Принцип взаимодействия как способ интерпретации культуры и языка | Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 359.

Принцип взаимодействия как способ интерпретации культуры и языка

Статья посвящена проблеме интерпретации культуры и языка в свете теорий дискурса, концепта и мифологии на основе философского принципа взаимодействия и сопоставительного метода исследования. Рассматриваются современные вопросы культурологии, семиотики и синергетики в области кросс-культурных исследований. Излагается использование принципа интерпретации культурных кодов в представлении единиц духовной культуры, истории культуры, картины мира в системах нескольких языков в семантическом плане.

Interaction in culture and language interpretation.pdf Категория взаимодействия является одним из ос-новных логико-методологических и гносеологическихпринципов познания природных и общественных яв-лений. Согласно Аристотелю, взаимодействие обу-словливает возникновение и развитие объектов, ихпереход из одного качественного состояния в другое.В философии И. Канта взаимодействие - это катего-рия отношения, которое порождает единство вещей ипроцессов чувственного мира [1. С. 66]. Взаимодейст-вие отражает процессы воздействия различных объек-тов друг на друга, изменение их состояния, взаимо-обусловленность. Динамика изменения и развития вприроде, обществе и мышлении предполагает много-образие форм их проявления и, в то же время, вклю-ченность каждого фрагмента бытия в процесс универ-сального взаимодействия.Доступная и недоступная нам реальность есть сово-купность предметов и явлений, находящихся в самыхразнообразных отношениях друг с другом. Взаимосвя-занность всего со всем, принцип взаимоотношения от-ражает единство мира в организованности всех обра-зующих его систем. Свойства объектов могут про-явиться и быть познанными во взаимодействии с дру-гими объектами. Взаимодействие выступает как интег-рирующий фактор, объединяющий структурные частив определенный тип системной целостности. Напри-мер, электромагнитное взаимодействие между ядром иэлектронами создает структуру атома, а информацион-ное взаимодействие между людьми образует одну изсоставляющих общественной жизни [2. С. 336]. Любаясистема находится под влиянием как внешних сил, таки внутренних условий, через призму которых прелом-ляются внешние воздействия. Внутренние и внешниефакторы, взаимодействуя, влияют на систему в двухнаправлениях. С одной стороны, система стремится ксохранению устойчивости и равновесия, а с другой -развивается в сторону изменения своего состояния изодного устойчивого положения в другое. При этомравновесие остается динамическим. Таким образом,чтобы понять конкретную систему как объект позна-ния, необходимо исследовать ее всевозможные взаим-ные связи и отношения в самом широком контексте.Если «смысл - это путь, которым люди приходят кимени» (Г. Фреге), то этот путь есть история культуры,в течение которой в памяти человечества в виде разно-образных текстов, вербальных и невербальных, скла-дываются, собираются, суммируются представления,понятия, ассоциации, возникшие в разное время и вразные эпохи. Историческое время при этом не играетроли. Потому что, действительно, «у народной памятисвоя хронология» (В.О. Ключевский). Мы живем в ре-альном, историческом времени, а идеи - в ментальномили, быть может, вне времени вообще (Ю.С. Степа-нов).Картина мира как совокупность мировоззренческихзнаний о мире с помощью языка представляет в томчисле и духовно-культурную картину мира человечест-ва. История языка отражает историю общества, путипознавательной деятельности человека, обусловленнойопределенными климатическими, географическими,биологическими, психологическими и многими други-ми культурными факторами и условиями. Языковыезнаки и язык в целом являются средством абстрагиро-ванной мыслительной деятельности и общения людей вусловиях материального производства; представления,понятия и суждения есть отображения объективнойдействительности, предполагающие сходство междумыслительным образом и отображаемыми объектами[3. С. 169].В свое время Г.В. Гегель (1770-1831) создал цело-стную систему, в которой мир предстает устроеннымразумно и осмысленно как стройная логическая систе-ма. Немецкие романтики начала XIX в. продеклариро-вали своеобразие отдельных языков как проявление«духа» их носителей и существование картины миракак неотъемлемой составляющей этнической характе-ристики языков. Тенденция уважительного отношенияк слову, знаку, символу, языку становится мощнейшимфактором, формирующим культуру. В XX в. идея ми-фологичности, символичности и знаковости всех чело-веческих представлений приобретает статус абсолют-ной истины [4. С. 276].После «Курса общей лингвистики» Ф. де Соссюракультура также стала трактоваться как система знаков.Различение языка как структуры правил в отличие отречи как функционирования этих правил, противопос-тавление синхронического и диахронического подхо-дов послужили громадным импульсом для применениятеории знаков к изучению культуры. Исходным поня-тием семиотики становится текст. Поэтому культурастала определяться как текст, а сам текст - как закоди-рованное сообщение.Открытие и исследование все большего количестваразнообразных языков по всему миру привело к осоз-нанию многообразия и своеобразия различных куль-тур, их несводимости друг к другу или к какой-либоуниверсальной схеме всемирно-исторического разви-тия. В XIX и ХХ вв. возникают разные варианты типо-логических описаний культур в составе мировой куль-туры (Н.Я. Данилевский, О. Шпенглер, А. Тойнби,П. Сорокин и др.) [5. С. 153]. Ю.М. Лотман определяеткультуру как сложную, многоуровневую систему раз-личных языков. Язык культуры, по его мнению, - это иопределенная картина мира, и представления о ее про-странственной организации. Семантика культурыпредполагает раскрытие соотношений между моделямикультуры и реальными текстами культуры.Естественный язык - исторически сложившаясязнаковая система. На основе первичных знаковыхсредств культуры в разных формах возникали и возни-кают семиотические системы более высокого уровня -так называемые вторичные моделирующие системы,вторичные языки культуры, культурные коды. Онимногочисленны и разнообразны. Это такие формыкультуры, как мифология, религия, философия, наука,искусство (музыка, скульптура, живопись, архитектура,фотография, кино), поэзия и проза, движение (танец,игра актера), поведение [6]. Исследование языка сквозьпризму мифологического мышления приводит к рекон-струкции категорий духовной культуры. Интерпрета-ция культурных кодов, начиная с уровня мифологиче-ского мировосприятия, позволяет представить единицыязыка духовной культуры, историю культуры, системуценностей, картину мира в зеркале языка. Подобныеисследования в сопоставительном аспекте имеют опре-деленный научный интерес, поскольку способствуютдуховно-культурному обогащению, расширению миро-воззрения, углублению философского взгляда на мир ижизнь в обществе, на историю человечества.Любой фрагмент окружающей действительностипредоставляет человеку информацию для восприятия,интерпретации, хранения или передачи другим членамсообщества. Сама информация организована в видезнаков и образует систему, некое целое пространство.В едином реальном мире, таким образом, образуетсяединый информационный мир, информационная среда,инфосфера, которая вся «пронизана общими парамет-рами» (Ю.С. Степанов). Термин инфосфера произошелот термина ноосфера, который был введен в научноеобращение П. Тейяром, Э. Леруа во Франции и, неза-висимо от них, В.И. Вернадским в начале ХХ в. Совре-менная наука задается вопросом создания общей се-миотической теории единого информационного про-странства. Специалисты в области кросс-культурныхисследований пытаются найти, например, почему одини тот же мотив-миф дает начало разным сюжетам вразные эпохи в разных частях света. Историки, архео-логи, этнографы, специалисты по сравнительной ми-фологии допускают, что мифологические параллелисвидетельствуют об исторических связях между наро-дами и культурами, поскольку мифы способны надолгосохраняться во времени [7. С. 69]. Концепция инфор-мации как объективной сущности, объединяющей ма-териальное (физическое) и идеальное, структуру ифункцию в тесной взаимосвязи, определяет физиче-скую реальность как информационную реальность. Внастоящее время подобные исследования одновремен-но информатики, семиотики и философии включаютсяв сферу синергетики.Термин синергетика был введен немецким физикомГ. Хакеном более сорока лет назад. Само слово проис-ходит от древнегреческого синергия 'сотрудничество,содружество' и в философии означает совместное дей-ствие; взаимодействие различных видов энергий в це-лостном действии [1. С. 414]. Синергетика изучает воз-никновение новых свойств в различных системах, втом числе и в таких, как культура. Эта новая научнаяпарадигма исследует проблемы существования общихпринципов, которые управляют взаимодействиемсложных систем живой и неживой природы, когда вних происходят качественные изменения. Индивиду-альными элементами сложных систем могут быть лю-ди, принадлежащие к разным этническим группам, атакже ментальные и языковые концепты, значимые дляих общения. Австрийский биолог и натурфилософЛ. фон Берталанфи (1901-1972) в общей теории системпоставил вопрос о возможности наличия общих прин-ципов, объясняющих существование сложных системнезависимо от характера составляющих его частей. Онсделал попытку объяснить гармонию жизненных прин-ципов наличием «живой системы имманентных сил».Культура является сложной диссипативной (нели-нейной) системой, динамика в которой имеет множест-ву путей. По мнению Г. Хакена, поведение сложныхсистем зависит от внешнего воздействия, которое мож-но измерить «контрольными параметрами» (controlparameters). Если параметры изменяются, то можетпроизойти качественное изменение системы. Поведе-ние сложных систем с множеством переменных опре-деляется лишь небольшим числом переменных, назы-ваемых «параметрами порядка» (order parameters). Вкультуре параметрами порядка могут выступать кон-станты национальной концептосферы (Ю.С. Степанов).В языке это могут быть языковые формы, со временемстандартизировавшиеся и окостеневшие. В.Г. Гак вследза В.И. Абаевым считает, что в современном языкеформы языка довольно далеко уже ушли от своих пер-воначальных смыслов.Воздействие на язык внешней реальности в един-стве внутренних языковых и экстралингвистическихфакторов изучается в рамках языка и речи (Ф. де Сос-сюр), текста в контексте (М.М. Бахтин), связного тек-ста (Н.Д. Арутюнова), процесса речевого общения,понятого как динамическая открытая система, т.е. врамках так называемого дискурса. Высказывание какединица дискурса, по мнению Бахтина, входит в мир«диалогических отношений», требующих экстратек-стового ответного понимания. Высказывание имеетсмысл, а не значение, и в дискурсе оно синергетично.В нем происходит совместное действие, это «язык вдействии» (Э. Бенвенист). Это речь, «рассматривае-мая как целенаправленное социальное действие, каккомпонент, участвующий во взаимодействии людей имеханизмах их сознания (когнитивных процессах)» [8.С. 136].По формуле Н.Д. Арутюновой, дискурс - это речь,погруженная в жизнь. По аналогии, дискурс в литера-туре - это художественный текст, погруженный вжизнь, мифологический дискурс - это миф, погружен-ный в жизнь. Для нашего исследования важна мысльМ.М. Бахтина о том, что «только контакт языковогозначения с конкретной реальностью, только контактязыка с действительностью, который происходит в вы-сказывании, порождает искру экспрессии: ее нет ни всистеме языка, ни в объективной, существующей вненас действительности» [9. С. 281].Мифологический, как и литературный, дискурс со-единяет мир воображения и конкретную реальность.Происходит рождение нового смысла, который необ-ходим для соположения в сознании этих двух миров,существующих в разных пространственных и времен-ных параметрах. В результате создается общефилософ-ский контекст, в который входят и история, и культура.Система культура как сложная нелинейная структурасинергетически порождает новый смысл или смыслыпри взаимодействии, если рассматривать предмет на-шего исследования, с историей и языком.Изучение истории невозможно без исследованияличности, «делающей» эту историю, так же как анализдискурса идет в единстве / связи с исследованием язы-ковой личности. Ю.Н. Караулов предложил модельязыковой личности, состоящую из трех уровней: моти-вационного, тезаурусного и вербально-семантического,что соответствует трехуровневости процессов воспри-ятия и понимания [10. С. 152-156]. Каждый уровеньструктуры языковой личности состоит из трех типовэлементов - единиц, отношений и стереотипов. Едини-цами нулевого вербально-семантического уровня вы-ступают отдельные слова, отношения между ними ох-ватываются единой вербальной сетью в виде грамма-тико-парадигматических, семантико-синтаксических,ассоциативных связей, а стереотипами являются стан-дартные, наиболее распространенные словосочетания,фразы, клише. На тезаурусном лингвокогнитивномуровне единицами считаются обобщенные понятия,крупные концепты, идеи. Отношения между ними вы-страиваются в строгую иерархическую систему, в не-прямой степени отражающую картину мира. В качест-ве стереотипов на этом уровне выступают устойчивыеобобщенные высказывания, дефиниции, афоризмы,крылатые выражения, пословицы и поговорки.Составить словарь основных понятий-дескрипторовтезауруса так же трудно, как и определить элементывысшего мотивационного уровня модели языковойличности. Единицы этого уровня направлены на разно-го рода потребности человека, которые диктуются экс-тра-, прагма- и лингвистическими причинами. Полногоперечня данных коммуникативно-деятельностных по-требностей, по мнению Караулова, пока нет, но иммогли бы отвечать определенные символы, образы,знаки повторяющегося, стандартного для данной куль-туры текста сказки, мифа, легенды и других текстовустной традиции, классических текстов письменнойтрадиции, произведений художественной литературы идругих видов искусства. Языковой способ выражениясимвола подобного прецедентного текста совпадаетсо способами выражения стереотипов других уровней.Это может быть, например, цитата, ставшая крылатымвыражением (Ветер перемен), или имя собственное,служащее обозначением художественного образа исвязанных с ним коннотаций в соответствующих пре-цедентных текстах (Геракл, Одиссей и Пенелопа, Ор-фей и др.).Язык существует в сознании человека и общества, вэтом заключается его социальная функция. Языковаяличность является носителем языкового сознания икультуры в языке (В.И. Карасик). Человек, живущий вопределенном культурно-языковом пространстве, яв-ляется носителем определенных смыслов, вырабаты-ваемых в процессе взаимодействия различных систем.Л.С. Выготский подчеркивал, что действительныйсмысл каждого слова определяется, в конечном счете,всем богатством существующих в сознании моментов,относящихся к тому, что выражено данным словом [10.С. 173].Познавая природную сущность, мы даем ей своеусловное имя. Поэтому наши именования природыбольше говорят о нас, чем о природе, - о наших услов-ностях, правилах, символах. Расширяя свои познания,человек постигает суть окружающего мира, истинныйпорядок вещей, избавляется от хаоса в своих знаниях.В одном из своих эссе французский писатель АндреМоруа (1885-1967) писал, что мир такой, какой онесть, и роль человека заключается в том, чтобы разо-браться в его организации. Однако как гражданинХХ в. Моруа считал, что дикая природа лишена «нрав-ственности», создает беспорядок, и только человек мо-жет создать сад [11. C. 441]. Научная мысль XIX в.предлагает расширить границы осмысления сущностиприроды и человеческого общества с целью увидеть,объяснить и, возможно, предвидеть закономерности ихразвития.Сознание - это различение, осознание иного, чтовозможно только в горизонте другого / чужого. ЕщеКант говорил об умении смотреть на себя глазами дру-гих. Гете был убежден, что нельзя понять собственныйязык без знания иностранного. Постигая смысл и цен-ность любой другой культуры, мы учимся понимать,уважать, сохранять свою собственную.Природа смыслов, порожденных человеком, рас-крывается в многообразии культур, через знаковыесистемы языков, в больших текстах (В.В. Налимов). Впроцессе человеческой деятельности происходитобобщение знаний в виде мифов, символов (А.Ф. Ло-сев), формируется некая база представлений для созда-ния новых знаний. В философии ХХ в. произошел лин-гвистический поворот к осознанию роли речи как важ-нейшего компонента взаимодействия людей. Одним издостижений постмодернистской философии являетсявключение дискурса в контекст коммуникации, гдевзаимопонимание достигается благодаря оценке себясо стороны другого [5. С. 365]. Постмодернисты рас-сматривают мир (сознание) и культуру как текст, кото-рому присущи неоднородность, многоязычие, откры-тость, интертекстуальность. Термин интертекст былвведен для обозначения совокупности «всех возмож-ных интерпретаций аллюзий и параллелей, имплицитносодержащихся в данном тексте» [12. С. 564]. Многооб-разная, неоднородная, множественная реальность по-знается человеком в процессе его деятельности и, какрезультат, замещается набором вербальных и невер-бальных элементов, которые используются в дискурсев качестве знаков и символов замещения - концептов,на основе которых строятся другие дискурсы. Соответ-ственно, концепт - это и совокупность знаний о карти-не мира, и «мысленное образование, которое замещаетнам в процессе мысли неопределенное множествопредметов одного и того же ряда» (С.А. Аскольдов /Алексеев) [13. С. 267]. То есть это виртуальное заме-щение реальной картины мира совокупностью симво-лов и знаков - «вторичной картиной мира, сложившей-ся в ходе познания мира для существования в первич-ной картине мира» [14. С. 70].Ю.С. Степанов, один из создателей концептуально-филологического направления в современной гумани-тарной науке, в своем труде «Константы: Словарь рус-ской культуры» исследует концепты - «объединяющиеидеи русской культуры», особое внимание уделяя эво-люции концептов в культуре. В содержании концептаон выделяет буквальный смысл, внутреннюю форму,исторический слой. В структуру концепта «входит всето, что и делает его фактом культуры - исходная форма(этимология); сжатая до основных признаков содержа-ния история; современные ассоциации; оценки…».Первый элемент вербально выраженного концепта -его внутренняя форма, которая соотносится с архаич-ной традицией и архаичной реальностью, выражаядревнюю точку зрения этноса на мир, и передает черты«наивной модели мира» (Ю.Д. Апресян). В теорииВ. фон Гумбольдта «слово не является изображениемвещи, которую оно обозначает, и еще в меньшей сте-пени является оно простым обозначением, заменяю-щим саму вещь для рассудка или фантазии». От про-стого обозначения слово, по мнению Гумбольдта, от-личается тем, «что имеет свой собственный определен-ный чувственный образ» [15. С. 303-306]. В основевнутренней формы лежит исходная мотивированностьсловесного знака, взаимосвязанная с данным предме-том конкретным видом чувственной формы.Ядро вербально выраженного концепта содержитархисемы и дифференциальные семы, которые раскры-ваются при помощи дефиниций в толковых словарях.Сегодня архетип имеет более широкий смысл. Это нетолько «коллективное бессознательное» (К.Г. Юнг), нои некоторый фонд представлений, которые опираютсяне генетическую память и не всегда соответствуют ак-туальному эмпирическому опыту. Замещение реальнойкартины мира вторичной картиной осуществляетсячеловеком с целью существования в этом реальноммире. Для обеспечения вербального человеческого об-щения происходит «замещение замещения» - построе-ние некоторой модели отношения к условиям челове-ческого бытия, «именование отражения отражения» -семиотическая модель опять конвенционально номи-нируется для обеспечения взаимодействия в языковомсообществе [14. С. 70].Таким образом, язык - это не только деятельность ипродукт деятельности, но и «инструмент для обнару-жения взаимодействия наций». Изучение языка откры-вает для нас «еще и аналогию между человеком и ми-ром вообще и каждой нацией, самовыражающейся вязыке, в частности» (В. фон Гумбольдт).В отличие от С.А. Аскольдова, Д.С. Лихачев пола-гает, что концепт существует для каждого словарногозначения слова отдельно, и предлагает считать концепталгебраическим обозначением / выражением значения,которым мы оперируем в своей устной и письменнойречи. Охватить значение во всей его сложности чело-век просто не успевает, иногда не может, а иногда по-своему интерпретирует его (в зависимости от своегообразования, личного опыта, принадлежности к опре-деленной среде, профессии и т.д.) [16. С. 280-287]. Укаждого человека есть свой культурный опыт, которыми определяется богатство / бедность значений слова иконцептов этих значений. И, очевидно, у каждого естьсвой круг ассоциаций, оттенков значения и свои осо-бенности в потенциальных возможностях концепта. Нов то же время любые отклонения и дополнения воз-можны только в пределах контекста, в котором кон-цепт доходит до адресата.Концепты кодируются в сознании единицами уни-версального предметного кода (Н.И. Жинкин, И.Н. Го-релов, А.А. Залевская). Универсальность их заключает-ся в том, что «он есть у всех без исключения носителейязыка, хотя и различен у каждого индивида» [17.С. 208]. Единицы универсального предметного кода -чувственные образы, которые отражают субъективныйопыт человека. Образы, составляющие содержаниеконцепта, проходят определенную стандартизацию:концепты могут быть общенациональными, групповы-ми и личными. Слово своим значением передает не-сколько концептуальных признаков, но не весь концептполностью. С другой стороны, один и тот же концепт вязыке может быть представлен самыми разными сло-вами, синонимами, семами, дефинициями в различныхсловарях, а также текстами. Сопоставляя доступныеязыковые средства репрезентации концепта - в системеязыка, в речи, в текстах, можно выявить содержаниеконцепта как единицы мышления. Это касается толькотой части концепта, которая нашла языковое выраже-ние в данном национальном сознании. Языковой знак,подобно включателю, активирует концепт в сознании изапускает его в процесс мышления [17. С. 209].Итак, язык - очень сложная система взаимозависи-мых фактов, которые лингвистика и сама не всегда мо-жет распределить по независимым категориям (В. Ма-тезиус). Для этого приходится заимствовать терминыиз других наук. К примеру, термин концептосфера былвведен Д.С. Лихачевым по типу терминов ноосфера ибиосфера. Термин семиосфера Ю.М. Лотман исполь-зует для обозначения некоторого семиотического про-странства, присущего данной культуре, взаимодейст-вуя с которым способен функционировать каждый от-дельный язык. Пространство семиосферы пересеченограницами языков, текстов и состоит из субсемиосфер.Каждая языковая единица в процессе своего взаимо-действия с другими единицами приобретает ассоциа-тивные связи и образует вокруг себя некую семанти-ческую сферу. Совокупность семантических сфер обра-зует семантическое пространство - совокупностьзначений и смыслов, которыми оперирует отдельныйэтнос на определенном языке. Совокупность семанти-ческих и семиотических сфер, расположенных во взаи-мосвязанном пространстве, создает условия для воз-никновения сфер более высокого порядка - концепто-сфер. Семантические сферы связывают концептосферыс языком. Через семиотические сферы концептосферысвязаны с устойчивыми моделями восприятия и позна-ния мира.Концептосфера также имеет ядро и периферию, онатакже связана с множеством других концептосфер, нонерасторжима в совокупности своих базовых элемен-тов семантических сфер и семиосфер. А совокупностьотдельных и самостоятельных концептосфер образуетконцептуальное пространстово. «В связи с тем, чтоединицы каждого из двух других пространств объек-тивно и планетарно (общечеловечески) и национальнодетерминированы (и элементы семантики, и элементысемиотики), то, естественно, такие же общечеловече-ские и национально-специфические элементы входят ив концептуальное пространство "пребывания" любогоэтноса» [14. С. 96].Сферы - семантическую, семиотическую, концеп-туальную - невозможно описать, пока они находятся внашем сознании, пока они не материализуются намилюбыми доступными нам средствами - вербальными,невербальными, эмоциями - на одном языке говоряще-го и слушающего. Это связано в первую очередь сосвойствами пространства, в котором находятся данныесферические конструкции. Исследователи различаютнесколько видов пространств с точки зрения их взаи-мосвязи с человеком. Есть реальное пространство, ко-торое существует объективно, независимо от человека.Есть перцептуальное пространство - пространствосубъективных ощущений, оно такое, каким его воспри-нимает человек в процессе отражения и номинирова-ния. И есть концептуальное пространство, котороеформируется как некое представление человека о ре-альном пространстве, освоенном им как перцептуаль-ное. Следовательно, реальное и концептуальное про-странства соединяются перцептуальным, которое вы-ступает в роли посредника [14. С. 101-102]. Разнооб-разные пространственные параметры структурируют иобъективную реальность, и бытие человека.Итак, семантическое пространство - это совокуп-ность базовых понятий отдельных составляющих язы-ковой картины мира, сложившейся у данного этноса входе его бытия. Семиотическое пространство - это со-вокупность бытийно сложившихся правил понимания,оценки и организации человеческого бытия, историче-ски, общечеловечески, этнически и социально закреп-ленных в семиотических системах, регулирующих че-ловеческое существование и специфически означаемыхв разных языках. Концептуальное пространство - этосовокупность исторически сложившихся базовыхструктурных элементов организации человеческогобытия, закрепленных в наборе семотических сфер,именованных в наборе семантических сфер и обеспе-чивающих существование человека в реальном про-странстве.В лингвистике продолжаются дискуссии о выбореимени концепта, его формулировке, составлении пе-речня или списка культурных концептов - так назы-ваемого концептуария культуры (В.И. Карасик). Естьмнение, что (лингво/культурный) концепт в когнитоло-гии - это лишь ментальное образование, принадлежа-щее к инструментарию научного исследования, соз-данное усилиями лингвокогнитологов для описания«духовной реальности»; неопределяемая категория,принимаемая интуитивно; гипероним понятия, пред-ставления, схемы, фрейма, сценария, гештальта и др.(С.Г. Воркачев). Если исходить из того, что мышлениевербально, то некоторое вербальное именование кон-цепта, очевидно, может быть выявлено, к примеру, вформе языковой или речевой единицы, которой актуа-лизируется центральная точка концепта (В.И. Карасик,Г.Г. Слышкин и др.). Концепт можно определить неединичным словом, а путем комбинаций языковых вы-ражений, поскольку концепты формируются преце-дентными текстами, которые функционируют в дис-курсе в виде цитат, аллюзий, других вербализованныхэлементов и устойчиво используются в прагматическихцелях. Очевидно, на вопрос, может ли быть именованконцепт конкретной единицей, однозначного ответапока не существует. Концепт не есть реальность, онлишь ее отражение, но отражение не картины мира, авербализованного (именованного) представления о не-котором элементе картины мира.Современное философское знание постулирует би-стабильность и мультистабильность концептуальныхструктур. «Не бывает концепта с одной лишь состав-ляющей... Всякий концепт является как минимумдвойственным, тройственным и т.д.» (Ж. Делез).Множественность концептуальной картины мирапринимается за основу познания в синергетике - уче-нии о взаимодействии и самоорганизации. Методысинергетики позволяют по-новому оценить знания обистории мира, синергетика ищет общие принципыразвития и самоорганизации природы, человеческогосообщества, культуры.Несомненно, мир вокруг нас стремительно меняет-ся. Достижения науки в разных областях колоссальнорасширили возможности получения и обмена инфор-мацией. Полностью согласны с Ю.С. Степановым, что«на наших глазах создается единый информационныймир, подобный единому миру природы» [18. С. 6]. На-копленный эмпирический материал позволяет сегодняв теории мифологии рассматривать мифы как серьез-ный источник информации об истории культуры всегочеловечества. Семиотический анализ мифологическоготекста в настоящее время заключается в выявлении внем пропозициональных функций разной степени общ-ности. Такой анализ можно проводить в двух направ-лениях. С одной стороны, в аспекте классификациипредикатов индивидов-персонажей мифа (синтагмати-ческий анализ), с другой стороны, анализ приводит кгруппировке индивидов в классы под общим именем(парадигматический анализ). При подведении индиви-дов под общие разряды вскрывается «картина глубин-ного устройства мира» [18. С. 8]. Рассматриваемыйтаким образом мифологический текст - это уже мифо-логический дискурс. Подобные исследования подразу-мевают «морфологию» текста мифа и эволюционныхсемиотических рядов, анализ семантического означи-вания мира, его категоризации, описание картины мираи прагматической значимости мифа как особого куль-турного феномена духовного воспитания.Очевидно, что в каждой отдельной системе сущест-вуют своего рода отношения и связи, характерныеименно для этой системы и объективирующие само еесуществование. Системы различных культур и разныхязыков тоже основаны на собственных типах отноше-ний. Философский принцип взаимодействия теорети-чески и практически можно использовать как инстру-мент анализа, открывающий новые параметры куль-турно-языкового пространства, новые интерпретациивзаимоотношений языков во времени и пространствена ином уровне и совершенно иного масштаба.Идея о специфическом виде языкового взаимодей-ствия связана, прежде всего, с именами И.А. Бодуэнаде Куртене (1845-1929), а также Н.С. Трубецкого(1890-1938), Р. Якобсона (1896-1982) и других членовПражского лингвистического кружка и основателейевразийского движения. Они разрабатывали теориювзаимодействия, возникающего при контакте геогра-фически смежных языков при географической неогра-ниченности пространства. Такой вид взаимодействиябыл назван Трубецким языковым союзом в противопо-ложность языковой семье. Идея предполагала рассмот-рение языкового сообщества на определенной геогра-фической территории как единой системы с особымизакономерностями развития [19. С. 16]. В своих иссле-дованиях они пришли к выводам о структурном сход-стве, не зависящем от генетических отношений языков.Согласно Трубецкому, языковой союз - это группаязыков, обнаруживающих существенное сходство всинтаксисе, морфологии, в фонетике и обладающихобщим фондом культурных слов, но не связанных сис-темой звуковых соответствий и исконной элементар-ной лексикой [20. С. 617-618]. Он сформулировал ос-новы языкового союза на материале балканских языкови для балканских языков. Р. Якобсон, анализируя фо-нологические системы евразийских языков, писал, чтосходство в структуре может связывать равным образомкак языки с общим происхождением, так и языки раз-ного происхождения.Предположение об особом духовном взаимодействии,не ограниченном во времени и пространстве и реальносуществующем в едином субстанциальном мире, отнюдьне ново. На наш взгляд, в качестве примера можно при-вести историю натурфилософии, начиная с Сенеки, уче-ние о «Книге природы» в эпоху неоплатонизма, теориюпричинно-механической картины мира в эпоху Просве-щения и др. [1]. Эта идея возникает, в том числе, когдадругими способами нельзя объяснить, почему одни и теже открытия, к примеру, делаются в противоположныхчастях планеты, совершенно независимо друг от друга.Принцип взаимодействия представляется возможнымиспользовать в процессе интерпретации фактическогоматериала в аспекте мифологических семантическихпредставлений о структурообразующих элементах архе-типической модели мира в качестве объекта исследова-ния. Нами не рассматривается проблема языковых кон-тактов в смысле взаимодействия, оказывающего влия-ние на структуру или словарь контактирующих языков[21. С. 237]. Не затрагиваются вопросы культурного, язы-кового заимствования, обмена, вытеснения и т.п., а такжетеория языкового союза как особого типа ареально-исторической общности языков. Благодаря выявлениюнаглядных, вербально закрепленных в различных слова-рях схождений и параллелей в мифологических представ-лениях и ассоциациях, концептуальной и языковой кате-горизации, культурных ценностях и оценках, стало воз-можным использовать категорию взаимодействия какфакт, нашедший свое объективное отражение в языке -тексте, основанном на мифологических, фольклорных,литературных, археологических, исторических, этногра-фических и других доступных нам данных [22]. Можнорассматривать данную гипотезу для условного, конвен-циального обозначения (Т.В. Цивьян) определяемыхсходств и подобий в системах нескольких языков на лек-сическом уровне, прежде всего, в семантическом плане.

Ключевые слова

взаимодействие, синергетика, дискурс, концепт, мифология, interaction, synergy, discourse, concept, mythology

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Хизбуллина Диля ИшбуловнаБашкирский государственный университет (г. Уфа)кандидат филологических наук, доцент кафедры сопоставительного языкознания факультета романо-германской филологииdella08@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Философский энциклопедический словарь. М. : ИНФРА-М, 2007. 576 с.
Спиркин А.Г. Философия. М. : Юрайт, 2011. 828 с.
Уфимцева А.А. Знаковые теории языка // Языкознание. Большой энциклопедический словарь. М. : Большая Российская энциклопедия, 1998. 685 с.
Культурология / Ю.Н. Солонин, М.С. Каган. М. : Высшее образование, 2007. 566 с.
История культурологии / А.П. Огурцов. М. : Гардарики, 2006. 383 с.
Мечковская Н.Б. Семиотика: Язык. Природа. Культура. М. : Академия, 2004. 432 с.
Березкин Ю.Е. Мифы Старого и Нового Света. Из Старого в Новый Свет: Мифы народов мира. М. : АСТ, 2009. 448 с.
Арутюнова Н.Д. Дискурс // Языкознание. Большой энциклопедический словарь. М. : Большая Российская энциклопедия, 1998. 685 с.
Бахтин М.М. Проблема текста в лингвистике, филологии и других гуманитарных науках. Опыт философского анализа // Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1986.
Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность // Зинченко В.Г. Межкультурная коммуникация. От системного подхода к синергетической парадигме. М. : Флинта ; Наука, 2008. 224 с.
Моруа А. Слову дано многое… // Культурология. История мировой культуры : хрестоматия. М. : ЮНИТИ-ДАНА, 2008. 607 с.
Тростников М. Перевод и интертекст с точки зрения поэтологии // Семиотика: Антология / сост. Ю.С. Степанов. М. : Академический проект, 2001. 702 с.
Аскольдов С.А. Концепт и слово // Русская словесность. От теории словесности к структуре текста. Антология / под общ. ред. В.П. Нерознака. М., 1997. С. 267-279.
Прохоров Ю.Е. В поисках концепта. М. : Флинта ; Наука, 2008. 176 с.
Гумбольдт фон В. Лаций и Эллада // Гумбольдт Вильгельм фон. Избранные труды по языкознанию / общ. ред. Г.В. Рамишвили. М. : Прогресс, 1984.
Лихачев Д.С. Концептосфера русского языка // Русская словесность. От теории словесности к структуре текста. Антология / под общ. ред. В.П. Нерознака. М., 1997.
Зинченко В.Г. Межкультурная коммуникация. От системного подхода к синергетической парадигме. М. : Флинта ; Наука, 2008. 224 с.
Степанов Ю.С. В мире семиотики. Вводная статья // Семиотика: Антология / сост. Ю.С. Степанов. М. : Академический проект, 2001. 702 с.
Цивьян Т.В. Язык: тема и вариации: избранное : в 2 кн. М. : Наука, 2008. Кн. 1. 314 с.
Нерознак В.П. Языковой союз // Языкознание. Большой энциклопедический словарь. М. : Большая Российская энциклопедия, 1998. 685 с.
Иванов Вяч. Вс. Контакты языковые // Языкознание. Большой энциклопедический словарь. М. : Большая Российская энциклопедия, 1998. 685 с.
Хизбуллина Д.И. Евразийское взаимодействие: Язык. Миф. Культура. LAP Lambert Academic Publishing, 2011. 112 c.
 Принцип взаимодействия как способ интерпретации культуры и языка | Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 359.

Принцип взаимодействия как способ интерпретации культуры и языка | Вестн. Том. гос. ун-та. 2012. № 359.

Полнотекстовая версия