Трагедия угнетенного детства в романе Сьюзен Хилл «Я в замке король» | Вестн. Том. гос. ун-та. 2008. № 313.

Трагедия угнетенного детства в романе Сьюзен Хилл «Я в замке король»

На основе анализа произведения делается попытка выявить ведущие мотивы повествования, представить антиномию детских образов Чарльза Киншоу и Эдмунда Хупера, а также показать развитие их взаимоотношений внутри художественного пространства.

Tragedy of the oppressed childhood in the novel of Susan Hill «I"m the King of the Castle» .pdf Известная английская писательница Сьюзен Хилл родилась в 1942 г. в британском городе Скарборо, графство Йоркшир. Она является автором более тридцати книг. Среди них романы, повести, рассказы: «Джентльмены и леди» {«Gentleman and Ladies», 1969), «Перемена к лучшему» («A Change for the Better», 1969), «Я в замке король» («I'm the King of the Castle», 1970), «Ночная птица» («The Bird of Night», 1972), «Однажды весенней порой» («In the Springtime of the Year», 1974), сборники рассказов «Альбатрос» («The Albatross and Other Stories», 1970), «Немного пения и танцев» («A Bit of Singing and Dancing», 1973) и др. За роман «Я в замке король» Сьюзен Хилл награждена премией Сомерсета Моэма (Somerset Maugham Prize) [1. С. 1]. Больше 25 лет она ведет ежемесячную колонку в газете «Дейли Телеграф»; С. Хилл в 1973 г. «закончила свой творческий путь, добровольно удалившись в загородный дом, где занялась домашним хозяйством» [2. С. 474].Роман Сьюзен Хилл «Я в замке король» - один из центральных в ее творчестве. Он повествует о трагической судьбе мальчика по имени Чарльз Киншоу. Г.А. Анджапаридзе и Е.Ю. Гениева так характеризуют героев Сьюзен Хилл: «Все герои Хилл - дети, взрослые или старики - люди одинокие, больные, умирающие, покинутые близкими, часто ущербные, не находящие себе места в обществе, так или иначе обделенные судьбой» [3. С. 267]. Мотив угнетенного детства, духовного одиночества героя дает основание полагать, что С. Хилл продолжает традиции, начатые еще Г. Фил-дингом в XVIII в. В то же время она - своеобразный писатель, нашедший собственную неповторимую манеру изображения детского мира, отличающуюся глубоким проникновением в самую суть его. Знание детской психологии, реалистическое видение мотивации поступков героев, изображение персонажей с традиционно английским характером - все это черты, присущие роману. В этом смысле произведение можно по праву считать наследием классической литературной традиции Англии.В центре романа «Я в замке король» жизнь одиннадцатилетних мальчиков-сирот Чарльза Киншоу и Эдмунда Хупера. Вынужденный переезд Хелины Киншоу и ее сына Чарльза в усадьбу Хуперов «Уорингс» становится судьбоносным для всех героев. Джозеф Хупер -богатый вдовец, которому нужна экономка, которая будет присматривать за его сыном Эдмундом и домом. Хелина Киншоу, находясь в весьма плачевном положении после смерти мужа, соглашается на предложение мистера Хупера и приезжает в усадьбу вместе со своим сыном. Таким образом, дети, принадлежащие к разным сословиям и с разным материальным достатком, но одинаково страдающие от своего сиротства, противо-поставлены друг другу с первых страниц романа: «Я не хотел, чтобы ты приехал», - этими словами в брошенной из окна записке встречает Эдмунд Чарльза [4. № 1. С. 129]. В основе такого противопоставления лежит «имущественное неравенство» героев, как справедливо отмечает С.Н. Филюшкина. «Поведение героев, сам характер их контактов, их реакций друг на друга во многом обусловлены имущественным неравенством Чарльза и Эдмунда...» [5. С. 59]. Эдмунд еще до приезда Чарльза пытается выжить его со своей территории, не пустить в свои «владения»: «Дом мой, - он думал, -наш собственный. И пусть сюда не суется никто» [4. № 1. С. 128]. Открытый миру и людям Чарльз становится объектом насмешек жесткого и расчетливого Эдмунда. Тот сразу охлаждает и без того не очень горячее желание Чарльза остаться в «Уорингсе». Он говорит страшную и жестокую неправду об отведенной Чарльзу комнате: «Дедушка умер в этой комнате. Недавно. Он умер вот в этой постели, а теперь ее тебе отдали». - Это была неправда» [4. № 1. С. 130]. С какой-то мистической настойчивостью преследует Эдмунд Чарльза на протяжении всего романа, ни на минуту не давая ему расслабиться, постоянно заставляя повторять: «Я не хотел, я не хотел сюда ехать, вот еще один чужой дом, где все не наше» [4. № 1. С. 129]. Проверка на прочность - так можно определить то, что проделывает с Чарльзом Эдмунд. Даже в лесу, когда Чарльз, казалось бы, обрел долгожданную независимость от Эдмунда, осознал, что он сильнее Эдмунда духовно и физически, даже тогда он не спокоен до конца: не может бросить Хупера, не может от него убежать. Чувство долга и ответственности за ближнего оказывается в Чарльзе сильнее злости, обиды и ненависти, испытываемых к Эдмунду.Изображая на первых страницах романа семейство Хуперов (внука, отца, деда: «старший сын старшего сына старшего сына»), С. Хилл сразу вводит в роман мотив смерти, который неуклонно сопровождает все повествование. В этот трагический момент (семья находится у смертного одра старшего Хупера) поражают жестокость, равнодушие и бесчувствие не только отца-сына, но и сына-внука. Каждый из них совершенно безразличен к родному человеку, находящемуся при смерти. Отец и сын соблюдают досадную, но необходимую формальность у постели больного: «И Джозеф Хупер вывел сына из комнаты. А сам думал: «Я могу выказывать ему уважение, вести себя как следует только потому, что он умирает, его почти уже нет» [4. № 1. С. 123]. Как и герой романа «Посторонний» Альбера Камю (ср. сцену похорон матери Мерсо [6. С. 37-46]), герои С. Хилл подмечают только внешнюю непритягательность атрибутов смерти: «Трогательно вышло не21очень. Старик сопел, пускал слюни, не просыпался. В комнате стоял кислый запах» [4. № 1. С. 123]. Даже в такую минуту у героев не возникает ни сочувствия, ни сострадания. Эдмунд сравнивает умирающего деда с одним из засохших мотыльков его коллекции: «Ой, я знаю, на что он похож, - сказал Эдмунд Хупер, - на старого дохлого мотылька из своей коллекции» [4. № 1. С. 123]. Это сравнение - лучшее, что мог сказать о деде внук в последние часы его жизни. Сердце мальчика пусто, он холоден и равнодушен так же, как и его отец.Страшным и жестоким лейтмотивом проходит смерть через весь роман. Это и смертное ложе самого старшего из Хуперов, и Красная комната с мертвыми мотыльками, в которой Эдмунд запер Чарльза, и чучело вороны, подброшенное Эдмундом Чарльзу во время сна, и, наконец, самоубийство Чарльза в финале романа. Таким образом, мотив смерти образует кольцо в сюжетной линии произведения. Начинаясь смертью старшего Хупера и сопровождаясь мистической символикой, роман заканчивается смертью Чарльза Киншоу. Автор словно подводит читателя к траурному финалу, обращая его внимание на некоторые атрибуты готического романа, которые, без сомнения, использует в произведении. Это и сама усадьба -мрачный, уродливый «Уорингс», и ворона, напавшая на Чарльза в поле; ряд подобных полумистических символов можно продолжать, как раз они создают атмосферу загадочности и неумолимости рока.Образы главных героев романа, Чарльза Киншоу и Эдмунда Хупера, как уже отмечалось, полярны и вследствие этого оказываются несовместимы. С.Н. Фи-люшкина находит возможным соотнести произведения С. Хилл «Я в замке король» и У.Д. Голдинга «Повелитель мух» по наличию в обоих романах «обобщенно-условных ситуаций», так называемых «моделей мира» [5. С. 59]. И действительно, С. Хилл волей авторского воображения помещает своих столь разных героев в одном художественном пространстве, заставляя взаимодействовать. Смоделированная ситуация внешне конкретна: две разные семьи вынуждены жить в одном доме, но заложенный в ней скрытый смысл аллегоричен. Это своего рода авторский эксперимент. Подобный эксперимент мы можем найти в романе У. Голдинга «Повелитель мух», где высаженные на необитаемый остров незнакомые друг другу дети также вынуждены взаимодействовать. Таким образом, можно выявить и другую параллель между романами в дополнение к указанной С.Н. Филюшкиной. Возможно соотнести образы Ральфа и Джека в романе У. Голдинга и образы Чарльза и Эдмунда в романе С. Хилл. Противостояние Чарльза и Эдмунда можно назвать своего рода продолжением противостояния голдинговских Джека и Ральфа. Смерть Чарльза в финале романа - это закономерное продолжение и завершение «Повелителя мух». Ведь Ральф, затравленный толпой одичавших детей, также мог бы погибнуть, и Джек вышел бы победителем, если бы не подоспевший вовремя корабль со взрослыми, спасшими жизнь мальчику. А в романе С. Хилл мы как раз видим окончательную победу Джека-Эдмунда, который внутренне торжествует над трупом сверстника.Мотив ненависти является основным в развитии отношений героев С. Хилл. Эдмунд считает, что Чарльзвторгся в его «королевские владения», где он хотел властвовать один, - и в таком случае Чарльз должен оставаться его подданным, рабом; безропотно выносить все, что ни захочет «король», будь то милость или наказание. А наказания подчас были не по-детски жестокими (например, Эдмунд подбросил Чарльзу чучело вороны, закрыл одного в темном сарае и т.п.). Мы видим, что здесь появляется еще один мотив - мотив собственничества, который присущ Эдмунду. Он проявляется в двух направлениях: материальном и духовном. Первое распространяется на дом, второе - на личность Чарльза. Эдмунд желает обладать безраздельно своим домом и покорить себе Чарльза. Но Чарльз не только не поддается на уловки Эдмунда, но и претендует на свободу воли, а также на собственную, хотя бы небольшую часть «владений», так сказать, личную зону. К примеру, он не позволяет Эдмунду входить в свою комнату и трогать свои вещи, но Эдмунд, чтобы показать свою власть, не только входит в его комнату, но и идет за Чарльзом, когда тот решает сбежать из «Уо-рингса». Чарльз не хочет обладать собственным пространством, как Эдмунд. Мальчик желает, чтобы в этом его пространстве он стал недосягаем для других. И Киншоу решается на побег из дома только потому, что уже не смог больше выносить издевательства Эдмунда. Для него это был крайний шаг, а Эдмунд отправляется в лес, играя, он как бы выслеживает жертву, идет на охоту или увеселительную прогулку.В этом смысле примечательна экипировка мальчиков: Чарльз старается учесть все необходимое, что может понадобиться в дороге, но не брать лишнего, а Эдмунд взял первое попавшееся под руку. Здесь возможна еще одна параллель с романом У. Голдинга «Повелитель мух»: описание охотничьего танца, первобытного и мифического, но так зловеще-прекрасного, что он непременно увлекает своим ритмом и желанием быть причастным к происходящему. «Для него все было прогулка, приключенье, игрушки. Скоро, правда, Киншоу сам от него заразился. Хупер побежал по поляне, и он за ним, хотя шумели они так, что олень, конечно, умчался черт-те куда. Хупер как-то чудно скакал, прыгал, вдруг кидался вперед. Потом упал на четвереньки и пополз вокруг дерева. - Мы охотники, -зашипел он. - Ни звука. Тут водятся дикие кабаны. И медведи» [4. № 1. С. 161]. Все выше описанное напоминает ритуальный танец, что придумали Джек и хористы в «Повелителе мух», для того чтобы не бояться зверя, чтобы было легче совершать убийство сначала животного, а потом и человека. Интересно, что именно после танца Чарльз сбился с пути и они с Эдмундом заблудились. Это метафора того, что первобытность происходящего и главенство Эдмунда (Эдмунд первым начинает пляску и игру в охоту) ведут к неизбежной гибели. Во время пребывания в лесу Чарльз до последнего момента надеется, что все еще будет хорошо, что они смогут наладить отношения с Хупером. Именно в лесу, на природе Чарльз убеждается, что Хупер - просто человек, мальчишка со своими страхами и переживаниями, а не вездесущий коварный тиран, каким он видится в «Уорингсе». Чарльз заботится об Эдмунде, покровительствует ему, как старший брат, даже спасает его от неминуемой смерти в реке. И в благодарность22Хупер его оклеветал и предал: «Это все Киншоу, все Киншоу, он меня в воду столкнул. Киншоу дернулся как ужаленный, потрясенный таким наглым предательством» [4. № 2. С. 109].Еще один из основных мотивов в романе - соперничество. Оба мальчика стремятся завоевать трон, стать королем, единовластным монархом. И мотив желания власти присущ не только Эдмунду, Чарльзу тоже бы хотелось править (конечно, принципы его правления радикально отличались бы от представлений на этот счет Эдмунда). Но если Эдмунд мечтает быть властелином «Уорингса», то Чарльзу не нравится это мертвое унылое здание - это территория Хупера. Он ощущает себя свободным и главным на вершине разрушенного замка Лайделл, расположенного рядом с озером на равнине, где кричит от восторга: «Чур, я в замке король!» [4. № 2. С. 121]. Но нет! - он не сможет полностью насладиться свободой! Именно чувство соперничества толкает Эдмунда вопреки желанию взобраться на башню. Вот уже Эдмунд, несмотря на панический страх, почти вскарабкался на вершину замка, Чарльзу достаточно его легонько толкнуть - и соперник повержен в прах! Но нет! Видя боязнь и мольбу в глазах Эдмунда, Чарльз протягивает руку помощи своему заклятому врагу, но Эдмунд неверно истолковывает его жест: он судит по себе и, отшатнувшись, падает вниз... Для него исход падения оказался благополучным, в то время как Чарльз снова незаслуженно страдает и мучается угрызениями совести, думая что Эдмунда нет в живых и причиной тому его, пусть минутное, но желание смерти Хуперу.Финальная часть романа трагична: Чарльз Киншоу покончил жизнь самоубийством. Виной этому как травля, коварные выходки и зависть Эдмунда, так и непонимание детей и складывающихся между ними отношений взрослыми. Непонимание - это еще один ведущий мотив в романе. Стремление матери Чарльза Хелины Киншоу найти себе нового мужа, который будет для нее опорой, неизбежно приводит к тому, что мальчику становится стыдно за мать, которая молодится, чтобы понравиться мужчинам. Мистер Джозеф Хупер и миссис Хелина Киншоу оказались слишком заняты собой, попыткой и желанием связать свои судьбы (оба вдовцы), чтобы разобраться в истинных причинах неприязни детей. На протяжении всего романа счастье матери и несчастье сына идут рука об руку - и в этом заключается их роковое непонимание друг друга. Чем счастливее становится Хелина Киншоу к финалу романа, тем невыносимее жизнь Чарльза в «Уорингсе». Герои разобщены. Каждый живет сам по себе, в своем мире, в своих мечтах и чаяниях.Здесь возникает еще один из основных мотивов в романе - одиночество. Оно довлеет над всеми героями произведения. Каждый из персонажей одинок, и каждый стремится преодолеть свое одиночество. Взрослые видят для себя выход в том, чтобы заключить брак. Дети же остаются одинокими до конца. И одиночество - возможная причина самоубийства Чарльза. Он бессилен перед зловещей личностью Эдмунда, т.к. духовно одинок. Ни мать, ни мистер Хупер не понимают тревог и страхов ребенка, не слышат его мольбы о помощи. Чарльз не может противостоять хитрости Эдмунда, его умению выйти победителем из сложной си-туации и переложить вину и ответственность за свои поступки на других. У Чарльза нет ни друга, ни наставника, которые бы поддержали или помогли преодолеть страх перед Эдмундом. Все это ведет к трагичной гибели мальчика в водах реки, где он когда-то обрел такую желанную свободу, независимость и радость: «Она оказалась просто удивите.льно теплая, плескалась у него между ног, лизала живот. Сперва он стоял в воде и дрожал от удовольствия. Потом поплыл, опустив лицо в воду. Он открывал глаза и смотрел вниз. Там было темно, зелено и сине. Проплывали рыбы. Он увидел ноги Хупера, они колыхались, как листья какого-то морского анемона. Он сделал бросок вперед. Они долго-долго стояли в воде. Киншоу думал: не хочу вылезать, никогда, лучше этого нет ничего на свете» [4. № 1. С. 170].Пространственный континуум романа помогает раскрыть образы-характеры главных персонажей еще с одной стороны. С. Хилл разводит героев, давая каждому из них то место, где они будут чувствовать себя наиболее счастливо и свободно. Для Эдмунда характерна мрачность и основательность «Уорингса». Они под стать друг другу. Эдмунд словно питается его силами, находясь в его сени, как Антей, питающийся силами земли. Но он совершенно беспомощен на открытом пространстве, там ему грозят опасности, его ничто не защищает, словно с него сняли амулет или оторвали от земли. Чарльзу же, наоборот, «Уорингс» не нравится, мальчика в усадьбе словно парализует. Как паук мотылька паутиной, «Уорингс» опутывает Чарльза страхом и ненавистью (вспомним, какой страх он переживает, оказавшись в Красной комнате). Но Чарльз в противовес Эдмунду счастлив в лесу, на равнине у разрушенного замка Лайделл, он берет силы у природы. Открытое бесконечное пространство - вот мир Чарльза, вот где он настоящий король. Недаром он последние минуты жизни проводит в лесу на реке, где он до этого так безмятежно и спокойно качался на ее ласковых водах, где он, возможно впервые, почувствовал всю легкость бытия своего неприкаянного детства.Примечательно, что в романе собственные имена мальчиков упоминаются очень редко (только в обращении взрослых). Они называют и думают друг о друге только по фамилии, да и в авторской речи они чаще всего Хупер и Киншоу. Автор тем самым словно хочет показать, что они, как взрослые люди, ведут самую настоящую войну, где победитель должен и может быть только один. С.Н. Филюшкина видит в подобном обращении еще один смысл: «...они никогда не зовут друг друга по именам, олицетворяя крайнюю степень человеческой отчужденности» [5. С. 63]. Отчужденность героев здесь граничит с их одиночеством и непониманием взрослыми.Так кто же все-таки в замке король? Этим вопросом задается Е. Степанян в одноименной статье [7. С. 77-79]. Ответить на этот вопрос однозначно невозможно. Но, по всей видимости, истинным королем в романе остается Чарльз Киншоу (неслучайно его фамилия по-английски пишется как Kingshaw - автор намекает читателю, кого же считать королем). На обложке одного из изданий романа С. Хилл «Я в замке король» изображена ворона, хищно раскрывшая клюв для очеред-23ного клевка. Испанский искусствовед X. Кирло дает такую характеристику символу «ворона (ворон)»: «В классических литературах образ ворона не имеет такого широкого распространения, но по-прежнему сохраняет некоторую мистическую силу, в частности наделяется способностью предсказывать будущее. В христианской символике считается аллегорией одиночества, являясь антагонистом всех дневных птиц» [8. С. 103]. Аллегория одиночества связывает образ Чарльза с образом ворона. Но также ворон традиционно считается символом смерти, падали и разложения. Неслучайно в «Уорингсе», где остались чучела убитых птиц и зверей, мертвые мотыльки и другие насекомые, где сам «Уорингс» кажется унылым, уродливым и мрачным, в этом доме не будет радости, веселья и понимания - простого человеческого счастья для родителей. А «король» Эдмунд, оставшийся, наконец, один в своем замке и повзрослев, не будет счастлив, т.к. тяжелым грузом будет давить на него осознание вины за смерть Чарльза. Художественному стилю С. Хилл присущи не яркая, но точная метафоричность, лаконичность и емкость деталей создаваемого автором художественного мира, естественность интонации повествования.Таким образом, основными мотивами, выявленными в романе, являются мотивы смерти, ненависти, собственничества, непонимания, одиночества, соперничества и противоборства. С. Хилл проводит своих героев через испытания, показывая, что жизнь есть не что иное, как борьба. Борьба Добра и Зла. Но это не метафизические категории в понимании писательницы, а реальные силы, проявляющиеся в действиях самих персонажей. Изображение угнетенного, обездоленного детства, трагедии Чарльза Киншоу заставляет читателя быть полностью на его стороне. «...Хилл надеется, что шокотерапия пробудит у современников нравственное чувство, которое есть основа, как можно заключить по ее прозе, духовного совершенствования» [3. С. 267]. Несмотря на трагичность финала и повествования в целом, по прочтении романа Сьюзен Хилл «Я в замке король» остается светлое чувство. Оно рождается из ощущения, что Чарльз все-таки победил в борьбе с Хупером и, невзирая на фактическое торжество Эдмунда, возвышается над ним благодаря своим моральным и нравственным качествам.

Ключевые слова

Авторы

Список пуст

Ссылки

Hill S. Strange Meeting / Susan Hill. - England: Penguin Books, 1989. - P. 1.
Зарубежная литература XX века: Учеб. для вузов / Л.Г. Андреев, А.В. Карельский, Н.С. Павлова и др.; Под ред. Л.Г. Андреева. - 2-е изд., испр. и доп. - М.: Высш. шк.; Академия, 2000. - С. 474.
Английская литература, 1945-1980. - М.: Наука, 1987. - С. 267.
Хилл С. Я в замке король / С. Хилл; Пер. с англ. Е. Суриц // Иностранная литература. - 1978. - С. 123-187.
Филюшкина С.Н. Зарубежная литература XX века: раздумья о человеке: Учебно-методическое пособие / С.Н. Фшпошкина. - Воронеж: Воронежский государственный университет, 2002. - С. 58-73.
Камю А. Посторонний // Камю А. Избранное: Пер. с фр. / Вступ. ст. С. Великовского. - М: Правда, 1990. - С. 37-46.
Степанян Е. Кто же в замке король? / Е. Степанян // Литературное обозрение. - 1978. - № 10. - С. 77-79.
Кирло X. Словарь символов. 1000 статей о важнейших понятиях религии, литературы, архитектуры, истории / Кирло X.; Пер. с англ. Ф.С. Капицы, Т.Н. Колядич. - М.: Центрполиграф, 2007. - 525 с.
 Трагедия угнетенного детства в романе Сьюзен Хилл «Я в замке король»             | Вестн. Том. гос. ун-та. 2008. № 313.

Трагедия угнетенного детства в романе Сьюзен Хилл «Я в замке король» | Вестн. Том. гос. ун-та. 2008. № 313.

Полнотекстовая версия