Понятие «скромный» в истории русинского языка | Русин. 2018. № 2 (52). DOI: 10.17223/18572685/52/12

Понятие «скромный» в истории русинского языка

Представлена история формирования понятия «скромный» в русинском языке. Это понятие выражают три прилагательных - скромный, незабагливый и дiскрет-ный. Такое языковое выражение понятия оформилось в русинском языке сравнительно поздно. Об этом свидетельствует история происхождения лексем. Два из трех репрезентантов данного понятия являются в русинском языке полонизмами: скромный - заимствование из польск. skromny, отмеченного еще в текстах старопольского языка с конца XV в., дiскретный - от польск. dyskretny/ dyszkretny (латинизм), которое фиксируется в польском языке с рубежа XVIII-XIX вв. в значении 'внимательный, вежливый; умеренный'. Третье прилагательное - собственно русинское образование незабагливый со значением 'неприхотливый, непривередливый', 'скромный, умеренный' - произведено с помощью отрицательного префикса не- от прилагательного забагливый 'капризный, привередливый, избалованный, взбалмошный'. Мотивационные признаки, сформировавшие понятие «скромный» в русинском языке, были следующими: 'придерживающийся в поведении определенных границ, сдержанный, держащий (себя) в рамках' (скромный), 'неприхотливый, некапризный, не желающий многого' (незабагливый), 'незаметный, деликатный, тактичный' (дiскретный).

The concept "modest" in the history of the Rusin language.pdf Скромность - одно из важных понятий, связанных с оценкой человека, его деятельности, поведения, поэтому репрезентация данного этического понятия в разных аспектах находится в сфере интересов современных лингвистов. Чаще всего понятие / концепт «скромный» рассматривается в современном языкознании в сопоставительном аспекте. Так, О.В. Кошманова обращается к сопоставлению репрезентации данного понятия в различных лингвокультурах (русской, американской и иранской) (Кошманова 2007). Или же концепт «скромный» рассматривается в русской и китайской лингвокульту-рах на материале паремий (Просвирнина, Шао Жуй 2013), а также в русской и немецкой лингвокультурах (Ковалева 2007). Мы же обращаемся к понятию «скромный» в истории русинского языка. Глубина формирования данного понятия в представленной работе выявляется на основе языковых данных с использованием сравнительно-исторического метода. Лексические единицы для анализа мы набирали по двуязычному «Русско-русинскому словарю» И. Керчи. В русинском языке значение 'скромный, т. е. не выставляющий напоказ своих заслуг, лишенный тщеславия; деликатный, сдержанный в общении' (как характеристика человека и его поведения) имеют три прилагательных: скромный, незабагливый и дскретный (Керча 2012: 375). Доминантой данного синонимического ряда является прилагательное скромный: оно употребляется первым в списке лексем в данном словаре. Чтобы выявить глубину формирования понятия «скромный» в русинском языке, нам нужно выяснить, когда и в связи с чем оно возникло, самостоятельно или под влиянием других языков и культур. Для этого обратимся сначала к материалам русинского языка, затем - к данным других славянских языков. В русинском языке адьектив скромный представлен с семантикой 'скромный, не выставляющий напоказ своих заслуг, деликатный; умеренный, без излишеств'. В найденном контексте анализируемое прилагательное характеризует человека: €нковськый быв скромный, розважный... добродушный чоловк'Енковский был человек скромный, рассудительный, добродушный' (Керча 2007b: 342; Керча 2012: 375). Дериваты - наречие скромно и существительное скромность (На... Слвестра... могли пряшовськ Русины в скромности славити тот свуй нефалшованый русинськый Слвестер... Просторах Вiкторii. 'Под Новый год пряшевские русины могли скромно отметить свой неподдельный русинский Новый год в помещении ресторана «Виктория»') - соответствуют по значению русским словам тех же частей речи (Керча 2007b: 342; Керча 2012: 375). Префиксальное производное прилагательное поскромный и наречие поскромно обозначают избыточность признака 'слишком скромный' и 'слишком скромно' (Керча 2012: 375). Другие однокорневые образования - глаголы оскромнити ся и оскромняти ся - имеют значение приобретения признака 'становиться скромнее, скромнеть (Керча 2007b: 29; Керча 2012: 375). Таким образом, значения дериватов анализируемого русинского прилагательного не выходят за рамки семантического поля скромности. Поскольку данные истории русинского языка нам недоступны, с целью выявить истоки для значения скромности обратимся к материалу других славянских языков. Слово скромный как характеристика человека, не выставляющего напоказ своих заслуг, деликатного, сдержанного в обращении, поведении, и самого скромного, деликатного поведения / поступков / взглядов / слов и т. п. имеет соответствия и в остальных славянских языках: вост.-слав. рус. скромный, укр. скромний, блр. скромны, зап.-слав. чешск. skromnY, слвц. skromnY, польск. skromny, в.-луж. skromny и ю.-слав. болг. скромен, с.-хорв. скрдман /skroman, словен. skromen (Преображенский 1949: 313; БТР 1955: 798; Skok 1973: 271; СРС 1976: 61; SS 1980: 253-254; Фасмер 1987a: 658-659; БЕР 2002: 802; ЕСУМ 2006: 288-289). В старославянском языке данное слово не отмечено. Считается, что в восточно- и в южнославянском ареале данное слово является заимствованием из западнославянских языков. В русском языке это полонизм, фиксирующийся только с XVIII в. (Преображенский 1949: 313; Skok 1973: 271; Bruckner 1974: 496; Фасмер 1987a: 658-659; БЕР 2002: 802; ЕСУМ 2006: 289). Поэтому необходимо выяснить, какова же была более ранняя история слова skromny в польском языке. Так, в польском языке прилагательное skromny с интересующей нас семантикой и его производные фиксируются еще в старопольский период (конец XV в.) (SS 1980: 253-254). В самом польском языке и в остальных славянских языках другие значения исследуемого прилагательного не выражают этическую оценку скоромного поведения человека, а характеризуют предмет (в том числе его небольшой размер), вид деятельности и т. п.: 'не бросающийся в глаза, не привлекающий особого внимания, простой', 'обычный, рядовой' (о должности, профессии), 'небольшой, незначительный' (Даль 1866: 190; БТР 1955: 796; СУМ 1978: 324; СлРЯ 1988: 122; SJP). Ряд диалектных значений прилагательного скромный в некоторых славянских языках также определяют не человека, а его поведение / предметы / явления / животных. Так, в русских народных говорах слово скромный имеет близкие к анализируемому значения, характеризующие тихое, спокойное поведение человека или животного: 'терпеливый' (вост.-каз.), 'не злой, не кусачий (о собаке)' - без указания ареала: Эта собака скромная, никого не укусит; явления природы ('тихий, спокойный (о ветре)'): Западны ветра скромны (урал.) (Даль 1866: 190; СРНГ 2004: 151). В русских диалектах встречается лексема скромный и как характеристика человека, но в антонимичном анализируемому ЛСВ значении 'злой, сердитый (о человеке)' (синоним к слову бойкий): Сын скромный, бойкой: бьет женку (мурман.) (СРНГ 2004: 151). Но это единичное, возможно, окказиональное употребление. В польских диалектах наблюдаются однокорневые образования к skromny с семантикой небольшого количества, а также скупости, жадности: skromno 'мало, скупо', skromnosc 'скупость' (Karlowicz 1907: 158), ср. рус. диал. скромкий 'скупой' (пск.) (СРНГ 2004: 151). Связь семантики небольшого количества и жадности, скупости ('скромный' > 'малый' > 'скупой, жадный') не вызывает сомнения: см., напр., работу И.П. Петлевой о семантических истоках слов со значением «скупой» (Петлева 1972: 210-211). Основная версия происхождения данного прилагательного - префиксальное образование от kroma 'край, перегородка' с помощью префикса (Преображенский 1949: 313; Фасмер 1987a: 658-659; Rejzek 2001: 577; БЕР 2002: 802; ЕСУМ 2006: 288-289), ср. польск. диал. skromka 'горбушка, краюшка хлеба, т. е. 'то, что находится с краю' (Karlowicz 1907: 158). Ср. также родственное укромный 'уединенный, скрытый от взглядов посторонних' < 'удаленный на край' (Цыганенко 1989: 382, 448). Следовательно, мотивирующим признаком в данном случае был 'ограничивающий себя, придерживающийся в поведении определенных границ, сдержанный, держащий (себя) в рамках, ср. рус. антонимичное развязный 'не связанный, не ограниченный; излишне свободный'. Ряд славянских глаголов имеет значение 'укротить, усмирить, успокоить' как 'обуздывать, умерять свои требования, обходиться малым; держать в рамках': блр. скрамиць, укр. диал. поскромити, ускромнити, русин. оскромнити ся, оскромняти ся, польск. skromic, poskromic, uskramiac, poskramiac 'усмирять, укрощать, держать в рамках' и др. (Miklosich 1886: 304; Karlowicz 1907: 158; Преображенский 1949: 313; Bruckner 1974: 496; Цыганенко 1989: 382; ЕСУМ 2006: 288-289; Керча 2007 b: 29; Керча 2012: 375). Значение 'умеренный, незначительный' в западно- и восточнославянском ареале изначально выражалось производными от корня кров- (ст.-сл. СЪКРОВЬНЪ 'потайной, скрытый', др.-рус. съкровьныи 'тайный, скрытый, потаенный', 'таинственный', 'углубленный', чешск. и слвц. skrovny (Срезневский 1912: 724; Bruckner 1974: 496; Фасмер 1987a: 658-659; СС 1994: 653; Rejzek 2001: 577; БЕР 2002: 802), но это прилагательное в славянских языках не развило значения, характеризующего человека. Источником формы skromny и семантической инновации был польский язык. Итак, исследуемое слово есть во многих славянских языках, но перенос значения от 'ограничивающий себя, придерживающийся в поведении определенных границ, сдержанный' до 'скромный, не выставляющий напоказ своих заслуг, лишенный тщеславия; деликатный' по отношению к человеку происходит в польском языке, который стал источником распространения в других славянских языках, образовав регионализм, охватывающий почти все славянские языки. Исходной точкой формирования анализируемого понятия, выраженного словом скромный и его аналогами в славянском ареале, таким образом, является польский язык. В русинский, как и в другие восточнославянские языки, слово скромный было заимствовано из польского, что легко объяснить контактами с носителями данного языка вследствие территориального и культурного взаимодействия. Трудно судить однозначно о времени заимствования, т. к. мы не располагаем историческими словарями русинского языка. По всей видимости, заимствование это было достаточно поздним, судя по тому, что в древнерусском, старославянском, староукраинском языках оно не представлено, а в русском языке данное слово фиксируется только с XVIII в. (САР 1794: 500; Цыганенко 1989: 382). Есть вероятность, что в русинский язык прилагательное скромный могло прийти раньше - из старопольского языка, где оно зафиксировано еще с конца XV в. Следующее русинское прилагательное - незабагливый - имеет значения 'неприхотливый, непривередливый', 'скромный, умеренный' (Керча 2007a: 579). Производное существительное также представлено с семантикой скромности: незабагливость 'неприхотливость!, 'скромность' (Керча 2007a: 579). Адъектив незабагливый явно производен с помощью отрицательного префикса не- от прилагательного забагливый 'капризный, привередливый, избалованный, взбалмошный' (Керча 2007a: 281). В буковинских говорах встречается и синонимичное приставочное прилагательное без суффикса -лив-с тем же значением забаглий 'требовательный, капризный': Мама так забагл'1 стали, в1тколизаслабли (Матер1али 1972: 7; СБГ 2005: 121). С префиксом за- в русинском языке отмечены также производные существительное и наречие, характеризующие поведение капризного, избалованного человека: забагливость 'капризность' и забагливо 'привередливо, капризно' (Керча 2007a: 281). Родственное существительное забаганка (а также однокорневой синоним с другим префиксом выбаганка) имеет значение 'прихоть, каприз': Забаганки, як у циганкы / як у малоi' д1тыны 'Капризы, как у цыганки / как у малого ребенка' (Дуда 2011: 125; Чорi 2015: 214). В качестве производящей основы забагливый выступает отглагольное существительное забага 'блажь, каприз, прихоть, производное от забагати 'желать, жаждать, 'капризничать, привередничать' / забагнути(ся) 'захотеть' (Матер1али 1972: 7; СБГ 2005: 121; Керча 2007a: 281; Шило 2008: 118). Вся эта лексика в свою очередь производна от русинских бесприставочных глаголов и существительного с корнем баг- с семантикой желания. Глаголы багати и багнути в русинском языке представлены в значении 'очень хотеть, желать': Та йа не багну го вид'1ти 'Да я не желаю его видеть' (Горощак 1993: 22; Керча 2007a: 60; Турчин 2011: 21). Субстантив бага имеет значение 'жажда; заветное желание, томление, например любостна бага 'любовная тоска, истома, тУлесна бага 'похоть (Керча 2007a: 60). Производное от бага бесприставочное прилагательное багливый представлено в русинском языке тоже с семантикой желания: багливый 'жаждущий, алчный, томный' (Керча 2007a: 60). В русинском языке есть и образования от другого варианта корня баж- со значением каприза, желания бажливый 'капризный' (Керча 2007a: 380), бажати, бажыти(ся), забажити 'захотеть чего-л.' (Горощак 1993: 21; Дуда 2001: 36, 125; Керча 2007a: 281). Из всех славянских языков, помимо русинского, только в украинском языке отмечается прилагательное забагливый 'капризный, прихотливый': Юзина приязнь була неспоюйна,забаглива (Леся Украинка) (СУМ 1972: 14). В «Этимологическом словаре украинского языка» приводятся (со ссылкой на словарь Е. Желеховского, опубликованный во Львове) и интересующее нас укр. диал. незабагливый 'нетребовательный, неприхотливый, скромный', и производное существительное незабагливость 'неприхотливость, скромность, но в данном лексикографическом источнике русинский язык рассматривается как диалект украинского языка (Желеховский 1886: 510; ЕСУМ 1982: 111). Чтобы выявить глубину возникновения семантики скромности у русинских образований с корнем баг-, обратимся к данным других славянских языков. Так, рефлексы праславянских глаголов *bagati, *bagnpti представлены в западно- и восточнославянских языках с семантикой желания (большого желания): слвц. bahnut', польск. диал. zabagac siq. zabahac чешск. bahnouti, диал. bahnut, укр. багати (Karto-wicz 1911: 259; ЭССЯ 1974: 123-124, 127; ЕСУМ 1982: 111). Семантика (большого) желания широко представлена и в однокорневых рефлексах корня *bag- и с конечным согласным z (результатj-го расширения) *bazati. а также *baziti в западно- и восточнославянских языках: слвц. диал. bazat'i 'жаждать, ст.-укр., укр. бажати 'хотеть, желать', блр. бажаць 'хотеть, сильно желать, просить, рус. диал. бажать 'очень хотеть чего-нибудь, сильно желать (влад., нижегор., смол., тамб., ворон., курск., пенз., симб., казан., куйб., новорос., вят., волог., арх., олон., юго-вост., яросл., костром., самар.), 'любить, ласкать (арх.) и некоторые другие значения, а также многочисленные дериваты (Miklosich 1886: 6; Bruckner 1874: 18-19; Kartowicz 1911: 260; СРНГ 1966: 44-45; СРНГ 1972: 241; СУМ 1970: 87; 1972: 14; ЭССЯ 1974: 172-173; ЭБ 1978: 273-274; ЕСУМ 1982: 111, 115; Фасмер 1986: 104-105; Rejzek 2001: 73-74). Семантика скромности в рефлексах корня *bag- на общеславянском и древнерусском уровне не представлена. Итак, развитие семантики рефлексов корня *bag- шло таким образом: 'горячо, сильно желать, хотеть' > 'капризничать!. Мотивирующим признаком при обозначении скромности человека для русинского прилагательного незабагливый послужил 'некапризный, неприхотливый, который многого не желает'. Признак скромности сформировался как совместно русинско-западноукраинский либо непосредственно в русинском языке, т. к. общеславянский материал имеет другие значения (желания, каприза, любви). Адъектив дскретный в русинском языке, помимо интересующей нас семантики скромности ('скромный, сдержанный, деликатный (о человеке)'), имеет значение 'умеющий хранить тайну', а также математическое 'дискретный, изменяющийся между несколькими различными стабильными состояниями, существующий лишь в отдельных точках' (Керча 2007a: 220). Соответственно производное наречие декретно также имеет значение 'скромно, без огласки' и математическое значение (Керча 2007a: 220). Семантика скромности представлена и в существительном дккрещя 'неразглашение сведений; скромность, сдержанность, деликатность' (Керча 2007a: 220). Прилагательное дскретный, по всей видимости, непосредственно пришло в русинский язык из польского, что можно объяснить общностью семантики и контактным ареалом. Так, в польском языке прилагательное dyskretny характеризует скромного человека: 'хранящий чужие тайны, не вмешивающийся в чужие дела; деликатный, тактичный, тихий (по отношению к человеку)': Tys dyskretny, ale twoj przyjaciel bard spiewa i gada, gqba mu siq nie zamyka 'Ты скромный, но твой друг бард поет и болтает, рот у него не закрывается' (NKJP). Также в польском языке зафиксированы значения 'едва заметный, не бросающийся в глаза': например, перевод названия фильма Луиса Бунюэля «Скромное обаяние буржуазии» на польский язык -«Dyskretny urok burzuazji», математическое значение: matematyka dyskretna (SJP). В польском языке это прилагательное dyskretny / dyszkretny фиксируется с рубежа XVIII-XIX вв. в значении 'внимательный, вежливый; умеренный' (Linde 1807: 575-576; Bankowski 2000: 318). Наличие суффикса -n- в морфемной структуре данного адъектива указывает на то, что dyskretny производно от существительного dyskret. Слово dyskret / dyszkret, относящееся к сфере ментальной деятельности значение 'рассудительный, разумный, осмотрительный человек' и значение прилагательного, близкое к 'скромный' - 'вежливый, любезный, отзывчивый, готовый помочь!, встречаются в польском языке с XVI в. (SP XVI 1972: 295-296; Bankowski 2000: 318). В польский и другие славянские языки анализируемое слово пришло из европейских языков: из немецкого (diskret) или французского (discret) (от. лат. discr€tus, причастия глагола discernere 'рассеивать, просеивать/, 'различать, разбирать, замечать' и др.) (Фасмер 1986: 516; Bankowski 2000: 318; Дворецкий 2009: 158, 311, 313). Итак, развитие семантики для прилагательного декретный было следующим: 'незаметный, деликатный, тактичный' > 'скромный'. Семантический переход от 'незаметный, не бросающийся в глаза' по отношению к явлению, предмету на 'незаметный, деликатный, тактичный' по отношению к человеку происходит не в русинском, а в польском языке. По всей видимости, эта лексическая единица (судя по фиксации в польском языке) появилась в русинском языке не раньше XVIII в. У данного прилагательного, тоже пришедшего через польский язык, и в русском языке значение скромности фиксируется только с XVIII в.: Вы столько дискретны, что и словом о том не упомянули (СРЯ XVIII; Фасмер 1986: 516), но не сохраняется в русском. Подводя итоги, отметим, что признаки, формирующие понятие «скромный» в русинском языке, были следующими: 'придерживающийся в поведении определенных границ, сдержанный, держащий (себя) в рамках' (скромный), 'неприхотливый, некапризный, не желающий многого' (незабагливый), 'незаметный, деликатный, тактичный' (дискретный). Проведенный исторический анализ позволяет сделать вывод о том, что частное этическое понятие «скромный» в русинском языке было сформировано достаточно поздно. Начало его формирования, скорее всего, - XVIII в. (лексемы скромный и декретный), хотя репрезентант скромный мог появиться в русинском языке и раньше - из старопольского (Фасмер 1986: 520-521; Фасмер 1987b: 280; ЭССЯ 1978: 45-46 и др.). Понятие «скромный» в русинском языке сформировалось во многом под влиянием западнославянской культуры, а именно польской культуры и польского языка: два из трех репрезентантов данного понятия являются в русинском языке полонизмами. Собственно русинским репрезентантом данного понятия является только адъектив незабагливый (или же это совместное западноукраинско-русинское осмысление). В данном случае трудно однозначно определить время его появления (судя по фиксации в украинском языке, не ранее XIX в.). СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ арх. - архангельский; блр - белорусский; болг. - болгарский; в.-луж. - верхнелужицкий; влад. - владимирский; волог. - вологодский; ворон. - воронежский; вост.-каз. - восточноказахский; вост.-слав. -восточнославянский; вят. - вятский; диал. - диалектный; др.-рус. -древнерусский, казан. - казанский; костром. - костромской; зап-слав. - западнославянский; курск. - курский; куйбыш. - куйбышевский; лат. - латинский; мурман. - мурманский; нижегор. - нижегородский; новорос. - новороссийский; олон. - олонецкий; пенз. - пензенский; польск. - польский; пск .- псковский; рус. - русский; русин. - русинский; самар. - самарский; с.-хорв. - сербохорватский; симб. - симбирский; словен. - словенский; слвц. - словацкий; смол. - смоленский; тамб. -тамбовский; ст.-укр. - староукраинский; ст.-сл. - старославянский, укр. - украинский; урал. - уральский; чешск. - чешский; юго-вост. -юго-восточный; ю.-слав. - южнославянский; яросл. - ярославский.

Ключевые слова

диахрония, историческая лексикология, этимология, мотивация, номинация, славянское языкознание, сравнительно-историческое языкознание, русинский язык, diachrony, historical lexicology, etymology, motivation, designation, Slavic linguistics, comparative historical linguistics, Rusin language

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Толстик Светлана АлександровнаТомский государственный университеткандидат филологических наук, доцент кафедры общего, славяно-русского языкознания и классической филологииstolstik@mail.ru
Всего: 1

Ссылки

Български етимологичен речник / Ред. кол. М. Рачева, Т.Ат. Тодоров. Ив. Глъбъв и др.: в 9 т. Т. 6: Пỳскам-Словàр. Cофия: Проф. Марин Дринов, 2002. 886, [1] c.
Български тълковен речник / Л. Андрейчин, Л. Георгиев, Ст. Илчев и др. София: Наука и изкуство, 1955, 970, [2].
Горощак Я. Перший лемкiвско-польскiй словник. Pierwszy słownik łemkowsko-polski. Лϵгница, 1993. 257 с.
Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4 т. Т. 4: P-V. М.: Типография Т. Рис, 1866. 626, [82] с
Дворецкий И.Х. Латинско-русский словарь. 12-е изд., стереотип. М.: Рус. яз., 2009. 1055 [7] с
Дуда I. Лемкiвcький словник. 26 000 слiв. Тернопiль: Астон, 2011. 371, [1] с.
Етимологiчний cловник украïньскоï мови = Этимологический словарь украинского языка. Акад. наук Украинской ССР, Ин-т языковедения им. А.А. Потебни / Голов. ред. О.С. Мельничук; укладачi Р.В. Болдырєв, В.Т. Коломiєць, Т.Б. Лукiнова и др.: в 7 т. Т. 1: А-Г. Киiев: Наукова думка, 1982. 632, [2] c.
Етимологiчний cловник украïньскоï мови = Этимологический словарь украинского языка. Акад. наук Украинской ССР, Ин-т языковедения им. А.А. Потебни / Голов. ред. О.С. Мельничук; укладачi Р.В. Болдырєв, В.Т. Коломiєць, Т.Б. Лукiнова: в 7 т. Т. 5: Р-Т. Киiев: Наукова думка, 2006. 704 c.
Желеховский Є. Малоруско-нiмецкий словар. Ruthenian-deutsches Wörterbuch: в 2 т. Т. 1: Львiв - Lemberg, 1886. 569, [9].
Керча И. Русинсько-російський словник. Понад 58 000 слів = Русинско-русский словарь. Свыше 58 000 слов: в 2 т. Т. 1: А-Н. Ужгород: ПолiПрiнт, 2007a. 608 с.
Керча И. Русинсько-російський словник. Понад 58 000 слів = Русинско-русский словарь. Свыше 58 000 слов: в 2 т. Т. 2: О-Я. Ужгород: ПолiПрiнт, 2007b. 608 с.
Керча И. Російсько-русинський словник - 65 000 слів = Русско-русинский словарь - 65 000 слов: в 2 т. Т. 2: О-Я. Ужгород: ПоліПрінт, 2012. 596 с.
Ковалева Л.В. Концепты «трусливый» и «скромный» в немецкой и русской лингвокультурах // Актуальные вопросы современной филологии и журналистики. Серия «Лингвистика и межкультурная коммуникация». 2007. № 2 (2). С. 125-128
Кошманова О.В. Концепт «скромность» в русской, американской и иранской ливгвокультурах: дис. ... канд. филол. наук. Астрахань, 2007. 272 с
Материалы для словника буковинських говiрок / Ред. колегiя Ю.О. Карпенко, В.А. Прокопенко и др. Чернiвцi, 1972. Вып. 3. 85, [1] с.
Петлева И.П. О семантических истоках слов со значением ‘скупой’ в русском языке // Этимология. 1970. М.: Наука, 1972. С. 207-216.
Преображенский А.Г. Этимологический словарь русского языка. Труды института русского языка. Вып. 2: П-С. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1949. 144 с.
Просвирнина И.С. Шао Жуй. Концепт «скромность» в русских и китайских паремиях // Филология и культура. Philology et culture. 2013. № 4 (34). С. 97-104.
Словарь русских народных говоров / Гл. ред. Ф.П. Филин; ред. Ф.П. Сороколетов: в 49 вып. Вып. 2: Ба-Блазниться. Л.: Наука, Ленингр. отделение, 1966. 314, [1] с.
Словарь русских народных говоров / Гл. ред. Ф.П. Сороколетов; ред. Ф.П. Сороколетов: в 49 вып. Вып. 9: Ерепеня-Заглазеться. Л.: Наука, Ленингр. отделение, 1972. 362 с.
Словарь русских народных говоров / Гл. ред. Ф.П. Филин; ред. О.Д. Кузнецова: в 49 вып. Вып. 38: Скитать-Сметушка. СПб.: Наука, 2004. 372, [1] с.
Словарь русского языка XVIII в. [Электронный ресурс]. URL: http://feb-web.ru/feb/sl18/slov-abc (дата обращения: 26.05.2018).
Словник буковинських говірок / За заг. ред. Н.В. Гуйванюк. Чернівці: Рута, 2005. 688 с.
Словник україньскоi мови: в 11 т. Т. 1: А-В / Зав. ред. М.Л. Мандрика; редакторы тому П.Й. Горецький, А.А. Бурячок, Г.М. Гнатюк и др. Киiев: Наукова думка, 1970. 799, [2] с.
Словник україньскоi мови: в 11 т. Т. 3: З / Зав. ред. М.Л. Мандрика; редакторы тому П.Й. Горецький, А.А. Бурячок, Г.М. Гнатюк и др. Киiев: Наукова думка, 1972. 744 с.
Словник україньскоi мови: в 11 т. Т. 9: С / Зав. ред. М.Л. Мандрика; редакторы тому I.С. Назарова, О.П. Петровська, Л.Г. Скрипник и др. Киiев: Наукова думка, 1978. 916, [2] с.
Словарь Академии Российской: в 6 ч. СПб.: Акад. наук, 1794. Ч. 6. 1084 c.
Словарь русского языка: в 4 т. / Ред. А.П. Евгеньева. 3-е изд., стереотип. Т. 4: С-Я. М.: Рус. яз., 1988. 800 с.
Словацко-русский словарь. Около 45 000 слов = Slovensko-ruský slovník. Москва; Братислава: Рус. яз.; Словац. пед. изд-во, 1976. 768 с.
Срезневский И.И. Материалы для словаря древнерусского языка: в 3 т. СПб.: Типография Императорской АН, 1912. Т. 3. 1684 с.
Старославянский словарь (по рукописям X-XI вв.): Около 10 000 слов / Ред. Р.М. Цейтлин, Р. Вечерка, Э. Благова. М.: Рус. яз., 1994. 842 с.
Турчин Є.Д. Словник села Тилич на Лемкiвщинi. Львiв: Українська академiя друкарства, 2011. 384 с.
Чорi Ю. Фразеологизмы русинського языка: в 2 т. Ужгород, 2015. 593, [1] c.
Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. 2-е изд., стереотип. / Пер. с нем. и доп. чл.-кор. О.Н. Трубачёва; под ред. и с предисл. проф. Б.А. Ларина: в 4 т. Т. 1: А-Д. М.: Прогресс, 1986. 576 c.
Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. 2-е изд., стереотип. / Пер. с нем. и доп. чл.-кор. О.Н. Трубачёва; под ред. и с предисл. проф. Б.А. Ларина: в 4 т. Т. 3: Муза-Сят. М.: Прогресс, 1987. 832 c.
Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. 2-е изд., стереотип. / Пер. с нем. и доп. чл.-кор. О.Н. Трубачёва; под ред. и с пред- исл. проф. Б.А. Ларина: в 4 т. Т. 4: Т-Ящур. М.: Прогресс, 1987. 832 c.
Цыганенко Г.П. Этимологический словарь русского языка. 2 -е изд., перераб. и доп. Киев: Радянська школа, 1989. 511 с.
Шило Г. Надднiстрянський регiональний словник. Львiв; Нью-Йорк: Iнститут украïнознавства iм. I. Крип’якевича НАН Украïни, 2008. 288 с.
Этымалагічны слоўнік беларускай мовы / В.Д. Лабко [і інш.]; рэд.В.У. Мартынаў: в 13 вып. Вып. 1: А-Бячэйка. Мінск: Навука i тэхнiка, 1978. 327 с.
Этимологический словарь славянских языков: праславянский лексический фонд / Подгот. О.Н. Трубачев, В.А. Меркулова, Ж.Ж. Варбот и др.; под ред. О.Н. Трубачева: в 40 вып. М.: Наука, 1974. Вып. 1. 214 с.
Этимологический словарь славянских языков: праславянский лексический фонд / Подгот. О.Н. Трубачев, В.А. Меркулова, Ж.Ж. Варбот и др.; под ред. О.Н. Трубачева: в 40 вып. М.: Наука, 1978. Вып. 5. 232 с.
Bańkowski 2000 - Bańkowski А. Etymologiczny słownik języka polskiego: w 2 t. Warszawa: Wydawmictwo naukowe PWN, 2000. T. 1. 873 s.
Brückner A. Słownik etymologiczny języka polskiego. Warszawa: Wiedza Powszechna, 1974. 805 s.
Karłowicz J. Słownik gwar polskich: w 6 t. Т. 5: R S Ś T. Kraków: Nakładem Akademji Umiejętności, drukarnia C.K. Uniwersytetu Jagielloskiego, 1907. 462 s.
Karłowicz J. Słownik gwar polskich: w 6 t. Т. 6: U-Ż. Kraków: Nakładem Akademji Umiejętności, drukarnia C.K. Uniwersytetu Jagielloskiego, 1911. 470 s.
Linde S.B. Słownik języka polskiego: w 6 t. T. 1: A-F. Warszawa: Drukarnia XX, 1807. 668, [1] s.
Miklosich F. Etymologisches Wörterbuch der slavischen sprachen. Wien: Wilhelm Braumüller, 1886. 289 s.
Narodowy korpus języka polskiego. URL: http://nkjp.pl (дата обращения: 26.05.2018).
Rejzek J. Český etymologický slovník. Leda, 2001. 752 s.
Skok P. Etymologijski rječnik hrvatskoga ili srpskoga jezika: v 3 kn. Kn. 3: Poni-Ž. Zagreb: Jugoslavenska akademia znatnosti i umjetnosti, 1973.
Słownik języka polskiego. URL: http://sjp.pl (дата обращения: 26.05.2018).
Słownik polszczyzny XVI wieku: w 36 t. T. 6: Dra-Eżby / redaktor tomu M. Borecki. Wrocław; Warszawa; Kraków; Gdańsk: Zakład Narodowy im. Ossolińskich; Polska Akademia Nauk, 1972.
Słownik staropolski. Redaktor naczelny, kierownik S. Urbańczyk: w 11 t. Т. 8-4 [51]. Skociec-Smętek. Wrocław; Warszawa; Kraków; Gdańsk: Polska Akademia Nauk, 1980. 321 s.
 Понятие <i>«скромный» </i>в истории русинского языка | Русин. 2018. № 2 (52). DOI:  10.17223/18572685/52/12

Понятие «скромный» в истории русинского языка | Русин. 2018. № 2 (52). DOI: 10.17223/18572685/52/12