Молодежь в виртуальном пространстве политики | Вестн. Том. гос. ун-та. 2009. № 329.

Молодежь в виртуальном пространстве политики

Рассматривается виртуальность как технологический проект, дополняющий традиционные пространства и регуляторы политического действия. Молодежное сообщество в нем адаптирует технологии и создаваемые ими пространства параллельного мира относительно норм, ценностей, программ жизнедеятельности и потребностей реального.

Young people in the virtual reality of politics.pdf В условиях культурных нововведений Нового вре-мени молодежное сообщество стало рассматриваться как одно из важнейших социокультурных пространств, внутри которого адаптируются идеи прогресса. Выде-ление молодежи в качестве специфической системы сопряжено с этапами интеграции человеческого обще-ства, ростом случайности, угрожающей целостности, переходом к стратегиям актуализации технологической составляющей организации социума. Этапы ее совер-шенствования структурируют молодое сообщество.В переходный, особенно в глобально трансформа-ционный, период, сопряженный с увеличивающимся количеством проектов развития, ожиданий, появление которых обусловлено недостатком у общества относи-тельно устойчивых ценностно-когнитивных оснований, молодежное социокультурное пространство требует расширения. Молодежной субкультуры как механизма, адаптирующего различные конструкции реальности, становится недостаточно. Необходимы качественно новые типы пространств самонаблюдения общества, преодолевающие его сложность, увеличивающуюся с ростом эффективности технологий.Переходная эпоха акцентирует внимание на совер-шенствовании средств, позволяющих как максимально расширять, так и эффективно регулировать процессы актуализации проблем самоидентификации общества и человека. Реализует эту задачу технологический проект виртуального, возникающий как своеобразный парал-лельный мир, вызванный к жизни несовершенством существующего, являясь его дополнением в процессе создания воспроизводства компонентов социально-политической коммуникации. При этом у виртуального технологического проекта есть существенный недоста-ток: его конструкции воспроизводят формально суще-ствующий социальный мир, он не может воссоздавать то, что объединяет людей. Восполнить этот недостаток призвана молодежь.Именно с этапом перехода информационных техно-логий управления к производству различных образов реальности связана роль молодежи в развитии вирту-альных аспектов социального и политического регули-рования, эффект которых зависит от степени доверия к ним общества. Расположенность к рождающемуся па-раллельному миру, придающему устойчивость основ-ному, исходит из первоначального уровня становления социальной общности как относительно единой родо-вой системы отношений между людьми. Построение таковых в рамках виртуального пространства создает дополнительные возможности влияния на их состояние в ситуации реального общества. Привлечение вирту-ального пространства порождает ресурсы для ускорен-ной адаптации, трансформации и «достройки» систем-ного опыта. Это осуществляется за счет производствавиртуальных подобий порождающей реальности, в ко-торых основные ее особенности изменены в пользу актуальности других свойств. Природа виртуальности состоит в совмещении несовместимого в ныне сущест-вующей константной или порождающей реальности и проявляется в связи с нарушением в общественном и индивидуальном сознании идеи целостности окру-жающей действительности, истинности знания.Актуальность молодежной субкультуры связана с необходимостью редукции обществом растущего числа вариантов для коммуникации, развитием ее универсаль-ных элементов, соединяющих ресурсы и выстраиваю-щих горизонты будущего. Участие молодежи снижает механицизм реализации модернистской стратегии. Как замечает В.И. Красиков, ювенильное сознание отличает-ся тем, что в нем наблюдается явное преобладание вооб-ражения над памятью (житейским опытом, рефлексией), реальность для него более пластична и зависима от него [1. C. 185]. Молодежь выстраивает партиципационные отношения с проектами «достройки» модерна на уровне их мифологических содержаний. Используя для собст-венного вдействования в общество мифологический компонент социально-политического проекта, молодежь задает ему характер уже в той или иной мере сущест-вующей реальности, «вживляя» тем самым какую-либо модель действительности в процесс воспроизводства социального порядка.Различные форматы участия молодежи в функцио-нировании виртуального пространства политики моло-дежи адаптируют изменения, инициированные в резуль-тате воздействия окружающего мира. Причем адаптация здесь не столько приспособление, сколько актуализация опыта и самоидентичности в новом историческом кон-тексте. Виртуальная реальность и этапы ее развертыва-ния, выстраивая соответствующие ожидания, помещают человека за грань допустимого социальным порядком. Она позволяет политическому актору воздействовать на общество, конституируя реальность, в той или иной сте-пени изменяя ценностно-нормативные основания соци-ального порядка. Участие молодежи создает большую легитимность для виртуального сопровождения полити-ческого проектирования и действия. В особенности это относится к проектам, расходящимся во времени эволю-ции с нормами существующего социального порядка или максимально их унифицирующими с целью преодо-ления сложности общества.В этом контексте молодежь может выступать ре-сурсом, используемым для обеспечения легитимности того или иного вектора политических изменений. Это значение, с одной стороны, может быть направлено на «достройку» представлений о реальности, политиче-ской стратегии и задавать импульс историческому вре-мени, вызывая при этом определенные ирритации об-44щества, преодолевающие его сложность через качест-венно новые описания социума и конструкции будуще-го. С другой стороны, оно предполагает в той или иной мере консервацию норм и ценностей социального по-рядка, направленную на экстренную борьбу с распадом и сложностью.В первом значении виртуальность - сфера презента-ции организационных принципов, идей, которые наце-лены на ускорение социального времени как способа урегулирования проблем, справиться с которыми при-вычными методами становится невозможно, и реализу-ются в форме утопии, предполагая глобальность, рас-ширения взаимодействия общества. Утопия в политиче-ской социализации составляет конструкцию преодоле-ния времени и позволяет политической системе осуще-ствлять «достройку» традиции. Возникновение утопии и актуализация молодежного сообщества как специфиче-ской подсистемы взаимообусловлены. Молодежь - ди-намическая подсистема, генерирующая символические структуры, соединяющие ограниченность человеческого времени и безграничность времени окружающего мира как репрезентации воображаемого.Эта составляющая реализуется в ситуации увеличе-ния доступа к информации. Рост объема информации увеличивает различия в ориентациях граждан. Сниже-ние вероятности ценностного консенсуса провоцирует своего рода протест общества против себя самого, в том числе в лице молодежи, как средство борьбы с соб-ственной непрозрачностью, преодоления собственной неспособности к действию, потребности в новом уров-не абстракции идей, структурирующих социум. Акту-альность этого процесса прямо пропорциональна росту сложности общества. Воспроизводство протеста нуж-дается в отдельных от основной реальности простран-ствах упрощенных отношений, где ценностный кон-сенсус вполне возможен. В виртуальном пространстве протест общества против общества осуществляется в среде, более подверженной регулированию и адапта-ции, может корректироваться относительно образов реальности, конструируемых политическим актором и реализующихся в качестве основы социально-политических решений. Утопия в отрыве от системных констант общества может действовать на него разру-шительно. Снизить разрушительные последствия включения утопии в пространство политических идей и мотивов политических решений, придающих соци-альному порядку динамический аспект, призвана кон-сервативная составляющая виртуальной реальности, адаптирующая утопию относительно системного опыта общества и его политической системы.Консервативная составляющая виртуальной реаль-ности предполагает участие молодежи в противостоя-нии разобщенности общества и различных видений ценностей и норм социального порядка, и также явля-ется направлением использования виртуальной реаль-ности в ситуации роста непредсказуемости влияния окружающего мира, но уже с целью согласования ин-новаций с системным опытом общества, что локализу-ет действие политического актора. Антиутопия - про-ект воспроизводства отличий локального сообщества от окружающего его мира, нацеленный на воспроиз-водство его относительной целостности. Виртуальнаяреальность может создавать явление «временной пет-ли», воспроизводящей некую точку возврата, на основе которой общество совершает очередной цикл развития. Получаемые в процессе «временной петли» новые зна-ния о социуме, человеке позволяют по-новому связать их элементы на основе новых интерпретаций окру-жающего мира и условий, детерминирующих их появ-ление. Благодаря этому свойству виртуальность реали-зует не только утопии. Виртуальность может выступать механизмом сдерживания их воплощения, развития и реализации утопии как мотива для нового перехода общества к следующим аспектам понимания собствен-ной эволюции под воздействием негативных факторов, опыта ее реализации в прошлом. Виртуальность может быть не только пространством утопии, превращающей историю в творческий процесс, но и реализовывать антиутопические стратегии. Антиутопия, пишет Э.Я. Баталов, отрицает саму идею утопии, саму воз-можность построения изображаемого утопиями соци-ально-политического мира [2. C. 22]. Антиутопия есть отрицание утопии утопическими средствами [2. С. 23]. Противостоянию утопии и антиутопии технологии виртуальности могут мобильно придавать различный масштаб и содержание, в частности, достаточно легко сводящиеся к картине борьбы Добра со Злом.Главным декларируемым содержанием деятельности политического актора, реализующего антиутопический проект, становится борьба с разложением основ соци-ального порядка. Виртуальность становится проектом «приручения возможного», нахождения для него места в существующем (или путем построения его проекции в существующее) [3. С. 84], направленным на то, чтобы удержать проблемную реальность в непроблематичном состоянии [3. С. 86], конструирование обособленного фрагмента социального, стараясь не допускать туда враждебные смыслы, угрожающие размытием смысла его существования [3. С. 95]. Так может воспроизво-диться своеобразное замедление ментальных изменений и качественных трансформаций, актуализирующееся как направленность развития виртуальных форматов взаи-модействия власти и общества для сохранения социаль-ного порядка, не обладающего достаточными культур-ными ресурсами для адаптации к воздействиям окру-жающего мира. Е.Е. Таратута находит много общего между социальными конструкциями виртуального и магического как искусства изменений (М. Мосс) [3. С. 98-99]. Виртуальная реальность оказывается отехни-ченной проекцией экзистенциальности в повседнев-ность; она оказывается «воспроизводством» трансцен-дентного подручными, «земными» средствами повсе-дневности. Такой вариант, как способ отношения с трансцендентным близок к магии и служит для того, чтобы оперировать его силой в своих интересах. Вирту-альная реальность, считает исследователь, может быть рассмотрена как современный вариант магии, при кото-ром человек апеллирует к собственному (техническому) могуществу как к магической силе [3. С. 135].В целом развитие технологического виртуального пространства и его применение политическим актором в качестве механизма конструирования описаний об-щества и образов реальности - этап преодоления им сложности в ситуации, когда необходимы идеи, спо-45собные конвертировать сложность в культурную про-грамму и смысл действия. Технологический проект вир-туального - дополнительный механизм придания време-ни политическому процессу и обществу как условия их жизнеспособности. Стратегия упрощения реальности, которую осуществляет виртуальность, способна фраг-ментарно, в силу своей простоты (быстро «ниспровер-гаемой» усложняющейся наличной реальностью), пре-одолевать рост сложности общества и окружающего его мира. Активной участницей ее включения в социальные отношения становится молодежь, рассматривающая виртуальность как пространство адаптации, поиска са-моидентичности. Молодежное сообщество - среда включения утопических проектов, ускоряющих измене-ния в обществе и расширяющих пространство действия общества и политического актора, и антиутопических проектов, претворяющих модус сжатия времени, тен-денцию отграничения локального сообщества, акцент на его сохранении в ситуации роста непредсказуемых воз-действий окружающего мира.Технический проект виртуального, во-первых, дает регулированию времени больший набор средств, об-легчающих доступ к уже имеющимся в наличии каким-либо системным практикам. Во-вторых, развитие тех-нических аспектов виртуального способствует более тесной связи, большей зависимости при выборе этих практик от представлений и действий политического актора и обозначенных им направлений развития об-щества. Это замыкает на них круг возможностей вир-туальных пространств политики. Воспроизводство этих пространств, с одной стороны, расширяет спектр спо-собов интерактивных взаимодействий молодежи с ок-ружающим миром, с другой - ограничивает его виде-ние. Поэтому рост пространств виртуального взаимо-действия не является автоматически показателем их разнообразия, а молодежь в итоге выступает фактором редукции сложности, развивающим виртуальные про-странства политического, адаптирующим их относи-тельно традиционных политических идей, практик и институтов.

Ключевые слова

political influence, youth, politics, virtual reality, молодежь, политическая социализация

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Кирдяшкин Иван ВладимировичТомский государственный университет систем управления и радиоэлектроникиàадоцент, кандидат исторических наук, доцент кафедры истории и социальной работы гуманитарного факультетаkirdjhkin@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Баталов Э.Я. Политическая утопия в ХХ веке: вопросы теории и истории: Дис. … д-ра полит. наук. М.: Изд-во МГПУ, 1996.
Таратута Е.Е. Философия виртуальной реальности. СПб.: Изд-во СПб. ун-та, 2007.
Красиков В.И. Экстрим. Междисциплинарное философское исследование причин, форм и паттернов экстремистского сознания. М.: Водолей, 2006.
 Молодежь в виртуальном пространстве политики | Вестн. Том. гос. ун-та. 2009. № 329.

Молодежь в виртуальном пространстве политики | Вестн. Том. гос. ун-та. 2009. № 329.

Полнотекстовая версия