Strategical directions of modern pedagogical anthropology | Вестн. Том. гос. ун-та. 2009. № 325.

Strategical directions of modern pedagogical anthropology

В качестве основных стратегических ориентиров современной педагогической деятельности называются новые культурно-антропологические характеристики современной личности. Традиционное определение личности как целостности и стабильности психического и мировоззренческого склада в современных условиях инновационного развития не является адекватным. Такая личность не обладает гибкостью мышления, умением принимать нестандартные решения, быстро ориентироваться в ситуациях неопределённости развития, она не способна идти на риск в деятельности и поведении. Автор предлагает переописание классического определения личности. Названные характеристики определяются в качестве основных вех в конструкциях современной педагогической антропологии.

Культурно-антропологические аспекты современной педагогической мысли.pdf В современной философской и педагогической [1^4-] литературе свидетельствуется приход в систему образования нового антропологического типа - личности с высоко развитым интеллектом, гибким умом, способным адаптировать социокультурные и научные инновации. Педагогическая же деятельность, активно разрабатывая и усваивая технологические приёмы, не всегда учитывает современный портрет обучающегося и по-прежнему ориентируется на принципы стабильности и предметной энциклопедичности преподавания.Доминанта технологических ориентиров педагогики в условиях инновационного развития не просто оказывается неадекватной, но в своей направленности на трансляцию прошлых состояний знания и культуры способствует консервации социального движения. Указанное противоречие обусловливает серьёзную социальную и педагогическую проблему, требующую решения.Одним из векторов такового является поворот современной педагогики, рассматривающей себя в качестве технологии усвоения знания, к педагогике, полагающей приоритетными антропологические ориентиры.Принципиальные изменения в типе социокультурного развития, связанные с переходом современного глобазизирующегося мира к новому этапу постсовременного развития - к обществу знания, не могли не сказаться на культуно-антропологических ориентирах и стратегиях образования. Российская педагогическая общественность замечает серьёзные трудности, связанные с необходимостью познания новой личностной структуры, ценностей и мотивационных установок того человека, который сегодня приходит в образование. Трудности (как это ни странно) вызываются тем либерализмом социального состояния, свидетелями которого мы являемся и который убрал принцип социальной и государственной заданности общественных и культурных идей, правил, норм и образцов.Либерализм, допуская возможность не единства, но множества идеалов и стратегий развития, воздействует на образование, которое трансформируется, уходя от унифицированности собственной работы и становясь институцией, открытой в мировое образовательное пространство. Как и общество в целом, оно подвергается процессам диверсификации, перенимает характеристики динамичности, увеличения степени сложности развития, принципиальную изменчивость стратегий, возможность принятия вариативных и даже альтернативных педагогических концепций.Аналогичные изменения происходят и в антропологическом видении, которое теперь также исходит из отрицания всяческого единства, в том числе единства человеческой сущности. С точки зрения классического видения человека, данное утверждение кажется невозможным, парадоксальным и бессодержательным.В предлагаемой статье внимание будет привлечено к тому, чтобы понять и раскрыть его смысл, педагогическое значение и обосновать необходимость изменения традиционных для нашего образования антропологических установок в сторону их соответствия современному социальному состоянию - обществу знания. Вопросы, которые предстоит решить, состоят в том, чтобы объяснить, что значит «отсутствие единой человеческой сущности» и какое это имеет значение для современной педагогической деятельности.Итак, какие изменения в обществе повлекли за собой изменения в видении человека, его сущности и формах существования?В социологической, политологической и философской литературе констатируется, что к середине XX в. в мире возникло беспрецедентное социальное состояние. Беспрецедентность обнаруживает себя в его абсолютной неустойчивости. Современное общество называют «постиндустриальным», «постсовременным», «посттрадиционным», «постмодерном» и т.п. «Пост-» -это, во-первых, констатация динамики, постоянства движения, непрерывности изменений, обусловливающих состояние социальности всегда в ситуации «после себя».Во-вторых, частица фиксирует современность в её неподчинении рациональному выстраиванию. «Пост-» - это указание на возможность не единственно выверенного пути, но самых различных, непрогнозируемых и непредсказуемых направлений развития.Одним из главных факторов, оказавших влияние на социальную динамику, стала констатируемая сегодня трансформация знания. Оно превратилось в информационное состояние и как таковое приобрело признак постоянной динамики, потеряло связь с устойчивостью, общезначимостью и абсолютностью классически понимаемой истины.Проникая в социальные структуры, информация стала способом их развития, что и даёт основание говорить о современном социальном состоянии как о наступлении общества знания. Находясь в непрестанном движении и изменении, информация приводит в69адекватное себе состояние социальность в целом. Общество знания - это живая социальность, отбросившая стабильность и превратившаяся в самоорганизацию отношений, коммуникацию различных социальных структур и институтов. Репрезентативно представ движением, оно утратило предметность и тем самым выбило твёрдую почву из-под ног человека. Оказавшись в ситуации необходимости выживания в «беспочвенности» постоянного движения, человек ищет точку опоры. За таковую он принял знание как информацию, ибо владение им (ею) сегодня даёт гарантию жизни.Будучи связанным с производством и воспроизводством знания, современное образование приобретает значение той социальной структуры, которая становится ответственной за подготовку и формирование личности, адекватной характеру и типу современного социокультурного развития.Эта задача в обществе знания является чрезвычайно трудной, ибо образование, как и прочие социальные институты, теперь тоже живёт по принципу «пучка развития», отказываясь от доминанты одного якобы единственно необходимого направления и пути. Сегодня оно признаёт возможность реализации различных направлений развития. В таком признании устраняется авторитет центральной структуры, которая могла бы логически выверить и указать на единственно верный вектор движения.С точки зрения классического мышления, утрата логики означает наступление кризисного этапа в развитии, когда вместо одного зовущего идеала приходит их соблазняющее множество. Современный кризис выразился в появлении множества принявших равную силу идеалов и образов, что и лишило образование возможности однонаправленного движения к какому-то одному из них.Кризис, однако, обнаруживает себя сегодня амбивалентно. С одной стороны, трудность кризисного состояния состоит в сложности ответственных решений, связанных с возлаганием на самого человека проблемы выбора того или иного образа. С другой - кризис оборачивается свободой, ибо человеку действительно предоставляется возможность самостоятельного движения.Социальные и информационные трансформации, конечно, имеют антропологические следствия, которые сказываются в образовании. Они связаны с тем, что информационное общество в калейдоскопичности своих изменений приобретает внепредметный, знаковый, не имеющей вещного референта характер. Во внепред-метности оно предстаёт технологически манипулятив-ным, когда человек оказывается в реальности рекламы, пиара, масс-медиа и прочих современных технологий. Информационные потоки, симулякры и симуляции вынуждают его отказываться от устойчивости, цельности и единства сущностного состояния и приводят к необходимости постоянной адаптация к непрерывно меняющимся жизненным ситуациям и контекстам, истинам и образцам, канонам и нормам.«Человек, бегущий по тонкому льду», «Пловец на серпинге», «Человек цвишенс (колеблющийся)» - всё это метафоры из современного словаря. Адаптация и принятие ценностей, ориентации и правил через их перманентный выбор и изменение становится нормойжизненных стратегий современного человека. Его удел - фрагментарность, отказ от сущности и целостности существования, кризис идентичности, постоянство адаптивных изменений.Следует констатировать, что в образование пришла новая личность. Её основные характеристики фиксируются в понятиях «игры», «маски», «переодевания», подчёркивающих утрату личностной сущности и стабильности. «Как бы личностное», существование -удел и прерогатива современного человека, находящего себя лишь в движении, «скольжении», стирающих сущность изменениях.Личностная целостность растворяется, утрачивается классическое стремление к высоким духовным образцам и нормам. Жизнь приобретает ситуационные контекстуальные цели, фрагментаризируется, обусловливается не движением к абсолюту, но подчиненем соблазну симулякров. Человек не может о-предел-ить себя, ибо исчезли всяческие пределы, границы и рамки, подверглись деструкции идеалы. Культура требует переосмысления, личностная идентичность переопределяется, всё неустойчиво и находится в постоянстве переописания целостности. XX в. знает человека в нецелостности и разноголосной ориентации и неподлинности его «Я».Каким в таких концептуальных подходах может быть увидено образование? Каково назначение современного педагога - детоводителя?Только что высказанные характеристики современной культуры не говорят о ней ещё всей правды. На самом деле культура общества знания как постсовременного и информационного чрезвычайно антропогенна, что принципиальным образом отличает её от технократизма индустриальных обществ.Сегодня говорят об эре индивидуализации, персонификации, самоопределении. Всё это даёт основание разобраться в реальности образования, его новых стратегиях и установках. Личностно-ориентированное образование, компетентностный подход, «Я-концепция» и т.п. - всё это из сферы современной образовательной терминологии, которая, кажется, явно противоречит описанному выше плану современного социокультурного развития?Так, X. Ортега-и-Гассет считает, что смысл современного процесса персонализации - в разрыве с дисциплинарным, универсально ригористическим, принудительно идеологическим обществом, когда происходит ломка дисциплинарной социализации и осуществляется адаптация человека к гибкому обществу, основанному не на фундаменте какой-то одной сущности или истине, но одновременно на всех элементах повседневной жизни вплоть до поощрения растущих потребностей, культа личности, учета «человеческих факторов», естественности поведения, праздничности и спортивности настроения [5. С. 225-228].По Ж. Липовецки [6], первичным фактором жизни следует считать «личное желание» [6. С. 10], по Ж. Бодрийяру - «соблазн» [7], свободный выбор индивида, идет ли речь о производственном процессе в материальной сфере, об органах муниципального ли управления, о врачебном ли деле или об образовании человека.70Современная культура позволяет существовать любым способам жизнеутверждения, любым вкусам. Свобода и гуманизм стали ценностью, хотя и не в смысле гуманизма эпохи Возрождения. Они не направлены на раскрепощение титанических покорительских сил человека по созданию проектов, направленных на совершенствование общественного устройства или на научный и технический прогресс. Современный гуманизм скромнее и тише, он приемлет человека повседневности, потребителя, наполняющего свою кошелку; отпускника, колеблющегося между пребыванием на испанских пляжах и жизнью в кемпинге на Корсике [6. С. 10].Современные формы гуманизма продуктивны в своих действиях, способствуют поискам новой личностной идентичности и индивидуальности, мобильности и активности. Они предлагают разнородность и освобождают личность от диктата базовых структур, допускают разнообразие социальных действий. «Побуждаемое потребностью обрести себя, наше "Я" погружается в бесконечную работу по освобождению, наблюдению и объяснению своей личности. Оно встретилось сегодня с «ранее невиданным разнообразием жизни, непрерывными изменениями в частной сфере, религиозных воззрениях и роли личности».Персонификация как поощрение разнообразия означает ломку устоявшейся в истории форму социализации, основывающейся «на минимуме строгости и максимуме желания, минимуме принуждения и максимуме понимания», когда «общественные институты ориентируются на мотивации и желании» [6. С. 11, 17, 19].К характеристикам нового антропологического типа названные авторы относят «гедонистические ценности, уважение инакомыслия, свободу личности, раскованность, юмор и искренность, психологизм, свободу мнений. «Исчез мнимый ригоризм свободы, уступив место ценностям свободного развития интимных сторон личности, законности удовольствий, признанию своеобразных потребностей, подстраиванию социальных институтов под потребности людей».Новая личность, возведенная современным обществом в ранг высшей ценности, ибо признано ее своеобразие и неповторимость, право быть самой собой, наслаждаться всеми радостями бытия, «жить свободно, не подвергаясь принуждениям, от начала до конца выбирать свой способ существования» [6. С. 20].Таким образом, антропологический образ, проинтерпретированный в характеристиках безличностности и неидентичности, требует оговорок и дополнений, связанных с поисками новой идентичности. Результат этих поисков - возникновение скорее не безличностно-стного состояния, но многовариативности человеческого проявления.Современный человек, утратив одномерность, раскрепостился в развитии, получил возможность свободного движения к свободно же выбранному идеалу. В образование пришла «многоликая личность», и оно обязано поддержать её многоголосие и способность адаптировать информационную смену истин и жизненных ситуаций.Современное образование ориентируется не на единый и единственный образ, заданный как совершенный и абсолютный. Оно фиксирует разные и многие направления личностного восхождения к идеалам, в качестве которых больше не предлагаются внешне заданные принципы развития, подавляющие интересы отдельной личности. В образовании культивируется личностная способность самостоятельного ориентирования в сложностях и многовариатности современного мира. Личностные характеристики имеют одно общее основание и выражают один вектор изменений - отказ от единства и целостности и приобретение адаптивной и многоликой структуры.В современной литературе появилось как атрибут личностного существования новое понятие - «многоликое Я» [8]. Через введение контекстов у разных авторов оно варьируется: «Я - симукляр», «Я - знак» [9], «неопределенность Я», «игровое Я» [10], «неличное Я», [11] и др. Бессущностное или многосущностное «Я» полагает необходимым видеть личность отпущенной в свободу, в реализацию возможности постоянной трансформации.Итак, сегодня в образование приходит личность, для которой педагог не имеет в качестве готовых нормы, идеалы и образцы. Они подвижны и изменчивы, чтобы на них выстраивать педагогическое отношение. Педагог заводит юношу не в мир абсолютной истины, но в полиистинностный мир, и потому его задача - не указать на одну из них, но научить самоопределяться в предлагаемых вариантах и альтернативах.Основным антропологическим ориентиром современного образования и современной педагогической деятельности становится стратегия самоопределения. Подобные педагогические практики, т.е. практики, реализующие эту сущностную установку, сегодня квалифицируются как педагогика самоопределения. Задача - научить деятельности самоопределения - встает как выражение и порождение образовательной специфики в ситуации быстрых изменений в знании и информации, полагающих возможность сосуществования на равных различных образовательных миров.Поликультурность, полифония, плюрализм, многообразие, разноголосие - все это характеристики открытости социальности и культуры. Обусловливая подобным образом образование, они и его создают как открытое.В данном аспекте открытость образования означает предложение не одной унифицированной образовательной стратегии и не единственной и не подлежащей изменениям педагогической концепции, но предложение и реализацию их во множестве и дифференциро-ванности. Как в реальной жизни современный человек находится в постоянном процессе выбора между социальными и профессиональными мирами, так и в образовании ситуация плюрализма установок, траекторий развития и ориентации, формирует позицию выбора в освоения их в их множестве, поисков тех, что наиболее благоприятны для конкретного момента на конкретном жизненном пути.71ЛИТЕРАТУРА

Ключевые слова

knowledge as information, pedagogics as anthropology, pedagogics as techniques, the adaptation as strategy of a behaviour, a risk, situations of uncertainty, non-standard decisions, flexible mind, new anthropological type, society of knowledge, знание как информация, педагогика как антропология, педагогика как технология, риск, адаптация как стратегия поведения, ситуации неопределённости, нестандартные решения, гибкость мышления, новый антропологический тип личности, общество знания

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Чиркова Наталья ВалерьевнаТомский политехнический университетсоискательallaphil@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Фуко М. Воля к истине. По ту сторону знания, власти и сексуальности / Пер. с фр. С. Табачниковой. М.: Магистериум; Касталь, 1996. 447 с.
Рорти Р. Случайность, ирония, солидарность / Пер. с англ. В.В. Целищева. Новосибирск: Изд-во НГУ, 1997. 497 с.
Бодрийяр Ж. К критике политической экономии знака / Пер. с фр. Д. Кралечкин. М.: Академический проект, 2007. 335 с.
Голобородова Т.Н. Феномен игры в культуре постмодерна: проблемы философского анализа: Автореф. дис. ... канд. филос. наук. Барнаул, 2000. 21 с.
Бодрийяр Ж. Соблазн: Пер. с фр. М.: Ad Marginem, 2000. 318 c.
Липовецки Ж. Эра пустоты. Эссе о современном индивидуализме. СПб.: Алетейя, 2001. 267 с.
Ортега-и-Гассет Х. Восстание масс // Ортега-и-Гассет Х. «Дегуманизация искусства» и другие работы. Эссе о литературе и искусстве: Пер. с исп. М.: Радуга, 2000. 639 с.
Цукер А.А., Чидарян А.П., Гуляева С.П., Вержицкий Г.А. Образ современного педагога: предварительные итоги социально-педагогического исследования // Сибирь. Философия. Образование. 2001. № 5. С. 66-77.
Попов А.А. Философия открытого образования: социально-антропологические основания и институционально-технологические возможности / Под ред. В.А. Суровцева. Томск; Бийск: Бия, 2008. 279 с.
Классический университет - инновационные школы: стратегические перспективы взаимодействия (опыт гуманитарного исследования) / Подред. Г.Н. Прозументовой. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2008. 262 с.
Идея университета и топос мысли // Материалы конференции, посв. 25-летию кафедры философии гуманитарных факультетов СамГУ. Самара: Самарский университет, 2005. 292 с.
 Strategical directions of modern pedagogical anthropology | Вестн. Том. гос. ун-та. 2009. № 325.

Strategical directions of modern pedagogical anthropology | Вестн. Том. гос. ун-та. 2009. № 325.

Полнотекстовая версия