Старообрядческое церковное пение | Вестн. Том. гос. ун-та. 2010. № 333.

Старообрядческое церковное пение

Рассматривается искусство пения русских старообрядцев; делается вывод об исторической связи старообрядческого церковного пения с культурой Древней Руси.

Old-believers' ecclesiastical singing.pdf История старообрядческого церковно-певческого ис-кусства заслуживает отдельного большого исследова-ния. Как известно, в 1656, 1666, 1667 гг. Соборы Русской православной церкви узаконили нововведения в церков-ные обряды в ходе реформ, проводимых патриархом Никоном, а на сторонников древних обрядов были на-ложены «клятвы» [1. С. 55]. В 1668 г. грамота вселен-ских патриархов одобрила и узаконила введение в церк-ви многоголосного партесного пения [2. С. 375; 3].В 1685 г. были обнародованы «12 статей» царевны Софьи. В соответствии с ними люди, придерживаю-щиеся старых церковных обрядов, подлежали уголов-ному преследованию и наказаниям: их можно было сжечь в срубе, казнить «смертию», бить кнутом, ссы-лать в дальние города, наказывать батогами и кнутом. «Под страхом смертной казни воспрещено содержание раскола» [4. С. 195]. Эту дату фактически можно счи-тать началом собственно истории старообрядчества. С этого времени приверженцы древних обрядов офи-циально оказались вне закона по отношению к Церкви и государству. В конце ХVII - начале ХVIII в. проис-ходит разделение старообрядцев на два основных тече-ния - поповцев и беспоповцев, а в дальнейшем - на множество так называемых согласий.Следует учитывать, что ряд событий, которые про-изошли на Руси в период раскола, сыграли определен-ную роль в истории церковной певческой культуры. В 1654-1656 и 1668 гг. по указу царя Алексея Михайло-вича в Саввино-Сторожевском монастыре работала комиссия по исправлению певческих рукописей с раз-дельноречной редакции текстов на истинноречную. Важная роль в ее деятельности принадлежала теорети-ку знаменного пения того времени, старцу Александру Мезенцу. Результатом трудов комиссии явилось соз-дание системы «признаков» [2. С. 183], которая была принята старообрядцами поповского направления. В их певческой практике закрепились рукописи с истинно-речной редакцией текстов, имеющие знаменную нота-цию с пометами и «признаками».В ходе «углубления раскола» духовные наставники старообрядчества - протопоп Аввакум, подьяк Федор Трофимов, Никита Пустосвят, поп Лазарь, протопоп Стефан в своих посланиях в защиту старой веры вы-ступали сторонниками «единогласного» пения [5-7].В ХVIII в. в богослужебной практике старообрядцев закрепились основные типы певческих книг, употреб-лявшиеся на Руси до раскола: «Ирмосы», «Октай», «Обиход» (с «Триодью Постной и Цветной»), «Празд-ники», «Трезвоны». Вместе с тем именно в старооб-рядческой среде возникли два новых типа монодийных певческих книг: «Демественник» и «Обедница» [8].В 1714 г. появились знаменитые «Диаконские отве-ты». Они содержали 130 ответов старообрядцев Ниже-городскому епископу Питириму в защиту «старой ве-ры». Этот труд, являющийся памятником старообрядче-ской богословской мысли, был создан диаконом Алек-сандром, казненным за свое сочинение в 1720 г. В одном из ответов была официально сформулирована и изложе-на позиция старообрядцев о церковном пении:«Статiя 113. Нововнесенное въ церковь пение: ки-евское четверогласное, и партесное многоусубление, каковыхъ напевовъ древле въ церкви не бе. Засвиде-тельствуетъ же царскихъ родовъ степенная [9], история въ грани 2, въ главе 6, яко, во время христолюбиваго князя Ярослава, приидоша къ нему отъ Царя града бо-гоподвизаемии трие певцы гречестии, отъ нихъ же на-чатъ быти въ русстей земли ангелоподобное пение, изрядное осмогласие, наипаче и трисоставное (еже есть, троестрочное) сладкогласование, и самое пре-красное демественное пение. И сицевое богогласное пение приятное отъ древлеправославныхъ грековъ цер-ковь российская содержала.А киевское, и четверогласное и партесное много-усугубление съ нововводными чины въ России ново-внесеся.А въ Номоканоне афонския горы, собраниемъ отъ свя-тыхъ правилъ, о устроении пения, сице засвидетельству-етъ. Собора 6 отъ правила 75 отъ 41. Еже пети въ церковь приходящии хощемъ, да ниже вискание безчинное тво-рятъ и естество на вопль понуждаютъ. Ниже что прогла-голютъ, отъ иже не приличныхъ церкви и не своихъ.О Валсамона и отъ Зонарева [10] толкования.Установиша убо отцы, да не поютъ священная пе-ния и псалмы вищанми безчинными и пиянственными и естеству нужду приносящими. Ниже некиими добро-гласии не приличными церковному составлению и по-следованию, якова же суть мусикийская пения, и из-лишняя различия гласовомъ, и прочая.(А на стране красными буквами напечатано): итта-лийскихъ разногласий, любителю, внимай.И паки ниже: ведомо ти буди и сие правило, како возбряняетъ органы, и пригудная пения, и песни блуд-ническия во псалмопениихъ ухищряемыя. Такожде и глаголемая усугубления, и безстудное сихъ бываемое пренебрежение. И паки ниже: поющии же гласъ или отончеваютъ, и возносятъ, или одебелеваютъ, или ве-55лии испущаютъ, се же да лучшии инехъ явятся, и чело-векоугодие и тщеславие исполняютъ. Сицевая пения отъ церкви суть далече, и сице поющии правильно да запрещаются» [11].Так началась «новая» история древнерусского пев-ческого искусства в старообрядческой среде. В данной статье не поднимаются вопросы полемики, которая велась старообрядцами с господствующей Церковью на протяжении всего времени существования. Вопросы пения не ставились во главу угла при этом. Однако стоит привести один интересный документ из истории старообрядческой полемической литературы второй половины XVII в. Он принадлежит старообрядке Евдо-кии, проживавшей в Тобольске, где шла жесткая поле-мика между представителями враждующих конфессий после пожара, который произошел в Знаменской церкви 1 августа 1661 г. 28 мая 1662 г. ей было видение Богоро-дицы. В зафиксированном старообрядческом письме говорится об этом следующее: «А ныне де пречистая Богородица изволила ей, Овдотье, сама сказать изо уст своих, чтоб она, Овдотья, сказала отцу своему духовно-му и всем православным християном, что де в церквах Божиих учили петь латынское пение, а старое премени-ли, и у того пения православным християном стоять от-нюдь немочно. И учали де православные християне бо-ятца врагов Божиих, которые смущают православною християнскою верою, а Бога не боятца. И чтоб де право-славные християне то латынское пение оставили и при-бегнули б к церквам Божиим с чистым сердцы и с по-каянием, и пели б по-прежнему…» [12. С. 225].Церковно-певческие традиции у старообрядцев со-хранялись и продолжали развиваться, прежде всего, в духовно-административных центрах, которые возника-ли в разных местах. Некоторые из них стали знамениты во всем старообрядчестве. Значение их распространя-лось на целые согласия, большие географические про-странства, многие десятилетия и даже столетия. От-дельные очаги стали известны, прежде всего, благодаря певческому искусству.Один из первых центров старообрядцев поповского направления вошел в историю под названием СТАРОДУБЬЕ и ВЕТКА [13-19].В этих местах, как только поселились старообряд-цы, были воздвигнуты храмы, постоянно совершались богослужения. На Ветке появилась своя школа иконо-писного письма [20-21]. Здесь же началась практика переписывания певческих книг, сложились свои осо-бенности почерка крюков, оформления цветных заста-вок, наконец, здесь был создан свой «ветковский рос-пев» [22]. В Клинцах действовала знаменитая во всем старообрядчестве типография, из которой книги расхо-дились по всем уголкам России [23].Территория этого района в настоящее время поде-лена между Брянской, Гомельской, Черниговской об-ластями и до сих пор густо населена старообрядцами. Здесь имеются общины как белокриницкого, так и бег-лопоповского согласий. Город Новозыбков (Брянская область) с 1963 г. является религиозно-администра-тивным центром беглопоповской Церкви, город Клин-цы (Брянская область) - епархиальный город Клинцов-ско-Ржевской епархии старообрядцев белокриницкого согласия. К сожалению, с 1986 г., после аварии на Чер-нобыльской АЭС, все эти места оказались в зоне ра-диоактивного заражения.Другим духовным центром являлся КЕРЖЕНЕЦ.«Керженец - имя реки, протекающей в Семенов-ском районе Горьковской области и впадающей в Вол-гу. По названию реки называется местность, охваты-ваемая ее течением… К концу ХVII века на Керженце существовало до ста обителей мужских и женских. При Петре I началось разорение их» [24. С. 61].В истории старообрядчества этот центр известен больше всего по роману П.И. Мельникова-Печерского «В лесах». Керженские скиты неоднократно разорялись, особенно во второй половине ХIХ в., самим П.И. Мель-никовым-Печерским, бывшим чиновником особых по-ручений при нижегородском губернаторе. Но и в на-стоящее время в Нижегородской области проживает очень много старообрядцев, причем разных согласий.Керженец не славился как певческий центр, хотя существуют рукописи, в которых встречаются песно-пения, имеющие указания: «скитскаго перевода», или «творение керженских роспевщиков» [25. C. 90-92]; «керженского типица напев» [17. С. 188].Еще одним центром старообрядчества в концеXVIII- начале ХIХ в. был ИРГИЗ. «Иргиз - местность в степном левобережье Волги,вдоль р. Б. Иргиз (ныне Саратовская область), где по ма-нифесту императрицы Екатерины II от 4 декабря 1762 г. было разрешено свободно поселяться и отправлять бого-служение возвращавшимся из Польши старообрядцам (в основном выходцам с Ветки). Само переселение соверша-лось весьма просто: люди на границе объявляли свои име-на и, взяв документ - рапорт, отправлялись в Саратовское воеводство для поселения на отведенных местах. Первона-чально места здесь были глухие и дикие, сплошь покрыты лесами, где ютились не только звери, но лихие люди, так что даже на реку за водой ходили с ружьем. Колонизируя этот край, старообрядцы превратили его в житницу России, построили большие слободы, а вокруг них возросло по нескольку монастырей-скитов» [26. С. 125].Из всех исторических очагов старообрядчества Иргиз был знаменит именно как певческий центр с высокой культурой исполнения, культивировавший демествен-ный роспев. Помимо этого здесь был создан свой «ир-гизский роспев». Херувимская песнь «иргизского роспе-ва» и в настоящее время поется почти во всех старооб-рядческих общинах [27. С. 27]. Существуют целые ру-кописные сборники с подборкой большого количества песнопений под наименованием «иргизского роспева». Музыкально-стилистические особенности этого роспева пока не изучены в достаточной степени. Судьба этого центра плачевна. Он был разгромлен в первой половинеXIXв. по указанию императора Николая I. Бесспорно, одним из главных певческих центров,сложившихся в старообрядчестве, являлись ГУСЛИЦЫ.«Гуслицы - старинное название обширной местно-сти в Подмосковной Мещере. Расположена между г. Куровское, Егорьевском и верховьями р. Нерской. Занимает площадь около 400 км, охватывая десятки сел и деревень» [28. С. 65].В Гуслицах с конца ХVIII по ХХ в. целые династии старообрядцев в многочисленных селах занимались перепиской певческих рукописей. В начале ХХ в., в56связи с начатым Л.Ф. Калашниковым печатным изда-нием певческих книг, это искусство стало приходить в упадок. Однако гусляками было создано такое количе-ство рукописей, что до сих пор они имеются практиче-ски во всех уголках земли, где живут и молятся старо-обрядцы. Крупные собрания гуслицких рукописей есть во всех ведущих библиотеках нашей страны.В Гуслицах всегда действовали храмы и молельные дома, даже в годы суровых гонений. Здесь осуществля-лось и обучение пению [29; 30. С. 539-542; 31. С. 539-542; 32. С. 14-18; 33]. И поныне исторические гуслиц-кие места населены старообрядцами. В Ногинском, Орехово-Зуевском, Павлово-Посадском, Егорьевском районах действуют старообрядческие храмы. Особенно много старообрядцев проживает в г. Куровское и его окрестностях.Наконец, главным центром с конца ХVIII в. и по на-стоящее время является РОГОЖСКОЕ.«Рогожское кладбище в Москве основано при Ека-терине II. В 1771 г. в Москве свирепствовала чума. Мо-сковским старообрядцам было отведено для погребе-ния чумных покойников место за Рогожской заставой. Здесь постепенно возникло большое духовное приста-нище с кельями, богадельнями и церквами …За время своего существования Рогожское кладбище было руко-водящим центром старообрядчества. Таким оно остает-ся и в настоящее время» [24. С. 62].Рогожское оставалось одним из немногих очагов в старообрядчестве, в котором никогда не прерывалась богослужебная практика, в том числе и певческая. Ро-гожское всегда являлось певческим центром. С ним связана деятельность выдающихся знатоков пения ХIХ - начала ХХ в.: М.Д. Озорнова, И.А. Фортова, Я.А. Богатенко, которые были руководителями хоров, создателями певческих азбук, преподавателями зна-менного пения. Конфискованная в 1918 г. из Рогож-ской общины библиотека рукописей и книг (в том числе певческих) составляет широко известный в на-учной среде Фонд № 247 Российской государственной библиотеки. Именно на Рогожском во второй половине ХIХ в. зародился знаменитый Морозовский хор. В на-чале ХХ в. здесь проходили старообрядческие соборы и съезды, на которых обсуждались вопросы церковно-певческого искусства.Об историко-культурном значении Рогожского су-ществует большая научная литература [34, 35; 36. С. 118-152]. История и значение «рогожских» певче-ских традиций достойны отдельного исследования. Приведем только некоторые сведения об особенностях совершения богослужений в храме из старообрядче-ской прессы начала ХХ в.«Религиозное обучение в старообрядческих семьях начиналось еще в домашней обстановке, где уже мно-гие приобретали начатки грамоты, чтения и письма. Для дальнейшего образования требовались старооб-рядческие школы. Такая начальная школа с пятикласс-ным курсом обучения была открыта и на Рогожском кладбище, где помимо общеобразовательных предме-тов и уроков закона Божия преподавались и уроки цер-ковнославянского чтения и древнего крюкового пения, которые вели большие знатоки старинного певческого искусства, протодиакон Е. Григорьев и М.Д. Озорнов.В 1914 году на иждивении Рогожского кладбища там обучалось уже 89 мальчиков и 29 девочек» [35. С. 22].«Для соблюдения чинности богослужений еще по Уставу 1883 г. полагалось при храмах Рогожского кладбища иметь: певцов (или дьячков) не менее 24, мальчиков - не менее 6, 2 причетника, 2 пономаря. За свою службу они обеспечивались от управления клад-бища квартирой, отоплением и хлебом». «Кроме того, во время богослужений строго указывался порядок распределения чтений среди певцов», «…так что каж-дый из них еще до службы знал свои обязанности и мог заранее тщательно подготовиться к исполнению пору-ченного задания и был за него ответствен. Поэтому никаких ошибок ни в самих словах, ни в ударениях слов не допускалось, и службы проходили строго и чинно. Все богослужения проникались настроением соответственно своему содержанию: печальные - тро-гательностью исполнения, радостные - с особым подъ-емом торжественности». «Внешний вид, выправка, по-становка голосовых интонаций - все привлекало, все-ляло духовный трепет, напрягало внимание к слуша-нию произносимого текста. Сам речитатив, погласица как ектений, так и чтений Апостола и Евангелия, были строгими, по-старообрядчески классическими. И вот в целом, все службы - торжественные архиерейские бо-гослужения, спокойные задушевные возгласы священ-ников, выразительные диаконские ектении и чтения, старинное, крюковое, именно церковное пение, то с торжественно-возвышенным, то с печально-умили-тельным звучанием, на фоне старинных икон и трепе-щущего пламени свечей - все это создавало неотрази-мую красоту старинных богослужений и оставляло мирное впечатление на душе» [35. С. 32-33, 37].Помимо известных центров в старообрядчестве су-ществовало много локальных очагов, в которых бережно хранились певческие традиции, складывались местные особенности, создавались высокопрофессиональные коллективы. Все это предстоит изучить. Одним из таких мест является Стрельниковская община Костромской области, которая заслуживает отдельного внимания.Село Стрельниково расположено вблизи г. Костро-мы. После выхода Указа императора Николая II от 17 апреля 1905 г. «Об укреплении начал веротерпимо-сти» здесь, как и во многих других старообрядческих общинах, была открыта певческая школа. Осуществить это удалось благодаря стараниям местного священника Григория Лакомкина, впоследствии епископа Герон-тия. Фактически все лучшее, что было в жизни общины в те годы, в том числе и возникновение школы, - пло-ды его трудов. Этот человек является одной из самых ярких фигур в истории старообрядческой церкви ХХ в., а его жизнь и подвиги в сложное советское время могут служить образцом для нынешних служителей церкви [37. С. 315-369].16 ноября 1908 г. в Стрельникове было открыто земское училище для детей местных старообрядцев. В нем 18 детей стали обучаться церковному пению. Первыми учителями являлись В.И. Егин и В.И. Зыков. 4 октября 1909 г., к началу 1909/1910 учебного года, состоялось открытие нового здания училища. В 1909 г. пению обучалось уже 30 человек. Учителем пения ос-тавался В.И. Егин, другие предметы вели В.Ф. Мушка-57рова и М.Г. Асташева. Вскоре число учеников пения в школе увеличилось до 40-45 человек.Учитель В.И. Егин был прихожанином Стрельни-ковского прихода. Имея хороший голос (бас) и призва-ние к пению, он вместе со своим другом В.И. Зыковым был отправлен в Москву, в Рогожскую общину, для обучения церковному пению. Однако его деятельность в Стрельниковском училище была непродолжительной: заболев плевритом, он скончался 3 апреля 1911 г. в возрасте 22 лет. За немногие годы работы молодой учитель заслужил любовь и уважение учащихся и при-хожан Стрельниковского храма, которые горько опла-кивали его кончину. В 1911 г. занятия по пению в шко-ле начались 3 октября. Учителями пения, после В.И. Егина, стали братья Феодосий и Федор Иоакимо-вич Гусевы. Всего пению в это время обучалось 26 мальчиков и 16 девочек.С 1913 г., кроме братьев Гусевых, пение в школе начинает преподавать Валентина Григорьевна Антоно-ва. Она прошла обучение у В.И. Егина и была одной из первых и лучших выпускниц школы. Кроме этого, в Стрельниково, по благословению владыки Геронтия, приезжал из Санкт-Петербурга протодиакон Х. Мар-ков, имевший музыкальное образование. Он давал кон-сультации преподавателям, читал доклады «О пении».Так продолжала функционировать Стрельниковская школа и в последующие годы: осенью начинались за-нятия, в конце года выпускники сдавали экзамены. Бессменной учительницей стала Валентина Григорьев-на Антонова, на экзамены регулярно приезжал епископ Геронтий. Он хоть и возглавлял другую, Петроградско-Тверскую, епархию, но родной приход и школу при нем не бросал. Взаимной любовью отвечали ему и жи-тели Стрельникова. По окончании обучения епископ Геронтий благословлял лучших учеников ехать в отда-ленные приходы для обучения пению и руководства хором. Слава же о Стрельниковском хоре росла. Пев-цов приглашали в разные общины на торжественные праздники. Именно по примеру стрельниковцев епи-скоп Геронтий, вдохновленный их успехами, поднимал вопросы о церковном пении на съездах в своей епархии [38. С. 500-501].Последние выпускники певческой школы (они учи-лись в 1916-1918 гг.) успели лишь начать преподава-ние церковного пения в общинах. Но, к сожалению, вскоре они стали свидетелями действий новой власти, направленных против религии. Вся последующая исто-рия певческих традиций в жизни Стрельниковской об-щины приходится на советское время. И судьба ее, как и судьба школы, более чем драматична [39. С. 480].Кроме Стрельникова, значимые певческие очаги создавались в ряде других приходов. Интересные ло-кальные духовные и певческие центры существуют в старообрядческой церкви и в настоящее время.Многолетнее изучение певческих традиций старо-обрядческих общин позволило сделать ряд выводов.Старообрядчество не есть некий застывший истори-ческий «раритет». Это живая Церковь, со своими зако-нами, традициями, самобытной культурой, требующей изучения как часть отечественной культуры в целом. Поэтому в старообрядчестве надо различать догмати-ческие, канонические и вообще письменные положенияотносительно того или иного явления и форму его реа-лизации, воспроизведения на практике. Следует отде-лять то, что хранится исторической памятью, от того, что создано с течением времени. Изучая любое явление в культуре старообрядцев, необходимо фиксировать его несколько раз в одном и том же месте, сравнивать с другими, учитывать оценку его самими носителями культуры. Важно при этом помнить, что сущность ста-рообрядчества (во всех вопросах) сохранилась, прежде всего, в центре России, а не на окраине (в глубинке или за рубежом).Старообрядческая певческая культура, как культура профессиональная и письменная, едина в типологиче-ском отношении. Но в рамках этого единства есть своя локальная, региональная специфика. Поэтому в совре-менной Русской православной старообрядческой церк-ви (белокриницкого согласия) есть две церковно-богослужебно-общинных традиции. Одна из них связа-на с Москвой (это российская традиция), другая с югом - возможно, с историческим местом в селе Белая Криница (южная традиция). По аналогии с ними име-ются две певческих традиции.В старообрядческой церкви как конфессии есть ре-лигиозно-административные, духовные центры, в том числе и певческие - изучение должно начинаться с них. Таким ведущим центром является Московская Рогож-ская община, а интересным локальным культурным и певческим очагом в ХХ в. - Стрельниковская община Костромской области. Созданная при сельском храме священником, отцом Григорием Лакомкиным, эта школа подготовила много высокопрофессиональных певцов. В Стрельникове на протяжении всего столетия не прерывалась богослужебная практика. Поскольку община была замкнутой, в ней сложились и сохрани-лись самобытные исполнительские традиции, являю-щиеся, в своем роде, уникальными в масштабах всей старообрядческой певческой культуры.Большую ценность в старообрядчестве имеет то, что хранится певцами изустно: речитативное чтение, пение по «напевке»; огромное значение имеет устная передача певческих навыков, непрерывная связь поко-лений.Старообрядческое церковное исполнение имеет ряд особенностей: ровную динамику, цепное дыхание, чет-кую дикцию, звукоизвлечение, темпово-ритмическую нюансировку, стабильный регистр, профессиональное владение нотацией, систему обучения крюкам и пению в хоре. Самими носителями традиций певческая куль-тура осознается в живом исполнении, в комплексе всех музыкально-выразительных средств.В современной старообрядческой певческой культу-ре есть пласт чисто устного пения - «напевка», т.е. ис-полнение какого-либо песнопения не по крюковым кни-гам, а по устной версии, сложившейся в приходе. Устная версия - «напевка» - (по отношению к письменному источнику) не является формальным упрощением напе-ва. Она представляет собой схему его ритмической и звуковысотной структуры в реальном воспроизведении. В стилистическом плане песнопение из невматического по складу превращается в силлабическое.Устные версии напевов разных общин, сохраняя в целом типологическое единство, в каждом месте имеют58свои особенности, которые являются «родным языком» для певцов и членов прихода и камнем преткновения для посторонних. От частого исполнения память пев-цов фиксирует главные, сущностные аспекты в струк-туре напева. Аналитические операции показали [39], что певцы знают правила сочетания элементов напева, правила построения формы, поэтому могут создавать текст, по стилю и морфологии отвечающий требовани-ям средневекового канона. А это и доказывает, что ста-рообрядцы не являются формальными носителями тра-диции - они мыслят категориями древней музыкальной системы. Вот в чем заключается основная ценность их культуры.Из всего этого напрашивается следующий вывод: «напевка», устная версия - это музыкальный язык об-щины, на котором мыслят и певцы, и прихожане. Все для них является родным в этих напевах: темп, долгота звуков, опевание опорных звуков, каждый мелодиче-ский оборот и т.д. Таковой она - «напевка» - является в каждом приходе. В итоге можно подчеркнуть, что при типологическом единстве старообрядческой куль-туры - культуры средневекового характера, культуры профессиональной - особенное, индивидуальное, без-условно, проявляется, но в пределах, не допускающих разрушение канона.Таким образом, «напевка» у старообрядцев не есть результат упадка их культуры и потери крюковой гра-мотности.Как и в других видах церковного искусства - ико-нописи, медном литье, искусстве полемической лите-ратуры и т.д., старообрядцы в пении явились не просто формальными хранителями крюкового пения.Они создали целый пласт культуры, свой, самобыт-ный, выстраданный во время гонений и запрещений -искусство пения по «напевке». Его отличает, помимо оригинальности, с одной стороны, отсутствие редакций данных напевов в письменных источниках до времени раскола на Руси, в иных средневековых культурах (в других странах и конфессиях), устный характер их пе-редачи, а значит - непрерывный, не прекращавший свое существование на какое-либо время, следователь-но, несущий живую память о всех поколениях, хра-нивших «старую веру».С другой стороны, стилистика этих песнопений до-казывает их органичную связь с культурой Древней Руси, с напевами, зафиксированными в певческих ис-точниках, тем самым подтверждая, что старообрядцы сохранили древнерусскую культуру в музыкальном мышлении, исполнении и интерпретации памятников, что они являются потомками той эпохи, для которой «…прежде всего это принцип преобладания общего над индивидуальным. Часть не существует сама по себе и не автономна, но включается в некую всеобщность. Как природа, так и общество представляют собой целостные комплексы, от которых зависят образующие их элемен-ты. Всякая песчинка отражает целое и воплощает пре-мудрость Творца, создавшего мир с его гармонической согласованностью и связанностью всех его частей. Свой смысл и значение всякое индивидуальное получает от общего» [40. С. 250].

Ключевые слова

Russian old-believers, culture of Old Russia, ecclesiastical singing, Древняя Русь, церковное пение, русские старообрядцы

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Денисов Николай ГригорьевичРоссийский гуманитарный научный фондМосковская государственная консерватория им. П.И. Чайковскогокандидат искусствоведения, начальник отдела филологии и искусствоведениядоцентчлен Союза композиторов Россииdenisovnikolay@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры. М., 1972.
Училище пения // Слово Церкви. 1917. № 327.
Денисов Н.Г. Стрельниковский хор Костромской земли. Традиции старообрядческого церковного пения. М., 2005.
Геронтий (Лакомкин), еп. Воспоминания / Публ. В. Новожилова // Костромская земля: Краеведческий альманах Костромского филиала Российского фонда культуры. Кострома, 1999. Вып. 4.
Горячева Т.Д. Источники по истории Рогожской старообрядческой общины (вторая половина ХIХ - начало ХХ в.): Опыт источниковедческой характеристики // Мир старообрядчества: История и современность. М., 1999. Вып. 5.
Мариничева Г.А. Страницы к истории старообрядческого Рогожского кладбища в Москве (центра Старообрядческой церкви, приемлющей священство Белокриницкой иерархии). М., б. г. Ч. 1.
Лизунов В.С. Старообрядческая Палестина. Орехово-Зуево, 1993.
Макаров В.Е. Очерк истории Рогожского кладбища в Москве: (К 140-летию его существования, 1771-1911). М., 1994.
Войтенко А.Ф. Заметки о лингвистических границах старообрядческих говоров Подмосковья // История и география русских старообрядческих говоров. М., 1995.
Сарафанова Н.С., Дробленкова Н.Ф. Поездка за рукописями в Орехово-Зуевский и Куровской районы Московской области в декабре 1958 г. // ТОДРЛ. Л., 1960. Т. 16.
Бобков Е.А. Певческие рукописи гуслицкого письма // ТОДРЛ. Л., 1982. Т. 32.
Церковное пение: Ежемесячный старообрядческий журнал. Киев, 1909. № 1-12.
Географический словарь Московской области. М., 1967.
Ряжев А.С. Иргизские старообрядческие общины второй половины ХVIII - первой половины ХIХ в.: Автореф. дис. ... канд. искусствовед. М., 1995.
Старообрядчество: Лица, предметы, события и символы: Опыт энциклопедического словаря / Сост. С.Г. Вургафт, И.А. Ушаков. М., 1996.
Алехина Л.И. Певческие книги в собрании ЦМ и АР // Музыкальная культура Средневековья. М., 1992. Вып. 2.
Старообрядческий церковный календарь на 1982 г. М., 1982.
Кириллические издания старообрядческих типографий конца ХVIII - начала ХIХ в.: Каталог / Сост. А. Вознесенский. Л., 1991.
Нечаева Г.Г. Ветковская икона. Минск, 2002.
Бобков Е.А., Бобков А.Е. Певческие рукописи с Ветки и Стародубья // ТОДРЛ. 1989. Т. 42. С. 448-451.
Гребенюк Т.Е. Художественное своеобразие ветковских икон: Технико-технологический аспект // Старообрядчество: История, культура, современность. М., 1998. Вып. 6. С. 6-9.
Поздеева И.В. Археографические работы Московского университета в районах древней Ветки и Стародуба (1970-1972 гг.) // Памятники культуры. Новые открытия: Ежегодник. 1975. М., 1976. С. 52-69.
Русские письменные и устные традиции и духовная культура. М., 1982.
Смилянская Е.Б. К изучению историко-культурного значения Ветковско-Стародубского старообрядческого центра в ХVIII-ХХ вв. // История церкви: изучение и преподавание. Екатеринбург, 1999. С. 205-210.
Денисов Н.Г. Устные традиции пения у старообрядцев: пение по «напевке», вопросы интерпретации: Дис. … канд. искусствовед. М., 1996.
Денисов Н.Г. Традиции пения старообрядцев юго-западной части России и Верхнего Поволжья // Музыкальная культура Средневековья. М., 1992. Вып. 2. С. 161-211.
Богомолова М.В., Кобяк Н.А. Описание певческих рукописей ХVII-ХХ вв. Ветковско-Стародубского собрания МГУ // Русские письменные и устные традиции и духовная культура: (По материалам археографических экспедиций МГУ 1966-1980 гг.). М., 1982. С. 162-227.
Богомолова М.В. История бытования древнерусских роспевов и певческих книг в Ветковско-Стародубских слободах ХVII-ХХ вв. // Невские хоровые ассамблеи. М., 1984. С. 105-107.
Шашков А.Т. Первые антицерковные выступления тобольских и тюменских старообрядцев (1662-1665 гг.) // История церкви: изучение и преподавание. Екатеринбург, 1999.
Ответы Александра Диакона (на Керженце), поданные Нижегородскому епископу Питириму в 1719 году. М., 1995. С. 117-118.
[Валсамон и Зонара]: Номоканон костантинопольского патриарха Фотия с толкованием Вальсамона / Рус. пер. с предисл. и прим. В.А. Нарбекова. Казань, 1899. Ч. 2.
Книга Степенная царского родословия // Полное собрание русских летописей. СПб., 1908-1913. Т. 21, ч. 2.
Церковное пение: Ежемесячный старообрядческий журнал. Киев, 1990. № 1-12.
Пожидаева Г.А. Демественное пение в рукописной традиции конца ХV-ХIХ веков: Дис. … канд. искусствовед. М., 1982.
Житие протопопа Аввакума, им самим написанное, и другие его сочинения. Архангельск, 1990.
Музыкальная эстетика России ХI- ХVII веков: [Документы и материалы] / Сост. текстов, пер. и общ. вступ. ст. А.И. Рогова. М., 1973.
Смирнов П.С. Внутренние вопросы в расколе в ХVII в. СПб., 1898.
Келдыш Ю.В. История русской музыки: В 10 т. М., 1983. Т. 1.
Преображенский А.В. Вопрос о единогласном пении в Русской церкви ХVII века: Исторические сведения и письменные памятники. СПб., 1904.
Старообрядческий церковный календарь за 1986 г. М., 1986.
 Старообрядческое церковное пение | Вестн. Том. гос. ун-та. 2010. № 333.

Старообрядческое церковное пение | Вестн. Том. гос. ун-та. 2010. № 333.

Полнотекстовая версия