Религиозная традиция античного мира в трактовке Климента Александрийского | Вестн. Том. гос. ун-та. 2020. № 453. DOI: 10.17223/15617793/453/20

Религиозная традиция античного мира в трактовке Климента Александрийского

Рассматривается трактовка античной религиозной традиции в работе руководителя Александрийской школы богословия Тита Флавия Климента «Увещевание к язычникам». Проблема исследуется в разрезе изучения трех основных компонентов: религиозное сознание, религиозная деятельность и религиозные отношения. Проведенный анализ показывает однозначное негативное отношение автора к античной религиозной традиции и позволяет определить взаимосвязь идейных воззрений александрийского мыслителя с историей всего комплекса социокультурных условий, повлиявших на эволюцию интеллектуализма в александрийском обществе.

Religious Tradition of the Ancient World in the Interpretation by Clement of Alexandria.pdf Рассмотрение вопроса, заявленного в теме статьи, во многом актуализируется потребностями и задачами современного общества, находящегося на этапе перехода. В последнее время Институтом всеобщей истории Российской академии наук активно разрабатываются проблемы интеллектуальной истории. Главный редактор журнала «Диалог со временем» доктор исторических наук, профессор Л.П. Репина в одной из своих статей сформулировала проблему изучения интеллектуальной истории и интеллектуальной культуры следующим образом: «Интеллектуальная культура - это не абстрактные идеи, а совокупный ментальный и вербальный фонд этого общества, которое использует их, пуская в обращение среди современников посредством устной речи, письма и других средств коммуникации» [1. С. 8]. В подобном разрезе мы исследуем историю интеллектуальной культуры и интеллектуальной мысли посредством анализа текстов, разнообразного мыслительного инструментария, навыков мышления, а также через призму всех форм, средств, институтов интеллектуального общения в их целостном социально-культурном контексте. Исследование «истории идей» Климента Александрийского в этой связи представляется наиболее актуальным, поскольку особенности менталитета этого александрийского дидаскала в некотором смысле заложили основы укрепления христианства на Римском Востоке и сформировали новый тип христианского мыслителя переходной эпохи. Прежде чем стать главной государственной религией Римской империи, христианство в первые три века своего существования должно было решить две важнейшие задачи - убедить римскую власть в том, что новая религия безопасна для государства, и добиться прекращения гонений [2. Р. 49]. Их решению были посвящены первые сочинения христианских апологетов. Следует отметить, что отношение христиан к язычеству в этот период было вполне однозначным - боги античного пантеона высмеивались христианами, причем зачастую повод им давали и сами языческие авторы [3. С. 4]. Традиционно принято полагать, что некоторым исключением из общего правила стал крупнейший апологет Александрийской школы Тит Флавий Климент. Родившись в языческой семье, с детства посвященный в различные мистерии, Климент пытался найти точки соприкосновения между античной и христианской традициями [4. Р. 225]. Будучи самым просвещенным христианским автором, вплоть до своего ученика и последователя Оригена, Климент «подарил» Римскому Востоку новый тип христианского мыслителя, если не с уважением, то без видимой доли пренебрежения относящегося к античному наследию [5. Р. 77]. Безусловно, такой тип интеллектуализма, смог сформироваться еще и потому, что Тит Флавий Климент жил в атмосфере многочисленных духовных течений, глубоких научных и религиозных исканий александрийского общества, что отразилось на системе его мышления [6. С. 117]. В качестве основного предмета исследования в данной статье выступают взгляды Климента на античную религиозную традицию. Выбор предмета обусловлен необходимостью определения интеллектуализма Климента с точки зрения его ортодоксальности либо, напротив, гетеродоксальности. В данном случае нас будет интересовать, действительно ли александрийский учитель вышел за границы традиционного отвержения языческой религии либо придерживался актуальных для своего времени религиозных тенденций. Анализ религиозной традиции Античности в трактовке Климента Александрийского мы построим на его произведении «Увещевание к язычникам». Выбор этой работы из трилогии Климента Александрийского обусловлен тем, что «Строматы» и «Педагог», также входящие в состав трилогии, в основном обращены к вопросам философских и нравственных воззрений александрийца, не затрагивая религиозных проблем. При этом следует понимать, что каждое из произведений трилогии содержит мысль о главенствующей роли христианства для мира [7. Р. 220]. Для более обстоятельного изучения исследуемого вопроса мы будем рассматривать взгляды Климента через призму общепризнанной классификации религии, предложенной И.Н. Яблоковым, согласно которой религия включает в себя религиозное сознание, религиозную деятельность, религиозные отношения и религиозные организации [8. С. 264]. В начале, полагаем, необходимо определиться с терминологией. Под религиозным сознанием мы понимаем причастность к определенным религиозным идеям и ценностям, а также принадлежность к определенной религии и религиозной группе (в данном случае имеем в виду, прежде всего, осознание этой причастности в сознании отдельной личности либо группы людей). На наш взгляд, следует конкретизировать данное понятие и свести его к совокупности религиозных представлений в сознании индивида или общества в целом. Религиозная деятельность представляет собой систему учений, верований и культовых действий, которые связаны с единением человека и Бога. Религиозные отношения представляют собой вид отношений в духовной сфере общества [8. С. 279]. Религиозные организации - это добровольные объединения людей с целью совместного исповедания и распространения вероучения (поскольку религиозные отношения в античной религиозной традиции не имели строгой ин-ституционализации, данный компонент языческой религии анализироваться в статье не будет). В основе представлений Климента о религиозном сознании язычников лежит его отношение к истине, под которой автор понимал христианское вероучение. В период становления христианства первые дидаска-лы не только пытались победить язычников в философских спорах, но и доказать истинность христианского учения, т.е. сформировать новый тип религиозного сознания язычников. В этой связи первые учителя новой религии ставили целью убеждение язычников в отказе от привычных религиозных обычаев, прочно укоренившихся в сознании представителей античного мира. В некотором смысле, Климент сформировал новое представление об истине, противоположное античному и по форме, и по содержанию. Так, если античный менталитет усматривал в новых воззрениях и представлениях негативный смысл, а все древнее вызывало уважение, то Климент, напротив, отмечал, что «заблуждение является древним, а истина кажется новой» (Protr. VI). Поскольку в данном случае под «новым» понимается христианство, данная позиция александрийца вполне объяснима и оправданна. Основой языческого сознания Климент называл мифы, о которых он говорил следующее: «...это -скользкие, гибельные пути, удаляющие от истины, низводящие человека с неба и направляющие его в пропасть» (Protr. XXVII). Приводя в пример слова античного поэта Эмпедокла и пророчицы Сивиллы, он призывает «оставить мрак и идти за светом» (Protr. XXVII). Ссылки на данных авторов вероятнее всего, говорят о том, что с их помощью Климент пытался расширить аудиторию, опираясь на авторитет тех авторов, которые были значимы для его читателей. Климент считал религиозное сознание язычников материальным, основанным на поклонении материи: «Зачем, выдумывая себе богов из праха и следуя за рожденной тварью вместо нерожденного Бога, вы бросились в кромешный мрак? Прекрасен паросский мрамор, но это еще не Посейдон; прекрасна слоновая кость, но это еще не Зевс Олимпийский. Материя всегда нуждается в искусстве1, Бог же - самодовлеющ... Я же научен землю топтать, а не поклоняться ей» (Protr. LVI). Поклонение материи Климент называет невежеством, которое губит человека. Частью языческого сознания Климент считал идолопоклонство, которое имело семь путей возникновения (Protr. XXVI): через поклонение небесным светилам; через поклонение плодам, которые дает земля; посредством обожествления возмездия и несчастья, возникающих в судьбах людей; через обожествление человеческих страстей; через обожествление абстрактных понятий, таких как справедливость, судьба и т.д.; через почитание теогонии Гесиода и произведений Гомера; посредством обожествления спасителей от бед и болезней (Геракла, Асклепия). Отдельное внимание в «Увещевании к язычникам» дидаскал уделял опровержению обожествления язычниками таких понятий, как «судьба», «богатство», «любовь», «сон», «звезды», говоря о том, что не могут быть богами ореол вокруг солнца, радуга или ливни, поскольку все это природные явления, ровно как не могут быть богами те, кто покровительствует им на Олимпе (Protr. CII). Неожиданным для раннего христианина выступает заявление Климента о священстве людей: «Считай, что эти слова сказаны тебе свыше: не думай, что камни, дерево, птицы и змеи суть святыни, а не человек. Напротив, подлинно священными признавай людей, а зверей и камни считай тем, чем они являются» (Protr. CIV). Более поздние христиане личность человека как священную не рассматривали, только в сочетании с Богом и его промыслом. В «Протрептике» Климента мы находим места, в которых он замечает, что имело место и благоразумие древних «безбожников». Так, он указывает, что Евге-мер-акрагантиец, Никанор-киприот, мелосцы Диагор и Гиппон, Теодор-киренец2 и многие другие благоразумно прожили жизнь и лучше остальных увидели заблуждение, касающееся богов. Александрийский учитель говорит, что если они и не познали истину полностью, но предположили ошибочность языческих верований (Protr. II, XXIV). Если проанализировать профессиональную биографию людей, на которых ссылается Климент, становится очевидным, что все они, за исключением Диагора, были философами, что подтверждает факт тяготения александрийского учителя к языческой философии, однако совсем не доказывает его положительного отношения к античной религии. Несколько более снисходительно александрийский учитель пишет о верованиях египтян: «И насколько лучше египтяне, которые по деревням и городам воздали божественные почести бессловесным животным, чем эллины, поклоняющиеся таким вот богам?! Боги египтян пусть звери, но не развратны, не похотливы. Ни один из них не стремится к наслаждениям, противным природе. ?» (Protr. XXXIX). При сопоставлении греческих и египетских верований Климент указывал, что египтяне превосходят греков, поскольку они воздают почести только бессловесным животным, а эллины поклоняются жестоким богам (Protr. XXXIX). Полагаем, что здесь нашел проявление внутренний патриотизм Климента, его региональное сознание и причисление себя к александрийской культуре. Кроме того, в зрелом возрасте оказавшись в Александрии, Тит Флавий Климент обращал свои произведения именно к египетской аудитории, стремясь укрепить позиции христианства на Римском Востоке. Отношение к религиозной деятельности язычников наиболее обстоятельно раскрывается Климентом во второй главе «Увещевания к язычникам». Религиозная деятельность язычников включала в себя мистерии, жертвоприношения и другие ритуальные действия, связанные с почитанием греками и римлянами своих богов. Именно опровержение языческих ритуалов легло в основу демонстрации Климентом негативного смысла языческой религии. А.Ю. Братухин отмечает, что в отличие от ряда других авторов (например, Татиана, Иустина или Фе-офила Александрийского), стремящихся к нападкам на греческую религию с целью обличения всей античной культуры в целом, Климент Александрийский, прежде всего, ставил своей задачей опровергнуть те мистерии и ритуалы, которые были популярны при его жизни [9. С. 22]. Для реализации этой цели, Климент, в отличие от других христианских авторов, стремился к обстоятельному и точному анализу античных мистерий. Само слово «мистерия» у александрийца было производным от слова «дйсо

Ключевые слова

Александрия, Римская империя, Египет, Александрийская школа, Климент Александрийский, Alexandria, Roman Empire, Egypt, School of Alexandria, Clement of Alexandria

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Зайцева Ирина ВалерьевнаБелгородский юридический институт МВД России им. И.Д. Путилинаканд. ист. наук, ст. преподаватель кафедры гуманитарных и социально-экономических дисциплинzajcevil@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Репина Л.П. Интеллектуальная культура как маркер исторической эпохи // Диалог со временем. 2008. № 22. С. 4-15.
Broek R. van den. Studies in Gnosticism and Alexandrian Christianity. Leiden, 1996. 348 р.
Пантелеев А.Д. Античная религия в сочинениях христианских апологетов (материалы к лекции) // Мнемон. Исследования и публикации по истории античного мира. Вып. 6. СПб., 2007. 280 с.
Camelot P. Foi et Gnose. Introduction a l'etude de la connaissance mystique chez Clement d'Alexandrie. Paris, 1945. 376 р.
Edwards M.J. Gnostics, Greeks and Origen: The Interpretation of Interpretation // Journal of Theological Studies. 1993. 44. Р. 71-89.
Цыб А.В. Учение Климента Александрийского о логосе и традиция античной логософии // Универсум платоновской мысли: вопросы познания. Процедуры правильного мышления. Докса и ноэсис. СПб., 1997. С. 113-120.
Burkert W. Greek Religion. Cambridge, 1985. 480 р.
Яблоков И.Н. Религиоведение. М., 2004. 317 с.
Увещевание к язычникам. Кто из богатых спасется / пер. с древнегр., вступ. ст., ком. и указатель А.Ю. Братухина. СПб., 2006. 288 с.
Карсавин Л.П. Святые отцы и учители Церкви. М., 1994. 176 с.
Carlson S.C. Clement of Alexandria on the «Order» of the Gospels // New Testament Studies. 2001. Vol. 47, № 1. Р. 118-125.
 Религиозная традиция античного мира в трактовке Климента Александрийского | Вестн. Том. гос. ун-та. 2020. № 453. DOI: 10.17223/15617793/453/20

Религиозная традиция античного мира в трактовке Климента Александрийского | Вестн. Том. гос. ун-та. 2020. № 453. DOI: 10.17223/15617793/453/20