Субъективная реальность и мозг: два вопроса, требующих теоретического решения | Вестн. Том. гос. ун-та. 2010. № 334.

Субъективная реальность и мозг: два вопроса, требующих теоретического решения

Показано, что явления субъективной реальности связаны с мозговыми процессами, как информация со своим носителем, представляющим определенную нейродинамическую систему. Обсуждается задача расшифровки мозговых кодов явлений субъективной реальности.

Subjective reality and brain: two questions for theoretical solution.pdf Проблема объяснения сознания с позиций психофизио-логии и нейронаук стала исключительно актуальной в ус-ловиях информационного общества и научно-технической революции, вызванной бурным развитием четырех мега-технологий. Это нанотехнологии, биотехнологии, инфор-мационные и когнитивные технологии (их связь обознача-ется в западной номенклатуре NBIC). Они взаимооплодо-творяют друг друга, создавая небывалые, чрезвычайно мощные средства преобразования человека и земной циви-лизации. В этом процессе стратегически важным звеном является разработка указанной проблемы, которая в клас-сическом варианте именуется проблемой «сознание и мозг». Ее суть выражена словами И.П. Павлова: «Каким образом материя мозга производит субъективное явление» [1. С. 247]. Она составляет центральный и наиболее труд-ный для исследования раздел психофизиологической про-блемы, включает существенные философские предпосыл-ки и аспекты, но остается научной по своему содержанию, методам исследования и результатам.Проблема «сознание и мозг» (mind-brain problem) вот уже более полувека находится в центре внимания аналити-ческой философии, где она представлена поистине колос-сальным объемом литературы (порядка тысячи моногра-фий и сборников, огромное число статей). Важно подчерк-нуть, что в подавляющем большинстве представители ана-литической философии опираются на результаты научных исследований; некоторые же из них принимают непосред-ственное участие в развитии когнитивных наук.Теоретические трудности проблемы «сознание и мозг» начинаются уже с определения сознания. Поня-тие сознания многомерно, не поддается линейной экс-пликации, требует специального кропотливого анализа (эти вопросы подробно обсуждаются) [2]. Для наших целей достаточно выделить его главное специфическое свойство, из-за которого оно становится камнем пре-ткновения для нейрофизиологических исследований и для научного объяснения вообще.Сознание обладает специфическим и неотъемле-мым качеством субъективной реальности (СР), кото-рое представляет осознаваемые психические состояния индивида, удостоверяющие для него факт его сущест-вования. Понятие СР охватывает как отдельные явле-ния и их виды (ощущения, восприятия, чувства, мысли, намерения, желания, волевые усилия и т.д.), так и це-лостное персональное образование, объединяемое на-шим Я, взятом в его относительном тождестве самому себе, а тем самым - в единстве его рефлексивных и арефлексивных, актуальных и диспозициональных из-мерений [3]. Это целостное образование представляет собой исторически развертывающийся континуум, временно прерываемый глубоким сном или случаями потери сознания. СР всегда представляет собой опре-192деленное «содержание», которое дано индивиду в фор-ме «текущего настоящего», т.е. сейчас, хотя это «со-держание» может относиться к прошлому и будущему. Все множество явлений СР, протекающих как последо-вательно, так и одновременно, в значительной степени организуется и управляется нашим Я, которое, в свою очередь, всегда в том или ином отношении проникнуто их «содержанием». Лишь в патологии возникают так называемые психические автоматизмы и другие прояв-ления деперсонализации - переживание чуждости, не-зависимости от Я отдельных явлений СР, их навязан-ности, неуправляемости [4].Качество СР обозначается в аналитической филосо-фии и другими терминами: «ментальное», «феноменаль-ное», «интроспективное», «субъективный опыт», «ква-лиа». Именно это качество создает главные теоретические трудности при попытках включить реальность сознания в естественно-научную картину мира, в частности при по-пытках объяснения его связи с мозговыми процессами. Наряду с этой онтологической трудностью перед нами не меньшая гносеологическая трудность. Явления СР опи-сываются в категориях интенциональности, смысла, цен-ности, цели, воли, а мозговые процессы - в категориях массы, энергии, электрохимических процессов, простран-ственных отношений. Возникает задача соотнесения и интеграции в единой концептуальной структуре двух языков описания и объяснения, которые не имеют между собой прямых логических связей.Эти онтологические и гносеологические трудности проблемы «сознание и мозг» (которые взаимообусловле-ны!) именуют в аналитической философии «провал в объ-яснении»; для их преодоления используется редукциони-стская стратегия, представленная в двух ее вариантах: фи-зикалистском (когда явления СР редуцируются к физиче-ским процессам) и функционалистском (когда они редуци-руются к функциональным отношениям). Сравнительно немногочисленные противники редукционизма (Т. Нагель, Д. Чалмерс, Дж. Серл и др.) не предлагают, однако, четкого концептуального решения указанной проблемы.Такое решение должно представлять собой теоре-тически корректный ответ, по крайней мере, на два следующих вопроса, составляющих суть проблемы «сознание и мозг»:I..Как объяснить связь явлений СР с мозговыми процессами, если первым нельзя приписывать физиче-ские, в том числе пространственные свойства, а вторые ими по необходимости обладают?II.Как объяснить способность явлений СР служить причиной телесных изменений, если им нельзя приписы-вать физические свойства (массу, энергию и др.)?Можно поставить и третий вопрос: как объяснить феномен свободы воли в свете детерминированностимозговых процессов? Он связан с первыми двумя глав-ными вопросами и зависит от их решения.В современных нейрофизиологических исследованиях и когнитивной науке эти вопросы неизбежно возникают, но они далеко не всегда четко выражены и осмыслены. При попытках их научного решения, как правило, явно или неявно используются метафизические или метанауч-ные посылки, которые определяют различные теоретиче-ские конструкции в психофизиологии. Задача состоит в том, чтобы не подключать к объяснению метафизические посылки, по крайней мере, в явном виде ограничиться теми понятиями и теоретическими принципами, которы-ми оперируют когнитивные науки.Для ответа на эти вопросы предлагается информаци-онный подход. В нем, следуя за Н. Винером, информа-ция определяется как «содержание сообщения» («со-держание сигнала»), т.е. в общепринятом смысле, кото-рый признается сторонниками различных концепций информации, опирающихся на научное знание. Оно не противоречит двум основным философским концепци-ям - атрибутивной, полагающей, что информация при-суща всей материи, и функциональной, ограничивающей область ее существования самоорганизующимися сис-темами, начиная с биологического уровня.Исходные посылки этого подхода следующие:(1)()Информация необходимо воплощена в своем физическом (материальном) носителе, который являет-ся определенной кодовой формой ее существования.(2)Информация инвариантна по отношению к фи-зическим свойствам своего носителя, т.е. может коди-роваться по-разному (сокращенно далее это именуется «принцип инвариантности»).К этому следует добавить одно разъяснение (3) и одно соглашение(4).(3)()В самоорганизующихся системах информация служит фактором управления. В силу посылки (2) именно информация, а не конкретные физические свойства ее носителя определяют на основе сложив-шейся кодовой зависимости цель, процесс и результат производимого действия.(4)Явления СР могут интерпретироваться в качест-ве информации. (В силу интенциональности явлений соз-нания, СР, их «содержательности»; ни одно из них не бывает «пустым». Например, мое восприятие дерева как явление моей СР есть информация о соответствующем внешнем предмете.). Если эти посылки и положения (3) и (4) принимаются, то из них следуют искомые объяснения.I. Явление СР связано с определенным мозговым процессом, как информация со своим носителем. Это особый тип функциональной связи, отличающийся от причинной связи. Рассмотрим пример. Я вижу сейчас дерево перед окном. Переживаемый мной образ дерева есть явление СР (обозначим его О), его носителем (со-гласно современным представлениям) является опре-деленная мозговая нейродинамическая система (обо-значим ее Х). Связь О и Х специфична в том плане, что О и Х есть явления одновременные и однопричинные, они находятся в отношении взаимооднозначного соответ-ствия. Такой тип функциональной связи я называю кодо-вой зависимостью. Х является кодом О. Поэтому нейро-физиологическое объяснение данного явления СР О со-стоит в расшифровке его нейродинамического кода Х.Задача такого рода носит герменевтический характер, она поставлена уже наукой и решается (вслед за расшифровкой кода ДНК и генома человека). Говорить о пространственной локализации явления СР можно лишь в том смысле, что оно воплощено в определенном нейродинамическом коде.Что означает задача расшифровки кода? Ведь информация существует исключительно в кодовой форме. Это может означать лишь одно: преобразование непонятного для данной системы кода в понятный. А постольку существуют два типа кодов, я называю их «естественными» и «чуждыми».«Естественные» коды непосредственно «понятны» той системе, которой они адресованы, «прозрачны» для нее, не требуют операции декодирования (слово «дерево» сразу понятно человеку, хорошо знающему русский язык, ему не нужно специально (сознательно) анализировать физические и структурные свойства этого кодового объекта и т.п.). Информация в форме естественного кода «готова» для управления.«Чуждые» коды требуют декодирования. Но это означает не что иное, как преобразование «чуждого» кода в «естественный» код. После того как найден и закреплен способ такого преобразования, «чуждый» код становится для самоорганизующейся системы «естественным», что знаменует акт ее развития. В самоорганизующейся системе существуют «первичные», ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ КОДЫ (например, код ДНК, частотно-импульсный код в нервной системе), над которыми настраиваются в процессе филогенеза и онтогенеза новые кодовые зависимости.В явлениях СР личности дана информации, так сказать, в «чистом» виде (т.е. те мозговые коды, в которых воплощены явления СР, нами не ощущаются, не отображаются). Этот фундаментальный факт нашей психической организации объясняется тем, что в силу посылки (2) у живых существ для приспособления к среде развивалась в процессе эволюции способность приобретения информации и эффективного оперирования ею, а отображение носителя информации оказывалось для этой цели не существенным и потому не развивалось. На основе этого принципа объясняется и сам факт субъективного переживания - почему объективно существующие в мозгу нейродинамический коды переживаются в качестве образов, мыслей и т.п., которых в мозгу нельзя обнаружить.Расшифровка мозговых кодов явлений СР - реальная научная задача. В этой области уже сейчас достигнуты значительные результаты. Ее решение способно вызвать судьбоносные для земной цивилизации последствия как позитивного, так и негативного_характера.Если мозговые коды явлений СР будут в существенной степени расшифрованы, то это поставит нас перед лицом чрезвычайных рисков, т.к. затронет фундаментальный принцип социальной самоорганизации -относительную «закрытость» внутреннего, субъективного мира личности. Будет нарушено неотъемлемое право личности: «открывать» другому свои мысли, намерения, чувства и т.п. лишь по своей воле. Кто, как, зачем станет «открывать» другого? Каковы могут быть социальные и иные последствия этого? Подобные вопросы требуют тщательного рассмотрения как в теоре-193тическом, так и в практическом плане. Перейдем к от-вету на второй вопрос.II. Явление СР способно выступать причиной те-лесных изменений в качестве информационной причи-ны. Ее отличие от физической причины определяется принципом инвариантности (причинный эффект вызыва-ется тут именно информацией на основе сложившейся кодовой зависимости, а не самими по себе конкретными физическими свойствами носителя данной информации). Психическая причинность есть вид информационной причинности, и важно подчеркнуть, что она ни в коей мере не затрагивает принцип физической причинности.Явление СР способно выступать не только причи-ной телесных изменений, но и причиной других явле-ний СР (когда, например, одна мысль влечет другую и т.п.). Феноменологически центром активности здесь выступает наше Я. Но если я могу по своей воле опери-ровать своими явлениями СР, то это равносильно то-му, что я могу по своей воле оперировать их нейроди-намическими кодами, т.е. управлять некоторым классом своих мозговых нейродинамических систем, а это означает, что Я представляет особую самооргани-зующуюся подсистему головного мозга.Эго-система образует высший уровень мозговой самоорганизации и управления; именно на этом уровне функционируют кодовые структуры типа Х. Она охва-тывает не только сферу сознательных, но и сферу бес-сознательных психических процессов, регулирует их взаимодействие. Только в контурах эго-системы ин-формационные процессы приобретают качество СР, что связано со специфическими кодовыми преобразо-ваниями. Эти кодовые преобразования представляют, в частности, и уникальные особенности эго-системы (и, значит, личностные особенности индивида), в том чис-ле и такой личностный параметр как волеизъявление. Используемое мной в данной работе и многих прежних публикациях понятие эгосистемы головного мозга до-вольно часто применяется в последнее время нейрофи-зиологами и психофизиологами [5].Таким образом, акт свободы воли (как в плане произ-водимого выбора, так и в плане генерации внутреннего усилия, а соответственно, генерации энергии для достиже-ния цели) есть акт самодетерминации. Тем самым устра-няется тезис о несовместимости понятий свободы воли и детерминизма, но детерминизм должен браться в смысле не только внешней, но и внутренней детерминации (зада-ваемой программами самоорганизующейся системы).Теоретическое решение двух главных вопросов про-блемы «сознание и мозг» имеет принципиальное значе-ние для развития психофизиологии и когнитивных наук в целом. Задача расшифровки мозговых кодов психическихявлений может рассматриваться как важнейший способ их нейрофизиологического объяснения.Рассмотрение задач и результатов исследований в области психофизиологической проблематики, которые интенсивно ведутся в добром десятке крупнейших за-падных научных центров, позволяет говорить о срав-нительно новом направлении в когнитивных науках -нейрокриптологии.Разумеется, я отдаю себе отчет, что предложенное мной теоретическое решение [6] является, так сказать, пробным, одним из мыслимых вариантов; оно должно пройти серьезные критические испытания; и было бы важно противопоставить ему конкурентную концеп-цию. Ибо только таким путем можно продвигаться в решении крайне трудных проблем.В заключение хотелось бы подчеркнуть, что на со-временном этапе развития когнитивных наук и нейро-наук (их области пересекаются, но далеко не совпада-ют), в условиях чрезвычайного обилия и разнообразия эмпирических данных, их высокой информационной избыточности, сохраняющейся разобщенности различ-ных дисциплин, исследующих головной мозг, острой актуальности междисциплинарных проблем возникает настоятельная потребность в специальной теоретиче-ской деятельности, которая способна служить оптими-зации исследований, сокращению в них избыточной информации (столь заметной в публикуемых результа-тах многих экспериментальных работ). Она призвана четко фиксировать узловые задачи, обозначать и сти-мулировать прорывные направления исследований.Думаю, в области нейронаук, особенно в психофи-зиологии, назревает то, что давно имеет место в облас-ти физики - разделение труда между экспериментато-рами и теоретиками, т.е. потребность в специализиро-ванной теоретической деятельности (Эйнштейн, Гей-зенберг, многие другие выдающиеся физики не зани-мались экспериментами, были теоретиками, но хорошо известно, что именно они играли первостепенную роль в развитии физики). Ряд крупных ученых говорят об этом, подчеркивая колоссальное накопление фактиче-ского материала, дефицит его упорядочения и инте-грального осмысления. Дж. Хокингс считает, что со-временные исследования мозга настоятельно требуют создания «теоретической нейробиологии» [7. С. 11]. В происходящем сейчас процессе становления такого рода специализированной теоретической деятельности первостепенная роль может принадлежать именно фи-лософам - профессионалам в области теории познания и методологии науки. Но для этого, конечно, они должны быть достаточно компетентны в соответст-вующих областях научного знания.

Ключевые слова

мозг, субъективная реальность, информация, нейродинамическая система, brain, subjective reality, information, neuro-dynamical system

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Дубровский Давид ИзраилевичИнститут философии Российской академии наук (г. Москва)доктор философских наук, профессор, главный научный сотрудникddi29@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Павлов И.П. Полное собрание сочинений. 2-е изд. М.; Л., 1951. Т. 2, кн. 2.
Проблема сознания в философии и науке / Под ред. проф. Д.И. Дубровского. М.: Канон+, 2009. 471 с.
Дубровский Д.И. Проблема идеального. Субъективная реальность. 2-е изд. доп. М.: Канон+, 2002. 368 с.
Дубровский Д.И. Гносеология субъективной реальности. Сознание, мозг, искусственный интеллект. М.: Стратегия-Центр, 2007. 272 с.
Матюшкин Д.П. О возможных нейрофизиологических основах природы внутреннего «Я» человека // Физиология человека. 2007. Т. 33, № 6. С. 1-10.
Дубровский Д.И. Психические явления и мозг. Философский анализ проблемы в связи с некоторыми актуальными задачами нейрофизиологии, психологии и кибернетики. М.: Наука, 1971. 386 с.
Хокингс Дж., Блейксли С. Об интеллекте. М.: Вильямс, 2007. 240 с.
 Субъективная реальность и мозг: два вопроса, требующих теоретического решения | Вестн. Том. гос. ун-та. 2010. № 334.

Субъективная реальность и мозг: два вопроса, требующих теоретического решения | Вестн. Том. гос. ун-та. 2010. № 334.

Полнотекстовая версия