Результаты комплексного изучения металлических зеркал из средневековых памятников Алтая и южной части Верхнего Приобья | Вестн. Том. гос. ун-та. 2018. № 434. DOI: 10.17223/15617793/434/17

Результаты комплексного изучения металлических зеркал из средневековых памятников Алтая и южной части Верхнего Приобья

Отражены итоги комплексного изучения серии целых металлических зеркал и фрагментов от таких изделий, обнаруженных при исследовании археологических памятников периодов раннего и развитого Средневековья (вторая половина I -первая половина II тыс. н.э.) на территории Алтая и Верхнего Приобья. Применен подход, основанный на корреляции результатов типологического анализа металлических зеркал по визуальным признакам с показателями рентгенофлюорес-центного анализа химического состава использованных сплавов. Установлено, что выделенные группы металлических зеркал демонстрируют существование двух основных направлений контактов средневекового населения рассматриваемых регионов, сохранявшихся на протяжении длительного хронологического периода.

Results of a comprehensive study of metal mirrors from the medieval sites of the Altai and the southern part of the Uppe.pdf В последние десятилетия комплексное рассмотрение материалов, полученных в ходе раскопок археологических памятников, стало основным направлением исследований, реализация которого позволяет серьезным образом расширить традиционные возможности получения новых исторических знаний. Одной из важных категорий находок, анализ которых требует использования именно такого подхода, являются металлические зеркала. Их изучение с применением разных, в том числе естественнонаучных, методов весьма перспективно по ряду причин. Металлические зеркала зачастую отличаются рецептурами сплавов, анализ которых позволяет рассматривать различные технологические приемы и места их производства в Древности и Средневековье. Учитывая, что такие изделия относятся к предметам торевтики, нередко представляющим собой произведения искусства, комплексное исследование данных находок способствует реконструкции смысловой нагрузки орнамента, образов, композиций и других способов оформления вещей, имевших определенное значение в жизни людей. Кроме того, металлические зеркала для большей части территорий их распространения представляли собой предметы импорта, что дает возможности обозначить направления социально-экономических и военно-политических контактов в разные хронологические периоды. В настоящей статье представлены итоги комплексного изучения металлических зеркал и фрагментов от таких изделий, обнаруженных на Алтае и в южной части Верхнего Приобья при исследовании археологических памятников, которые датируются второй половиной I - первой половиной II тыс. н.э. Эти находки являются востребованными для реконструкции средневековой истории номадов. В ходе работы был реализован подход, основанный на корреляции результатов визуального изучения металлических зеркал с данными, полученными в рамках рентгенофлюоресцентного анализа состава сплавов некоторых изделий. Акцент делался на рассмотрение возможностей использования археологических находок как показателей выявления направлений и степени взаимодействий между разными группами населения на протяжении длительного времени. Некоторые стороны изучения металлических зеркал из средневековых памятников, в том числе опыт их интерпретации в рамках реконструкции представлений кочевников, включая мировоззренческие и социальные аспекты, уже ранее представлялись авторами статьи [1. С. 89-122]. Это позволяет здесь на них не останавливаться. В данной публикации будут отражены другие стороны анализа расширенной базы привлекаемых предметов. Рассматриваемые средневековые металлические зеркала происходят из памятников Алтая и южной части Верхнего Приобья, относимых к разным кочевым общностям. Сравнительно представительная серия таких изделий обнаружена в ходе раскопок комплексов сросткинской культуры. Зеркала зафиксированы в археологических объектах грязновского (вторая половина IX - первая половина X в.) и шадрин-цевского (вторая половина X - первая половина XI в.) этапов [2. С. 54-65]. В то время происходило завершение консолидации общества номадов и расширение территории, занимаемой сросткинским объединением. Большая часть зеркал (15 экз.) обнаружена в погребениях. Известны также две случайные находки. Почти все изделия, за единственным исключением [3. Рис. 3], представлены фрагментами. Другая группа раннесредневековых металлических зеркал происходит из тюркских курганов Алтая. По сравнению с находками зеркал из памятников срост-кинской культуры, можно отметить значительно большее число целых экземпляров. В погребениях тюрок на сегодняшний день обнаружены шесть таких изделий, еще пять представлены фрагментами. Они зафиксированы в ходе раскопок объектов, относящихся к различным этапам в развитии хорошо известной общности номадов и датирующихся в рамках второй половины VII-XI вв. [2. С. 7-33]. Небольшая серия металлических зеркал происходит из памятников развитого Средневековья указанных регионов. Три фрагмента таких изделий оказались в комплексах кармацкой культуры, отнесенных к XIII-XIV вв., а два целых изделия найдены в погребениях монгольского времени на территории Алтая [4]. Исходя из наших данных, на сегодняшний день в распоряжении исследователей имеются 33 находки металлических зеркал, датируемые второй половиной I - первой половиной II тыс. н.э. Эта источниковая база послужила основой и для реализации комплексного исследования. Рассмотрение визуально выявленных показателей металлических зеркал из указанных памятников позволяет решать вопросы, связанные с датировкой изделий и их происхождением. В ходе анализа обозначенных предметов из раннесредневековых памятников (тюркская и сросткинская культуры) выделены две основные группы таких находок. Первая группа представлена зеркалами, особенности оформления которых указывают на их китайское происхождение или отражают копирование таких образцов [1. С. 103-105]. К одному из наиболее распространенных типов изделий в Поднебесной империи относятся находки из памятников Юстыд-XIV (рис. 1, 1) [5. Табл. 46, 4] и Гора Тараскина-V (рис. 1, 2) [6. Рис. 1, 1]. Такие зеркала имеют округлую форму, а также центральную шишку-петлю, вокруг которой помещены животные в зарослях винограда. Внутреннее орнаментальное поле отделено валиком в виде лозы. Во внешнем изображены иволги среди виноградных побегов. Высокий бортик обрамлен лентой из стилизованных пальметок. Такие высококачественные изделия имеют многочисленные аналогии на обширных территориях [1. С. 103] и датируются VII-IX вв. [7. С. 18]. Широкое распространение за пределами Китая получили так называемые восьмилопастные зеркала. Среди находок из рассматриваемого круга памятников нам известны пять таких экземпляров, представленных, за единственным исключением, фрагментами [8. Рис. 22, 1; 9. Рис. 1, 1; 10. Рис. 133, 8; 11. Рис. 1, 12; 12. Рис. 1, 25] (рис. 1, 3-4, 6-7). Важным показателем зеркал данного типа, помимо характерной формы, является система орнаментации. На оборотной стороне изделий изображены чаще всего феникс и ци-линь или мандариновые уточки, а во внешнем орнаментальном поле помещены стилизованные цветки, чередующиеся с пальметками [1. С. 103]. Судя по всему, фрагмент такого же зеркала обнаружен в ходе исследований погребения сросткинской культуры на могильнике Шадринцево-I (рис. 1, 8) [13. Рис. 5, 5]. Распространение восьмилопастных зеркал с обозначенным орнаментом относится к VIII-IX вв. [7. С. 5455, 60 и др.]. Наиболее позднее металлическое зеркало из ран-несредневековых комплексов Алтая представлено находкой из памятника Каменный Лог (рис. 1, 9) [14. Рис. 1, 13]. По ряду признаков данный фрагмент может быть отнесен к изделиям, произведенным в X-XI вв. [1. С. 104]. В то время, по наблюдению Е.И. Лубо-Лесниченко [7. С. 25], рельефные и массивные зеркала танского периода сменяются тонкими изделиями с более мелким и изящным орнаментом. По поводу указанной находки есть и другие заключения [14. С. 123]. К китайским изделиям относятся два целых зеркала, происходящие из погребений могильников Узун-тал [15. С. 215] и Усть-Шамониха (рис. 1, 10) [3. Рис. 3 ]. В этих случаях сохранены характерные для изделий из Поднебесной империи центральная шишка-петля и деление на концентрические зоны. Однако отсутствует орнамент и заметны следы брака при отливке [1. С. 104]. Отмечено, что в поздний период эпохи Тан получают распространение некачественные зеркала и начинается резкий упадок техники их изготовления [16. С. 296]. Также условно китайскими является ряд фрагментов, определение типа которых, в связи с плохой сохранностью или небольшим размером осколка, весьма затруднительно. По сохранившейся нечеткой части орнамента случайная находка из Лесостепного Алтая (рис. 1, 11) [1. С. 105. Табл. XXX] близка к изделиям, получившим распространение в VIII-IX вв. [7. С. 54]. Остальные фрагменты (рис. 1, 5, 12) [10. Рис. 68, 3; 1. Табл. XXVII] не имеют столь выраженных показательных признаков, хотя их отнесение к китайским предметам очевидно [1. С. 105]. Существенную важность представляют определения датировок двух целых металлических зеркал из могильника Шибе-II (рис. 1, 13-14) [1. Табл. XXIII, XXIV]. Они происходят из тюркских погребений VII- VIII вв., однако имеют ряд характеристик, сближающих их с экземплярами дотанского времени: изображения стилизованных драконов, орнамент в виде четырех шишек и др. Необычен и небольшой размер находок (5,8 и 6,6 см в диаметре), нетипичный для собственно китайских зеркал. Вероятно, рассматриваемые экземпляры могут датироваться IV-VI вв. [Там же. С. 105]. Орнамент, включающий ряд элементов, не характерных для танских зеркал, имеет также находка из могильника Курай-III (рис. 1, 15) [17. Рис. 34]. По мнению Е.И. Лубо-Лесниченко [7. С. 41], изделие датируется IV-VI вв. Вместе с тем хронология погребения, из которого происходит указанный экземпляр, определяется в рамках второй половины IX - первой половины X в. [15. С. 228]. Вполне вероятно, что рассматриваемое зеркало может являться более поздней копией [1. С. 105]. Вторая выделенная группа зеркал связана, судя по имеющимся материалам, со среднеазиатскими центрами производства таких изделий. Отличия от китайских экземпляров наблюдаются по целому ряду показателей (форма, цвет, орнамент и др.). Характерными признаками двух фрагментов зеркал (рис. 1, 16-17) [18. Рис. 1, 14; 19. Рис. 2, 8] являются невысокий бортик и орнамент в виде небольших циркульных окружностей с точкой в центре. Ближайшие аналогии обозначенной группе металлических зеркал обнаружены в раннесредневековых погребальных комплексах Восточного Казахстана [20. Рис. 66, 14, 113, 8]. Очевидно, именно в ходе контактов с кимака-ми в последние столетия I тыс. н. э. эти изделия попали к номадам, проживавшим в южной части Верхнего Приобья. Кроме того, схожие находки зафиксированы в памятниках среднеазиатского региона, относящихся к середине VIII - IX вв. [21. С. 67. Рис. 1, 6-7; 22. С. 78. Рис. 1, 4]. К этой же группе находок может быть предварительно отнесен фрагмент из погребения тюркской культуры, исследованного на могильнике Катанда-II [23. Рис. 7, 6]. На сохранившейся части зеркала фиксируется орнамент в виде небольшого валика по краю и примыкающих к нему полудуг. Вопрос о хронологии таких находок решается исследователями неоднозначно. Е.И. Лубо-Лесниченко [7. С. 13, 41-42. Рис. 11], рассмотревший похожее зеркало из коллекций Минусинского музея, считал, что такой экземпляр может датироваться в рамках III-V вв., а орнамент свидетельствует о его западном, возможно, сарматском происхождении. Похожие зеркала известны в комплексах монгольского времени на обширных территориях [1. С. 106]. На Алтае указанный фрагмент зеркала обнаружен в погребении, датируемом второй половиной VII - первой половиной VIII в. [23. С. 61]. Вероятно, такая ситуация может свидетельствовать о длительном производстве изделий со схожей системой орнаментации, а также о бытовании подобных предметов на протяжении раннего и развитого Средневековья [1. С. 106]. При этом не стоит исключать и других вариантов объяснений. К рубежу раннего и развитого Средневековья относится коллекция зеркал, полученная в ходе раскопок могильника Осинки в Верхнем Приобье [24. Рис. 10]. Интересующие нас находки происходят из погребений, которые датированы автором раскопок XI - началом XIII в. [Там же. С. 30, 33-34]. Одним из оснований для такой датировки Д.Г. Савинов считает изделия, отнесенные, со ссылкой на авторитетное мнение Е. И. Лубо-Лесниченко, к XI-XII вв. По мнению археолога, представленные экземпляры «являются репликами с китайских зеркал, имеющими различное происхождение» [Там же. С. 26]. Судя по инвентарю и ориентации погребенных, часть могил с зеркалами может быть отнесена к XI-XII вв., а другая - к XIII-XIV вв. [4. С. 99-107]. Данная коллекция, в которой сочетаются копии китайских зеркал различных типов, несомненно, требует специального изучения, в том числе с применением естественнонаучных методов анализа. Начало такой работы уже предпринималось. Опубликованы результаты рентгенофлюорес-центного анализа [1. С. 106-107]. Подход, предполагающий выделение различных групп зеркал, реализованный выше на материалах раннего Средневековья, использовался и при рассмотрении немногочисленных изделий из памятников монгольского времени. Происхождение первой группы обозначенных предметов торевтики из комплексов XIII-XIV вв. также связано с китайскими центрами ремесленного производства [Там же. С. 108]. Одно такое зеркало, обнаруженное в ходе раскопок на Алтае погребения Бертек-20 (рис. 2, 1) [25. Рис. 123, 124], относится к распространенному типу изделий с изображением сцены из легенды о Лю И [26. С. 155]. Аналогии ему известны в коллекциях Томского и Минусинского музеев [7. Рис. 85; 26. Табл. 4, 36]. По мнению Е.И. Лубо-Лесниченко [7. С. 30-31, 90-92], такие зеркала датируются XIII-XIV вв. Т. Масумото отнес рассмотренный им экземпляр к XII в. [26. С. 149]. Другое китайское зеркало монгольского времени найдено при исследовании могилы № 17 памятника Кудыргэ (рис. 2, 2) [23. Табл. XXVI, 4]. Оно в свое время изучалось известным специалистом М. П. Лавровой, которая определила, что вокруг ушка в центральной зоне, ограниченной бортиком, имеются рельефные изображения символических животных: «...дракон, тигр, черепаха со змеей и, по-видимому, феникс». Датировка погребения, в котором обнаружено зеркало, может быть установлена в рамках XIII-XIV вв. [4. С. 170-171]. Помимо китайских зеркал в памятниках монгольского времени рассматриваемого региона известны изделия, происхождение которых связано с другими центрами производства [1. С. 108]. Они условно объединены в рамках второй группы представляемых предметов. Фрагмент одного из таких зеркал обнаружен недалеко от города Бийска (рис. 2, 3, данная прорисовка выполнена А. Л. Кунгуровым и публикуется впервые) [27. Рис. 1, г]. В основном орнаментальном поле изделия изображены священные животные в виде сфинксов, а по бортику проходит арабская благожелательная надпись [Там же. С. 251]. Фрагмент относится к серии зеркал ближневосточного происхождения, получивших распространение в XII-XIV вв. не только в мусульманском мире, но и во многих других районах Евразии [1. С. 108]. Из территориально близких аналогий отметим экземпляры, находящиеся в коллекциях Минусинского музея [7. Рис. 98], а также экспонат из собрания Музея археологии и этнографии Сибири им. В.М. Флоринского Томского государственного университета, на котором обозначен № 6201 [26]. К серии зеркал, получивших широкое распространение в археологических комплексах степей Евразии монгольского времени, относятся экземпляры из погребений памятников Островное-III (рис. 2, 4) [4. С. 107-109. Рис. 70, 3; 28. Рис. 1, 3] и Телеутский Взвоз-I (рис. 2, 5) [1. Табл. XXXIV; 4. Рис. 80, 1]. В центре первого изделия изображена многолепестковая розетка, а по краю находится арочный орнамент, отделенный с двух сторон валиками. Аналогии описанному зеркалу известны в комплексах Восточной Европы, Казахстана и других территорий [1. С. 110; 29. Табл. VIII]. На большом фрагменте из памятника Те-леутский Взвоз-I нанесен орнамент, подробное описание которого и семантика изображений на изделиях такого типа, а также специфика их распространения представлены в ряде публикаций [1. С. 59. Табл. XXXIV; 4. С. 123-125; 22; 30; 31 и др.]. Дополнительный объем информации о металлических зеркалах был получен в ходе детального рентгенофлюоресцентного анализа некоторых представленных находок. В распоряжении авторов статьи оказались только предметы, хранящиеся в фондах Музея археологии и этнографии Алтая Алтайского государственного университета [1. С. 7886]. Исследования проводились портативным рент-генофлюоресцентным спектрометром ALPHA SERIES™ (модель Альфа-2000, производство США) в комплекте с испытательным стендом, с карманным персональным компьютером (КПК) и другими приспособлениями. Тестирования осуществлялись неоднократно в различных местах находок. Это позволило получить сведения не только о составе сплава каждого зеркала, но и о некоторых приемах реализованной технологии при их изготовлении. В публикуемой таблице приведены показатели химического состава, зафиксированные на участках, которые были механически освобождены от поверхностных окислов и коррозии. Результаты рентгенофлюоресцентного анализа № Место обнаружения предмета Cu Sn Pb Fe Ni As Sb Zn Ag Co 1 Шибе-II, к. 3 65,3% 27,17% 7,48% 0,05% 2 Шибе-II, к. 18 66,3% 15,61% 18,03% 0,06% 3 Бл. Елбаны-XVI, м. 6 75,68% 24,06% 0,06% 0,2% 4 Бл. Елбаны-XVI, м. 9 64,88% 34,74% 0,11% 0,27% 5 Екатериновка-3, к. 5 61,23% 30,58% 7,84% 0,18% 0,17% 6 Поповская Дача, м. 1 69,94% 22,21% 7,37% 0,48% 7 Рогозиха-I, к. 10 69,94% 29,55% 0,12% 0,29% 0,1% 8 Алтайский край, сб. 69,17% 28,33% 1,65% 0,7% 0,15% 9 Усть-Шамониха-1 70,09% 21,95% 5,27% 0,28% 0,08% 0,66% 1,67% 10 Шадринцево-1, к. 1, м. 4 63,24% 28,22% 8,4% 0,14% 11 Яровское-III, к. 1 53,06% 36,36% 8,13% 0,23% 0,19% 1,02% 1,01% 12 Телеутский Взвоз-I, к. 1 87,5% 7,85% 2,73% 0,16% 0,12% 0,55% 0,73% 0,36% Основная группа исследованных раннесредневе-ковых металлических зеркал (Табл. I, 1-2, 5-6, 8, 1011) демонстрирует характерный медно-оловянно-свинцовый сплав. При изучении зеркала памятника Усть-Шамонихи-I, относящегося к этой же группе, отмечены некоторые отклонения в составе сплава (Там же. Табл. I, 9). Особенность изделия заключается в том, что при его первоначальной отливке был допущен брак, который впоследствии попытались устранить. Исходя из полученных данных, можно заключить, что долив осуществлялся в той же мастерской и схожим металлом. Несмотря на существенный брак, ремесленная работа была реализована и, в конце концов, попала на территорию Верхнего Приобья. Результаты рентгенофлюоресцентного анализа свидетельствуют о сложном сплаве изделия, основу которого составляет медь при значительной доле олова и меньшей свинца. При литье в него добавляли серебро. Остальные элементы демонстрируют естественные (рудные) примеси. Зафиксированное повышенное содержание серебра в металле, которым заделывали отверстие в диске изделия из Усть-Шамонихи-I, скорее всего, не случайность, а технологическая необходимость решения проблемы брака [Там же. С. 82-83]. Указанные выше экземпляры имеют близкий набор показателей. Это подтверждает, что предметы были изготовлены по единой технологии, характерной для производства изделий в средневековом Китае. Значительное сходство состава металла может свидетельствовать об изготовлении зеркал в каком-то одном ремесленном центре. Полученные анализы можно дополнить результатами специальных исследований И.В. Богдановой-Березовской [32. С. 140141], указавшей, что оловянистая бронза со свинцом являлась прекрасным сплавом для изготовления орнаментированных зеркал, а соответствующее содержание в них олова, свинца, конкретных примесей и следов индия может быть хорошим индикатором для установления подлинности импортных изделий из Китая. К сожалению, рентгенофлюресцентным анализом зафиксировать очень незначительное присутствие индия (In) в зеркалах не представляется возможным. Для этого необходимо привлечение других методов [1. С. 87]. «Размытый» и нечеткий орнамент на зеркалах указывает на то, что в данном случае мы имеем дело с копиями, сделанными далеко не с оригиналов. Вопрос, где осуществлялось такое производство, остается открытым. Можно лишь предположить, что китайские мастера изготавливали такую продукцию для кочевников, которым смысл изображений, имевшихся на зеркалах, был не важен [Там же]. Следует также отметить, что некачественно сделанные зеркала использовались и в самом Китае. Об этом свидетельствуют многочисленные факты их наличия в музейных собраниях. На основе анализов, полученных с помощью рент-генофлюоресцентного спектрометра, можно сделать вывод о том, что многие рассмотренные изделия предположительно сделаны китайскими ремесленниками и являются предметами импорта [Там же]. Вторая группа раннесредневековых металлических зеркал характеризуется медно-оловянным сплавом (Там же. Табл. I, 3-4, 7). Основное отличие приведенных образцов от изделий первой группы заключается в низком содержании свинца. В сочетании с рассмотренными внешними характеристиками зеркал, это является подтверждением того, что предметы происходят из другого центра ремесленного производства. Уточнение места изготовления предметов такого типа будет возможно с изучением большей серии подобных находок. Рис. 1. Металлические зеркала из памятников раннего Средневековья: 1 - Юстыд-XIV, курган № 2 (по: [5. Табл. 46, 4]); 2 - Тараскина Гора-V, курган № 6 (по: [6. Рис. 1, 1]); 3 - Курота-II, курган № 46 (по: [8. Рис. 22, 1]); 4 - Кирилловка-V, курган № 1, погр. 1 (по: [9. Рис. 1, 1]); 5 - Гилево-IX, курган № 6 (по: [10. Рис. 68, 3]); 6 - Яровское, курган № 1 (по: [11. Рис. 1, 12]); 7 - Поповская Дача (по: [12. Рис. 1, 25]); 8 - Шадринцево-I, курган № 1, погр. 4 (по: [13. Рис. 5, 5]); 9 - Каменный Лог (по: [14. Рис. 1, 13]); 10 - Усть-Шамониха-I (по: [2. Рис. 3]); 11 - случайная находка, Алтайский край (по: [1. Табл. XXX]); 12 - Екатериновка-3, курган № 5 (по: [1. Табл. XXVII]); 13 - Шибе-II, курган № 3 (по: [1. Табл. XXIII]); 14 - Шибе-II, курган № 18 (по: [1. Табл. XXIV]); 15 - Курай-III, курган № 2 (по: [17. Рис. 34]); 16 - Рогозиха-I, курган № 10, погр. 2 (по: [18. Рис. 1, 14]); 17 - Ближние Елбаны-XVI, могила-9 (по: [19. Рис. 2, 8]) Рис. 2. Металлические зеркала из памятников монгольского времени: 1 - Бертек-20 (по: [25. Рис. 124]); 2 - Кудыргэ, могила № 17 (по: [23. Табл. XXVI, 4]); 3 - случайная находка недалеко от города Бийска (прорисовка публикуется впервые); 4 - Островное-III, могила-1 (по: [28. Рис. 1, 3]); 5 - Телеутский Взвоз-I, курган № 1 (по: [1. Табл. XXXIV]) Помимо изделий раннего Средневековья, с помощью рентгенофлюоресцентного спектрометра исследовано также зеркало монгольского времени из кургана № 1 памятника Телеутский Взвоз-I [1. Табл. I, 12]. Полученные данные показывают медно-оловянно-свинцовый сплав с набором рудных примесей. Указанные результаты, а также морфологические и декоративные особенности изученного изделия демонстрируют традицию изготовления металлических зеркал, существовавшую в золотоордынское время и отличавшуюся от так называемой китайской. Таким образом, комплексное исследование металлических зеркал из памятников Алтая и южной части Верхнего Приобья демонстрирует существование двух основных направлений контактов средневекового населения этих историко-культурных областей, сохранявших актуальность на протяжении длительного хронологического периода. Значительная часть обнаруженных изделий отражает прямые или опосредованные контакты полупериферии кочевых империй с ремесленными центрами Китая. Не исключено, что китайские металлические зеркала могли появиться у номадов в результате военных походов, которые совершали воины в период могущества раннесредневековых каганатов. В лесостепную зону Верхнего Приобья и дальше на север такие изделия могли попадать через Алтай. Происхождение второй группы металлических зеркал связано с западным (среднеазиатским) направлением отношений номадов рассматриваемого региона. В раннем Средневековье появление таких изделий в памятниках Алтая демонстрирует контакты местного населения с кимаками Восточного Казахстана. Вопрос о месте производства металлических зеркал золотоор-дынского времени требует проведения специального исследования с привлечением значительного объема материалов с сопредельных территорий. Представленные результаты комплексного изучения средневековых металлических зеркал из памятников Алтая и южной части Верхнего Приобья демонстрируют актуальность дальнейшей научной работы в обозначенном направлении. Существенные перспективы связаны с реконструкцией технологии производства изделий, а также с их культурно-хронологической атрибуцией и выяснением значения в системе жизнеобеспечения средневекового населения.

Ключевые слова

металлические зеркала, Алтай, Верхнее Приобье, Средневековье, археологические памятники, рентге-нофлюоресцентный анализ, комплексный подход, metal mirrors, Altai, Upper Ob region, Middle Ages, archaeological sites, X-ray fluorescence analysis, integrated approach

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Тишкин Алексей АлексеевичАлтайский государственный университетд-р ист. наук, зав. кафедрой археологии, этнографии и музеологииtishkin210@mail.ru
Серегин Николай НиколаевичАлтайский государственный университетканд. ист. наук, вед. науч. сотр. лаборатории междисциплинарного изучения археологии Западной Сибири и Алтая; докторант кафедры археологии, этнографии и музеологииnikolay-seregin@mail.ru
Всего: 2

Ссылки

Тишкин А. А., Серегин Н.Н. Металлические зеркала как источник по древней и средневековой истории Алтая (по материалам Музея археологии и этнографии Алтая Алтайского государственного университета). Барнаул : Азбука, 2011. 144 с.
Тишкин А.А., Горбунов В.В., Горбунова Т.Г. Алтай в эпоху средневековья : иллюстрированный исторический атлас. Барнаул : ООО «Печатная компания АРТИКА», 2011. 136 с.: ил.
Горбунов В.В. Погребение IX-X вв. на р. Чумыш // Проблемы сохранения, использования и изучения памятников археологии Алтая. Горно-Алтайск : ГАНИИИЯЛ, 1992. С. 86-87.
Тишкин А.А. Алтай в монгольское время (по материалам археологических памятников). Барнаул : Азбука, 2009. 208 с.
Кубарев Г.В. Культура древних тюрок Алтая (по материалам погребальных памятников). Новосибирск : Изд-во Ин-та археологии и этно графии СО РАН, 2005. 400 с.
Грушин С.П., Тишкин А.А. Погребальные комплексы эпохи раннего железа и средневековья северо-западных предгорий Алтая // Про блемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий. Новосибирск : Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2004. Т. X. С. 239-243.
Лубо-Лесниченко Е.И. Привозные зеркала Минусинской котловины. К вопросу о внешних связях древнего населения Южной Сибири. М. : Наука, 1975. 155 с.
Суразаков А.С. Раскопки памятников Курата-II и Кор-Кобы-I // Проблемы изучения древней и средневековой истории Горного Алтая. Горно-Алтайск : ГАНИИИЯЛ, 1990. С. 56-96.
Могильников В. А. Находка китайского зеркала в Кулундинской степи // Сохранение и изучение культурного наследия Алтайского края. Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 1996. Вып. VII. С. 158-162.
Могильников В.А. Кочевники северо-западных предгорий Алтая в IX-XI веках. М. : Наука, 2002. 362 с.
Тишкин А. А., Горбунов В.В. Курган сросткинской культуры у оз. Яровское // Сохранение и изучение культурного наследия Алтайского края. Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 1998. Вып. IX. С. 194-198.
Горбунов В.В., Тишкин А. А. Продолжение исследований курганов сросткинской культуры на Приобском плато // Проблемы археологии этнографии и антропологии Сибири и сопредельных территорий. Новосибирск : Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2001. Т. VII. С. 281-287.
Неверов С.В., Горбунов В.В. Курганный могильник сросткинской культуры Шадринцево-I // Археология, антропология и этнография Сибири. Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 1996. С. 163-191.
Соенов В.И., Трифанова С.В., Вдовина Т.А., Яжанкина С.И. Средневековое скальное захоронение в Каменном Логу // Древности Алтая. Горно-Алтайск : ГАГУ, 2002. № 9. С. 117-124.
Кляшторный С.Г., Савинов Д.Г. Степные империи древней Евразии. СПб. : Филол. фак. СПбГУ, 2005. 346 с.
Масумото Т. Китайские бронзовые зеркала (семиотический аспект) // Структурно-семиотические исследования в археологии. Донецк : ДонНУ, 2005. Т. 2. С. 295-304.
Евтюхова Л. А., Киселев С.В. Отчет о работах Саяно-Алтайской археологической экспедиции в 1935 г. // Труды Государственного исторического музея. 1941. Вып 16. С. 75-117.
Неверов С.В. Курганы конца I тыс. н.э. могильника Рогозиха на Алтае // Охрана и использование археологических памятников Алтая. Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 1990. С. 112-116.
Абдулганеев М.Т., Горбунов В.В., Казаков А.А. Новые могильники второй половины I тысячелетия н.э. в урочище Ближние Елбаны // Военное дело и средневековая археология Центральной Азии. Кемерово : КемГУ, 1995. С. 243-252.
Археологические памятники в зоне затопления Шульбинской ГЭС. Алма-Ата : Наука, 1987. 280 с.
Распопова В.И. Зеркала из Пенджикента // Краткие сообщения Института археологии. 1972. Вып. 132. С. 65-69.
Табалдиев К.Ш. Зеркала из погребений внутреннего Тянь-Шаня // Евразия: культурное наследие древних цивилизаций. Новосибирск : НГУ, 1999. Вып. 2. С. 78-81.
Гаврилова А. А. Могильник Кудыргэ как источник по истории алтайских племен. М.; Л. : Наука, 1965. 146 с.
Савинов Д.Г., Новиков А.В., Росляков С.Г. Верхнее Приобье на рубеже веков (басандайская культура). Новосибирск : Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2008. 424 с.
Молодин В.И., Соловьев А.И. Позднее средневековье // Древние культуры Бертекской долины. Новосибирск : Наука, 1994. 152-156.
Ожередов Ю.И., Плетнева Л.М., Масумото Т. Металлические зеркала в Музее археологии этнографии Сибири им. В.М. Флоринского ТГУ: формирование и исследование собрания // Культуры и народы Северной Азии и сопредельных территорий в контексте междисциплинарного изучения. Томск : ТГУ, 2008. Вып. 2. С. 136-157.
Масумото Т. О бронзовых зеркалах, случайно обнаруженных на Алтае // Охрана и изучение культурного наследия Алтая. Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 1993. Ч. II. С. 248-251.
Иванов Г.Е. Погребение золотоордынского времени с поселения Островное-3 // Сохранение и изучение культурного наследия Алтайского края. Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 1999. Вып. X. С. 148-151.
Мыськов Е.П. Кочевники Волго-Донских степей в эпоху Золотой Орды. Волгоград : Изд-во Волгоград. филиала ФГБОУ ВО РАНХиГС, 2015. 484 с.
Тишкин А.А., Ожередов Ю.А. Металлическое зеркало золотоордынского времени из фондов Музея археологии и этнографии Сибири ТГУ // Научный Татарстан: Гуманитарные науки. 2010. № 4. С. 107-113.
Ожередов Ю.И. Семантика изображений на одном средневековом зеркале из Музея археологии и этнографии Сибири ТГУ // Торевтика в древних средневековых культурах Евразии. Барнаул : Азбука, 2010. С. 144-147.
Богданова-Березовская И.В. К вопросу о химическом составе зеркал Минусинской котловины / Лубо-Лесниченко Е.И. Привозные зеркала Минусинской котловины. К вопросу о внешних связях древнего населения Южной Сибири. М. : Наука, 1975. С. 131-149.
 Результаты комплексного изучения металлических зеркал из средневековых памятников Алтая и южной части Верхнего Приобья | Вестн. Том. гос. ун-та. 2018. № 434. DOI: 10.17223/15617793/434/17

Результаты комплексного изучения металлических зеркал из средневековых памятников Алтая и южной части Верхнего Приобья | Вестн. Том. гос. ун-та. 2018. № 434. DOI: 10.17223/15617793/434/17