Константы народной культуры в языковом воплощении представлений о ребенке (на материале говоров Среднего Приобья) | Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 359.

Константы народной культуры в языковом воплощении представлений о ребенке (на материале говоров Среднего Приобья)

Статья посвящена проблеме лингвокультурологического анализа лексических единиц, репрезентирующих представление о ребенке в народной культуре. Рассматривается наличие семантики «свойственности - чуждости» в номинациях детей и способы ее экспликации на лексическом, морфологическом и синтаксическом уровнях. Посредством анализа номинаций выявляются мировоззренческие константы носителей традиционной культуры. Исследование проводится на материале говоров Среднего Приобья.

Folk culture constants in linguistic realisation of concept of child (based on material of Middle Priobie dialects).pdf Единицей исследования является диалектное словокак знак народной культуры, как кумуляция культур-ного опыта носителей традиционной культуры. Приз-мой подхода к лексической системе диалекта являетсяпредставление о ребенке, описываемое с позиций лин-гвокультурологии. Выбор представления о ребенке вкачестве объекта анализа обусловлен восприятием дет-ства в науке как особого рода феномена, изучая кото-рый можно увидеть мир «взрослой» культуры, рекон-струировать ее мировоззренческие установки. Так, помысли Д.А. Баранова, «говоря о партнерстве ребенка вдиалоге с взрослым, следует подчеркнуть символиче-ский характер его экспликации, то есть знания, способ-ности, желания, свойства приписываются ему взрос-лыми, и в этом смысле образ ребенка выступает какзеркало, глядясь в которое человек познает себя» [1.С. 4]. Представленная в семантике диалектного лекси-ческого фонда репрезентация образа ребенка отражаетценностные ориентиры русского крестьянства.Крестьянский мир являет собой единый, устояв-шийся способ бытия, в котором основной единицейколлектива и рода является семья. Этим объясняетсяпристальное внимание деревенского социума к внутри-семейным отношениям его членов. Относительно ре-бенка мерилом его семейного статуса является понятие«норма», «эталон», подразумевающее наличие в соста-ве семьи обоих родителей и их совместных детей. Этотпринцип может быть нарушен в отношении кровногоили юридического родства. Данное уточнение означаетналичие детей от предыдущих браков у одного илиобоих супругов, отсутствие у ребенка одного или обо-их родителей, рождение ребенка в законном браке иливне его. Рассмотрим данные семейные «аномалии» спозиций лингвистики.1. Неродной ребенок(Сов)местный, общий, родной - пасынок / падче-рица, неродной, чужойЗа корнем род- закреплено значение «свой по кро-ви», что позволяет предполагать наличие в данныхсловах семантики «свойственности» [2. С. 91]. Нару-шением этой целостности является наличие в семье«чуждого» элемента, каковым становятся друг для дру-га дети от предыдущих браков одного из супругов и ихнеродные родители.В народном сознании, независимо от внутрисемейныхотношений, на ментальном уровне всегда выстраиваетсяпротивопоставление «родных» и «неродных» детей, экс-плицированное в синтагматическом развертывании: Уменя три мужа было. Первый у меня утонул, второй нафронте погиб. Этот - третий, у него двое детей ужебыло и двое у нас местных (Молч.); А у их… У его, зна-чит, двое детей, родных, да третья неродна (ПСЯЛ); Скакой хозяйкой сойдусь - она около своих детей, а моипод порогом [без присмотра] (ВС).Оппозиция «родной - неродной» является частнымслучаем универсальной оппозиции «свой - чужой», покоторой все, что не «свое», «не вместе», отчуждается.Идея «чуждости», отступления от нормы выстраи-вает стереотипный образ пасынка и падчерицы как не-справедливо притесняемых, обижаемых приемным ро-дителем: Сватался ко мне и после, ну, думаю, кому ононужно, чужо дите-то, забижать будет, нет, думаю,сама воспитаю свою доченьку (Колп.); Не его дочь, онее всяко, всяко называет (Верш.).Взаимное отчуждение неродных детей и родителейвыстраивает другую оппозицию: (родная) мать / (род-ной) отец - (неродная) мать, мачеха / (неродной) отец,отчим, чьи образы также являются стереотипными: Смачехой жил. Люди мне говорят: «Ой, Вера, прям за-страмила, заругала она Коленьку: «Черт тебя навязал,постылый» (ВС); С мачехами рос, три жены отецбрал-то, мать-то третья была, а че, мачехам нужонон? Совсем не нужон (ВС); Так жизнь прошла, не ви-дела добра. Кака молодость была с чужим отцом?(Молч.); Я с девяти лет пошла боронить. У чужогоотца жила. Шибко-то не сладко у чужого-то отцажить. Гонял нас. Ночами. Поедешь вечером, да при-езжашь в два часа или три часа ночи (Крив.).Поведение мачехи и отчима по отношению к не-родным детям, отступающее от стереотипа, восприни-мается как странное: Мачеха, она ее залюбила, какродну. Она Ольгу-то шибко любит, прям залюбила(ПСЯЛ); И так любил он ее [приемную дочь] - прямчто ты: «Настя, Настя, Настя!» (ПСЯЛ).Необходимо обратить внимание на то, что факт заме-щения «чужим» человеком позиции отца или матери яв-ляется своеобразным «восстановлением» семейного кос-моса, нормы, по которой у ребенка должны быть и мать, иотец. В случае успешного «замещения», создания счаст-ливой семьи оппозиция «совместный - несовместный»,«родной - неродной», «общий - необщий» (которая явля-ется частным случаем оппозиции «свой - чужой») снима-ется: Эту брал с трими ребенками. Я держал их так, онидумали, что родные (В.-Кет.). Таким образом, понятиеродной включает в свою семантику ʻбережное, заботливоеобращение, взаимное уважение и любовьʼ. Сигналом это-го является смена номинации и способность к демину-тивному словообразованию: Так, по-хорошему [приемнаядочь зовет отчима]. То ли «папулечка», то ли «папа» ли«папулька», как-то от так (ПСЯЛ).2. Ребенок вне семьи: языковая репрезентацияобраза сиротыСирота, приплеть, детдомовский, беспризорныйЖить в (чужих) людях, ходить / пойти / расти полюдям / по дворам, пойти по мируОстаться от отца / материФакт существования наименования «сирота» выде-ляет такого ребенка из общей массы других детей, по-зволяя делать выводы, что в значении этого слова на-шло выражение представление носителей народнойкультуры о ненормальности подобного рода ситуаций.Рассмотрим языковую реализацию данного образа че-рез функционирование единиц, его репрезентирующих.В народном понимании с образом сироты неизмен-но связано понятие судьбы, действий сил, внеположен-ных человеческому постижению: Ну как не называют,называют, ну какой-нибудь сиротинка, так что вотговорят горемычный. Горький горемыка называютодин который живет, судьбы нету (ВС); В сорок пер-вом году Анна умерла. Ребятишечки были, померлихыть, бог не забыл. Остались бы горе мыкать(ПСЯЛ); Мне жизнь така досталась. С детства си-ротство досталось. Не жизнь, а горе (ВС).Семья занимает доминирующую позицию в эмоцио-нальной жизни ребенка. Душевная, эмоционально-психологическая обездоленность сироты обусловленаего одиночеством: Детдомовска я. Семи годов не было,с городу привезли. Так и живу одна, никого нет (ВС);Осталась как палец одна. Я маленька осталась восьмигодов от матери (ВС). Семантика одиночества в на-именовании сирота является доминирующей, следствиеэтого - появление переносного значения слова сирота -'Об одиноком человеке, оставшемся без родных, близ-ких' [3. С. 738], второго значения у слова сиротство -'2. Бесприютность, одиночество' [3. С. 738]. Зафиксиро-ван перенос данной семантики на предметы материаль-ного мира: СИРОТА. 2. Перен. Неустроенный, неухо-женный (о неодушевленном предмете). - Без хозяйкидом сирота, ага [4. Т. 6. С. 242].Таким образом, любой сирота - это прежде всегоодинокий человек, о чем свидетельствует этимологияданного слова: «Сирота. Общеслав. Образовано с по-мощью суф. -ота от сиръ - "сирый, безродный, одино-кий", имеющего соответствия в балт. яз.» [5. С. 409].Отсюда необычайно трогательное, жалостливое от-ношение к детям-сиротам, которое на языковом уровнерепрезентируется способностью данного слова к деми-нутивному словообразованию (сиротка, сиротиночка,сиротинка, сироточка, сиротушка, сиротинушка),прямыми оценками: Ой, бедна ты моя сиротинушка,осталась ты без отца и без матери. Горька ты сиро-тинушка (Кож.); Он, бедный, сиротой был, ни отца,ни матери (ВС); Я средненька была. Взяла меня к себесуседка наша. Шибко уж они меня не обижали. Жале-ли они меня. Наличием в языке идиоматических выра-жений, свидетельствующих о жалостливом отношениик сиротам: сиротская зима - «теплая» [6. С. 590].Наличие родителей перестает быть важным с мо-мента вступления сироты в брак. Обретая семью, онвосполняет недостающие компоненты в «эталонном»образе человека, становится «таким, как все», поэтомуособый статус аннулируется: Я сирота была, по лю-дям ходила - надоело, вылетела замуж семнадцатьлет (ВС); Жила плохо, в сиротстве, по людям ходила,а потом взамуж вышла семнадцати годов (ВС).3. Внебрачный ребенокСураз (ураз, суразка, суразенок / суразята, сура-зюшка, суразье мясо), безотцовщина, беззаконница,незаконный, безмужный, внебрачный, крапивник /подкрапивник, разведеныш, нагулянный, приобре-тенный, найденныйВнебрачный ребенок в народной культуре считаетсясуществом маргинальным в силу своего происхожде-ния, он является обособленным и противопоставлен-ным обществу, что вербализовано в самом наименова-нии данного понятия (и его стилистически сниженныхсинонимах). Внебрачный ребенок противопоставляетсяобществу на основании своей «непохожести», так какон рожден вне закона (внебрачный): Незаконных детейназывали сураз, разведеныши называли (ВС); Раньшеженщина родила вне брака - суразом звали, но сечасуж никак не зовут (ВС).Как известно, раньше обстоятельства появления су-раза на свет делали его беззащитным перед лицом за-кона, перед обществом. Его права зачастую не соблю-дались, в отличие от прав ребенка, у которого известени формально существует отец (ср. По отцу и сынучесть): Ураз - без отца живет ребенок (Крив); Сура-зом - отца не было, вот и сураз, безотцовщина, без-законница (ВС).Безотцовщина - это беззащитный человек. Словобезотцовщина рождает богатые культурные и истори-ческие аллюзии, свидетельствующие о значимости от-ца в жизни ребенка (ведь отец - это представитель по-роды, это транслятор семейных традиций и ценностей,способный передать их ребенку). Ребенок, не знающийотца, лишен истории, лишен части самого себя.Если сиротство является трагическим стечением об-стоятельств, то появление на свет незаконного ребен-ка - это результат вызова общественной морали и по-прания нравственных норм: В деревне у нас бабенкибольно пошли нравом спорченные. Вот Ларка, племян-ница ейная, у ей ведь парнишка суразенок (Пар.);Раньше от конфуз был, что сураза родить. Суразастыдно принести (Мол.). Факт рождения ребенкаженщиной, не состоящей в законном браке, традици-онно осуждается обществом, а она сама и ее ребенокстановятся своего рода изгоями:- [Как называют женщину, родившую вне брака?]-Проституткой (ВС);[- А если внебрачный ребенок -девочка, как его называют?] - «Все равно сураз. Сура-зюшка». [- А женщину?] - «Сучонка» (ВС). Негатив-ное отношение к женщине, родившей вне брака, реали-зуется в бранных, оскорбительных наименованиях,свидетельствующих об осуждении и презрении.Вину за рождение сураза традиционная культуравозлагает исключительно на мать. Отец ребенка неосуждается отчасти потому, что в большинстве случаевон остается неизвестен, отчасти потому, что в русскойкультуре идея дома и семейственности связана преждевсего с женщиной, которая является хранительницейдомашнего очага, несет ответственность за гармониюсемейных отношений [7. С. 204]. Рождение ребенка внебрака однозначно порочит женщину даже при наличиив ее характере несомненных достоинств: Она автори-тетна была так, хоть и ребенка принесла (ПСЯЛ).Наряду с широко распространенными обозначения-ми незаконнорожденного ребенка (сураз, безотцовщи-на), употребляются и наименования, образованные отназваний локусов предполагаемого зачатия или рожде-ния внебрачного ребенка: подкрапивник (крапивник):«Незаконнорожденный ребенок, как бы найденный вкрапиве» [8. С. 95]: Дед Семен на своих внуков толькои знает, что кричит: «Крапивники!» (Карг.); Крапив-ник, или сураз. Раньше был позор, стыд, сейчас нетуего… [почему так зовут?] - В крапиве его, на улиценашли его, не дома (Колп.). Дом осознается «своим»,обжитым, защищенным пространством, обеспечиваю-щим безопасность от чужого, внешнего мира. «Так,"свой" дом является не только материальным оберегом(дом как место жительства со всем имуществом, хозяй-ством), но и духовным - как средоточие семейных свя-зей, ценностей» [9. С. 101]. Особый статус внебрачногоребенка на словообразовательном уровне эксплициру-ется через номинации, семантика которых противопос-тавлена идее дома: с.-рус., ю.-рус. заугол, зауголыш,заугольник, ярослав. подкрылечник, подкустарничек,подпечник, соломенница, сибир. подстожник, подого-родник, курск. луговой, дон. подтынник, простореч.подзаборник [10. Т. 4. С. 414].Незаконное происхождение налагает отпечаток насудьбу ребенка. Максимальное отчуждение обществомвнебрачного ребенка достигается тогда, когда его осо-бое положение подчеркивается не только использова-нием соответствующего наименования, но и неприкры-то неприязненным к нему отношением: Сураз, или под-крапивник, смеялись над ними (Колп.); Попы не давалисуразятам хорошее имя (Кем. Яшк.); [Как называютвнебрачного ребенка?] «Суразье мясо» [бран.] (ВС).В создании специального наименования видится своегорода «клеймо», налагаемое на ребенка, специальнаяноминация выделяет его из общей массы других детей.Таким образом, за словом выстраивается цепочка ассо-циаций, не входящая в значение слова, но неизменноприсутствующая в его культурном макрокомпоненте.Однако существует и противоположная тенденция:тяжелое положение сураза, его «недоля», беззащит-ность перед лицом общества в силу отсутствия отца,который вписывал бы его в семью, в череду поколений,род, вызывают к нему жалость и осознание его «неви-новности» за грехи родителей: Володька - сураз. Без-отцовщину беречь надо: безвинна душа (Том.).Этическая оценка ситуации незаконнорожденностисоответственно отражается в языке, как видно, корпус ЛЕс семантикой незаконнорожденности очень широк. Инте-ресно отметить, что количество номинаций для обозначе-ния незаконнорожденного ребенка в разы больше, чемдля обозначения детей, оставшихся без родителей илиживущих в неполной семье. Это объясняется таким свой-ством народной культуры, как охранительность мораль-ных устоев, по которым сирот должно жалеть, а детей, нерожденных в законном браке, осуждать. Примечательно,что негативное отношение к поведению матери перено-сится на ребенка и отражается в номинации. Негативноеотношение проявляется либо в самой внутренней форменоминации (НЕзаконный - противостоящий «закону»,норме; ВНЕбрачный, БЕЗотцовщина, БЕЗзаконница,БЕЗмужный; разведЕНЫШ - модель «змеЕНЫШ», «га-дЕНЫШ»), либо эксплицитно представлено в контексте:Во зле скажут: «Носила суразят» (ВС). Примечательно,что для детей, рожденных в законном браке, языковоесознание диалектоносителей не создало специальной но-минации, так как «законность» воспринимается как нормаи не фиксируется средствами языка.Таким образом, традиционное сознание в акте мен-тального упорядочивания мира создает некий бытийно-этический эталон, отступление от которого попадает взону пристального внимания как несущее угрозу заведен-ному порядку вещей. В отношении положения ребенка всемье таким эталоном является наличие у ребенка обоихродителей, которые для него родные, рождение в закон-ном браке. Главная функция семьи заключается в воспи-тании здорового потомства, в передаче родового опыта,поэтому институт полной семьи оказывается столь зна-чимым и занимает одно из ведущих мест в мировоззрен-ческих константах традиционной культуры.ИСТОЧНИКИВС - Вершининский словарь / под ред. О.И. Блиновой. Томск : Изд-во Том. ун-та, 1998. Т. 1-7. 2002.ПСЯЛ - Полный словарь диалектной языковой личности / под ред. Е.В. Иванцовой. Томск : Изд-во Том. ун-та, 2006-2009. Т. 1-3.

Ключевые слова

лингвокультурология, диалектное слово, культурная коннотация, ребенок, cultural linguistics, dialectal word, cultural connotation, child

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Угрюмова Мария МихайловнаНациональный исследовательский Томский государственный университетаспирант кафедры русского языка филологического факультетаmaria_ugr@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Баранов Д.А. Образ ребенка в представлениях русских о зачатии и рождении (по этнографическим, фольклорным и лингвистическим представлениям) : автореф. дис. … канд. ист. наук. СПб, 2000. 28 с.
Серебренникова А.Н. Диалектное слово с семантикой «свойственности» - «чуждости» (лингвокультурологический аспект) : дис. … канд. филол. наук. Томск, 2004. 213 с.
Большой толковый словарь русского языка / гл. ред. С.А. Кузнецов. СПб. : Норинт, 2008. 1536 с.
Вершининский словарь / под ред. О.И. Блиновой. Томск : Изд-во Том. ун-та, 1998. Т. 1-7. 2002.
Краткий этимологический словарь русского языка : пособие для учителей / под ред. С.Г. Бархударова. 3-е изд., испр. и доп. М. : Просвещение, 1975. 543 с.
Даль В.И. Толковый словарь русского языка. Современная версия. М. : Эксмо, 2005. 736 с.
Мужики и бабы: Мужское и женское в русской традиционной культуре. Иллюстрированная энциклопедия / А. Баранов, О.Г. Баранова, Т.А. Зимина и др. СПб. : Искусство-СПБ, 2005. 688 с.
Словарь образных слов и выражений народного говора / под ред. О.И. Блиновой. Томск : Изд-во Том. ун-та, 2001.
Житникова М.Л. Дом как базовое понятие народного мировидения (лингвокультурологический аспект) : дис. … канд. филол. наук. Томск, 2006. 191 с.
Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / под ред. Н.И. Толстого. М. : Международные отношения, 1995.
 Константы народной культуры в языковом воплощении представлений о ребенке (на материале говоров Среднего Приобья) | Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 359.

Константы народной культуры в языковом воплощении представлений о ребенке (на материале говоров Среднего Приобья) | Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 359.

Полнотекстовая версия