Датские коммерсанты в Сибири в конце XIX - начале ХХ в. . | Вестн. Том. гос. ун-та. 2010. № 333.

Датские коммерсанты в Сибири в конце XIX - начале ХХ в. .

Рассмотрено предпринимательство датчан в Сибири в конце XIX - начале ХХ в., показаны его «национальная» специфика, атакже процесс адаптации датчан в сибирских условиях.

Danish merchants in Siberia at the end of 19 - beginning of 20 century.pdf Рубеж XIX-XX вв. был временем включения запад-но-сибирских рынков в систему всероссийских и евро-пейских рыночных отношений и структур. В составе «предпринимательской колонизации» края заметное место принадлежало иностранцам, в том числе датча-нам. Датская миграция в Сибирь рубежа ХIХ-ХХ вв. стала составной частью миграции датчан в Россию. Датский исследователь Б. Енсен отмечал: «Россия во многих отношениях рассматривалась датскими пред-принимателями как гигантский проект, открывавший богатые возможности для инвестиций и реализации деловой инициативы» [1. С. 43].Целью данной работы является типология датских коммерсантов, характеристика их предприниматель-ской деятельности, выявление ее национально-культурной специфики. Исследовавший приток ино-странных инвестиций в Россию И.И. Левин обратил внимание на безличную форму французских, бельгий-ских, английских вложений и переезд в Россию массы деловых людей из Германии. «Из Германии эмигриру-ют не только капиталы, но и люди. Немец не ко-лонизатор, но и не рабочий, он - Mittelstandsauslдnder. Германия посылает предпринимателей, крестьян, ремесленников, агентов, торговцев и т.д.» [2. С. 49]. Датская миграция была в какой-то мере сродни немец-кой. С 1875 по 1914 г. в Россию прибыли 2 тыс. датчан. Были среди них инженеры, ветеринарные врачи, ком-мерсанты, но основная часть мигрантов, осевшая в за-падных губерниях, занималась сельским хозяйством, переработкой сырья и торговлей сельскохозяйственной продукцией [1. С. 43].В российской научной литературе тема датской ми-грации по настоящему не разрабатывалась. Авторы очеркового труда «История Дании. ХХ век» ограничи-лись небольшим по объему сюжетом самого общего характера, ссылаясь преимущественно на датские ис-точники. Датским фирмам в Сибири повезло больше. Значительный интерес представляют сочетающие в себе качества источника и исследования работы совре-менников датских коммерсантов-сибиряков - близко знакомых с деловыми кругами А. Шиша [3], Г.Б. Баи-това [4] и знатока российского маслоделия И.К. Степа-новского [5]. Из современных историков следует на-звать, прежде всего, работы А.А. Лукина [6, 7], иссле-довавшего операции иностранных, в том числе датских экспортеров масла и продавцов сельскохозяйственных машин, включивший в научный оборот ценные источ-ники, в том числе из фонда С.Х. Рандрупа в Омске. Использовав наряду с опубликованными справочнымиизданиями архивные материалы Сибирского союза маслодельных артелей, показали динамику численно-сти датских фирм в Курганском районе и некоторые особенности их операций А.И. Фельдшеров [8], Н.Ф. Емельянов, И.Н. Пережогина и О.Г. Семенова [9]. Масляной торговле на Алтае посвятил свою работу В.А. Скубневский [10], сопроводив ее публикацией документов, иллюстрирующих объемы и структуру операций датчан. Заслуживает внимания и труд Е.Л. Зашибиной, вслед за А.А. Лукиным обратившейся к детальному исследованию фонда омской фирмы С.Х. Рандрупа [11]. Наконец, писали о датских сибир-ских фирмах и экономисты [12]. Определенным допол-нением этим трудам служат подготовленные сибир-скими учеными для энциклопедических справочных изданий своеобразные «деловые биографии» ряда дат-ских дельцов [13, 14].Значительный интерес «датчане-сибиряки» рубежа веков вызывали и вызывают в Дании. Об этом свиде-тельствует весьма обстоятельная библиография И.М. Ларсен, книга которой, посвященная датскому масляному бизнесу в Сибири, вышла в свет в 2007 г. [15]. Другая современная работа - книга О. Сона, пря-мо посвящена датской миграции в Россию и Сибирь второй половины XIX - начала ХХ в. [16]. Героями этих книг стали К. Корх, Х.П. Ярл Хансен, Д. Маттиасен, С. Рандруп и другие дельцы, опериро-вавшие в основном в сфере маслопромышленности, торговли маслом и сельскохозяйственными машинами.Источники, которыми мы располагаем, разнообраз-ны. Следует, прежде всего, выделить актовые докумен-ты (договоры), различную делопроизводственную доку-ментацию как самих датских фирм, так и податной ин-спекции, сельскохозяйственных и биржевых обществ. Известный интерес представляет и периодическая пе-чать. Изучение названных документов позволило вы-явить более 50 датских подданных, оказавшихся в нача-ле ХХ в. в Западной Сибири с целями, так или иначе связанными с коммерцией, предпринимательством. В их среде выделяются три группы.Первой, наиболее многочисленной группой, были экспортеры масла, торговцы принадлежностями мо-лочного хозяйства и сельскохозяйственными машина-ми и орудиями. К их числу относились и крупные фирмы, имевшие отделения иногда и в десятках насе-ленных пунктах, в том числе и в Европейской России (Сибирская компания, Датское Сибирское экспортное общество), и отдельные коммерсанты (И.И. Линд, В.В. Кнудсен, Г.Л. Стюло), операции которых локали-67зовались в каком-либо одном районе. Для некоторых из них своеобразным трамплином в Сибирь стала Воло-гда, являвшаяся наряду с Тверью, Ярославлем, Кост-ромой старым центром российского маслоделия. И.К. Степановский в качестве пионеров масляного экс-порта Вологодчины 90-х гг. XIX в. называл фирмы, оперировавшие также и в Сибири. Это «Э.Ф. Эсманн», «Д. Маттиасен», «Риндом и Ресдорф». Вторую группу составляли заводчики, которых было совсем мало. Это Брюль и Тегерсен, эксплуатировавшие свинобойню и колбасное производство в Кургане, С.Х. Рандруп, от-крывший сначала ремонтную мастерскую, а затем за-вод сельскохозяйственных орудий и машин в Омске, фирма «Пастер», державшая производство молочных продуктов в том же Омске, пивовар Риеффсталь в Ир-кутске и некоторые маслоэкспортеры, державшие соб-ственные маслозаводы. Третья группа объединяла коммерческих служащих разного ранга от конторщи-ков Б.Х. Якобсона и И.М. Фастинга, инженера Н. Фей-та, бухгалтера Х.Ф. Вейнберга до доверенных датских фирм - К. Нильсена, И.И. Ганзен-Пиля, Э.А. Петерсе-на, Л.П. Корха и др.В условиях становления рыночной системы эконо-мики, дефицита капиталов, знаний и предприимчиво-сти экономико-правовое положение фирм, коммерсан-тов и их служащих был «подвижным». Налицо была своеобразная «горизонтальная» и «вертикальная» мо-бильность, выражавшаяся соответственно в освоении новых сфер деятельности и повышении (случаи пони-жения нам неизвестны) статуса. В самом общем виде это выражалось в переходе: 1) коммерческих служащих к самостоятельным предпринимательским занятиям; 2) коммерсантов от комиссионной торговли к органи-зации собственной сети комиссионеров; 3) торговцев к организации промышленного производства. Первый и второй из указанных вариантов перехода были обу-словлены самим характером рынка масла и сельскохо-зяйственных машин, на которых клиентура была рас-сеяна на обширных территориях. Для работы с ней фирмы создавали штат агентов, снабжая их общими доверенностями или (и) формировали собственную сеть комиссионеров.Что касается коммерческих служащих, то они и са-ми стремились сделаться хозяевами собственного дела. Известно, например, что трое служащих С.Х. Рандру-па - В. Якобсен, И. Линд и Фукс - повысили свой де-ловой статус. Первые двое сделались самостоятельны-ми предпринимателями, третий, перейдя на службу к Гроес Петерсену, получил в управление филиал [17. Д. 9. Л. 57]. Служащим у Гроес Петерсена начинал и будущий партнер В. Якобсена по бизнесу К. Дантцер [18]. Комиссионерские отношения пронизывали всю «цепочку» делового партнерства: от иностранных фирм, производивших сельскохозяйственные машины, принадлежности молочного хозяйства, а также поку-павших экспортное сибирское масло, с одной стороны, до оперировавших в Сибири датчан и их собственных комиссионеров на местах - с другой. Поскольку цель открытия новых филиалов и комиссионерств была об-щей - развитие дела «вширь», постольку и граница между положением управляющего филиалом и комис-сионером была «гибкой». Служащий или доверенныйнес значительную часть рисков (вносил залог), а ко-миссионер ограничивался определенными условиями покупок-продаж, что хорошо просматривается по до-кументам фирмы «С.Х. Рандруп».Начиная дело со скупки масла, датские коммерсан-ты переходили к снабжению крестьянских маслозаво-дов принадлежностями молочного хозяйства. В лице продавцов масла - крестьян маслоэкспортеры, как ука-зывал Г.Б. Баитов, нашли и покупателей сельскохозяй-ственных орудий и машин, быстро освоив, опять же на комиссионной основе, и это дело [3. С. 73]. Если су-дить по соответствующим договорам «С.Х. Рандруп», то заметное отличие дела с сельскохозяйственными машинами от масляной торговли заключалось в нацио-нальной принадлежности партнеров. Маслом торгова-ли почти исключительно датчане, тогда как для прода-жи машин Рандруп часто использовал также и сибиря-ков. Маслом у него занимались датские подданные И. Линд, К. Боонекамп, Э.Я. Гольм, а сельскохозяйст-венными машинами, кроме них - М.А. Левако, И.С. Куницкий, Л.Р. Соколов, П.А. Алексеев и др.Можно предполагать, что сказались следующие об-стоятельства. Во-первых, датчане начинали предпри-нимательскую деятельность в России именно с экспор-та масла вместе со своими партнерами-соотечествен-никами. Между тем расширение сферы операций в свя-зи с освоением рынка сельскохозяйственных машин требовало привлечения новых агентов (датчан попро-сту «не хватало»). Характерно в этом отношении при-знание служащего «С.Х. Рандруп» Н. Фейта: найти агента так нелегко, что на самих агентов между фир-мами существовала конкуренция [17. Д. 6. Л. 12]. Во-вторых, очевидно, что в области маслоделия и масло-торговли датчане, в большей степени, нежели в отно-шении сельскохозяйственной техники, обладали спе-цифическими знаниями, умениями, навыками.Торговля сельскохозяйственными машинами и при-надлежностями молочного хозяйства «втянула» от-дельных предпринимателей и в торговлю другими тех-ническими товарами, инструментами и т.п. Известно, что этим занимались, например, С.Х. Рандруп в Омске и Новониколаевске, Т.Н. Томсен, державший в Омске техническую контору [14. С. 210, 214]. Заводские дела датских предпринимателей, хотя и немногочисленные, были очень разными. Завод С.Х. Рандрупа вырос в ус-ловиях быстрого развития рынка сельскохозяйствен-ных орудий и машин и их технического обслуживания. На внутренний спрос ориентировались и молочный завод «Пастер» в Омске, и пивоваренный завод Риефф-сталя в Иркутске. Колбасное производство «Брюль и Тегерсен» в Кургане работало не столько на внутрен-ний рынок (отделение в Тюмени), сколько поставляло бекон на экспорт. Маслозаводы экспортного направле-ния открывались экспортерами из желания иметь га-рантированные объемы качественной продукции на вывоз. При этом и Рандруп и, конечно, маслозаводчики продолжали и масляный экспорт.Как же «адаптировались» датчане к сибирским ус-ловиям? Можно ли говорить об элементах их «укоре-нения», «ассимиляции» в местной деловой среде? Пра-вовой порядок торговли в России не представлял собой сколько-нибудь значительных препятствий для разви-68тия предпринимательства датчан. Нам не известны факты конфликтов на этой почве за исключением не-скольких случаев особого характера ведения торговых книг, когда датчанами несколько ведущихся одновре-менно дел по книгам не разделялись, а потому книги не признавались податной инспекцией в качестве доказа-тельств в налоговых спорах. Надо сказать, что подоб-ного рода нарушения были присущи и местным ком-мерсантам. Более того, можно говорить о большей, в сравнении с местными предпринимателями, приспо-собленности датчан, иностранцев вообще к требовани-ям российского торгового законодательства о книгах. Характерно, что из 43 предпринимателей, в 1913 г. со-гласившихся представить свои книги в 1-е Барнауль-ское раскладочное присутствие (а это было признаком хорошего ведения дела), 7 значились датскими поддан-ными [19]. Понятно, что датчане далеко не составляли этих 16% от общей массы торгующих на территории податного участка.Основные направления предпринимательской дея-тельности сибирского коммерсанта известны в основ-ном благодаря договорам доверенности, комиссии, те-кущей переписке агентов с конторами. Это выборка торговых прав (одновременно уплата основного нало-га), организация торговли (в том числе мониторинг конъюнктуры и принятие маркетинговых решений), контроль над приказчиками и управление персоналом вообще, наблюдение за кассой и в целом ведение книг, работа с текущими и специальными текущими счетами в банках, протест векселей, операции с недвижимо-стью, представительство фирмы в административных и судебных учреждениях. Понятно, что ничего принци-пиально иного, нежели то, чем занимались датские коммерсанты у себя на родине или в других европей-ских странах, здесь нет. Равно как нет ничего исключи-тельного и в сравнении с коммерческим бытом абори-генных дельцов. «Датская» специфика коммерческой практики заключалась в двух вещах. Во-первых, в уже отмеченной характерной для датчан комбинации дел: скупка масла - торговля сельскохозяйственной техни-кой. Во-вторых, применительно к условиям ведения бизнеса в Дании, в наличии элементов «пионерства». Огромные, в сравнении с европейскими, необжитые пространства, которые приходилось преодолевать, осо-бенности материально-бытовой культуры населения, прежде всего аборигенного, а также и русского в «мед-вежьих углах», слабость администрации и отсутствие гарантий порядка - все это заставляло датчан приспо-сабливаться, начиная с налаживания быта и кончая ор-ганизацией самозащиты. «Как представитель торговой фирмы имеет необходимость в ношении при себе ре-вольвера», - читаем резолюцию полиции на заявлении датского подданного А.Х. Шильбурга, служившего у В. Кнудсена (1912 г.) [20. Л. 1].Очевидно, что хотя все эти характерные черты ком-мерческой действительности в полной мере были знако-мы и местным торговцам, именно иностранцами они воспринимались как признаки «Америки» - далекой страны, сулящей быстрое обогащение, но при этом и полную неустройств и даже опасностей жизнь. С явле-нием «пионерства» связана и такая сторона «адаптации» как усвоение некоторых российских, сибирских приемовторговли, в том числе недобросовестных. Народнически настроенная сибирская пресса часто упрекала датчан по этому поводу, да и сами они, случалось, признавались в том, что «по-американски» острая конкуренция застав-ляет не считаться с понятиями коммерческой честности [15. С. 38]. Имели место и недостатки учета, отдельные проявления той безалаберности, которую принято счи-тать «русской» [17. Д. 2. Л. 10, 22-23].Культурная адаптация датчан носила противоречи-вый характер. Источники позволяют хорошо показать ее на примере С.Х. Рандрупа. С одной стороны, он вы-учил русский язык, был женат на русской - Александре Михайловне Пятковой - дочери весьма состоятельного купца-первогильдейца Михаила Пяткова, оперировав-шего с чаем, хлебом и маслом. С другой стороны, в близком кругу его сотрудников было немало его сооте-чественников-датчан: И.И. Линд, К.А. Боонекамп, Э.Я. Гольм, Н. Фейт и др. Датские подданные состав-ляли, пожалуй, и большинство конкурентов по масля-ному делу, значительную часть - по делу торговли сельскохозяйственными машинами. Первоначально «группой взаимодействия», в которой оказался С.Х. Рандруп, были омские экспортеры масла, в основ-ном датчане. В феврале 1902 г. Рандруп участвовал в экстренном собрании Омского отдела Московского общества сельского хозяйства, рассматривавшим во-прос об организации съезда представителей Сибирской железной дороги и экспортеров масла, подписал в чис-ле других соответствующее заявление [21. Д. 6. Л. 13-15]. Однако тогда же наметилась и перспектива обре-тения им новых социально-культурных связей. В марте того же 1902 г. Рандруп присутствовал на общем соб-рании Общества, обсуждавшего вопрос об организации конкурса сельскохозяйственных машин [21. Д. 6. Л. 20-22]. А еще через полтора года - в декабре 1903-го, оче-редным собранием Общества был избран в комитет по устройству конкурса уборочных машин [21. Д. 8. Л. 5]. Очевидно, сказался его новый статус - владельца завода. Можно также предполагать, что он обеспечил и избра-ние Рандрупа в 1906 и 1908 гг. старшиной Омского биржевого комитета [22. С. 10], а в феврале 1909 г. чле-ном Выставочного комитета упомянутой омской вы-ставки [21. Д. 12. Л. 10].В биржевом обществе, в составе масляной комиссии его товарищами остаются в основном иностранные ком-мерсанты, в том числе датчане Э.А. Петерсен, М.И. Паульсен и др., но в составе старшин представле-ны по преимуществу русские коммерсанты, в том числе один из старейших и авторитетнейших омских купцов С.С. Волков, заводчик С.В. Хаберев и др. [22. С. 80].В новом для себя окружении Рандруп оказывается и в Выставочном комитете. Гласные городской думы А.В. Арефьев и Ф.Ф. Штумпф (последний - крупный сельский хозяин - являлся и председателем Омского биржевого общества), сельские хозяева И.М. Карзин и А.Ф. Гехтерь, известные своими предпринимательски-ми, технологическими инициативами, Б.В. Трувелер -управляющий Главной конторой лесных складов Пере-селенческого управления [21. Д. 12. Л. 10].Насколько «сработался» датчанин с новыми для себя, весьма влиятельными в городе и деловой среде людьми? Можно предполагать, что в выставочном проекте он про-69сто «потерялся». Характерно, что в июне 1910 г. поведе-ние коммерсантов в составе Выставочного комитета под-верглась критике Ф.В. Ивонина, заявлявшего, что «они не в курсе дел комитета, а потому относятся к выставке рав-нодушно» [21. Д. 13. Л. 78]. И хотя безоговорочно дове-рять этой оценке не стоит, все же в отношении Рандрупа это были, наверное, справедливые слова. Из хорошо со-хранившихся «журналов» и отчетов» Омского Отдела Московского общества сельского хозяйства, зафиксиро-вавшего множество имен и инициатив, трудно почерп-нуть что-либо существенное, характеризующее его как деятеля выставки. Не случайно в ноябре 1910 г. он скла-дывает с себя полномочия члена выставочного комитета [23. Д. 27. Л. 112]. По отношению к выставке он выступил только в качестве экспонента и жертвователя, отпустив на нужды выставки сравнительно с другими небольшую сумму в 75 руб. [23. Д. 20. Л. 8].К 1912 г. Рандруп утратил и почетную должность старшины Биржевого комитета, оставаясь, впрочем, чле-ном масляной комиссии биржи [24. С. 6]. Исчезают упоминания его имени и из документов Омского Отдела Московского общества сельского хозяйства, которое, правда, все более переключается на проблемы развития земледелия и кооперативного движения, далекие для датчанина. Единственным исключением стало участиеС.Х. Рандрупа в Дне хлебного колоса 16 марта 1912 г. -акции по сбору средств в пользу пострадавших от силь-ного неурожая 1911 г. Александра Михайловна должна была непосредственно собирать средства в одном из городских районов, а фирма ограничилась совсем скромным пожертвованием в 15 руб. [21. Д. 20. Л. 12, 19]. В благотворительной деятельности С.Х. Рандруп так же, как и его соотечественники в целом, в отличие от сибирского купечества, был весьма сдержан, хотя и не чурался ее вовсе. Во время русско-японской войны 1904-1905 гг., когда его завод получил большой заказ на выпуск коек для военных госпиталей, он отчислял неко-торый процент прибыли в пользу семей заводчан, ос-тавшихся без кормильца. В 1910 г. на заводе по инициа-тиве Александры Михайловны Рандруп были открыты библиотека и курсы для рабочих [25. С. 77].В заключение отметим, что, выражаясь языком со-циологов, «референтной» группой для Рандрупа оста-валось его датское окружение, тогда как в других член-ских группах он участвовал недолго и в значительной степени лишь формально. Адаптация как обретение комфортных социально-культурных условий сущест-вования и развития дела была достигнута. Адаптация как «укоренение» на месте - нет. Датское окружение, помогая в первом случае, сильно мешало во втором.

Ключевые слова

social-cultural adaptation, agency, firm, commerce, Foreign enterprise, социально-культурная адаптация, комиссионерство, фирма, торговля, иностранное предпринимательство

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Киселёв Александр ГеоргиевичЮгорский государственный университет (г. Ханты-Мансийск)кандидат исторических наук, доцент, заведующий кафедрой истории и политологииkiselev1954@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Киселёв А.Г. Серен Христианович Рандруп // Краткая энциклопедия по истории купечества и коммерции Сибири: В 4 т. / Отв. ред. В.П. Зиновьев, А.С. Зуев. Новосибирск, 1997. Т. 3, кн. 3.
ГАОО. Ф. 119. Оп. 1.
Отчет о деятельности Омского биржевого комитета за 1908 год. Омск, 1909.
ГАОО. Ф. 38. Оп. 1.
Омский биржевой комитет. Отчет за 1912 год. Омск, 1913.
Центр хранения архивных фонов Алтайского края (ЦХАФ АК). Ф. 52. Оп. 1. Д. 30. Л. 24-26.
ЦХАФ АК. Ф. 170. Оп. 1. Д. 495. Л. 1 об.
Государственный архив Омской области (ГАОО). Ф. 87. Оп. 1.
Государственный архив Томской области. Ф. 200. Оп. 1. Д. 119. Л. 40 об.
Fraser J.F. The real Siberia together with an account of Dash though Manchuria. L., 1904.
Киселёв А.Г. Фирма на рынках Западной Сибири в конце XIX - начале ХХ в. Ханты-Мансийск, 2008.
Весь Омск. Справочник-указатель на 1912 год. Омск, 1912.
Ole Sohn. De drog mod Ost. Danskeres undvandring til Rusland og Sibirien. 1864 til 1919. Host & Son, Kobenhaven, 2002.
Larsen I.M. Da Smшr var guld. Sibirisk smшr production og-eksport 1895-1905. Forfatteren og Aaurhus Universitetsforlag, 2007.
Скубневский В.А., Старцев А.В., Гончаров Ю.М. Предприниматели Алтая. 1861-1917. Энциклопедия предпринимательства. Барнаул, 1996.
Краткая энциклопедия по истории купечества и коммерции Сибири: В 4 т. / Гл. ред. Д.Я. Резун, Д.М. Терешков. Новосибирск, 1994-1999.
Зашибина Е.Л. Иностранные предприниматели на рынке сельскохозяйственных орудий и машин Омского Прииртышья в конце XIX - начале ХХ в. // Гуманитарное знание. Серия «Преемственность». Ежегодник. Вып. 2: Сб. науч. тр. Кн. 1: Исторические исследования. Омск: Изд-во ОмГПУ, 1998.
Скубневский В.А. Маслоделие и маслоторговля на Алтае в конце XIX - начале ХХ в. // Предпринимательство на Алтае. XVIII в. -1920-е годы. Барнаул, 1993.
Лукин А.А. Американская монополия «Интенешнэл Харвестер и Ко» в Сибири // Из истории Сибири. Томск, 1971. Вып. 3.
Лукин А.А. Роль иностранных фирм в экспорте из Сибири сливочного масла (1900-1914 гг.) // Советское крестьянство - активный участник борьбы за социализм и коммунизм. Доклады и сообщения участников межвузовской научной конференции, посвященной столетию со дня рождения В.И. Ленина. Барнаул, 1969.
Емельянов Н.Ф., Пережогина И.Н., Семёнова О.Г. Крестьянский социализм в Зауралье при капитализме. Курган, 1994.
Фельдшеров А.И. Иностранные фирмы в Южном Зауралье // Земля Курганская: прошлое и настоящее. Краеведческий сборник. Вып. 5. Курган, 1993.
Степановский И.К. Маслоделие - богатство Севера. История молочного хозяйства и данные для развития его в северной части России, преимущественно в Вологодской губернии. Вологда, 1912.
Баитов Г.Б. Очерки муниципального Барнаула (1877-1902 г.). Томск, 1904.
Шиша А. Роль иностранного капитала в экономической жизни Сибири. Новониколаевск, 1922.
История Дании. ХХ век / Отв. ред. Ю.В. Кудрина, В.В. Рогинский. М., 1998.
Левин И.И. Германские капиталы в России. СПб., 1914.
 Датские коммерсанты в Сибири в конце XIX - начале ХХ в. . | Вестн. Том. гос. ун-та. 2010. № 333.

Датские коммерсанты в Сибири в конце XIX - начале ХХ в. . | Вестн. Том. гос. ун-та. 2010. № 333.

Полнотекстовая версия