Статья посвящена рассмотрению правовых аспектов проблемы воздействия прошлого (накопленного) вреда, причиненного окружающей среде, на здоровье человека и его геном. По результатам проведенного исследования доказывается, что для минимизации воздействия прошлого (накопленного) экологического вреда на здоровье человека и его геном требуется принятие ряда специальных нормативных правовых актов в области биологической и генетической безопасности, которые должны признаваться составной и неотъемлемой частью экологической безопасности.
Legal challenges in minimizing the impact of past (accumulated) environmental damage on human health and the human genom.pdf Вопросы, связанные с ликвидацией прошлого (накопленного) вреда, причиненного окружающей среде, в настоящее время приобретают особую актуальность в связи с реализацией Национального проекта «Экология», паспорт которого утвержден Президиумом Совета при Президенте РФ по стратегическому развитию и национальным проектам (протокол от 24.12.2018 № 16). Согласно Национальному проекту, ликвидация наиболее опасных объектов накопленного экологического вреда окружающей среде должна осуществляться в рамках реализации Федерального проекта «Чистая страна», в соответствии с которым к 31 декабря 2024 г. предусмотрена ликвидация нарастающим итогом более 75 наиболее опасных объектов накопленного экологического вреда окружающей среде. Помимо Национального проекта «Экология», возмещение прошлого экологического вреда также предусматривается в стратегических документах, определяющих государственную правовую политику России в области экологического развития по отраслевому и территориальному принципу в качестве неотложного самостоятельного направления действий. Например, в Стратегии развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 г., утвержденной Президентом Российской Федерации 20.02.2013, предусмотрена ликвидация экологического ущерба, причиненного в результате прошлой хозяйственной, военной и иной деятельности в Арктической зоне РФ, включая оценку причиненного экологического ущерба и реализацию мероприятий по очистке арктических морей и территорий от загрязнения. Несмотря на то, что нормативно-правовую базу в области ликвидации прошлого (накопленного) вреда, причиненного окружающей среде, в целом можно считать сформированной, в настоящее время особую сложность и актуальность приобретают вопросы воздействия прошлого экологического вреда на здоровье человека, включая его геном. Так, по данным Государственного доклада «О состоянии и об охране окружающей среды Российской Федерации в 2015 году», «ориентировочная численность населения, подвергаемого наиболее выраженному влиянию на состояние здоровья комплексной химической нагрузки, определяемой химическим загрязнением продуктов питания, питьевой воды, атмосферного воздуха и почвы, составила 89,08 млн человек. При этом из 85 субъектов РФ 27 регионов были отнесены к самой опасной - четвертой - группе территорий с комплексом выраженных санитарно-гигиенических, социально-экономических, экологических и медико-демографических проблем» [1]. Основными областями (потенциального и реального) воздействия прошлого (накопленного) вреда, причиненного окружающей среде, на здоровье человека и его геном являются: - загрязнение почвы и прибрежных территорий отходами; - загрязнение речной, озерной и морской воды; - загрязнение растительного и животного мира; - донные загрязнения; - захоронения радиоактивных отходов; - военные отходы; - отходы горных разработок; - металлолом, ГСМ, нефтяные емкости. В настоящее время нет системных и долгосрочных исследований, показывающих специфику воздействия объектов прошлого (накопленного) вреда, причиненного окружающей среде, на геном человека, но определенно можно утверждать следующее: - изменения температурного режима будут кардинальным образом влиять на проникновение всех видов загрязнений в почву, прибрежные воды, по пищевой цепи в растения, животных, человека; - особо опасные загрязнители, накопленные за десятилетия (радиоактивные отходы, нефтяные, медицинские, отходы горных выработок и др.) могут взаимодействовать друг с другом и образовывать патогенные вещества; - неизбежные мутации в животном, растительном мире и морской среде вследствие абсорбции загрязнений в окружающей среде и геноме человека могут создать реальную угрозу биологической и генетической катастрофы. По данным Всемирной организации здравоохранения, «воздействие опасных факторов окружающей среды на здоровье связано более чем с 80 болезнями и типами травм. Благодаря обеспечению более здоровой окружающей среды можно было бы ежегодно предотвращать до 13 млн случаев смерти в мире» [2]. Основными угрозами и рисками воздействия прошлого (накопленного) вреда, причиненного окружающей среде, на здоровье человека и его геном являются: - негативные изменения состояния окружающей среды в результате экстенсивной хозяйственной деятельности; - накопление в природной среде потенциально вредных и высокотоксичных соединений; - необратимые изменения окружающей среды по токсической и радиолучевой агрессивности; - применение новых, искусственно созданных химических соединений и веществ, влияние которых на изменение генома до конца не исследовано. В совокупности эти факторы отражаются на заболеваемости и смертности населения (в медицине данный термин носит название «экологически обусловленная патология»). Так, согласно данным статистики, неуклонно растет число случаев заболевания аутоиммунными и аллергическими заболеваниями, онкологическими заболеваниями, заболеваниями сердечнососудистой системы, помимо этого, существующие виды химических, биологических физических воздействий приводят к генетическим изменениям и возникновению наследственных заболеваний (главным образом из-за влияния мутагенов (соединений, вызванных химическими и физическими факторами, вызывающими наследственные изменения - мутации), терато-генов (химических загрязняющих веществ, при воздействии которых на организм в период беременности возникают пороки развития и (или) отклонения) и канцерогенов (соединений, вызывающих трансформацию здоровых клеток организма и повышающих вероятность возникновения злокачественных образований). При этом, как справедливо отмечают исследователи, «современная медицина имеет дело преимущественно с отрицательными последствиями научно-технического прогресса. В качестве пациентов она получает людей, которые не смогли адаптироваться к условиям окружающей среды. Решая с различной степенью эффективности задачи восстановления здоровья, медицина не может стать звеном обратной связи в системе "человек-среда": слишком поздно поступает сигнал неблагополучия - обычно он подается не до, а после выхода системы из строя. Статистические данные констатируют лишь рост заболеваемости» [3. С. 142]. Таким образом, с учетом потенциальной опасности объектов накопленного экологического вреда для здоровья человека и его генома в настоящее время особую актуальность приобретают задачи, связанные с минимизацией воздействия прошлого (накопленного) экологического вреда как на окружающую среду, так и на здоровье человека. На наш взгляд, решение проблемы минимизации воздействия прошлого (накопленного) экологического вреда должно напрямую зависеть от законодательного закрепления мер по обеспечению биологической и генетической безопасности, которые должны рассматриваться в качестве составной и неотъемлемой части экологической безопасности, что в целом не противоречит существующим теоретическим подходам к сущности экологической безопасности, а также способствует расширению парадигмы экологического права. Например, как справедливо отмечал А.К. Голиченков, «обеспечение экологической безопасности человека и других объектов следует понимать в двух значениях: 1) как одну из форм экологической деятельности, представляющей собой достижение и поддержание такого качества окружающей природной среды, при котором воздействие ее факторов обеспечивает здоровье человека и его плодотворную жизнедеятельность в гармонии с природой; 2) в практическом смысле - сведение (снижение) до возможно малой вероятности опасности вредного воздействия неблагоприятных факторов окружающей природной среды или вероятности экологических аварий и катастроф с помощью системы адекватных мер экономического, политического, организационного, правового и иного характера» [4. С. 440]. Таким образом, мы видим, что проблематика снижения уровня негативного воздействия объектов накопленного вреда на окружающую среду и здоровье человека поднималась более чем десятилетие назад, однако до настоящего времени системных комплексных теоретических исследований в области правового обеспечения биосферной и генетической безопасности не проводилось [5. С. 96]. При наличии легитимного (консервативного) понимания «экологической безопасности» в настоящее время до сих пор отсутствует современное легальное и четкое, однозначное и сущностное содержание самого понятия «безопасность» (включающее генетическую, биологическую, биосферную, эволюционную и иные актуальные в настоящее время виды безопасности). Попытки определить безопасность (наряду с защищенностью) через «угрозы», «ущербы», «устойчивость», «потери» имеют право на существование, но не дают адекватного и содержательного смысла. Рассматривая существующие легитимные понятия «безопасности», и прежде всего «экологической безопасности», следует также отметить, что при наличии огромного массива информации об экологической безопасности практически не затронуты и не исследованы такие основополагающие понятия, как «биология», «генетика» в сочетании с термином «безопасность». Для разрабатываемых и внедряемых генетических технологий, на наш взгляд, крайне важна их оценка с позиций различных видов безопасности, а не только обеспечения безопасности собственно медицинской деятельности. Вместе с тем пока в России нет обязательных требований к комплексной оценке (экспертизе) безопасности генетических технологий, следовательно, отсутствуют какие-либо специальные органы, лица, процедуры, регламенты такого рода деятельности [6. С. 6]. В настоящее время очень современно звучат предложения о выделении в особую категорию таких видов безопасности, как «генетическая безопасность», «биологическая безопасность». На наш взгляд, эти, хотя и близкие, но отдельные сферы применения права, могут и должны быть осмыслены в современной расширяющейся парадигме экологического права. Рассмотрим возможные варианты структурирования терминов «биологическая и генетическая безопасность» в свете современных экологических проблем, а также выделим наиболее актуальные проблемы, которые расширяют и несколько видоизменяют понимание термина «экологическая безопасность». Генетическая безопасность, прежде всего, - защищенность генетической информации от угроз мутации, генных негативных изменений в организмах и окружающей среде. Генетическая безопасность может рассматриваться и как часть экологической, биологической безопасности, и самостоятельно. Ее особенной характеристикой являются не количественные признаки, такие как, например, загрязнение, деградация, использование, а изменения генетической структуры, кода, информации, способной «перекодировать» наследственные свойства живых организмов. Если мы не полностью, не до конца, не всегда правильно, но научились понимать и прогнозировать последствия прямого и косвенного воздействия на природу, то последствия генетических изменений полностью непрогнозируемые, а поэтому могут быть самыми опасными как для биосферы, так и для человека. Например, в настоящее время активно обсуждается вопрос о запрещении генетического редактирования эмбриона человека [7. С. 228]. Допустим, такой законодательный запрет появился и он, по мнению заявителей (в лице инициативных граждан), контрольно-надзорных и иных органов был нарушен. Будет возбуждено соответствующее производство, дальнейшая перспектива которого будет зависеть от ответов на следующие вопросы: - Было ли вмешательство в геном эмбриона человека? - Если было, то какое, с использованием какой генетической технологии? - Какова давность (срок) вмешательства? - К каким негативным последствиям для жизнеспособности эмбриона человека привело вмешательство (могло, может привести в будущем)? - Есть ли сегодня в стране эксперты, способные ответить на поставленные вопросы? - Имеются ли научно обоснованные и апробированные методики, позволяющие дать ответы на поставленные вопросы? Однозначных ответов на данные вопросы пока нет, как следствие, область правового обеспечения генетической безопасности четко не определена и законодательно не урегулирована. В отличие от генетической безопасности, биологическая безопасность -сохранение живыми организмами своей биологической сущности, биологических качеств, системообразующих связей и характеристик, предотвращение широкомасштабной потери биологической ценности. Биологическая сущность - продукт эволюции, генные эксперименты изменяют или могут изменить эту сущность. Это первая из угроз. Состояние защищенности критически важных объектов биологического и химического профиля, на которых осуществляется производство, хранение или утилизация опасных биологических агентов и химических веществ. Это вторая угроза. Биологическая опасность связана с использованием генетически модифицированных организмов, влияние которых на окружающую среду и здоровье человека до настоящего времени полностью не изучено. Это третья угроза. К данному перечню угроз можно добавить малоисследованное, но опасное явление - использование биологического оружия, биотерроризм. Поскольку практически все разработки в этой области - объект государственной тайны, то можно лишь отметить, что любое из современных достижений одновременно является или может являться угрозой, экологической опасностью. Обеспечение биологической безопасности - это и совершенствование системы доступа экспертов-экологов к проектам НИР, исследованиям и результатам биологического и химического профиля, профилактики, диагностики и лечения заболеваний, вызываемых опасными биологическими агентами и химическими веществами. На наш взгляд, следует частично применить методику ОВОС (оценка воздействия на окружающую среду) как обязательную генетико-правовую экспертизу мутагенности, обращая ее к системе планирования специализированных научных, лечебных, санитарно-эпидемиологических и ветеринарных организаций, осуществляющих свою деятельность в области биологической и химической безопасности Российской Федерации. Таким образом, биологическая безопасность обеспечивается в случае, когда эволюционные характеристики человека остаются основными признаками человека (homo sapiens), частью биосферы, животных, растений, когда все живое эволюционно развивается и образует биосферу Земли. Указ Президента РФ от 11.03.2019 № 97 «Об Основах государственной политики Российской Федерации в области обеспечения химической и биологической безопасности на период до 2025 года и дальнейшую перспективу» в общем виде указывает на необходимость укрепления кадрового потенциала в области биологической безопасности и совершенствование системы подготовки необходимых специалистов, что, опять же, возможно сделать только при интенсивном развитии генетических технологий в стране, понимании готовящимися кадрами точек приложения их усилий, карьерной траектории.
О состоянии и об охране окружающей среды Российской Федерации в 2015 году : государственный доклад. М. : Минприроды России ; НИА-Природа, 2016. 639 с. URL: https://www.mnr.gov.ru/upload/iblock/411/dokl2015.pdf (дата обращения: 02.02.2019).
Всемирная организация здравоохранения : официальный веб-сайт. URL: https://www.who.int/ru (дата обращения: 02.02.2019).
Агаджанян Н.А., Коновалова Г.М., Ожева Р.Ш., Уракова Т.Ю. Воздействие внешних факторов на формирование адаптационных реакций организма человека // Новые технологии. 2010. № 2. С. 142-144.
Голиченков А.К. Экологическое право России : словарь юридических терминов : учеб. пособие для вузов. М. : Городец, 2008. 448 с.
Жаворонкова Н.Г., Агафонов В.Б. Теоретико-методологические проблемы правового обеспечения экологической, биосферной и генетической безопасности в системе национальной безопасности Российской Федерации // Lex Russica (Русский закон). 2019. № 9 (154). С. 96-108.
Мохов А.А. Принцип предосторожности в биомедицине // Медицинское право. 2017. № 1. С. 5-10.
Мохов А.А. Медицинской науке и практике - институты и процедуры оценки (экспертизы) генетических технологий // Образование и право. 2019. № 10. С. 228-233.