Дихотомия «центр - регионы» в контексте поисков национальной идентичности России (историографический аспект) | Вестн. Том. гос. ун-та. 2011. № 344.

Дихотомия «центр - регионы» в контексте поисков национальной идентичности России (историографический аспект)

Показана взаимосвязь отношений регионов и федерального центра и формирования национальной идентичности России на снове привлечения отечественной и зарубежной историографии. Автор приходит к выводу о том, что современные процессы централизации страны затрудняют поиски национальной идеи России и угрожают демократизации страны.

Centre - regions relations in the context of national identity formation in Russia (historiographic aspect).pdf «Единственным самым значимым вызовом» для со-временной России ряд специалистов называет пробле-му формирования национальной идентичности [1.С. 151]. Распад СССР и рождение нового государства -Российской Федерации/России - вновь вывело на пове-стку дня проблемы самоидентификации страны. Ответна вопрос, кто мы - «русские», «россияне» и т.д., ос-ложняется рядом фактором, в том числе мультинацио-нальным характером населения страны, региональны-ми диспропорциями и сложным и противоречивымнаследием советской эпохи, которая ввела новую кате-горию идентификации - «советский народ».В этой связи надо заметить, что формированию на-циональной идентичности мешают трудности методо-логического характера и отсутствие адекватной совре-менным реалиям терминологии. В результате понятия«национальность» и «нация» в России не совпадают,скорее, наоборот, в некотором смысле противопостав-лены друг другу: «...нацию как согражданство, какединство граждан одной страны независимо от их эт-нической принадлежности не воспринимает в Россиипрактически никто. Это может, в конечном счете, по-ставить под угрозу институциональную устойчивость ицелостность государства» [2. С. 138-139]. Схожая про-блема возникает с использованием таких терминов, как«государство» и «отечество», противопоставление ко-торых в современном обществе усиливается [3. C. 6-7].Российское руководство в попытке преодолеть этитрудности и не допустить дальнейшего раскола обще-ства с 1990-х гг. находится в поиске сплачивающейпредставителей разных этносов и религий идеи какосновы для формирования национальной идентично-сти. Определение природы взаимоотношений «центр -регионы» в современной России предполагает обраще-ние к историографии вопроса и выяснению принципи-альных различий во взглядах отечественных и запад-ных специалистов на значимость противоречий в рам-ках схемы «центр - периферия» в процессе складыва-ния национальной идентичности.Отечественные и западные эксперты предлагаютразные объяснения неудач российского руководства поформированию национальной идентичности. Россий-ские авторы, ссылаясь на многочисленные историче-ские примеры и труды отечественных философов, кон-статируют, что для России характерны «вечный расколобщества» и, соответственно, бесплотные поиски объе-диняющей идеи [4. C. 167]. Зарубежные эксперты на-строены не так пессимистично, но и обнадеживающихпрогнозов давать не склонны. Так, профессор русскойистории Европейского исследовательского институтапри Университете Сэлфорд (Соединенное Королевст-во) В. Толц вполне справедливо называет основнымипрепятствиями на пути складывания национальнойидентичности в России слабость государства, экономи-ческую поляризацию общества, растущую внутреннююксенофобию по отношению к выходцам с СеверногоКавказа и антиисламистские настроения [5. C. 178].Названные факторы носят долгосрочный характер. Не-смотря на наличие огромной территории, мощныхВооруженных сил и значительного научно-технического потенциала, Россия по-прежнему отстаетот ведущих государств по уровню развития социальнойинфраструктуры и конкурентоспособной экономики.Эта ситуация ведет к тому, что к названному кругу де-структивных явлений добавляются противоречия меж-ду центром и регионами, а значит, к продолжению раз-деления страны «на составляющие по этническим итерриториальным признакам» [6. C. 6-7].В контексте российских проблем усиления погра-ничных конфликтов в послесоветское время практиче-ский интерес представляет подход зарубежных экспер-тов к схожим проблемам. По их оценкам, одна из клю-чевых причин возобновления этнонациональных кон-фликтов в западноевропейском регионе в 1960-х гг. -это отсутствие адекватной теории идентичности в этовремя. Об этом со всей очевидностью свидетельствуютприводимые Э. Эриксеном в ставшей классическойработе «Этничность и национализм» цифры: «...в1991 г. из 37 вооруженных конфликтов, существующихв мире, 35 относились к внутренним этническим спо-рам» [7. С. 26]. Произошедшее в России в 1990-е гг. рас-слоение социального самосознания («русские» и «рос-сияне», «новые русские» и т.д.) углубило проблему на-ционального самосознания в контексте таких категорий,как патриотизм, гражданская позиция, уважение к про-шлому страны. Чувство стабильности и уверенности взавтрашнем дне было потеряно миллионами человекпосле распада СССР, и по сей день оно не свойственнобольшинству населения РФ. Трагедия гоголевского «ма-ленького человека» остро проявляется в нынешней си-туации экономического, а подспудно - нравственно-культурного, социального кризиса [8. C. 3-4]. Не слу-чайно специалисты с тревогой отмечают, что «десяткитысяч индивидов продолжают ощущать ситуацию об-рушившегося социального мира, возникновение некихиных граней социальной жизни, которые едва ли ещеможно в полной мере осмыслить», и относят эту ситуа-цию, прежде всего, к жителям регионов [9. C. 216-218].Действительно, увеличивающийся разрыв в доходахи доступе к ресурсам между центром и остальнымитерриториями приводит к обострению социальнойконфликтности в регионах. Эти тенденции, особенно вусловиях экономического кризиса, могут быть воспри-няты внутри страны как возможность для определен-ных западных сил спекулировать на политической исоциально-экономической слабости России. После рас-пада СССР ряд западных и прозападных стран пыта-лись воспользоваться сложившейся геополитическойситуацией в своих интересах, изобретая планы по раз-делению РФ и сокращению ее территории [10. C. 214].Евро-американский мир и в сегодняшних условиях пы-тается эксплуатировать тезис о «раздробленности» рос-сийского государства, убеждая, что «маленькие Россиибудут более конкурентоспособны» [11. C. 255-256].Обострение мировой конкуренции в условиях на-чавшегося осенью 2008 г. мирового экономическогокризиса за получение доступа к энергетическим, сырь-евым, инновационным, людским и территориальнымресурсам затронуло в первую очередь менее развитые иотсталые страны. Россия как страна с переходной эко-номикой и рядом внутренних социально-политическихпроблем (таких как, например, демографическая), ис-пытывает на себе воздействие этого кризиса и по-прежнему является привлекательным объектом дляспекуляций о ее дальнейших возможностях контроли-ровать и развивать всю территорию страны. Очевидно,что игнорирование социальных процессов в регионахбудет способствовать росту подобных настроений зарубежом и внутри страны.Вместе с тем быстроменяющаяся ситуация внутристраны и в мире заставляет думать о том, что академи-ческие круги, экспертные сообщества и политики явноне успевают осмысливать происходящие процессы,привносимые невиданной ранее взаимозависимостьюгосударств и регионов. Ошибочное прогнозированиеэкспертов по части развития регионов очевидно ужесейчас. Так, по подсчетам специалистов, к 2020 г. «Мо-сква утратит роль единого центра» и появится новый,претендующий на роль второй или третьей столицы,центр в Центральной Сибири [10. C. 229]. Авторы про-гнозов, вероятно, имели в виду укрепление регионов(хотя бы одного) и возвращение части властных пол-номочий в ущерб выстроенной «вертикали власти».Очевидно, что в настоящий момент картина совершен-но иная, и пока не наблюдается условий, способныхобеспечить их осуществление. Исследователи полага-ют, что для сохранения целостности России наиболееприемлемым стало бы продолжение административнойреформы, инициированной еще В. Путиным, разви-вающее не только «вертикальные», но и «горизонталь-ные» связи. Последние ослабляли бы одностороннийдиктат со стороны Москвы и поощряли (в том числефинансово) инициативы на местах [12. C. 222]. Ситуа-ция углубляющегося дисбаланса в развитии как от-дельных территорий, так и по схеме «центр - регионы»угрожает динамичному развитию страны в целом истановлению плюралистического гражданского обще-ства. Наоборот, сложившиеся институциональныепрактики, по мнению исследователя Европейскогоуниверситета в Санкт-Петербурге И. Шевченко, «де-лают российское правительство все более схожим с егосоветским предшественником» [13. С. 185].Так, американский профессор политических наукТ. Шерлок, задаваясь вопросом, как уменьшить «норма-тивное и идеологическое расстояние между либераль-ными западными демократиями и Россией», приводитряд доводов, которые скорее являются основанием дляновых размышлений и поисков, чем способствуют раз-решению поставленного вопроса. По мнению американ-ского специалиста, Западу необходимо поддерживатьинтеграцию России в «ключевые международные ин-ституты и мировую экономику», в то же время оказываядавление на российское руководство с тем, чтобы онопродолжало внедрение и укрепление демократическихлиберальных ценностей [1. С. 184-185].С тревогой Т. Шерлок констатирует, что если Рос-сия продолжит свой нынешний политический курс, тоона все «больше будет страдать от самой себе навязан-ной амнезии» - идеализации советской (особенно ста-линской) эпохи, ставшей с 1990-х гг. своеобразным«реваншем прошлого». Увлеченность этим «возрожде-нием» советской эпохи и ностальгия по сталинскойэпохе со всей очевидностью ослабляют «способностьобщества определить свою политическую идентич-ность в гражданских и демократических терминах» [1.С. 150-151]. Вслед за И. Шевченко американский иссле-дователь предупреждает, что в случае усиления центра-лизации власти в России и других идущих вразрез с де-мократическими принципами процессов российскоегосударство все больше и больше «будет напоминатьсвоего советского предшественника, требующего ог-ромных жертв от русского общества» [1. С. 185].Вряд ли подобные оценки и прогнозы западныхспециалистов следует воспринимать как крайность илиспекуляции в угоду антироссийским силам. Уже упо-мянутый Т. Шерлок, отмечая угрожающий политиче-скими проблемами рост идеализации советского про-шлого, вместе с тем обосновывает закономерность это-го феномена. Вполне справедливо он указывает, чтопозитивное возрождение советской эры способно гене-рировать гордость и чувство цели для русских, демора-лизованных политической и экономической нестабиль-ностью в постсоветский период. Справедливости радинадо отметить, что российское руководство пытается«вывести» историю страны за рамки сталинской эпохи.В качестве национальной идеи, способной сформиро-вать российскую идентичность и сплотить нацию, ны-нешнее руководство страны видит идею «оживления»героических страниц истории, обращение к прошлому,историческим корням страны. Достаточно вспомнитьзамену наиболее значимых советских праздников наблизкие по датам героические события из отечествен-ной истории, например 4 ноября 1612 г. В этой связироссийские эксперты фиксируют появление феномена«утраченного прошлого»: рождение новых националь-ных историй на постсоветском пространстве, которыезаявили свои права на часть русской истории… но вконце концов, вызвали обратную реакцию - стремле-ние "защитить" собственную историю от «посяга-тельств» [14. C. 321].В последние годы сплачивающей национальнойидеей становится обращение к событиям Великой Оте-чественной войны: «...память о войне, причиненных еюбезмерных страданиях, огромных жертвах, освободи-тельной миссии советского народа и Великой победестановится мощной объединяющей силой, формирую-щей российскую национальную идентичность» [15.C. 18]. Дата победы над фашистской Германией и еесоюзниками, несомненно, является единственной «са-кральной датой», которая сегодня сплачивает разныепоколения [16. C. 449]. Подготовка к прошедшемупразднованию 65-летия Победы подтвердила этот те-зис, но в перспективе «временный» характер этой идеиочевиден: новые поколения явно будут нуждаться вдругих «скрепах» национального самосознания. Следу-ет принимать во внимание и тот факт, что «сверхуспущенные» «памятные» даты плохо приживаются,особенно если они не учитывают потребностей и инте-ресов масс большинства населения, а не отдельных егогрупп. Очевидно также, что решение задачи сплочениянаселения должно подкрепляться федеральной полити-кой по налаживанию соответствующей инфраструкту-ры в регионах: строительством железных и автомо-бильных дорог, аэропортов международного значения,доступными ценами на жилье, проезд по России и т.д.Происходящие в стране процессы пока вызываютбольше критики, чем понимания у зарубежных истори-ков, и это неслучайно. С укреплением позиций Россиина международной арене, ростом ее экономики (которыйзатормозил начавшийся в октябре 2008 г. мировой фи-нансовый кризис) движение России по пути установле-ния все большего государственного контроля государст-ва над экономикой и отказ от реального внедрения не-олиберальной экономической стратегии вызывают тре-вогу у западных специалистов [17. С. 248-257]. Толькотакой экономический курс, предрекает профессор поли-тики из Калифорнийского университета (Беркли, США)М. Стивен, может содействовать демократизации стра-ны, невозможной без развития и автономии негосудар-ственных организаций, плюрализма в партийно-политической системе и пр. [17. С. 265].Особо отметим, что за прошедшее десятилетие всебольше работ посвящено вопросу усиления централь-ной власти в ущерб регионам [18, 19]. Западные экс-перты, оценивая российскую политику 1990-х и начала2000-х гг. фиксировали только два варианта взаимоот-ношений «центр - регионы». В первом случае, харак-терном для последнего десятилетия XX в., регионы,воспользовавшись очевидной слабостью центра, «заби-рали» у него все больше полномочий, что грозило не-стабильностью и экономическим коллапсом. Во второмслучае (начиная с президентства В. Путина) федераль-ная власть, вернув себе полномочия, «забрала лишне-го» у регионов, в связи с чем произошел и происходит«откат» от демократических преобразований и нерав-номерное распределение средств между отдельнымитерриториями страны. Во втором случае, как видно,вновь ситуация угрожает обострением социальныхпротиворечий и серьезными экономическими трудно-стями.Западные эксперты неслучайно так много (на пер-вый взгляд, даже чрезмерно) внимания уделяют ста-новлению демократической организации общества вРоссии. Российское государство, несмотря на его уча-стие в таких организациях, как «Большая восьмерка»является страной «переходного типа», для которой вы-бор модели политического устройства обусловливаетвозможности демократического развития.Специалисты указывают, что в контексте отноше-ний «Москва - регионы» проблема формирования на-циональной идентичности по-прежнему носит характерполитической проблемы (выделено авт. - Е.Х.), и этосвойственно не только России, но и другим государст-вам переходного типа. «Политический» характер со-временных диспутов и рефлексий по проблемам «на-циестроительства», по удачному выражению В. Соло-вей [20. C. 98], не в последнюю очередь объясняетсятрудностями, с которыми столкнулось руководство РФпри создании эффективной «вертикали» власти. Бес-спорно, административные реформы ставили целью нестолько укрепление единства страны и борьбу с регио-нализмом, сколько сырьевое подчинение регионов цен-тру. Именно эта «реальная» задача и вызвала обратнуюреакцию - регионализм стал набирать обороты на ру-беже веков. Возрастание роли региональной идентич-ности в противовес национальной - яркое свидетельст-во этому процессу. Неслучайно, что такая дисциплина,как «регионоведение» появилась в учебных планахроссийских вузов относительно недавно. Ее появлениесвязывают с интересом к развитию отдельных регио-нов и регионального самосознания [21. С. 82]. Схожуюситуацию фиксируют и зарубежные специалисты, от-мечая, что в современном мире региональные идентич-ности сообществ стали более значимы, чем националь-ное самосознание [7. С. 37].Ряд специалистов в этой связи отождествляют ре-гиональную идентичность с «отгораживанием» или«изоляцией» региона от центра [2. C. 148], что, какпредставляется, в нынешних условиях только поощря-ется (осознанно или неосознанно) государственнойвластью, призывающей со страниц печати и экрановтелевидения к экономии в непростых финансовых ус-ловиях. Регионализм уже становится особенностьюмышления, что внушает очевидное беспокойство нафоне поиска объединяющей национальной идеи Рос-сии. Если в конце 1990-х гг. зарубежные исследователификсировали усиление децентрализации управления вРФ как результат развития демократических норм иинститутов, то сейчас картина диаметрально противо-положная [22. С. 41].Процесс регионализации, выражающийся в росте се-паратистских настроений и повышении числа межэтни-ческих конфликтов, набирает обороты. Любопытныестатистические данные приводит И. Сухов: «Доля рес-пондентов, считающих себя в первую очередь жителямиРоссии, редко где превышает 50%. Среди остальныхчаще встречаются те, кто идентифицирует себя со своимрегионом или даже населенным пунктом» [2. C. 147].Исследователи предупреждают: успешное строительст-во новой российской государственности, которая пред-ставляет собой очередную попытку системной модерни-зации, зависит от того, с какой долей приоритетностируководство страны будет решать проблемы этнополи-тического и цивилизационного характера [23. C. 197].В связи с этим очевидна другая черта современнойобщественно-политической жизни России - кратко-срочная выстроенность отношений центра с регионами,что грозит потерей национального единства. Эта си-туация закономерна, поскольку специфическая изоля-ция, или «отчужденность», регионов от центра и дажедруг от друга диктуется факторами объективного исубъективного порядка. К первым относятся природно-климатические условия России: ее огромные террито-рии, в том числе области с суровым климатом, по-прежнему в массе своей остающиеся слабо связаннымитранспортными артериями, особенно в Сибири и наДальнем Востоке. Среди субъективных факторов ис-следователи называют региональную политику центра.В частности, американские авторы Ф. Хилл и К. Гэдди,специализирующиеся на истории Сибири, с пессимизмомотмечают: «Воздействие развития новых технологий оста-ется под вопросом, а Москва - скорее исключение, под-тверждающее правило, чем путеводная звезда для развитияостальной России. Москва - не пример для подражания,ведь она не способна поделиться своими выгодами с ос-тальной страной. Вместо того чтобы прокладывать путьвперед, ее расцвет обнажает проблемы РФ. Москва имеетвсе, чего не имеет Россия в целом, включая концентрациюновейших технологий и инфраструктуру. Таким образом,основная проблема - как развить остальную Россию сораз-мерно Москве» [24. C. 142].Процессы глобализации тем самым актуализируютзадачу национальной «интеграции общества» в РФ,решение которой наталкивается на одно из таких еепроявлений, как жесткая привязка к схеме «демокра-тия - авторитаризм» [25. C. 106]. Централизация вла-сти, начавшаяся при В. Путине, тормозит процесс де-мократизации и волеизъявления регионов. Поиск адек-ватной национальной идентичности на фоне экономи-ческих трудностей в современной России делает странукрайне уязвимой перед влиянием мировых процессовглобализации, естественным «ответом» на которые состороны любого государства является «защита» нацио-нальных традиций и ценностей от иностранного воз-действия. Как представляется, механизм такой «защи-ты» еще не выработан, и свидетельством этого, помнению отечественного исследователя И. Сухова, яв-ляется очевидный поворот страны к авторитарномууправлению и отказу от некоторых ценностей граждан-ского общества (таких как свобода политического вы-бора при избрании губернаторов и др.) [2. C. 136-158].Американские специалисты в области экономики иполитики России называют форму политического ре-жима, сложившегося к настоящему времени в РФ, спе-цифической и отличной от западных и азиатских форм.По мнению западных историков Д.М. Котца и Ф. Веи-ра, «...политико-экономический режим, возникший вРФ, является чем-то качественно новым, отличным какот демократических капиталистических государств, таки от традиционных диктаторских режимов, с особенно-стями, объясняемыми только в свете современной со-цио-экономической трансформации страны» [26.С. 260-268]. Отечественные специалисты оцениваютполитический режим, складывающийся в России, какзакономерное явление в связи с тем, что «пространст-венная удаленность окраинных территорий от полити-ческого центра обусловила традиционную авторитар-ную форму политического устройства» страны [27.C. 7]. Сущность и острота современных отношений врамках «центр - регионы» наиболее рельефно проявля-ется на примере заявленной еще правительствомВ. Путина инновационной политики. Вопреки устрем-лениям Кремля, именно реализация этого приоритетно-го направления развития страны может обострить от-ношения между центром и остальными территориямигосударства.Регионы при осуществлении замысла создания ин-новационной экономики теоретически имеют или име-ли шансы на преодоление сырьевой и финансовой за-висимости от центра. Однако, как показывают отдель-ные примеры, на практике создание новых инноваци-онных центров в регионах государству оказываетсяневыгодным. Так, на проходившем в мае 2010 г.XIII Инновационном форме в Томске было официальнозаявлено, что новый крупный исследовательский центрбудет создан не где-то в регионе, а под Москвой. Ре-шение администрации Д.А. Медведва о строительствеинновационного центра в Сколково наподобиесы первоначального накопления капитала, промыш-ленной революции и индустриализации. Кроме про-изошедших территориальных изменений следует на-звать процессы включения («выброса» - экономически,политически, культурно) России во все больше глоба-лизирующийся мир. Российские и западные экспертыотмечают взаимосвязь процессов ослабления демокра-тизации страны и усиления федеральной власти. Скла-дывающаяся ситуация напрямую угрожает динамич-ному развитию регионов и сплочению населения в на-циональном масштабе. Как следствие - углублениедиспропорций в развитии отдельных регионов и игно-рирование этих процессов со стороны федеральногоцентра угрожают провалом попыток российского руко-водства найти скрепляющую население идею (илиидеи) и сформировать национальную идентичность.

Ключевые слова

национальная идентичность, федеральная власть, регионы, national identity, federal power, regions

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Хахалкина Елена ВладимировнаТомский государственный университеткандидат исторических наук, доцент кафедры новой, новейшей истории и международных отношений исторического факультетаkev394@rambler.ru
Всего: 1

Ссылки

Sherlock T. Historical Narratives in the Soviet Union and Post-Soviet Russia. N.Y., 2007.
Сухов И. «Вертикаль власти» и самосознание нации // Россия в глобальной политике. 2008. Т. 6, № 2.
Нарочницкая Н.А. За что и с кем мы воевали. М., 2005.
Тренин Д.В. Интеграция и идентичность России как «новый Запад». М., 2006.
Tolz V. The Search for a National Identity in the Russia of Yeltsin and Putin // Restructing Post-Communist Russia / Ed. by Y. Brudny, J. Frankel, S. Hoffman. N.Y., 2004.
Афанасьев В.В. Россия и Европа: нации в эпоху глобализации: Сб. ст. М., 2009.
Diarmait Mac G.Ch. Language, Identity and Conflict. A Comparative Study of Language in Ethnic Conflict in Europe and Eurasia. L.; N.Y., 2003.
Пелипась М.Я. Скованные одной цепью: США и Великобритания на Ближнем и Среднем Востоке в 1945-1956 гг. Томск, 2003.
Кривошеев В.В. Российская и европейская идентичность в контексте Калининградского региона // Россия и Запад: исторический опыт XIX- XX вв. М., 2008.
Россия в пространстве и времени (история будущего). М., 2004.
Гражданин мира или пленник территории? К проблеме идентичности современного человека: Сб. материалов второй ежегодной конф. в рамках исследовательского проекта «Локальные истории: научный, художественный и образовательный аспекты» (Норильск, 2-5 ноября 20
Мокрый В.В. Изменение федеративных отношений и территориальная реформа в РФ: проблемы и подходы // Международная мозаика: Сб. науч. тр. М., 2006. Вып. 1.
Shevchenko I. The Central Government of Russia From Gorbachev to Putin. Burlington, 2005.
Зубкова Е., Куприянов А. Возвращение к русской идее // Национальные истории в советском и постсоветских государствах. М., 2003.
Могильницкий Б.Г. Социальная ответственность историка как методологическая категория (к постановке вопроса) // Clio Moderna. Альманах зарубежной истории и историографии. Казань, 2009. Вып. 7.
Кортунов С.В. Национальная идентичность: постижение смысла. М., 2009.
Steven F.M. Democracy Derailed in Russia. N.Y., 2005.
Kim Y. The Resource Curse in a Post - Communist Regime. Russia in Comparative Perspective. L., 2003.
Slider D. Putin's Vertical Challenge: Center-Periphery Relations // Russia's Policy Challenges. Security, Stability, and Development / Ed. by S.K. Wegren. N.; N.Y., 2003.
Соловей В.Д. Россия на рубеже веков. О государственной стратегии формирования национальной идентичности в России // Мировая экономика и международные отношения. 2003. № 6.
Pursiainon C. «Regionology» and Russian Foreign Policy. Identifying and theoretical alternatives // Russian Regions and Regionalism. Strength through Weakness / Ed. by G.P. Herd, A. Aldis. L.; N.Y., 2003.
Herd G.P. Russia's demographic crisis and federal instability // Russian Regions and Regionalism. Strength through weakness / Ed. by G.P. Herd and A. Aldis. L.; N.Y., 2003.
Каспэ С.И. Империя и модернизация: общая модель и российская специфика. М., 2001.
Хилл Ф., Гэдди К. Сибирское бремя. Просчеты советского планирования и будущее России: Пер. с англ. М., 2007.
Суханов В.В. Региональная идентичность в контексте глобализации: теоретический анализ // Мировая экономика и международные отношения. 2009. № 1.
Kotz D.M., Weir F. Russia's Path from Gorbachev to Putin. The Demise of the Soviet System and the New Russia. L.; N.Y., 2007.
Афанасьев В.В. Россия и Европа: нации в эпоху глобализации. М., 2009.
Ассоциация инновационных регионов создана во время XIII Инновационного форума. URL: http://www.tv2.tomsk.ru/news/assotsiatsiyainnovatsionnykh- regionov-sozdana-vo-vremya-xiii-innovatsionnogo-forumal
 Дихотомия «центр - регионы» в контексте поисков национальной идентичности России (историографический аспект) | Вестн. Том. гос. ун-та. 2011. № 344.

Дихотомия «центр - регионы» в контексте поисков национальной идентичности России (историографический аспект) | Вестн. Том. гос. ун-та. 2011. № 344.

Полнотекстовая версия