Особенности перевода православных текстов на алтайский язык | Вестн. Том. гос. ун-та. 2010. № 333.

Особенности перевода православных текстов на алтайский язык

Предпринята попытка исследовать особенности переводов христианской литературы на алтайский язык. Анализируя материалы, автор приходит к выводу, что в переводах существуют различия в понимании значения того или иного термина. Выявлены особенности, характеризующие изменчивость во времени. Исследованы особенности перевода этнографических понятий, не укоренившихся в традиционном сознании алтайцев.

Peculiarities of orthodox texts translation into the Altai language.pdf С первых дней деятельности Алтайской духовной миссии становится важным вопрос перевода христиан-ской литературы. По приезде в Улалу о. Макарий (ос-нователь Алтайской духовной миссии) составил на «татарском» (алтайском) языке краткое исповедание веры христианской вместе с местным старшиной деми-чи Егором, умевшим хорошо говорить и по-алтайски, и по-русски. Перед миссионерами стояла задача распро-странить православную веру на Алтае. Безусловно, для достижения этой цели необходимо было «истину слова Божьего» передать соответствующим словом на алтай-ском языке.На базе созданной миссионерами письменности, ос-нову которой составлял русский алфавит, они переводи-ли на алтайский язык Евангелие, молитвы, литературу, необходимую для церковной службы, и особая роль от-водилась книгам религиозно-поучительного характера. В 1865 г. в Петербурге в Синодальной типографии были напечатаны «Земная жизнь Господа нашего Иисуса Христа», «Беседы готовящемуся к святому крещению: об истинном Боге и истинной вере» и др.В связи с трудностями перевода и издания книг на алтайском языке, которые вносили большой вклад в религиозное образование новокрещеных, в 1871 г. ар-химандрит Владимир пишет представление с просьбой учредить в самой Алтайской миссии комитет для ре-цензии книг на алтайском языке под председательст-вом начальника миссии, миссионеров, знающих мест-ный язык и знакомых с русским языком. Он предлагал издание книг там, где возможна была бы их корректура без непосредственного наблюдения миссионеров, на-пример в г. Казани. В 1874 г. Священный синод разре-шил миссии учредить цензуру, завести типографию и печатать здесь переводы и сочинения на алтайском языке. С этого момента книги на алтайском языке пе-чатаются в Казани и в частных типографиях Томска и Бийска. Стараниями священника М.В. Чевалкова вы-ходят в свет на алтайском языке его собственные рабо-ты и переводы канонических книг: «Поучительные ста-тьи» (Казань, 1872), «Поучительные статьи в стихах и прозе» (Казань, 1881), «Жития святых» (Казань, 1882), «Господа нашего Иисуса Христа святое Евангелие от Матфея» (Томск, 1878), «Собрание поучений для ново-крещеных инородцев Алтайской духовной миссии» (Томск, 1886), «Беседы готовящемуся к святому кре-щению об истинном боге и истинной вере» (издание на алтайском и русском языках, исправленное и допол-ненное. Томск 1892), «Часослов на наречии алтайских инородцев» (Томск, 1895), «Евангелие от Матфея, Марка, Луки, Иоанна» (Томск, 1910).Большое внимание уделялось изданию собраний поучений и рекомендаций для новокрещеных алтайцев.Через данные работы миссионеры пытались объяснить готовящемуся к крещению и новокрещеным учение о православии, христианской жизни (заповеди, молит-вы), смысл религиозных праздников.В «Беседах и поучениях» перевод представлен наи-более приближенно к значению и смыслу, и тем самым наиболее доступен алтайскому пониманию: «ангел» -«элчи», «ак элчи», пророк - «элчи», рай - «кубатылу тер», «тыргап турген тер», апостол - «элчи», ад - «таа-маа». Использование в переводных «Беседах» привыч-ных алтайских сакральных понятий объясняется, по-видимому, накопленным миссионерами к 1870-м гг. опытом проповеднической деятельности среди абори-генов Алтая по формированию у них православного мировоззрения именно в форме бесед [1. Л. 6-15]. Для объяснения и донесения значения многих библейских сюжетов необходимо было передать их смысл более понятно, в крайнем случае, выявить связи между сло-вами. По-другому обстоит дело с переводами канони-ческой литературы. В «Евангелии» и «Часослове» мно-гие слова не переводятся, по-видимому, для того, что-бы не потерять смысл учения: «законнын учуры», «пророк сцзинин учуры» [2. С. 15], «тенередеги Ангел-дар-даа билбес», «Евангелиези jарлалар» [2. С. 60-61], «мактулу пророк... мактулу Апостолдордын мцргяя учун» [3. С. 254].В Евангелии понятие ада часто передается словом «геенна». В «Беседах» это же слово переводится как «таамы», «карачкы jер». В «Словаре алтайского и ала-дагского наречий тюркского языка» (составитель про-тоирей В. Вербицкий) читаем: «Таамы - ад. Карачкы jер - ад» (от слова карачкы - тьма, мрак, темный). Рай - «jыргап jерер jер». В основе понятия - слово jырга - ликовать, наслаждаться, веселиться, торжест-вовать, сладко есть [4. С. 11, 131, 325]. Возможно, мис-сионеры при переводе христианских понятий стреми-лись употреблять те слова, которые приближались бы к сущностному пониманию: ад - это плохо, значит, там темно, мрачно, это темное место, а рай - это хорошо, т.к. это место, где можно всегда наслаждаться и лико-вать, славить Всевышнего.Понимание термина «Бог» представлено в перево-дах вариантами: Господь - Каан, Кудайыбыс, Каан Ку-дайыбыс; Творец - Jайаачы Кудай; Отец небесный -Ада Кудай; Царь небесный - тенеридеги улу Бий. Как видно, в определении понятия «Господь, Бог» миссио-неры используют термин «Кудай». Есть мнение, что данное слово является древним иранским заимстовова-нием. Интересную точку зрения высказал В.П. Ойношев: «Можно предположить, что как и топо-нимы Алтай, Ондой, данное слово Кудай образо-вано при помощи аффиксов тай, той - кут+тай, т.е.87в понимании исходящий из души человека. Если данное предположение верно, то можно сделать вывод о том, что первоначально на образование слова Ку-дай оказал влияние культ предков, и оно обозначало не нарицательное имя бога, а обозначало понятие «пер-вопредок» [5. С. 139]. Силы зла, бесы во всех перево-дах обозначаются лишь словом «кцрямес» (злые духи). Можно предположить, что миссионерам была не слиш-ком важна иерархия пандемониума.Большой интерес представляет перевод понятия «душа». В этнографической литературе для его обозна-чения употребляются понятия «тын», «кут», «jула», «суне», «сур», «сус» [6. С. 8, 64, 97]; «тын», «узут», «кут», «jула», «суне», «сур» [7. С. 19-20]. Л.П. Потапов отмечал, что «миссионеры - знатоки алтайского языка при попытке перевести русское слово душа для изда-ваемых ими на алтайском языке религиозных книг… отказались от термина тын, мотивируя это невозмож-ностью употребить его для перевода третьего лица святой троицы (т.е. понятия дух-святой) из-за того, что данное слово у алтайцев непременно предполагает слово еди - тело, а у духа-святого тела нет - он бестелесный. Миссионеры справедливо связывали пе-ревод алтайского слова тын с русским - «дыхание» [8. С. 32]. Анализ печатных материалов не позволяет согласиться с Л.П. Потаповым: понятие «душа» заклю-чено в миссионерских текстах именно в двух терминах «тын» как о состоянии души живого человека и «суне» как посмертном ее состоянии: «агуру тын - святой дух» [2. С. 2], «Баланын тынын некегендер олди -умерли те, кто искал душу ребенка», «Крези jок Кижи илирди, анын, сенези карачкаа тяжяп, Кудайдын jарыгын качан-да кцрбцс - Когда некрещеный умирает, тогда душа его нисходит во тьму и никогда не видит света Божия» [2. C. 41]. Использование служителями церкви именно этих терминов можно объяснить широ-ким распространением употребления слов «тын» и «сяне» среди алтайского населения.Миссионеры в поучениях выделяли функции анге-лов: ангел-вестник и ангел-хранитель. Ангел-вестник называется так потому, что Бог посылает их возвещать людям свою волю. Так, архангел Гавриил был послан возвестить пресвятой Деве Марии о зачатии Спасителя. По православному канону Господь назначил для каж-дого из людей особенного ангела, ответственного за состояние души и тела, именующегося ангелом-хранителем [9. Л. 20, 22]. Но в миссионерских текстах чаще речь идет об ангелах-посланниках, хотя на быто-вом уровне у алтайцев ангел в большей степени храни-тель, чем вестник. Функции же хранителя в изданиях Алтайской миссии выполняет «хранитель души», кото-рый переводится «эди сунемнин Сакчизы». В «Словаре алтайского и аладагского наречий тюркского языка» дается такой перевод: «Сакчы - хранитель, страж. Эжик сакчы - привратник. Сццк сакчы - ангел-хранитель» [4. С. 287]. В этнографической литературе есть упоминания о «духах-хранителях» в верованиях алтайцев. А.В. Анохин отмечает, что «для поддержания порядка между злыми духами в их внутренней жизни и охранения человека от произвола их Эрлик посылает на землю своих сыновей-богатырей. Они в качестве грозной стражи (кату куйак) охраняют дверь аила от88входа всего злого, худого (эжигине кату куйагы), за что называются броня двери (эжиктин куйагы)» [7. C. 7].Охраняя двери от злых духов, богатыри-сыновья стоят у косяков двери (эки jагы), расхаживают вдоль порога (позого) или удаляются на площадку перед аи-лом (курентик). Если заметят присутствие злого духа в аиле, набрасываются на него и, взяв в свои могучие руки, бросают в наказание в вечнокипящий котел (торт кулакту кулер казан - о четырех ушках чугунный ко-тел), который находится у пасти ада (jер тамынын оозы) и который является адом для подземного мира» [7. С. 7]. Сегодня у алтайцев существует особенное отношение к двери и порогу дома, аила. Присутствуют нормы запрета: нельзя сильно хлопать дверью, пинать ее ногами, надрезать ножом, а также разрешать детям играть на пороге. Считается, что этими действиями хозяева навлекут на свой дом и семью несчастья, т.к. хранители могут рассердиться и покинуть дом.По мнению В.А. Муйтуевой, «сторож останков чело-века» называется у алтайцев «сеок сакычы» (сццк сакы-зун). «Сторож могилы» оберегает останки человека, пока тот не вернется обратно в своем телесном обличии в лун-но-солнечный мир, оставаясь в нем до следующей его смерти. Сеок сакычы не подпускает никого к могиле и способен осквернить или поймать духовные начала живо-го человека, находящегося около могилы. Такой человек может заболеть и даже умереть [10. С. 120]. Может быть, именно с данным представлением связана алтайская тра-диция не посещать могилы после совершения поминаль-ных обрядов на 7-й, 40-й дни и после 1 года. Существует детское поверье, что бородавки на руках появляются по-сле посещения кладбища. При характеристике православ-ной веры миссионеры часто употребляют слова «ак» -белый, «ару» - чистый, «агару» - чистейший: «Святая вера» - «Христоско jангдаган ак jангду», «Дух святой» -«агару тын», «ангел» - «ак элчи», «икона» - «образ», «святые изображения» - «ак сярлер», «святой» - «ару». Возможно, в данном случае православие противопостав-лялось шаманизму, о котором миссионеры говорили «ка-ра jанг» - черная вера. Здесь цветовая символика соответ-ствует системе бинарных оппозиций.Понятие «пост» переводилось миссионерами как «орозо», «ораза». Не исключено, что данный термин попал в алтайский язык через мусульман и происходит от слова «ураза». В отношении православного священ-ника служителя церкви использовали термин «абыс». Данный термин происходит от арабского «хафиз» -чтец Корана, ученый мулла. Вероятно, данные слова были заимствованы когда-то в ходе культурно-торговых связей с христианами-несторианами из му-сульманского Туркестана, возможно - из Семиречья. Большое внимание уделялось миссионерами алтайцам, готовящимся к крещению и отречению от «язычест-ва» - шаманизма. При крещении они должны были не просто отказаться от своей старой веры, но подробно перечислить: отречение от Ульгеня, Эрлика (называе-мых кайраканами), от чалу (идолов, изготовленных из дерева, кожи, ткани), от жертвоприношений, ритуаль-ных кроплений, поклонений - «бажырбай», «тайдыр-бай», «чачылгы чачпай», «чик чиктцбцй».Слово «алкыш» при переводе использовалось в не-скольких значениях: «молитва», «благословление», «бла-годарение Богу». В «Этимологическом словаре тюркских языков» слово «АЛКА/ALQA» переводится: 1) благо-словлять, желать хорошего; 2) восхвалять, воздавать хва-лу; 3) благодарить [11. С. 137]. В письменных древне-тюркских источниках и текстах более позднего времени данный термин встречается неоднократно в значениях «прославление», «благословление», «молитва», «религи-озный гимн». С.Е. Малов обратил внимание на слово «alga» в рунической надписи в честь Кюль-Тегина со зна-чением «благословлять», «святить» и сопоставил его с алтайской параллелью «славословить», «благодарить». Л.П. Потапов делает вывод, что сохранение данного слова с его ритуальным значением у алтае-саянских народов следует причислить к большой серии фактов, уходящих корнями к древним тюркам и племенам теле [8. С. 227].Миссионерский буквальный перевод понятия «на том свете» - «ол jарыкта» (от «jарык» - свет) неадеква-тен. Вернее было бы использовать традиционный ал-тайский термин «пашка jер», «ол jер» - «та (другая) земля (мир, свет)» как антипод «этой», «нашей» земли (света). Представляется, что и перевод термина «запо-ведь» неточен. Миссионеры переводят его как «са-лым» - судьба, но по смыслу ближе вариант «jакылта» - наставление. В переводах нередко упот-ребляются характерные для устной речи редуцирован-ные формы звучания: «Человек, оставив Бога и уда-лившись от него, попал во власть Диавола». - «Кижи, Кудайданг айрылып, райгеле, коруместинг колына тешкен». В тексте термин «удалившись» («ырай келе-ле») подменяется слитным «райгеле». Встречаются и прямые лексические ошибки. Значительную роль иг-рают термины-русизмы: крест «крес», сатана, пророк, апостол, церковь «церкве», молитва, Иисус Христос, Святой «святитель», христианин «христианин тийтен».Современными переводами богослужебной литера-туры на алтайский язык занимается Институт перевода Библии. Им изданы «Четвероевангелие» (1975 г., ре-принт издания 1912 г.), «Марктан Jакшылыкту Jар» -«Евангелие от Марка» (1996 г., новый перевод), «Сяянчиля Jар» - «Евангелие от Луки и Деяния Апо-столов» (1999 г., новый перевод), «Иисус - балдарды наjызы» - «Иисус - друг детей» (1997), «Балдардын Библиязы» - «Библия для детей» (2002), «Jаны кереес. Агару бичик» - «Новый Завет. Священное писание» (2003). «Jаны кереес» переведен на современный лите-ратурный алтайский язык. Основой перевода явился текст «Нового Завета» на древнегреческом языке. Пе-ревод осуществил Токшын Торбоков, редакторами яв-лялись Сергей Сычев и Владимир Торбоков. Дорево-люционные и современные переводов православной литературы заметно различаются. Одной из особенно-стей последних является присутствие в текстах перево-да слова «Господь» как «Кайракан», тогда как в мис-сионерских текстах XIX - начала ХХ в. под «кайрака-нами» подразумевались исключительно божества ша-манистов, и именно от них в первую очередь требовали отречься перед крещением. В наши дни слово «Кайра-кан» очень распространено у придерживающихся тра-диционного мировоззрения алтайцев и является нари-цательным именем божества.Переводы некоторых слов в современном тексте яв-ляются более точными по смысловому значению: про-рок - «jарчы», заповедь - «jакылталар». «Молитесь» и «славиться» раньше переводились и в первом, и во втором случаях термином «алкагар», «алкалзын», а теперь - «мергегер» (молитесь) и «агарулалзын» (свя-титься). Уточняющий подход современных авторов, видимо, учитывает здесь широкую распространен-ность среди алтайского народа «алкыш сцс» - «благо-словлений/благопожеланий», в общем не несущих в себе религиозного содержания. Это в первую очередь добрые пожелания, назидания, заклинания, основан-ные на вере в магическую силу слова, которые адре-суются старшими людьми младшим, дедами и бабка-ми - детям и внукам. Благодаря пройденному жиз-ненному пути, на основе опыта поколений они учат, наставляют молодежь тому, как выбрать правильный путь, не совершать ошибок, обрести стабильность и благосостояние.Перевод понятия «ад» использован в двух значени-ях «таамы» и «отту jер» («земля пламени»). В «Ойрот-ско-русском словаре» (1947) слово «таамы» объясняет-ся как мифологическое, фольклорное понятие, обозна-чающее ад, преисподнюю [12. С. 137]. Однако В.П. Ойношев считает, что «тамы» (букв. - пропасть) означает границу между Средним и Нижним мирами, имеющую также семантику темноты, угрозы. Иногда она обозначается термином «дьердин оозы» (букв. -пасть земли) [5. С. 136]. Таким образом, в алтайском языке сегодня не существует четкого значения термина «ад», что, может быть, объясняется относительно не-давним включением самого понятия в традиционное мировоззрение алтайцев.Для перевода понятия «душа» сейчас применяют-ся слова «тын», «jула». «Тын», как и у миссионеров начала ХХ в., - это душа живого человека, но душа умершего определена понятием «jула», а не «суне», как ранее. В.В. Радлов и В. И. Вербицкий считали, что «jула» - это душа умершего человека [6. С. 101]. У А.В. Анохина «jула» - двойник живого человека или животного, «jула» как и «сене» отделяется от реального живого существа и может жить самостоя-тельно вне своего обладателя [7. С. 19]. По мнению Н.А. Баскакова и Н.А. Яимовой, слово «jула» в ал-тайском языке имеет значение метаморфозы души «кут», это нематериальная, невидимая субстанция души, временно покинувшая живого человека [13. С. 11]. По сравнению с переводами миссионеров рас-ширен круг терминов, обозначающих «черные си-лы»: кцрмцстцр, кара jелбистер, шилемир. Объясня-ется это тем, что переводчики свободно владеют ал-тайским языком и знают традиционную культуру. По-прежнему не переведены еще на алтайский язык понятия «ангел», «апостол». Видимо, авторы совре-менного перевода не нашли функционального смы-слового их соответствия в алтайском языке и остави-ли их в изначальном виде.Таким образом, рассматривая переводы православ-ных текстов на алтайский язык, можно сделать вывод о стремлении дореволюционных и современных перево-дчиков найти языковые соответствия русским (древне-славянским) каноническим терминам. Но специфика традиций религиозно-мифологической системы алтай-цев порождает трудности, а иногда и невозможность89использования алтайских терминов в переводах, что синкретичную православно-традиционную картину затрудняет миссионерскую деятельность либо создает мира у алтайцев-православных.

Ключевые слова

missionary, orthodox, Altaic language, translation, term, миссионер, алтайский язык, православие, термин, перевод

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Тадышева Наталья ОлеговнаНаучно-исследовательский институт им. С.С. Суразакова (г. Горно-Алтайск)заместитель директораtadisheva@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Ойротско-русский словарь. М., 1947. 312 с.
Баскаков Н.А., Яимова Н.А. Шаманские мистерии Горного Алтая. Горно-Алтайск, 1993. 123 с.
Севортян Э.В. Этимологический словарь тюркских языков (общетюркские и межтюркские основы на гласные). М., 767 с.
Муйтуева В.А. Традиционная религиозно-мифологическая картина мира алтайцев. Горно-Алтайск, 2004. 166 с.
Потапов Л.П. Алтайский шаманизм. Л., 1991. 321 с.
ЦХАФ АК. Ф. 164. Оп. 1. Д. 3. Л. 20, 22.
Вербицкий В.И. Алтайские инородцы. М., 1893. 256 с.
Анохин А.В. Материалы по шаманству у алтайцев. Л., 1924. 152 с.
Словарь алтайского и аладагского наречий тюркского языка. Казань, 1884. 504 с.
Ойношев В.П. Система мифологических символов в алтайском героическом эпосе. Горно-Алтайск, 2006. 164 с.
Часослов. На наречии алтайских инородцев. Томск, 1895. 441 с.
Господа нашего Иисуса Христа Святое Евангелие от Матфея. На алтайском языке. Томск, 1878. 76 с.
Центр хранения архивных фондов Алтайского края (ЦХАФ АК). Ф. 164. Оп. 2. Д. 37. Л. 6-15.
 Особенности перевода православных текстов на алтайский язык | Вестн. Том. гос. ун-та. 2010. № 333.

Особенности перевода православных текстов на алтайский язык | Вестн. Том. гос. ун-та. 2010. № 333.

Полнотекстовая версия