Межрегиональное взаимодействие как механизм адаптации оборонно-промышленного комплекса Сибири к рыночной экономике в переходный период 1990-х гг.: на примере деятельности ассоциации «Сибирское соглашение» | Вестн. Том. гос. ун-та. 2015. № 401.

Межрегиональное взаимодействие как механизм адаптации оборонно-промышленного комплекса Сибири к рыночной экономике в переходный период 1990-х гг.: на примере деятельности ассоциации «Сибирское соглашение»

Рассматривается деятельность ассоциации «Сибирское соглашение» по поддержанию предприятий оборонно-промышленного комплекса. На основании анализа программных установок, организационной структуры и основных направлений межрегионального взаимодействия делается вывод о том, что «Сибирскому соглашению» в условиях переходного периода 1990-х гг. удалось не только предложить концепцию реформирования оборонно-промышленного комплекса Сибири, но и создать систему отстаивания региональных интересов на федеральном уровне.

Interregional cooperation as a mechanism of adaptation of Siberia's military-industrial complex to the market economy d.pdf К началу 1990-х гг. в оборонно-промышленном комплексе (ОПК) Сибири было сосредоточено порядка 70% основных фондов и занято около 55% общего количества работающих в промышленности. При этом большинство сибирских территорий, столкнувшись с однотипными проблемами в сфере ОПК, приступили к развитию сотрудничества как к одному из способов их решения. Реконструкция процесса выстраивания институтов межрегионального взаимодействия позволит выявить механизмы адаптации оборонных отраслей Сибири к условиям переходного периода 1990-х гг. Анализ совместных действий региональных властей в сфере реформирования ОПК даст возможность глубже понять особенности становления региональной политики и системы федерализма в России в рассматриваемое время. Целью исследования стало выявление роли межрегиональной ассоциации «Сибирское соглашение» в выстраивании механизмов адаптации оборонно-промышленного комплекса Сибири к условиям переходного периода. Объектом исследования является социально-экономическое развитие Сибири в 1990-е гг., а его предметом - межрегиональное взаимодействие сибирских регионов в отраслях оборонно-промышленного комплекса. Реформы второй половины 1980-х гг., призванные сделать советскую экономическую систему более динамичной, привели к нарастанию кризисных явлений во всех сферах, в том числе в оборонно-промышленном комплексе страны. Ситуация усугублялась политическим противостоянием в центре, которое отодвигало социально-экономическую политику правительства на второй план. Это привело к тому, что фактически огромное количество возникающих проблем вынуждены были решать региональные власти. В то же время их возможности оставались ограниченными из-за ряда факторов, в том числе противоречивости законодательной базы, неопределенности бюджетных полномочий регионов, разрыва экономических связей и т. д. В этих условиях региональные лидеры обратились к использованию уже имеющегося опыта по развитию территориальной кооперации в рамках больших экономических районов. Основной организационной формой взаимодействия стала созданная в октябре 1990 г. межрегиональная ассоциация «Сибирское соглашение» (МАСС). В конце 1990-1991 гг. главным направлением реформирования военно-промышленного комплекса (ВПК) стала конверсия, которая в регионах Сибири была воспринята с определенным оптимизмом, поскольку могла помочь решить проблему дефицита потребительских товаров, обострившуюся с началом экономического реформирования. Вскоре республиканские власти начали борьбу с союзным центром за переподчинение промышленных предприятий, расположенных на их территории, без чего провозглашаемая «суверенность» не имела экономической основы. Области и края также включились в этот процесс и добились права участвовать в проведении конверсии. Разработка региональных конверсионных программ показала, что значительное число проблем характерно для большинства сибирских территорий, что выдвигало на повестку дня создание общесибирской программы конверсии. В это же время были намечены основные направления в развитии межрегионального взаимодействия. Во-первых, шли переговоры о номенклатуре планируемого выпуска гражданской продукции, «чтобы все разом не стали налаживать производство... стиральных машин, а холодильников - никто» [1]. Во-вторых, для производства наукоемкой продукции, техники, оборудования и т. д. на конверсионных предприятиях разрабатывались проекты по объединению ресурсов участников Ассоциации. В-третьих, проблему разрыва экономических связей в масштабе союзного экономического пространства предполагалось решать путем включения местных предприятий в технологические цепочки. Составной частью развития взаимодействия регионов в сфере ВПК стало создание специальных координирующих структур. Первоначально в составе Исполнительной дирекции «Сибирского соглашения» были организованы межрегиональные программы по различным отраслям. В сфере промышленности таковой являлась программа «Промышленная политика и вопросы конверсии», директором которой был назначен Николай Николаевич Казаков. С началом рыночной реформы регионы столкнулись с резким сокращением государственного финансирования. В 1992 г. на Омскую программу конверсии было выделено лишь 30% необходимых финансовых средств [2. Л. 22-23]. Схожая ситуация наблюдалась и по другим региональным программам. Так, Новосибирское производственное объединение (ПО) «Сиб-сельмаш» разрабатывало семь конверсионных программ по выпуску продукции, производимой ранее в республиках СССР. Однако с выделением льготных целевых кредитов также возникли проблемы [3. Л. 23]. Как отмечал на Совете МАСС глава Администрации Омской области Л. К. Полежаев, «Закон о конверсии не работает и о нем все реже вспоминают» [4. Л. 28 (36)]. Таким образом, выиграв «борьбу за полномочия», регионы оказались в финансовой ловушке, что обусловило дальнейшее развитие взаимодействия, прежде всего в выработке «новых правил» и продвижении их на федеральный уровень. Основные принципы проведения конверсии, с точки зрения региональных властей, нашли отражение в Концепции комплексной программы социально-экономического развития регионов Сибири, утвержденной на Совете МАСС в Улан-Удэ летом 1992 г. [5]. Прежде всего, подчеркивались общесибирская значимость ВПК и общерегиональный характер проблем в оборонном комплексе, без решения которых улучшить ситуацию в экономики Сибири представлялось невозможным. Сам же процесс конверсии, по мнению региональных лидеров, должен был осуществляться постепенно, при активном участии государства и научном сопровождении, чтобы не допустить развала как уникальных предприятий, так и всей отрасли. При этом конверсия должна была сопровождаться проведением особой экономической политики, предусматривающей систему льгот и стимулирующей выпуск товаров народного потребления. Главный тезис, на котором настаивали регионы, заключался в том, что выход из кризиса возможен только при проведении «структурной перестройки промышленности за счет конверсии военно-промышленного комплекса» [4. Л. 39], что, в свою очередь, было невозможно без финансирования со стороны государства. «Конверсия сегодня, - говорил Л. К. Полежаев, - дело дорогое и практически невозможное без государственной поддержки. Этим процессом необходимо управлять эффективно и координировать его не только на уровне региона, но и Правительства» [Там же. Л. 27 (35)]. Нерешенность вопросов бюджетного федерализма, хроническая нехватка средств и нарастающий спад производства привели к разочарованию региональных лидеров в идее быстрой конверсии. «Сегодня валютные поступления от экспорта военной техники и боеприпасов, направляемые в гражданскую экономику, -наиболее эффективный вид конверсии» [5]. На Советах «Сибирского соглашения» постоянно приводились примеры, иллюстрирующие деградацию предприятий ОПК, связанную, в первую очередь, с проводимой центром политикой, делающей невыгодным промышленное производство как таковое и, соответственно, проведение конверсии [4. Л. 28 (36)]. Это становилось основанием для оказания давления на правительство с целью изменения основ политики в сфере производства. Таким образом, МАСС стала акцентировать общенациональную значимость ОПК Сибири, из чего вытекало обоснование необходимости его государственной поддержки. Так, в январе 1994 г. от имени «Сибирского соглашения» Правительству РФ было выдвинуто предложение сформировать заказ на конкурентоспособную гражданскую продукцию и выделить под него финансирование на конкурсной основе для поддержки отечественных товаропроизводителей. Наряду с этим федеральный центр должен был индексировать или кредитовать на льготных условиях оборотные средства конверсируемых предприятий. Относительно военного производства правительству были выдвинуты предложения о переходе на долгосрочные (до 5-7 лет) оборонные заказы, что должно было сделать ситуацию для предприятий более предсказуемой [6. Л. 89-89 об.]. Важным аргументом, который использовался МАСС для оказания воздействия на проводимую политику, являлись конкретные достижения сибирских производителей. В частности, указывалось на успешные испытания нового самолета АН-74, начавшиеся поставки колесных тракторов с навесным оборудованием местного производства для коммунального хозяйства, создание нескольких модификаций лифтов, выпуск опытной партии телевизоров нового поколения и т. д. Однако, как отмечалось на совещаниях «Сибирского соглашения», из-за углубления общего экономического кризиса, роста взаимной задолженности, недостатка оборотных средств и галопирующей инфляции «дальнейшее серийное производство освоенных изделий и товаров, под большим вопросом» [Там же]. В такой ситуации «Сибирское соглашение» особое внимание уделяло межрегиональному аспекту взаимодействия, в рамках которого предполагалось проработать вопрос о создании в рамках Ассоциации единого фонда поддержки конверсируемых предприятий, а также подготовить для них межрегиональные заказы на основе анализа региональных балансов производимых и завозимых товаров [Там же]. С середины 1990-х гг. в рамках «Сибирского соглашения» шел поиск новых форм и механизмов финансирования конверсируемых предприятий и промышленности в целом. Признавалось, что ориентация только на бюджетные финансовые ресурсы при перепрофилировании предприятий «ведет практически к тупику». С 1994 г. МАСС начало работу по созданию финансово-промышленных групп. Деятельность «Сибирского соглашения» по поддержанию ВПК имела и прикладную направленность, что, прежде всего, заключалось в разработке конкретных программ для внедрения их на конверсионных предприятиях. Среди них можно отметить такие программы, как «Малая энергетика», «Горнодобывающее оборудование», «Производство медицинской техники» [7. Л. 37]. Среди конкретных конверсионных проектов, поддержанных на межрегиональном уровне, можно назвать производство оборудования для шинной промышленности [8. Л. 90 об.], развития силовой электроники [9. Л. 91], выпуск сельскохозяйственной техники [10. Л. 36], производство биогазового оборудования [11. Л. 35 об.]. Возможности МАСС использовались для информационного обеспечения процесса конверсии, в частности, для распространения рекламных материалов о промышленном потенциале территорий, а также производимой продукции [12. Л. 32 об.]. Расширение проблемного поля привело к тому, что дирекция программы промышленного развития и конверсии как форма управления взаимодействием уже не соответствовала поставленным задачам. При этом оказалось, что не все проблемы могли решаться программными методами. В условиях кризиса требовались оперативное руководство и выработка непосредственных мер, что привело к изменению структуры органов, координирующих межрегиональное взаимодействие в сфере ОПК. В ноябре 1992 г. на заседании Совета МАСС в Барнауле было принято предложение первого вице-премьера Правительства РФ В.Ф. Шумейко об образовании Совета по промышленной политике и конверсии в рамках Сибири. Это было сделано по аналогии с центром, где при Правительстве РФ работал Совет по промышленной политике, членом которого теперь становился представитель «Сибирского соглашения». Однако вскоре в рамках МАСС утвердилась несколько иная форма органов, осуществляющих взаимодействие регионов по отдельным направлениям и отраслям. Речь идет о координационных советах (КС), которые объединяли представителей региональных органов власти, практических работников и ученых и возглавлялись одним из руководителей субъекта федерации - члена «Сибирского соглашения». На заседание Совета МАСС в Томске 16 февраля 1993 г. был создан Координационный совет по промышленной политике и конверсии (КС по ППиК). Обосновывая необходимость создания такого координационного совета, избранный его председателем Л. К. Полежаев указал на то, что «сегодня промышленность. переживает острейший кризис», и это требует внесения корректив в политику, ее осмысленного проведения в регионе [4. Л. 39]. Нарастание проблем в ОПК и явный недостаток ресурсов по их разрешению подталкивали регионы и центр к дальнейшей координации деятельности. В сентябре 1993 г. в составе экономического совета Госкомитета РФ по оборонным отраслям промышленности был сформирован Совет по проблемам территориального развития и региональных программ. Первоначально, наряду с представителями отдельных регионов, в состав Совета был включен лишь один представитель от ассоциаций экономического взаимодействия. Им стал директор программы «Промышленная политика и конверсия» «Сибирского соглашения» Н.Н. Казаков [13. Л. 100-105]. В январе 1994 г. между МАСС и Государственным комитетом РФ по оборонным отраслям промышленности (Госкомоборонпром) было подписано соглашение, в котором стороны, «учитывая взаимную заинтересованность в развитии сложившихся связей», принимали обязательства по созданию условий для развития предприятий ВПК. МАСС и Госкомоборонпром договаривались о взаимном введении представителей в состав своих рабочих органов [14. Л. 21-23]. Принимаемые на Советах МАСС решения были ориентированы не только на региональный уровень, но также учитывались в федеральном центре. Так, по итогам Советов МАСС Правительством РФ выдавались поручения центральным органам власти и управления. В частности, заинтересованным министерствам и ведомствам с участием органов исполнительной власти субъектов РФ поручалось завершить в первом полугодии 1995 г. структурную перестройку оборонных отраслей промышленности. Минэкономики, Минатому и Госкомоборонпрому поручалось провести комплексный анализ конверсионных программ и по результатам представить в первом квартале 1995 г. доклад в Правительство РФ [15. Л. 14-15]. Важным механизмом взаимодействия центра и регионов с середины 1990-х гг. стало обсуждение государственного бюджета на предстоящий год на Советах межрегиональных ассоциаций. Члены МАСС активно использовали эту возможность для привлечения внимания Правительства к проблемам сибирского военно-промышленного комплекса. Так, при обсуждении концепции бюджета РФ на 1996 г. в Красноярске глава местной администрации В.М. Зубов отметил, что рассмотрение вопроса о военных расходах некорректно, поскольку не принята военная доктрина страны [16. Л. 80]. Глава Администрации Томской области В.М. Кресс заявил, что сохраняется «полная неясность. по оборонным предприятиям», в то время как продолжается катастрофический спад производства [Там же. Л. 84-85]. Во второй половине 1990-х гг. для привлечения внимания к нуждам ВПК «Сибирское соглашение», по согласованию с руководством ассоциации «Большой Урал», планировало провести крупный форум с участием регионов и федеральных структур. Необходимость этого объяснялась фактической деградацией оборонного комплекса, его неспособностью «обеспечить боеспособность армии и флота». Предполагалось обсудить научно-технические, финансово-экономические, социальные и концептуальные проблемы функционирования оборонного комплекса Урала и Сибири [17. Л. 92]. В качестве дополнительного аргумента необходимости проведения такого форума, наряду с кризисом в ВПК, указывалось на то, что Сибирь стала пограничной территорией, «находящейся под постоянным давлением китайского и исламского факторов» [18. Л. 116]. Подготовка расширенного Совета МАСС по проблемам оборонной промышленности шла с середины 1995 г., однако дата его проведения несколько раз переносилась в связи с выборами парламента и президента России. Лишь 14 декабря 1996 г. в Томске открылось заседание Совета МАСС, однако вопрос о проблемах военно-промышленного комплекса в Сибири был снят с повестки дня, и до конца 1990-х гг. ни одного специального Совета «Сибирского соглашения» по проблемам ВПК не проводилось. Показательным стало обсуждение Концепции федеральной целевой программы (ФЦП) социально-экономического развития Сибири на 1997-2005 гг., указ о разработке которой был подписан Б.Н. Ельциным накануне президентских выборов. По настоянию центральных ведомств из проекта Программы был исключен раздел «Концепция стратегической программы реконструкции и конверсии предприятий ВПК Сибири» [19. Л. 141-142]. Это объяснялось тем, что по Конституции вопросы обороны находились в ведении РФ, а также тем, что уже сформирована нормативная база по вопросам развития оборонных отраслей, и установленные нормы обязательны для всей территории России. Предлагалось лишь использовать предложения по структурной перестройке предприятий ВПК, поступившие от сибирских территорий. Параллельно с ограничением некоторой самостоятельности регионов в сферах ведения федерального центра, к которым, в частности, относились вопросы обороны, Правительство стало привлекать сибирские предприятия к выполнению общегосударственных проектов, в том числе по созданию космической телекоммуникационной системы России, освоению новых ракетных технологий, созданию технологического оборудования для ТЭК, развитию производства импортозамещающего оборудования [20]. Специалисты ИД МАСС и КС по ППиК принимали участие в работе Правительственной комиссии по разработке и принятию ФЦП реструктуризации и конверсии оборонной промышленности России на 1998-2000 гг. В данной программе были учтены и приняты предложения от сибирских регионов в сфере оборонной промышленности [21. Л. 18]. В то же время во второй половине 1990-х гг. в Сибири стали реализовываться крупные межрегиональные проекты, связанные с процессами конверсии и военного производства, которым участники МАСС пытались придать общероссийский статус. Так, в сентябре 1996 г. в Омске в рамках III универсальной ярмарки «Содруже-ство-96» прошла I выставка вооружений, военной техники и конверсионной продукции, производимой предприятиями Сибири и Урала [20]. В дальнейшем, при активной поддержке «Сибирского соглашения», выставка вооружений в Омске стала регулярной, а количество российских и зарубежных участников постоянно увеличивалось. Относительно успешным крупным конверсионным проектом во второй половине 1990-х гг. стала программа по производству нефтепромыслового оборудования. Реализация программы позволяла обеспечить импортозамещение и загрузку мощностей высокотехнологичных конверсионных предприятий. МАСС выступила с ходатайством о включении данной программы в состав федеральных программ, в частности «Топливо и энергия» [22. Л. 58-59]. Еще одним из направлений поддержания и развития оборонного производства в Сибири стала активизация деятельности МАСС по получению права непосредственного выхода на внешние рынки военно-технической продукции. Это давало возможность предприятиям напрямую получать часть доходов и сохранять производство. Однако одним из условий предоставления регионам права выхода на внешние рынки было наличие у них системы качества, разработанной в соответствии с международными стандартами. В начале 1997 г. ИД МАСС начала работу по созданию и аккредитации «Института консалтинга по сертификации продукции оборонной промышленности Сибири», который должен был состоять при «Сибирском соглашении» в качестве консалтинговой организации [23. Л. 68]. В задачи Института входило оказание практической помощи предприятиям оборонного комплекса в подготовке их к аккредитации и сертификации продукции. Наряду с этим, в целях создания необходимых условий по поддержке и развитию экспорта военной и конверсионной продукции предприятий ВПК Сибири, МАСС было подписано с государственным предприятием «Росвооружение» рамочное соглашение о взаимодействии, а также создано сибирское представительство указанного предприятия в Омске [24. Л. 13-17]. Несмотря на все принимаемые меры, ситуация в оборонном комплексе улучшалась крайне медленно. Главную причину этого сибирские регионы видели в недостаточном выделении средств на конверсионные программы. Так, если в 1995 г. они были профинансированы на 23,8%, то в 1996 г. - на 17,7%, в 1997 г. -менее чем на 10%, а в 1998 г. средства не были выделены вообще. Предприятия вынуждены были привлекать кредиты коммерческих банков и вкладывать собственные средства, чего, однако, не хватало для нормального выпуска продукции и погашения имеющихся кредитов и ссуд. Так, в 1996 г. задолженности предприятий ВПК были погашены лишь на 58 %, а за 10 месяцев 1997 г. - на 42%. При этом задолженность самим предприятиям со стороны государства составляла порядка 8 трлн руб., а работники по несколько месяцев не получали заработную плату [21. Л. 18]. Реформы конца 1980-1990-х гг. имели тяжелые последствия для Сибири, где доля оборонных предприятий была значительной, а в ряде населенных пунктов они являлись градообразующими. Следовательно, проблемы ВПК приобретали не только производственно-технологический, но также территориальный и, в широком смысле, социально-экономический характер. Для стабилизации ситуации территориальные власти, на которые отныне возлагалась ответственность за ситуацию на местах, обратились к развитию межрегионального взаимодействия. К непосредственным причинам сотрудничества регионов Сибири в данной сфере можно отнести следующие. Во-первых, особенности экономического развития региона, в том числе «высокий удельный вес в общем объеме промышленного производства» оборонных предприятий. Во-вторых, резкое сокращение оборонного заказа, из-за чего до 60% мощностей предприятий ВПК осталось не задействовано. В-третьих, отсутствие методических указаний из центра, а также базовых программных документов, в частности оборонной доктрины, что ставило военно-промышленный комплекс в условия полной неопределенности, поскольку не позволяло им определить масштаб и структуру конверсии. В-четвертых, недостаток у предприятий собственных средств на переоснащение для выпуска гражданской продукции. В-пятых, местные Советы не располагали необходимой материальной базой для обслуживания социальной инфраструктуры, сложившейся вокруг оборонных производств, в случае ее передачи муниципалитетам в процессе конверсии. Первоначально сибирские регионы, в рамках концепции развития территориального хозрасчета, взяли курс на развитие межрегиональной производственной кооперации и проведение массовой конверсии, что в совокупности должно было насытить местные рынки потребительскими товарами и снять социальную напряженность. Однако начало радикальной рыночной реформы привело к острому дефициту государственных инвестиций. В то же время решение проблем оборонных предприятий за счет акционирования было невозможно, а их перевод на выпуск гражданской продукции требовал значительных финансовых средств. Регионы стали критически относиться к продолжению конверсии и выступали за стимулирование выпуска военной продукции. Постепенно «Сибирское соглашение» сместило акцент с всесибирской на общенациональную значимость ВПК Сибири, из чего вытекала необходимость его поддержки со стороны государства. При этом параллельно проводилась мысль о необходимости передачи соответствующих полномочий органам государственной региональной власти, что, с точки зрения региональных лидеров, позволило бы гораздо эффективнее решать возникающие проблемы. Во второй половине 1990-х гг. становится заметным стремление центральной власти ограничить влияние регионов в сферах, отнесенных к ведению федерального центра, в том числе это касалось отраслей ВПК. Наряду с элементами противостояния наблюдается готовность сторон к нахождению форм сотрудничества. Так, правительство стало привлекать сибирские предприятия к выполнению общегосударственных программ. В Сибири стали реализовываться крупные межрегиональные проекты, связанные с процессами конверсии и военного производства, которые получали общероссийский статус. Общая заинтересованность федеральных и региональных структур в решении проблем ВПК приводила к взаимному делегированию полномочий, что позволяет говорить о практиках выстраивания реального федерализма. В то же время центр старался идти лишь на временные уступки, не закрепляя их нормативно. Так, несмотря на неоднократное заявление региональных лидеров о необходимости разработки сибирской программы конверсии, она так и не была подготовлена. В этом вопросе регионы столкнулись с прямым противодействием центра, о чем свидетельствует разработка Концепции ФЦП «Сибирь». Тем не менее в ходе выстраиваемых практик межрегионального взаимодействия формировались идеология и механизмы защиты интересов Сибири, что позволяло участникам МАСС оказывать воздействие на центральные органы власти с целью корректировки реформ, выработки основ региональной политики и выстраивания федеративных отношений.

Ключевые слова

Сибирь, «Сибирское соглашение», межрегиональное взаимодействие, оборонно-промышленный комплекс, конверсия, региональная экономика, Siberia, Siberian Accord, interregional cooperation, military-industrial complex, conversion, regional economy

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Луков Евгений ВикторовичТомский государственный университетканд. ист. наук, доцент кафедры современной отечественной историиlev74@mail2000.ru
Всего: 1

Ссылки

Сибирское соглашение (Заметки участника регионального совещания) // Советская Сибирь (Новосибирск). 1990. 30 окт.
Информация о ходе выполнения Омской региональной программы конверсии ВПК области. Тезисы выступления. // Государственный архив Новосибирской области (ГАНО). Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 18.
Председателю Правительства РФ Черномырдину В.С. // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 38.
Протокол VII заседания Совета МАСС (Томск) от 16-17 февраля 1993 г. // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 23.
Концепция комплексной программы социально-экономического развития республик, автономных округов, краев и областей, входящих в состав МА «Сибирское соглашение». Приложение к Решению № 2 Совета МАСС от 10 июля 1992 г. Улан-Удэ // Текущий архив Межрегиональной ассоциации «Сибирское соглашение» (МАСС).
О ходе выполнения Омской региональной программы конверсии военно-промышленного комплекса области. Решение № 5 КС по про мышленной политики и вопросам конверсии МАСС от 25 января 1994 г. Омск // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 65.
Информация о работе МАСС за 1994 г. // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 64.
О программе АО «Сибстанкошинпром» по организации производства оборудования для шинной промышленности. Решение № 7 КС по промышленной политики и вопросам конверсии МАСС от 25 января 1994 г. Омск // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 65.
О создании АООТ по производству силовой интеллектуальной электроники. Решение № 8 КС по промышленной политике и вопросам конверсии МАСС от 25 января 1994 г. Омск // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 65.
О программе создания оборудования для АПК. Решение № 6 КС по промышленной политики и вопросам конверсии МАСС от 11 ноября 1994 г. // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 18.
О создании биогазовой отрасли в промышленности Сибири // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 18.
Об издании специального выпуска журнала «Милитари Технолоджи». Решение № 9 КС по ППиК от 11 ноября 1994 г. // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 18.
Положение о Совете по проблемам территориального развития и региональных программ Экономического совета Госкомитета РФ по оборонным отраслям промышленности // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 38.
Соглашение между Государственным комитетом РФ по оборонным отраслям промышленности и межрегиональной ассоциацией «Сибирское соглашение» по вопросам экономического и научно-технического сотрудничества // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 7.
Информация о реализации предложений, высказанных на совещании межрегиональных ассоциаций в г. Новосибирске 2 декабря 1994 г. // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 79.
Стенограмма XVII заседания Совета МАСС по концепции бюджета Российской Федерации, проведенного 6 июня 1995 года в г. Красноярске // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 74.
Президенту акционерного банка «Инкомбанк» Виноградову В.В. // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 79.
Председателю Правительства РФ Черномырдину В.С. // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 93.
О проекте Концепции Федеральной целевой программы социально-экономического развития Сибири на 1997-2005 годы // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 96.
Справка по итогам выставки вооружения, военной техники и конверсионной продукции, проведенной в рамках Международной ярмарки «Содружество-96» // Текущий архив МАСС.
Отчет о работе Исполнительной дирекции и Межрегиональной ассоциации «Сибирское соглашение» за 1997 г. // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 161.
О подготовке целевой программы создания и развития производства конкурентоспособного нефтепромыслового оборудования. Решение 6 КС по ППиК от 23 ноября 1995 г. // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 18.
Председателю экономического комитета по программам развития Уральского региона Воздвиженскому С.Б. // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 136.
Отчет о работе МАСС за 1998-1999 гг. // ГАНО. Ф. Р-245. Оп. 1. Д. 197.
 Межрегиональное взаимодействие как механизм адаптации оборонно-промышленного комплекса Сибири к рыночной экономике в переходный период 1990-х гг.: на примере деятельности ассоциации «Сибирское соглашение» | Вестн. Том. гос. ун-та. 2015. № 401.

Межрегиональное взаимодействие как механизм адаптации оборонно-промышленного комплекса Сибири к рыночной экономике в переходный период 1990-х гг.: на примере деятельности ассоциации «Сибирское соглашение» | Вестн. Том. гос. ун-та. 2015. № 401.