Парадигма смысловых регулятивов олимпийского движения в античной Греции | Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 356.

Парадигма смысловых регулятивов олимпийского движения в античной Греции

Автор обращает внимание на то, что Олимпизм вырастает из особенностей греческой религии. В отличие от традиционных религий древности, греческая религия с ее антропоморфизмом становится условием развития не только олимпийских игр в Древней Греции, но и физической культуры вообще. Анализируя тексты Гомера, а также опираясь на современные культурологические и философские исследования, автор описывает традиции античного олимпизма.

Paradigm of semantic regulators of the Olympic movement in Ancient Greece.pdf Олимпийские игры, так же как Истмийские (586 г. дон.э.), Пифийские (583 г. до н.э.), Панафинейские (565 г.до н.э.), Немейские (473 г. до н.э.), представляли собойсвященные празднества в честь богов. Самые значимыеиз Олимпийских игр были посвящены Зевсу; Истмий-ские, проходившие в Коринфе, проводились в честь богаПосейдона, тогда как в Дельфах и Нимеях состязаниясовершались в честь бога Аполлона. Древнегреческаямифология предоставляет современным исследователямдостаточное количество сюжетов, объясняющих проис-хождение и смысл Олимпийских игр; они в той илииной степени сводятся к вечному состязанию смерти инового рождения, характерному для всех сельскохозяй-ственных культур. Целью этих упражнений являлосьобеспечение плодородия земли и хорошего урожая, атакже исполнение ритуальных церемоний, посвященныхумершим. «Все атлетические события «должны убедитьбога восстать от смерти и вновь явиться в облике ростка,восходящего из темной могилы земли на солнечныйсвет» [1. С. 154].Считается, что первые Олимпийские игры учредилГеракл над могилой Пелопса, вернувшегося к жизниблагодаря привнесению в жертву молодого юноши.Таким образом, поражение в атлетическом состязаниистало символической заменой ритуального жертвопри-ношения и началом нового круга возрождения природ-ного цикла.Следует отметить, что греческая религия во многихсвоих чертах и проявлениях не укладывается в при-вычные религии Древности. «Даже при беглом и по-верхностном знакомстве с нею становится ясно, что наобщем фоне культурной истории Древнего мира онабыла явлением столь же своеобразным и даже уни-кальным, как и вся вообще греческая цивилизация» [2.С. 297].Типичного для стран Древнего Востока засилья ре-лигиозной догматики греки не знали. Собственно са-мой догматики, строго изложенной в священных тек-стах, подобно Ведам, Корану или Библии, у греков несуществовало. Вся их сакральная мудрость черпаласьими из мифов в изложении Гомера и Гесиода. Именноони впервые установили для греков родословную бо-гов, дали им имена и прозвища, разделили между нимикруг обязанностей и полномочий и описали их харак-теры. Не знали греки и всевластия жречества, осущест-вляющего строгий контроль за поведением и мыслямилюдей, как это было на Востоке.Греки представляли своих богов вполне антропо-морфными существами, они «сильно преуспели в оче-ловечивании своих богов, как, пожалуй, никакой дру-гой народ древности, резко сократив дистанцию, отде-ляющую человека от божества, и почти совершеннолишив его того, что и является его главным отличиемот человека во всех религиях мира, - его особой мис-тической ауры» [2. С. 310].Для греков боги - не бестелесные духи, а существа,состоящие из крови и плоти. Боги Олимпа не обладалибессмертием, имели родителей, детей, при этом никтоиз них, даже Зевс, не мог претендовать на роль творцавсего сущего. Их отличие от человека было чисто ма-териалистическим и заключалось только в том, что онипревосходили людей в физической силе и мощи, легкопреодолевали огромные расстояния, могли управлятьприродными стихиями, но так же, как и люди, вынуж-дены были повиноваться всесильному жребию илисудьбе. Подобно людям, боги могли испытывать боль,им были известны такие человеческие чувства, какстрах, отчаяние, печаль, злость, ярость. Гомер наделилкаждого из богов яркой и неповторимой индивидуаль-ностью. Их образ жизни есть не что иное, как приук-рашенная проекция типично аристократического об-раза жизни гомеровской эпохи: как и знатные аристо-краты, они живут, вкушая нектар и амброзию, наслаж-даясь воинскими победами, любовными приключения-ми, атлетическими состязаниями; как и для земныхцарей, для них нет ничего важнее чести. Боги веселопроводят время на пирах, иногда они ссорятся, частовмешиваются в дела людей.Люди верили, что от богов происходят добро и зло,поэтому их необходимо расположить к себе. Их благо-расположение можно снискать поведением им прият-ным, а отвратить - неприятным. Приписывая богам че-ловеческие качества и страсти, они относились к ним также, как мы относимся к могущественным людям, ища уних покровительства и защиты. Для приобретениядружбы с ними или отвращения гнева богов греки при-бегали к таким же средствам, к каким часто прибегаеммы, - они одаривали богов. Эллины верили, что богамдоставляет удовольствие все то, что доставляет удоволь-ствие людям, в том числе и богатые дары. В «Илиаде»Гекуба приносит драгоценное платье в храм Афины, аГектор обещает доставить в храм Аполлона оружие по-бежденного противника. Дары были самые разные. Онидарили все то, что считали ценным и полезным, и преж-де всего то, что могло служить целям культа или дляодеяния и украшения статуй, это могли быть всякогорода чаши, бокалы, треножники, браслеты, платья, поясаи многие другие вещи для украшения храма и приле-гающих территорий. Обычай требовал посвящать боже-ствам почетные награды и венки, получаемые победите-лями на состязаниях. Особый вид священных даров со-ставляли животные, которых приносили в жертву томуили иному богу. Вот как описывается обряд жертвопри-ношения в книге «Эллинская культура»: «Под звукифлейты животному наносится установленный обрядомсмертный удар; его кровь орошает жертвенник; тогда вдар богам сжигают кости ног с жиром, лакомые жевнутренности тут же жарят и съедают. Но главным ак-том жертвоприношения остается торжественный и вме-сте с тем веселый пир, для которого готовятся на забот-ливо наблюдаемых вертелах хребты жертвенных живот-ных» [3. С. 57]. Широкое распространение получали исимволические дары: волосы детей, победоносное ору-жие, искусно сделанные сосуды, медовые лепешки, пе-ченье, различные плоды; для богинь предназначаласьпраздничная одежда - пеплос.Антропоморфизм греческой религии, по всей ви-димости, заставлял греков верить, что богам достав-ляет наслаждение все то, чем наслаждаются люди ичто ласкает их чувства и взор. Как и люди, они лю-бят зрелища и совсем не против понаблюдать за по-единками людей, полюбоваться их сильными и гиб-кими телами, смелостью и отвагой, поскольку имизвестны и понятны жажда борьбы, сладость победыи горечь поражения. В «Теогонии» Гесиода расска-зывается о борьбе богов за власть в процессе миро-устроения. Как отмечает А.А. Тахо-Годи, в основегигантомахии (как и титаномахии) лежит идея упо-рядочения мира, воплотившаяся в победе олимпий-ского поколения богов над хтоническими силами иукреплении верховной власти Зевса. Окончательнаяпобеда над хтоническими силами была одержанаЗевсом, когда он одолел великана Тифона - порож-дение Геи и Тартара. Свой агон с честью выдержал иАполлон, сокрушив чудовищного змея Пифона,опустошавшего окрестности Дельф. Одолев Пифона,Аполлон основал на месте древнего святилища Геисвой храм и учредил Пифийские игры, занимающиевторое место по блеску и значению после Олимпий-ских. С этими победами завершился «героическийпериод» деятельности олимпийских богов. Мир об-рел стабильность и порядок и более не требовал кос-мического вмешательства. Боги отныне могли зани-маться исключительно своими «внутрисемейными»делами, а подвиги и ристалища стали уделом героеви простых людей.Как существа средние между богами и смертнымигерои были посредниками в сношениях людей с бога-ми: благодаря заступничеству героя, люди легче моглиснискать милость у богов. Личность героя обладала впонимании людей того времени некоей мистическойэнергией, которая создавала вокруг него силовое поле,благодетельное или вредоносное для простых смерт-ных. Останки героя, его оружие, одежда обладали чу-додейственной силой и могли повлиять на ход событийв сторону, благоприятную для тех, кто сумел ими за-владеть. Именно этим можно объяснить способностьгероя выступать защитой или нести гибель для врагов.Из мифов мы знаем, что многие герои были не толькопрекрасными воинами, но и выдающимися атлетамиТак, например, опытным кулачным бойцом был Поли-вдек, прекрасным бегуном слыл Ахилл, Персей извес-тен как метатель диска, а Геракл был одинаково удач-лив и в беге, и в стрельбе из лука.О первых состязаниях героев и людей, которые пе-реняли от богов страсть к соперничеству, рассказалГомер. В «Илиаде» и «Одиссее» немало описаний со-перничества, какие были в чести у греческого народа.В 23-й песне «Илиады» Гомер рассказывает об одномиз дней десятого года осады греками Трои. Эта песнянаполнена яркими и подробными картинами состяза-ний и духом борьбы ради стяжания славы и обретениябессмертия в памяти поколений. Сраженного ударомкопья в грудь Патрокла оплакивало все ахейское вой-ско, но более всего рыдал над телом убитого друга ге-рой Ахилл.Воздав все необходимые почести Патроклу, выпол-нив ритуал погребения с жертвенным костром и поми-нальным пиром, Ахилл объявил о начале состязаний вчесть храброго воина. Поминальные игры в честь Пат-рокла включали состязания колесниц, борьбу, метаниедиска, бег, кулачный бой, стрельбу из лука. Именно этивиды состязаний и составили впоследствии соревнова-тельную программу в Олимпии в классическую эпоху.Также утвердился порядок проведения этих и другихигр, которые распадались на две главные части - свя-щеннодействие и состязание.Как свидетельствует Гомер, открыли поминальныеигры состязания колесниц. Возничие - Менелай, Анти-лох, Диомед, Эвмел и Мерион - опустили в шлемАхилла жребий, чтобы определить свое место у старто-вой черты.Разом возницы на коней занесли для ударов;Разом браздами хлестнули и голосом крикнули грозным,Полные рвенья; и разом помчалися по полю кониВдоль от судов с быстротою ужасною: пыль из-под стоп ихСтала взвиваться на воздух, как туча, как сумрачный вихорь.Длинные гривы коней развеваются веяньем ветра;Их колесницы летящие то до земли прикоснутся,То высоко, отраженные, взбросятся; гордо возницыВ пышных стоят колесницах; трепещет у каждого сердце,Жадное славы [4. XXIII, 365, 370].Царь Аргоса Диомед обрел славу победителя и вме-сте с ней прекрасную наложницу и золотой треножник.А проиграл свой агон Эвмел. Антилох уверен, что еслибы Эвмел молился богам, то он не был бы последним всостязании. Тевкр уступает в стрельбе из лука Мермонутолько потому, что тот пообещал жертву Аполлону. Го-мер описывает в «Илиаде», что боги не остаются равно-душными к состязаниям героев и смертных, помогаяодним и отбирая удачу у других.Почти 700 стихов посвящено поминальным игрампод Троей в первой из эллинских былин. В «Одиссее»уже иные сюжеты и краски: сугубо мирные игры, дос-тавшиеся в наследство от предков. С течением временипраздников у греков становится все больше и зрелищ-ная состязательная сторона начинает занимать всебольшее место. На праздники стали стекаться люди неиз-за почтения к божеству, а ради торжественных ше-ствий, игр и других зрелищ или для участия в празд-ничных пиршествах.В 776 г. до н. э. в небольшом поселке Олимпия, рас-положенном в древнегреческой области Элида, что втридцати милях от побережья Ионического моря на Пе-лопоннесском полуострове, состоялись первые соревно-вания, давшие старт будущим Олимпийским играм.Время и место прохождения игр не было случай-ным. Игры совершались во второе или третье полнолу-ние после летнего солнцестояния. Объявлялось олим-пийское перемирие, и атлеты в ближайшем от Олим-пии городе Элида собирались для интенсивных трени-ровок на 30 дней, после чего совершали двухдневнуюпроцессию к месту проведения ристалищ. В перерывахмежду спортивными состязаниями свои таланты моглипродемонстрировать художники, чтецы и музыканты.В отличие от них, атлетам надлежало прибыть в Элиду,где они тренировались, за месяц, чтобы набрать опти-мальную спортивную форму.Пять дней Олимпийского праздника были оченьнасыщенными и состояли из сменяющих друг другарелигиозных обрядов и спортивных состязаний.Первый день отводился трубачам и герольдам, атакже спортивным соревнованиям юношей. Во вто-рой день происходили конные скачки, гонки на ко-лесницах и состязания пятиборцев, которые включа-ли бег на стадию (по мере постепенного расширенияпрограммы олимпийских состязаний вводятся новыедистанции бега: на расстояние в две стадии -диаулос - и несколько стадий), метание копья и дис-ка, борьбу и прыжки в длину. Соревнования в пяти-борье требовали от спортсмена разнообразной тех-ники и недюжей силы и выносливости. Все гонки, невходившие в пятиборье, имели место в третий день.Четвертый день был посвящен борьбе, кулачномубою и панкратиону - рукопашному бою в честь Ге-ракла, соединяющему удары руками и ногами. В пя-тый день прославлялись победители и устраивалисьпраздничные пиры и шествия.Атлеты на панэллинских играх выступали обна-женными, перед соревнованиями они натирали телаоливковым маслом, сей факт исследователи склоннытрактовать как средство повышения спортивной ре-зультативности. С этим не согласен немецкий историкХ.У. Гумбрехт: «Меня… не убеждает мнение, что стра-тегические преимущества были главной причиной.Масло придавало обнаженным телам атлетов блескотраженного солнца, и сам этот осязаемый ореол выде-лял их из ряда обычных людей» [5. C. 63].Олимпийские состязания постепенно приобрелибольшую популярность во всей Греции, сделав олим-пийский праздник панэллинским. Надо отметить, чтоторговые и политические отношения между городами-метрополиями и их колониями не были слишком проч-ными и требовались определенные усилия для их укре-пления, в том числе и с помощью отправления тради-ционных религиозных обрядов. В этом смысле панэл-линские состязания и прежде всего Олимпийские игрыстановились важнейшим способом укрепления меж-греческих политических связей, формирования нацио-нальной идентичности против «варваров», говорящихна других языках.Сообразно с представлениями того времени грекивидели в атлетах-победителях своих воскресших ми-фических героев, вновь явившихся потомкам во всемсвоем физическом совершенстве. Победители Олим-пиад действительно походили на эпических героевсвоим прекрасным физическим обликом, образомжизни и победой в спортивных ристаниях.Каждая Олимпиада (четырехлетний период) полу-чала название в честь победителя в первом спортивномпоединке пятидневного форума. Во время спортивногосостязания специальные лица, служители культа, сле-дили за соблюдением правил соревнований. Наказанияза различного рода нарушения были достаточно строгии предполагали «снятие» судьями нарушителя с сорев-нования. Обязательным элементом программы Олим-пийских игр был пир, устраиваемый в честь богов, вблагодарность за их покровительство и помощь побе-дителю. Снискавшие победу награждались оливковы-ми ветвями, срезанными мальчиком в священной рощеЗевса, оба родителя которого должны быть живыми.Вся эта регламентация не оставляет сомнения вкультовом характере древних олимпийских игр. В этомизначально религиозном действии собственно игра,состязание, упражнение не обладали самостоятельнойфункцией, той, которая зримо выступает в современ-ном спортивном действии.Устроенные с большой помпой общегреческие ат-летические состязания с обильными жертвоприноше-ниями, великолепными праздничными шествиями при-влекали огромное количество народа, стремящегосяувидеть своими глазами победителя. Агон восприни-мался греками отнюдь не как простое состязание в лов-кости, силе, быстроте ног, «но прежде всего как особаяразновидность божьего суда, конечной целью которогобыло выявление среди участников игр и городов, поль-зующихся особой благосклонностью богов или, какиногда говорят, "осененных божьей благодатью" (ха-ризмой)» [2. C. 212].В соответствии с общими особенностями мировоз-зрения грека для него остается незыблемым, что мир вцелом не подвластен человеку. Более того, этот мир поотношению к человеку глубоко безразличен и дажевраждебен, так что человек в конечном счете отданроку, судьбе и, по сути, обречен. Как же воспринимал-ся победитель - человек, добившийся успеха в обще-греческом масштабе? Как при наличии указанныхпредставлений трактуется и оценивается победа како-го-либо конкретного индивида в общеэллинском мас-штабе? Для грека естественно считать, что победастоль абсолютного ранга не может быть достигнутасамостоятельно, с опорой только на собственные силы.Такая победа возможна лишь в случае активной помо-щи богов. Божество, покровительствующее на играх,присутствовало на них в качестве строгого арбитра ивыносило свой приговор победой того или иного атле-та. Победитель соревнования самим фактом победызаявлял о себе как о любимце богов. Спортивное состя-зание, таким образом, определяло не только лучшегоспортсмена, но и лучшего грека. Об этом говоритК. Ясперс: «Часто современный спорт сравнивают сантичными играми. В те времена спорт был подобенкосвенному сообщению о себе выдающегося человекав его божественном происхождении; теперь об этом неможет быть и речи» [6. C. 331-332].Аналогично оценивает ситуацию и российский ис-следователь М. Гаспаров: «Греческие состязания долж-ны были выявить не того, кто лучше всех в данномспортивном искусстве, а того, кто лучше всех вообще -того, кто овеян божественной милостью» [7. C. 362].И далее: «Греки времен Пиндара шли на состязанияс таким же чувством и интересом, с какими шли к ора-кулу. Не случайно цветущая пора греческой агонисти-ки и пора высшего авторитета Дельфийского оракулатак совпадают» [Там же]. Фантастический почет, кото-рый воздавался победителям Олимпиад, как раз и объ-яснялся тем, что в них чтили не великих спортсменов, алюбимцев богов. Спортивное мастерство оставалосьуделом атлета, а милость богов принадлежала всемуроду, из которого произошел спортсмен.Дело здесь заключалось в том, что присутствиесреди граждан полиса или в составе его войскаолимпионика или победителя другого общеэллин-ского агона давало основание полису надеяться наблагословение божества. Атлет, увенчанный вОлимпии трижды (олимпионик), или периодоник(победитель на четырех главных играх в теченииодного четырехлетнего периода) мог поставить вОлимпии свое изображение. Часто это делали сооте-чественники.Некоторые особенно выдающиеся атлеты еще прижизни обожествлялись. Так, периодоник Эфиалий имелправо приносить жертвы своему золотому изображениюкак статуе бога. Когда олимпионик возвращался с на-градами домой, соотечественники разбирали крепост-ную стену, и через этот проход атлет торжественновступал в родной город. Этим давали понять, что горо-ду, в котором живет такой герой, не нужны каменныестены: атлет защитит земляков от любого врага. Жителидаже самого небольшого полиса стремились к тому,чтобы прославить свой город на всю Элладу, для этогоони были готовы потратить любые средства на устрой-ство пышных праздников, атлетических состязаний илистроительство храма.Статуи, которые восхваляли лучших атлетов, соз-давались самыми знаменитыми мастерами. Так, из-вестно, что благодарные сограждане спартанскогобегуна Лады заказали в честь него статую у самогоМирона (сер. V в. до н.э.). Победа Лады потребовалаот него столько сил и напряжения, что на обратномпути на родину он умер.Словно в эфире парящий ногами стремится он к цели,Сильно вздымается грудь, верой в победу полна.Вот таким то тебя здесь поставил, Лада, сам Мирон.Легкий как воздух, летишь с поднятой вверх головой.Полон надежды ты. Губы чуть тронуты свежим дыханьем.Жажда к победе в груди взносит желания вверх [2. C. 278].Столетиями складывающиеся традиции античногоолимпизма начинают колебаться в V в., а в IV в. до н.э.олимпийский упадок уже очевиден: он закономерносовпал с кризисом полисного устройства греческогообщества.Триумфальные победы Александра Македонскогообеспечили эллинское государство огромной армиейбесплатной рабочей силой, что привело к возрастаю-щей конкуренции среди свободных, но не слишкомзажиточных эллинов, которым теперь совсем не оста-валось времени для занятий гимнастикой, не говоряуже о регулярных тренировках. Могучие, но ограни-ченные профессионалы сменили их на стадионах. Ихотя снижение патриотического и воспитательногозначения игр во времена македонского, а затем и рим-ского господства ненамного уменьшило интерес к нимзрителей, такие состязания уже никак не способствова-ли процветанию спорта в благородном, высоком, ис-тинном смысле этого слова.Кроме этого, «снижению» олимпийских идеаловспособствовал и нарастающий религиозный скепти-цизм: грек уже не относился к своим богам-олимпийцам с прежним страхом и почтением. Это, всвою очередь, отразилось и на авторитете экехейрии:начиная с четвертой четверти V в. до н.э. священноеперемирие уже повсеместно нарушается. Одна за дру-гой были преданы забвению и прочие статьи олимпий-ского устава. Теперь, например, иностранцы уже до-пускались к участию в играх: ведь небезопасно было недопустить на Олимпийский стадион, предположим,завоевателей-македонян или римлян, впрочем на времяигр их объявляли греками. Однако главным могильщи-ком олимпиад стала христианская церковь. Как госу-дарственная религия Римской империи христианствоне желало терпеть рядом с собой пантеон эллинскихбогов и «языческие игры» с их гармонией человеческо-го тела и разума.Несовместимость политеистического античногоолимпийского сознания с утвердившейся парадигмойхристианского монотеизма обусловила более чем полу-торатысячелетний разрыв европейской культуры сдревнегреческой олимпийской традицией.

Ключевые слова

Homer, Olympic Games, Greek religion, anthropomorphism, Гомер, Ancient Greece, Олимпийские игры, антропоморфизм, греческая религия, античная Греция

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Богданова Марина АлександровнаЮжный федеральный университет (г. Ростов-на-Дону)кандидат философских наук, доцент кафедры философии, культурологи и философии науки Педагогического институтаmaraleks27@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Ясперс К. Смысл и назначение истории. М. : Политиздат, 1991.
Гаспаров М. Поэзия Пиндара // Вакхилид : Оды. Фрагменты. Приложения. М. : Наука, 1980.
Баумгартен Ф., Поланд Ф. Эллинская культура. М., 2000.
Гомер. Илиада. Одиссея : пер. с древнегр. М. : НФ «Пушкинская библиотека» ; АСТ, 2003. 859 с.
Гумбрехт Х.У. Похвала красоте спорта / пер. с англ. В. Фещенко. Новое литературное обозрение. 2009.
Андреев Ю.В. Цена свободы и гармонии. Несколько штрихов к портрету греческой цивилизации. СПб. : Алетейя, 1999.
Гуттман А. От ритуала к рекорду. Философия, политика и культура спорта // Логос. 2009. № 6 (73).
 Парадигма смысловых регулятивов олимпийского движения в античной Греции | Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 356.

Парадигма смысловых регулятивов олимпийского движения в античной Греции | Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 356.

Полнотекстовая версия