Государство как субъект карательного права: обзор теорий | Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 354.

Государство как субъект карательного права: обзор теорий

Важнейшим этапом в правовой эволюции является монополизация государством права на насилие. Наука XIX-ХХ вв. уделяла самое пристальное внимание обоснованию права государства на наказание преступника как непременный атрибут государства, который обеспечивает безопасность в обществе, предупреждает совершение преступлений, устраняет самосуд. Однако в XXI столетии к этому историческому наследию нет научного интереса. Целью предлагаемой статьи является ознакомление с различными теориями, обосновывающими легитимность права государства на наказание, которые показались автору наиболее интересными.

State as the subject of punitive law: review of theories.pdf Сегодня представляется совершенно очевидным пра-во государства на наказание. Между тем не одно столе-тие велись дискуссии по вопросу, откуда и на каком ос-новании вытекает право наказания? Берет ли право на-казания свое начало в религии, нравственности или про-сто в общественном интересе [1. С. 12]? По даннымН.Д. Сергеевского, начиная с Гуго Гроция насчитывает-ся до 24 полных философских систем и около 100 от-дельных теорий, обосновывающих государственноеправо на наказание [2. С. 71]. Вопрос о праве наказаниябыл излюбленной темой в научных разработках пред-ставителей классической школы уголовного права. Так,изложение теорий, признающих государство субъектомкарательного права, отмечаем у таких отечественныхавторов XIX-ХХ вв., как Л.С. Белогриц-Котляревский[3. С. 36-44], С.М. Будзинский [4. С. 22-24, 309-362],Н.А. Неклюдов [5. С. 43-92], С.В. Познышев [6. С. 1-330], Н.Д. Сергеевский [2. С. 64-86], В.Д. Спасович [7.С. 10-67], А.П. Чебышев-Дмитриев [8. С. 7-61] и др.При этом классификация их производится на основемировоззренческих и методологических позиций. Так,например, по самой простой классификации все теории,признающие право наказания, делятся на четыре груп-пы: абсолютные, целевые, правовые и сложные.В первую группу входят попытки обоснования праванаказания, построенные на абсолютных началах, на ве-лениях божества или требованиях справедливости. Вто-рую группу составляют теории, выдвигающие полез-ность наказания и оправдывающие его этой полезно-стью. К третьей группе относят теории, выдвигающиеначала юридического правового характера, и, наконец, кчетвертой - учения, в которые входят элементы преды-дущих групп в той или иной комбинации [9. С. 72].В свою очередь, Л.Е. Белогриц-Котляревский сво-дит их к личным и общественным теориям. Личныетеории он подразделяет на теории, выводящие правонаказания из физических или чувственных свойствприроды; теории, выводящие право наказания из нрав-ственных свойств природы человека; теории, выводя-щие право наказания из умственных свойств человече-ской природы. Общественные теории делятся им на: 1)формальные, куда относятся теории теологические, илитеории божеского происхождения; теории происхожде-ния права наказания из договора; 2) материальные, вы-водящие право наказания из задач или целей общежи-тия: самообороны, идеи справедливости, идеи права [3.С. 38-42]. Сходную классификацию теорий развиваютН.Д. Сергеевский [2. С. 71-86] и Н.С. Таганцев [10.С. 858-875]. Именно из такого понимания мы и будемисходить в своей статье.Делая акцент на зависимость от свойств отдельнойличности или общества, эти теории можно подразде-лить на личные и общественные. В связи с тем чтоличность может быть рассмотрена с физической, нрав-ственной и умственной стороны, личные теории, всвою очередь, подразделяются на теории, выводящиеправо наказывать из чувственных свойств природычеловека; теории, выводящие право наказывать изнравственных свойств природы человека; теории, вы-водящие право наказывать из умственных свойств при-роды человека.Теории, выводящие право наказывать из чувствен-ных свойств природы человека (Гомель, писавший подпсевдонимом «von Ioch», и Данкварт). Стержневойидеей этой теории видится следующее: наказание вна-чале проявлялось в виде инстинктивной, животной,грубой мести. С возникновением общественных отно-шений месть - древний обычай трансформируется вместь - предписание закона. Так, Йох, объявляющийнаказание проявлением божественного предопределе-ния, считает плодом все того же предопределения иинстинкт животной мести. Кто нам вредит, того мы иубиваем. Убийство бешеной собаки есть такое же про-явление железного закона необходимости, исключаю-щего всякую несправедливость, как и рождение чело-века слепым. Наказание, замечает Данкварт, мы встре-чаем еще в мире животных, где каждому присуща на-клонность разрушения. В этой связи реакция возбуж-денного инстинкта разрушения над вызвавшей егопричиной и образует наказание, которое мы называетместью. «Человеку также присуща наклонность разру-шения, которую нельзя уничтожить никаким воспита-нием. Наказание сначала представляется как простоепроявление этой прирожденной наклонности, и толькопозднее, с возникновением государства, к нему при-соединяются рассудочные основания, когда оно дела-ется средством для цели» [3. С. 39].Во главе теорий, выводящих право наказывать изнравственных свойств природы человека, стоит психо-логическое учение кенигсбергского профессора И. Кан-та о знании человека (теоретический разум) и его дея-тельности (практический разум). Согласно ему знаниечеловека определяется не только одним опытом, но исущностью нашего я. Ощущения, производимые пред-метами внешнего мира, порождают представления,которые, будучи переработаны нашим сознанием, пре-вращаются в понятия, а затем в умозаключения илиидеи. Несмотря на то, что последние в большинствеслучаев явились в результате опыта, среди них имеют-ся основные идеи разума, которые не подлежат про-верке опытом и доказательству и которые составляютнеотъемлемую часть природы человека. Вот почемумир не может быть познан в своей сущности, посколь-ку он только представляется человеком.Практический разум, направленный на осуществ-ление во внешнем мире активной деятельности, ста-вит перед волей человека законы, которые она стре-мится выполнить. Последние И. Кант назвал катего-рическими императивами (априорное, безусловноевеление разума). К ним относится и идея справедли-вости: каждому должно быть воздано по делам его,всякое преступление должно быть наказано. Размыш-ляя о наказании, он высказывает мысль, что наказаниене является средством для достижения какой-либоиной цели другого, поскольку преступник не можетбыть обращен в вещь. Оно должно быть применено кнему только потому, что он совершил преступление.«Карающий закон есть категорический императив, игоре тому, кто в изворотах учения о счастье пытаетсянайти нечто такое, что по соображениям обещаннойзаконом выгоды избавило бы его от кары или хотя быот какой-то части ее согласно девизу фарисеев:"Пусть лучше умрет один, чем погибнет весь народ";ведь если исчезнет справедливость, жизнь людей наземле уже не будет иметь никакой ценности» [11.С. 366-367].Сущность теории, выводящей право наказывать изумственных свойств природы человека, представите-лем которой являлся Г.В.Ф. Гегель, сводилась к тому,что основание права наказания необходимо искать вприроде человеческого мышления, в непреложных за-конах логики. Право вообще есть нечто необходимое,вечное, существующее в себе и для себя. Оно есть про-явление творящего начала.Право есть воплощение вовне идеи абсолютного до-бра, разумной общей воли, которая в самой себе недос-тупна посягательству и, следовательно, ненарушима.Преступление - это сознательный и открытый раз-лад частной воли с общей, открытое восстание противправа. Источник его - в противоправном настроенииволи, которое и должно быть уничтожено наказанием.Индивидуальная воля, отрицающая волю общую,есть явление призрачное, ничтожное. Наказание долж-но обнаружить эту призрачность, ничтожность престу-пления и, таким образом, уничтожить его. Наказаниеесть справедливое возмездие за содеянное, но не месть.Оно должно уничтожить преступление и восстановитьправо. «Наказание, карающее преступника, не толькосправедливо в себе… оно есть вместе с тем его в себесущая воля, наличное бытие его свободы, его право, -но есть также право, положенное в самом преступнике,т.е. в его налично сущей воле, в его поступке. Ибо в егопоступке как поступке разумного существа заключено,что он нечто всеобщее, что им устанавливается закон,который преступник в этом поступке признал для себя,под который он, следовательно, может быть подведенкак под свое право» [12. С. 147-148].Общественные теории подразделяются на две груп-пы: теории, отыскивающие основания в условиях воз-никновения человеческих обществ, и теории, выводящиеэто право из целей и задач общежития. Первые можноназвать формальными, вторые - материальными.Достаточно широкое распространение получила всвое время формальная теория божественного проис-хождения права государства наказывать профессораБерлинского университета Ф. Шталя, сущность кото-рой состоит в следующем: Творец вместе с законамифизического строения мира дал и основы нравствен-ного строя, поэтому право является выражением еговоли. Устанавливая начала нашей жизни в праве, Тво-рец дал и учреждение для его охраны - государство,которое «…есть наместник Божий на земле. Преступ-ление есть нарушение господства государства как на-местника Божия. Наказание есть восстановление этогопорядка. Человеческое правосудие есть подобие бо-жественного. Оно отправляется не ради какого-нибудь общественного или частного блага или каких-нибудь посторонних целей, а ради самого преступле-ния, ради самой вины, нарушения закона, которогоцель - поддерживать нравственный порядок как исте-чение воли Божией» [13. С. 148].Другой формальной теорией является теория дого-вора (Гоббс, Готлиб, Ж.Ж. Руссо, И.Г. Фихте, Фулье идр.). По мнению авторов, люди изначально вынужденыбыли заключать договор всех со всеми участникамиобщественных отношений ради соблюдения права иобщей пользы. При этом часть своих прав во имя спо-койствия и стабильности они передали государству,для того чтобы разумно и справедливо вырабатыватьзаконы, а также строго следить за их неукоснительнымисполнением. Иначе говоря, ради коллективно гаран-тированной безопасности они отказались от индивиду-альной свободы. По И.Г. Фихте, государство держитсятолько договором, поэтому оно существует только длятех, кто соблюдает договор. Кто нарушил обществен-ный договор, совершив преступление, поставил себявне государства и подлежит изгнанию. Но так как мераэта слишком тяжела и для охраны общественной безо-пасности достаточно иных, более легких мер, то, «поФихте, при образовании государства люди уговори-лись, что при совершении преступлений государствоможет назначать и иные меры, которым нарушительобязан подчиняться» [14. С. 10].Материальные теории отыскивают основание на-казания в природе общества и государства. К этойгруппе можно отнести теории общественной (необхо-димой) обороны (Шульце, Романьози, Карминьяни,Мартин и др.), основывающие законность и необхо-димость наказания на том постулате, что посколькугосударство является необходимой формой человече-ского общежития, оно вправе защищать себя и охра-няемые законом интересы путем причинения вредапосягающему. «Наказание и есть то средство, кото-рым государство защищается от преступных на негопосягательств» [7. С. 32].Теории, выводящие право наказывать из идеи спра-ведливости (Ф. Эли, П. Росси, А.Ф. Бернер, С.М. Буд-зинский, П.Д. Калмыков, В.Д. Спасович и др.). Ключе-вым для этих теорий является то, что «верховное нача-ло уголовного права есть общественная справедли-вость, видоизменяемая интересом общественной поль-зы» [4. С. 30]. Иначе говоря, общество должно осуще-ствлять нравственное правосудие, составляющее ос-новной закон человеческого бытия и коренящееся внравственном законе, в требовании совести, подсказы-вающей необходимость воздаяния добра и зла. Нельзяв связи с этим не привести слова главного представи-теля этой группы теорий графа П. Росси о том, чтоправо равенства или свободы, справедливость, котораяих охраняет, и государство, которое ее осуществляет, -«…вот три идеи, всегда и везде развивающиеся вместес разумом и господствовавшие над человечеством с техпор, как только оно было в состоянии познать себя.Этим объясняется единодушное согласие людей, су-ществ хотя разумных, но свободных, согласие по от-ношению к основным понятиям об обществе, прави-тельстве и общественном правосудии» [15. С. 159].Определяет наказание как акт воздающей справедливо-сти, как отображение собственной сущности преступ-ления и А.Ф. Бернер [5. С. 34].Теории, выводящие право наказывать из идеи права(К. Биндинг, Г. Мейер, Ф.Ф. Лист, Н.Д. Сергеевский,Н.С. Таганцев, И.Я. Фойницкий и др.). Сущность дан-ных теорий сводится к признанию правового порядканеобходимым условием общественной жизни, который,как всякий правопорядок, нуждается в охране, что дос-тигается путем применения всех зависящих от государ-ства специфических средств, в том числе и наказания.Как пишет профессор Берлинского университетаФ.Ф. Лист, все право существует ради людей. Цельего - защита жизненных интересов людей. Защита ин-тересов является сущностью права, а цель - сила, соз-дающая право. «Если задача права вообще заключаетсяв защите жизненных интересов людей, то особая задачауголовного права состоит в усиленной защите интере-сов, особенно заслуживающих таковой защиты и нуж-дающихся в ней путем угрозы и выполнения наказания,как зла причиняемого преступнику» [16. С. 70]. С нимсолидаризирует Н.С. Таганцев, который, в частности,писал, что «учинение посягательства на правовой по-рядок не только не должно устранять правоохрани-тельную деятельность государства, наоборот, оно тре-бует принятия со стороны государства новых, болееразнообразных и энергичных мер борьбы с преступле-нием, видное место среди которых и занимает наказа-ние» [10. С. 879].Несмотря на то что теорий, отрицающих право го-сударства наказывать, очень мало и их научный по-тенциал весьма слаб, Н.С. Таганцев подразделяет ихна три группы: теории, отрицающие свободу воли;теории, отрицающие существующую систему наказа-ний, и теории, отрицающие само право государстванаказывать. В то же время сторонники теории, отри-цающей свободу воли, признавая не только наказание,но даже и существующие виды наказания, возражаютпротив принципа возмездия или воздания как основынаказания, видя в наказании средство общественнойохраны. Представители второй группы - противникиотдельных видов наказаний (смертная казнь, ссылка,тюрьма и т.д.) и возражающие против самого принци-па существующих наказаний, в частности, отрицаю-щие все виды наказаний, причиняющих физическиестрадания преступнику, оставляют неприкосновен-ным само право государства наказывать, а иногда да-же придают ему чрезвычайно широкий объем [10. С.858-859]. С учетом сказанного следует сделать вывод,что упомянутые теории никак не вмещаются в «про-крустово ложе» теорий, отрицающих право наказы-вать.Среди теорий, отрицающих само право государстванаказывать, главенствующее место занимает воззрениеЛ.Н. Толстого, утверждавшего, что истинный христиа-нин должен решительно отвергнуть наказание в силуего противоречия евангельским заповедям. «Главныеего доводы следующие: зло рождает только зло; какогонь не может потушить огня, так зло не может пода-вить зла; движение человечества вперед совершалосьне с помощью подавления зла злом, а с помощью воз-даяния добром за зло; наконец, мы никогда не можембыть уверены, что зло, которое мы желаем достигнутьсвоим насилием и само наше насилие не принесут злабольшего, чем устраняемое; нам не дано предвидетьпоследствия наших действий во всей их полноте» [6.С. 30-31].Видным представителем третьей группы теорий яв-ляется Р. Оуэн, которого называли великим печальни-ком человеческих несчастий, апостолом любви и все-прощения. По его мнению, причины всех преступныхдеяний лежат исключительно в несовершенстве обще-ственного устройства. Реформирование общественногоустройства позволит искоренить преступления. В ре-зультате реформы существующий строй должен бытьсметен с лица земли, и на его месте должен появитьсяидеальный строй. Наказание есть не что иное, как не-справедливое насилие, направленное на поддержаниетого, что не должно существовать [2. С. 84]. Однакопринципиально возражая против права государства нанаказание, знаменитый английский социалист и ре-форматор без ответа оставляет сложные вопросы оправе и обязанности государства охранять общество отпреступных посягательств.В своей теории французский публицист Эмильде-Жирарден стремится доказать, что карательноеправо государства не основано ни на каком действи-тельном основании. Он стоит на позиции, что в ос-нове наказания не может быть ни возмездия, ни ис-купления, ни полезности для общества. «Наказанияявляются скорее опасностью, чем гарантией для об-щества; во имя пользы, говорит он, я и отрицаю пра-во наказания… Пусть каждый человек в самом себеи только в самом себе находит судью своих дейст-вий» [6. С. 41-43].К этой группе немногочисленных теорий можноотнести и теорию лечения преступников Томсона.Основное положение этой теории состоит в том, чтопреступление есть результат психической болезни,поэтому больных надо лечить, а не наказывать [2.С. 86].Справедливости ради следует заметить, что име-ются и другие весьма интересные точки зрения, ме-няющие современные представления о субъекте кара-тельного права, весьма спорные, но тем не менее нетолько интересные, но и полезные, как нам видится,для развития современной науки.

Ключевые слова

наказание, право, государство, карательное право, теории, punishment, law, state, punitive law, theories

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Лоба Всеволод ЕвгеньевичАрмавирская государственная педагогическая академиякандидат юридических наук, зав. отделом по организации НИР и ОКРvsevolodka@inbox.ru
Всего: 1

Ссылки

Франк Ад. Философия уголовного права в популярном изложении Ад. Франка, Профессора в College de France / Пер. с фр. Д. Слонимского. СПб. : В типографии О.И. Бакста, 1868.
Сергеевский Н.Д. Русское уголовное право. Пособие к лекциям ординарного профессора Санкт-Петербургского Императорского Университета Н.Д. Сергеевского. Часть общая. 4-е изд. СПб. : Типография М.М. Стасюлевича, 1900.
Белогриц-Котляревский Л.С. Учебник русского уголовного права. Общая и особенная части. Ординарного профессора Университета св. Владимира Л.С. Белогриц-Котляревского. Киев : Типо-литография И.И. Чоколова, 1903.
Будзинский С.М. Начала уголовного права. Сочинение С. Будзинского. Варшава : В типографии И. Яворского, 1870.
Бернер А.Ф. Учебник уголовного права. Части Общая и Особенная. А.Ф. Бернера. С примечаниями, приложениями и дополнениями по истории русского права и законодательству положительному. Магистра Угол. Пр. Н. Неклюдова. Часть Общая. СПб. : В типографии Н. Тибл
Познышев С.В. основные вопросы учения о наказании. Исследование приват-доцента Императорского Московского университета С.В. Познышева. М. : Университетская типография, 1904.
Спасович В.Д. Учебник уголовного права, составленный В. Спасовичем. СПб. : В Типографии Иосафата Огризко, 1863. Т. 1, вып. 1.
Чебышев-Дмитриев А.П. О праве наказания. Речь, произнесенная в торжественном собрании Демидовского Лицея, 29 ноября 1859 года. Испр. Д. пр. А. Чебышевым-Дмитриевым. Ярославль : В типографии Германа Фалька, 1859.
Гернет М.Н. Уголовное право. Часть общая. Лекции, читанные в Народном Университете Московского Общества Народных Университетов. Херсон : Издание Н.А. Ходушина, 1913.
Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции Н.С. Таганцева, доктора уголовного права, сенатора, заслуженного профессора Императорского Училища Правоведения, почетного члена: университетов С.-Петербургского и Св. Владимира, Московского и С.-Петербургског
Кант И. Метафизика нравов в двух частях // Собрание сочинений : в 8 т. / под общ. ред. А.В. Гулыги. М. : Чоро, 1994. Т. 6.
Гегель Г.В.Ф. Философия права. М. : Мысль, 1990.
Кистяковский А.Ф. Элементарный учебник общего уголовного права с подробным изложением начал русского уголовного права. Часть общая. Киев : Издание книгопродавца и издателя Ф.А. Иогансона, 1891.
Фойницкий И.Я. Учение о наказании в связи с тюрьмоведением. СПб. : Типография Министерства путей сообщения (А. Бенке), 1889.
Росси. Основные начала уголовного права / пер. с фр. Г. Козополянского. СПб., 1971. Вып. 1.
Лист Ф.Ф. Учебник уголовного права. Общая часть. М. : Товарищество типографии А.В. Мамонтова, 1903.
 Государство как субъект карательного права: обзор теорий | Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 354.

Государство как субъект карательного права: обзор теорий | Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 354.

Полнотекстовая версия