К вопросу о расширении уголовно-процессуальных мер безопасности участников уголовного судопроизводства | Вестн. Том. гос. ун-та. 2015. № 396.

К вопросу о расширении уголовно-процессуальных мер безопасности участников уголовного судопроизводства

Рассматриваются предусмотренные УПК РФ уголовно-процессуальные действия, прямо направленные на обеспечение безопасности участников уголовного судопроизводства. Утверждается, что обеспечение безопасности участников уголовного процесса средствами только уголовно-процессуального характера является недостаточным. Предлагается применять для обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства не только процессуальные действия, но и внепроцессуаль-ные, в частности оперативно-розыскные меры, установленные в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности», что обусловливается некоторым сходством по характеру и направленности их проведения.

On expansion of criminal procedure security measures of participants of criminal legal proceedings.pdf Действующий Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации устанавливает пять мер безопасности, которые перечислены в ч. 3 ст. 11 «Охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве»: ч. 9 ст. 166 (не приводить данные об их личности в протоколе следственного действия, в котором участвуют потерпевший, его представитель или свидетель), ч. 2 ст. 186 (осуществлять контроль и запись телефонных и иных переговоров потерпевшего, свидетеля или их близких родственников, родственников, близких лиц), ч. 8 ст. 193 (провести опознание в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым), п. 4 ч. 2 ст. 241 (рассмотрение уголовного дела в закрытом судебном разбирательстве) и ч. 5 ст. 278 (допросить в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства, без оглашения подлинных данных о личности свидетеля). Эти меры принято называть уголовно-процессуальными, так как они регулируются нормами УПК РФ и применяются только при производстве по уголовному делу. На наш взгляд, этот перечень может быть расширен с целью увеличения гарантий права на защиту при производстве по уголовному делу участников процесса, содействующих уголовному правосудию, повышения эффективности такого содействия и участия и, в конечном счете, - достижению цели уголовного процесса. Обратим внимание на то, что возможность расширения защитительных уголовно-процессуальных и иных средств в отношении участников уголовного судопроизводства, к которым применяются меры безопасности, являлась ранее и является в настоящее время объектом пристального внимания [1-5]. Среди имеющихся в настоящее время правовых средств государственной защиты и обеспечения безопасности участников уголовного процесса уголовно-процессуальные средства не являются единственными. Так, например, принятый 20 августа 2004 г. Федеральный закон № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» [6] содержит внушительный перечень аналогичных, альтернативных средств зашиты. Кроме того, в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности» [7] также установлены определенные средства безопасности. Можно привести достаточно внушительный перечень правовых актов, направленных на детальное регулирование применения мер государственной защиты и безопасности личности в сфере уголовного судопроизводства [8-10]. Вместе с тем в отдельных работах отмечается возможность применения, кроме предусмотренных в ч. 3 ст. 11 УПК РФ, иных процессуальных средств безопасности. Так, например, А.Ю. Епихин отмечает возможность применения меры пресечения в виде заключения под стражу как меры безопасности, на основании п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК, в котором отмечается принятие такого решения, в случае обоснованной вероятности, что подозреваемый или обвиняемый «может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства...» [11. С. 69-70; 12. С. 115-122]. Среди перечисленных пяти уголовно-процессуальных мер безопасности обратим внимание на одну из них, установленную в ч. 2 ст. 186 (осуществление контроля и записи телефонных и иных переговоров потерпевшего, свидетеля или их близких родственников, родственников, близких лиц). Это процессуальное действие, по нашему мнению, в определенной мере имеет сходные черты, по крайней мере, еще с тремя уголовно-процессуальными действиями, которые могут быть применимы для безопасности участников уголовного судопроизводства: 1) недопустимость разглашения данных предварительного расследования (ч. 2 ст. 161 УПК РФ); 2) наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемка (ст. 185 УПК РФ); 3) получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами (ст. 186.1). Позволим более подробно рассмотреть перечисленные процессуальные действия с точки зрения возможности их применения не только для собирания доказательств и достижения назначения уголовного судопроизводства, но и в целях обеспечения безопасности содействующих производству по делу участников. 1. Недопустимость разглашения данных предварительного расследования (ч. 2 ст. 161 УПК РФ) устанавливает возможность следователя или дознавателя предупредить участников уголовного процесса о недопустимости разглашения без соответствующего разрешения ставших им известными данных предварительного расследования. Эти сведения (информация) могут относиться непосредственно к лицам, в отношении которых принимаются (либо уже приняты и осуществляются или были приняты ранее) меры безопасности (фамилия, имя, отчество, место проживания или пребывания, место работы или учебы и т. п.). Предполагаем, что при возбужденном уголовном деле такая подписка о неразглашении сведений не вызовет особых затруднений. Однако в настоящее время в теории нет единства мнений о возможности обязать участников процесса хранить тайну до возбуждения уголовного дела. Так, например, по мнению А.П. Кругликова, «участники проверки сообщения о преступлении могут быть предупреждены о неразглашении данных досудебного производства в порядке, установленном ст. 161 УПК РФ» [13. С. 45-50]. Вместе с тем Л.В. Брусницын, напротив, считает, применительно к материалам прокурорской проверке, материалы которой послужили поводом для решения вопросов о возбуждении дела, что «до его возбуждения противодействие проверке сообщения о преступлении со стороны гражданина, получившего доступ к материалам прокурорской проверки на основании п. 4 ст. 5 ФЗ "О прокуратуре Российской Федерации», возможно"» [14. С. 49-52]. Вместе с тем, на наш взгляд, в целях расширения возможности обеспечить гарантии права участников процесса на безопасность необходимо установить возможность предупреждения о неразглашении данных досудебного производства на самом раннем этапе производства по уголовному делу, т.е. начиная с проверки повода к возбуждению уголовного производства, для чего внести соответствующие дополнения в ст. 144 УПК РФ. 2. Наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемка (ст. 185 УПК РФ), по нашему мнению, могут рассматриваться и применяться в качестве самостоятельной меры безопасности участников уголовного процесса. Основание проведения этого действия установлено в ч. 1 ст. 185 УПК РФ: наличие «достаточных оснований полагать, что предметы, документы или сведения, имеющие значение для уголовного дела, могут содержаться соответственно в бандеролях, посылках или других почтово-телеграфных отправлениях либо в телеграммах или радиограммах...». Установление фактов противоправного воздействия в отношении участников процесса имеет непосредственное отношение к производству по делу. В этой связи Т.Ю. Вилкова верно обращает внимание на современные тенденции развития науки и техники, которые приводят к постепенному появлению новых видов и средств связи (например, электронной почты, мобильной связи и т. д.), в том числе и «необходимость защиты сведений об IP-адресах, с которых осуществляется выход в сеть Интернет» [15. С. 44-47]. Такая осознанность правового регулирования отмечена в определении Конституционного Суда РФ от 16 июля 2013 г. № 1156-О [16]. По нашему мнению, наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемку следует рассматривать как самостоятельную уголовно-процессуальную меру безопасности. 3. Получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами (ст. 186.1) как следственное действие получило закрепление в УПК РФ 1 июля 2010 г. на основании ФЗ от № 143-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» [17]. Аналогичные изменения были внесены в ч. 2 ст. 13 «Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений» и ч. 2 ст. 29 УПК РФ, определяющую перечень действий, осуществляемых не иначе как по решению суда, была дополнена новым п. 12 «о получении информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами» [18. С. 18-21; 19. С. 2-5; 20. С. 12-15]. Этим же законом дополнено содержание и ст. 5 УПК РФ новым пунктом: «24.1) получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами - получение сведений о дате, времени, продолжительности соединений между абонентами и (или) абонентскими устройствами (пользовательским оборудованием), номерах абонентов, других данных, позволяющих идентифицировать абонентов, а также сведений о номерах и месте расположения приемопередающих базовых станций». Такая информация может эффективно повысить обеспечение безопасности в целях выявления лиц, оказывающих неправомерное воздействие на защищаемых лиц. Как это следует из содержания Пояснительной записки к проекту этого закона, изменения и дополнения вызваны тем, что «возможность получения информации о входящих и об исходящих сигналах соединения телефонных аппаратов не предусмотрена ст. 186 УПК РФ, регулирующей вопросы контроля и записи переговоров, поскольку в соответствии с п. 14.1 ст. 5 УПК РФ под контролем телефонных и иных переговоров понимаются прослушивание и запись переговоров путем использования любых средств коммуникации, осмотр и прослушивание фонограмм». Кроме того, до указанных изменений операторы телефонной связи в качестве доводов невозможности представления без судебного решения соответствующей информации приводят определение Конституционного Суда РФ от 02.10.2003 № 345-О [21], в котором отражено, что право каждого на тайну телефонных переговоров по своему конституционно-правовому смыслу предполагает комплекс действий по защите информации, получаемой по каналам телефонной связи, независимо от времени поступления, степени полноты и содержания сведений, фиксируемых на отдельных этапах ее осуществления [22]. По поводу отдельных проблем применения исследуемого процессуального действия (ст. 186.1 УПК РФ) А.В. Резцов отмечает, что «законодатель предусматривает проведение следственного действия, в свою очередь регламентированного ст. 176 УПК РФ. Отметим, что в соответствии с ч. 1 указанной статьи (ст. 186.1 УПК РФ) осмотр документов может производиться в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Эта оговорка является принципиально важной, так как такой цели осмотра в ст. 186.1 УПК РФ законодатель не указал» [23. С. 19-21]. Продолжая эти размышления, представляется, что выяснение фактов противоправного воздействия на участников процесса может быть выявлено как раз с помощью получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами. Рассмотренные процессуальные действия по своей природе тяготеют к оперативно-розыскным мероприятиям. Между тем обеспечение безопасности участников уголовного процесса средствами только уголовно-процессуального характера представляется недостаточным. По нашему мнению, целесообразно рассмотреть и внепроцессуальные, в частности оперативно-розыскные меры, установленные в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности», которые также возможно применять для обеспечения безопасности в производстве по делу. Такой вывод следует из некоторого сходства по характеру и направленности их проведения. Отличие состоит в субъектах их проведения и их правовом статусе (регулировании). Так, например, при сопоставлении отдельных оперативно-розыскных мероприятий и уголовно-процессуальных действий представляется затруднительным установить принципиальную разницу между прослушиванием телефонных переговоров и контролем и записью переговоров, опросом как процессуальным действием и допросом как следственным действием, исследованием предметов и документов и производством судебной экспертизы, сбором образцов для сравнительного исследования и получением образцов для сравнительного исследования. Такое близкое «соседство» оперативно-розыскных и уголовно-процессуальных действий является причиной установления надежных средств контроля и обеспечения законности при проведении оперативно-розыскных и уголовно-процессуальных действий [24. С. 26-35; 25. С. 44-52], внешне сходных, но различных по процедуре, результатам и прочим свойствам. Отметим, что имеющиеся уголовно-процессуальные средства, установленные в нормах УПК РФ, могут и должны быть расширены в правоприменительной практике расследования и судебного рассмотрения уголовных дел.

Ключевые слова

безопасность участников процесса, защита потерпевших, меры безопасности, борьба с преступностью, safety of witnesses, safety of participants of process, protection of victims, security measures, control and record of negotiations, survey, criminal case production, fight against crime, participants of criminal trial

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Дмитриева Анна АлександровнаЮжно-Уральский государственный университет (г. Челябинск)канд. юрид. наук, доцент кафедры уголовного процесса и криминалистикиannadm@bk.ru
Всего: 1

Ссылки

Зайцев О.А. Теоретические и правовые основы государственной защиты участников уголовного судопроизводства в Российской Федера ции : дис.. д-ра юрид. наук. М., 1999. 446 с.
Брусницын Л.В. Теоретико-правовые основы и мировой опыт обеспечения безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию : дис.. д-ра юрид. наук. М., 2002. 520 с.
Епихин А.Ю. Концепция обеспечения безопасности личности в сфере уголовного судопроизводства : автореф. дис.. д-ра юрид. наук. Нижегородская академия МВД России. Н. Новгород, 2004. 460 с.
Епихин А.Ю. Обеспечение безопасности личности в уголовном судопроизводстве : учеб. пособие. Сыктывкар, 2004.
Андреева О.И. Проблемы применения мер безопасности в отношении лиц, содействующих правосудию в уголовном производстве по УПК Российской Федерации // Современные проблемы уголовного права и уголовного процесса : материалы Междунар. науч.-практ. конф. : в 2 т. Красноярск : ИЦ КрасГУ, 2003. Т. 2. С. 111-116.
Федеральный закон от 20.08.2004 № 119-ФЗ (ред. от 03.02.2014, с изм. от 04.06.2014) «О государственной защите потерпевших, свидете лей и иных участников уголовного судопроизводства» // Собрание законодательства РФ. 23.08.2004. № 34. Ст. 3534.
Федеральный закон от 12.08.1995 № 144-ФЗ (ред. от 21.12.2013) «Об оперативно-розыскной деятельности» // Собрание законодательства РФ. 14.08.1995. № 33. Ст. 3349.
Постановление Правительства РФ от 13.07.2013 № 586 (ред. от 05.09.2014) «Об утверждении Государственной программы "Обеспечение безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства на 2014-2018 годы"» // Собрание законодательства РФ. 22.07.2013. № 29. Ст. 3965.
Постановление Правительства РФ от 21.09.2012 № 953 (ред. от 30.01.2015) «Об утверждении Правил применения меры безопасности в виде переселения защищаемого лица на другое место жительства в отношении потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» // Собрание законодательства РФ. 24.09.2012. № 39. Ст. 5290.
Постановление Правительства РФ от 27.10.2006 № 630 (ред. от 15.10.2014) «Об утверждении Правил применения отдельных мер без опасности в отношении потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» // Собрание законодательства РФ. 06.11.2006. № 45. Ст. 4708.
Епихин А.Ю. Общие условия эффективности функционирования безопасности личности в уголовном судопроизводстве // Уголовное право. 2003. № 4. С. 69-70.
Епихин А.Ю. Совершенствование правового регулирования безопасности личности в новом УПК РФ // Вестник Нижегородского уни верситета им. Н.И. Лобачевского. Сер. Право. 2003. № 1. С. 115-122.
Кругликов А.П. Дополнение УПК РФ новой главой о дознании в сокращенной форме и некоторые проблемы дифференциации уголовного судопроизводства // Российская юстиция. 2013. № 7. С. 45-50.
Брусницын Л.В. Ознакомление граждан с материалами прокурорской проверки // Законность. 2014. № 1. С. 49-52.
Вилкова Т.Ю. Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений в уголовном судопроиз водстве: правовые основы, содержание, гарантии // Российская юстиция. 2014. № 10. С. 44-47.
Определение Конституционного Суда РФ от 16 июля 2013 г. № 1156-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Чичи-на Виталия Валерьевича на нарушение его конституционных прав пунктом 24.1 статьи 5, частью первой статьи 13, пунктом 12 части второй статьи 29, частью первой статьи 144, частью первой статьи 165 и частью первой статьи 186.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации // СПС Консультант Плюс. URL: http://www.consultant.ru (дата обращения: 14.02.2015).
Федеральный закон от 01.07.2010 № 143-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 05.07.2010. № 27. Ст. 3427.
Соколов Ю.Н. Использование информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами в ходе предварительного расследования преступлений // Российский следователь. 2011. № 11. С. 18-21.
Лапин Е.С. Технология получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами при расследовании преступлений против интеллектуальной собственности // Российский следователь. 2011. № 3. С. 2-5.
Волынская О.В., Шишкин В.С. К вопросу о доказательственном значении сведений о телефонных соединениях // Российский следователь. 2011. № 2. С. 12-15.
Определение Конституционного Суда РФ от 02.10.2003 № 345-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Советского районного суда города Липецка о проверке конституционности части четвертой статьи 32 Федерального закона от 16 февраля 1995 года "О связи"» // Российская газета. № 250. 2003. 10 дек.
Пояснительная записка «К проекту Федерального закона № 7176-5 "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Россий ской Федерации"» // СПС Консультант Плюс. URL: http://www.consultant.ru (дата обращения: 14.02.2015).
Резцов А.В. Информация о соединениях между абонентами сотовой связи при установлении обстоятельств совершенного преступления // Законность. 2011. № 11. С. 19-21.
Трубникова Т.В. Отграничение провокации от правомерного оперативно-розыскного мероприятия в практике ЕСПЧ и судов РФ // Уголовный процесс. 2012. № 10. С. 26-35.
Трубникова Т.В. Отграничение провокации от правомерного оперативно-розыскного мероприятия в практике ЕСПЧ и судов РФ // Уголовный процесс. 2012. № 12 (96). С. 44-52.
 К вопросу о расширении уголовно-процессуальных мер безопасности участников уголовного судопроизводства | Вестн. Том. гос. ун-та. 2015. № 396.

К вопросу о расширении уголовно-процессуальных мер безопасности участников уголовного судопроизводства | Вестн. Том. гос. ун-та. 2015. № 396.