Специфика историко-культурного дискурса Германии эпохи Возрождения на примере анализа творчества Ганса Сакса (сравнительно-исторические аспекты) | Вестн. Том. гос. ун-та. 2011. № 350.

Специфика историко-культурного дискурса Германии эпохи Возрождения на примере анализа творчества Ганса Сакса (сравнительно-исторические аспекты)

На основе трех источников («Декамерон» Джованни Боккаччо, «Кентерберийские рассказы» Джеффри Чосера и шванки нюрнбергского майстерзангера Ганса Сакса) сравниваются особенности отношения к богатству и видам трудовой деятельности в Италии, Англии и Германии; большое внимание уделяется анализу роли женщины в экономической жизни этих обществ.

Specificity of historical and cultural discourse of Germany in the age of Renaissance by example of analysisof Hans Sakss works (comparative historical aspects).pdf Начиная с ХVII в. развитие Европы идет все уско-ряющимися темпами, и разительные перемены, проис-ходящие за время жизни одного или нескольких поко-лений, меняют облик западной цивилизации. По сло-вам В.М. Ракова, произошло то, что составило основу«европейского чуда»: родилась новая Европа - перваяиз всех цивилизаций перешагнувшая порог традицион-ности [1. C. 6].Национальная специфика европейских стран опре-делила особенности развития в них гуманистическихтенденций, поэтому Северное Возрождение (т.е. реали-зация ренессансных тенденций в странах «севернееАльп») в силу его многообразия сложно рассматриватькак единый феномен, противостоящий итальянскомуРенессансу. Культурные особенности каждой страны иусловия исторического момента задавали различныенаправления развития гуманизма. Таким образом, ис-панское Возрождение имеет очень мало общего с Воз-рождением в Германии, хотя они объединены общимтермином «Северное Возрождение». Даже в таких, ка-залось бы, близких странах, как Англия и Франция,развитие гуманизма шло различными путями. Однаконеобходимо отметить, что в Нидерландах, Швейцариии Германии Ренессанс приобрел схожие черты, и неко-торые исследователи, в первую очередь Отто Бенеш всвоей книге «Искусство Северного Возрождения»,именно этот регион выделяют как классическое Север-ное Возрождение. Но даже здесь, при всем, казалосьбы, сходстве, отчетливо проявляются специфическиегерманские черты - прежде всего морализаторские идидактические тенденции, а также большой пласт бюр-герских ценностей. Все исследователи констатируютэти особенности, однако их природа практически нико-гда не анализируется.Цель данной статьи - проанализировать, как проявля-ется национальная специфика и национальный ментали-тет в рамках социокультурного пространства эпохи Воз-рождения, а также выявить причины этого своеобразия.Несмотря на региональные различия, Возрождение имелонемало черт, которые позволяют считать его единымкультурным феноменом. Одним из таких признаков явля-ется внимание к человеку, к его повседневной жизни. Вэтом смысле новеллы Боккаччо, французские фаблио инемецкие шванки, - явления одного порядка. Подобноесмещение культурных акцентов с божественного на чело-веческое, с отвлеченного на конкретное, или, как выра-зился Ж. Ле Гофф, «спускание с небес на землю», былововсе не случайным.Эпохе Возрождения предшествовал экономическийподъем, знаменовавший собой зарождение капитализ-ма. Разумеется, становление новых экономическихреалий и формирование новой культурной ситуации -явления, напрямую не связанные, однако их опосредо-ванная взаимосвязь очевидна. Капиталистический ук-лад приводил к изменению социальной структуры об-щества, усиливая значимость отдельного человека иего способности добиться успеха своими силами. ВИталии, где товарно-денежные отношения были наи-более развиты, тенденции духовного обновления далисвои плоды гораздо раньше, чем в других европейскихстранах. Следует отметить, что в искусстве Нидерлан-дов, страны, где торговля играла значительную роль,достаточно рано проявились черты, схожие с итальян-скими, которые лишь отчасти объясняются теснымиконтактами с Италией.Точно так же в Германии, где культура Возрожде-ния дала о себе знать спустя два века, духовно-интеллектуальный подъем был обеспечен экономиче-скими успехами, в частности в горном деле. Несомнен-но, что развитие этой отрасли экономики в Германиибыло одним из самых динамичных в Европе. И привсем отставании Германии от стран - лидеров эконо-мической инновации это приводило к вовлечению лю-дей в отношения, свойственные уже не феодальному, акапиталистическому хозяйству, и развивало системуценностных ориентаций, которую Макс Вебер назвал«духом капитализма».В свете этого рассмотрим преломление спецификиэкономического и социального развития в менталитетеряда европейских народов и в текстах соответствую-щих культур. Для анализа нами выбраны три источни-ка: «Декамерон» Джованни Боккаччо (1313-1375),«Кентерберийские рассказы» Джеффри Чосера (1343-1400) и шванки нюрнбергского майстерзангера ГансаСакса (1494-1576). И хотя разница во времени междуБоккаччо и Чосером и Гансом Саксом довольно значи-тельна, она не является препятствием для планируемо-го сравнения. Несмотря на то что в Италии XIV в. ран-ний капитализм уже утвердился, в Англии уверенноразвивался, а в Германии XVI в. только-только вставална ноги, тенденции экономического и социального раз-вития были общими и так или иначе были направленына труд и обогащение.На первый взгляд, различия в воззрениях Боккаччо,Чосера и Сакса можно объяснить разницей в их соци-альном положении. Джованни Боккаччо, сын богатогонегоцианта, отказался от занятия торговлей, изучалканоническое право в университете, служил при дворенеаполитанского короля, после возвращения во Фло-ренцию выполнял дипломатические поручения. Джеф-фри Чосер, лично знакомый с Боккаччо, также был сы-ном преуспевающего виноторговца, поставщика коро-левского двора. Точно так же Чосер предпочел карьерупри дворе, став пажом принцессы Елизаветы, в качест-ве дипломата дважды посещал Италию. Ганс Сакс былсыном простого ремесленника и, хотя его шванки былипопулярны по всей Германии, в элиту общества нико-гда не входил.Однако различия лежат и на более глубоком уровне,в менталитете итальянцев, англичан и немцев, которыйсформировался под влиянием конкретных историче-ских условий. Огрубляя, можно сказать, что итальян-ская экономика была в большей степени ориентированана куплю-продажу, в которой нередко агентами торго-вого поля выступали люди, принадлежавшие к анобли-рованным слоям, немецкая, как правило, основываласьна мелком производстве, английская же выгодно соче-тала и торговлю, и производство, не связанное жестки-ми рамками цеховых регламентов и недостаткомсредств для развития.Эти специфические черты опосредованно, черезментальные особенности психосоциальной идентично-сти, наложили отпечаток и на трансформацию ценно-стных предпочтений рассматриваемых авторов. Болеевыраженное разделение труда в Англии, отразившеесяв относительно гармоничном социальном стратифици-ровании, прослеживается уже в «Общем прологе»«Кентерберийских рассказов». Чосер описывает па-ломников, направляющихся в Кентербери, их социаль-ный статус и занятия. И в тексте находится равное ме-сто и аристократу, и богатому купцу, и цеховым масте-рам, и ткачихе, и юристу.Специфика итальянской экономики явно сказаласьна отношении Боккаччо к ремеслу и торговле. Истори-ческое развитие Италии привело к тому, что пропастьмежду аристократией и буржуазией, весьма значимая вдругих европейских странах, здесь, по сути, отсутство-вала. Для итальянского гуманиста торговля являетсявполне достойным занятием для благородного челове-ка, что совершенно неприемлемо для германского ры-царства, которое даже младших сыновей, не наследо-вавших семейной собственности, неохотно отдавало вуниверситеты. Для этого сословия о столь постыдномзанятии, как торговля, не могло быть и речи. Но ГансСакс принадлежал к бюргерскому сословию и к тор-говле относился с уважением. В «Похвальном словегороду Нюрнбергу» он отметил: «Иные заняты торгов-лей. И бойко их идут дела» [2. С. 193].Однако в шванках Сакса, как и в шванках вообще,очень редки сюжеты, где фигурируют крупные негоци-анты, несмотря на то что крупнейшие финансовые кор-порации вроде Вельзеров или Фуггеров происходиликак раз из Германии, да и Ганза, пусть пришедшая вупадок к XVI в., в свое время была значительным игро-ком в международной торговле. Возможно, в результа-те ориентации на внешние рынки и оптовую торговлюдеятельность крупных корпораций в меньшей степенизатрагивала самих немцев и, соответственно, не отра-жалась ни в народном сознании, ни в творчестве. И,кроме того, как уже было сказано, экономика Германиибыла ориентирована больше на ремесло, чем на тор-говлю, немецкие бюргеры не были склонны к риско-ванным коммерческим операциям. На наш взгляд, при-чина этого кроется в особенностях развития германско-го крестьянства. Установка на упорный труд, чрезмер-но акцентированная в силу ряда природных и социаль-ных факторов, дополнялась страхом перед возможны-ми потерями. Немецкий крестьянин был беднее, чеманглийский или французский, и прилагал больше уси-лий для того, чтобы прокормить себя, поэтому он ско-рее продолжит свой тяжелый, кропотливый, менееприбыльный, зато дающий гарантированный - пусть инебольшой - достаток, труд, чем рискнет имуществом,которое досталось ему такой дорогой ценой. К тому жеу немецких крестьян объективно было меньше воз-можностей для предприятий, выходящих за пределы ихпривычных дел, чем, скажем, для итальянцев.Бюргеры, которых от крестьян отделяло всего два-три поколения (например, Лютер был внуком крестья-нина), с трудом изживали эти страхи. Ситуация усу-гублялась постоянным притоком избыточного деревен-ского населения, которое усваивало новые установкидовольно быстро («воздух города делает человека сво-бодным»), однако для них этот процесс проходилсложнее, нежели для потомственных горожан. Нако-нец, нельзя забывать, что в силу слабости здесь антич-ного уклада во всех его проявлениях сознание немцабыло гораздо более авторитарным. Это сказывалось ина жесткости отношения к торговле, и на более акцен-тированном понимании наживы лишь как результатачестной деятельности.Таким образом, в силу целого ряда причин Герма-ния отставала от стран центра, что не могло не сказать-ся на ценностном восприятии бюргера; это выявляюттексты Ганса Сакса при сопоставлении их с новелламиБоккаччо. В Италии благородное сословие в силу спе-цифики развития не чуралось торговых занятий, и не-удивительно, что дамы и юноши в знаменитом тексте,называемом энциклопедией жизни той эпохи, развле-кают друг друга не рыцарскими балладами, а рассказа-ми о торговцах. Но Боккаччо, при всем пиетете к тор-говле, фактически не замечает ремесла.Хотя исследователи говорят о демократизме Бок-каччо, демократизм этот весьма своеобразен и опреде-ляется отношением автора к богатству. Людям, доста-ток которых ниже определенного уровня, он отказыва-ет в качествах, не зависящих от социального статуса.Так, Боккаччо полагает, что красивые женщины рож-даются в богатых семьях, среди бедняков привлека-тельность - исключение. Он снисходителен к адюльте-ру у женщин из обеспеченных слоев, поскольку в усло-виях праздности любовная тоска терзает сильнее, тогдакак женщина бедная должна трудиться в поте лица, идля нее измена супружескому долгу - грех гораздобольший. Единственный в «Декамероне» пример бла-городной бедности - дворянин, растративший состоя-ние в попытках завоевать расположение дамы сердца[5. С. 376-381].Можно предположить, что подобные взгляды объ-ясняются тем, что для Боккаччо приобретение если небогатства, то определенного достатка является делом,возможным для каждого человека. Другими словами,бедность для него - вина самого бедняка, который либоленив, либо глуп и не способен воспользоватьсяимеющимися возможностями. В пользу этого выводаговорит описание чумы во Флоренции, в котором Бок-каччо сетует на то, что люди забросили свои дела и иххозяйство приходит в упадок, хотя было бы логичнопредположить, что эпидемия не способствует роступредпринимательской активности. Кроме того, в мен-тальности горожан долгое время существовал «непре-ложный закон» очарования аристократическим стату-сом, который дополнялся презрением к низам (это вы-разилось, например, в насмешках над крестьянами). Иесли для немецкого бюргера аноблирование было чрез-вычайно сложным, то итальянскому горожанину былопроще стать на одну ногу с нобилем, отсюда и соответ-ствующий взгляд на бедность.При этом автора «Декамерона» не слишком интере-сует, каким путем нажито богатство: честной торговлей,махинациями или даже ограблением могилы епископа.Ценности честной наживы как идеальной нормы, укоре-нившиеся в менталитете германского бюргера, на италь-янской почве не имеют актуальной значимости. Напри-мер, несмотря на явные нападки на монашество, способ-ность с помощью обмана и махинаций заполучить день-ги доверчивых прихожан не вызывает у Боккаччо пра-ведного негодования. Так, некий каноник, сумевшийвывернуться из западни, подстроенной ему местнымишутниками, и вопреки всему обдурить паству, вызываету него явную симпатию [5. С. 412].Совершенно иная картина предстает перед нами внемецких шванках. По меньшей мере сомнительнымпредставляется не только нечестно нажитое богатство,но даже просто деньги, не заработанные собственнымтрудом. И это отношение отразил Ганс Сакс в шванке«Бедный сапожник и богатый жадный бюргер». Не су-мев распорядиться подаренной сотней гульденов, геройшванка предпочитает их возвратить: «Богатство виднотяжело. Одно мученье принесло» [2. С. 270].Однако взгляды Ганса Сакса в сравнении с общене-мецкой тенденцией значительно смягчены, в его шван-ках не столь выражены морализаторские интонации,характерные для национальной ментальности его об-щества. В шванке «Портной и его флаг» герой, поти-хоньку приворовывавший ткани клиентов, после рас-каяния во время болезни прощен Господом, которыйтакже смотрел сквозь пальцы на то, что после выздо-ровления портной вернулся к своим привычкам. Одна-ко сам портной подобной снисходительностью не от-личался и покалечил женщину, кравшую белье у бед-ной соседки. Бог укоряет его за такую жестокость. Наэтом примере видно, что в мировоззрении Ганса Саксаимеются черты, более близкие к итальянскому плутов-ству, нежели к немецкой честности. Но в этом случаеисключение подтверждает правило. Нюрнберг XVI в.являл собой уникальное явление в силу тесных эконо-мических и культурных связей с Италией. Итальянскиекупцы, в общем-то презиравшие Германию и снисхо-дительно глядевшие на своих немецких партнеров, го-ворили, что «вся Германия слепа, и только Нюрнбергвидит одним глазом». В свою очередь магистрат ста-рался подчеркнуть близость к Италии: в «Похвальномслове городу Нюрнбергу» Ганс Сакс упоминает «домана фряжский лад». Логично предположить, что связи сИталией, активная внутригородская торговля и соот-ветственно иной психологический опыт оказывали нанюрнбержцев существенное влияние. И хотя нельзясказать, что Ганс Сакс оправдывает воровство и ловка-чество, он относится к нему более снисходительно, чемавторы анонимных шванков на севере и востоке Гер-мании.На наш взгляд, наиболее ярко специфика итальян-ского, английского и немецкого менталитетов отрази-лась в отношении к женщине, поскольку этот аспекткультуры является тонким барометром состояния само-го общества. По словам классика, по степени свободыженщины можно судить о свободе общества. Сакс уде-лял гендерной теме достаточно много внимания, нема-лая часть его шванков посвящена взаимоотношениямсупругов. Для него жена - незаменимый помощник,хранительница очага, которая не только ведет хозяйст-во, но и может помочь мужу в мастерской или лавке, ав случае, если муж оказывается лентяем, работящаяжена позаботится о нем. В шванке «Сапожник растяги-вает кожу зубами» жена сапожника говорит, что ейнеприятен запах изо рта мужа. Супруг поступает, мож-но сказать, куртуазно и прекращает растягивать кожузубами, от чего и были те признаки, которыми недо-вольна жена. Но это сказывается на бюджете семьи исупруга отказывается от своих требований и предлага-ет свою помощь в мастерской [2. С. 392].Тема жен-растратчиц, мотовщиц и распутниц дос-таточно популярна в народной литературе этой эпохи.Агрессия по отношению к женщинам отражает психо-социальную напряженность мужской половины обще-ства, тяготы и страхи, связанные со становлением но-вого экономического уклада. Однако у Сакса женщинанередко выступает голосом разума. Служанка отказы-вает подмастерью, который ей, судя по всему, симпа-тичен, перечисляя его недостатки и упрекая за беспут-ное поведение. А Господь отдает в жены лентяю веж-ливую и расторопную девушку, объясняя свое решениетем, что только такая жена убережет мужчину от впа-дения в грех. В шпрухе «Корзина разносчика» торговкаукоряет и избивает мужа, проигравшего все деньги, игероини шпруха поддерживают ее. В результате спорыкончаются рукоприкладством, но и грубая сила - по-следний аргумент мужчин в поддержку своей позиции.Ганс Сакс не стремится доказать главенство мужа надженой, для него это не вызывает вопросов и являетсясамо собой разумеющимся. В шпрухе осуждается фактсемейного разлада, который Сакс всегда осуждал, неразбирая, идет он от мужа или от жены, и призывал обестороны к уступкам и обоюдному уважению. Семья, еебюджет и благополучие воспринимаются как общееблаго, муж и жена равно нуждаются друг в друге, по-этому важно взаимное согласие.Героини Чосера очень похожи на горожанок, кото-рых описывает Сакс. В «Общем прологе» перед намипредстают несколько женских образов. Из них нам ин-тересны Батская Ткачиха и жены цеховых мастеров.Последние, как отмечалось, являются во многом похо-жими на героинь Ганса Сакса, но их социальные запро-сы выше. Жен цеховых старшин уже не устраиваетпросто экономический достаток, они жаждут повыситьсвой социальный статус, что не прослеживается ни внародных немецких шванках, ни в текстах Сакса.Они не тщетно заседать в ГилдхоллеНадеялись - порукой был доход.Заслуги, честность, возраст и почет.И жены помогали в том мужьям,Чтоб только величали их «мадам»,Давали б в церкви место повиднейИ разрешали б шлейф носить длинней[4. С. 43].Батская Ткачиха не принадлежит к цеховой вер-хушке, но и она имеет примерно те же отличия от не-мецких горожанок. Она не просто хозяйка дома илипомощница, она ремесленница и трудом обеспечиваетсвое существование. Экономическая независимость(маркер развитости нового уклада в гендерном обли-чьи) порождает независимость гендерную - и это тка-чиха вертит своими мужьями, а не они руководят еежизнью.Что же Боккаччо? К женщинам он относится с бла-гоговением, в котором сохранилось немало черт сред-невековой куртуазности, да и «Декамерон» написанради того, чтобы развлечь прелестных женщин. Но вновеллах мы не увидим женщину, озабоченную воспи-танием детей, ведением домашнего хозяйства или заня-тую иной работой. Более того, Боккаччо пишет, что«Декамерон» предназначен для женщин, изнемогаю-щих от любовных мук, в то время как других он отсы-лает к «веретену и мотовилу» [5. С. 8]. Однако это неозначает, что женщины из богатых итальянских семейпроводили свою жизнь в любовных интригах и полно-стью зависели от родственников мужского пола. Пам-пинея, советуя подругам вместе удалиться из Флорен-ции в загородные имения, говорит: «…а ведь у каждойиз нас таких имений многое множество» [5. С. 21].Женщины, потерявшие во время эпидемии почти всехродственников - их даже некому сопровождать в этомпутешествии, - не растерялись, приняли разумное ре-шение и осуществили его без каких-либо проблем.Боккаччо не упоминает об этом, но акцентирует вни-мание на женской слабости и неразумности, правда,устами своих героинь: «Мы непостоянны, взбалмошны,подозрительны, малодушны, трусливы» [5. С. 22].Конечно, Сакс и Чосер писали о горожанках, а Бок-каччо - о знатных дамах, которые проводили свои днив праздности, и это может объяснять подобную разни-цу во взглядах на роль женщины. Но в шванке «Соба-чий хвост» Ганс Сакс изобразил застольный спор знат-ных дам и рыцарей. Одна из женщин на упреки в рас-точительности, суетливости и прочих недостатках пре-красного пола гневно отвечает: «Мы вам наследниковрожаем, Вас вкусной пищей ублажаем, Мы зря не вы-кинем гроша… [2. C. 174].Таким образом, бюргерские добродетели в этомслучае переносятся и на поведение аристократии. Ко-нечно, можно подумать, что Ганс Сакс лишь экстрапо-лирует ценности своего сословия на дворянство, но этоне совсем так. В XVI в. уважение к рыцарству средипростонародья было подорвано, и майстерзангеру ни-чего не стоило выставить благородных дам легкомыс-ленными транжирами, а в качестве добродетельныхжен воспевать горожанок среднего достатка. Но онэтого не делает: в его произведениях этими добродете-лями наделены женщины всех сословий.Подводя итог вышесказанному, можно констатиро-вать, что хозяйственная деятельность и в Италии, и вАнглии, и в Германии воспринималась как несомненноважная, однако отношение к ней было различным.В Англии ситуация складывалась таким образом, чтопозволяла индивидууму проявить больше своих воз-можностей и достичь большей самостоятельности, по-этому и торговля, и производство органично сочета-лись. В «Кентерберийских рассказах» мы найдем какгероев, подобных персонажам из новелл Бокаччо (Мо-нах, Шкипер, Купец), так и простолюдинов, как у Ган-са Сакса. При этом следует заметить, что общий тонпроизведения Чосера больше соответствует «Декаме-рону», чем дидактике немецких шванков.В Италии преимущество отдавалось торговле, кото-рая была связана с немалой долей риска, и финансовымоперациям. В немецком же мировосприятии предпоч-тение отдавалось упорному труду. И если Боккаччоможет небрежно поставить торговлю в ряд развлече-ний, то для немецкого бюргера экономической дея-тельности подчинена вся жизнь. Даже женщину онвоспринимает прежде всего как помощницу и хозяйкуочага. Именно сверхфиксированность ценности труда ичестной наживы в сознании трудового большинствагерманского общества привели в конечном счете к то-му, что даже в условиях стагнации, а затем и экономи-ческого упадка страны в конце XVI в. этот бюргерскийдух, по меткому выражению В.М. Ракова, не выветрил-ся, сохранился, «послужив историческим залогом бу-дущего, пока еще отдаленного, экономического ростаГермании» [1. С. 60]. Возвращаясь к центральному во-просу данной статьи, можно подытожить, что специ-фика звучания гендерной темы в связи с трудовой дея-тельностью и темой наживы, как показывает проведен-ный анализ различных срезов национально-культур-ного сознания, позволяет очень четко вписать эти раз-личия в специфику Северного, а именно германскогоВозрождения.

Ключевые слова

Ренессанс, Северное Возрождение, богатство, гендерная история, Renaissance, North Renaissance, wealth, gender history

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Хребтова Наталья ВадимовнаНациональный исследовательский Томский государственный университетаспирант кафедры истории Древнего мира и Средних веков и методологии историиfifnfylana@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Раков В.М. «Европейское чудо» (рождение новой Европы в XVI-XVIII вв.). Пермь : Изд-во Перм. ун-та, 1999. 251 с.
Брант С. Корабль дураков // Сакс Г. Избранное. М. : Художественная литература, 1899. С. 50-69.
Бахорский Ганс-Юрген. Тема секса и пола в немецких шванках XVI века // Одиссей. Человек в истории. 1993. С. 69-86.
Чосер Дж. Кентерберийские рассказы. М. : Правда, 1988. 560 с.
Боккаччо Дж. Декамерон. Фрунзе : Кыргызтан, 1986. 720 с.
 Специфика историко-культурного дискурса Германии эпохи Возрождения на примере анализа творчества Ганса Сакса (сравнительно-исторические аспекты) | Вестн. Том. гос. ун-та. 2011. № 350.

Специфика историко-культурного дискурса Германии эпохи Возрождения на примере анализа творчества Ганса Сакса (сравнительно-исторические аспекты) | Вестн. Том. гос. ун-та. 2011. № 350.

Полнотекстовая версия