиональные литераторы, представляющие на суд единомышленников свои «шедевры». Здесь особенно отчетливо проявляется потребность в снисходительности, толерантности, доверии и ориентации на «свежие чувства», а не на их профессиональную проработку и оформление. Следует подчеркнуть, что «сетевой формат» коммуникации зачастую гораздо более безжалостен к ошибкам и невольным просчетам пользователей сети, и такие явления, как троллинг (безудержная критика) или флэмминг (увеличение градуса экспрессии в обсуждении), становятся важнейшей причиной, по которой люди начинают стремиться «обратно, в реальный мир». Ту же тему эксплуатирует небольшая нижегородская группа, объединенная вокруг нескольких последовательных оппозиционеров в отношении действующей власти. Эта группа, сплоченная и агрессивно ведущая себя в социальных сетях, «в реальной жизни» подчеркнуто индифферентна к политическим событиям: они устраивают пикники, задушевные вечеринки с «тематическим» употреблением только украинских товаров, экскурсии по Нижнему Новгороду. «Антисвин» - движение неравнодушных нижегородцев, сформированное также на основе аккаунтов в социальных сетях, перешло в реальную жизнь в формате экологических акций (высаживание деревьев, уборка улиц). «Чувствительность» как еще один важнейший формат социальной коммуникации сегодня есть объединительный фундамент, который не противопоставляет друг другу виртуальную и «реально-социальную» коммуникации, а делает их неразрывными, питающими друг друга. Нет рациональных мотивов в безудержном погружении в социальные сети -синдроме, который многие называют «новой наркоманией» XXI в. Но также нет и четких рациональных объяснений «компенсациям» этого синдрома в реальной жизни, поскольку все они, и в Томске, и в Нижнем Новгороде, замкнуты, чаще всего не имеют социально-гражданского продолжения и в большинстве своем выступают в виде специфической «терапии на основе реальности». Постепенная «цифровизация» человеческих отношений становится непреложным фактом, особенно отчетливо проявляющимся именно во «вторичности», эклектичности реально-социального взаимодействия, не приводящего к собственному расширению, к выходу за заранее очерченные смысловые рамки. Это проявляется, среди прочего, в особой форме «зацикленно-сти на себе», в эксплуатации уже давно изобретенных форм общения, в отсутствии творческого подхода к формированию отношений. Пожалуй, только современные «баттлы» («слэмы», «пичи» и пр.) являются относительно новыми форматами социального поведения. Но и они, даже если не учитывать их вполне очевидную потребительскую обусловленность, представляют собой вид индивидуальной самопрезентации, основанной на противопоставлении себя окружающим. В «реальную жизнь» переходят четко очерченные и обусловленные исключительно сетевым взаимодействием «форумы»: «автофорум», «форум беременных», «совместная покупка» в Нижнем Новгороде превратились в реальные сообщества, которые фактически черпают различные смыслы в двух своих противоположных ипостасях. Таким образом, иллюзорность социального, внесетевого взаимодействия как «вторичной реальности» по отношению к сетевому пространству и времени еще только ждет своего осмысления, освоения и превращения в элемент «реальной» культуры. Одним из важнейших объектов этого будущего исследования является «поствиртуальный человек», чья этика, да и отчасти психика, сформированы присутствием в виртуальном пространстве и чье социальное поведение «в реальной жизни» часто может быть сравнимо с поведением неофита, попавшего в новые для него цивилизационные условия. Отметим также и то, что «выход в реальность» отнюдь не подразумевает ни освобождения от пут виртуального сетевого взаимодействия, ни даже их небольшого ослабления. Циф-ровизация человеческого бытия, социальных отношений, о которой говорилось в начале данной статьи, по-прежнему остается важнейшим фактором при формировании «новой социальности».

Ключевые слова

new media, новые медиа, communication, virtual space, виртуальное пространство, коммуникация

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Бокова Анна ВикторовнаТомский государственный университет; Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевскогоаспирант кафедры теории и истории культуры; аспирант-стажерavbokova@gmail.com
Фортунатов Антон НиколаевичНижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевскогод-р филос. наук, зав. кафедрой электронных СМИanfort@mail.ru
Всего: 2

Ссылки

Луман Н. Что такое коммуникация? / пер. с нем. Д.В. Озирченко // Социологический журнал. 1995. № 3. С. 114-125. URL: http://gtmarket.ru/laboratory/expertize/2954
Хабермас Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие. СПб., 2000. 377 с.
Галкин Д.В. Новые медиа // Социология : энциклопедия / сост. А.А. Грицанов, В.Л. Абушенко, Г.М. Евелькин, Г.Н. Соколова, О.В. Тере щенко. 2003. URL: http://voluntary.ru/dictionary/568/word/novye-media
Фортунатов А.Н. Взаимодействие субъектов социальной коммуникации в медиареальности. Н. Новгород : ННГАСУ, 2009.
 Преодоление виртуальности. Опыт компаративного анализа социальных значений локальных сообществ в Томске и Нижнем Новгороде | Вестн. Том. гос. ун-та. 2014. № 388. DOI: 10.17223/15617793/388/17

Преодоление виртуальности. Опыт компаративного анализа социальных значений локальных сообществ в Томске и Нижнем Новгороде | Вестн. Том. гос. ун-та. 2014. № 388. DOI: 10.17223/15617793/388/17