Иностранные военнопленные на металлургическом производстве и в строительстве на территории Удмуртии в 1945-1948 гг. | Вестн. Том. гос. ун-та. 2016. № 412. DOI: 10.17223/15617793/412/17

Иностранные военнопленные на металлургическом производстве и в строительстве на территории Удмуртии в 1945-1948 гг.

Статья посвящена роли иностранных военнопленных в металлургическом производстве и в строительстве на территории Удмуртии в 1945-1948 гг. На основе архивных документов, которые впервые вводятся в научный оборот, автор обращает внимание на характер труда спецконтингента, анализирует уровень его эффективности и рентабельности. В статье представлены численность пленных, трудившихся на заводе № 71, а также размер их заработной платы. Приведенные данные позволяют утверждать, что, несмотря на существовавшие проблемы, в выполнении производственной программы некоторых предприятий труд спецконтингента занимал значительное место.

Foreign prisoners of war in metallurgical production and construction on the territory of Udmurtia in 1945-1948.pdf Во время Великой Отечественной войны и в первые годы после ее окончания на некоторых предприятиях Удмуртской АССР остро ощущался недостаток рабочих рук. Восполнялся он в том числе и за счет спецконтингента лагеря № 371 Главного управления по делам военнопленных и интернированных (ГУПВИ) НКВД СССР, размещавшемся в Ижевске. С 1945 г. на завод № 71 (впоследствии ПО «Ижсталь») начали привлекаться иностранные военнопленные, в основном немцы, а также румыны и венгры [1. С. 216]. Эта мера призвана была облегчить непростой труд ижевских металлургов и компенсировать нехватку кадров. С осени 1945 г. пленные начали принимать заметное участие в производственном процессе. В сентябре непосредственно в цеха выводилось примерно 485 иностранцев в день, а на подсобные работы вне завода - около 84. В следующем месяце среднесуточное количество бывших солдат армий гитлеровского блока на основном производстве увеличилось до 551 человека, а на вспомогательных работах - до 91. В ноябре эти же показатели составили соответственно 505 и 113 пленных [2. Д. 241. Л. 92 об., 98 об., 100 об.]. Впоследствии во многих отчетных документах завода представители спецконтингента и работники исправительно-трудовой колонии (ИТК) проходили одной общей цифрой, так как относились к одному ведомству - НКВД (МВД) СССР. Однако подавляющую часть в данной группе составляли все-таки иностранцы. Резкое увеличение числа пленных, занятых на заводе, состоялось в феврале 1946 г. Вместе с работниками ИТК только в цехах предприятия их насчитывалось 1 045 чел. [Там же. Д. 293. Л. 27]. Наибольшее количество пленных и заключенных ИТК, трудившихся непосредственно на заводе и в его различных подразделениях, было зафиксировано в июне 1946 г. - 2 099 чел. [Там же. Д. 293. Л. 15 об.-17]. В конце 1947 г. их количество на предприятии сократилось с 1 373 работников в октябре до 950 - в декабре [Там же. Д. 325. Л. 13-14]. В специальной справке от 24 марта 1948 г., отправленной на имя начальника управления лагеря № 371 капитана Полпудникова, руководство ижевского металлургического завода сообщило о том, что от общего числа рабочих предприятия военнопленные составляли 8,6% [2. Д. 325. Л. 20]. Это примерно совпадает с данными за октябрь-ноябрь 1947 г. В этот период общая численность рабочих равнялась около 11 тыс. чел. [Там же. Л. 16-17]. Таким образом, в середине осени 1947 г. на заводе № 71 было задействовано приблизительно 950 пленных. Иностранцы, занятые на основном производстве, трудились непосредственно на территории предприятия, в частности в цехе № 25, а также в некоторых металлургических цехах. Пленные, задействованные на вспомогательных работах вне промышленной зоны, в основном привлекались к разгрузке или погрузке железнодорожных вагонов, грузовых автомашин. Осенью во время уборки урожая они использовались в подсобных хозяйствах завода. Помимо этого руководство металлургического предприятия иногда отправляло небольшие группы пленных на лесозаготовки, индивидуальное жилищное строительство [Там же. Д. 293. Л. 27 об., 33 об., 77 об., 81 об.]. Военнопленные, задействованные на металлургическом заводе, регулярно получали зарплату. Причем ее размер постепенно повышался. Если в январе 1946 г. средний месячный заработок пленного и работника из исправительно-трудовой колонии на заводе составлял 213 руб., то в июне - 334, в сентябре - 364, в декабре -524 руб. В то же время постоянно возраставшая средняя заработная плата вольнонаемного рабочего на данном предприятии равнялась 649 руб. [Там же. Л. 12 об.-14]. Сотрудники охраны завода и некоторые другие категории работников предприятия иногда получали меньший месячный заработок, чем пленные. В 1947 г. фонд зарплаты спецконтингента и работников ИТК составил 10 млн 400 тыс. руб. Из этой суммы пленным из лагеря № 371 было выделено 6 млн 916 тыс. [Там же. Д. 325. Л. 1, 20]. После состоявшейся в СССР в декабре 1947 г. отмены карточной системы эти иностранцы покупали продукты не только на рынке, но и в магазинах, отправляли посылки на родину в Германию и в другие страны. В результате решения ГУПВИ МВД СССР о расконвоировании части содержащихся в Советском Союзе военнопленных некоторые из них перемещались по Ижевску без охраны [3. С. 135]. Однако спецконтингент не оправдывал возложенных на него надежд. Производительность труда военнопленных не отличалась высокими показателями. В 1945 г., например, на заводе № 71 выработка на одного человека у бывших солдат армий гитлеровского блока была в 2 раза меньше, чем у вольнонаемных рабочих. Тогда и впоследствии труд большинства этих иностранцев применялся в производстве на подсобных работах, при этом бригады металлургических цехов ощущали недостаток в кадрах [2. Д. 248. Л. 135]. К тому же завод затрачивал на них слишком много материальных и финансовых средств. Поэтому существовало стремление заменить пленных вольнонаемными рабочими. В докладе директора предприятия Д. Савельева Управлению металлургическим производством Министерства вооружений СССР говорится: «Перед заводом в истекшем 1948 г. стояла задача полностью укомплектовать основные производственные цеха полноценной рабочей силой, освободиться от применения дорогостоящего труда военнопленных...». Это намерение было реализовано. В том же документе сообщается: «Поставленные задачи заводом успешно выполнены. За 1948 г. на завод принято 4 943 человека... К середине 1948 г. военнопленные были полностью заменены, а основные цехи укомплектованы полноценной рабочей силой...» [Там же. Д. 403. Л. 42]. Другие документы подтверждают этот факт. В июне 1948 г. количество пленных и работников ИТК, трудившихся на основном производстве, составляло 370 чел. В июле этот показатель резко снизился до 219 [Там же. Д. 325. Л. 18]. Последняя цифра включала уже только заключенных исправительно-трудовой колонии, которые еще некоторое время трудились на предприятии. Пленные из лагеря № 371 работали не только в Ижевске. В 1945 г. часть спецконтингента была переброшена в г. Воткинск. Здесь иностранцы жили в помещениях 4-го отделения лагеря № 371. В 1945 г. плотина Воткинского пруда, состоявшая в значительной мере из деревянных конструкций, находилась в аварийном состоянии и нуждалась в их замене на новые, более современные. Предстояло провести значительный объем работ. В помощь коллективу 3-го стройуправления треста № 51, который трудился на данном объекте, были отправлены военнопленные. Сделано это было по просьбе заместителя Наркома вооружения СССР Н.Д. Агеева, который в 1945 г. выслал в Ижевск на имя секретаря Удмуртского обкома ВКП(б) А.П. Чекинова телеграмму следующего содержания: «Для выполнения аварийных работ по плотине завода № 235 прошу перевести в Воткинск тресту № 51 - 600 человек военнопленных за счет снятия с торфопредприятия 400 человек, с завода № 71 -100 человек, треста № 51 - 100 человек. Переброску контингента необходимо провести до 3 сентября 1945 г.» [4. Д. 4160. Л. 81]. В сообщении наркома внутренних дел УАССР Ф.В. Баранова от 20 августа, посланном на имя А.П. Чекинова, говорится о реализации этого плана: «Доношу, что пункт третий решения бюро Удмуртского обкома ВКП(б) от 16 августа 1945 г. в части перевода 650 человек военнопленных из ижевского лагеря для работы на Воткинской плотине в городе Воткинске выполнен» [4. Д. 4154. Л. 120]. Но в скором времени, по всей вероятности, часть спецконтингента была переброшена на другие объекты. Судя по информации из доклада о деятельности 3-го стройуправления треста № 51 за 1945 г., в системе этой организации в указанный период работали только 143 пленных. Они трудились как на плотине, так и на других объектах завода № 235, в частности на ТЭЦ. Вместе с пленными на всех стройках были задействованы рабочие самого предприятия, мобилизованные колхозники, а также заключенные ИТК. В этом же документе начальник стройуправления С. Никольский перечислил причины низкой производительности труда как пленных, так и других категорий работников. В частности, был отмечен переменный, разношерстный и часто сменяемый их состав. Профессиональные строители составляли в этой группе лишь 21,4%, остальные не имели квалификации, навыков и опыта. Кроме того, пленные очень негативно относились к порученной работе, нормы выработки выполняли лишь до 30-40% [5. Д. 229. Л. 5 об.]. Несмотря на трудности, реконструкция плотины была закончена успешно и довольно быстро. Уже в июле 1946 г. специальная комиссия приняла сооружение водосброса-водозабора в постоянную эксплуатацию [6. Д. 44. Л. 8], а 3-е стройуправление смогло перебросить часть работников на другие объекты. Однако через год с лишним у треста № 51 возникли серьезные затруднения на ижевских стройках. После 1946 г. репатриация военнопленных из СССР на родину, особенно лиц из Венгрии, Румынии и других бывших стран гитлеровского военного блока, проходила довольно активно. Процесс затронул и лагерь № 371. Количество пленных в нем уменьшалось. И это отразилось на работе треста. Несмотря на договоренности его управляющего Е.Я. Байера с руководством МВД УАССР о сохранении в системе данной строительной организации как минимум 700 пленных, в октябре 1947 г. было выделено из лагеря только чуть более 300 чел. В результате остановили свою деятельность основные промышленные предприятия треста, где представители спецконтингента составляли основное количество сотрудников -база металлоконструкций, цементный и кирпичный заводы. Это повлекло за собой проблемы в выполнении программы строительно-монтажных работ. После состоявшейся в октябре отправки из Ижевска железнодорожного эшелона с пленными в основном отделении лагеря № 371, занимавшем территорию в заречной части города, осталось 2 238 чел. Из этого числа пленных рабочими 1-, 2- и 3-й категории являлись 1 765 иностранцев. Во 2-м лагерном отделении, расположенном в северо-западной части Ижевска, к этому времени оставалось 1 019 человек. Из них рабочими трех категорий являлся 761 пленный. Приводя эти доводы, управляющий трестом Е.Я. Байер просил в своем письме секретаря обкома ВКП(б) А.П. Чекинова вмешаться в ситуацию и обеспечить строительной организации вывод на ее объекты необходимых 700 работников [4. Д. 4899. Л. 35]. Данный документ, датированный 27 октября 1947 г., раскрывает более-менее точное количество военнопленных, находившихся тогда в Ижевске в двух отделениях лагеря. Это позволяет сделать вывод, что в более ранний период времени в городе присутствовало свыше 3 257 представителей спецконтингента. Вопрос, поднятый Е. Я. Байером в вышеуказанном письме, впоследствии обсуждался на бюро Удмуртского обкома ВКП(б), так как на документе стоит ре- Достаточно ранняя репатриация военнопленных, золюция: «Вызвать т. Максимова на 10 ч. 31 октября». набравшая силу в Удмуртии уже после 1946 г., постави- Подполковник Ф.М. Максимов являлся первым ла в сложное положение некоторые предприятия, значиначальником управления лагеря № 371 [7. С. 151]. тельное количество работников которых состояло из 28 октября управляющий трестом направил письмо представителей спецконтингента. Бывшие солдаты арпохожего содержания на имя министра внутренних мий гитлеровского блока как на производстве, так и в дел республики Ф.В. Баранова. трудовой деятельности вне его в основном выступали В эти же дни были приостановлены работы по ры- как подсобная, вспомогательная сила. Многие из них не тью котлованов и строительству трассы теплофика- отличались высокой производительностью, выполнениции заводов № 71 и 74. Данную проблему управляю- ем норм выработки по причине нежелания работать или щий Е.Я. Байер также объяснял резким сокращением низкой квалификации, хотя иногда получали довольно пленных, выделяемых тресту. Со временем все эти большую для военнопленных зарплату, которая в ряде затруднения удалось разрешить. И объекты, недо- случаев была выше заработка некоторых вольнонаем-строенные военнопленными вследствие закрытия ла- ных сотрудников. При этом нередко трудовая деятельгеря № 371 к началу 1949 г., были закончены уже ность представителей спецконтингента совсем не окупавольнонаемными рабочими. Это касается как про- ла всех государственных расходов на их содержание. мышленной инфраструктуры, так и некоторых жилых Отчасти с этим связано довольно скоро начавшееся воздомов Ижевска. вращение военнопленных из СССР на родину.

Ключевые слова

Удмуртия, военнопленные, лагерь, строительство, производство, завод, плотина, Udmurtia, prisoners of war, camp, construction, production, factory, dam

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Перевощиков Дмитрий ВикторовичУдмуртский институт истории, языка и литературы Уральского отделения Российской академии наукмл. науч. сотр. отдела исторических исследованийdmitryizh76@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Венгерские военнопленные в СССР. М., 2005.
Центральный государственный архив Удмуртской республики (далее - ЦГА УР). Ф. Р-1467. Оп. 3.
Перевощиков Д.В. Военнопленные в Удмуртии. 1941-1945 гг. // Вопросы истории. 2010. № 2.
Центр документации новейшей истории Удмуртской Республики. Ф. 16. Оп. 1.
ЦГА УР. Ф. Р-785. Оп. 3.
ЦГА УР. Ф. Р-785. Оп. 4.
Пантюхин Л. А. Воспоминания о В.Е. Майере // Российские немцы: история и современность. Ижевск, 2006. Вып. 5.
 Иностранные военнопленные на металлургическом производстве и в строительстве на территории Удмуртии в 1945-1948 гг. | Вестн. Том. гос. ун-та. 2016. № 412. DOI: 10.17223/15617793/412/17

Иностранные военнопленные на металлургическом производстве и в строительстве на территории Удмуртии в 1945-1948 гг. | Вестн. Том. гос. ун-та. 2016. № 412. DOI: 10.17223/15617793/412/17