Пути и особенности процесса христианизации Карпатской Руси в конце IХ - начале ХI в. | Русин. 2014. № 1 (35). DOI: 10.17223/18572685/35/10

Пути и особенности процесса христианизации Карпатской Руси в конце IХ - начале ХI в.

В статье рассматривается малоизученная на сегодняшний день проблема, связанная с особенностями христианизации Карпатской Руси в контексте миссионерской практики Восточной Римской империи (Византии), Римской курии и Первого Болгарского царства. Хронологические рамки ориентированы на конец IХ - начало ХI в. - эпоху, когда территории Центральной и Восточной Европы, в том числе земли Киевской Руси, стали объектом активной миссионерской деятельности со стороны и византийского «вселенского православия», и латинских «апостольских миссий», организованных папством. Автор, используя ряд средневековых письменных источников - византийские императорские и патриаршие хрисовулы, болгарские и западноевропейские исторические хроники, монастырские анналы, энциклики римских первосвященников, анализирует и характеризует пути реализации христианскими миссиями поставленной цели - обращения в «веру Христову» восточнославянского языческого населения. Отдельное внимание в статье уделяется ретроспекции соответствующих исторических реалий, вопросам мотивации «Киевского крещения» и освещению начального, архаического этапа крещения Карпатского региона.

Ways and features of Carpathian Rus christianization at the end IX - early age XI.pdf Проблематика, связанная с освещением процесса начальной христианизации Карпатского региона, в рамках исследовательской реализации и на сегодняшний день остаётся достаточно сложной. Сложность в первую очередь состоит в фактологической фрагментарности, отрывочности многих письменных источников !Х-Х! вв. и несколько запутанных или «адаптированных» (в большинстве случаев - просто исковерканных) топонимических названиях, которые, как правило, не поддаются однозначной локализации. Вместе с тем хронологические границы выделенного периода обусловлены, с одной стороны, завершением культурно-просветительской деятельности знаменитых солунских братьев - Кирилла (827-869) и Мефодия (815-885) и созданием в 893 г. Охридского епископства (нижняя граница), с другой - падением Первого Болгарского царства (681-1018) (верхняя граница). Необходимо отметить, что эта историческая эпоха для карпатских земель характеризируется формированием новых этно-религиозных реалий вследствие постепенного изменения геополитической карты Центральной и Восточной Европы. На протяжении VIII-IX вв. довольно быстрыми темпами распространялась Лука-Райковецкая культура - от Днепра до Закарпатья. Упомянутую культуру, как известно, оставили племена летописных древлян, бужан, волынян, уличей, тиверцев и хорватов. Однако существующий в наше время археологический материал не позволяет составить полноценную картину начального, «архаического» или в определённой мере стихийного этапа христианизации населения данной территории, в том числе и региона Карпат. Поэтому главная роль все же принадлежит письменным источникам. Ретроспектива исторических реалий Анализируя общий исторический фон обозначенной эпохи, необходимо констатировать следующее. Царствование византийского императора Василия I Македонянина ознаменовалось мощным подъёмом православной миссионерской деятельности: посольство уже упомянутых солунских братьев Кирилла (Константина) и Мефодия отправилось просвещать Моравию, Болгария ожидаемо приняла византийское христианство, константинопольское влияние простёрлось на Сербию и Далмацию, греческий (ромейский) епископ был отправлен в далёкую Русь1. Более того, как отмечает российский исследователь С. Иванов, насильственной христианизации подверглись иноверческие подданные Константинополя: иудеи, язычники, павликиане, сарацины2. Если внешняя апостольская миссия диктовалась растущей мощью Ромейской империи и расширением её внешнеполитических задач, то внутренняя была органично связана с представлениями о «священнической» роли василевса. Светская власть и здесь с начала VIII в. всё увереннее брала на себя церковные функции. В сложившейся ситуации духовенство начало выражать недовольство такой узурпацией. Однако за пределами имперских границ, как подчёркивает тот же С. Иванов, сцепленность политических и религиозных задач Византии была непреложным фактом, и тут церковь никогда не протестовала. Константинопольский патриархат, в отличие от Рима, не имел достаточного опыта самостоятельной религиозно-пропагандистской деятельности3. Тем не менее, начиная с последних десятилетий IX в., Византийская церковь организовала широкомасштабную миссионерскую деятельность среди народов Балкан, Эвксинского Понта, Центральной и Восточной Европы, поскольку она всегда была готова поддержать экспансионистские усилия православного государства, которое обеспечивало расширение её юрисдикции4. В чём же состояла цель «внешней» миссии? Она, замечает С. Иванов, призвана была подчинить «варварские» народы сначала церковной юрисдикции, а в конечном счёте - и политической власти империи. На практике это выражалось в том, что ромеи с первого шага предъявляли новообращённым такие же требования, каким обязаны были соответствовать подданные императора5. В первую очередь это относилось к брачным правилам: запрещалось иметь более одной жены, жениться на дальних родственниках, на кумовьях, запрещались разводы, любые внебрачные отношения, народные увеселения и забавы, все языческие традиции и обычаи, под запретом оказались суеверия, народные приметы, смеховая культура и т. д.6 Эта полуаскетическая прямолинейность православной ортодоксии дорого обошлась византийцам: на Руси в IX в. христианство не прижилось, как того ожидал Константинопольский патриархат, Моравия изгнала учеников Мефодия, заменив их «франками», Болгария тоже вышла на некоторое время из-под церковной опеки Константинополя и обратилась к латинскому Риму. Вместе с тем следует признать, что «латинские» миссионеры проявляли в отношении неофитов (особенно представителей правящей верхушки) больше гибкости и такта7. С конца IX в. византийская миссионерская концепция несколько трансформировалась и стала более изощрённой. Это позволило ромеям в X-XI вв. добиться достаточно ощутимых результатов на территории Центральной и Восточной Европы: частичной христианизации подверглись северокавказская Алания, Венгрия, Русь, часть племён придунайских кочевников8. Следует обратить внимание и на тот факт, что с прекращением просветительской и миссионерско-проповеднической деятельности Кирилла и Мефодия новый этап обращения восточнославянских племён (именно в Карпатском регионе) начали два центральноев-ропейских государства - Великая Моравия и Первое Болгарское царство. Они составили конкуренцию немецким латинским миссиям, монахам-бенедиктинцам и ирландским миссионерам уже в конце IX в.9 По данным источников10, в галицкой Лемковщине, в надсан-ской, надбужской и надднестрянской Галичине, а также в Карпатской Руси до Сигета в упомянутый период уже существовала (правда, в не до конца организованном, полуархаичном варианте) церковная структура с немногочисленным духовенством. Соответствующие упоминания в источниках11 позволяют утверждать, что из древнеукраинских земель не только Закарпатье, но и Галичина - т. е. Лемковщина, Бойковщина, Надсанье до Буга и Стира на Волыни, в IX - первой половине X в. принадлежали в значительной степени Великоморавскому государству, частично Первому Болгарскому царству и частично - Пражскому княжеству. Те же сохранившиеся письменные источники12 сообщают, что большинство земель Карпатского региона в VII - первой половине VIII в. входили в состав королевства западных хорватов и Аварского каганата. Таким образом, население Карпатского бассейна - территории Галичины и Карпатской Руси - почти на столетие раньше, чем состоялось официальное крещение при Владимире Великом (980-1015), «первоначально» обратилось «в веру Xристову». И обращение это в большей мере исходило из Болгарии, нежели из Византии, особенно после того как болгарский царь Борис I (852-889) принял крещение в 864 г. под именем Михаила13. В целом важно подчеркнуть, что, в отличие от Киева и киевских земель, где своё культурно-цивилизационное влияние осуществляла Византия, Карпатский регион в основном оставался в сфере церков-но-религиозного контроля (окормления) Первого Болгарского царства, пока оно не прекратило свое существование - в 1018 г. Василий II Болгаробойца (976-1025) ликвидировал его. При этом в армии василевса ромеев был отдельный отряд дружинников-наёмников из Киевской Руси, который принял участие в покорении Болгарии14. Одновременно Василий II ликвидировал и Охридский патриархат, низведя его до ранга архиепископства15. В рамках исторической ретроспективы не менее важно отметить ещё один факт. Как и в других странах, принимавших христианство в !Х-Х вв., новая вера была введена в Болгарии в качестве официальной религии актом государственной власти. К 927 г. Болгария уже более полувека была христианской страной16. Как отмечает Г. Литаврин, «большинство священнослужителей были теперь славяноязычными, имевшими местное, болгарское происхождение. При активной поддержке верховной власти ширилось обучение славянской грамоте, которая находила употребление не только в конфессиональной сфере, но и в государственном обиходе и в быту. Сложился необходимый духовенству круг церковно-служебной литературы. Завершался начатый в конце правления Бориса переход в церковнослужении с греческого на славянский язык. Уже во времена Климента Охридского отношение между понятиями "болгарский язык" и "славянский язык" стали воспринимать как отношение между частью и целым»17. С другой стороны, именно Х в. в Болгарии был отмечен наиболее активным проповедничеством, которое распространилось на всю территорию Центральной Европы. Это эпоха правления Петра (927-968) и Самуила (969-1014), которая делится на два периода: период мира - от смерти царя Семиона до вторжения в страну войск киевского князя Святослава (968 г.) и смерти Петра (970 г.), характеризуемый интенсивными дипломатическими и конфессиональными связями с Византией, и второй - период непрерывных войн и церковного отчуждения, длившийся от столкновений византийцев с руссами на территории Болгарии (971 г.) до её завоевания Ромейской империей18. Наряду с христианской миссией, исходившей из византийского мира, значительную роль в приобщении к христианству народов Центральной, Юго-Восточной и Восточной Европы играла миссионерская деятельность представителей латинского культурного круга. Ко времени первых контактов с народами этого региона христианские миссии на западе Европы имели уже достаточно долгую историю, а латинская церковь приобрела значительный опыт работы с язычниками. Большинство сведений о миссионерской деятельности Западной церкви содержится в сочинениях, написанных христианскими авторами19. Поэтому неудивительно, подчёркивает российский медиевист А. Кузнецова, что современная историческая наука рассматривает историю христианских миссий прежде всего как составную часть истории церкви, а деятельность каждого миссионера - как отдельное проявление деятельности церковного института20. Симптоматично, что сохранившиеся источники21, повествующие о миссионерской деятельности, нередко представляют собой «программно-теоретические» произведения: советы начинающим проповедникам, ответы на вопросы о христианстве, размышления церковных иерархов. А. Кузнецова со своей стороны подчеркивает: «Часто трудно установить, применялись ли эти рекомендации когда-нибудь в миссионерской практике. Нелегко выявить реальные факты даже в жизнеописаниях миссионеров, которые часто отражают скорее намерения и притязания агиографов, чем реальный опыт их героев. И, наконец, соперничество разных христианских центров миссионерской деятельности, влиявшее на достоверность сочинений средневековых авторов, в немалой степени мешает воссозданию реальной картины миссионерской деятельности»22. Далее А. Кузнецова выделяет и методологически характеризирует ещё один важный аспект: «Исследователь миссионерской практики сталкивается с необходимостью различать миссии "официальные" и "добровольные". "Официальные" миссии осуществлялись людьми, специально избранными церковными и светскими иерархами для достижения определённых церковно-политических целей. Интересы выполнявших эти задания миссионеров могли и отличаться от "официальных", а могли и вовсе не зависеть от них. "Добровольные" миссии предпринимались по инициативе отдельных энтузиастов, среди которых особенно прославились ирландские и англосаксонские странствующие монахи, воодушевлённые монашескими идеалами "паломничества во имя Христа". Миссии к нехристианским народам со стороны христианских соседей, как "официальные", так и "добровольные", часто использовались для распространения в той или иной форме власти первых на общество последних. При этом подходы светской и духовной власти к методам "работы с язычниками" нередко расходились, как видно на примере завоевания и христианизации франками саксов, а затем уже саксами - полабско-балтийских славян»23. Разногласия между светской и духовной властью по этим вопросам возникали, безусловно, не только внутри общества, но и на «высшем уровне» - между христианскими правителями Европы и папством. Римские первосвященники, поощряя активную миссионерскую деятельность и не жалея средств, преследовали свои цели, связанные со стремлением к расширению церковной юрисдикции Рима, что нередко провоцировало конфликты с православной церковью и Византийской империей из-за сфер религиозного влияния24. Для формального крещения языческого или «варварского» народа было необходимо официальное принятие христианства правящей верхушкой общества, обеспечивавшей духовенству поддержку в осуществлении успешной пропаганды новой системы верований и прививании новых морально-этических ценностей25. Поэтому непосредственной миссионерской деятельности среди языческого этноса должны были предшествовать «дипломатические миссии», целью которых было добиться соглашения с местными правителями относительно смены веры и духовно-мировоззренческих приоритетов. Инициатива таких миссий могла исходить как от языческих вождей, проявивших желание принять крещение, так и от христианской стороны26. Именно эти церковно-политические реалии как для Рима, так и для Византии стали практическим руководством при осуществлении миссионерско-проповеднической программы на территории Центральной и Восточной Европы. Проблема «Киевского крещения» Сохранилось, как известно, одно из первых сообщений о крещении Руси, несколько неоднозначное по характеру изложения, пересказанное византийским императором Константином VII Багрянородным (913-959) в биографии его деда Василия I - основателя Македонской династии. Константин сообщает: «И народ руссов, воинственный и безбожный, василевс Василий щедрыми подношениями золота и серебра и шёлковых одежд склонил к переговорам, уговорил их креститься и сделал так, что они приняли архиепископа, которого поставил патриарх Игнатий»27. Этот рассказ повторяют в дальнейшем такие авторитетные византийские писатели и хронисты, как Иоанн Скилица28, Георгий Кедрин29, Иоанн Зонара30, Продолжатель Феофана31, Михаил Глика32. Эти авторы относят крещение Руси к эпохе правления императора Василия I (867-886), а не Михаила III (842-867) и приписывают соответствующие апостольско-просветительские заслуги патриарху Константинопольскому Игнатию (847-858; 867-877). Уместно подчеркнуть, что в сведениях византийских историков о крещении Руси встречается много недомолвок, противоречий и «тёмных мест». Они, к примеру, не дают ни одного географического названия. Поэтому одни исследователи проблемы33 говорят о крещении Тмутараканской Руси, другие34 - о двух разных по времени крещениях. Однако следует обратить внимание на другую деталь. Как крещение руссов патриархом Фотием (858-867; 877-886) (т. е. «Аскольдово крещение»), так и крещение Игнатия - это версии византийского двора относительно крещения Руси. При этом обе версии, очевидно, не удовлетворяли древнерусских летописцев, поскольку они ни единым словом не обмолвились об анализируемых событиях. Только более поздняя Никоновская летопись кратко сообщает под 979 г., что Василий крестил Аскольда и послал архиерея на Русь35, а также упоминает о пребывании «в Карпатии» и на русских землях латинских миссионеров (ирландских монахов) папы Бенедикта VII (974-983)36. Но христианское миссионерство не нашло поддержки у князя Олега Старого (882-912), который, захватив Киев, убил Аскольда и его соправителя Дира. Правдоподобно, что именно в связи с такими обстоятельствами смерти Иоакимовская летопись, цитируемая В. Татищевым, назвала Аскольда «блаженным»37. Договор киевского князя Игоря (912-945) с ромеями от 944 г. - фактически единственное достоверное документальное свидетельство распространения христианства на землях Руси. С другой стороны, временное количественное увеличение прохристианских сил наблюдается в период правления княгини Ольги (945-965). Вначале княгиня приняла православное крещение сама, а вскоре обратилась к византийскому императору за помощью38. Однако Ольга не договорилась с Константином Багрянородным, поскольку её условия с точки зрения дипломатии выглядели достаточно дерзким требованием, а значит, были неприемлемы для высокомерной Византии. В сложившейся ситуации княгиня в 959 г. обратилась за поддержкой и помощью к Оттону, будущему создателю и первому правителю Священной Римской империи. В своей внешней политике Оттон также намеревался осуществить сближение с Киевской Русью и включить её в сферу своего геополитического влияния. Ещё в 956 г. по его указанию было организовано два восточноевропейских миссионерских епископства во главе с латинскими архиереями - одно для Польши, второе - для Руси39. Об обращении Ольги к Оттону I Великому (962-973) с просьбой о помощи сразу же стало известно Римской курии (при дворе германского правителя имелись тайные осведомители апостольского престола). После трудных переговоров с папой Иоанном ХМ (955964) Оттон, уже как представитель понтифика, дал согласие помочь ей в достижении поставленной цели - христианизации Руси40. В 962 г. - году провозглашения Германской империи - епископом Киевской Руси был назначен Адальберт Трирский (910-981), который в сопровождении 14 клириков прибыл в Киев41. За два года до этого он, согласно источникам42, проповедовал в Паннонии и Карпатии. Но в это время в Киеве произошли важные политические изменения. На княжеском престоле Ольгу сменил её сын Святослав (965972) - сторонник проязыческих сил. Святослав терпимо относился к христианству, но в его правление киевские христиане, в большинстве своём греки (т. е. ромеи) по происхождению, не играли существенной роли при дворе князя, хотя были представителями купечества и зажиточных ремесленных родов43. Святослав считал, что в сообщество европейских государств Киевскую Русь должны ввести не христианство, а меч, экономическая мощь и торговля. Легаты Римской курии не нашли с его стороны поддержки относительно активизации своей миссионерской деятельности и вынуждены были оставить Киев44. Папство, тем не менее, не утратило надежды со временем усилить свои апостольские позиции, и Адальберт был назначен архиепископом Магдебургским. За два последующих года (962-964) он создал специальную школу для подготовки миссионеров среди восточнославянских народов45. Второй миссионерский центр, ориентированный на Балканы и Карпаты, сформировался в Бамберге в 967 г. Следующие два центра - в Цейце и Мейсене - были организованы в 968 г.46 Ещё одну проповедническую миссию в земли Центральной и Восточной Европы архиепископ Адальберт организовал в 973 г. В неё, как сообщают орденские хроники, входило восемь монахов-бенедиктинцев47. Крещение Карпатского региона по данным источников В текстах византийских источников название «Карпатия» (Carpatia) впервые появляется в конце VIII в., в документах Римской курии начинает фигурировать с середины !Х в., в болгарских источниках первое упоминание отмечено в конце !Х в. в Охридских анналах. Среди официальных императорских документов, касающихся организации ромейского миссионерства, слово «Карпатия» встречается четырежды: в двух эдиктах (889 и 903 гг.) Льва VI Философа (886-912), одном эдикте (937 г.) Романа I Лакапина (920-944) и одном эдикте (965 г.) Никифора II Фоки (963-969)48. Кроме того, термин «Карпатия» семь раз встречается в миссионерских хрисовулах пяти константинопольских патриархов: у Николая I Мистика (901-907) есть два таких хрисовула (904 и 906 гг.), у Фе-офилакта (933-956) - один хрисовул 948 г., у Василия I Скамадрина (970-974) - один хрисовул 971 г., у Николая III Хрисоверга (979-991) - два хрисовула (983 и 989 гг.) и у Сергия II (999-119) один хрисовул 1002 г.49 Несколько большее количество соответствующих документов, а именно папских энциклик, отображают миссионерскую деятельность Римской курии в Центральной и Восточной Европе, в том числе и в Карпатском регионе. Сохранились отдельные «апостольские постановления» четырнадцати понтификов, в которых Карпатская Русь упоминается как перспективный объект для возможной христианизации. Приведем список римских первосвященников, которые в данный период издали энциклики (всего 22) с инструкциями относительно форм и методов проведения духовно-религиозной пропаганды среди восточнославянского языческого населения под эгидой католической церкви: Адриан II (867-872) - одна энциклика 870 г. Иоанн VIII (872-882) - одна энциклика 879 г. Иоанн IX (898-900) - одна энциклика 899 г. Анастасий III (911-913) - одна энциклика 911 г. Иоанн X (914-928) - две энциклики 917 и 922 гг. Лев VII (936-939) - одна энциклика 935 г. Агапит II (946-955) - две энциклики 946 и 953 гг. Иоанн XII (955-964) - три энциклики 955, 960 и 961 гг. Бенедикт VII (974-983) - три энциклики 976, 980 и 981 гг.50 (Именно этот папа назначил отдельного епископа для Руси при поддержке польского короля Болеслава I Xраброго (992-1025). Им стал болгарин Алексий51.) Иоанн XV (985-996) - одна энциклика 994 г. (В этот год понтифик организовал отдельную миссию на Русь и в Карпатию52, одновременно вступив в дипломатическую переписку с киевским князем Владимиром Великим.) Григорий V (996-999) - одна энциклика 998 г. Сильвестр II (999-1003) - две энциклики 1000 и 1001 гг.53 (Кроме того, папа Сильвестр II организовал три посольства в Восточную Европу, состоящих из монахов-миссионеров - 999, 1000 и 1001 гг.54 Необходимо добавить, что этот понтифик был в своё время домашним учителем германского императора Оттона III (983-1002), мать которого - Феофания - была сестрой жены Владимира Великого Анны.) Иоанн XIII (1004-1009) - одна энциклика 1005 г. Бенедикт VIII (1012-1024) - две энциклики 1014 и 1015 гг.55 (К тому же этот первосвященник в 1018 г. направил миссию в составе 25 монахов именно в Карпатский регион56.) Согласно Бертинским анналам57, ещё Людовик II Немецкий (855875) в 865 г. по договорённости с папой Николаем I организовал миссию в центральные и восточные земли Европы, в том числе и в Карпатию. Упомянутый выше император Оттон I, в 951 г. завоевав Италию, в 955 г. - часть Венгрии и уничтожив полабских славян, в дальнейшем, с 956 г., из своей резиденции в Кведлинбурге начал реа-лизовывать при поддержке и частичном финансировании со стороны Римской курии широкомасштабную миссионерскую программу. Ее вектор был направлен на Восточную Европу - Паннонию, Карпатию, Киевскую Русь58. Упоминания об этом содержатся в «Хронике» Ре-гинона Прюмского59, «Продолжении Регинона»60, «Гильдесгеймских анналах»61, «Хронике» Льва Остийского62, «Барийских анналах»63. Примером также служит активная апостольская деятельность епископа Бруно (в католической традиции он чаще всего упоминается как Бонифаций из Сен-Галлена) во главе одиннадцати монахов-миссионеров. В 972 г. Бруно обратил в христианство преемника Такшо-ня (952-972), «короля мадьяр» Гезу (972-997) и его жену Шаролт64. Сохранилось письмо от 905 г. к германскому императору Генриху II (1002-1024), где Бруно в подробностях отчитывается о своей миссии 1003-1004 гг. в Карпатии, Киеве и среди печенегов65. В связи с латинской миссионерско-проповеднической практикой Карпатский регион фигурирует и в ряде других западноевропейских средневековых источников. К примеру, св. Бернар Клервосский (1091-1153) в одном из своих писем к епископу Пьяченцы Октавио (письмо датировано июлем 1144 г.) упоминает о двух католических миссиях в Карпатских землях в середине X в.: бенедиктинской (её организационный центр находился в Пассау)66 и ирландской (миссионерская школа размещалась в чешском Будече)67. В X в. западные источники, преимущественно анналы68, упоминают ещё ряд «восточных» католических миссий, монахи и епископы которых были основательно подготовлены проповедовать на восточноевропейских территориях, в том числе на Руси и в Карпатском регионе. Среди городов, где размещались центры папской апостольской миссии «на Востоке», в первую очередь нужно упомянуть немецкие, большей частью баварские и саксонские (Регенсбург, Гавельберг, Кверфурт, Бамберг, Бранденбург, Майнц, Альденбург, Зальцбург, Цейц, Мейсен, Форхгейм, Линц, Магдебург), а также польские (Познань, Вроцлав, Оломоуц) и венгерские (Эстергом, Марошвар (Чанад), Са-болч). В 1000 г. была открыта латинская архиепископская кафедра в Гнезно с большой миссией при ней69. Трагической оказалась судьба епископа-миссионера Райнберга в Киеве. Будучи духовником польки, жены старшего сына Владимира Великого Святополка Окаянного (1015-1016), Райнберг был обвинён князем Владимиром в поддержке заговора, который действительно готовился Святополком. Епископ умер в заточении в 1013 г.70 Среди наиболее известных западных миссионеров, которые действовали на территории Центральной Европы и Руси в Х - начале Х! в., необходимо упомянуть имена Бруно Кверфуртского, Оттокара Рейхенаусского, Бозо Мерзебургского. Средневековые болгарские источники71 позволяют констатировать, что четыре правителя этого балканского государства в разное время организовывали миссии в Карпатию. Первым был царь Симеон (893-927). Православную миссию в Карпатский регион он впервые направил в 911 г.72 После того как в 927 г. Симеон учредил патриаршество, болгарское миссионерство в Карпатской Руси усилило свою деятельность. Следующими организаторами «карпатских апостольских миссий» были Пётр (927-969) (миссии 943 и 959 г.), Борис II (969971) (миссия 970 г.), и Самуил (976-1014) (миссии 985 г. и 1006 гг.)73. Главную роль в миссионерской деятельности на первых порах играли ученики Кирилла и Мефодия - Климент, Наум, Горазд, Савва и Ангеляр. Св. Наум Охридский (834-910) в 905 г. основал монастырь на берегу озера Охрид, где вскоре из числа насельников начали готовить монахов-миссионеров74. Не менее влиятельной фигурой был и св. Горазд Охридский (868-886) - архиепископ Великой Моравии. В 885-886 гг., при правлении князя Святополка I Моравского (870894), он вступил в борьбу против новоприбывшего в страну латинского духовенства, возглавляемого Вихтингом, епископом Нитравы. Вихтинг при содействии папы Стефана V (885-891) изгнал Горазда и 200 православных священников с кафедры и занял его место архиепископа75. С 887 г. в Великоморавском государстве богослужение стало проводиться на латыни. Горазд вынужден был искать приют в Болгарии. Таким же образом в Болгарии оказались св. Климент, св. Савва и св. Ангеляр, а в 907 г., вследствие венгерского нашествия, пала Великая Моравия. Св. Климент Охридский (886-916) - первый епископ, который в болгарской Охриде возглавил кафедру и охридскую миссионерскую школу при царе Симеоне в 893 г.76. При четырёх охридских патриархах - Филиппе (упоминание в хрониках под 976 г.), Германе, Николае и Давиде (упоминания под 998, 1015 и 1018 гг.) - миссионерство на Балканах и территории Карпатской Руси в Х в. усилилось, что также нашло своё отображение в монастырских источниках77. К примеру, в первом десятилетии Х в. св. Савва и св. Ангеляр подготовили более 30 проповедников для восточных славян78. На протяжении Х и в начале XI в. на территории Первого Болгарского царства существовало и функционировало пять центров миссионерства, ориентированных в первую очередь на Карпато-Ду-найский регион (Охрида, Средец, Плиска, Кутмичивица и Преслав). На этом фоне в 966 г. состоялось обращение в христианство польского герцога (князя) Мешко I (964-992)79, в 968 г. было создано Польское католическое епископство80, а в 972 г. - Пражское епископство, тоже латинское81. Таким образом, в последней четверти Х в. только болгарское православное миссионерство продолжало достаточно активно действовать на землях Карпатии. Резюмируя изложенный материал, необходимо отметить следующее. Во-первых, Карпатская Русь до правления Ярослава Мудрого не подпадала под прямой экономический и политический контроль Киева. Во-вторых, в конце IX - начале Х в., после «хорватского» периода, Карпатский регион входил в сферу влияния Великоморавского государства, в основном в религиозно-культурной области. В-третьих, в X в. Карпатия попадала под влияние Первого Болгарского царства и Охридского патриархата. Далее, с конца IX и на протяжении X в. карпатские земли испытывали активизацию миссионерско-пропо-веднической деятельности со стороны Римской курии и папства, императоров и епископов Священной Римской империи, Ордена бенедиктинцев (ими было осуществлено четыре миссии) и ирландских монахов-просветителей (они организовали пять миссий). Кроме того, в X в. на территории Карпатии наблюдалось наименьшее влияние византийских миссионеров: при отсутствии соответствующего финансирования и необходимого контроля императорские указы и хрисовулы, а также распоряжения и циркуляры константинопольских патриархов в большинстве случаев просто игнорировались ромейскими проповедниками. Владимир Великий, по мнению ряда современных исследователей, в Корсуне принял христианство по арианскому обряду: в то время в городе существовала довольно многочисленная и влиятельная богомильская община, его практиковавшая. В этой ситуации официальный Константинополь решил не упоминать об акте крещения влиятельного киевского князя, чтобы не принуждать себя признать его еретиком. Наконец, сохранившийся на сегодняшний день корпус письменных источников - византийских, латинских и болгарских - ждёт дальнейшего комплексного изучения и новых концептуальных обобщений.

Ключевые слова

Christianization, missionary practice, preaching, the First Bulgarian Empire, the papacy, the Roman Curia, Byzantine Empire, Carpathian Rus, христианизация, Carpathia, миссионерская практика, папство, Первое Болгарское царство, проповедничество, Римская курия, Византийская империя, Карпатская Русь, Карпатия

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Боднарюк Богдан МихайловичЧерновицкий национальный университет им. Юрия Федьковичадоктор исторических наук, доцент кафедры этнологии, античной и средневековой истории факультета истории, политологии и международных отношенийslavikkk06@rambler.ru
Всего: 1

Ссылки

Литаврин Г.Г. Формирование и развитие болгарского раннефеодального государства (Конец VII - начало XI в.) // Раннефеодальные государства на Балканах. VI-XII вв. / Отв. ред. Г. Г. Литаврин. М.: «Наука», 1985. С. 138
Снегаров И. История на Охридската… С. 40
Станчев К., Попов Г. Климент Охридски… С. 106
Fine J. The early Medieval Balkans // The University of Michigan Press, 1983. Р. 119-120
Литаврин Г.Г. Введе- ние христианства в Болгарии (IХ - начало Х в.) // Принятие христианства народами Центральной и Юго-Восточной Европы и крещение Руси / Под ред. Г.Г. Литаврина. М.: Наука, 1988. С. 49-50
Fletcher R. The Conversion of Europe… Р. 327
Флоря Б.Н., Турилов А.А., Иванов С.А. Судьбы кирилло-мефодиевской… С. 153
Турилов А.А. Данные «Сказания о железном кресте» о христианизации Болгарии // Введение христианства у народов Центральной и Восточной Европы. С. 53-54
Станилов Ст. Славяните в Първото… С. 17
Иванова О.В. Христианизация Первого Болгарского царства по данным сочинения Феофилакта Охридского // Введение христианства у народов Центральной и Восточной Европы. Крещение Руси. Сб. тезисов. М.: МГУ, 1987. С. 12
Annales Quedlinburgenses… Col. 913-914
Annales Hildesheimenses… Col. 346
Annales Quedlinburgenses… Col. 903
Walker W. A history of the Christian… Col. 292
Снегаров И. История на Охридската… С. 37-40
Станчев К., Попов Г. Климент Охридски: живот и творчество. София, 1989. С. 64-65
Annales Magdeburgenses a. 1-1188… Col. 648
Leonis chronica a. 529-1075… Col. 294
Annales Barenses a. 605-1043… Col. 568
Wood I. The Missionary Life… Col. 225
St. Bernardi Claraevallensis. Epistola XVIII // Opera omnia Sancti Bernardi Claraevallensis // Migne J.-P. Patrologiae cursus completus. SL. Corpus histoires. Lipsiae: B.G. Teubner, 1887. T. 185. Col. 207
Continuator Reginions Trevirensis a. 907-967… Col. 433-435
Annales Hildesheimenses… Col. 324-326
Reginonis abbatis Prumiensis. Chronicon cum continuatione Treverensi // Monumenta Germaniae Historica. Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum separatim editi 50. Hannover: Impenses Bibliopolii Avlici Hahniani, 1850. Col. 108-122
Брайчевський М.Ю. Утворення християнства на Русі. К.: Наукова думка, 1989. С. 57
Історія релігії в Україні / За ред. Б. Лобовика: В 10 т. К.: Український Центр духовної культурі, 1996. Т. 1: Дохристиянські вірування; Прийняття християнства. С. 225
Історія релігії в Україні / За ред. А. Колодного і П. Яроцького. К.: Знания, КОО, 1994. С. 138-139
Annales Bertiniani a. 830-882 // Monumenta Germaniae Historica. Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum. Hannover: Impenses Bibliopolii Avlici Hahniani, 1826. T.I. Col. 484
Annales Barenses a. 605-1043… Col. 690-691
Daly L.J. Benedectine Monasticism. N.Y.: Harper and Row, 1965. Р. 299
Butler E.C. Benedectine Monachism. Cambr.: Univ. Press, 1962. Р. 360
Annales Barenses a. 605-1043… Col. 672
Флоря Б.Н., Турилов А.А., Иванов С.А. Судьбы кирилло-мефодиевской традиции после Кирилла и Мефодия. СПб.: СПбГУ, 2000. С. 276
Mabillion J. Annales Ordini St. Benedicti. Roma: Edizioni liturgiche, 1821. Vol. V. Col. 383
Mabillion J. Acta Sanctorum Ordinis St. Benedicti. Roma: Edizioni liturgiche, 1845. Vol. VII. Col. 410-413
Sathas C. Bibliotheca graeca medii aevi… Col. 705-852
Corpus Scriptorum Historiae Byzantinae… Col. 632-945
Annales Barenses a. 605-1043… Col. 581-668
Федорів Ю. Історія Церкви в Україні. Торонто: Смолоскип, 1990. С. 74
Vlasto A.P. The Entry of Slavs into Christendom. Cambr.: Univ. Press, 1970. Р. 195
History and politics in late Carolingian and Ottonian Europe. The chronicle of Regino of Prum and Adalbert of Magdeburg / Ed. and transl. A. MacLean, J. Simon. Manchester: Univ. Press, 2009. Р. 217
Кузнецова А.М. Миссии латинской церкви… С. 46
Wood I. The Missionary Life… Р. 221
Annales Barenses a. 605-1043… Col. 358
Leonis chronica a. 529-1075 // Monumenta Germaniae Historica. Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum. Hannover: Impenses Bibliopolii Avlici Hahniani, 1827. T.V. Col. 290- 292
Кузнецова А.М. Миссии латинской церкви… С. 45
Грушевський М. Історія України-Руси: В 11 т. К.: Наукова думка, 1991. Т. І: До початку ХІ віку. С. 417
Татищев В.Н. История Российская: В 4 ч. М.: АСТ, 2003. Ч. 1. С. 312
Константин Багрянородный. О церемониях. Кн. II. Гл. 15. Второй приём Ольги Русской // Известия государственной академии материальной культуры, 1934. № 91. С. 38
Русская летопись по Никоновскому списку // Полное собрание русских летописей. М.: Терра; Языки русской культуры, 2000. Т. IХ. Ч. 1-2. С. 43
Прошин Г. Второе крещение // Как была крещена Русь. М.: Издательство политической литературы, 1989. С. 44
Панас К. Історія Української Церкви. Львів: Львівська Духовна семінарія Святого Духа УГКЦ; СТРІМ, 1992. С. 102
Чубатий М. Історія християнства на Русі-Україні: В 4 т. Рим-Нью-Йорк: Видання Українського католицького університету, 1965. Т. 1: До 1353 р. С. 226-227
Томашівський С. Історія Церкви на Україні. Філадельфія: Америка, 1961. С. 68
Стахів М. Христова Церква в Україні. 988-1596. Львів: Львівська Духовна семінарія Святого Духа УГКЦ; СТРІМ, 1993. С. 30
Пап С., о. Початки християнства на Закарпатті. Філадельфія: Митрополія Української Католицької Церкви у ЗСА, 1983. С. 51
Рыбаков Б.А. Язычество Древней Руси. М.: АН СССР, 1987. С. 45
Голубинский Е.Е. История Русской Церкви: В 4 т. М.: Крутицкое Патриаршее подворье, 1997. Т. 1: Период первый, Киевский или Домонгольский. Ч. 1. С. 83
Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви: В 2 т. М.: Наука, 1991. Т. I. С. 59
Приселков М.Д. О болгарских истоках христианства на Руси // «Крещение Руси» в трудах русских и советских историков / Отв. ред. Б.Н. Флоря. М.: Наука, 1988. С. 22
Ioannis Zonarae. Epitome Historiarum / Ed. L. Dindorfi: In 6 vol. Lipsiae: B.G. Teubner, 1870. Vol. 3. Col. 133-134
Продолжатель Феофана. Жизнеописание византийских царей / Перев. Я.Н. Любарского. М.: Наука, 1992. С. 99-100
Michaelis Glycae. Annales / Rec. I. Bekker. Bonnae: Gotae Sumptibus Friderici et Andreae Perthes, 1836. Col. 75-76
Sathas C. Bibliotheca graeca medii aevi. Col. 761-768
Кузнецова А.М. Миссии латинской церкви… С. 36
Fletcher R. The Conversion of Europe… Р. 57
Кузнецова А.М. Миссии латинской церкви… С. 37
Константин Багрянородный. Жизнеописание Василия Македонянина (отрывок) // Византийские Жития и политические биографии. М.: ЭКСМО, 2012. С. 39
Ioannis Scylitzae. Synopsis historiarum / Rec. I. Thurn. Berlin: De Gruyter, 1973. Col. 154
Georgius Cedrenus. Compendium historiarum / Ed. I. Bekker // Corpus Scriptorum Historiae Byzantinae. Bonnae: Gotae Sumptibus Friderici et Andreae Perthes, 1838. T. I. Col. 86-88
Sullivan R.E. Carolingian missionary theories // Catholic Historical Review. 1956. Vol. 42. Рp. 15-16
Кузнецова А.М. Миссии латинской церкви: опыт христианского Запада и Центральная и Юго-Восточная Европа на рубеже второго тысячелетия // Христианство в странах Восточной, Юго-Восточной и Центральной Европы на пороге второго тысячелетия. С. 35
Lamberti annalium pars prior… Col. 970-973
Annales Quedlinburgenses // Monumenta Germaniae Historica. Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum. Hannover: Impenses Bibliopolii Avlici Hahniani, 1826. T. III. Col. 895-946
Continuator Reginions Trevirensis a. 907-967 // Monumenta Germaniae Historica. Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum. Hannover: Impenses Bibliopolii Avlici Hahniani, 1826. T. I. Col. 422-424
Литаврин Г.Г. Христианство в Болгарии в 927-1018 гг. // Христианство в странах Восточной, Юго-Восточной и Центральной Европы на пороге второго тысячелетия / Отв. ред. Б.Н. Флоря. М.: Языки славянской культуры, 2002. С. 134
Снегаров И. История на Охридската архиепископия. София, 1924. Т. I. С. 209
Полывянный Д.И. Культурное своеобразие средневековой Болгарии в контексте византийско-славянской общности IХ-ХI вв. Иваново: ИГПИ, 2000. С. 165
Кочев Н. Христианство и политика Византии в отношении балканских стран в эпоху образования раннефеодальных государств // Этносоциальная и политическая структура раннефеодальных славянских государств и народностей. М.: Наука, 1987. С. 197
Николаев В.Д. Значение договора 927 г. в истории болгаро-византийских отношений // Проблемы истории античности и средних веков. М.: Наука, 1982. С. 92
Annales Fuldenses // Monumenta Germaniae Historica. Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum. Hannover: Impenses Bibliopolii Avlici Hahniani, 1826. T. I. Col. 1062-1088
Станилов Ст. Славяните в Първото царство. София, 1986. С. 28
Литаврин Г.Г. Славяне и протоболгары: от хана Аспаруха до князя Бориса-Михаила // Славяне и их соседи. М., 2001. Вып. 10. Славяне и кочевой мир. С. 54
Annales Xantenses… Col. 813
Annales Hildesheimenses // Monumenta Germaniae Historica. Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum. Hannover: Impenses Bibliopolii Avlici Hahniani, 1826. T. III. Col. 315-319
Annales Bertiniani a. 830- 882 // Monumenta Germaniae Historica. Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum. Hannover: Impenses Bibliopolii Avlici Hahniani, 1826. T. I. Col. 425-478
Sathas C. Bibliotheca graeca medii aevi. Athen; Paris; Venedig, 1887. T. 5. Col. 703-711
Annales Barenses a. 605-1043 // Monumenta Germaniae Historica. Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum. Hannover: Impenses Bibliopolii Avlici Hahniani, 1827. T. V. Col. 542-590
Annales Xantenses // Monumenta Germaniae Historica. Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum. Hannoverae-Lipsiae: Impenses Bibliopolii Avlici Hahniani, 1909. Col. 810-818
Annales Magdeburgenses a. 1-1188 // Monumenta Germaniae Historica. Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum. Hannover: Impenses Bibliopolii Avlici Hahniani, 1838. T. XVI. Col. 639-644
Lamberti annalium pars prior ab O.C. 1006-1039 // Monumenta Germaniae Historica. Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum. Hannover: Impenses Bibliopolii Avlici Hahniani, 1826. T. III. Col. 956-981
Sacrorum Consiliorum collectio nova et amplissima / Ed. J.D. Mansi. Parisiis: OFM, 1927. T. 13. Col. 428-432
Fletcher R. The Conversion of Europe from Paganism to Christianity 371- 1386 AD. L.: Thames and Hudson, 1997. Рp. 55-56
Walker W. A history of the Christian church. N.Y.: C. Scribner’s Sons, 1959. Р. 79
Resposa Nicolai ad consulta Bulgarorum // Migne J.-P. Patrologiae cursus completus. SL. Corpus histoires. Lipsiae: B.G. Teubner, 1880. T. 119. Col. 977-983
Corpus Scriptorum Historiae Byzantinae. Bonnae: Gotae Sumptibus Friderici et Andreae Perthes, 1869. Bd. 38. Col. 216-227
Wood I. The Missionary Life. Saints and the Evangelisation of Europe 400- 1050. L.: Routledge, 2001. Р. 31
Иванов С.А. Византийская религиозная миссия VIII-IХ вв. с точки зрения византийцев // Христианство в странах Восточной, Юго-Восточной и Центральной Европы на пороге второго тысячелетия / Отв. ред. Б.Н. Флоря. М.: Языки славянской культуры, 2002. С. 24
Поппэ А. Политический фон крещения Руси (русско-византийские отношения в 986-989 годах // Как была крещена Русь. М.: Издательство политической литературы, 1989. С. 43
Иванов С.А. Византийская религиозная миссия конца Х-ХI вв. с точки зрения византийцев // Вестник РГНФ, 2000. № 3. С. 62
 Пути и особенности процесса христианизации Карпатской Руси в конце IХ - начале ХI в. | Русин. 2014. № 1 (35). DOI: 10.17223/18572685/35/10

Пути и особенности процесса христианизации Карпатской Руси в конце IХ - начале ХI в. | Русин. 2014. № 1 (35). DOI: 10.17223/18572685/35/10