«Человек играющий» в роли творца символической вселенной | Вестн. Том. гос. ун-та. 2011. № 344.

«Человек играющий» в роли творца символической вселенной

Предпринимается попытка определить человека как существо, играющее символами. Человек приобретает уникальную способность - придавать символическое значение окружающему его бытию и в связи с этим символически поступать. Символ выступает исходным элементом культуры и определяющим признаком человечества. Но к символам человек относится, творчески играя - он создает их, наделяет значением, интерпретирует и понимает.

Homo ludens as a creator of symbolic universe.pdf Человек представляет собой нечто уникальное,сложное, многообразное и обширное, что все его дефи-ниции нельзя считать удачными. Классическое опреде-ление человека как animal rationale представляется од-носторонним и неудовлетворительным. Рациональ-ность, будучи одной из наиболее существенных чертчеловеческой природы, отнюдь не исчерпывает ее вцелом. Человеку не в меньшей степени присуща ирра-циональность: наряду с интеллектуальными формамидеятельности он проявляет потенции, которые никак несхватываются с рациональной точки зрения. Таковыформы мифа, искусства, религии, отчасти языка, и по-этому разум выступает неадекватным термином дляпонимания разнообразных форм человеческой куль-турной жизни. В связи с этим ответ Сократа на вопросо человеческой природе является верным: он считал,что изучать человека тем же путем, каким изучают фи-зические предметы, невозможно. Физические вещиможно описать и определить в терминах их объектив-ных свойств, а человека - только в терминах его души.По Сократу, именно в душе заключена природа чело-века и способность к осознанию себя как самостоя-тельно думающего и действующего субъекта. Поэтомуприрода человека состоит в выработке собственногоотношения ко всему внешнему, в определенной оценкетого, что приходит извне, и самого себя. Главной ча-стью души является разум, которому противостоятстрасти, или аффекты, влекущие человека к неумерен-ности, чрезмерности и, тем самым, разрушающие егоравновесие. Разум есть источник того, что Сократ на-зывает «самообладанием», т.е. властью над стихийно-жизненными порывами. В силу этого обстоятельствасвободен только тот, кто умеет управлять страстями иих ограничивать.Неудовлетворительна и аристотелевская дефинициячеловека как «общественного животного», ибо соци-альность не является исключительной характеристикойчеловека: его функциональный круг гораздо шире.Специалисты разных областей науки (биологи, пси-хологи, этнологи, философы, политологи, социологи,экономисты и др.) подходили к проблеме дефинициичеловека с собственных точек зрения. Каждое научноемировоззрение, пытавшееся определить единство и од-нородность человеческой природы, было обречено налогическую ошибку «часть вместо целого», сводя сущ-ность человека к тем или иным ее проявлениям. На се-годняшний день синтезировать все эти частные аспектыи перспективы нет никакой возможности, и в этом обна-руживает себя кризис человеческого самопознания. Темне менее попытаемся раскрыть еще одну грань природычеловека, связанную с символизмом мышления и игро-вой стихией, пронизывающей его.Согласно Э. Кассиреру, человек сумел открыть но-вый способ адаптации к окружающей среде - символи-ческую систему, что целиком преобразовало всю егожизнь [1]. Человек живет не просто в более широкойреальности - он живет в ее новом измерении. Сущест-вует несомненное различие между органическими ре-акциями и человеческими ответами: если в первомслучае на внешний стимул дается прямой и непосред-ственный ответ, то во втором ответ задерживается из-замедленного и сложного процесса мышления. Человекне может избавиться от своего приобретения и начина-ет жить не только в физическом, но и в символическомуниверсуме. Частями этого универсума выступаютязык, миф, религия, искусство, наука и др. Все это -различные культурные формы, из которых сплетается,усложняясь, символическая сеть человеческого опыта.Физическая реальность начинает отдаляться по меретого, как растет символическая деятельность человека.Вследствие этого человек не противостоит реальностинепосредственно, а вместо того чтобы обратиться ксамим вещам, он постоянно обращен на самого себя.Человек начинает жить среди воображаемых эмоций, внадеждах и страхах, среди иллюзий и их утрат, средисобственных фантазий и грез. Он погружается в лин-гвистические формы, научные формулы, художествен-ные образы, мифологические символы или религиоз-ные ритуалы, которые понимает благодаря искусствен-ному посреднику. Заметим, так обстоят дела и в теоре-тической сфере, и в практической. С этой точки зренияможно уточнить и расширить классическое определе-ние человека, называя его animal symbolicum (симво-лическое животное). Благодаря этой дефиниции выде-ляется специфическое отличие человека и его цивили-зации. Впоследствии Ю.М. Лотман, характеризуя бы-тие человека, назвал его семиосферой, понимая под нейсемиотический континуум, обволакивающий человече-ское сообщество [2. Т. 1. С 191-199].Определения человека как символического живот-ного нашли свое продолжение (например, в концеп-циях Л. Уайта, С. Лангер и др.). Человеческий мозг,по Л. Уайту, имеет уникальную способность: прида-вать символическое значение предметам, действиям,текстам, идеям, а также поступать символически, бла-годаря развитию нервной системы. Символ выступаетисходным элементом всего человеческого поведенияи цивилизации, определяющим признаком человече-ства. Символизация информации позволила человекусоединить несоединимое в природе - мышление ипорядок. Суть способности человека к символизмуЛ. Уайт определял как умение абстрактно и произ-вольно составлять представления, наделять вещи исобытия реального мира значениями, которыми онинередко объективно не обладают, а также возмож-ность понимать эти значения [3].С. Лангер утверждает, что человеческое мышлениена всех его уровнях представляет собой символическийпроцесс. Символизм - это ключ к пониманию умствен-ной жизни, которая находится выше уровня животно-сти и принадлежит человеку. Символ и значение соз-дают человеческий мир. Приобретение символическогомышления, подчеркивает С. Лангер, считается вели-чайшей вехой в истории и начальной точкой интеллек-туального роста [4].Таким образом, можно утверждать, что символизм,а значит, символическое мышление и поведение, вы-ступают одними из характерных черт человеческойжизни, на которых основан весь прогресс бытия чело-века и его культуры.В чем же различие символической установки чело-века от способов поведения в животном мире?Эксперименты показали, что символические про-цессы у животных редки и труднонаблюдаемы, а то,что у них есть, выступает предшественником символи-ческих процессов у человека. В связи с этимЭ. Кассирер совершенно справедливо выдвигает требо-вание различия знаков и символов. Он считает очевид-ным фактом то, что в животном поведении обнаружи-ваются сложные системы знаков и сигналов. Так, соба-ка может реагировать на малейшие изменения в пове-дении хозяина, выражении его лица и на перемены вголосе. Но подобное поведение еще далеко до понима-ния символов в человеческой речи. Знаменитые опытыИ.П. Павлова показали, что животные могут быть обу-чены отвечать не только на прямые, но и на всякогорода опосредующие стимулы. Звонок, например, можетстать «знаком обеда», и дрессированное животное неприкоснется к пище, пока нет этого знака. Но данныеявления, называемые условными рефлексами, прямопротивоположны существенным чертам символиче-ской мысли человека.Символы нельзя свести только к знакам, так какзнаки и символы принадлежат двум различным уни-версумам дискурса. Если знак представляет собойчасть мира физического бытия, обладающий физиче-ским или субстанциональным бытием, то символ -часть человеческого мира значений, имеющий функ-циональную значимость. Об этом справедливо писалА.Ф. Лосев: «Символ вещи есть ее отражение, однаконе пассивное, не мертвое, а такое, которое несет в себесилу и мощь самой же действительности, посколькуоднажды полученное отражение перерабатывается всознании, анализируется в мысли, очищается от всегослучайного и несущественного и доходит до отраженияуже не просто чувственной поверхности вещей, но ихвнутренней закономерности. В этом смысле и надо по-нимать, что символ вещи порождает вещь» [5. С. 328].Таким образом, всякий знак, как и символ, являетсясмысловым отражением вещи, но далеко не всякийзнак модельно порождает вещь. Это значит, что символвсегда есть знак в аспекте своей морфемы (формы), ноне всякий знак есть символ в отношении наличия ме-таморфемы (содержания, смысла). Необходимо заме-тить, иногда знак может стать символом. Например,число 666 в математике есть только знак, но в религи-озном контексте оно становится мощным символом. Тоесть символ есть потенция знака, которая может в немактуализироваться.Человек творчески подходит к символам: создаетих, наделяет значением, интерпретирует, стараясь по-нять. Этот процесс является игровым, ввиду того чтолюбое творчество есть игра. Вся человеческая жизньзаполнена играми, а сама игра экзистенциально заданачеловеку. Но определяя человека как животное симво-лическое, Э. Кассирер и последователи его идей не вы-деляют игровой потенциал и тем более не выносят вдефиницию. Этот пробел компенсируют работы другихфилософов, занимавшихся проблемами игры в бытиичеловека. Так, Е. Финк предупреждает, что человеканадо называть не только homo politicus или homo faber,но и вслед за Й. Хейзингой homo ludens.Феномен игры охватывает собою всю человеческуюжизнь от начала до конца и существенным образомопределяет ее бытийный склад: «играть может толькочеловек», «игра есть исключительная возможность че-ловеческого бытия», «человек как человек есть игрок»,при этом «всякий игрок играет прежде всего самимсобой, принимая на себя определенную смысловуюфункцию» [6. С. 360, 366]. Игра - первичный элементчеловеческой активности, благодаря которому проис-ходит становление и развитие человека, организуетсяжизнь на уровне всеобщих прототипов социальногоповедения и действия. Человеческое сообщество с глу-бокой древности постоянно экспериментирует на игро-вом поле, а в социальной практике, благодаря игре,человек испытывает свои возможности, тем самым по-стигая самого себя и расширяя горизонты собственногобытия. Без игр просто невозможно полноценное суще-ствование индивида. Игровые практики придают чело-веческой жизни особый привкус, связанный с удоволь-ствием, безудержной радостью, азартом, тем самымзначительно снижая чувство тревожности, абсурдностии даже трагичности. Игра «заряжает» человека своимдинамизмом и энергией, в том числе духовной. В игрепроявляется одна из фундаментальных способностейчеловека - открыться миру возможного, попробоватьновое и примерить на себя, рискнуть на эксперимент ссамим собой, поверить в мечту и воплотить ее в жизнь.В игре человек стремится к некоему идеалу, совершен-ству, гармонии, что делает его человеком завершаемым,обретающим и понимающим свою сущность. В игречеловек становится «открытым» происходящему дей-ствию: он снимает свою «броню», освобождается отсковывающего его страха, обнажая самое сокровенное.Жизнь человека раскрывает и обретает себя в игре,выступающей своеобразным видимо-невидимым меха-низмом (подобно виртуальному миру), приводящим вдвижение инертную материю.Значение слова «игра» бесконечно разнообразно:«играют блики солнца», «играет волна», «судьба играетчеловеком», «играют цены на рынке», «художник игра-ет оттенками цвета», «актеры играют на сцене», «ребе-нок играет в песочнице», «слово (фраза) играет своимизначениями». Часто игра выступает в роли метафоры,рождая иллюзию действительного и создавая творче-ский, эвристический намек на существующую реаль-ность. Благодаря этому образ превращается в символ.Игровая метафора обозначает ритмическое повторе-ние какого-либо движения, не связанного с определеннойцелью, некую бесконечно воспроизводящую себя актив-ность. Через метафоры игра играет сознанием и поведе-нием человека. Внутри игры можно условно выделить дванакладывающихся друг на друга пространства: «види-мое» (поле вещей, предметов) и «невидимое, сокрытое»(поле смыслов). Игроки погружены в игровое смысловоеполе, наполняя новой культурно-символической нагруз-кой обычное поле вещей. Подобная черта, связанная сигрой, неслучайна: она изначально присуща человеку.Еще Ф. Шиллер обратил внимание на имманентно при-сущую человеку потребность наслаждаться видимостью,причем созидать последнюю таким образом, чтобы онапревосходила действительность, являлась более совер-шенной, изящной и эмоционально богатой, чем окру-жающий мир. В связи с этим Ф. Шиллер утверждал: «Че-ловек играет только тогда, когда он в полном значениислова человек, и он бывает вполне человеком лишь тогда,когда играет» [7. С. 241].Потребность жизни в вымышленном мире - одна изважнейших ипостасей игры. Таким образом, в игрепроисходит выход из видимого мира в мир метафор,знаков и символов, а через него - в семиотическоекультурное пространство.Игра всегда несет в себе определенный творческийзаряд, а творческая функция выступает как одна изчерт человеческого бытия. Так, Э. Кассирер справед-ливо замечает, что «человек не растворяется в массевнешних впечатлений, а укрощает эту массу, придаваяей определенную форму, происходящую в конце кон-цов из него самого, из думающего, чувствующего, же-лающего субъекта» [8. С. 169]. То, что человек спосо-бен на творчество, составляет еще одно отличительноесвойство: лишь человек среди всех существ способен кформотворчеству, в результате которого осуществляет-ся объективация, самосозерцание. Оно проявляется впервых звуках языка, развивается, становясь богаче иразнообразнее, в поэзии, изобразительном искусстве,религиозно-мифологических воззрениях, философско-научных понятиях и концепциях.Любое творчество есть игра с системой знаков и сим-волов. Человек-творец играет в свое искусство: такая игравозникает в результате появления нового символа и егосодержания не на основе существующей нормы, а слу-чайных, спонтанных, нередко бессознательных, сочета-ний несочетаемого, видения общеизвестного в ином, ори-гинальном ракурсе. При создании нового символа актив-но подключаются воображение и фантазия творца: онидействуют без плана и цели, соединяя по своему произво-лу далекие вещи, что приводит к появлению новых фи-гур, наполненных смыслом. Воображение и фантазияосуществляют игру природными и социокультурнымифеноменами, придавая им новое качественное измерение.Впоследствии более удачный эксперимент становитсянормой, тем самым обогащая имеющийся словарь симво-лов. Таким образом, творческий процесс изобретениясимволов связан с игрой воображения и фантазии автора.Символ всегда существует в поле интерпретаций, ипроинтерпретировать его можно бесчисленное числораз. В этом процессе также заявляет о себе человек иг-рающий. Интерпретация символа представляет собойбесконечный игровой процесс, в котором от самогосимвола переходят к скрытым в нем кодам и на их ос-нове - к более верному прочтению символа и снова ккодам и подкодам, но уже современности, а от них - кнепрестанному сравнению и сопоставлению разныхпрочтений. В результате интерпретатор получает ко-лоссальное игровое наслаждение, удовольствие от мно-голикости, многомерности, многосмысленности от-крывающейся картины. Эти чувства связаны не толькос тем, что может быть удалось приблизиться к перво-начальному коду-замыслу автора, а возможности пре-образовать собственный первоначальный код. Всякаяинтерпретация символа, заполняя новыми значениями«открытую форму» (по У. Эко) первоначального сооб-щения, не изменяющуюся в течение веков, дает началоновым сообщениям, которые призваны обогащать ко-ды-символы, перестраивая их и подготавливая почвузавтрашним интерпретаторам для нового прочтениязначения. Определяя этот непрерывный процесс об-новления, анализируя различные его фазы, человек каксущество, играющее символами, не в состоянии предска-зать те конкретные формы, в которые он выльется.В результате интерпретации символа и связанного сним текста необходимо учитывать множество факторов:историческую среду; реальные отношения и обстоятель-ства; представления, намерения, чувства сообщающего,вызываемые содержанием текста; воспроизведение вцелостности внутренних связей; интеллектуальный «го-ризонт» интерпретатора; многозначность слов; зависи-мость от контекста и смысла; личные особенности авто-ра и интерпретатора. С одной стороны, в результате ин-терпретации человек опирается на принятые в обществешаблоны, клише; с другой - он конструирует из себявесь мир и мерит его со своей точки зрения. Интерпре-татор приписывает объектам понимания смысл, которыйон черпает из собственных знаний, опыта и внутреннегомира одновременно. Необходимо помнить о существо-вании временной дистанции между текстом и интерпре-татором, что также может задавать новые смыслы сооб-щениям автора. Дело в том, что встреча с прошлым по-зволяет пересмотреть наши убеждения в процессе ин-терпретации. При этом происходит тесное единениевременных измерений - прошлого, настоящего и буду-щего, что влечет за собой одновременность существова-ния эпох, стилей, человечества. Вся совокупность ком-понентов и их игровое взаимодействие между собойдает возможность для существования множества интер-претаций, подобно тому, как сама действительность от-крыта для бесконечных толкований.Дать исчерпывающий перечень явлений, живыхсуществ и предметов, выступающих в качестве сим-волов, невозможно. В роли символов могут фигуриро-вать части земной поверхности, животные, растения,люди, цифры, скульптурные изображения, здания, мис-тические существа, запахи, цвета, вода, напитки, рели-гиозные и магические знаки, атрибуты государствен-ной власти, а также ритуалы и отдельные действия,например вспахивание земли.Приведем примеры интерпретации символов. Так,квадрат относится к числу одних из распространенныхсимволов, наделенных множеством значений. Благода-ря четкой геометрической форме квадрат обозначаетчисло 4, равенство, порядок, простоту, прямоту, муд-рость. Квадрат, олицетворяя образ мира, с древностиопределял форму поселения как «малого мира», а так-же служил моделью для храмовых построек (пирами-ды, пагоды, зиккурата, церкви). Помимо этого квадрат-ная структура, особенно в рамках мифологическогомышления, использовалась для описания пространства(четыре стороны света), для обозначения времени(4 части суток, 4 времени года, 4 человеческих возрас-та), для классификации социума (4 варны, касты вдревней Индии, 4 ранга в древнем Китае). Также квад-ратная схема совмещает в себе классификацию бинар-ных противопоставлений бытия, образующих устойчи-вую целостную структуру: верх - низ - правое - левое,огонь - вода - земля - воздух. Интерпретация смыслаэтого символа зависит от контекста использования.Рассмотрим еще один наиболее часто встречаемыйв мифах и искусстве народов мира символ и его значе-ние - быка. В русской народной традиции бык был осо-бо почитаемым животным, основой скотоводческогохозяйства, воплощением силы и опорой земли. Быкизвестен и как жертвенное животное. Когда на празд-ник в Ильин день собиралась мужская скотоводческаябратчина, закалывали специально откормленного всейобщиной быка: само животное съедали, а его костисохраняли как амулеты, считая, что они приносят уда-чу. Также быки (или туры) на Руси олицетворяли муж-скую воинскую силу и посвящались Перуну.Академик Б.А. Рыбаков в работе «Язычество Древ-ней Руси» описывает ритуальные игры - «турицы»:парни наряжались быками и старались боднуть деву-шек в «непотребное» место. Эта игра указывает наярую, связанную с плодовитостью, роль быка [9].Подобное почитание быка можно обнаружить и у дру-гих народов. На Крите существовали ритуальные игры -сражения с быком. При этом имеются изображенияпраздника, где люди стоят в бычьих масках. У древнихгреков бык был связан с символикой Громовержца:вспомним, что в греческих мифах Зевс обратился в быка,чтобы похитить красавицу Европу. Во время древнегре-ческого праздника Буффоний убивали быка, съевшегожертвенный хлеб. Римляне своему Богу Грозы - Юпите-ру - приносили в жертву быка, а сам Юпитер иногда изо-бражался как бык. В зороастрийской мифологии богМитра убивает быка, и это один из его основных подви-гов. Все эти обряды жертвенности быка связаны с древ-нейшими представлениями о сезонной смерти и возрож-дении громовержца, а также с обрядом ритуального со-стязания и последующего принесения в жертву священ-ного животного (в данных случаях быка). К примеру, вИспании до сих пор проводят корриду, являющуюся от-голоском древних игр и жертвоприношений.Однако символика быка не так проста. Так, в Индиибык олицетворяет космическое начало. Считалось, чтоголова быка и его рога отгоняют нечистую силу. Обы-чай пить из бычьих рогов на Руси и Кавказе символи-зирует древнюю охранительную магию, оберег от яда ивсякого проявления зла.Помимо этого бык связан с лунными богами. Из-вестно, что в древнеиранской и древнеиндийской тра-дициях бык - образ лунного божества. В иранской ми-фологии месяц называют «имеющим семя быка», вШумере и Аккаде Бог Луны Син изображался в обликесинебородого быка.Символы не только многозначны, но порой и проти-воречивы: они включают в себя полярные понятия и цен-ности, например, добро и зло, жизнь и смерть. Так, змея вмифах, искусстве, а также психотерапевтической практи-ке толкования сновидений выступает символом бессозна-тельного, инстинктивного уровня человека, а также муд-рости, бессмертия (поскольку сбрасывает кожу) и счита-ется символом души, которая есть залог жизни послежизни. Змея воплощает также потусторонний мир, по-скольку встречается в подземных пещерах и на болоте.Способность к внезапной атаке и таящаяся в змее смер-тельная опасность сделали ее символом страха. Такимобразом, змея воплощает собой противоречивость земно-го существования. Ее целование во время древних ритуа-лов символизирует победу над инстинктами и страхами.Отметим, что змея связывается с землей - богиней-матерью, поэтому в наиболее архаических культурахбогиня-прародительница имеет змеиный облик. Напри-мер, у народа майя верховная богиня представлялась ввиде женщины со звериными лапами и змеей на голове.Древнемексиканская богиня-мать Чуакоатль изобража-лась с ребенком на руках и считалась «женой змея». Бо-гиня Коатликуэ (заметим, ее имя содержит слово «ко-атль», означающее «змея») сочетала в себе человеческиеи зооморфные черты: голова богини представляла собойдве змеиные головы, ее пальцы изображались в видезмеиных голов с клыками, а на ногах были огромныекогти, ее юбка сплетена из змей. В целом змеи повсеме-стно олицетворяют собой плодородие земли и различ-ные женские черты (в том числе, изворотливость, пла-стичность, коварство, агрессивность).В Риме существовал обряд кормления девушкамизмеи, что напрямую было связано с плодородием года:принятие змеей корма символизировало оплодотворе-ние девушки, которое должно было оказать магическоевлияние на урожай и общее изобилие. Сама символикасвязывалась с сезонным возрождением и умираниемприроды, а также с женскими жреческими посвяще-ниями, культом брака и любви. Помимо этого данныйобряд использовался и при инициации. Здесь кормле-ние змеи проводилось для проверки девственности ис-пытуемой: поглощение змеей предлагаемой еды дока-зывало невинность девушки.У скифов и славян связь женщин и змей также но-сила культовый сакральный характер. Так, легенда гла-сит о происхождении скифов от полуженщины-полузмеи. Повсеместный культ змей у славян был свя-зан с плодородием. Кроме этого, одним из основныхоберегов у русских вплоть до XIX в. был медальон-«змеевик», на котором изображались змея и женщина.Символ змеи дошел до наших дней (например, он изо-бражен на мексиканском флаге, периодически о немвспоминают в тенденциях моды, используя как элементодежды или аксессуар, воплощающий женское начало).Таким образом, человеческую культуру образуютразличные виды творческой деятельности, которыеразвиваются своими путями, преследуя собственныецели. Всякая культура творит определенные духовныеобразно-символические миры, поэтому нет бытия внемышления и символ - основа бытия.Символ есть творческая энергия и стимул духовнойжизни человека, несущий в себе многомерность смы-слов и открывающий новые пути в неданное. Символвыражает сложную логическую связь, где есть нераз-личимое тождество общего и особенного, идеального иреального, бесконечного и конечного. Познавательнаядеятельность человека представляет собой творческуюфункцию сознания, оперирующего в виде игры конст-руктами символов и их значениями.Любой текст (религиозный, художественный, науч-ный и др.), благодаря символам, открыт для множестваинтерпретаций смыслов, существующих в системе соци-альных коммуникаций. Символ предстает для человека,воспринимающего его, в единстве буквальных и скрытых,явных и неявных значений и смыслов, которые, как в ка-лейдоскопе, находятся каждый раз в новых конфигураци-ях. Процесс интерпретации символа развивается на рубе-же слияния сознаний двух субъектов - как диалог междуавтором и интерпретатором. Посредством этого диалогапроисходит рождение нового смысла, способствующегопродолжению жизни текста и укоренению традиции. Са-мое главное для человека, воспринимающего символ, -понять и интерпретировать его смысл.Интерпретация символов есть сложный игровойпроцесс, включающий в себя взаимодействие множест-ва компонентов, способствующих пониманию смысла.Человек с помощью интерпретации может бесконечнорасширять свое представление о мире.Мир символов не дан человеку в качестве готовогои предсуществующего материала, когда-то и кем-тосозданного. Мир символов задан, загадан человеку какбесконечная и вечная игра. Человек, даже на граняхсоприкосновения с животным и растительным миром,остается «символическим животным», оперирующимсимволами и их значениями, конструирующим мир всимволических образах благодаря созерцательной, по-рождающей, творческой силе. Человек - художник-творец; кем бы он ни был и чем бы он ни занимался, влюбой сфере он - существо, играющее символами.Данная дефиниция более широко представляет челове-ка, подразумевая следующие аспекты:- человек, играя, творит символическую вселенную,состоящую из различных символических форм (наука,язык, искусство, религия и др.);- человек в своем бытии умело оперирует и лавиру-ет между символическими формами и, переходя из од-ной формы в другую, сознательно меняет свои игровыемаски и коды дешифровки;- человек как существо творческое постоянно соз-дает символы и наделяет их смыслами;- символы составляют основу различных символи-ческих форм;- символ несет в себе множество значений, что даетвозможность интеллектуальной творческой игре ихсмыслами и интерпретациями в зависимости от кон-текста;- в игровой символической стихии раскрываетсясущность человека и происходит постижение самогосебя;- с помощью символов человек получает возмож-ность выхода из видимого мира вещей и явлений в не-видимый мир символических значений, смыслов (свое-образный сверхмир), что помогает ему ориентировать-ся в окружающем и наделяет даром прогнозировать(нередко даже предвосхищать) тенденции и событии.Каждая конкретная культурная эпоха определяетсястепенью своей открытости игре символами, мерой ихинтерпретации и понимания. Кассиреровский принцип«мы познаем не предметы... а предметно» раз и навсе-гда исключает возможность познания самого предмета.В переносе на антропологическую проблематику ука-занный принцип полностью сохраняет свое значение.Между человеком и миром не может быть никакой не-посредственной связи. Человек, играя, творит мир по-средством символов, и этим кругом очерчивается мис-сия его жизни. Он - узник мира образов, сотворенныхим самим, и всякая попытка выхождения за пределыэтого мира квалифицируется как философская мистика.Современная философия и наука не могут опреде-лить в-себе-бытие человеческой природы вне явлений,они не способны познать сущность человека вне куль-туры. Поэтому дефиниция сущности человека можетбыть только функциональной. Это значит: человеканевозможно понять посредством какого-либо имма-нентного принципа, конституирующего его метафизи-ческую сущность, ни тем более с помощью эмпириче-ского рассмотрения тех или иных врожденных способ-ностей. Сущность человека исчерпывается кругом егодеяний, важнейшими составляющими которых являют-ся язык, миф, религия, искусство, наука. Природа чело-века проявляется через деятельность его души в созда-нии символов и символических форм, благодаря кото-рым возникает новое измерение реальности. Главнаячерта и потребность человека - символизация деятель-ности и мышления. Поэтому бытие человека окруженосемиотическим континуумом, а символотворческаяигровая функция выступает как одна из первичных ибазовых в бытии человека. С ее помощью человек от-крывается миру возможного и творит самого себя, оп-ределяя все бытие печатью человеческого смысла.

Ключевые слова

animal symbolicum, homo ludens, символ, игра, интерпретация, animal symbolicum, homo ludens, symbol, play, interpretation

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Яковлева Елена ЛюдвиговнаИнститута экономики, управления иправа (г. Казань)mifoigra@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Кассирер Э. Опыт о человеке. Введение в философию человеческой культуры // Избранное. Опыт о человеке. М., 1998. С. 440-723.
Лотман Ю.М. Символ в системе культуры // Избранные статьи: В 3 т. Таллинн, 1992. Т. 1. С. 191-199.
Уайт Л.А. Работы по культурологии. М., 1996.
Лангер С. Философия в новом ключе. М., 2000.
Лосев А.Ф. Проблема символа и реалистическое искусство. М., 1977. С. 328.
Финк Е. Основные феномены человеческого бытия // Проблема человека в западной философии. М., 1988. С. 357-403.
Шиллер Ф. Письма об эстетическом воспитании человека // Собр. соч.: В 6 т. М., 1959. Т. 6. С. 241.
Кассирер Э. Натуралистическое и гуманистическое обоснование философии культуры // Избранное. Опыт о человеке. М., 1998. С. 155-182.
Рыбаков Б. Язычество Древней Руси // Мифы древних славян. Саратов, 1993. С. 146-246.
 «Человек играющий» в роли творца символической вселенной | Вестн. Том. гос. ун-та. 2011. № 344.

«Человек играющий» в роли творца символической вселенной | Вестн. Том. гос. ун-та. 2011. № 344.

Полнотекстовая версия