Япония и Китай в Юго-Восточной Азии: политическое измерение | Вестн. Том. гос. ун-та. 2013. № 368.

Япония и Китай в Юго-Восточной Азии: политическое измерение

Рассматривается политика Японии и Китая в Юго-Восточной Азии на современном этапе. Анализируется процесс становления и развития диалогового формата «АСЕАН+3», который объединяет десять членов АСЕАН и три государства СевероВосточной Азии - Японию, Китай и Южную Корею. «АСЕАН+3» может послужить катализатором для процессов экономической и политической интеграции в Восточной Азии. Соперничество Китая и Японии является главным фактором, сдерживающим развитие интеграции. Проведенный анализ позволяет сделать вывод о том, что региональным лидером в Восточной и Юго-Восточной Азии в данный момент является Китай.

Japan and China in Southeast Asia: political dimension.pdf В данной статье хотелось бы рассмотреть относительно новое интеграционное образование - диалоговый формат «АСЕАН+3», который объединяет достаточно успешную группировку АСЕАН (членами АСЕАН - Ассоциации государств Юго-Восточной Азии, созданной в 1967 г., - в настоящее время являются Бруней, Вьетнам, Индонезия, Камбоджа, Лаос, Малайзия, Мьянма, Сингапур, Таиланд, Филиппины) и три ведущие азиатские экономики - Японию, Республику Корею и Китай. Большинство исследователей сходятся во мнении, что в Восточной Азии к концу XX в. сложились три «центра тяготения» -Япония, Китай и страны АСЕАН. В качестве предыстории отметим, что до второй половины 1990-х гг. вопрос о создании восточно-азиатского экономического объединения практически не поднимался. Во многом это было обусловлено существенными препятствиями на пути интеграционных процессов, среди которых не только значительная разница в уровнях экономического развития, но и достаточно напряженные политические отношения. Прообразом «АСЕАН+3» послужила концепция премьер-министра Малайзии Махатхира Мохамада о создании Восточно-Азиатского экономического сообщества, выдвинутая в начале 1990-х гг. [1. С. 160]. На официальном уровне Мохамад впервые озвучил свою концепцию на заседании после министерского совещания АСЕАН [2]. Он подчеркнул, что новое объединение должно следовать принципам ГАТТ/ВТО не вступать в конфронтацию с АТЭС и не вредить сплоченности АСЕАН. Однако в то время по ряду причин эта идея не была должным образом реализована [3. С. 979]. Можно сказать, тогда подобный альянс был заранее обречен на неудачу [4. С. 42]. США были категорически против восточно-азиатского интеграционного объединения без их участия и всячески препятствовали его созданию; они видели в этом объединении возможную угрозу АТЭС. Другие региональные державы -Япония и Китай - также весьма прохладно отнеслись к этой инициативе. В частности, Китай был заинтересован в подобном объединении, но был категорически против включения в сообщество Тайваня [5. С. 59]. Внутри АСЕАН также не было единства по данному вопросу. Поскольку США в то время являлись главным торговым партнером для большинства государств Восточной и Юго-Восточной Азии, идея создания исключительно восточно-азиатской группировки не нашла поддержки у потенциальных участников. О концепции Мохамада благополучно забыли. Однако вскоре обстоятельства изменились. Сотрудничество по формуле «АСЕАН+3» фактически началось с 1997 г., когда разразился азиатский финансовый кризис. Именно экономический кризис послужил толчком для перехода взаимодействия АСЕАН и ее северных соседей на качественно новый уровень. Однако Кен Джимбо считает скорее случайностью, что первый саммит по формуле «АСЕАН+3» состоялся вскоре после азиатского финансового кризиса [6. С. 23]. Действительно, регулярные встречи представителей «северной тройки» с коллегами из стран АСЕАН начались несколько раньше - еще в период подготовки первого форума «Азия - Европа» (ASEM) [7]. Подобные встречи проводились с целью заблаговременного согласования позиций азиатских стран перед диалогом с западными партнерами. Саммит «АСЕАН+3» был запланирован как одноразовое событие - лишь на втором саммите в Ханое в 1998 г. было решено проводить подобные встречи ежегодно. Группировка была названа «АСЕАН+3», чтобы подчеркнуть ее неформальный характер и лидирующую роль АСЕАН (проведение саммитов «АСЕАН+3» приурочено к ежегодным саммитам АСЕАН) [8. С. 96]. В разгар кризиса 1997-1998 гг. Запад фактически бросил регион на произвол судьбы - массовое бегство иностранных капиталов спровоцировало обвал рынков, а рекомендации МВФ лишь усугубили и без того непростую ситуацию [9. С. 51]. Реальную помощь государствам ЮВА оказали только Китай и Япония [10. C. 9]. Это, в общем, неудивительно, ведь государства СВА значительно больше заинтересованы в АСЕАН как партнере, нежели индустриально развитые страны Запада, которые традиционно считали своим приоритетом европейско-атлантический вектор сотрудничества. Таким образом, азиатский финансовый кризис стал поворотным моментом в процессе формирования нового регионального объединения. Исследователи по-разному характеризуют сложившуюся в регионе ситуацию. В частности, Ю. Саплин-Силановицкий в своей статье «КНР - Япония. Кто будет лидером в Восточной Азии?» пишет, что в данный момент можно говорить о своеобразной модели «поезда с двумя локомотивами», где Японии отводится место во главе состава, а Китаю - положение в хвосте поезда, толкающего его [11. C. 26]. Экономическое сотрудничество Японии и Китая в рамках диалогового формата «АСЕАН+3» получило институциональную основу. Однако «АСЕАН+3» имеет и политическое значение, так как способствует улучшению отношений между странами региона [12. С. 12]. Наблюдатели отмечают и существенную положительную роль встреч на высшем уровне, которые ежегодно проходят в рамках формата «АСЕАН+3», так как трехсторонние контакты Японии, Китая и Южной Кореи без участия АСЕАН пока представляются затруднительными и малорезультативными из-за сложности их политических отношений. В 1999 г. премьер-министр Японии Кейдзо Обути выдвинул инициативу проведения трехсторонних встреч в формате Япония - Китай - Южная Корея на полях саммита «АСЕАН+3». На данных встречах обсуждаются исключительно экономические проблемы (политические вопросы намеренно не рассматриваются), но сам по себе формат трехсторонних переговоров можно считать большим достижением [13. С. 156-157]. По сравнению со странами Юго-Восточной Азии, государства Восточной Азии остаются менее восприимчивыми к дальнейшему углублению региональной интеграции [14. С. 261]. В то же время не утихают споры по поводу эффективности формата «АСЕАН+3». «Несмотря на то, что под эгидой "АСЕАН+3" было запущено множество проектов, как правило, они инициировались и финансировались одной из стран "+3" при скромном участии других государств или даже его полном отсутствии. Результаты двусторонних проектов "АСЕАН+1" - "китайского", "японского" и "корейского" - пока выглядят более впечатляющими, чем Во-сточноазиатские программы», - пишет Джон Равен-хилл [15. С. 201]. Если отбросить пафосную риторику строительства регионального сообщества, станет ясно, что «АПТ и его громоздкое порождение - Восточно-Азиатское Сообщество - действуют не в интересах создания общей Восточноазиатской идентичности, а преследуют цели отдельно взятых государств» [16. С. 180]. Эксперты высказывают различные мнения относительно лидера в «АСЕАН+3». Считается, что в силу сложной международной ситуации в Азии роль «двигателя интеграции» еще долгое время будет удерживать АСЕАН, так как это наиболее приемлемый вариант для всех. Парадоксально, но главная сила АСЕАН - в ее слабости. Именно это позволило Ассоциации стать заметным игроком в процессе оформления восточно-азиатского регионализма. «В то время как великие державы не доверяют друг другу, они вполне могут доверять АСЕАН, так как составляющие ассоциацию страны не настолько могущественны, чтобы доминировать над другими региональными государствами, и заметная непредвзятость во взглядах АСЕАН дают основание считать ее "честным посредником"» [17. С. 323]. Другие аналитики полагают, что в самой АСЕАН слишком много проблем, мешающих ей осуществлять эту функцию, и развитие объединения «АСЕАН+3» будет в большей степени определяться взаимоотношениями Японии и Китая - самых мощных в экономическом отношении государств региона. Николас Томас утверждает, что даже когда деятельность группировки «АСЕАН+3» стала охватывать широкий круг вопросов, именно взаимоотношения Китая и АСЕАН продолжают играть ключевую роль в региональном развитии [18. С. 125]. Если рассуждать логически, Япония и Китай - два потенциальных региональных лидера. Обе страны уже демонстрировали сдержанные попытки стать региональным лидером и, без сомнения, хотят укрепиться в качестве ведущей державы в Восточной Азии [19. С. 10]. Из двух государств Япония - более очевидный выбор, учитывая ее экономическое влияние, технологическое преимущество и активное участие в развитии региона. «Но японскому лидерству серьезно препятствует ряд факторов. Во-первых, неспособность Японии отказаться от покровительства неэффективной отечественной промышленности - давняя проблема японской внешнеэкономической политики. Кроме того, категорическое нежелание правительства отказаться от дискредитирующего прошлого нации лишает ее морального авторитета, вследствие чего обесценивается экономическое участие Японии в региональной повестке дня» [20. С. 247-248]. В связи с этим следует отметить, что экономическая помощь Японии странам АСЕАН за последнее десятилетие, как и во время кризиса, существенно превысила помощь других государств (табл. 1). После финансового кризиса 1997 г. Япония оказала помощь странам Азии на сумму около 44 млрд долл. [21. С. 59]. Но пассивное японское правительство не сумело этим воспользоваться и укрепить свое влияние в ЮВА. Т а б л и ц а 1 Региональное распределение официальной помощи развитию по отдельным донорам, % от суммарных выплат Страна-донор Центральная и Южная Азия Другие страны Азии и Океании 1995-1996 гг. 2000-2001 гг. 2005-2006 гг. 1995-1996 гг. 2000-2001 гг. 2005-2006 гг. Австралия 7,0 7,9 8,5 83,8 85,3 74,4 Великобритания 26,1 19,9 16,5 10,3 7,6 4,3 Германия 11,9 13,1 9,3 21,4 20,4 12,8 Канада 14,9 17,1 16,8 15,1 16,1 9,9 Нидерланды 16,8 13,5 12,6 5,1 13,7 12,5 США 9,8 18,4 13,5 8,6 8,7 4,2 Франция 2,1 3,4 2,2 21,2 10,6 7,4 Япония 19,3 20,5 12,7 51,0 50,4 39,2 Источник: Development Cooperation Report 2007, By Richard Manning, Chair of the OECD Development Assistance Committee (DAC) // The OECD official web site. URL: http://www.oecdilibrary.org/docserver/download/fulltext/4308011e.pdf?expires=1330959176&id=id&accname=guest &checksum=4CDDCD9BCF28A1F0C767DF853E9BF7BD (дата обращения: 12.12.2011). Китай может быть альтернативой Японии в качестве регионального лидера, но он тоже сталкивается с серьезными проблемами. В первую очередь, это страх, отчасти иррациональный, вызванный небывалой экономической активностью Китая, превратившегося в «мастерскую мира». Но «вдобавок к этим опасениям присутствует серьезное недоверие к лидеру, только наполовину завершившему преобразование экономики из социалистической в капиталистическую и при этом сохраняющему коммунистическую политическую систему. К тому же китайское правительство продолжает раздражать соседей своими дипломатическими и военными акциями, причем более серьезно, чем Япония со своей исторической проблемой» [20. С. 248]. Таким образом, сперва Китай воспринимался в Юго-Восточной Азии как коммунистическая угроза, затем -как военная, и теперь - как экономическая. Однако некоторые исследователи сейчас пишут о недавно возникшем «дружественном восприятии Китая» в странах Юго-Восточной Азии и открыто говорят о том, что именно взаимоотношения Китая и АСЕАН являются краеугольным камнем в деятельности такого заметного интеграционного образования, как «АСЕАН+3» [22. С. 61]. В настоящее время Япония и Китай ведут активную борьбу за вовлечение стран АСЕАН в орбиту своего влияния и всячески стремятся завоевать их расположение. В октябре 2000 г. Китай впервые выдвинул предложение о создании зоны свободной торговли АСЕАН - Китай. Вскоре последовал дипломатический ответ Японии - соглашение об экономическом партнерстве Японии и АСЕАН. Япония расценила данную инициативу Китая как средство установления экономического альянса со странами АСЕАН и попытку закрепиться в роли регионального лидера. Тем не менее, эти конкурирующие концепции торговой либерализации в перспективе могут быть объединены в единую восточно-азиатскую зону свободной торговли [23. С. 233]. Т а б л и ц а 2 Внутрирегиональная торговля, % Страна 1980 г. 1990 г. 1995 г. 2000 г. 2005 г. 2006 г. 2007 г. 2008 г. ACEAH 15,9 17,0 21,0 22,7 24,9 24,9 25,0 26,7 АСЕАН + Япония 23,4 21,7 27,4 26,4 26,0 25,4 25,6 27,2 АСЕАН + Китай 14,9 15,8 19,1 20,1 20,7 20,7 20,6 21,7 АСЕАН+3 28,9 28,6 36,9 37,4 39,1 38,2 37,8 38,5 Источник: Table II-9 Intra-regional trade within major regions of the world (two-way trade),2009, JETRO White Paper on "international trade and foreign direct investment" // The Japan External Trade Organization (JETRO) official web site. URL: http://www.jetro.go.jp/en/reports/white_pa-per/trade_invest_2009.pdf (дата обращения: 10.03.2012). Обнародованная статистика также позволяет сделать вывод о том, что в настоящее время внутрирегиональная торговля наиболее интенсивно развивается в формате непосредственно самой АСЕАН и АСЕАН -Китай (табл. 2). Примечательно, что объем торговли между странами ЮВА заметно ниже и на протяжении многих лет держится на уровне 20-25%. Что касается общественного мнения в странах ЮВА, то и у Японии, и у Китая не все идет гладко в деле завоевания симпатии «асеановцев». Несмотря на значительную экономическую помощь, вряд ли будут забыты агрессивные устремления японцев во время Второй мировой войны. Даже сама терминология для формирующихся интеграционных объединений, если она хотя бы отдаленно напоминает «эру всеобщего процветания для азиатов», немедленно отметается как неприемлемая. Неоднократно вызывала недовольство и деятельность китайской диаспоры в ЮВА - могущественной хуацяо, которая контролирует важнейшие экономические рычаги в ключевых странах АСЕАН - Сингапуре, Малайзии, Индонезии, Таиланде. Китайские общины составляют, по разным оценкам, от 6 до 12% общей численности населения стран ЮВА. Однако экономическое влияние китайских меньшинств в странах региона несоизмеримо выше [24. C. 62]. Как же можно охарактеризовать сложившиеся отношения между Японией и Китаем? Кем они являются - партнерами или конкурентами? На наш взгляд, подобный риторический вопрос не предполагает однозначного ответа. С экономической точки зрения развитие экономик Японии и Китая в течение последних десятилетий было скорее дополняющим, нежели конкурирующим. Однако уже в ближайшей перспективе существует вероятность того, что их экономические взаимоотношения превратятся в ожесточенное соперничество, особенно в сфере поиска новых источников энергоресурсов [25]. Что касается политических взаимоотношений, то эти крупнейшие азиатские государства всегда были, есть и, скорее всего, будут непримиримыми антагонистами, заключающими временные альянсы лишь в случае крайней необходимости. Сотрудничество и одновременно соперничество Китая и Японии оказывает все более возрастающее влияние на мировую политику и экономику [26. C. 50]. С одной стороны, эти страны являются друг для друга важным ресурсом экономического роста, а неуклонно растущая хозяйственная взаимозависимость заставляет их искать новые варианты взаимовыгодного сотрудничества. С другой стороны, Китай и Япония конкурируют не только в борьбе за выход к новым источникам энергоресурсов, но и за лидерство на геополитическом пространстве Восточной Азии, а также за более влиятельное место на международной арене. Азиатский финансовый кризис 1997 г. не только спровоцировал изменение маршрутов торговых потоков и переориентацию экономических приоритетов, но и позволил наиболее дальновидным политикам начать процесс кардинальной перестройки всей системы региональных отношений. Речь идет, в первую очередь, о Китае. Кризис предоставил Китаю прекрасную возможность продемонстрировать свою добрую волю и солидарность со странами Юго-Восточной Азии. Решение Китая не девальвировать юань было с восторгом воспринято в странах АСЕАН, так как расширение экспорта было неотъемлемым условием восстановления экономики [27. C. 6]. Создается впечатление, что Китай твердо намерен опередить своих конкурентов в борьбе за лидерство в Большой Восточной Азии. В связи с этим в последнее время китайское руководство последовательно проводит курс на сближение с региональными интеграционными структурами. Китай активно участвует во множестве многосторонних диалогов, что позволяет осуществлять различные политические цели и одновременно обеспечить статус великой державы [28. С. 54]. Активизировалось и сотрудничество с АСЕАН - ведущей интеграционной группировкой в ЮВА. Следует отметить, что во время азиатского финансового кризиса производительность труда в странах АСЕАН резко сократилась, Китай же, напротив, демонстрировал значительные темпы экономического роста [29. С. 260]. Это также стало катализатором активизации политики Китая в регионе. Рассматривая происходящие в регионе процессы, представляется возможным говорить о том, что интеграция Китая в региональные структуры Юго-Восточной Азии обусловлена в равной степени как экономическими, так и геополитическими факторами. Страны ЮВА контролируют важнейшие проливы в южных морях, поэтому Китаю, как и Японии, жизненно необходимо поддерживать дружественные отношения с такой влиятельной организацией, как АСЕАН. Китайская экономика также испытывает все большую зависимость от импорта сырья из стран ЮВА, своевременные поставки которого также являются вопросом национальной безопасности. Следовательно, не только члены АСЕАН заинтересованы в Китае как торговом партнере, но и Китаю также крайне важно найти общий язык с государствами региона (см. табл. 3). Действительно, в настоящее время наиболее активно развиваются отношения АСЕАН с Китаем: в 2001 г. стороны объявили о намерении создать зону свободной торговли (ЗСТ) в течение десяти лет. В 2002 г. все десять членов АСЕАН подписали с КНР Рамочное соглашение о всеобъемлющем экономическом сотрудничестве [30], в котором это намерение было документально зафиксировано. Вскоре Китай присоединился к Балийскому договору о дружбе и сотрудничестве в Юго-Восточной Азии [31]. КНР и АСЕАН также декларировали, что вступают в эру «стратегического партнерства ради мира и процветания» [32]. В соответствии с намеченными планами ЗСТ «АСЕАН - Китай» начала функционировать 1 января 2010 г. С экономической точки зрения создание ЗСТ пока что больше отвечает интересам ЮВА, чем Китая. Во-первых, это открывает для товаров этих стран огромный китайский рынок. Во-вторых, китайское правительство гарантирует своим частным инвесторам возврат капиталов, вложенных в страны ЮВА, в случае возникновения каких-либо форс-мажорных обстоятельств. Тем самым часть прямых иностранных инвестиций (ПИИ), поступающих непосредственно в Китай, может косвенным путем переместиться в страны АСЕАН, что также будет способствовать их экономической стабильности в случае очередного бегства западных капиталов. К тому же подобная политика способна существенно ослабить конкуренцию Китая и стран АСЕАН за привлечение ПИИ. Тем не менее, среди некоторых ученых, в частности среди индонезийских экономистов, распространено мнение о том, что в будущем дешевые китайские товары, наводнившие рынки АСЕАН, вполне могут уничтожить национальную промышленность [33. С. 226]. Сотрудничество стран АСЕАН с Китаем в некоторой степени представляется парадоксальным, так как их конкуренция на экспортных рынках значительно превышает конкуренцию между японскими и китайскими товарами. «Более 80% товаров, произведенных в Индонезии, напрямую конкурируют с китайскими товарами на рынке США. В то же время экспортный потенциал Японии и Китая по многим пунктам взаимодополняем, что вполне устраивает обе державы», - пишет Ямадзава Иппей [34. С. 86]. Т а б л и ц а 3 Основные торговые партнеры АСЕАН (2009 г.) Страна (регион) Объем Процентное соотношение к торговле АСЕАН Экспорт, млн долл. США Импорт, млн долл. США Торговля в целом, млн долл. США Экспорт, млн долл. США Импорт, млн долл. США Торговля в целом, млн долл. США АСЕАН 199 587,3 176 620,1 376 207,3 24,6 24,3 24,5 КНР 81 591,0 96 594,3 178 185,4 10,1 13,3 11,6 ЕС - 27 92 990,9 78 795,0 171 785,9 11,5 10,8 11,2 Япония 78 068,6 82 795,1 160 863,7 9,6 11,4 10,5 США 82 201,8 67 370,3 149 572,1 10,1 9,3 9,7 Республика Корея 34 292,9 40 447,4 74 740,3 4,2 5,6 4,9 Гонконг 56 696,7 11 218,6 67 915,2 7,0 1,5 4,4 Австралия 29 039,3 14 810,8 43 850,1 3,6 2,0 2,9 Индия 26 520,3 12 595,5 39 115,8 3,3 1,7 2,5 ОАЭ 10 569,5 13 797,0 24 366,5 1,3 1,9 1,6 Всего с 10 ведущими торговыми партнерами 691 558,3 595 044,0 1 286 602,3 85,3 81,9 83,7 Другие страны 118 930,9 131 310,1 250 241,0 14,7 18,1 16,3 Всего 810 489,2 726 354,1 1 536 843,3 100,0 100,0 100,0 Источник: Top ten ASEAN trade partner countries/regions 2009, ASEAN External Trade Statistics // The ASEAN official web site. URL: http://www.asean.org/stat/Table20.pdf (дата обращения: 15.02.2012). Стремительный рост китайской экономики воспринимается весьма неоднозначно. «Экономический рост КНР производит на соседей двоякий эффект. Он притягивает их, потенциально гарантируя экономический подъем, и в то же время вызывает опасения, что набирающий силу азиатский "дракон" способен экономически поглотить близкие к нему районы ЮВА» [35. C. 166]. Возможно, политические элиты АСЕАН, реально оценивая возможности Китая, боятся не только конфронтации с могущественным соседом, но даже намека на возможные осложнения отношений. К тому же экономическая экспансия КНР будет продолжаться независимо от заключенных соглашений. Подобные соглашения, напротив, позволят государствам АСЕАН в некоторой степени контролировать наплыв китайских товаров и добиться определенных торговых преференций для себя, пользуясь статусом стратегического партнера КНР. Поэтому они и принимают большинство инициатив Пекина, пытаясь с помощью традиционной «дипломатии компромисса» направить их в нужное для себя русло, рассчитывая таким образом получить экономические, да и политические дивиденды в обмен на определенные уступки своего суверенитета. Такая политическая логика весьма напоминает расхожее выражение «Если не можешь предотвратить - возглавь!». Не этим ли объясняется столь быстрое экономическое сближение Китая со странами АСЕАН? Как известно, Китай уже давно претендует на роль имной торговле положительное сальдо пока за странаведущей державы региона. Представляется маловеро- ми ЮВА! Все это свидетельствует о том, что, предлаятным, что всего за пару десятилетий стратегический гая «асеановцам» столь выгодные условия создания вектор китайской политики претерпел кардинальные ЗСТ, руководство КНР преследует в первую очередь изменения, а руководство КНР отказалось от амбиций политические цели, ради достижения которых оно гоглобального доминирования в Юго-Восточной и Во- тово временно поступиться экономической выгодой. сточной Азии. Скорее всего, стратегия осталась преж- Своими активными действиями китайское руководней, изменились тактические методы ее осуществле- ство ясно дает понять, что не собирается упускать возния. Иначе ради чего Китаю с его колоссальным эко- можность потеснить своих геополитических соперников номическим потенциалом предлагать АСЕАН настоль- в ЮВА и окончательно закрепить лидирующие позиции ко выгодные условия создания ЗСТ? Китайский рынок в регионе. Другие региональные игроки внимательно неизмеримо больше объединенного рынка всех госу- наблюдают за активизацией политики Китая, но пока дарств АСЕАН вместе взятых, но, тем не менее, во вза- медлят с ответом на «китайский вызов».

Ключевые слова

АСЕАН, Китай, Япония, «АСЕАН+3», регионализм, интеграционные процессы, ASEAN, China, Japan, "ASEAN +3", regionalism, integration processes

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Мартынова Елена СвятославовнаВысшая школа экономики (г. Москва)аспирант кафедры мировой политикиemartynova@hse.ru; nefriema@list.ru
Всего: 1

Ссылки

Berger M. The battle for Asia: from decolonization to globalization, Asia's transformations Critical Asian scholarship. Routledge, 2004.
The 23rd ASEAN Economic Ministers Meeting, Malaysia, 7-8 October 1991 // The ASEAN official web site. URL: http://www.aseansec.org/6126.htm (дата обращения: 15.02.2012).
Beeson M. Rethinking regionalism: Europe and East Asia in comparative historical perspective // Journal of European Public Policy. 2005. № 12:6. P. 969-985.
Dosch J. The post-Cold War development of regionalism in East Asia" // Regionalism in East Asia: paradigm shifting? / еd. Fu-Kuo Liu and Philippe Regnier. Routledge, 2003. P. 30-51.
Chalermpalanupap T. An East Asian FTA: a new frontier of economic cooperation in East Asia // East Asian economic regionalism: feasibilities and challenges / еd. Ahn Choong Yong, Baldwin Richard E., Cheong Inkyo. Springer, 2005. P. 57-74.
Jimbo Ken. An Emerging East Asian Community? The Political Process of Regionalism in East Asia // An East Asian community and the United States / Eds. Ralph A. Cossa and Akihiko Tanaka. Center for Strategic and International Studies - Washington D.C., 200
Stubbs R. ASEAN Plus Three: Emerging East Asian Regionalism? // Asian Survey. 2002. № 42:3. P. 440-455.
Severino R. ASEAN. Institute of Southeast Asian Studies. Singapor, 2008.
Aggarwal VinodK, Min Gyo Koo. Northeast Asia's Economic and Security Regionalism: Withering or Blossoming? // Cross Currents: Regionalism and Nationalism in Northeast Asia. Asia Pacific Research Center at Stanford University, 2007.
Мосяков Д.В. Новые реалии в интеграционных процессах в Восточной и Юго-Восточной Азии и их возможные последствия // Юго-Восточная Азия в 2002 г. актуальные проблемы развития. М., 2003. C. 8-16.
Саплин-Силановицкий Ю. КНР - Япония. Кто будет лидером в Восточной Азии? // Азия и Африка сегодня. 2007. № 2 (595). C. 25-28.
Yunling Zh. China and Asian regionalism. Singapore : World Scientific, 2010.
Fukushima A. The changing balance of power in the international order in the context of globalization: the case of Japan // War, Peace and Hegemony in a Globalized World: The changing balance of power in the twenty-first century / еd. Chandra Chari. Routl
Pempel T.J. Remapping East Asia: the construction of a region, Cornell studies in political economy. Cornell University Press, 2005.
Ravenhill John. The "new East Asian regionalism": A political domino effect // Review of International Political Economy. 2010. № 17: 2. P. 178-208.
Martin Jones D, Smith M.L.R. Making Process, Not Progress. ASEAN and the Evolving East Asian Regional Order // International Security. 2007. Vol. 32, № 1 (Summer 2007). P. 148-184.
Webber D. The regional integration that didn't happen: cooperation without integration in early twenty-first century East Asia // The Pacific Review. 2010. № 23:3. P. 313-333.
Thomas Nicholas. China's regional governance: developing norms and institutions // Governance and regionalism in Asia. Routledge, 2009. P. 116-146.
Dent С.М. China, Japan and regional leadership in East Asia. Edward Elgar Publishing, 2008.
Lincoln Edward J. East Asian Economic Regionalism. Brookings Institution Press, 2004. P. 247-248.
Tangkitvanich Somkiat and Nikomborirak Deunden. The impact of External Changes and Japan's Role in Industrializing Thailand // Asian Development Experience. Vol. 3: Regional Cooperation in Asia / еd. Ryokichi Hirono. Institute of Southeast Asian Studies,
Chu Cheow E.T. ASEAN+3: The roles of ASEAN and China // ASEAN-China relations: realities and prospects / еd. Saw Swee-Hock, Sheng Lijun, Chin Kin Wah. Institute of Southeast Asian Studies. Singapore, 2005. P. 49-68.
Terada T. The birth and growth of ASEAN+3 // Regional Integration in East Asia and Europe: convergence or divergence? / еd. Bertrand Fort and Douglas Webber. Routledge, 2006. P. 218-237.
Манежев С А. Экономические отношения КНР со странами Юго-Восточной Азии. М., 1980.
Higgott R, Timmermann M. Institutionalizing East Asia: Learning lessons from Europe on regionalism, regionalization, identity and leadership / Institutionalizing Northeast Asia: Regional Steps Towards Global Governance. United Nations University Press, 20
Михеев В.В. Китай и Япония на фоне глобальных тенденций // Мировая экономика и международные отношения. 2007. № 4. C. 50-60.
Chen Yugang. Community Building or Rebalancing? China and the United States in Southeast Asia // China and East Asian strategic dynamics: the shaping of a new regional order / еd. Mingjiang Li and Dongmin Lee. Lexington Books, 2011. P. 3-19.
Paltiel J. China's Regionalization Policies: Illiberal Internationalism or Neo-Mencian Benevolence? // China and the global politics of regionalization / еd. Emilian Kavalski. Ashgate Publishing Limited, 2009. P. 47-63.
Masyarakat Ekonomi ASEAN (MEA), 2015: memperkuat sinergi ASEAN di tengah kompetisi global. Elex Media Komputindo, 2008.
Framework Agreement on Comprehensive Economic Co-Operation Between ASEAN and the People's Republic of China, Phnom Penh, 4 November 2002 // The ASEAN official web site. URL: http://www.aseansec.org/13196.htm (дата обращения: 15.02.2012).
Instrument of accession to the Treaty of Amity and Cooperation in Southeast Asia, 8 October 2003 // The ASEAN official web site. URL: http://www.aseansec.org/15271.htm (дата обращения: 15.02.2012).
Plan of Action to Implement the Joint Declaration on ASEAN-China Strategic Partnership for Peace and Prosperity // The ASEAN official web site. URL: http://www.aseansec.org/16805.htm (дата обращения: 15.02.2012).
Arifin S., Dian Ediana Rae, Charles P.R. Joseph. Kerja sama perdagangan internasional: peluang dan tantangan bagi Indonesia. Elex Media Kompu-tindo, 2007.
Yamazawa Ippei, Kinoshita Toshihiko, Kwan C.H. Japan and East Asia: How Do We Meet the Globalization Challenge Together? // A New East Asia - Toward a Regional Community / ed. Kazuko Mori and Kenichiro Hirano. National University of Singapore, 2007. P. 68
Мазырин В.М. Развитие торгово-экономических отношений АСЕАН с Китаем // АСЕАН в начале XXI века. Актуальные проблемы и пер спективы. М., 2010. C. 164-189.
 Япония и Китай в Юго-Восточной Азии: политическое измерение | Вестн. Том. гос. ун-та. 2013. № 368.

Япония и Китай в Юго-Восточной Азии: политическое измерение | Вестн. Том. гос. ун-та. 2013. № 368.

Полнотекстовая версия