Имперская политика в Азиатской России: трансформация способов в управлении | Вестн. Том. гос. ун-та. 2016. № 412. DOI: 10.17223/15617793/412/20

Имперская политика в Азиатской России: трансформация способов в управлении

Настоящая статья посвящена вопросам взаимодействия между чиновными особами коронной администрации и представителями родовой аристократии в системе имперского управления на окружном уровне в местном государственном управлении Сибири 1822-1898 гг. Раскрывается один из механизмов реализации внутренней политики имперского государства в отношении управленцев из числа коренных народов, населявших Российское государство с момента его образования. На примерах участия родовой аристократии Сибири в составе учреждений имперской системы местного государственного управления доказана состоятельность проводимой в империи национальной политики.

Imperial state policy in Asian Russia: transformation of forms in management.pdf Три столетия присутствия России в азиатской части Российской империи коренным образом изменили состояние окраинной территории государства. Огромные пространства Азиатской России стали российскими, подобно Европейской России по государственной принадлежности и преимущественно русскими по социокультурной принадлежности и составу администраций в системе местного государственного управления Российской империи. Чиновные особы, назначенные от короны, исполняли возложенные на них имперской властью функциональные обязанности вне зависимости от их этнической принадлежности. На всех уровнях имперской системы местного государственного управления Сибири, включая окружный (уездный), губернский (областной) и уровень главных управлений, состав управленцев был представлен чиновными особами в основном русской народности. Структура и состав учреждений в управлении и сама система местного государственного управления азиатской части Российской империи были установлены е.и.в. Александром I Павловичем 26 января 1822 г. Эта система существенно отличалась от подобной ей в губерниях Европейской России [1. Л. 1-2]. В азиатской части Российской империи верховная власть вектор приложения усилий направила на втягивание окраинной территории государства в общее имперское пространство. Эта политика касалась Сибири, Киргизии, степных районов Центральной Азии и некоторых других территорий Российской империи [2. С. 49-53]. Имперская внутренняя политика в азиатской части Российской империи базировалась на сочетании двух принципов: принципе «обособления» как народов, так и территорий, и принципе «унификации» как законодательства, так и управления среди присоединенных или добровольно вошедших в состав Российской империи племен и народов. Действия принципов проявились в процессе втягивания Сибири, окраинной территории империи, в Россию. Процесс втягивания по времени охватил четыре этапа: - первый - с 26.01.1822 по 17.12.1837 г.; - второй - с 17.12.1837 по 12.06.1867 г.; - третий - с 12.06.1867 по 02.06.1898 г.; - завершающий - с 02.06.1898 по 02.1917 г. Каждый этап имел свои особенности и присущие ему черты. На начальном этапе втягивания Сибири в Россию, сибирского управления - в имперское властный центр широко применял в управлении принцип «обособления» как территорий, так и отдельных народов [3. Л. 3-54]. Принцип «обособления» был закреплен в нормативной базе имперского государства, в том числе в «Учреждении. Для управления Сибирских губерний», «Уставе об инородцах» и «Уставе о Сибирских киргизах». На этом этапе местное управление среди инородцев и Сибирских киргизов осуществляли только представители их родовой аристократии: князьцы, нойоны, тайши, бии, султаны, шуленги, зайсанги и др. [4]. Местное государственное управление на всех уровнях исполнительной и распорядительной властей осуществляли представители только русской народности, назначенные от короны, и без участия представителей коренных народностей. Особенностью периода следует считать приоритет традиционного права над светским. В продолжение второго этапа (с 17.12.1837 по 12.06.1867 г.) верховная власть в управлении окраин продолжила применять принцип «обособления». Однако в некоторых случаях она стала допускать участие родовой аристократии коренных народов азиатской части Российской империи в управлении на уровне окружных приказов [5. Л. 12 об.-13] и военных окружных управлений [6. Л. 13]. Цель - приспособить составы учреждений в местном управлении к структуре и составу в местном государственном управлении Сибири системы государственного управления Российской империи, однако на базе светского, т. е. имперского, но не традиционного, законодательства. В ходе культурного и совместно хозяйственного освоения окраинных территорий азиатской части Российской империи имперская власть стала привлекать представителей родовой аристократии коренных народов Сибири к управлению в составе учреждений низового звена как общественного, так и местного государственного управлений. Для этого верховная власть стала использовать способ «взаимодействия» между чиновными особами местной родовой аристократии, назначенными от короны, и коронной администрации в пределах одного уровня или структуры управления, как местного [7], так и государственного [8] и конфессионального [9. Л. 26]. Этап завершился 12 июня 1867 г. реформированием учреждений полиции в Сибири. Учреждения полиции в азиатской части Российской империи обрели имперскую однородность по структуре и составу, целям и задачам с установлениями Европейской России, однако продолжали разниться по численности составов учреждений [10. Л. 306] и уровню денежного содержания [11. Л. 307]. Полицейские чины в Европейской России имели меньший численный состав, но обслуживали большее количество населения, тогда как чины в Азиатской России имели больший численный состав в учреждениях, но обслуживали меньшее количество населения. Полицейские чины в Азиатской России впервые стали получать большее, чем в Европейской России денежное содержание при занятии одинаковых с Европейской Россией должностей. Верховная власть в местах, где не было нотариусов и маклеров, расширила предметы ведения учреждениям полиции, возложив на них обязанности последних [12. Л. 6-7]. Для этапа стала характерной трансформация способов в управлении на низовом, т. е. распорядительном, уровне в системе местного государственного управления Сибири. Суть его была сведена к следующему: верховная власть от разделения сфер в управлении перешла к взаимодействию в определённой сфере управления. На уровне исполнительной власти политика верховной власти не претерпела изменений: губернаторами и военными губернаторами областей и губерний назначались, в абсолютном большинстве, представители великорусской народности. В ходе третьего - с 12.06.1867 до 02.06.1898 г. -этапа втягивание азиатской части России в Российскую империю верховная власть продолжила комплектовать управленческие должности в структурах окружных приказов и военных окружных управлений чиновными особами родовой аристократии. В некоторых уездных управлениях Степных областей и Приамурского края она стала привлекать представителей родовой аристократии коренных народов к управлению в составе учреждений системы местного государственного управления Сибири. Так, в июне 1888 г. военный губернатор Забайкальской области и наказной атаман Забайкальского казачьего войска генерал-майор М.И. Хорошнин рассмотрел вопрос по заявлению отставного коллежского секретаря М.П. Гантимурова «о правах по происхождению» на «титул князя среди тунгусов» и затребовал собрать необходимые документы, подтверждающие права Гантимурова на родоначальника среди тунгусов. М. П. Гантимуров был определён родоначальником среди тунгусов и назначен военным губернатором Забайкальской области на должность руководителя родового управления в системе местного управления Сибири [13. Л. 6]. В октябре 1893 г. начальник читинского окружного полицейского управления действительный статский советник Лакиер заявил ходатайство перед военным губернатором Забайкальской области об утверждении старосты Жавхаринского родового управления И. Ранзипова в звании зайсана. К ходатайству были приложены надлежащие свидетельства и общественный приговор инородцев об избрании И. Ран-зипова в зайсаны. Военный губернатор Забайкальской области удовлетворил ходатайство окружного начальника и назначил И. Ранзипова на должность зайсана в структуре местного управления [14. Л. 2]. По сведениям Общей росписи начальствующих и прочих должностных лиц на 1867 г., в области Сибирских киргизов окружными приказами управляли: - Атбасарским приказом - старший султан Хор Кочек Джеб Джабаев; - Кокчетавским - старший султан Чингиз Валиха-нов; - Акмолинским - старший султан Ибрагим Джаикраев; - Баян-Аульским - старший султан Мусса Чорма-нов. Военно-окружными приказами управляли: - Семипалатинским: - военно-окружной начальник полковник И.Х. Экеблад; - непременный заседатель - старший султан хорунжий Аргынгоза Ханхожин. - Сергиопольским: - военно-окружной начальник майор Г. А. Муравлев; - непременный заседатель - старший султан Се-ильхан Солтобаев [15. Л. 411-412]. В процессе четвертого этапа втягивание Азиатской России в Российскую империю - со 2 июня 1898 г. по февраль 1917 г. - верховная власть завершила процесс адаптации учреждений и установлений окружного (уездного) и губернского (областного) уровней в системе местного государственного управления Сибири к установленному в центральных губерниях Российской империи. Установления судебные и прокурорского надзора, учреждения полиции, уездные казначейства и медицинские части в уездах и округах Сибири были приспособлены к уездному и губернскому управлениям в Европейской России. Верховная власть унифицировала установления и учреждения в системе местного государственного управления в Азиатской и Европейской частях Российской империи. Для этого было сделано следующее: - в течение второй половины 1897 г. завершено реформирование судебных установлений в губерниях и областях Азиатской России и введено действие «Временных правил о применении судебных уставов к губерниям и областям Сибири» [16]. В результате в пределах Российской империи стали функционировать единые по виду, структуре и составу судебные установления, а отправление правосудия стало осуществляться по единым имперским Уставам имени Александра II и правилам судопроизводства; - проведена реформа денежного обращения в империи, и верховная власть приступила к чеканке и выпуску золотой монеты [17]. Взамен серебряного рубля основным платежным инструментом в государстве стал золотой червонец, что способствовало притоку иностранного капитала, в основном французского, и ускорению процесса монополизации промышленного производства; - произведены изменения в составе и структуре вра- усилению численности составов полиций [22. Л. 4-чебных и сельских врачебных частей в округах губерний 21]. В-третьих, имперская власть начиная с 1910 г. стала Сибири, например Тобольской [18. Л. 1-39]. В уездах систематически продлевать действие законов об усиле-областей Степного генерал-губернаторства и Приамур- нии полиций от 3 до 6 месяцев [23. Л. 18]. ского была учреждена сельская медицинская часть. Таким образом, имперская власть в начале XX в. за-Власть «подтянула» их составы до уровня в уездах Ев- вершила осуществление втягивания Сибири в Россию, ропейской России, увеличив их численность; сибирского управления - в управление губерний Евро- переименованы округи в губерниях Сибири в пейской России. На всём протяжении имперского госу-уезды, должности - в уездные, земские заседатели - в дарства стали функционировать единые по виду, струк-становые приставы [19]. В пределах имперского госу- туре и составу установления в системе местного государства было установлено, таким образом, единое дарственного управления Российской империи, уком-уездное административно-территориальное деление плектованные подданными государства, без существенна низовом уровне в системе местного государствен- ных различий в их этническом состоянии. ного управления Российской империи. Округи были Общее имперское пространство государства стало го-сохранены лишь в Якутской области. могенным. Уездные управления Азиатской России обрели - действие законоположения от 02.06.1898 г. статус основных низовых установлений в системе местно-«Временного положения о крестьянских начальниках го государственного управления Российской империи. в губерниях Тобольской, Томской, Енисейской и Ир- Упразднение в апреле 1906 г. Комитета министров кутской» было распространено на области Амурскую, Российской империи [24] завершило процесс 80- Приморскую, Акмолинскую, Семипалатинскую и За- летней постепенной адаптации установлений в систебайкальскую [20]; ме местного государственного управления Сибири к - существенно усилены составы полиций, судеб- имперскому, учреждённому в губерниях Центральной ных установлений и прокурорского надзора в уездах России, как государственному, так и общественному, губерний и областей Азиатской России. Во-первых, и конфессиональному. был изменён порядок комплектования полицейской Огромная территория Азиатской России обрела стражи [21. Л. 3-18]. Во-вторых, было введено в дей- имперскую однородность, а сооружение Сибирского ствие Положение о штатах уездным полициям в гу- железнодорожного пути приблизило Азиатскую Росберниях Российской империи, что способствовало сию к Европейской России.

Ключевые слова

управление, окружный уровень, взаимодействие, местное государственное управление, чиновные особы, Siberia, local state management, local state authorities, provincial authorities, cooperation, authority

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Съемщиков Евгений АлександровичСанкт-Петербургский университет информационных технологий, механики и оптикиканд. ист. наук, доцент кафедры экономики и стратегического менеджментаvesta42@yandex.ru
Всего: 1

Ссылки

«О разделении Сибирских губерний на Западное и Восточное управления». Именной указ // ПСЗ-1. Т. 37. № 28892.
Сьёмщиков Е.А. Сибирь и другие окраины Российской империи. Сравнительный анализ степеней местного государственного управления 1822-1838 гг. // Труды объединённого научного Совета по гуманитарным проблемам и историко-культурному наследию. 2009.
ЦХАФ АК. Ф. 1. Оп. 2. Д. 3042.
СЗ РИ. Часть (ч) II. Учреждения губернские. Книга (Кн.) VI. Свод учреждений для управления Сибирских губерний и областей. Ст. 1229-1233. СПб., 1832.
Российский государственный исторический архив (далее - РГИА). Ф. 1265. Оп. 1. Д. 132.
РГИА. Ф. 1265. Оп. 6. Д. 309.
«О порядке избрания по Киргизской степи в старшие султаны». Высочайше утверждённое Положение Сибирского комитета // ПСЗ-2. Т. 30. № 29069.
РГИА. Ф. 1265. Оп. 6. Д. 118.
«О назначении церковного причта в селение Кокчетавское и в окружные Приказы Баян-Аульский, Каркаралинский и Аяузский в степи Сибирских киргизов». Высочайше утверждённое Положение Военного совета // ПСЗ-2. Т. 27. № 26187.
РГИА. Ф. 1286. Оп. 25. Д. 695.
РГИА. Ф. 1286. Оп. 25. Д. 695.
РГИА. Ф. 1149. Оп. 6. Д. 122.
Государственный архив Читинской области (далее - ГАЧО). Ф. 1о. Оп. 1. Д. 2464.
ГАЧО. Ф. 1о. Оп. 1. Д. 3183.
РГИА. Адрес-календарь начальствующих и прочих должностных лиц Российской империи на 1867 г. Инв. 91828.
«О применении судебных уставов в губерниях и областях Сибири». Высочайше утверждённые правила // ПСЗ-3. Т. 16. № 12932.
«О чеканке и выпуске в обращении золотой монеты с означенной на империал цены 15 руб. и на полуимпериал цены 7 руб. 50 коп. и об утверждении описания внешнего вида означенных монет». Именной указ // ПСЗ-3. Т. 17. № 13611.
РГИА. Ф. 1149. Оп. 12. Д. 92.
«Временное положение о крестьянских начальниках в губерниях Тобольской, Томской, Енисейской, Иркутской». Высочайше утверждённое // ПСЗ-3. Т. 18. № 15503.
«О распространении на Забайкальскую область действий высочайше утверждённого 02.06.1898 г. Временного положения о крестьянских начальниках в губерниях Тобольской, Томской, Енисейской Иркутской». Высочайше утверждённое мнение Государственного Совета // ПСЗ-3. Т. 21. № 19990.
РГИА. Ф. 1149. Оп. 13. Д. 106.
РГИА. Ф. 1217. Оп. 2. Д. 13.
РГИА. Ф. 1158. Оп. 1. Д. 386.
«Об упразднении Комитета министров Российской империи». Именной указ // ПСЗ-3. Т. 26. № 27804.
 Имперская политика в Азиатской России: трансформация способов в управлении | Вестн. Том. гос. ун-та. 2016. № 412. DOI: 10.17223/15617793/412/20

Имперская политика в Азиатской России: трансформация способов в управлении | Вестн. Том. гос. ун-та. 2016. № 412. DOI: 10.17223/15617793/412/20