Особенности процессов трудовой миграции в Центральной Азии (на примере Республики Узбекистан и Республики Казахстан) | Вестн. Том. гос. ун-та. 2017. № 419. DOI: 10.17223/15617793/419/17

Особенности процессов трудовой миграции в Центральной Азии (на примере Республики Узбекистан и Республики Казахстан)

Рассматриваются проблемы внешней трудовой миграции из стран Центральной Азии в Россию, ее социально-экономические последствия. Современная внешняя трудовая миграция в целом выгодна странам ЦА, она пока остается единственно возможным решением многих острых социально-экономических проблем стран региона. В целом для России в притоке трудовых мигрантов из ЦА больше положительных сторон, чем отрицательных: в экономику страны вливается дешевая рабочая сила, решаются демографические проблемы и др. Однако существуют и отрицательные, связанные с режимом контроля, различными нарушениями и формированием «новой» социально-экономической среды.

Features of labor migration in Central Asia (on the example of the Republic of Uzbekistan and the Republic of Kazakhstan.pdf За последнее десятилетие постсоветское пространство превратилось в один из основных регионов миграции в мире. Трудовая миграция стала одним из элементов интеграции между бывшими советскими республиками. Однако действия государства были недостаточными, поскольку как отправляющие, так и принимающие страны не сотрудничали в вопросах миграции, пренебрегали преимуществами миграции и осложняли жизнь мигрантов. Объективно развитию миграционных процессов способствует ситуация на рынке труда различных стран СНГ, в частности значительная дифференциация в вопросах трудообеспеченности, что можно проследить на примере Узбекистана, Казахстана. Трудовая миграция - один из широко распространенных и значительных феноменов современного мира [1. С. 60]. Трудовая миграция рассматривается как политическая проблема в Центральной Азии, в странах-реципиентах - главным образом в России и Казахстане. Отмечается, что мигранты могут оказать давление на социально-экономическую среду, а затем и на политическую [2]. Между тем, Республика Узбекистан, являющаяся крупной страной-отправителем (донором), регулярно блокирует обсуждение вопросов трудовой миграции на региональных встречах. Влияние процессов трудовой миграции выходит далеко за пределы демографии и экономики. Как справедливо отмечают О. Д. Комарова и В.А. Тишков, «миграция населения, как внутренняя, так и внешняя - за пределы страны, является одним из важнейших индикаторов этнополитических и социально-политических процессов, происходящих в обществе и государстве» [3. С. 11]. Легальная трудовая миграция имеет множество позитивных социально-экономических эффектов для России как принимающей страны. Рабочие-мигранты заполняют многие «непрестижные ниши» на рынке труда с тяжелыми условиями работы, на которые не соглашаются местные жители. При участии рабочих-мигрантов создается около 8% ВВП России [4. С. 22]. Трудовая миграция имеет значительные эффекты и для посылающих государств. Прежде всего, это значительный поток денежных переводов, поступающих из России от трудовых мигрантов их родственникам и семьям. Главным образом эти переводы направляются из России. Так, в 2010 г. объем денежных переводов из России в различные страны составил 12,8 млрд долл. США, в том числе 11,1 млрд долл. США направлено в страны СНГ, а основными получателями денежных переводов среди них стали страны Центральной Азии (млрд долл.): Узбекистан - 2,9; Таджикистан - 2,2; Кыргызстан - 1,1 [5. С. 178]. Трудовая миграция в Россию, таким образом, является не только средством выживания значительной части населения в СНГ, но и реальным механизмом экономической интеграции в регионе. Несмотря на то что трудовые мигранты создают от 5 до 10% ВВП страны [6. С. 23], в СНГ сложился контрпродуктивный тип трудовой миграции, вносящий не всегда правильные коррективы в процессы разделения труда и определенную профессиональную деформацию рынков труда принимающих стран, что создает предпосылки для нелегального трудоустройства. Большая часть потока трудовых мигрантов из стран Центральной Азии распределяется в стихийном режиме, тяготея к крупным промышленным и торговым центрам, «точкам притяжения», созданным диаспорами. Серьезный социальный и гуманитарный аспект заключается в проблеме нелегальной трудовой миграции. Это подрывает основы для регулирования миграционных процессов, значительно снижает эффективность межгосударственной миграции рабочей силы и создает риски для демографической безопасности принимающих и посылающих стран, а в конечном итоге ставит под сомнение целесообразность и возможность достижения интеграции посылающих и принимающих стран в трудовой сфере. Для современной ситуации на рынке труда России характерен рост количества иностранных граждан, занятых на тех или иных позициях в экономике. В настоящее время на территории бывшего СССР сложилась так называемая северо-евразийская система миграционных потоков [7. С. 14]. Она характеризуется большой емкостью рынка труда, географической близостью, общим информационным пространством и опытом совместной жизни в рамках единого государства, умением общаться на русском языке. Эти факторы позволяют России играть роль главного пункта назначения миграции из республик бывшего СССР. Оценить реальные масштабы потенциальной трудовой миграции в Россию очень сложно, так как существует такое явление, как нелегальные трудовые потоки. Но очевидно, что в настоящее время в России практически нет ни одного региона, включая отдаленные северные, где бы не было трудовых мигрантов из стран Центральной Азии [8. С. 114]. Федеральная миграционная служба России опубликовала последние данные о количестве находящихся в стране иностранных граждан. Узбекские мигранты занимают первое место по численности прибывающих на территорию Российской Федерации, это подтверждают данные ФМС, которые они постоянно публикуют на своем сайте. Анализируя данные, можно увидеть, что с каждым годом поток мигрантов из Узбекистана сокращается [9]. Снижение можно связать со многими факторами. Нельзя не сказать про экономический кризис, который естественно отражается на мигрантах. Исследователи миграции в итоге также переключились с изучения причин, последствий и масштабов миграции (принимающая сторона), на изучение экономических и социальных последствий оттока мигрантом и их влияния на страны гражданства (отправляющая сторона) [9]. В значительной степени резкое возвращение мигрантов было единственным главным проявлением текущего глобального экономического кризиса, который затронул главных поставщиков рабочей силы - Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан. Так, за годы независимости Узбекистан прошел непростой путь развития. От советского периода были унаследованы макроэкономические дисбалансы в экономике, безработица и относительно низкий уровень жизни населения. В современном Узбекистане траектории внешних миграций в значительной мере следуют по тем же направлениям, которые сложились в советское время. Узбекистан активно участвует в миграционных процессах, представляющий яркий пример «страны-донора». В настоящее время Узбекистан занимает первое место по численности населения среди стран Центральной Азии. Однако стоит отметить, что за последние годы резко упало количество выезжающих из Узбекистана, это также связано с экономическими причинами, в частности с кризисом [10]. Однако по-прежнему, значительную часть экономики таких стран, как Узбекистан, Таджикистан и Кыргызстан, составляют денежные переводы от трудовых мигрантов [11]. Для Казахстана, который так же, как и другие государства-соседи, начал выстраивать новую структуру экономики, важным фактором роста оказалось привлечение иностранной рабочей силы. С другой стороны, существенным явлением становится и отток трудовых мигрантов. В итоге уже в первой половине 1990-х гг. сложилась законно оформленная трудовая эмиграция граждан Казахстана («экспорт» и «импорт» рабочей силы). «Экспорт» рабочей силы из Казахстана никогда не был значительным и в основном направлялся в Россию. Доля привлеченной рабочей силы из Казахстана в РФ составляла 1,1% от общей численности иностранной рабочей силы (ИРС) из СНГ. Резкий рост трудовой миграции из Казахстана начался в 2007 г., когда в Россию уехало на заработки 7,6 тысячи человек. В 2009 г. их было уже 11,2 тысячи - рост в 11 раз за 16 лет. Глобальный экономический кризис внес свои коррективы: в 2010 г. произошло снижение до 8,2 тысячи человек, в 2011 г. - до 4,5 тысячи (речь идет о тех, кто имел разрешение на работу в России). Несмотря на увеличение выезда рабочей силы из Казахстана, она по-прежнему составляет менее половины процента от общей численности ИРС в России [12]. В структуре казахстанской рабочей силы в России основной контингент составляют рабочие. Граждане Казахстана сами находят работу в различных областях России, трудоустраиваются на предприятиях, в организациях. Наибольшее количество казахстанских мигрантов выезжало на заработки в пределах своей страны: 56,6% респондентов отметили, что они работали на выезде внутри республики. Среди лидеров - Алма-Ата и Алматинская область, Астана и Акмолинская область, Карагандинская, Мангистауская и Атырауская области, которые уже в начале 2000-х принимали больше всего внутренних трудовых мигрантов. Благодаря благоприятной экономической конъюнктуре (высоким мировым ценам на энергоносители) экономическая ситуация в РК существенно улучшилась, что способствовало развитию новых тенденций: сокращению выезда за рубеж и увеличению внутренней миграции, изменению структуры занятости мигрантов [13. С. 219]. Рост иностранных инвестиций в энергодобывающую, строительную, другие отрасли повлиял на увеличение трудовой мобильности. В миграцию вовлекались не только квалифицированные специалисты и рабочие с высшим и средним образованием (что было характерно для 1990-х гг.), но и те, кто впервые вышел на рынок труда и не имел специального образования и квалификации (на первых порах это были внутристрановые перемещения) [14, 15]. Опрос по поводу перспектив трудовых миграций, проведенный в середине нулевых, показал, что почти половина респондентов (48,6%), выезжавших в качестве трудовых мигрантов, собиралась продолжать выездную деятельность, другая часть (51,4%) планировала ее закончить. Эти ответы свидетельствовали о постепенном снижении числа желающих выезжать на заработки, потому что к этому времени в стране увеличились возможности трудоустройства в местах проживания и в условиях повсеместно растущей потребности в кадрах [10]. Между тем, Казахстан, на сегодняшний день является примером стабильности, относительного благополучия и спокойствия не только в Центральной Азии, но и в СНГ. Его жизненный уровень сопоставим с российским и на порядок превышает аналогичные показатели в государствах Средней Азии. Однако и в сфере занятости и миграции есть определенные проблемы. В настоящее время между Россией и странами Центральной Азии сформировался устойчивый миграционный «мост» [9], который характеризуется масштабными миграционными потоками и устойчивой географической направленностью. Страны Центральной Азии в перспективе являются наиболее реальными поставщиками трудовых ресурсов для России. Иными словами, Россия и страны Центральной Азии сформировали мощную миграционную систему, характеризующуюся крупномасштабной трудовой миграцией. Этому способствовало и национальное законодательство. Трудовая миграция имеет серьезные социально-экономические последствия для стран-доноров и стран-реципиентов. И эти последствия не всегда положительны. Чем больше «теневая» составляющая миграции, тем больше негативных последствий для национальной экономики. Между тем неформальные и неправовые отношения в области миграции и статуса нелегальных трудовых мигрантов в России и Казахстане не являются естественными. Нелегальная миграция во всех своих формах сопряжена с риском для мигрантов. Поскольку статус незаконных мигрантов уязвим, часто они становятся жертвами не только криминала, но и подвергаются злоупотреблениям со стороны правоохранительных органов, эксплуатации со стороны нанимателей, использующих труд бесправных и зависимых людей. То же самое можно сказать о счетах получателей, где значительная доля ВВП создается иностранцами. Эта зависимость будет продолжать расти в контексте демографического кризиса и сокращения трудовых ресурсов в отдельных странах региона (Россия и Казахстан). Поскольку правительства стран Центральной Азии не могут создать рабочие места на национальном уровне, число мигрантов, ищущих работу за рубежом, будет и в перспективе расти. Особенно это актуально в кризисные периоды. В свою очередь, страны Центральной Азии и России должны стремиться к заключению многосторонних соглашений для облегчения жизни мигрантов. Однако принимающие страны предпочитают принимать односторонние решения, не всегда принимая во внимание последствия направляющих стран. Аналогичным образом отправляющие страны в основном озабочены политическими последствиями потенциально больших потоков возвращающихся мигрантов, а также возможностями контроля над ними. Тем самым правительства Центральной Азии и России остаются пассивными относительно миграции, они не в состоянии действовать по нескольким направлениям и согласовывать позиции на многостороннем уровне. Многие уже подписанные соглашения не являются действующими, поэтому мигранты на территориях принимающих стран склонны создавать собственные специализированные правовые структуры, стихийно складывается общественная составляющая, досуг, которые практически никак не регламентированы в принимающем обществе. Отсутствие четкой государственной политики также приводит к появлению коррупции среди сотрудников таможни и правоохранительных органов. Чтобы максимизировать выгоды от трудовой миграции и минимизировать недостатки, необходимо стимулирование межгосударственного диалога и сотрудничества в области трудовой миграции как минимум между крупнейшими региональными экономиками - Россией, Узбекистаном и Казахстаном. Быстрое экономическое развитие России и Казахстана сделало страны привлекательными для иностранных рабочих и инвесторов. Узбекистан же быстро превратился в страну-донора, а Россия и Казахстан - в реципиента. Проблема трудовой миграции должна быть деполитизирована, а права и безопасность мигрантов - стать приоритетным направлением для переговорного процесса. В свою очередь, Россия и Казахстан должны продолжать разрабатывать более эффективную иммиграционную политику, в то время как узбекское правительство должно признать проблему нелегальной миграции на региональном уровне. На сегодняшний день большинство двусторонних соглашений в сфере миграции заключено между Россией и Казахстаном, Кыргызстаном или Таджикистаном. Казахстан имеет действующее соглашение только с Кыргызстаном. У Узбекистана также есть только одно соглашение о трудовых мигрантах с Южной Кореей, что не касается регионального рынка труда. Обычно данные соглашения являются реакцией на существующие тенденции миграции. В соглашениях отсутствует концепция и стратегия, сроки прогнозирования ситуации не превышают один год, тогда как структура рынка труда или экономический спад изменяются и развиваются достаточно быстро. Россия и страны Центральной Азии должны рассматривать вопрос межгосударственного регулирования миграции как комплексную проблему, которая, однако, приносит ощутимую экономическую выгоду как отправляющим, так и принимающим государствам. Легализация мигрантов может потенциально снизить коррупцию в правоохранительных структурах, ограничить давление на рынок труда. С другой стороны, отправляющие страны смогут лучше защищать своих граждан за рубежом, помогая им найти работу. В данном направлении существует опыт работы специализированных центров языковой и правовой подготовки. Вопреки общественному мнению, большинство мигрантов пытаются соблюдать закон, потому что боятся потерять работу или быть депортированными. Осознавая важность комплексного решения проблемы миграции, необходимо, чтобы органы законодательной и исполнительной власти, неправительственные организации, научные центры активизировали международный диалог по миграционным проблемам. Это поможет выработать совместную стратегию управления миграционными процессами. Содействие со стороны власти поможет активизировать решение сложных социально-экономических проблем, таких как неравенство, бедность в целях для искоренения базовых причин миграции. Эволюция миграционной политики России и стран Центральной Азии до сих пор не скоординирована. Хотя Казахстан частично копирует многие аспекты миграционного регулирования в России, их политика концептуально не связана между собой. В результате возникает необходимость в более тесном многостороннем и двустороннем сотрудничестве между странами Центральной Азии, Казахстаном и Россией по линии «принимающая - отправляющая» стороны.

Ключевые слова

трудовая миграция, Казахстан, Узбекистан, Россия, Центральная Азия, labor migration, Kazakhstan, Uzbekistan, Russia, Central Asia

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Ким Елизавета ВячеславовнаНовосибирский университет экономики и управленияаспирант кафедры мировой экономики, международных отношений и праваelizabeth92.92@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Бобина А. Д. Особенности миграции рабочей силы на современном этапе // Научный вестник Московского государственного технического университета гражданской авиации. 2007. Вып. 124. С. 59-62.
International Labour Organization // Migration and Development in Central Asia. URL: http://www.iom.kz/pubs/Migration%20and% 20Developement_en.pdf
Комарова О.Д., Тишков В. А. Миграция и миграционная политика // Миграции и новые диаспоры в постсоветских государствах / отв. ред. В. А. Тишков. М. : Институт этнологии и антропологии РАН, 1996. С. 11-54.
Рязанцев С.В. Вклад трудовой миграции в экономику России: методы оценки и результаты // Гуманитарные науки. Вестник Финансового университета. 2016. № 2 (22). С. 16-28.
Рязанцев С.В., Хорие Н. Моделирование потоков трудовой миграции из стран Центральной Азии в Россию: экономико-социологическое исследование. М. : Научный Мир, 2011. 189 с
Прохорова А. Что такое МИРПАЛ // Миграция ХХ1 век. 2011. № 2 (5), апрель. С. 23-24.
Выхованец О.Д., Прохорова А.В., Савинкова Ю.К., Старчак М.В., Яценко Е.Б. Трансформация идентичности трудовых мигрантов как одна из составляющих становления гражданского общества в России. М. : Наследие Евразии, 2014. 144 с.
Ионцев В. А. Современные тенденции трудовой миграции // Вестник Московского университета. Сер. 6: Экономика. 2006. № 3. С. 114-116.
Facilitating Migration Management in North and Central Asia // Migration and skills in North and Central Asia. URL: http:// http://www.unescap.org/sites/default/files/2%20Migration%20and%20Skills%20%20v2-3-E_ENGLISH.pdf
Шустов А. Наметилось сокращение трудовой миграции в Россию из Средней Азии. URL: http://www.centrasia.ru/newsA.php?st= 1451948640
Международное информационное агентство «Фергана» // Трудовая миграция из Центральной Азии. URL: http://migrant.ferghana.ru/ tag/statistika (дата последнего обращения: 15.04.2016 г.).
Садовская Е. Казахстан в системе международных трудовых миграций. URL: http://demoscope.ru/weekly/2014/0583/tema02.php
Исенгалиева М.Е. Факторы, влияющие на миграцию трудовых ресурсов в Республике Казахстан // Теория и практика общественного развития. 2014. № 4. С. 217-220.
Князев А. Россия возвращается в Центральную Азию // Центральная Азия и Кавказ. 2007. № 5 (53). С. 35-44.
Эргешбаев У.Ж. Современная трудовая миграция населения стран Центральной Азии в Россию // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Сер. Экономика. Информатика. 2009. Т. 10-1, № 7 (62). С. 74-81.
 Особенности процессов трудовой миграции в Центральной Азии (на примере Республики Узбекистан и Республики Казахстан) | Вестн. Том. гос. ун-та. 2017. № 419. DOI: 10.17223/15617793/419/17

Особенности процессов трудовой миграции в Центральной Азии (на примере Республики Узбекистан и Республики Казахстан) | Вестн. Том. гос. ун-та. 2017. № 419. DOI: 10.17223/15617793/419/17